Высшая Воля

      Всё следующее утро и весь день Рэй спал как убитый, стараясь восстановиться после путешествия. Лишь изредка он поднимался, дабы попить воды из фляги в рюкзаке или нащупать дверь в ванную. К вечеру его организм полностью отдохнул, и тогда он просто лежал с открытыми глазами, ожидая, когда же его зрение, наконец, станет более ясным. Сейчас перед его взором мелькал только смутный образ потолка и такой же край люстры. По коридору иногда раздавались голоса, лёгкие девичьи шаги, грузная поступь воинов. Открывались двери, звенели ключи. Все эти звуки Рэй слышал и днём, сквозь сон, но не реагировал на них и не просыпался, понимая, что никакой угрозы от них не исходит. Прямо как кот.              «Интересно, а кормят тут или не? А дорого или бесплатно? У меня денег нет толком, а членский взнос платить надо каждый месяц за то, что в гильдии состою. Хотя красавицы со стойки объяснили, что у меня с заданий будет часть суммы уходить гильдии, как раз на погашение этого взноса. А ещё там что-то… Этот, как его… Политика конфиденциальности информации, устав поведения, отчисления на территории под… Падр… А-А-А! Я не могу, я таких слов-то не знаю даже! У меня мозг пухнет!»              Рэй положил ладони себе на виски и покатался по кровати, даже не представляя, каким образом должен был всё это запомнить. В любом случае самое основное он уже выучил: выполняешь задания, получаешь плату, отдаёшь часть боссу, и все счастливы. Крайне простая и плоская система, которая в такой форме была ему абсолютно понятна. Не то, что всякие конфиденциальности, конфигурации и прочие эмансипации. Рэй всегда знал, что не обладал какими-то выдающимися способностями в области разума и наук, осознавал, что даже какие-то банальные общеизвестные факты не всегда помнил, но его это устраивало. Он гораздо больше полагался на свои ловкость, гибкость и скорость, которые поддерживались большим опытом охоты и знанием многих приёмов, способных сокрушить врага. Всё, чем должен был обладать стрелок, Рэй прекрасно соединил в себе и теперь доводил до совершенства, ведь действительно без прикрас являлся мастером в своём деле и во владении пистолетами. Что же касалось иных областей знаний — он ничем толком и не интересовался, кроме рыбалки, пения и игры на гитаре, потому не принижал себя и не переживал, даже если уступал другим в чём-то банальном. Кроме того, Рэй и самобичевание — понятия несовместимые. Особенно с его любовью к себе. Благо, здравой. Он даже и не думал, что вообще может его заставить разлюбить себя.              Наконец, зрение восстановилось. Рэй пару раз моргнул, довольно быстро привыкая к темноте комнаты, а затем резким прыжком поднялся на ноги и, уперев руки в бока, делано-широкими шагами подошёл к окну и выглянул в него — сияющий светом фонарей город, жители, телеги и экипажи, работающие лавки и таверны. Всё это не оказалось сном, не испарилось, как мираж. Рэй широко улыбнулся, такой довольный, жаждущий как можно скорее окунуться в ночную жизнь Такай. Впрочем, он и не стал ждать: первым делом привёл себя в порядок после странствия, сменил одежду, принял ванну, поправил волосы и заодно почистил пистолеты. И уже затем, готовый ко всему, вышел из комнаты, так и не включив в ней свет, ибо и так всё хорошо видел. Рэй шагал по коридору, теперь бодрый, и рассматривал всё вокруг: лампы на стенах, деревянный пол, двери. Но гораздо больше его интересовали другие приключенцы, которые периодами то поднимались на второй этаж, то спускались с него. Тут были явно самые разные личности, одни казались мирными и дружелюбными, а вторые, наоборот, вызывали опасения. Когда мимо проходили прекрасные юные девы, Рэй непроизвольно задерживал на них взгляд, но тут же отводил его, заставляя себя не обращать на них особого внимания: у него сейчас были дела поважнее. Девушками можно заняться и потом.              Рэй спустился в помещение со стойкой регистрации, и сразу заметил, что сегодня здесь народу было больше, нежели вчера. Парень из гильдии выбирал себе задания на доске, недалеко от него были две девчонки, а в другой стороне помещения стояла группа мужчин. Они обсуждали какой-то план, но Рэй так и не смог понять, о чём именно шла речь. У стойки регистрации была женщина, и она общалась с одной из работниц: хотела зарегистрировать задание. Собственно, и Рэй сейчас пришёл сюда именно по этой причине. Он с дружелюбной улыбкой подошёл ко второй свободной сотруднице гильдии и приподнял левую руку:              — Привет! Подскажите, а я могу свою пр-р-росьбу как-то опубликовать? — Подойдя к самой стойке, он принялся легонько барабанить по ней пальцами в ожидании ответа.              Девушка, до этого наблюдавшая за помещением, перевела на него уставший взгляд и кивнула.              — Здравствуйте. Да, конечно. Какой тип задания Вы хотите зарегистрировать?              — Ну, мне надо перевести один текст, а язык его никто не знает.              — Могу я взглянуть на этот текст? — голос работницы звучал очень мягко и ненавязчиво.              Рэй на какие-то секунды задумался. В его голове внезапно пронеслась мысль, что девушка может использовать письмо его дяди в каких-то неблаговидных целях или ещё что сделать с ним, если вдруг сама знала перевод, но потом он подумал, что вряд ли это возможно. Тем более, если до такого и дошло бы, у него всегда при себе имелись пистолеты. Как последний аргумент, если иные не работали. Так что, недолго помолчав, Рэй всё-таки вытащил из внутреннего кармана кофты письмо и передал его девушке. Та взяла его в руки и пробежалась по тексту глазами.              Тем временем первая сотрудница закончила регистрацию задания той женщины и уже прощалась с ней. Группа мужчин выходила на улицу. Видимо, они закончили обсуждение плана.              — Действительно это какой-то неизвестный язык. Давайте сделаем так: я сейчас некоторые слова перепишу на свиток с заданием, чтобы другие видели, какой язык им нужно перевести. Вдруг кто-то его узнает. Всё письмо переносить не буду, чтобы сохранить Вашу конфиденциальную информацию. А потом оформлю задание и повешу среди других. Хорошо?              Она посмотрела на Рэя с милой улыбкой и вернула ему письмо. Тот взял его в руки и незаметно, облегчённо выдохнул, а напряжение его спало.              — Ага, давайте. — Бодро кивнул он.              — Отлично. Тогда назовите сумму вознаграждения за выполнение задания.              И на этом моменте всё вдохновенное настроение Рэя мигом улетучилось. А, да, точно. Вознаграждение. За ту сумму, которую он сейчас мог предложить, ему могли разве что одну букву перевести, специально не называя язык, потому что даже на это денег не хватило бы. Рэй немного помялся, подумал, а затем вытащил из-за пазухи маленький, худенький мешочек с деньгами и положил на стойку.              — Ну… Вот столько?              Сотрудница, до этого обслуживавшая женщину, вдруг тихо поперхнулась, но скрыла это за обычным кашлем. Рэй издал негромкое «хе-хе» и почесал затылок. Девушка, что говорила с ним, секунду оторопело смотрела на его дистрофичный мешочек, а затем вежливо произнесла, покачав головой.              — К сожалению, этого слишком мало. Думаю, вам сначала будет лучше заработать деньги на других заданиях, а уже потом зарегистрировать своё. Или Вы можете попробовать поискать учёных в городе. Иногда они берутся за такое бесплатно, если им интересно.              — А, да? Ну, тогда спасибки. — Быстрым движением забрал деньги обратно, благодарно улыбнулся девушкам и направился к доскам, дабы выбрать что-то себе по силам.              Поначалу он сильно расстроился из-за того, что не вышло вот так сразу начать поиски какого-нибудь знатока с помощью задания, но эти негативные эмоции мгновенно ушли на второй план, когда Рэй подумал, что у него всё равно есть ещё варианты. В конце концов, во время выполнения миссий никто не запрещает ему расспрашивать всех подряд о языке письма, также действительно можно поискать учёных в Такай и, конечно же, поговорить с посетителями разных таверн, ибо в этих местах, как гласят легенды, всегда есть куча полезной информации. Способов было ещё много, так что Рэй, наполнившись верой в лучшее, сжал руку в кулак.              «Ничего. Пробьюсь. Никто и не говорил, что путь к правде будет лёгким. Я всё равно узнаю, что именно случилось в тот день, когда убили дядю».              