Отражение солнца

      Ученики других кланов встретили Вэнь Сычжуя с интересом: мало того, что он был первым Вэнем, прибывшим на обучение в другой орден, так ещё и всего лишь двенадцатилеткой. Возраст остальных учеников варьировался от четырнадцати до шестнадцати лет, так что он и правда был «особенным».       А он растерялся, увидев много знакомых-незнакомых лиц. Если с Лань Ванцзи и Лань Сичэнем он иногда общался, то с остальными «познакомился» только сейчас. Сердце сжималось от того, какие все юные, беспокойные, а главное — живые, беззаботные и счастливые, не познавшие ужасы войны и череды последующих страшных событий.       Его беспокойство не укрылось от чужих глаз, но то восприняли как волнение перед новыми, ещё и более взрослыми людьми. Поэтому, чтобы «влить Вэнь Сычжуя в коллектив», Вэй Усянь в один из дней пригласил его повеселиться вместе. Он с готовностью согласился: ему было интересно провести время в компании тех, кого он знал только взрослыми. Хотя и переживал, чем может закончится веселье и не устроят ли эти ребята попойку.       Но нет, ничего смертельно страшного те не затеяли, просто сразу после урока слиняли слоняться по окрестностям.       Вэнь Юань даже подумать не мог, что Вэй Усянь, в его прошлой жизни всем известный как страшный и ужасный Старейшина Илина, в юности был таким шебутным, веселым и совершенно безобидным. Он сразу почувствовал к нему симпатию. Что-то смутно знакомое ощущалось от него, приятное, чуть ли не семейное, отчего даже жуть брала: что же должно было случиться с этим человеком, чтобы он стал жестоким тёмным заклинателем?       С ними за компанию пошёл и глава Не, Не Хуайсан. Вот уж кто точно едва ли изменился со временем. Как его описывали, таким тот и был: хрупким тонким юношей с большими зелёными глазами, открытыми миру, и с полным непониманием на лице. Впрочем, Вэнь Юань и сам далеко не всегда понимал, что несёт Вэй Усянь, так что с Не Хуайсаном был в чём-то солидарен.       Зато глава Цзян, Цзян Ваньинь, отчётливо понимал Вэй Усяня и спорил с ним напропалую. Вот в ком виднелись разительнейшие перемены. Он был вредным, но по нему совершенно нельзя было сказать, что он превратится в злобного тирана, жаждущего крови тёмных заклинателей. Жуткие слухи и когда-то увиденное собственными глазами так и роилось в голове Вэнь Юаня при одном взгляде на смеющегося и дурачащегося юношу. Мороз по коже пробирал.       Такой незатейливой компанией они добрались до реки. Звонкие переливы вод, журчание умиротворяли встревоженного Вэнь Юаня. Он так и провёл бы здесь всё время своей недолгой жизни. Он безмятежно улыбнулся и вдохнул лесную свежесть полной грудью, наслаждаясь мгновениями спокойствия.       Его ухватили под руку, и он вздрогнул.       — Напугал? Извини, — улыбнулся Не Хуайсан. — Ты ушёл в себя и не вернулся, а эти двое уже затеяли рыбу ловить и меня этому учить. Составишь компанию?       Вэнь Юань рассеянно начал:       — В Об... — но запнулся и поправился: — Разве в Облачных Глубинах не запрещено ловить рыбу?       Наверное, было бы странно, если бы он за пару дней выучил все правила, как приходящий ученик. Он-то помнил их ещё с прошлой жизни, но вряд ли кому-то это стоило знать.       — А ты собираешься кому-то рассказать?       — Нет... — Вэнь Юань смутился.       — Это хорошо. На самом деле ничего серьёзного, вряд ли мы что-то поймаем. Хотя эти двое выглядят умелыми, ха!       — Они ведь выросли в воде, ещё бы. — Вэнь Юань прыснул в кулак. — А вот мы нет. Но попробовать можно.       — Пойдём, — заговорщически шепнул Не Хуайсан и потянул его за собой навстречу приключениям.       