A Marauder's Plan - План мародёра

Римус подавил желание зевнуть и попытался сосредоточиться на встрече с Брайаном. Они находились в кабинете Брайана в чудесном старом здании неподалеку от Косого переулка. Офис был просторным, но скромным — он очень подходил Брайану. Большое эркерное окно позволяло солнечному свету заливать массивный стол и удобные кресла, а книжные шкафы вдоль стен были забиты юридическими книгами и журналами. — С получением опеки над мальчиком всё прошло по плану? — спросил Брайан, просматривая пергаменты перед собой. — В общем-то, да, — ответил Римус, с удовлетворением вспоминая вчерашний вечер, прежде чем мысли унесли его к событиям сегодняшнего утра. В пять часов утра он усадил заново помолодевших Сириуса и Гарри в арендованную машину, чтобы отвезти их в аэропорт. Глядя на них, он чувствовал, как щемит сердце; это было похоже на то, как всё могло бы быть, если бы Сириус стал опекуном, когда Гарри был еще младенцем. Из сонного Гарри получился очень милый пятилетний ребенок, а вот двадцатисемилетний Сириус выглядел весьма опасно. Римус настоял на том, чтобы сделать фото. — Он замечательный тринадцатилетний мальчишка, если не поднял шум из-за того, что его отправляют в оздоровительную клинику, — сухо заметил Брайан, откладывая пергаменты. Римус усмехнулся. — Ну, мы позволили ему поверить, что это в основном ради Сириуса, а его там максимум ждет обследование, после которого он сможет просто отдохнуть. — Коварно. — Весь разговор был похож на прогулку по минному полю, — вспомнил Римус. Сириус справился отлично. На самом деле, Сириус провел весь вечер с поразительным мастерством, лишь на мгновение запнувшись на теме Дамблдора. Римус гордился им. Когда Сириус исцелится, он станет фантастическим отцом для Гарри. А исцеление Сириусу было необходимо. Римус замечал, как тот затихает на полуслове, уставившись в пустоту с затравленным выражением лица. Он был кожа да кости, несмотря на стряпню Кикимера и питательные зелья, которые эльф заставлял его пить каждое утро. Но при всем этом Сириус был на удивление сосредоточен на одном: на Гарри. «Джеймс бы гордился Сириусом и тем, как он принял на себя роль крестного», — с нежностью подумал Римус. Лили же, напротив, наверняка замерла бы с открытым ртом от изумления, видя превращение Сириуса из безрассудного юнца. Римуса огорчало лишь то, что Сириусу не дали возможности измениться еще двенадцать лет назад. Подтверждение того, что суда не было, не стало для них шоком, но всё же нанесло удар. Узнав об этом, Сириус провел весь следующий день в ярости. Римус направил свой гнев на то, чтобы перепроверить их план до мельчайших деталей, чтобы ничто не могло пойти не так. Прошлым вечером было трудно объяснять Гарри их гнев на Альбуса, не перечисляя при этом растущий список претензий к нему — главной из которых было обращение Дурслей с Гарри. У Римуса было предчувствие, что Гарри нужно исцеление не меньше, чем Сириусу. Его рост и телосложение говорили о недоедании, а то, как он сорвался, когда Сириус подтвердил, что стал его опекуном и хочет, чтобы мальчик жил с ним… Мерлин. Римус никогда еще не чувствовал себя таким бесполезным. — Тебе удалось спросить молодого человека о привлечении его родственников к ответственности? — спросил Брайан. Если бы Римус не знал, что его ликантропия блокирует любое чтение мыслей, он бы забеспокоился, что Брайан выудил эту тему прямо из его головы. Он вздохнул и кивнул. — Он сказал, цитирую: «Я просто хочу от них избавиться». Мы с Сириусом договорились, что они больше к нему не приблизятся, так что с этим покончено. — А, ну что ж. Нельзя винить мальчика, и, вероятно, это к лучшему: судебный процесс стал бы для него тяжелым испытанием, — пробормотал Брайан. — Полагаю, ты ознакомился с отчетом, составленным Амелией Боунс? — Вообще-то, нет. — Римус покачал головой. — Сириус взял копию для целителей в клинике, но сам читать не стал. Он сказал, что Гарри сам всё расскажет, когда будет готов. Я же не стану его читать, потому что боюсь, что если сделаю это, то просто прокляну Дурслей, если мне придется снова иметь с ними дело. Брайан приподнял бровь. — Некоторые сказали бы, что они это заслужили. — В конце концов они получат по заслугам, — яростно пообещал Римус. — Мы с Сириусом позаботимся об этом, когда Гарри станет совершеннолетним и Петунья не сможет даже отдаленно угрожать тем, что заберет Гарри у Сириуса. — Думаешь, они попытаются оспорить опекунство? — Это маловероятно, но я не исключаю такой возможности, — сказал Римус. — Главным образом потому, что я не удивлюсь, если Вернон Дурслей сообразит: раз они получили новый дом за Гарри, то потенциально могут вымогать и больше. — Полагаю, в таком случае Блэк подаст на них в суд за вымогательство, — заметил Брайан, приподнимая чашку со стола. Римус кивнул, допивая свой чай. Сириус бы так и сделал, если бы Римус имел право голоса. — Это тема для другого дня, — сказал он, понимая, что они отклонились от цели встречи. — У нас всё готово для прессы на этой неделе? Брайан кивнул. — Всё устроено. Завтра выйдет материал, напоминающий людям о заслугах Сириуса во время прошлой войны, о его дружбе с Поттерами и, надеемся, появятся различные заявления от друзей и