Минуло целых два месяца. За это время он успел уже более-менее изучить многие районы и места Такай: каждую ночь, если дела позволяли, он старался выходить в город и бродил туда-сюда, иногда заглядывая в таверны или лавки, а иногда просто шагая куда глаза глядят. Благодаря дружелюбному нраву и тяге к компании Рэй быстро сдружился со многими коллегами из гильдии и нередко ходил куда-то вместе с ними. Периодически его сопровождали красивые девушки, от общения с которыми он всё же не стал отказываться полностью. Пусть и изредка, но в те дни, когда он был один, Рэй попадал в не самые приятные ситуации: то заходил в злачные районы и, хоть всегда успешно покидал их, всё равно получал не слишком позитивный опыт общения с местными жителями; то перебирал в баре со спиртным и на спор устраивал дуэли, стреляя с соперником в стену; то временами блуждал за пределами города, забыв, где вообще из него находился вход.              Разок ему категорически не повезло. Рэй прыгал с крыши на крышу, как привык делать ещё в деревне, он наслаждался ночной прохладой и изучал улицы, а также самые короткие пути до гильдии, и в один момент приметил весьма занятное зрелище: впереди него высилась толстая серая стена, а за ней находился словно бы ещё один город, только гораздо меньше по размерам, нежели Такай. Этот городок был огорожен по всему периметру, но по его красивым, ухоженным улочкам и дорожкам между зданиями никто не ходил. То ли все спали, то ли здесь никого и не было.              «О, интересно, это что такое? Район какой-то? А на кой он огорожен? Любопытно», — подумал, сидя на корточках на крыше напротив.              Ещё несколько секунд он раздумывал над тем, стоит ли идти туда, но потом всё же решил попробовать, руководствуясь логикой: «Я ничего дурного не замышляю, просто посмотрю». Он пригнулся чуть ниже, словно пантера, готовая поймать свою добычу, а затем мощным толчком прыгнул с крыши в воздух и вскоре оказался на стене, зацепился за нее руками. Ему оставалось лишь взобраться на самый её верх и уже оттуда исполнить задуманное. Рэй без проблем подтянулся, встал на ноги и осмотрелся вокруг: слева от него была небольшая башня с красной крышей, такие же имелись и в целом по всему периметру загадочного городка. За самой стеной действительно расположился некий район и явно не для бедных, как рассудил Рэй, глядя на изящные статуи драконов из золота у домов, фонтан на небольшой площади и клумбы прекрасных цветов тут и там.              «А может, это ещё один район учёных? Хотя тот, в который я ходил, был не таким помпезным», — промелькнуло в его мыслях.              При воспоминании об учёных Рэй ощущал лёгкую грусть. Ну что ж, об этом чуть позже. Он уже хотел пройтись по стене, развернулся вправо и собрался сделать шаг, когда мимо его лица, в считанных миллиметрах, с пронзительным свистом пролетела катана. Кожу оружие не задело, но отрезало волосы у самого подбородка и с грохотом вонзилось в стену. Рэй замер, не моргая: он даже среагировать не успел, лишь ощутил лёгкий порыв ветра рядом, такой холодный. Прядь его фиолетовых волос упала, и он медленно перевёл взгляд назад — катана воткнулась в стену по самую рукоять. Это с какой силой нужно было её швырнуть? И, главное, кому?              Ответ на этот вопрос пришёл довольно быстро и буквально. К Рэю приземлился самурай — крепкий, мускулистый, от его прыжка по части стены прошли лёгкие вибрации. На его теле красовались начищенные доспехи, а на голове — красная повязка и длинный, высоко заплетённый чёрный хвост. Рэй сразу подумал о том, что это не простой городской стражник, а заодно несколько раз успел проклясть своё любопытство. Как в итоге оказалось, Рэй, сам того не ведая, влез на территорию императорского дворца. Благо, что стражник не увидел в нём никакой угрозы и после его объяснений просто взял Рэя за шкирку и вышвырнул вон через главные ворота. Опять же — буквально. Таким образом, Рэй узнал, где находился дворец, а заодно раз и навсегда уяснил, что сейчас он больше не в безопасной деревеньке, где даже собаки не кусают, а лают лишь от скуки. Сейчас он был в огромном городе, и своё любопытство нужно контролировать, если не хочется попасть в беду гораздо хлеще этой.              Кроме того, Рэй выполнял заказы гильдии и продолжал поиски хоть кого-нибудь, кто мог бы помочь ему перевести текст письма — единственной зацепки, что осталась от дяди. С первым всё шло более чем хорошо: Рэй уничтожал монстров, сопровождал грузы, помогал местным и набирался опыта. Работа у него была нередко опасная, нападали и разбойники, и головорезы, чудовища и хищники, что позволяло ему оттачивать умения и совершенствовать боевой стиль. Бывали у Рэя и ранения, бывали промахи и неудачи, но все задания он всё равно доделывал до конца, даже если понимал, что не хватает сил. Можно сказать, ему это даже нравилось — преодолевать себя и всё больше сливаться с оружием в единое целое. Кроме того, некоторые знакомые стрелки из гильдии временами помогали ему, показывали разные секретные или хитрые приёмы, и их советы Рэй охотно принимал и применял. Правда, одно ему давалось пока что тяжко: он совсем не разбирался в окружающих. Не умел чувствовать ложь, не всегда точно понимал, друг или враг перед ним. Выросший в деревеньке, он понятия не имел, насколько сложными и запутанными схемами вранья и хитрости порой пользовались люди. Он знал, что такое предательство, обман и бесстыдство, но его разуму порой трудно было поспеть за мышлением закоренелых преступников, от которых, по заказам, иногда приходилось отбиваться.              Рэй старательно копил деньги на публикацию задания о переводе письма, хотел предложить исполнителю сумму побольше, чтобы заинтересованные точно не смогли пройти мимо. Как ему и советовали, он нашёл район, где обычно проживали учёные города, но никто из них не знал языка письма. Они обсуждали между собой, что это может быть, но каждый раз так и не приходили к единому мнению и в итоге возвращали письмо Рэю, извинившись за то, что не смогли помочь ему. Эта весть сильно его подкосила. Если даже светлые умы империи ничего не могли сказать, то кто тогда мог?              «Но дядя же писал на этом языке. Кто-то же его знает, значит, помимо него. Мне сказали, что это вообще шифр может быть, но и с такой стороны к нему ключик не подобрали», — сокрушался Рэй, сидя в таверне и постукивая пальцами по деревянной кружке с пивом, которая стояла перед ним.              На какие-то минуты он расстроился, но тут же взял себя в руки и подумал:              «Ладно. Тогда попробую обратиться ещё к кому-то. Буду спрашивать всех подряд на тех же заданиях. Ну а что? Вдруг кто-то знает».              На том он и решил. Ещё через пару месяцев ему удалось собрать нужную сумму для регистрации задания. Но, к сожалению, это тоже мало помогло. Нашлись мастера, которые утверждали, что видели подобные письмена где-то в древних пещерах или на доисторических свитках Коморэби, цивилизации, чьё существование давно кануло в небытие, оставив после себя лишь множество тайн и удивительных технологий. Действительно, символы, что рисовали знатоки в качестве примера, походили на те, что использовал Арэта, но всё равно отличались.              — Будто их обновили, — как говорили мастера.              А потом опускали руки. Но Рэй — нет. Получив хоть какие-то новые зацепки, он пытался узнать больше об империи Коморэби и её письменности, но ничего подозрительного не обнаружил. Коморэби была древней цивилизацией, предшественницей нынешних империй и государств, которая когда-то давно пала под натиском демонов войска Тенгу — властелина Тьмы, которого тем не менее мир Аса всё же смог изгнать. Но навечно ли? Кто знает, возможно, тысячи лет праздной жизни однажды и закончатся для всех жителей.              Рэю оставалось лишь продолжать поиски.              Микки осторожно, незаметно, как тень, кралась по пещере, ход которой уходил всё глубже и глубже под землю. Она старалась держаться у стены и шагать как можно тише. До её слуха доносились мужские голоса где-то впереди, скорее всего, в конце хода: весёлый смех, бурные обсуждения, матерки. Микки попыталась посчитать, сколько же их там. Один, два, три… Всего, кажется, четверо. Она нервно сглотнула, надеясь, что не ошиблась, иначе ей будет худо выступать против большего количества врагов.              Наконец, ход закончился — дальше он превращался в небольшое помещение, обустроенное прямо внутри пещеры. Повсюду висели факелы, стояли ящики и бочки, а прямо на них сидели мужчины, одетые в отличительные костюмы местной банды разбойников. Да, их и правда было четверо. Они пили какой-то алкоголь из деревянных кружек и грубо болтали между собой, кажется, что-то празднуя.              «Ну, конечно. Украли у деревенских все припасы и радуются. Ну уж нет, недолго вам пировать осталось». — Микки юркнула за угол у входа в помещение так, чтобы ей всё ещё было видно происходящее. — «Я хоть и новенькая в гильдии, но уж это задание точно выполню».              