Они вошли в холодные воды реки. Некоторое время наблюдали, как действуют юньмэновцы, а потом и сами попробовали половить рыбку. Вэнь Юань даже увлёкся, пытаясь удержать в руках скользких и удивительно вёртких существ. Один раз даже получил хвостом по лицу и от неожиданности упал. Когда вынырнул, долго смеялся вместе со всеми. И было так странно, непривычно — он нарушает правила своего дома... Больше не своего. Осознание ударило по лицу похлеще рыбьего хвоста, и веселье сразу испарилось.       Эмоции живо отразились на его лице, да так, что новые приятели забеспокоились. Они помогли ему подняться и выбраться на сушу.       — Эй, что-то случилось?       — Нет, всё хорошо. — Он выдавил из себя улыбку. — Просто... скучаю.       — Скучаешь? По чему? — удивлённо спросил Вэй Усянь.       — Неважно. Не хочу об этом говорить. — О, Вэнь Юань ещё как хотел. Но не мог. — А что вы собираетесь делать с пойманной рыбой? — перевёл он тему.       Вэй Усянь хитро переглянулся со своим шиди.       — А ты как думаешь? — вопросом на вопрос ответил Цзян Ваньинь, усмехнувшись.       Вэнь Юань непонимающе склонил голову набок.       — Зажарим и съедим, конечно же! Неужели не думал об этом? Тут такая ужасная еда, что даже обычная рыбка без приправ покажется королевским обедом! — весело протараторил Вэй Усянь.       Вэнь Юань нахмурился. Это уже было совсем неприемлемо!       — В Облачных Глубинах запрещено убивать. О запрете на мясо я уже промолчу.       Не Хуайсан отступил назад, наблюдая за ними. Наверняка ждал появление победителя.       — Как уверенно говоришь. Нефриты научили? — Цзян Ваньинь скрестил руки на груди.       — Научили.       — О нет, неужели ты такой же занудный, как Лань Чжань? — притворно ужаснулся Вэй Усянь. — А ты точно Вэнь? А то, может, ты у них там Ланьский шпион?       — Что за глупости? Чтобы уважать традиции чьего-то дома, необязательно быть его членом. — Вэнь Юань тоже скрестил руки на груди и упрямо вздёрнул подбородок.       — Ну всё, нам конец. Готовь колени, Вэй Усянь, будем платить за неуважение чужих традиций. — Цзян Ваньинь сокрушённо взмахнул руками и возвёл глаза к небу. Губы его подрагивали от сдерживаемого смеха.       — Вы не должны убивать на территории Облачных Глубин, — упрямо сказал Вэнь Юань. Он мог позволить приятелям нарушать некоторые правила. Но чему-то до́лжно оставаться незыблемым.       — И что делать?       — Не убивать.       — Да не будь ты таким занудой! Мы всю жизнь рыбу ловили и ели, и ничего страшного!       — В своём доме — да. Но здесь не ваш дом.       — Постойте, не думаю, что это достойный повод, чтобы ругаться и уж тем более спорить, что вообще-то тоже правилам противоречит. — Не Хуайсан прикрыл лицо веером, защищаясь. — Может, лучше сходить в город как-нибудь? Если в Облачных Глубинах... нельзя?..       Цзян Ваньинь задумчиво потёр подбородок, нахмурился, но головой одобрительно покачал, признавая правоту.       — В город! — оживился Вэй Усянь. — Это гораздо лучше, чем пресная рыба. Согласись, Цзян Чэн? — Он пихнул шиди в бок.       — Да, думаю, хорошая идея. Отпускай рыбу.       Вэнь Юань облегчённо вздохнул.       — Но ты всё равно зануда! — обличительно ткнул в него пальцем Вэй Усянь, но тут же рассмеялся. — Но ты хотя бы эмоции проявляешь и готов хоть как-то повеселиться, в отличие от Лань Чжаня!       «Как много он его упоминает... — подумалось Вэнь Юаню. — Даже если не знать будущего, можно подумать о каком-то особом интересе».       — Пойдёмте уже, — сказал он, улыбнувшись. — Нам ещё успеть вернуться нужно.       — И переодеться.       Довольно засмеявшись, они договорились о встрече и сбежали привести себя в порядок. А Вэнь Юань понял, что сдерживать этих своенравных юношей будет возможно труднее, чем спасать отца от глупостей.       «Надо будет не забыть ему написать».       