сторонников, как только сегодня разлетится новость о его невиновности. Послезавтра в прессе появится история побега с упором на желание защитить Гарри, а еще через день Министерство объявит о своем решении передать опекунство Сириусу. — Хорошо, — с облегчением произнес Римус. — Да, — Брайан рассеянно стряхнул пылинку с мантии, — и даже не думай, что я не выставлю Блэку счет за «опасные условия работы» из-за того, что мне приходится ходить в Министерство каждый день. Римус улыбнулся. — Что ж, я мог бы делать это сам, но его старший заместитель министра, скорее всего, впадет в панику, когда поймет, что я оборотень. Брайан хмыкнул от смеха. — Мерлин, ну и жаба эта женщина. Как только Долорес умудрилась получить эту должность… — он покачал головой. — Ты ведь понимаешь, что поднимется шум, когда сведения о твоем недуге просочатся в прессу и станет известно, что у Лорда Блэка управляющий — оборотень? «Светлые» решат, что это подтверждение его принадлежности к Темным, раз он нанимает темное существо, а «Темные» — что это подтверждение его «светлости», раз он не дискриминирует оборотней. Губы Римуса дрогнули. — Думаю, Сириус с нетерпением ждет возможности окончательно запутать людей. Меня не заботит публичность, хотя она и поможет продвижению политических планов Сириуса. Но, честно говоря, моя единственная цель — обеспечить Сириусу и Гарри достойную жизнь. — И это отличная цель, — согласился Брайан, поднимая чашку в безмолвном тосте. — Переходя к другим юридическим вопросам: я поговорил с Лиамом Аркамом, и мы пришли к джентльменскому соглашению по поводу завещания Поттеров, так как они были их изначальными поверенными. Он подал документы, которые мы подготовили, когда Амелия согласилась выступить в роли исполнителя, чтобы оформить опекунство. Оставшиеся выплаты по завещанию пройдут в ближайшие пару дней, и состоится официальное оглашение воли. Он передал мне письмо для Сириуса; полагаю, это предложение возобновить их роль в качестве юристов Поттеров. У тебя, очевидно, есть и наше предложение. Мэри Бэрон очень хороша, и мы можем обеспечить разделение дел, чтобы не возникло конфликта интересов. Римус взял письмо и убрал его в портфель. «Аркам и Аркам» была солидной фирмой, но Сириус не был впечатлен тем, что они вообще позволили завещанию «затеряться», фактически обрекая Гарри на жизнь у Дурслей. Независимо от ситуации с Сириусом и Лонгботтомами, Минерва Макгонагалл, близкая подруга матери Джеймса, была указана в качестве запасного опекуна для Гарри. То же касалось и Андромеды Тонкс — дальней кузины Джеймса, бывшей представительницы Дома Блэков до её замужества с маглорожденным, которую Джеймс знал через Сириуса. Однако Сириус был твердо убежден, что Гарри должен сам участвовать в выборе своих представителей, поэтому решил, что Гарри встретится с кандидатами, и они это обсудят — о чем Брайан уже знал. — Есть что-нибудь еще на сегодня? — спросил Римус, взглянув на часы. Он хотел попасть в Гринготтс до начала пресс-конференции в Министерстве. — Только напоминание: нам нужно подтвердить планы Лорда Блэка насчет семейного совета, если он намерен придерживаться графика. Римус поморщился. — С Лестрейнджами всё ясно. Можешь готовить документы о расторжении брака и отречении от рода. Тонксы также определенно будут восстановлены в правах. — А Малфои? — Это сложный вопрос, — признался Римус. — Оставить ли Малфоя на месте и использовать право первенства Блэков, чтобы держать его в узде, или убрать его из уравнения, рискуя тем, что кто-то другой займет образовавшийся вакуум? — Из двух зол выбираем знакомое? — с кивком спросил Брайан. — Я могу это понять. Римус задумчиво поджал губы. — Подготовь документы о расторжении брака и отречении. Сириус может ими воспользоваться, а может и нет… но, по крайней мере, они будут наготове. Брайан кивнул. — А документы об усыновлении? — Готовь, — просто сказал Римус. Он полагал, что Гарри захочет чувствовать себя в безопасности, будучи официально усыновленным Сириусом. Брайан сделал пометку, и Римус встал, оправляя мантию. Сириус настоял на покупке новой одежды для Римуса, и тот уступил, понимая, что в роли управляющего Лорда Блэка он должен выглядеть соответствующе. Попрощавшись с Брайаном, он вышел из здания и направился по Косому переулку к Гринготтсу. Он был даже удивлен тем, насколько ему нравится его новая должность — они с Сириусом проработали детали на следующий же день после воссоединения. По правде говоря, хотя Римус и носил титул «управляющего», его обязанности были гибкими и зависели от нужд Сириуса и Гарри. В первую очередь Римус собирался заниматься финансами и управлением имуществом, пока Сириус берет на себя политику. Сириус также ясно дал понять, что ожидает от Римуса помощи в защите и воспитании Гарри — возвращения к роли «дяди Лунатика». Римус был в восторге. Римус переехал на площадь Гриммо для удобства, а свою старую квартиру в Оксфорде сдал двум очень приятным студентам, которые осенью начинали магистратуру в университете и хотели остаться там на лето. Новый дом в Хэмпшире будет готов к возвращению Сириуса и Гарри из Штатов, и Римус с нетерпением ждал переезда в их новое семейное гнездо. Полнолуния же он будет проводить взаперти в своей комнате на