Она бесшумно вытащила из-за спины лук, затем присела поудобнее и потуже натянула тетиву — острый наконечник стрелы на ней слегка засветился белым цветом. Микки целилась в голову одному из бандитов, собираясь после этого мгновенно запустить ещё одну стрелу и за несколько секунд ликвидировать две цели. Она уже готова была выстрелить, когда внезапно ощутила холодное лезвие у самой шеи.              Кто-то бесцеремонно приставил к ней кинжал и сильно надавил, почти разрезая кожу. Сердце Микки пропустило удар, она резко вдохнула и замерла, бегая взглядом перед собой. Над самым ухом прозвучал низкий мужской голос:              — А что это за мышка у нас тут такая завелась, а?              Изо рта говорящего неприятно несло гнильём.              Микки не могла даже повернуться: это могло стоить ей жизни. Она растерялась, не зная, что делать дальше. Всё-таки ошиблась, разбойников оказалось больше. Нужно было лучше готовиться к заданию и всё основательно выяснить, а не кидаться сразу же в погоню, словно никакой опасности и не существовало вовсе.              — Пойдём-ка к нам, там всё расскажешь. — Некто грубо поднял её за шкирку и повёл вперёд, к помещению, где находились остальные члены банды.              Микки до сих пор держала в руках лук и стрелу. Когда растерянность прошла, в её голове возникла идея, опасная, но, возможно, действенная: стоило попробовать ударить разбойника стрелой. Может быть, удача будет на стороне Микки, и она попадёт ему наконечником в глаз или даже в горло.              «Иного выхода нет. Я не знаю, что ещё можно сделать».              И в тот момент, когда она уже стиснула стрелу в руке покрепче, раздался выстрел. Оглушительный. Прямо сзади. Микки инстинктивно закрыла уши руками, потом ощутила, как железная хватка разбойника мгновенно ослабла, а затем что-то тяжёлое рухнуло на пол. Она обернулась и первым делом увидела труп мужчины — в его затылке зияла большая кровавая дыра. И лишь после этого Микки заметила кое-кого ещё. За трупом стоял молодой человек, он был одет в белые тканевые брюки и такого же цвета короткий жилет, под которым виднелась облегающая чёрная кофта без рукавов. Весь его костюм был с фиолетовыми отделками. В тусклом свете факелов Микки успела рассмотреть его длинные фиолетовые волосы и смуглую кожу. Он легко улыбался, приложив палец к губам, он призывал молчать. В другой руке он держал пистолет. Микки толком не успела ничего понять, как из помещения с ящиками и бочками тут же выскочили остальные члены банды с оружием наперевес.              — Что произошло?!              — Кто стрелял?!              Им потребовалась секунда, чтобы обнаружить двух незваных гостей и труп одного из своих друзей. И только они кинулись на Микки и неизвестного ей молодого мужчину, как вновь раздался выстрел пистолета: ещё один разбойник пал. Наконец придя в себя и сориентировавшись, Микки тут же натянула тетиву и ликвидировала врага, который собрался в ответ стрелять в них из ружья — он медленно сполз вниз по стене с торчащей из головы стрелой. Расправиться с оставшимися бандитами труда не составило. Вскоре пять трупов хаотично лежали в коридоре пещеры. Когда всё закончилось, Микки облегчённо выдохнула, но расслабляться не спешила: её взгляд лёг на мужчину в белом. Он как раз бодро перешагнул через мертвеца и вошёл в комнату с украденными припасами жителей, при этом приговаривая:              — Как жалко, что не удалось хоть одного в живых оставить. Можно было бы узнать, где ещё какие тайники у них есть. Может, они ещё что украли у кого.              Микки осторожно вошла следом за ним, держа лук и стрелу в руках. Мужчина осмотрел некоторые бочки с ящиками и повернулся к ней лицом. Здесь, в ярком свете факелов, она, наконец, смогла рассмотреть его получше: на его бёдрах висела кобура пистолетов, а на поясе — маленькие сумки, карта, фляжка, какие-то колбочки с цветными жидкостями. На ногах мужчины были невысокие чёрные сапоги, а на голове — длинные распущенные волосы фиолетового цвета. Он обладал розовыми глазами, смуглой кожей и, что было самым примечательным, наискосок, практически через всё его лицо, шли три толстых шрама. Будто бы от когтей огромного хищника. Мужчина был высок и имел поджарое телосложение. Микки он показался весьма красивым, но красота эта веяла чем-то тёмным, диким. Она даже не могла объяснить, что именно это было.              — Прости, а ты кто? — спросила она, глядя ему в глаза.              — А, ой, — он тут же спохватился, махнул руками, — совсем забыл сказать же. Точно! Я из гильдии, как и ты, Микки. Меня зовут Рэйдэнши Осэгура, но можно пр-р-росто Рэй.              Мужчина подмигнул.              — Знаешь моё имя? — Микки показалось это удивительным, учитывая, что она пришла в профессию приключенцев не так давно.              — Конечно. Я ср-р-разу же запомнил тебя. Ну что? Как будем возвращать награбленное? — Он повернулся обратно к припасам, затем подошёл к одной из бочек, откупорил её и понюхал содержимое.              — Ну… Может быть, наймём телегу гильдии и на ней всё привезём жителям обратно? — Микки наблюдала за Рэем, приподняв бровь.              Он издал недовольное «пфэ» и чуть высунул язык.              — Какая гадость. Как они это пьют вообще? Но да, согласен, пойдём за телегой.              Рэй отстал от бочки, закупорил её обратно и в быстром темпе направился к пещерному коридору. Микки даже ничего не успела сказать, просто побежала за ним, не желая оставаться наедине с трупами. Поразительно, но свободную телегу в гильдии они нашли быстро, даже несмотря на ночь: Рэй сам её решил вести, дабы не тратить деньги на извозчика, а заодно не беспокоить бедолагу и не отрывать её от сладкого сна. Над империей Ацуй висела тёплая летняя ночь, ярко сияли звёзды, воздух пах травами и ночными цветами, где-то вдали пели сверчки и кузнечики. Микки сидела рядом с Рэем и смотрела то на дорогу, то на чёрную кобылку, что тащила их телегу, то на внезапного помощника, который весь путь никак не хотел замолкать.              — … И вот я подумал, что можно им дать р-р-рецепт эля из таверны Юми, он точно не обидится. Ой, а надо будет ещё проверить состояние всех пр-р-рипасов, а это эти кр-р-рысы двухметровые могли сожрать что-то.              Микки в очередной раз перевела на него взор и задумалась: если бы не Рэй, то она бы провалила задание, а в самом худшем случае уже б отправилась к праотцам. Какое-то время она молчала, иногда подпрыгивая на кочках и камнях, а затем перебила Рэя:              — Прости, можно сказать?              — М-м-м? — Он дружелюбно посмотрел на неё.              Ночную атмосферу дополняло мерное цоканье копыт по земле и скрип деревянных колёс.              — Спасибо, что помог. Без тебя я бы не справилась. Зря я такое задание взяла сейчас, когда ещё ничего толком не умею. — Микки опустила голову, сцепила руки между собой и грустно улыбнулась.              — Ну-ка, не вешай нос.              После этих слов Микки ощутила, как длинные мужские пальцы мягко скользнули по её подбородку, приподнимая его и ненавязчиво поворачивая её голову в сторону Рэя. Затем он убрал от неё руку и обаятельно усмехнулся:              — Всё бывает, не стр-р-рашно. У тебя хорошие навыки, в будущем ты станешь отличным приключенцем. Просто всему своё вр-р-ремя.              После его жеста Микки неопределённо посмотрела куда-то в сторону, но следом поправила прядь волос и, наконец, чуть улыбнулась.              — Спасибо.              — Всегда пожалуйста, юная леди, — бархатно ответил Рэй, не глядя на неё.              Улыбка её стала немного светлее.              Вскоре они прибыли обратно в пещеру, сложили все трупы в одну кучу, дабы те не мешались под ногами, и уже далее начали выносить всё, что так нагло украли у бедных деревенских жителей. По большей части носил ящики Рэй, Микки же просто катила лёгкие бочки, ибо он запретил ей таскать тяжести. Впрочем, она и не протестовала: ей меньше напрягаться. В конце концов, когда с погрузкой было покончено, Рэй и Микки забрались в телегу и поехали в деревню, дабы вернуть всё добро местным. Процесс возврата занял некоторое время, ибо не все жители помнили, где чей ящик, но по итогу все недоразумения разрешились, и, наконец, задание можно было считать почти полностью завершённым.              