По пути к себе он встретил Лань Ванцзи. Вот, что всегда было сложнее всего: смириться с тем, что тот, кого он когда-то называл отцом, сейчас почти одного с ним возраста. Да ещё и с совсем другим характером, потому что ещё не пережил, а скорее всего (Вэнь Юань всей душой надеялся) никогда и не переживёт страшные события, которые выпали на его долю в прошлой жизни.       — Лань Ванцзи. — Он улыбнулся. Тот сдержанно кивнул ему.       — Вэнь Сычжуй.       — Как твои дела?       — Беспокойно.       — Из-за новых учеников?       — Мгм.       Картины прошлого кружились в голове и беспокоили. Помявшись, Вэнь Юань выпалил:       — Почему бы тебе не попробовать с ними пообщаться? Особенно с Вэй Усянем. Он к тебе расположен. Пусть всего несколько дней прошло, но это очевидно.       Лань Ванцзи едва заметно нахмурился.       — Он безобразничает.       — Все мы не без греха. Мы сейчас пойдём в город. Не хочешь с нами?       — Нет. — Тот явно замкнулся, и Вэнь Юань вздохнул.       — Жаль. Ну ладно, ещё увидимся. Я хотел бы кое-что обсудить с тобой по поводу занятий.       — Мгм. — Теперь лицо Лань Ванцзи смягчилось. Эх, если бы Вэнь Юань мог его обнять...              Вскоре четверо приятелей уже спешили в город. За считанные дни они успели изголодаться по наполненной вкусами пище и наперебой обсуждали, что бы хотели отведать. По правде сказать, Вэнь Юаня за годы новой жизни тоже избаловали, но из большой любви к Облачным Глубинам, держался он достойнейше.       Ребята и глазом моргнуть не успели, как спустились с горы и Не Хуайсан завёл их в одно из заведений Гусу. Нешумное и приятное на вид, то сразу влекло к себе (хотя, вероятно, всему виной были умопомрачительные ароматы, доносящиеся оттуда).       — Хотел спросить, откуда ты знаешь, куда идти, а потом вспомнил, что ты остался на второй год, — хихикнул Вэй Усянь, оглядываясь.       — Теперь ты наш надёжный информатор, — со смешком заметил Цзян Ваньинь. — Уже просветил нас во многие нюансы жизни в чужом доме. А вот по правилам нас просветит Вэнь Сычжуй, правильно я понял?       Не Хуайсан в смущении прикрыл лицо веером.       — Будьте скромнее, господа из Юньмэна, и наше сотрудничество будет выгодным.       — Согласен с Не Хуайсаном, — мило улыбнулся Вэнь Юань.       — Да скромность — наше второе имя! — рассмеялся Вэй Усянь.       — А первое — отсутствие, — едко подметил Цзян Чэн, скрестив руки на груди и покосившись на шисюна. — Договорились, надеюсь на наше продуктивное сотрудничество.       Сделав большой заказ, они болтали обо всём, что только в голову приходило. Особенно много говорили Вэй Усянь и Не Хуайсан. Цзян Ваньинь и Вэнь Юань же больше слушали, периодически комментируя бурный поток чужих мыслей. Когда принесли еду, стало потише, зато они от души наелись, так, будто больше никогда не увидят ничего вкусного.       Солнце клонилось к закату. Пора было возвращаться. Вэнь Юань подгонял приятелей, чтобы не опоздать к закрытию ворот. Он не хотел проявлять неуважение к месту, которое долгое время называл своим домом, и людям, живущим в нём. И облегчённо вздохнул, когда все разошлись по комнатам. С такой компанией было весело, но отчего-то отчаянно хотелось отдохнуть. Так было и с братьями, так стало и с товарищами. Но, может, они всё-таки способны на мирную жизнь? В одиночестве мысли вернулись к прошлому-будущему.       «Они-то способны», — сам себе сказал Вэнь Юань. В ребятах не было ни капли зла. А вот о нынешнем отце он всерьёз переживал. Не зря ли он уехал на целый год? Что если без его «присмотра» Вэнь Жохань начнёт сходить с ума, а он узнает об этом слишком поздно?       Вэнь Юань потряс головой, отгоняя тревожные мысли. Он будет почаще писать отцу и по его ответным письмам сможет хоть как-то следить за ситуацией. Поэтому он встал ещё до колокола, написал подробное письмо о своих впечатлениях от Облачных Глубин, обучения и соучеников, а с первыми звуками подъёма поспешил передать его на отправку. И уже с чистой совестью отправился на завтрак и на занятия.              