площади Гриммо. Несмотря на то что Сириус выделил Римусу деньги на покупку Аконитового зелья, Римус не желал находиться рядом с Гарри во время трансформации и заставил Сириуса пообещать не спорить с ним об этом. Последнее полнолуние и так едва не закончилось катастрофой. В Гринготтсе было полно народу, и Римус направился к кассиру. Он сухо сообщил, что пришел на встречу с управляющим семейными счетами, и вызванный гоблин проводил его. Они поднялись по лестнице к офисам, и Римус оказался в просторной комнате, где его ждал Кипболд. Они уже проходили эту процедуру со счетами Блэков. — Документация, — коротко бросил Кипболд. Римус немедленно достал нужные пергаменты из портфеля и передал их гоблину: завещание Поттеров, решение о передаче опеки над Гарри Сириусу и документ о своем назначении управляющим. Кипболд хмыкнул. — Гринготтс подтверждает, что в дальнейшем вы или Лорд Блэк будете представлять наследника Поттеров в финансовых делах, касающихся его имущества. — Он достал из коробки на столе бронзовый ключ. — Предъявляйте его в будущем. Римус осторожно убрал ключ в карман. — Мне нужны текущие отчеты и порталы к различным объектам недвижимости. Кипболд недовольно засопел, но подошел к большому архивному шкафу и вытащил папку. Он передал её Римусу. — Процедура та же, что и с Блэками: коснитесь пергамента палочкой и запросите данные о сейфе или имуществе. Текущая информация по умолчанию выдается в виде сводки. Римус кивнул и убрал папку в портфель, пока Кипболд доставал из сейфа коробку с порталами. Он передал её Римусу, который также её припрятал. — Они не будут работать, пока Поттер не востребует свое кольцо, чтобы снять «Родовой Фиделиус», — отрывисто сказал Кипболд. — Арнольд Асквит числится магическим финансовым менеджером. Желаете его уволить? — Я захочу встретиться с ним после того, как изучу записи. Скажем, завтра в час дня, — ответил Римус. Финансового менеджера Блэков они уже уволили, заменив его гоблином по имени Пун по рекомендации Кипболда. Пун был гением в цифрах и обладал ненасытным аппетитом к прибыли. Сириус ликвидировал любые инвестиции, которые выглядели хоть каплю сомнительно, и перевкладывал деньги в более достойные предприятия. Кипболд снова хмыкнул. — Я сообщу о назначенной встрече. — Высокой прибыли вам, — вежливо сказал Римус и ушел без дальнейших любезностей. Он направился в «Дырявый котел», чтобы оттуда попасть в Министерство магии. Когда Римус вышел из камина, атриум был забит до отказа. Он увидел возведенный помост, подготовленный для пресс-конференции, и толпящихся журналистов, которые уже занимали свои места. Амелия Боунс беседовала в углу с Брайаном и Аластором Грюмом. Римус без тени смущения спрятался за кадкой с растением, не желая привлекать к себе внимание. Вошел Фадж, и глаза Римуса расширились при виде Дамблдора, следовавшего за ним. Если Альбус хоть как-то испортил дело со свободой Сириуса, Римус его убьет. Фадж проигнорировал Верховного чародея и поднялся по ступеням на помост. Его свита из глав департаментов остановилась у подножия лестницы, за исключением Амелии Боунс, которая поднялась и встала прямо за спиной Фаджа. Главный аврор, Руфус Скримджер, замер с другой стороны помоста; патрулировали другие авроры в красных мантиях. Многие сотрудники Министерства тоже собрались поглазеть на шоу. — Здравствуйте, дамы и господа журналисты, уважаемые граждане, — напыщенно начал Фадж, встав за трибуну. — Я зачитаю заявление, после чего вы сможете задать вопросы. Римус не удивился тому, что толпа разразилась шепотом после первых же предложений; Фаджу пришлось призвать к порядку после того, как он объявил Сириуса невиновным, и снова — когда он объявил, что Хвост жив и объявлен в розыск. Римус взглянул на Альбуса и увидел ошеломленное выражение на лице директора. Очевидно, он не знал, что именно Фадж собирается объявить. — Вопросы? — спросил Фадж, откладывая заявление. Он указал на репортера в первом ряду. — Рита Скитер, «Ежедневный пророк», господин министр, — громко произнесла Рита. — Вы абсолютно уверены, что Блэк невиновен? Фадж склонился над трибуной и торжественно кивнул. — Директор Боунс провела тщательное расследование. Физические доказательства снимают с Блэка вину за взрыв, в котором погибли маглы. Петтигрю видели живым свидетели, включая Гарри Поттера, в Хогвартсе в момент поимки там Блэка. Более того, они слышали, как Петтигрю признался в предательстве Поттеров и выдаче их Тому-Кого-Нельзя-Называть. Сириус Блэк невиновен. — Но как быть с его репутацией правой руки Того-Кого-Нельзя-Называть? — выкрикнул другой репортер. — К сожалению, в статьях и книгах, написанных после окончания войны, факты додумывались без опоры на доказательства, основываясь лишь на аресте Блэка за смерть Поттеров, Петтигрю и маглов, — осторожно ответил Фадж. — На самом деле мне напомнили, что, будучи боевым магом на службе Министерства, Сириус Блэк был ответственен за арест и нейтрализацию многих Пожирателей Смерти до поражения Того-Кого-Нельзя-Называть. Мало того, он был самым доверенным другом Джеймса и Лили Поттер, которые сделали его крестным своего единственного сына, Гарри Поттера, Мальчика-Который-Выжил. Министерство признает свою долю ответственности за