Когда Микки вошла в гильдию, она тотчас понеслась к стойке регистрации, ни на что не обращая внимания, дабы поскорее сдать свиток с подписью о выполнении местным работникам. Подпись всегда ставил тот, кто разместил заказ, таким образом он подтверждал, что все требования действительно выполнены приключенцем. В данном случае заказчиком являлся староста деревни, в которую и наведались разбойники. Микки с радостным выражением лица подошла к молодому человеку, одному из сотрудников за стойкой, и отдала свиток. Без этой процедуры оплата, которую ей вручил заказчик, не являлась её по праву, так что в гильдии было крайне важно предоставлять подписи. Тем временем напарница молодого парня, пышная дама, регистрировала новое задание от ещё одной пришедшей в гильдию искательницы приключений. Процедура проверки длилась недолго, и вскоре довольную Микки отпустили.              Она с улыбкой открыла мешочек, который ей дал староста, — там лежала горсть золотых монет. Отлично, пока что о деньгах можно не переживать. Только вот что-то гложило Микки, и она подняла голову, рыская взглядом по помещению: по светлым деревянным стенам приёмной, по доскам с заданиями на них, по растениям в больших горшках на полу, маленьким столам и стульям около них, по диванчикам для ожидания. Пока не повернула голову и не нашла то, что искала. Точнее, того. Рэй стоял около одной из досок и, попивая что-то из своей фляжки, читал текст одного из заданий. Рядом с ним было ещё несколько приключенцев. Кто-то собирался идти спать. Микки вновь ощутила это чувство неудобства, преследовавшее её, а потому, немного подумав, подошла к Рэю.              — Слушай, можно на пару слов? — спросила она, когда оказалась в паре метров от него.              Он приподнял брови, отнял фляжку от губ и с одобрительным звуком кивнул, после чего проглотил что-то и произнёс:              — Да-да.              Приятно запахло карамелью и чем-то фруктовым. Ром, что ли?              — Раз ты мне так сильно помог с заданием, то я просто не могу оставить все деньги себе. Как-то это… неправильно. Без тебя я бы там помереть могла. Так что вот — держи. Ты заслужил. — Микки уже собралась отсыпать половину от горсти монет.              Но Рэй внезапно перехватил её руку своей и зацокал языком. Затем повесил фляжку себе на пояс и произнёс:              — Ан нет, вот этого не надо. Помог и помог. Я должен это делать, как стар-р-рший. Больше не чкай мне свои монетки вот так. Ладно? Если уж чувствуешь себя обязанной, то пр-р-росто сходи со мной поужинать, когда будешь свободна, и будем в р-р-расчёте. — Под конец он хитро ухмыльнулся, убирая от неё руки.              Микки немного оторопела, побегала взглядом по Рэю, а после ощутила, как краснеет от чувства стыда. Ей стало неудобно за своё поведение, за то, что она, не подумав, хотела отдать половину суммы. Быстро взять себя в руки у неё не вышло, но она хотя бы закрыла мешочек и сунула его в свою походную сумку сбоку. Мимо них с Рэем прошла пара приключенцев, которые с любопытством смотрели на разворачивающуюся сцену. Наконец, Микки кашлянула и ответила:              — Ну ладно, если тебя это устроит.              — Вот и договор-р-рились. Тем более ужин в компании приятной девушки подар-р-рит мне гор-р-раздо больше эмоций, чем какие-то монетки. — Рэй обаятельно осклабился и мягко посмотрел на Микки.              — Ох, какой романтик. Хорошо. Уговорил, будет тебе ужин в приятной компании. А теперь спокойной ночи. — Она с ответной улыбкой махнула рукой и стала взбираться по лестнице на второй этаж.              Приключенцев в помещении становилось всё меньше. Рэй проводил взором Микки и произнёс ей вслед:              — Сладких снов.              А вот ему спать ещё было очень рано.              Прошло вот уже шесть лет с тех пор, как Рэй переехал в Такай. Ему исполнилось двадцать четыре года. За это время он сумел сделать себе неплохую репутацию в гильдии приключенцев и даже обзавёлся парочкой постоянных клиентов, которые прибегали именно к его услугам, если им требовалось сопроводить куда-то груз или поохранять кого-то в пути. Он так и продолжал жить в комнате гильдии, ибо не видел смысла снимать жильё побольше, учитывая, что приходил туда исключительно поспать, а всё остальное время пропадал где-то ещё. Он до сих пор общался с Ичикавой, фермером, который шесть лет назад довёз его до города, а также нашёл себе неплохих друзей и, конечно, женщин. Кроме того, Рэй уже смог неплохо запомнить район, в котором находилась гильдия, и иногда выходил на улицу днём, если ему требовалось что-то купить или срочно с кем-то поговорить. За минувшие годы он значительно улучшил навыки стрельбы: долгие тренировки и советы старших позволили ему гораздо более глубоко вникнуть в суть и хитрости многих приёмов, научиться лучше комбинировать их и тратить меньше магии во время боя. Ещё одним изменением стало то, что после множества выполненных заданий Рэй избавился от страха убийства: теперь ему не составляло труда нажать на курок, дабы размозжить голову бандитам или преступникам. Правда, ощущения внутри него при этом не слишком изменились.              «Осадочек неприятный до сих пор остаётся», — подумал он, глядя на свою руку.              Над Такай нависла очередная летняя ночь: тёплая, безветренная, чарующая. В это время суток в городе было особенно много народу, начиная от простого люда и заканчивая высокими чинами. Оно и понятно, ведь всем хотелось хотя бы немного отвлечься от будничной рутины. Рэй шагал по тротуару, ещё какое-то время внимательно всматриваясь в свою ладонь, а затем резко выдохнул и махнул ею.              «Всё равно это чувство не пропадёт, надо уже смириться». — Он сам себе криво улыбнулся и слегка пожал плечами.              По дороге носились туда-сюда повозки, ходили представители разных сословий, стояли зазывалы, привлекая как можно больше клиентов в свои заведения. В воздухе вкусно пахло едой, а в каждом доме горел свет: на балконах сидели или стояли прекрасные дамы. Это был квартал красных фонарей. Сейчас путь Рэя пролегал здесь, в его самую любимую таверну, что гордо сверкала большой вывеской между остальными зданиями, увешанными алыми фонариками. По пути Рэя несколько раз пытались позвать к себе молодые красавицы, одетые в чудесные кимоно и юкаты из шёлка, но он только с лёгким смехом продолжал идти к цели, помахав им рукой в ответ: не сегодня. Наконец, сквозь толпу и шум ночной жизни он добрался до таверны и вошёл — здесь было, однако, более чем приятно. Помещение обладало большими размерами, стены его и пол были сделаны из светлых пород дерева, а вот потолок — из тёмных. На стенах висели лампы, которые дарили таверне тусклый свет, создавая атмосферу таинственности, а тут и там стояли столы, за которыми сидели посетители, подвыпившие и трезвые, громкие и тихие. Меж столами ходили официантки, а в дальней части таверны находился бар, — тоже из дерева, — и ассортимент напитков в нём точно мог удовлетворить самых капризных клиентов. Оказавшись в таверне, Рэй сразу ощутил, как его окутали аппетитные запахи еды и гомон голосов. Он аккуратно проходил мимо столиков, чтобы никого не задеть, и иногда из чистого любопытства заглядывал в лица сидящих: вот компания уплетала поздний ужин; а дальше, за соседним столиком, были две девы, явно жрицы любви, хохотавшие вместе с пареньком, уже совсем пьяным; сидел и мрачный одинокий мужчина. У каждого находящегося здесь, казалось, была своя история, весёлая или грустная. Рэй, наконец, добрался до барной стойки, плюхнулся на свободное место и нагло положил локоть на деревянную поверхность, с довольной улыбкой говоря:              — Хозяин, добр-р-рый вечер-р-рок. Мне как обычно.              Хозяином оказался рыжеволосый качок, протиравший за стойкой бокалы и следивший за порядком в таверне. Когда он услышал Рэя, то приподнял один уголок губ и отложил бокал в сторону.              — Привет, уважаемый. Сейчас будет.              После чего принялся смешивать что-то из коллекции алкоголя за своей спиной. Рэй тем временем ненадолго повернулся к остальным посетителям: один заходил, а второй выходил. Какого-то мужчину и вовсе выносили, ибо этот несчастный, судя по всему, сам уже точно не был способен никуда дойти. Рэю нравилось здесь сидеть именно из-за постоянно сменяющих друг друга событий: он словно бы участвовал во всех историях сразу, при этом оставаясь всего лишь наблюдателем. Ну и, конечно же, ему больно уж нравилась местная выпивка.              — Сегодня ты особенно довольный. Удалось что-то узнать? — Хозяин таверны кивнул на прибитый свиток к одной из стенок стойки.              Этим свитком было задание Рэя на перевод письма его дяди. Даже спустя шесть лет ничего не изменилось: никто не мог помочь ему, будто такого языка действительно никогда и не существовало. Стоило Рэю повернуть голову к свитку, как радость в его глазах поугасла:              — Нет. Просто день пр-р-риятный.              