Ответ отца долго ждать не заставил, и оставил странный отпечаток на душе Вэнь Юаня. Они впервые расстались так надолго, и от каждой строчки веяло тоской по любимому сыну. О делах Вэнь Жохань не писал, оно и понятно: перехватить письмо было слишком легко. Но зато одаривал сына тёплыми словами, выказывая искреннюю привязанность. У Вэнь Юаня до сих пор до конца в голове не укладывалось, что тот, кто в прошлой жизни уничтожил тысячи человек, может так искренне кого-то любить. Что если именно эта любовь к сыну (которого у него даже не должно было быть) изменит историю? Возможно ли такое?       Вэнь Юань продолжал писать письма отцу, старался общаться с соучениками, наблюдал за ними. И однажды вспомнил Цзинъи, который в этой жизни ещё даже не родился, и снова загрустил. Разве ж найдёт он себе такого друга? А теперь они будут друг другу совсем чужими людьми, даже когда тот родится и подрастёт. Как и с Цзинь Лином, и с другими ребятами из его прошлого.       Размышляя об этом, поникший Вэнь Юань бродил по Облачным Глубинам, не зная, куда себя деть. Может, он найдёт настоящих друзей среди тех, кого с трудом соотносит со сверстниками? Может, ещё и зародившаяся дружба поможет изменить мир?       Он терялся в догадках, и настроение портилось всё сильнее. Вот жил же он спокойно в семье, пока воспоминания не нахлынули! Почему же так гадко теперь, когда ему открылся буквально ключ к сохранению мира? Всё просто: ключ-то у него есть, но что делать с ним — вопрос совершенно иного толка. А Вэнь Юаню даже посоветоваться было не с кем.       Впереди показалась река. На её берегу сидела знакомая хрупкая фигурка. Не Хуайсан. Вэнь Юань смотрел на него задумчиво. Насколько он знал, орден Цинхэ Не первым пострадал от Вэней и первым же вступил в войну.       — Приветствую, воин, — высокопарно, но с доброй улыбкой сказал Не Хуайсан, когда заметил его. Отодвинул в сторону листы с рисунками и пригласил: — Присаживайся рядом, расскажи, как твои дела? На тебе лица нет.       Вэнь Юань присел рядом и спросил:       — Что рисуешь?       — Виды, людей. Да сам посмотри. — Не Хуайсан протянул ему пару листов с пейзажами и адептами.       — Так красиво! — Вэнь Юань улыбнулся, разглядывая рисунки. — Сразу видно, что тебе нравится этим заниматься.       — Это точно. А приходится осваивать совершенно не то.       — Ты ведь заклинатель и наследник ордена, поэтому важно, чтобы ты умел некоторые вещи.       — Пока есть мой брат, я не нужен. Значит, могу и опустить многие требования.       Вэнь Юань вздрогнул и отложил листы. Какие беспечные мысли!       — Всё равно лучше всему сразу обучиться, чтобы потом не пришлось на ходу это делать, — тихо сказал он.       — Что ты имеешь в виду?       — Ты ведь не знаешь, что ждёт в будущем. А у вас в семье... все рано умирают. Извини, пожалуйста, что такое говорю.       Не Хуайсан безрадостно хмыкнул.       — Нет, что ты, правду же говоришь. Я просто... Надеюсь на лучший исход.       — Нужно не надеяться, а действовать, — будто самому себе сказал Вэнь Юань и с интересом посмотрел на Не Хуайсана. — А вот если бы ты знал будущее и, допустим, когда твой брат гипотетически должен будет погибнуть, что бы ты сделал?       — Если бы я знал будущее, я бы старался предотвратить. Придумать новые способы. Мне кажется это реальным, уж не знаю как тебе.       — А что если, поменяв будущее, придёшь к чему-то ещё более ужасному?       — Хороший вопрос. В таком случае знать будущее чертовски опасная затея.       — И морально тяжёлая, — тихо вздохнул Вэнь Юань. — Никогда не поймёшь, как поступить правильно.       Не Хуайсан долго пронзительно на него смотрел. Покачал головой.       — Значит, надо поступить как чувствуешь. Постараться прожить без сожалений. Мне кажется, Вэй-сюн достойный пример этого.       — Наверное, ты прав. — Вэнь Юань помолчал немного, а потом с улыбкой предложил: — Хочешь, помогу тебе с занятиями, чтобы ты получил хорошие оценки и твой брат забрал тебя домой в конце этого года?       — Чего-то хочешь взамен?       — Нет.       — Странно. Но я согласен. — Не Хуайсан улыбнулся ему и обмахнулся веером. — По правде говоря, домой очень хочется. Я так соскучился. Возможно, в какой-то мере ты меня понимаешь.       О, Вэнь Юань прекрасно его понимал. Он всю сознательную жизнь, живя в Цишане, скучал по дому.       — Мне в Облачных Глубинах нравится больше. Так что я не особо скучаю.       — Ты будто создан для них. Я наблюдал за тобой издалека, в тебе так мало Вэня, что даже жутко.       — Похоже, иногда люди рождаются не на своём месте, — чуть улыбнулся Вэнь Юань. — А вот ты, судя по всему, любишь свой орден несмотря ни на что.       — Вне всяких сомнений, — Не Хуайсан довольно улыбнулся и откинулся назад, на руки. Взгляд его блуждал в высоких кронах. — Хотя по мне, возможно, и не скажешь. Никто во мне не видит ценностей ордена.       — Мне кажется, в тебе есть сила. Просто она... другая.       — Лишь её зачатки. Пока я всё ещё чертовски неумел. И чертовски любопытен, — Не Хуайсан подался к нему. — Твоя сила тоже другая. Не прямая агрессия, не напыщенное величие твоих братьев. Спокойная размеренная ланьская сила. И пальцы такие, будто ты вот-вот заиграешь на гуцине. Да не просто так, а целебную музыку. Вэнь Сычжуй-Вэнь Сычжуй. — Он поцокал языком. — Как же согрешил в жизни глава Вэнь, что его одарили настоящим Ланем?       — Не знаю. — Вэнь Юань нервно рассмеялся. — Но вообще, моя мама была из клана Лань. Правда она умерла через полтора года после моего рождения. Но зато мой отец много общается с учителем Лань.       — Опустим родословную твоей матери, если бы мужчины могли рожать, я бы даже не сомневался. — Не Хуайсан рассмеялся.       — Что? О чём ты? — не понял Вэнь Юань.       — Достойный сын двух орденов вышел.       Он некоторое время глупо смотрел на приятеля, а потом раскрыл рот, вспоминая, как вёл себя отец с учителем Лань, как на самом деле близко они общались. Не могло же такого быть? Или... могло?.. Отец и учитель Лань... обрезанные рукава? Звучало, как бред, учитывая количество женщин у первого и суровый закостенелый нрав второго. С другой стороны, они выглядели счастливыми, когда общались. Или Вэнь Юань уже совсем с ума сошёл и путает хорошую дружбу с любовью?       — Эй, Вэнь Сычжуй? — Не Хуайсан пощелкал пальцами перед его лицом. — Если я что-то нехорошее сказал, прости меня, я не подумал.       — Нет-нет, всё хорошо! Я просто кое-что вспомнил... Неважно. — Он улыбнулся, скрывая замешательство. — Я тебе не мешаю, кстати?       — Ни в коем случае! Общаться с тобой оказалось куда веселее созерцания одних и тех же видов, не меняющихся из года в год.       — Хочешь, покажу тебе место, где ты точно ни разу не был? — не подумав, предложил Вэнь Юань.       — М? Здесь? Закрытую территорию?       — Нет, территория открытая. Но туда настолько неочевидный проход, что её очень сложно обнаружить.       Глаза Не Хуайсана засияли, став похожими на драгоценные камни, залитые лучами солнца.       — Пойдём!       В одной из скал Вэнь Юань показал незаметную расщелину, скрытую свисающими плетьми растений.       — По другую сторону красивое место. Не боишься тесных пространств?       — Н-немного, — запинаясь, сказал Не Хуайсан, с беспокойством глядя в темноту впереди.       — Можем идти боком и держаться за руки. Тут недалеко.       — Только ты первый. — Не Хуайсан протянул ему похолодевшую ладонь.       