ужасающий ущерб, нанесенный репутации мистера Блэка, и выплатило компенсацию. — Где Блэк сейчас? — спросил репортер-мужчина из переднего ряда. — По нашим данным, он за границей, — просто сказал Фадж. — Мы повторяем, что будем рады его возвращению в Британию, если он решит вернуться. Рита встала, чтобы снова привлечь внимание министра. — Будут ли предприняты действия против тех сотрудников Министерства и Визенгамота, кто допустил эту ужасную ошибку правосудия в отношении бывшего боевого мага Блэка? — Её взгляд переместился на Дамблдора, а затем на Барти Крауча, который свирепо на неё посмотрел. Фадж откашлялся. — Мы должны помнить, что это было время войны и хаоса. Министерство работало в условиях чрезвычайных полномочий. Конечно, у мистера Блэка должен был быть суд, на котором могла быть установлена его невиновность — в этом нет никаких сомнений, — но мы понимаем, что в силу обстоятельств это было упущено из виду. — Он сделал паузу. — Я считаю, нам следует сосредоточиться на двух вещах: во-первых, на доверии к тому, что нынешняя администрация позаботилась о торжестве справедливости, а во-вторых, на том, чтобы направить все усилия на поимку настоящего предателя и убийцы — крысы Питера Петтигрю. На сегодня это всё. Он кивнул и сошел с помоста. Вслед за ним раздались жидкие аплодисменты. Римус подождал, пока толпа собьется в плотную массу, прежде чем выскользнуть из-за кадки с растением и направиться к каминам. Альбус возник перед ним так быстро, что Римус едва не врезался в него. — Римус! Как приятно видеть тебя здесь! — Альбус. — Римус вежливо улыбнулся и перевел дух. — Как вы? — Прекрасно, мой дорогой мальчик, — отмахнулся Альбус, в то же время накладывая купол тишины. — Я не знал, что тебя пригласили… — Меня не приглашали, — поспешил поправить его Римус, — но я услышал об этом и… ну, я не мог не прийти. — Он мысленно поморщился от своей путаной фразы. — Конечно, не мог, — согласился Альбус, — и это удивительная перемена в поведении Корнелиуса, — Римус впервые слышал, чтобы Альбус звучал несколько озадаченно, — это нужно увидеть и услышать, чтобы поверить. Однако я полагаю, что у тебя брали показания? — Под обычной клятвой о конфиденциальности, — плавно подтвердил Римус. — Сомневаюсь, что Министерство позволит разгласить чье-либо имя, кроме имени Гарри. — Возможно, и нет, — возразил Альбус. — Говоря о Гарри, мне стоит написать ему и сообщить новости. Я знаю, что у него брали показания, так что он наверняка сгорает от нетерпения узнать результат, — весело и не без лукавства сказал Римус. — Позволь мне заняться этим, дорогой мальчик, — быстро проговорил Альбус. — Гарри сейчас в отъезде с Дурслями из-за семейных обстоятельств, и они не оценят совиную почту в присутствии других маглов. — Уверен, вам виднее, — сухо ответил Римус, про себя празднуя то, что их легенда об отъезде Дурслей с Тисовой улицы сработала. Альбус улыбнулся, видимо, удовлетворенный покладистостью Римуса. — Не знаешь ли ты, где Сириус? Я был бы рад забрать его и сообщить, что он может вернуться. — Где-то за границей, но точного местонахождения я не знаю, — мгновенно ответил Римус. И это было правдой: он понятия не имел, где именно находится самолет в данную минуту. — А-а. — Альбус не выглядел сильно расстроенным, и Римус понял: директор взвешивает, стоит ли искать Сириуса сейчас и убеждать его, что он лучше знает, что нужно Гарри, или подождать, пока Сириус объявится сам. — Что ж, возможно, учитывая всё то внимание иностранной прессы, которое организовал Корнелиус, он выйдет на связь скорее раньше, чем позже. Римус наклонил голову. Внезапно Альбус повернулся налево, и Римус увидел Аластора Грюма, который жестами просил Альбуса снять купол. Альбус быстро подчинился. — Альбус, — прорычал Аластор. — Аластор! — тепло поприветствовал его Альбус. — Рад тебя видеть. Позволь мне представить уходящего профессора защиты от темных искусств будущему? Римус, ты помнишь Аластора Грюма? — Рад новой встрече, — автоматически сказал Римус, — прошло немало времени. — Долгое время. — Аластор посмотрел на него сурово, прежде чем расслабиться и пожать ему руку. — Свободен ли ты, чтобы обсудить со мной детали того, что вы проходили на уроках, и на каком уровне, по-твоему, сейчас находятся ученики? — Сегодня не могу, моя новая работа отнимает много времени, — ответил Римус, — но я мог бы выкроить время на обед, скажем, послезавтра в час дня в «Трех метлах» в Хогсмиде? — Согласен, — сказал Аластор. — Приятно слышать, что ты так быстро нашел что-то новое, несмотря на то как всё закончилось в Хогвартсе, — тепло произнес Альбус. — Я уверен, Северус не хотел… — Альбус, — резко перебил его Римус, — Северус никогда не действует, не зная точно, чего он хочет добиться. — Он перевел дух, когда Альбус моргнул от шока, что Римус осмелился заговорить в таком тоне. — Признаю, я заслужил потерю должности после того, как забыл принять аконитовое зелье, но остается лишь надеяться, что моего изгнания из Хогвартса ему хватит для мести. Как бы то ни было, уверяю вас: Сириус, когда вернется, не слишком обрадуется тому, как Северус обращался с Гарри — и, пожалуйста, не отрицайте этого, — непрофессиональное поведение Северуса — общеизвестный факт среди учеников и персонала. И, честно говоря, Северус заслужит всё, что Сириус с ним сделает, и я надеюсь, мне удастся на это посмотреть. — Он повернулся к Аластору. — С нетерпением жду нашего обеда. — Как и я, — сухо ответил Аластор. — Доброго дня, Альбус, — вежливо сказал Римус. Он обошел своего бывшего директора и зашагал к каминам, чувствуя себя абсолютно свободным.