Он уже не знал, что делать. Многие говорили, что его дядя мог пользоваться особым шифром или языком некой организации, поэтому никто его и не знает. Естественно, кроме самих членов организации. Поначалу Рэю это казалось бредом: ну как его дядя мог где-то состоять? Он ведь не сектант какой-то, в конце концов. Но чем больше Рэй думал, тем всё более правдоподобной становилась для него эта версия. А как ещё можно объяснить то, что никто, даже учёные, не в состоянии перевести все эти странные символы? Тогда вставал вопрос: в какой организации состоял Арэта. И зачем? Вот это Рэю уже точно не у кого было спросить. От отчаяния он задавал этот вопрос даже могиле дяди, когда навещал его, но ответа не получал. Расследование зашло в тупик, и Рэй понятия не имел, в какую вообще сторону следовало копать.              Хозяин таверны заметил перемену в его настроении и поспешил затронуть другую тему, дабы не омрачать вечер:              — Приятный день, говоришь? Опять все деньги на наш квартал спустил, да?              — Что значит «опять»? Я вообще-то никогда не спускал абсолютно всё на ваших дам. — Рэй усмехнулся, приподняв брови.              — Ну да. Как и к своим заказчицам ты не подкатываешь никогда. — Тот доделал напиток и передал его гостю. — Даже не знаю, с таким твоим поведением стоит ли мне рекомендовать тебя одной госпоже.              — О, так у тебя есть заказ для меня? — Рэй принял деревянную кружку и ещё больше оживился. — Пасиб. Ну так ср-р-разу бы и сказал, а то стоишь тут и косточки мне перемываешь.              Он отпил немного и издал довольное «м-м-м»: как и всегда, смешение аквавита и джина у хозяина вышло просто превосходным.              — Приму твою реакцию за комплимент. — Хозяин таверны улыбнулся и даже слегка поклонился. — Вернёмся к заказу. Одна моя знакомая собралась идти в поход в горы, исследовать там что-то надо. Она учёный, и ей нужна защита от бандитов и монстров. Могу порекомендовать тебя, если интересует. Ты парень очень надёжный и смелый, на тебя можно положиться, и ты опытный стрелок. Я могу доверить её тебе. Одно в тебе плохо: ты бабник и спиртоман.              Рэй, до этого с гордостью слушавший свои титулы, под конец аж поперхнулся напитком и отставил его в сторону. Затем прокашлялся, вытер губы и с ухмылкой ответил:              — Ну, мог бы как-то помягче сказать, знаешь ли. Я хотя бы не алкоголик: до опьянения не хлестаю.              — Соглашусь. Иначе ты бы не стал хорошим стрелком.              — То-то же. — Рэй шутливо погрозил знакомому пальцем и вернулся к своей кружке. — Заказ я возьму. Пер-р-редай своей знакомой, чтобы задание на меня в гильдии оформила, и можно идти.              Хозяин таверны с улыбкой кивнул. Вечер продолжал идти своим чередом. Клиенты приходили, уходили, и, благо, никто сегодня не устраивал никаких драк или разборок.              Спустя несколько дней Рэй отправился на новое задание. Солнце отнюдь не давно окончательно скрылось за горизонтом, небо было затянуто тучами, но дождя, кажется, не ожидалось. Он стоял у выхода из города, рядом с огромными воротами, и вертел в руках брелок с ключами от своей комнаты в гильдии, привалившись плечом к каменной стене. На спине его был надет большой чёрный рюкзак, все маленькие сумки на поясе были чем-то забиты, а все склянки — заполнены до отказа. Недалеко от него дежурили стражники, суровые и молчаливые, которые на самом деле были весьма дружелюбными, если их разговорить: просто работа не располагала для беспричинного веселья, требовала ответственности и внимания, из-за чего они и казались со стороны неприступными и бесчувственными махинами. Рэй, конечно же, пробовал с ними болтать и весьма успешно, хоть и недолго: всё же им нельзя было отвлекаться от своего поста. Ездили туда-сюда телеги, экипажи и повозки, некоторые въезжали в город, а некоторые, наоборот, уезжали куда-то во тьму ночи, прочь от яркого света фонарей и шума толпы. Народ, как обычно, активно бродил по улицам Такай, и вся жизнь текла своим чередом.              В один момент Рэй вздохнул, подкинул ключи в воздух, ловко поймал их в руку и отошёл от стены. Надо бы чуть размять ноги, а то так скоро затечёт всё. Он принялся медленно ходить туда-сюда, глядя то на жителей Такай, то на стражников, то на проезжающие мимо повозки. Наверное, не надо было так рано приходить. Впрочем, ждать уже оставалось недолго: близилось время встречи с заказчицей.              «Я сегодня освободился раньше, чем думал, вот и пришёл сразу сюда. Мне казалось, что я долго добираться буду. Эх, если б знал, мог бы по дороге ещё заскочить в лавку и закупиться дополнительными припасами. Всё-таки в горы идём не на один день, там много опасного». — Он заложил руки за голову и зашагал, имитируя походку военных.              Наконец, минут через десять к воротам подъехала коричневая повозка — она остановилась на обочине дороги, рядом с Рэем, и две лошади, тянувшие её, дружно фыркнули. Кучер, мужчина средних лет, посмотрел на него и поздоровался:              — Здравствуйте. Это вас нужно забрать в горы?              — А… здравствуйте. Ага, меня, навер-р-рное. Мисс Хэун попросила?              — Да.              — А где она сама? — Рэй с лёгкой улыбкой подошёл к мужчине, поправляя лямки рюкзака.              Кучер кивнул ему на закрытую часть повозки, где были окошко и дверь:              — Внутри. Залезайте, отвезу вас.              Мимо них прошла группа приключенцев. О чём-то заговорили между собой стражники. Рэй кивнул ему с ответ, забрался на невысокий порог и вскоре оказался внутри кузова — здесь всё было отделано не самыми качественными породами дерева, но хотя бы сиденья оказались мягкими. Собственно, на одном из них и сидела Хэун, нанимательница Рэя: белокурая красавица в очках, из-под стёкол которых внимательно смотрели зелёные глаза. У неё был высокий рост и стройное телосложение, даже чуточку худоватое, но от этого не менее привлекательное. Рядом с ней лежал большой рюкзак и ещё несколько сумок поменьше. Увидев Рэя, она улыбнулась и скрестила руки на груди.              — Здравствуйте, господин Осэгура.              Один раз они уже виделись и немного общались в гильдии, когда Хэун пришла нанять его как телохранителя.              — Здрасьте-здр-р-расьте. Не-не, не надо официоза. Просто Р-р-рэй. Давайте на «ты»? Ещё в тот раз хотел сказать. Если вы не против, — ответил он бодро, усаживаясь на сиденье напротив и укладывая на него свой рюкзак.              — Хорошо, давай. — Она пожала плечами, как бы говоря этим «почему бы и нет».              Рэй с улыбкой кивнул ей, довольный согласием, а затем перевёл взгляд на окно, когда земля задвигалась назад: повозка тронулась с места. Скрипнули колёса, зацокали лошадиные подковы. Вскоре осталась позади огромная стена Такай и сам город, кипящий огнями.              — Мы так, вообще, быстренько окажемся у гор-р-ры. Это ты хорошо придумала — нанять тр-р-ранспорт. — Он поудобнее расположился на сиденье, даже немного вальяжно, расковано.              — Ага, решила, что лучше потратиться и добраться с комфортом. Иначе мы бы пешком чапали до самых руин и пещер. — Хэун посмеялась.              — А ты богатенькая мадама. И на повозку хватило, и на приключенца. — Он весело ухмыльнулся, склонив голову набок.              — А то. Ещё на оборудование хватило, на припасы и на новенький рюкзак. Ужас. — Она с делано-важным видом упёрла руки в бока.              Рэй мог на это ответить лишь смехом. Его радовало, что Хэун оказалась довольно открытой и общительной, ведь это значило, что задание будет как минимум нескучным благодаря её компании. В гильдии, когда они увиделись впервые, она старалась держаться более серьёзно и основательно, а сейчас, в менее формальной обстановке, раскрылась уже с другой стороны. Правда, одно немного смущало Рэя: повозка. Он предупредил Хэун об особенностях своего зрения и о том, что из-за этого, возможно, их экспедиция несколько затянется, так как днём его умения ограничены, на что она ответила, мол, не страшно, её всё устраивает, да и хозяин таверны в квартале красных фонарей её заранее уведомил обо всём. И после этого она, видимо, потратилась на повозку, дабы все оказались в плюсе и по времени, и по комфорту. Просто вслух не стала этого говорить, не желая ненароком задеть Рэя. Хотя его это, если честно, совершенно не задевало, ибо он всегда был только за то, чтобы как-то минимизировать ограничения своего зрения. Только вот где-то в глубине души Рэю всё же было неудобно, что девушке пришлось тратиться на повозку по такой причине. Впрочем, он понимал, что смысла в этом чувстве нет, ибо Хэун наняла транспорт не только из-за него.              