Вэнь Юань крепко взял его за руку и повёл за собой. Немножко темноты и тесноты, и вот они уже увидели впереди пробивающийся свет и вскоре вышли на полянку, полную ярких цветов. Их чудесный аромат наполнял пространство.       — Ой, я и забыл, что в это время тут всё цветёт! — обрадовался Вэнь Юань и повернулся к Не Хуайсану, которого всё ещё держал за руку. — Ты в порядке?       Тот стоял, раскрыв рот от удивления и прижав свободную руку к груди. Дрожь мгновенно отпустила его, все страхи забылись. Здесь были только они, прекрасный вид и головокружительные ароматы.       Вэнь Юань разулыбался, глядя на него.       — Там дальше ещё крошечный водопад есть.       — Как ты нашел это место? Оно прелестно!       — Когда-то мы с Цз... — начавший воодушевлённо рассказывать Вэнь Юань запнулся и чуть не побил себя по голове. Он совсем забылся! Нельзя быть таким неосторожным. — Когда-то мы с отцом приезжали сюда. Он по делам, а меня просто взял с собой. И я случайно нашёл, так как любил везде залезать.       — Надо же, так свободно мог гулять здесь?       — За мной присматривали Лань Сичэнь и Лань Ванцзи, — хмыкнул Вэнь Юань. Он ведь даже не врал. — Так что не совсем свободно. Но мы с ними были уже знакомы, так что я был им рад.       — А у вас тёплые отношения, да?       — С Лань Сичэнем да. С Лань Ванцзи... сложнее. — Вэнь Юань чуть поник.       — Такой уж он удивительный человек. Он меня немного пугает, если быть честным, — шепнул ему Не Хуайсан.       — Ну что ты... он же ничего плохого тебе не сделал и не сделает. Просто вот такой он человек. Холодный, закрытый.       «А когда-то со мной он был совсем другим», — с тоской подумал Вэнь Юань.       — Но он хороший на самом деле.       — Я верю, но и ты меня пойми. Я ведь открытый человек. Мне с закрытыми людьми, которые ещё и на контакт идти не хотят, тяжело.       — Тогда ты можешь с ним не контактировать. Как тебе идея? — Вэнь Юань рассмеялся.       — Чем я успешно и занимаюсь! — Не Хуайсан подхватил его смех. — Я хочу здесь порисовать. Очень сильно хочу.       — Рисуй. У тебя же вроде всё с собой?       — А ты?       — Я просто посижу рядом.       — Только если ты не против, — Не Хуайсан устроился на земле и разложил листы и тушь.       Вэнь Юань же отошёл за деревья, чтобы увидеть водопад. Вспомнил, как много приятных часов проводил тут с Цзинъи, а иногда и с другими учениками. Вот бы хоть на денёк вернуть то время, тех людей…       Скрепя сердце, он вернулся к Не Хуайсану и присел рядышком. Тот с довольным вздохом протянул ему первый набросок.       — Красиво, — улыбнулся Вэнь Юань. — Ты мог бы стать известным художником.       — Думаешь, это возможно в моем положении?       — Если взять псевдоним, почему нет?       — А ты смышлёный, мой юный друг! — Не Хуайсан разулыбался и опустил руку ему на плечо. — Хорошая идея.       — Просто жаль, если такую красоту не увидит мир.       — А я думал, здесь умысел в реализации потенциала и звоне монет. — Как много всего, оказывается, крылось во взгляде зелёных глаз. Сейчас в них явно виднелась хитрость.       — Что? Нет! — рассмеялся Вэнь Юань. — Если с реализацией потенциала я ещё согласен, то о деньгах даже не подумал бы.       — Я всё больше сомневаюсь, что ты вэньский сын.       — Почему? Мы не настолько жадны до денег, как те же Цзини, например.       — Однако ради них на многое способны.       — Думаю, Вэни больше хотят не денег и не ради них готовы на многое, а ради власти. Поэтому с ними стоит быть осторожнее, — вздохнул Вэнь Юань.       — Твои братья выражали всё же что-то иное, помимо власти. Сужу по подрастающему поколению, потому что старшее едва ли мне доступно, уж прости.       — А ты разве знаком с моими братьями?       — Довелось. Не только же твоему отцу тебя по орденам возить, не так ли? Такого унижения как от них я в жизни не испытывал.       