***

Сириус изо всех сил пытался управиться одновременно с рюкзаком, рюкзаком Гарри, документами, которые требовала магловская таможня, и самим Гарри, который крепко спал. Им уже пора было выходить. — Позвольте мне помочь вам, — Шерил, пожилая женщина, сидевшая через проход от них в самолете, потянулась и забрала рюкзак Гарри прежде, чем успела вмешаться парящая рядом стюардесса. — Бэзил, возьми вторую сумку. Ее муж улыбнулся Сириусу: — Лучше отдайте её мне, иначе она просто замучит нас обоих. Сириус отдал сумку и поудобнее перехватил Гарри, пока они шли к выходу из самолета по стерильному коридору. — Это очень любезно с вашей стороны. — Глупости. — Шерил погладила Гарри по голове. — Он чудесный мальчик. Пятилетний Гарри очаровал абсолютно всех женщин в первом классе, где они летели. Он был вежливым и просто прелестным. Ему очень понравился детский мультфильм, который показывали на борту, он с аппетитом ел, и с огромным удовольствием возился с детским игровым набором, который стюардесса принесла им в начале полета. По правде говоря, Сириус и сам получил удовольствие от этого набора, наблюдая за Гарри; возникло чувство, будто им обоим вернули что-то, что они когда-то упустили. У Гарри в руках также был мягкий плюшевый мишка в цветах авиакомпании, которого он не выпускал из рук, даже когда уснул. Видимо, быть пятилетним утомительно — что вполне логично, так как забота о пятилетнем ребенке изматывала до предела. Не успел он опомниться, как Шерил и Бэзил помогли ему пройти таможню и добраться до выдачи багажа, где Гарри проснулся. Наконец они расстались в зале прилета — Шерил и Бэзила встречала дочь, — а Сириус заметил табличку со своим псевдонимом. Толкая тележку с багажом, он осторожно вел Гарри за собой, следя, чтобы его тело всегда было между мальчиком и лысоватым мужчиной средних лет, держащим плакат. — Клиника «Вэлли»? — Именно. — Голубые глаза водителя сверкнули. — А вы, должно быть, наш новый клиент, — его взгляд скользнул на Гарри, — или мне стоит сказать «клиенты»? Сириус машинально напрягся. Взгляд водителя вернулся к нему с веселой искоркой в глубине. — Ваш дядя Альфард был тем еще персонажем. Какой у него был девиз… что-то насчет «замышляю только шалость»? Сириус немного расслабился при упоминании дяди и его коронной фразы, которую Сириус когда-то украл для Мародеров. — Простите, путь был долгим. — Да, перелеты утомляют, насколько мне известно. Зовите меня Мик. — Водитель мягко оттеснил Сириуса и перехватил управление тележкой. Они вышли на улицы «Города ветров» Чикаго, и Сириус порадовался, что догадался надеть куртку. Он остановился и присел перед Гарри. — Холодно? Гарри кивнул, застенчиво втянув голову в плечи. Сириус помог застегнуть молнию на куртке мальчика и взял его за руку, пока они догоняли ждущего их Мика. Автомобилем оказался роскошный седан. Мик не удивился, увидев, что Сириус сел на заднее сиденье вместе с Гарри. Сириус помог мальчику пристегнуться и проверил, надежно ли защелкнут замок. — До «Вэлли» добрых три часа пути, — сказал Мик. Сириус увлек Гарри игрой «кто заметит больше красных машин», рассказав, что Лили заставляла его играть в это, когда они путешествовали среди маглов. Когда Гарри начал уставать и капризничать, Мик указал на воду и еду в сумке-холодильнике. Как только Гарри поел, он снова уснул. Сириус боролся с желанием вытащить его из ремней и усадить к себе на колени. Он ограничился тем, что погладил Гарри по волосам. Пятилетний Гарри был счастлив держать Сириуса за руку или прижаться к нему, чтобы его обняли. Но действие зелья скоро должно было закончиться, они вернутся к своему обычному возрасту, а Сириусу этого не хотелось. Он хотел вернуть эти годы; он хотел, чтобы у его крестника было нормальное детство, и хотел сам видеть все важные этапы взросления Гарри, о чем порой мечтал в Азкабане. Он сделал несколько глубоких вдохов, чтобы снова прийти в себя. Он также понимал, что с тринадцатилетним Гарри в чем-то гораздо сложнее; его труднее узнать по-настоящему. Накануне он горячо благодарил Римуса за помощь с мальчиком. Тринадцатилетний Гарри, которому скоро исполнится четырнадцать, стоял на той самой грани, что отделяет ребенка от мужчины. Ему нужна была любовь и защита родителя, но он мог быстро взбунтоваться против любых ограничений, даже ради собственной безопасности. Сириус знал: им придется искать компромисс между его потребностью защитить Гарри и потребностью Гарри заявить о своей независимости. Машина съехала с шоссе и углубилась в сельскую местность. Сириус внимательно следил за дорогой, подмечая всё подозрительное. Ворота возникли словно из ниоткуда, и Мик проехал через них в прекрасное поместье с сочной зеленой травой, густым лесом и идеально синим небом — в точности как описывал дядя Альфард. Сириус знал, что Альфард был очарован историей этого места и магией временного