В дороге они много разговаривали: то о работе друг друга, то об интересных случаях из жизни, то просто обо всём подряд. Коротали путь, как могли, даже извозчика периодически втягивали в разные обсуждения. Наконец, спустя шесть суток они добрались до нужной точки — Снежных троп, где и располагалось множество руин, пещер и остатков знаний о старых цивилизациях. Здесь было очень холодно, кругом лежал один лишь белый снег и дул сильный морозный ветер. С затянутого тучами неба срывались крупные снежинки. Пока повозка катилась по расчищенной дороге, Рэй множество раз замечал, как в окне то и дело мелькали силуэты — все они были с факелами или с переносными лампами, дабы видеть в ночи, с огромными рюкзаками за спиной, тепло одетые и, главное, почти у всех в руках были либо свитки и перо, либо какие-то чудные приборы. Судя по всему, это тоже исследователи. Многие разбивали палатки прямо в степи.              — Это они на местах исследований прям и останавливаются, да? — спросил Рэй, переводя взгляд на Хэун.              Они оба уже успели заранее переодеться в толстые тёплые куртки, зимние брюки, шапки и сапоги. Правда, Рэй обходился без головного убора, ибо сильно холодно ему не было. Он бы пошутил о том, что это из-за того, что он слишком горяч, но хозяин таверны ему запретил флиртовать с Хэун, а он и не был против: понимал причину, которая, скорее всего, крылась в действиях хозяина.              — Ага, исследователи часто спят прямо там, где исследуют. — Она подтверждающе кивнула. — Мы тоже так сделаем. У тебя же с собой палатка?              — Агась, госпожа. — Он похлопал по своему большому рюкзаку.              — Отлично. Кстати, зрение сейчас нормальное? А то только недавно же тьма опустилась. — Хэун поправила очки, сдвинув их ближе к переносице.              Повозка подпрыгнула на кочке и сильно скрипнула. Рэй издал на это тихое «оу».              — Да, всё нор-р-рмуль. У меня после заката глазастость уже на месте — Он весело и негромко посмеялся.              — Ну и хорошо.              Снег, наконец, прекратил срываться с неба, а тяжёлые тучи медленно уходили. Вскоре путники доехали до нужной точки: заснеженной горы, которая гордо возвышалась среди других, отличаясь особенно большими размерами. Рэй и Хэун вышли из повозки, затем вытащили оттуда вещи и расплатились с извозчиком. Тот пожелал им удачи, развернул повозку и уехал обратно в тёплый Такай. Они проводили его взглядом, слушая топот лошадиных копыт по снегу, а после вернулись к своим делам.              «Я бывал в Снежных тропах раньше, когда искал зацепки о смерти дяди, но так ничего и не нашёл. Давно это было, лет пять назад. Хотя на этой горе я не был, тогда ещё здесь толком ничего не находили. Может, теперь тут что-то будет». — Рэй надевал рюкзак. После этих мыслей в душе его поселилась надежда.              Пока Хэун думала, как лучше обвеситься своими сумками, он подошёл к ней и повесил половину из них на себя, дабы ей не пришлось подниматься, таща их. Но поначалу она была против.              — У тебя ж своих хватает. Зачем ты ещё и мои берёшь? Тебе можешь двигаться с ними?              — Ну-ка… — произнёс Рэй, решив проверить, удобно ли ему будет продолжать путь в таком виде.              Сперва он резко рванул вперёд, затем за пару прыжков вернулся. Попрыгал на месте и попробовал сделать ещё несколько резких движений. Рэй занимался всем этим не просто так: он смотрел, как будет распределяться вес и нагрузка от сумок во время боя, учитывая его стиль, варианты выпадов и уклонений. В итоге он пришёл к выводу, что немного замедлился, но некритично. Мобильность не была потеряна. Хэун в это время молча наблюдала за всеми прыжками и бегом, а после этого спросила ещё раз, улыбаясь:              — Ну как? Тест пройден?              — Полностью. — Рэй с ответной улыбкой показал ей «класс». — Могём идти. Ты не пер-р-реживай за меня, мне лего.              — Ну что ж, как скажешь. — Она вздохнула.              Что поделать, пришлось согласиться. Да и, кроме того, ей и правда было тяжеловато тащить на себе всё оборудование. Наконец, они двинулись в путь: впереди их ждала безымянная гора и множество скрытых в ней секретов. По крайней мере, так говорили исследователи. Они обнаружили пещеры и руины здесь недавно, и многие сразу кинулись изучать и перерабатывать всю местную информацию, какую только можно было найти. В их числе оказалась и Хэун. Она даже радовалась тому, что они с Рэем взбираются на гору именно ночью, ибо так уменьшался шанс наткнуться на других учёных. Ничего страшного не произошло бы, случись это, но в Хэун проснулась неумолимая тяга к первенству, поэтому она так спешила как можно скорее взобраться на гору, пока другие её коллеги ещё только подъезжали к Снежным тропам или готовились к поездке. Первый час ходьбы был довольно приятным: мороз слегка пощипывал нос, воздух был такой чистый, свежий, словно бы стерильный. Вокруг стояли высокие ели и сосны, усыпанные снегом, а повсюду, рядом с тропинкой, виднелись большие и маленькие сугробы. Небо над головой было угольно-чёрным, оно окончательно очистилось от туч, и теперь на нём сияли мириады крупных звёзд. Ярко светила луна так, что даже лампу не приходилось зажигать. Хэун то и дело восторженно засматривалась на снежные виды, и Рэй полностью её понимал, делая то же самое, но гораздо осторожнее, ибо местность здесь была дикая, ещё и ночь на дворе — самое благоприятное время для охоты хищников. Лучше было оставаться начеку и следить за изменениями вокруг. Да и не исключено, что всякие бандиты и любители сокровищ тоже могли наведаться сюда в поисках наживы.              Благо, что сильно высоко взбираться не нужно было, так как вход в сеть руин и пещеры находился на нижней части горы. Ещё и по этой причине так много учёных ринулось именно сюда. Впрочем, особенно рьяных последователей науки даже пара месяцев восхождения не остановила бы. Спустя ещё полтора часа Рэй и Хэун решили сделать небольшой привал, и последнему всё же пришлось надеть толстую ушанку и убрать волосы, ибо крепчавший с высотой мороз уже начинал неприятно кусать лицо и уши. Им жизненно необходимо было подобраться к руинам до рассвета, дабы разбить рядом с ними лагерь. Таковым являлся план Хэун, опять же, из-за её страстного желания оказаться в числе первых. И Рэй её в этом очень даже поддерживал, ибо сам обожал подобный дух соперничества и прохождение испытаний на прочность. Так что, воодушевлённые, они быстро перекусили, долго отдыхать не стали и понеслись вперёд на чистом энтузиазме, готовые обогнать не только исследователей, но и, кажется, весь мир. Остаток пути у них занял ещё два часа, но, в конце концов, они увидели то, что хотели: заметённый снегом вход внутрь горы, раскуроченный кем-то из ныне живущих. Тут и там валялись каменные глыбы разных форм и размеров. Собственно, так пещеры изначально и открыли: какие-то воины устроили на горе дуэль и случайно пробили проход. Перед руинами была средних размеров плоская площадка, на которой росли всё те же ели, но их количество заметно уменьшилось по сравнению с тем, что было внизу. Хэун заметно обрадовалась, когда не увидела свежих следов у входа, ведь это значило, что её задумка, скорее всего, удалась. Правда, вся её радость немного поутихла, когда она обнаружила слева от руин две закрытые палатки, оборудование исследователей и потушенный костёр рядом.              — Блин, кто-то всё-таки пришёл раньше нас. — Она издала длинный вздох и зашагала дальше, внимательно осматривая каждый сантиметр раскиданных камней.              Рэй тем временем отошёл чуть в сторону и начал выбирать наиболее удачное место для их с Хэун палаток, предварительно внимательно посмотрев лагерь их соседей, дабы понять, а точно ли это учёные. Ну, по крайней мере, на данный момент всё указывало именно на это, потому он вернулся к поиску удобного места. Такое, что замечательно, довольно быстро нашлось и находилось не слишком далеко от остановки исследователей. Рэй снял с плеч рюкзак и краем глаза заметил, как Хэун всё ближе и ближе подбиралась к входу в руины. Внутри у него неприятно ёкнуло.              — Погоди-погоди, Хэун, не ходи без меня туда. Сначала р-р-разобьём лагерь, а потом вместе сходим, — предупредил он её, присев и открывая самый большой отдел рюкзака. — Пр-р-ринеси остальные свои сумки сюда, я сейчас всё устрою.              — Иду-иду. — С напускной печалью она развернулась, поправила очки и направилась к Рэю.              