Вэнь Юань не помнил, чтобы Не Хуайсан хоть раз бывал в Цишане. Да и люди ордена Цинхэ Не в принципе нечасто бывали у них, разве что на обязательных ежегодных собраниях. Точно, именно во время одного из собраний он однажды тяжело болел от очередной волны воспоминаний. Наверное, это случилось тогда.       — Мне жаль. Прости.       — Не извиняйся за них. Это их грехи, им же и просить прощения. И они попросят.       — Я бы не был в этом так уверен... Или ты что-то особое хочешь сделать?       — Задета честь наследника ордена Не, у нас такого не прощают. И уж поверь, я что-нибудь придумаю, чтобы получить желаемое.       — Ты, оказывается, бываешь воинственным. Интересно видеть тебя с такой стороны.       — Не всё же мне быть слабым творцом без тени мысли в голове.       Вэнь Юань склонил голову набок, с любопытством глядя на приятеля.       — Буду с нетерпением ждать, что ты придумаешь. Главное, чтобы это не разозлило моего отца, а то мало ли, что он потом сделает.       — Не то чтобы состояние главы Вэнь меня беспокоило, но если ты просишь... Я постараюсь.       Не сдержавшись, Вэнь Юань выпалил:       — Я боюсь, что, если дать ему хоть малейший повод, он развяжет войну. Я ведь не просто так про власть говорил.       Не Хуайсан застыл, глупо моргая.       — Как?       — Вот так. Я не могу объяснить, почему так считаю, почему... в этом уверен. Но вероятность этого велика.       — То, что ты говоришь... жутко. Но что делать?       — Я стараюсь следить за ним. А на правах любимого сына могу хоть как-то повлиять на него. Хочу верить, что этого будет достаточно. Или, если замечу, что дело плохо, сразу предупрежу всех.       Не Хуайсан заметно встревожился, он кусал губы, раздумывая над сказанным. Будто одних лишь слов было достаточно, чтобы он взвалил на себя бремя решения всех проблем. Прямо как Вэнь Юань. Вот только Не Хуайсан не был обязан всё исправлять.       — Прости, что рассказал тебе и испортил настроение.       — Нет-нет, что ты. Более того скажу, ты должен был это сделать, чтобы избежать большой беды. Любое моё неосторожное действие в сторону твоей семьи и правда может сказаться.       — Я надеюсь, мои страхи беспочвенны. Но лучше быть осторожными.       Вэнь Юань вздохнул и обнял колени руками. Сложно. На его плечо опустилась чужая рука, неожиданно надёжная.       — Справимся? — серьёзно спросил Не Хуайсан.       — Ты... со мной? — удивлённо прошептал Вэнь Юань.       — Неужели думаешь, что я брошу тебя в положении, сходном с моим?       — Сходном с твоим?       — Моей семье на протяжении долгого времени приходится иметь дело с особым духовным оружием. Оно дарует удивительную силу, но за это приходится платить своим разумом и, впоследствии, жизнью. Так что мой отец в любой момент может сдать позиции. И тогда худо будет уже моему брату.       — Это тяжело… Кажется чересчур неправильным пользоваться оружием, которое тебя убивает. Даже если оно даёт большую силу. Неужели у вас никто не думал сменить способ совершенствования?       — Это наш путь, наше бремя и проклятье, наш символ власти, ничего мы с ним не сделаем, к сожалению. Однажды и мне придётся взяться за саблю. Пускай, как ты можешь видеть, я и не спешу ей заниматься.       — Может, это обойдёт тебя стороной, кто знает.       — Время покажет. А пока остаётся лишь ждать. И помогать друг другу.       — Буду помогать тебе, чем смогу, — серьёзно пообещал Вэнь Юань.       — Взаимно, — улыбнулся Не Хуайсан и откинулся на руки позади себя. — Эх, здесь так хорошо, что уходить не хочется. Если б не темнело, остался бы подольше. Но ты ж ведь нудеть начнёшь.       — Начну. Но мы можем приходить сюда, когда ты захочешь.       — Хорошо. Я ещё не всё нарисовал. — Не Хуайсан хитро усмехнулся, и они покинули потрясающее по красоте место с мыслями о грядущем будущем и удивительным спокойствием в юных сердцах.