пузыря. «Вэлли» принадлежала племени американских магов-индейцев. Первоначально считалось, что временной пузырь был создан как ответ на вторжение европейских армий: люди уходили в Долину и возвращались через неделю глубокими стариками, либо не возвращались вовсе. Но Альфард узнал от старейшин племени, что пузырь был там всегда; племя поселилось внутри него, чтобы охранять его, и со временем научилось преодолевать временные эффекты с помощью амулетов, которые удерживали их в синхронизации с внешним миром. В конечном итоге они стали специализироваться на целительской магии и принимали людей всех вероисповеданий и происхождений, желавших того же. Долина прославилась как место, где тяжелораненые или больные могли получить лечение, проводя дни за исцелением, но теряя лишь неделю в обычном времени. По мере развития мира «Вэлли» превратилась в эксклюзивную клинику, специализирующуюся на сложных случаях и обслуживающую людей с достатком. Они остановились перед высоким белым зданием со стеклянным фасадом. Сириус разбудил Гарри, и Мик быстро проводил их внутрь к ждущему целителю. Мик поклонился седовласому мужчине из коренных американцев. — Целитель Блэкхок. Блэкхок окинул Сириуса изучающим взглядом. — Лорд Блэк, с вашего позволения я отменю действие омолаживающего зелья на вас и вашего подопечного. Сириус быстро кивнул. Блэкхок излучал тихую мощь, подобно Дамблдору. Сириус почувствовал волну магии, его кожа на мгновение неприятно пошла рябью, прежде чем всё пришло в норму. Рядом с собой он ощутил, как Гарри возвращается в подростковое состояние, а его одежда трансфигурируется вместе с ним. Блэкхок по-доброму улыбнулся Сириусу. — Ваш дядя был хорошим человеком, и я с большим удовольствием вспоминал время, проведенное с ним. Уже тогда я знал, что однажды вы обратитесь к нам за помощью. — Спасибо, что приняли нас, — сказал Сириус, не зная, что еще добавить. Целитель перевел внимание на Гарри. — Рад познакомиться с тобой, Гарри Поттер, — торжественно произнес он. — Мы давно тебя ждали. Сириус нахмурился, услышав такое приветствие, и придвинулся ближе к крестнику. Гарри не стал возражать; он неуверенно улыбнулся целителю. — Э-э, здравствуйте? — вежливо сказал Гарри, теребя лямку рюкзака. — Вы понимаете, что сейчас находитесь внутри временного пузыря? — деловито осведомился Блэкхок. — Сколько бы времени вы здесь ни провели — будь то пять минут или пять месяцев, — во внешнем мире к моменту вашего отъезда пройдет ровно неделя. Сириус кивнул вместе с Гарри. — Мы понимаем. — Хорошо. — Блэкхок провел их через зону приема к двери, которая вела в просторный внутренний двор. Сириуса немного насторожило отсутствие других людей. Блэкхок заметил его озадаченный взгляд и улыбнулся. — В клинике вы не увидите и не услышите никого, кроме тех, кто прикреплен к вам для ухода, и никто другой не увидит и не услышит вас. — Ух ты, — выдохнул Гарри, впечатленный не меньше Сириуса. — Вы имеете право на частную жизнь, мистер Поттер. — Спасибо. — Гарри говорил искренне, и его слова шли от самого сердца. — Да, спасибо, — эхом отозвался Сириус, довольный тем, что личность Гарри будет под такой защитой. Гарри быстро ухмыльнулся Сириусу — это был их общий момент удовлетворения. Блэкхок провел их в здание справа, в теплую и уютную комнату: слева была зона отдыха, а справа стоял стол с едой. — Это мой кабинет для консультаций. Пожалуйста, присаживайтесь и перекусите; у вас была долгая дорога. Если хотите освежиться, здесь есть ванная комната. Он оставил их одних, и они быстро расправились с сандвичами и соком. Сириус велел Гарри умыться, а затем и сам воспользовался ванной. Он чувствовал себя грязным. Ему хотелось в душ и в постель. Кое-как приведя себя в порядок, он вернулся в комнату как раз в тот момент, когда к ним снова присоединился Блэкхок. Вместе с ним вошла женщина, напомнившая Сириусу Макгонагалл; её представили как доктора Хелен Джордан. Они сели на диваны друг напротив друга: целители с одной стороны, Сириус с Гарри — с другой. Блэкхок указал на Сириуса. — Мы обсудим ваше лечение позже, Лорд Блэк. Сначала я хотел бы поговорить о вашем подопечном. — А разве не должно быть… ну, обследования сначала? — в замешательстве спросил Гарри. Он инстинктивно придвинулся к Сириусу. Сириус положил руку ему на плечо, подбадривая. — Признаться, у меня тот же вопрос. — Все сканирования проводились пассивно в течение того времени, что вы уже находитесь в этой комнате, — мягко пояснила Джордан. — Экономит время, — сострил Сириус, хотя его немного покоробило то, что за ними наблюдали и оценивали их без их ведома. Блэкхок снова посмотрел на Сириуса. — Обычно в нашей практике принято обсуждать лечение в присутствии ребенка, если вы не против. Сириус почти кожей почувствовал, как Гарри ощетинился, когда его назвали ребенком. — Я думаю, Гарри скорее молодой человек, чем ребенок. — Он посмотрел на крестника. — Ты не против остаться? — Я останусь, — тут же ответил Гарри. Оба они снова повернулись к Блэкхоку с выжидающим видом. — Мы начнем с малого и перейдем к более серьезным вещам, — объяснил Блэкхок и жестом попросил Джордан продолжить. Сириус чувствовал, как Гарри напрягся под его рукой, но не убрал её. Он держал её там как безмолвный