Хозяева палаток напротив, видимо, сейчас находились в руинах. И уже довольно долгое время, судя по тому, что даже их следы уже успело замести. Впрочем, это вовсе не удивительно: увлечённые исследователи, как рассказывала Рэю Хэун, вообще не следили за временем. Это относилось и к ней самой. Вскоре она подошла к своему телохранителю, отдала рюкзак и все сумки, и после этого он начал установку лагеря. Хэун тоже вызвалась помочь, ибо просто стоять без дела ей не хотелось. Они управились довольно быстро, и теперь на ранее пустом снежном месте высились две маленькие палатки и круг, отведённый под костёр. Всё оборудование Хэун разместила в своей палатке, чтобы лишний раз не ходить за ним далеко.              Теперь, когда приготовления закончились, можно было отправляться в руины, пока не взойдёт солнце. Рэю очень сильно хотелось верить, что днём, когда он будет спать, Хэун не додумается пойти одна и исследовать всё, что под руку попадётся. Они подошли к самому входу, и только Рэй хотел пройти внутрь, как Хэун его остановила, выставив одну руку в сторону.              — Стоять! Для начала необходимо изучить сам вход: вдруг здесь есть что-то любопытное.              — А, — он немного непонимающе, но весело улыбнулся, — хор-р-рошо.              Ему было неведомо, какие такие интересности могли прятаться в обычных кусках камней, но противиться не стал: он ведь не исследователь или учёный, может, поэтому и не понимал ничего. Пока Хэун увлечённо ползала по снегу и обломкам туда-сюда, Рэй внимательно следил и за ней, и за обстановкой вокруг — пока что всё было довольно тихо, лишь иногда откуда-то из руин доносились голоса. Видимо, это хозяева остальных двух палаток, но Рэй на всякий случай всё равно оставался начеку. Он ходил то влево, то вправо, периодами двигая ногой лёгкие обломки и осматривая их, но чего-то увлекательного не мог заметить, поэтому больше убивал время, пока его нанимательница вдоволь не насладится поползновениями. Впрочем, это занятие вскоре надоело Хэун, и они с Рэем, наконец, вошли в руины — здесь царила темнота, ничего толком не представлялось возможным разглядеть, поэтому пришлось вернуться, достать из палаток лампы и уже после этого полноценно продолжить дорогу. Руины представляли собой длинный коридор, который не отличался от любой другой пещеры, в самом его начале снег, заметённый сюда ветрами, ещё хрустел под подошвами сапог, но вскоре этот звук сменился лёгким эхом: Рэй и Хэун ступили на каменные плиты. Они прошли вперёд где-то метров пятьдесят, прежде чем в коридоре начало появляться хоть что-то. И этим чем-то стали разветвления в другие коридоры и даже в комнаты. Хэун растерялась, она не знала, с чего следует начать, а радость так и лилась из неё водопадом, казалось, готовая осветить все эти сети пещер поярче ламп. Рэю было приятно наблюдать за ней, такой счастливой, нашедшей себя в своей профессии, и он сам начинал ещё больше заряжаться её боевым настроем. В конце концов, Хэун выбрала определённое ответвление коридора, и они направились туда. Правда, когда дошли до помещения, в которое оно вело, то замерли на мгновение: тут уже кто-то был. Двое мужчин, укутанные в тёплые вещи, шарфы и шапки, стояли рядом и молча рассматривали свиток в руках одного из них. Когда пришли Рэй и Хэун, они подняли головы. Первый мужчина, который был повыше и крупнее, обладал смуглой кожей, а его длинные чёрные пряди слегка выбивались из-под шарфа и шапки. Второй же был немного ниже и худее, весь бледный, даже немного болезненный на вид, а его лицо усыпали веснушки.              — Ой, простите, помешали? — сказала Хэун, виновато улыбаясь.              Хотя в душе явно считала, что помешали ей.              — Нет, мы уже уходим, — ответил мужчина, бывший повыше. Взгляд его розовых глаз лёг на Хэун.              Он свернул свиток и собрался пойти к выходу из помещения.              — А письменность? — спросил второй, приподнимая брови. Он, видимо, не намеревался никуда уходить.              — В палатке посмотрим. Всё равно здесь уже всё изучили. — Первый мужчина пожал плечами.              Его напарник сдался и поплёлся следом, издав вздох. Но когда они поравнялись с Рэем и Хэун, последняя с искренним интересом произнесла:              — Письменность? Тут что-то новенькое есть?              Смуглый мужчина остановился и слегка улыбнулся: у него были широкие, приятные черты лица, большую часть которых скрывала пушистая ушанка.              — Можно и так сказать. Письмена Коморэби самой ранней эпохи — много текстов на разные темы, — голос у него был низкий, грудной.              Глаза Хэун загорелись невиданной доселе заинтересованностью. Она глубоко вдохнула и тут же сделала несколько шагов в помещение, практически забыв о своём собеседнике и вообще обо всех вокруг. Рэй, до этого момента молча слушавший разговор, коротко засмеялся, обращаясь к незнакомцам:              — Извините, она очень любит всю эту тему. Пасиба за информацию.              После чего отсалютовал им обоим. Смуглый мужчина странно задержал на нём взгляд, буквально на одно мгновение, но следом промолвил:              — Ничего, это похвально для исследователя. Удачных вам поисков.              — Агась, и вам. — Рэй с улыбкой покивал.              Оба мужчины ответили тем же, а затем скрылись из виду за поворотом. Рэй недолго слушал звуки их удаляющихся шагов, а после этого прошёл дальше в помещение, дабы посмотреть, что же такого интересного с письменностью здесь находилось. В его сознании вновь мелькнули мысли о дяде. Сама комната была полностью каменной, такой же тёмной, как и остальные руины, и на каждой из её стен, на потолке, на полу — везде и всё было исписано какими-то символами, буквами, иероглифами, цифрами и знаками. Тексты были нанесены с помощью некоего острого предмета, многие из них сохранились не полностью из-за разрушений камня, какие-то стёрлись временем, но оставалось достаточно и тех, что ещё представлялось возможным прочитать. Помимо бесконечной писанины, в помещении ещё стоял разрушенный каменный стол и такие же стулья вокруг него, какие-то лавочки всё из того же материала, подобие шкафов и разбросанные по полу катаны, мечи и копья, уже давным-давно проржавевшие насквозь. Рэй осторожно ходил между всеми этими предметами, не особо понимая, что это было за помещение, чем оно вообще служило. Помимо этого, он внимательно, даже немного отчаянно всматривался в символы вокруг себя, стараясь найти похожие на те, что писал в письме его дядя. Опять ничего. В душе его огонь надежды вновь потух, но Рэй встретил это событие с лёгкой, грустной улыбкой: уже привык. Оставалось только двигаться дальше. Как обычно. Он издал тихий вздох, сунул руки в карманы куртки и неспешной походкой направился к Хэун.              Внутри жгло. Горчило.              Она сидела на коленях перед одной из стен и внимательно переписывала символы к себе в свитки, лицо у неё при этом было такое серьёзное, собранное, будто от этих действий зависела вся её жизнь. Рэй подошёл к ней поближе, но отвлекать не стал. Впрочем, Хэун сама заговорила. Правда, не понятно, то ли с ним, то ли сама с собой:              — Это записи Коморэби, когда та ещё только начинала своё знакомство с наукой. Как известно, Коморэби обладала поистине восхитительными технологиями, но достигла она такого прогресса не сразу. Всё началось с обычных камней, и прямо сейчас я сижу в библиотеке, где жители Коморэби хранили записи об истории своей империи.              Хэун легко улыбалась, с немыслимой скоростью двигая пером по свитку, который лежал перед ней на полу. Сейчас она казалась совсем другой, нежели при восхождении на гору. Прямо настоящий учёный. Рэй наклонился к ней и с ухмылкой спросил:              — О, так это библиотека? А ср-р-разу и не скажешь.              — Это не просто библиотека. Это самая настоящая историческая колыбель. Не зря сюда тащились, здесь и правда бесценные сокровища!              — Ты про тексты?              — Конечно! — Хэун с искренним удивлением посмотрела на него, опустив очки, а затем вернулась к записям. — С помощью них мы сможем ещё больше открыть для себя Коморэби. Но эта письменность отличается от поздней эпохи Коморэби, но я всё равно смогу её разобрать. Уж сектантов этих разбираю, а тут и подавно справлюсь.              — Каких сектантов?              