знак того, что он рядом. — Мистер Поттер… — начала Джордан. — Гарри, пожалуйста, — перебил её Гарри. Она мягко улыбнулась. — Гарри. У тебя наблюдается истощение и физическая слабость, вызванные плохим питанием. Мы легко исправим это с помощью зелий и правильной диеты в будущем. Мы также используем магловские методики в нашем лечении, именно поэтому я не только Целитель, но и Доктор. Мы хотим укрепить твою физическую форму, так что для тебя будет подготовлена программа упражнений. Это поможет тебе быть в отличной форме для квиддича. Как тебе это на первый взгляд? — Нормально, — осторожно сказал Гарри. Сириус понимал: мальчик ждет подвоха. Да и сам Сириус ждал, что последует дальше. Джордан по-доброму улыбнулась. — Мы также полагаем, что тебе было бы полезно посещать ментального целителя и обучиться защитной магии разума. Сириус не мог не отдать им должное: Гарри наверняка запротестовал бы при словах «ментальный целитель», если бы не эта последняя «морковка» на палочке. — Защитная магия разума? — с энтузиазмом переспросил Гарри. — Искусство под названием Окклюменция, — сказала Джордан. — Она помогает хранить твои секреты и защищает разум. Это обеспечит еще один уровень защиты от дементоров. — Блестяще, — с облегчением провозгласил Гарри. Он обменялся взглядом с Сириусом, подтверждая, что Гарри предстоит изучать то, что они уже обсуждали. Сириус слегка сжал его плечо. Джордан взглянула на Блэкхока. — Есть еще кое-что, обнаруженное нашими сканерами, что нам нужно обсудить с вами, чтобы определить дальнейший путь, — торжественно произнес Блэкхок. Гарри снова напрягся, а Сириус прищурился, глядя на целителя. — Я не знаю, в курсе ли вы, но ваш отец и мать сотворили заклинание, которое создало вокруг вас защитный барьер, — начал Блэкхок. — Да, это… меня… на меня напали на первом курсе, и директор сказал, что любовь моей матери защитила меня, — тихо проговорил Гарри. — Вы это имеете в виду? — Отчасти, — согласился Блэкхок. — Заклинание подпитывается магией вашего отца — вашей семейной магией, — так что он, должно быть, призвал её и каким-то образом направил вашей матери. Глаза Сириуса расширились. Семейная магия использовалась для скрепления клятв и суда над теми, кто их нарушает. Она была дополнительным источником силы, но доступным только Главе Дома — именно благодаря ей Джеймс смог трижды выжить в схватках с Волдемортом. Как Джеймсу удалось убедить магию подпитать заклинание, которое наложила Лили? — Однако, — продолжил Блэкхок, — само заклинание работает только в том случае, если мать жертвует своей жизнью ради ребенка, и именно её любовь к тебе стала причиной, по которой она смогла принести эту жертву. Сириус с тревогой наблюдал за тем, как Гарри обдумывает слова Блэкхока; пальцы мальчика беспокойно переплетались на коленях. — Когда дементоры… я слышу их. Слышу папу, он говорит ей забирать меня и бежать, и маму — она умоляет Волдеморта оставить меня и убить вместо этого её, — тихо произнес Гарри. — Он велел ей отойти, но она не согласилась… Сердце Сириуса едва не разорвалось. — Конечно, она не могла иначе, — мягко сказал он, — она очень тебя любила. — Он приобнял его за плечи и был удивлен, что Гарри не отстранился, принимая утешение. — Ваша семейная магия, должно быть, очень могущественна, — вставила Джордан, — потому что призванная магия невероятно сложна. Вокруг вас — магический барьер. Тот, кто пытался вас убить, никогда не смог бы даже коснуться вас. — Он и не мог, — с горечью признал Гарри, опустив глаза. — Пару лет назад Волдеморт вселился в человека, который напал на меня, и я думаю… я думаю, моя защита убила его… того человека. Хотя директор сказал, что это произошло из-за одержимости. — Одержимость — штука тонкая, — вмешался Блэкхок прежде, чем успел Сириус. — Вполне вероятно, что Альбус Дамблдор был прав: этот носитель не выжил бы в любом случае, вне зависимости от того, что ваша защита сделала то, что должна была — спасла вас. — Подумай об этом так, Гарри, — сказал Сириус, игнорируя встревоженный взгляд Джордан, вызванный заявлением Гарри об одержимости, — представь, что ты — это Хогвартс, а твои родители окружили тебя Запретным лесом для защиты. То, что лес выполнил свою работу и не дал кому-то причинить тебе вред, не делает тебя виноватым в том, что этот «кто-то» пострадал. Понимаешь? Это не твоя вина. Гарри глубоко вздохнул и нерешительно кивнул. Сириус задался вопросом, не впервые ли мальчик говорит об этом опыте, и взглянул на Джордан. Та понимающе кивнула: эта тема будет проработана в ходе лечения Гарри. Сириус снова повернулся к Блэкхоку. — Вас что-то беспокоит в этой защите? — Нет, совсем нет, — поспешила успокоить его Джордан. — Защита на самом деле усиливает его естественные способности к исцелению и помогает его магии. — Мы хотели обсудить «трещину» в этой защите, — объяснил Блэкхок, переводя взгляд на лоб Гарри. Гарри приподнял челку и коснулся шрама. Сириус начал жалеть, что дал Гарри возможность остаться на обсуждении. — Именно, — одобрительно сказал Блэкхок. — Сюда Волдеморт ударил вас Смертельным проклятием, верно? К сожалению, ничто не может остановить Смертельное проклятие, кроме как уклонение, преграда из тяжелого предмета на его пути или мощная волна чистой магии, сбивающая его с курса. Большинство волшебников не обладают силой, необходимой для последних двух способов защиты. — Заклятие соприкоснулось с барьером, и в месте удара барьер раскалился, создав ваш шрам. Поскольку вы были напуганы и ранены, мы полагаем, что вы выпустили мощную волну стихийной магии, которая в сочетании с защитой отбросила проклятие обратно в Волдеморта и уничтожила его тело, — продолжила Джордан. Сириус погладил Гарри по спине, успокаивая его, так как крестник начал беспокойно ерзать, взволнованный этим разговором. — Так в чем проблема с моим шрамом? — прямо спросил Гарри, желая поскорее перейти к сути. — Вы можете от него избавиться? — Мы обнаружили темный магический осадок вокруг вашего шрама, несущий на себе отпечаток вашего врага, — признал Блэкхок. — Всё в порядке, Гарри. — Сириус продолжал обнимать Гарри, который вздрогнул и сердито уставился на Блэкхока, встретившего этот взгляд невозмутимо. — Вы можете очистить его от этого осадка? — У Сириуса возникло ужасное подозрение относительно того, что это было на самом деле, но Гарри вовсе не обязательно было знать, что он, возможно, носит в себе частицу души Волдеморта. Блэкхок склонил голову. — Нам нужно будет истощить его магическое ядро до низкого уровня, чтобы извлечь этот осадок. Как только он исчезнет, мы сможем очистить шрам с помощью исцеления и восстановить его магию. Однако стоит учитывать, что этот след обеспечивает связь с врагом. — Он сделал паузу. — Я полагаю, что пока ваш враг слаб, связь дремлет, но, возможно, вы чувствовали боль в шраме в присутствии врага? Гарри быстро кивнул. — Если ваш враг станет сильнее, связь может расшириться и давать вам видения перемещений вашего врага, — сказал Блэкхок. — Это могло бы дать преимущество. Но это также зона уязвимости, потому что так же, как вы видите его, он может видеть вас. Сириус почувствовал, как Гарри задрожал, и повернулся к нему всем телом, накрыв ладони мальчика своими. — Гарри, посмотри на меня. Гарри медленно поднял глаза. — Я обещал, что мы будем обсуждать важные вещи перед принятием решения, верно? Чего ты хочешь на самом деле? — просто спросил Сириус. — Избавиться от этого, — выпалил Гарри, и Сириус почувствовал прилив облегчения. — Я не… я не хочу никакой связи с ним, но… — Никаких «но», — твердо сказал Сириус. — Мы здесь полностью согласны. — Он сжал руки Гарри, и хотя ему отчаянно хотелось крепко обнять его, невзирая на свидетелей, он знал, что тринадцатилетнему мальчику это может не понравиться. Сириус вернулся в прежнее положение, но оставил руку на плечах крестника. — Мы проведем процедуру очистки шрама. Блэкхок кивнул, и Сириус увидел одобрение в глазах старого мага. — Есть еще одна дополнительная проблема — это детская блокировка на магическом ядре Гарри, — добавила Джордан. Сириус нахмурился. — Джеймс поставил её, когда Гарри было месяца четыре, кажется. Лили не хотела, но он проявлял слишком много магии — спонтанные трансфигурации, если быть точным. В итоге Джеймс убедил её, что если этого не сделать, Гарри может случайно навредить себе или им. Гарри оживился при рассказе о своем младенчестве, но он был слишком бледен, и Сириус видел страх в его глазах — история со связью напугала его, и Сириус не мог его винить, это действительно было страшно. — Целитель, который это делал, сказал, что блокировка исчезнет сама собой, когда Гарри исполнится десять, — добавил Сириус в замешательстве. — Та блокировка действительно исчезла, — ответила Джордан. — Нет, речь идет о второй блокировке, наложенной, когда ему было пятнадцать месяцев. Она ограничивает уровень силы, к которой он может иметь сознательный доступ. — Эта блокировка гарантировала, что темный осадок не станет сильнее ребенка, — объяснил Блэкхок. — На ней стоит магическая подпись Альбуса Дамблдора. Дамблдор. Сириус стиснул зубы, пытаясь совладать с нарастающей яростью. Он понял: Римус ошибался. Дамблдор вовсе не считал Гарри посредственностью, не имеющей отношения к победе над Волдемортом. Нет, Дамблдор знал, что Гарри обладает огромной силой, но старый маразматик нашел фрагмент души и вместо того, чтобы избавиться от него, заблокировал ядро Гарри — вероятно, потому что хотел сохранить преимущество, которое давала эта связь. Сириус почувствовал, как самообладание ускользает от него, и с трудом взял себя в руки. «Гарри, — напомнил он себе, — Гарри нужно, чтобы я оставался спокойным». — Однако блок необходимо снять, — продолжил Блэкхок, — поэтому мы предлагаем убрать ограничение, как только процедура очистки будет завершена. — Согласен, — быстро ответил Сириус. — Мы оценим состояние его магической силы после того, как блокировка будет снята, — добавила Джордан. Блэкхок задумчиво посмотрел на Гарри и Сириуса. — Вы, должно быть, изнурены долгой дорогой. Пожалуй, нам стоит обсудить ваше лечение завтра, Лорд Блэк. — Просто Сириус, — отозвался тот. — И да, отдохнуть и обосноваться — отличная идея. — Он ободряюще улыбнулся Гарри, когда они поднялись на ноги. Всё будет хорошо. Они избавятся от темного пятна Волди, вернут Гарри его силу и поправят его здоровье. А потом Сириус придумает подходящий способ, чтобы окончательно и бесповоротно уничтожить Альбуса Дамблдора.