Их голоса эхом отдавались по всему помещению. И если бы не они, то всё вокруг заполнила бы собой непроницаемая, звенящая в ушах тишина. Лампы продолжали гореть, будто охраняя своих владельцев от тьмы, что отступила в углы комнаты. Хэун сдвинула очки ближе к переносице, вновь оторвалась от свитка и чуть повернула корпус к Рэю:              — Ты не слышал? А хотя да, пока это не особо распространённая информация. Новая совсем. Недавно объявилась секта. Они называют себя культом Расэн. Это безумные ребята, которые поклоняются ёкаю, злобному духу по имени Расэн, когда-то давно служившему владыке Тьмы Тенгу. Позже он был убит магами Коморэби. История гласит, что Расэн стал одной из причин последующего падения Коморэби, не считая самого Тенгу, ибо сильно её ослабил. У него были последователи, но их позже перебили, а его самого уничтожили довольно жестоким образом маги из Коморэби: тело сожгли, а истерзанную душу отправили бродить по миру. Нынешние культисты начитались свитков о его силе и теперь пытаются его воскресить. По слухам, они не брезгуют даже опытами над людьми. Этот культ существует уже очень давно, но он всегда тщательно скрывался, про него ничего и никому не было известно, а в этом месяце его члены вдруг начали открыто появляться в разных уголках империи и набирать в свои ряды новичков. Проповедуют свою религию и рассказывают про этого Расэна, как про спасителя, который дарует им вечную жизнь, если они будут ему хорошо служить. — Хэун приложила перо к своим губам и нахмурилась, затем вздохнула и качнула головой. — Не пойму, что у них в голове. Столько десятков лет скрывались, по их же словам, а теперь внезапно сменили политику.              — Ого… вообще не слышал ничего такого. — Рэй приподнял брови. Он и правда был удивлён тем, что до него не доходили такие слухи, хотя он всегда старался быть в курсе всех событий. — Откуда известно стало, что им несколько десятков лет?              — Ну…              Хэун чуть помялась, но всё-таки рассказала: ранее, во время экспедиции в столицу соседней империи Атараси, она встретилась с членами культа; они стояли на улице и активно зазывали к себе жителей, выкрикивая что-то про Расэна, возрождение великого господина и свою благородную цель. Хэун, как исследовательница, имела привычку узнавать о чём-то новом как можно больше, потому пробилась сквозь собравшуюся вокруг них толпу, дабы посмотреть, кто там и что говорит. В окружении людей стояли трое мужчин: все они были одеты в чёрные одежды с изображением красного вихря и держали в руках деревянные таблички, на которых значились слова: «Слава господину!». Тогда Хэун и узнала, что эти ребята из культа Расэна. Они оказались довольно контактными, хоть и высокомерными, и охотно поделились тем, что их организация существует уже давно, но до этого она не обладала достаточной мощью, чтобы заявить о себе во всеуслышанье, но теперь ситуация изменилась, и они, её детища, вышли на свет, дабы набрать в свои ряды новых умелых членов, которые помогли бы им довести дело с воскрешением Расэна до конца. В голове Хэун всё это абсолютно не укладывалось: культ явно нарушал все законы, вызывал гнев правителей империи Атараси и подвергал себя гонениям и опасности, так стоило ли высовываться из своего логова ради новичков? На этот вопрос она так и не нашла ответ.              — Потом многие стали изучать их деятельность, всплыла куча страшных фактов, и теперь культ везде и полностью запрещён. Что они хотели добиться? Какой реакции ждали? Не знаю. Но знаю точно, что они для общения между собой используют особый шифр: изменённую письменность империи Коморэби поздней эпохи. Сложно было всё это расшифровать, но у меня получилось. — Хэун улыбнулась, а затем взяла в руки перо, развернулась обратно к письменам и продолжила аккуратно, старательно переписывать каждый символ.              Рэй позади неё вдруг задумался. Приложил руку к губам и медленно перебегал взором из одного угла помещения в другой, глядя сквозь предметы. Сейчас он ничего не слышал и не видел. В его голове одна за другой стали появляться мысли, из которых начала формироваться тонкая, невесомая, но видимая надежда. Чувство, которому было страшно появляться в его душе, ведь оно каждый раз гасло, как мокрый уголёк. Тем не менее Рэй решил попробовать. Он цеплялся за любую вероятность, впивался в неё зубами, стремясь узнать хоть что-то. Хотя бы какие-то крохи информации, какими пугающими они бы ни были. Он чуть расстегнул куртку и полез в карман на кофте под ней, затем вытащил письмо дяди и протянул его Хэун. Та глянула на неожиданный предмет перед лицом и не совсем понимающе посмотрела на Рэя. Он выглядел серьёзно, немного мрачно.              — А вот это… не символы культа случайно?              Она с лёгкой растерянностью взяла письмо в руки, развернула его и принялась внимательно читать каждую строчку. Заняло это от силы минуту, после чего Хэун чуть сдвинула брови.              — Да, похоже на язык культа, только здесь есть много отличий. Будто его модифицировали. Откуда это у тебя?              Рэй поначалу не ответил: внутри него что-то надрывно щёлкнуло, и он с выдохом провёл рукой по своему лицу, закрыв глаза. Сердце загрохотало, а всё его нутро, казалось, содрогнулось в один момент. Наконец-то… Спустя шесть лет поисков он смог схватить ту ниточку, которая могла бы привести его к разгадке. Неужели этот день настал?              Но какой ценой?              «Дядя состоял в культе?»              Эта мысль пронзила его, словно пуля. Хрупкая радость Рэя и облегчение от слов Хэун мгновенно стихли, стоило ему в полной мере всё осознать. Если письмо Арэты и правда имеет отношение к культу, то…              «Нет. Нет-нет, сначала нужно досконально всё выяснить, а потом уже пугаться. Дядя не обязательно был членом культа, он мог быть там не по своей воле. А может, это его письмо вообще отношения не имеет к ним. Спокойно. Спокойно. Нужно для начала всё разузнать. Может, в самом тексте ответы есть».              Слишком много мыслей. Слишком много сомнений. Рэй тонул в них, у него никак не выходило сосредоточиться: переполняло волнение от самого факта, что он, наконец, мог узнать содержание письма. Всё в нём встрепенулось, перемешалось, и он почти вплотную подлетел к Хэун.              — Слушай, а можешь пер-р-ревести это письмо? Оно связано с моей семьёй, для меня это очень важно. Пожалуйста, прошу, Хэун. Кроме тебя, больше никто этого не сделает! Можешь забр-р-рать оплату себе, вообще всю, только пер-р-реведи, пожалуйста!              Он крепко стиснул её руки в своих, говорил быстро, немного сбивчиво. В его глазах смешались самые разные эмоции, мрачные, светлые. Он отчаянно нуждался в её помощи, и это было заметно даже без слов. Хэун опешила от такой просьбы — письмо выпало из её рук, упало на свиток со свежими чернилами и окрасилось с обратной стороны. Рэй отреагировал мгновенно, отпустил Хэун и схватил письмо, поднял его и облегчённо выдохнул. Конечно, чернила не окрасили бы другую сторону, но всё равно не хотелось, чтобы оно запачкалось или испортило свиток Хэун.              — Ну… я не против. Просто это всё очень неожиданно. Ничего не обещаю, потому что тут много чего изменено по сравнению с обычным шифром культа, но я попробую. Оплату не надо. Не надо, — повторила она строго, когда Рэй уже хотел открыть рот. — Вот если смогу перевести, тогда и поговорим об этом. Да и вообще — я же исследователь, конечно, я не откажусь узнать что-то новое.              Под конец она улыбнулась. Не стала задавать никаких вопросов или уточнять что-то, ибо понимала, что он, скорее всего, сейчас всё равно уйдёт от ответа. Да и это его личное дело. Ей было достаточно того, что теперь у неё на руках оказался уникальный материал, который она раньше точно никогда не видела. Сам Рэй после её слов будто расцвёл: улыбнулся в ответ так светло, широко и радостно, словно получил от этой жизни всё, что только мог пожелать.              — Спасибо тебе, Хэун. Пр-р-равда, спасибо, — он сказал это с непередаваемым теплом, а его лицо озарилось обаятельной ухмылкой.              — Пока не за что. — Она качнула головой, отводя взгляд и в который раз поправляя очки.              Рэй заметно оживился, и они продолжили исследования.              Когда экспедиция в горы закончилась, Хэун наняла повозку, и они с Рэем прибыли в Такай, где и расстались, условившись встретиться, когда Хэун закончит разбираться с письмом. Перед этим они вдвоём сходили в гильдию приключенцев, и Рэй получил деньги за выполнение заказа, но тратить их не стал: как и обещал, хранил каждую монетку, дабы позже заплатить за перевод. Хэун связалась с ним почти через месяц, и новости у неё были не самые приятные.              Она так и не смогла ничего перевести. Просто не разгадала шифр, хоть и убедилась, что это, можно сказать, улучшенная версия языка культа Расэна. Услышав это, Рэй был ошарашен, на какие-то секунды впал в ступор и ощутил, как его вновь заполняет пустота, безжалостная, холодная. Но сдаваться не спешил. Только не в этот раз, когда в кои-то веки у него получилось напасть на нужный след, хотя бы на йоту подобраться к ответу на все вопросы. Тогда он твёрдо решил, каким будет его следующий шаг:              «Отыскать членов культа и допросить. Любыми способами».