A Marauder's Plan - План мародёра

СИРИУС БЛЭК: НАШ ЗАБЫТЫЙ ГЕРОЙ.

Рита Скитер.

В связи со вчерашними шокирующими новостями о невиновности Сириуса Блэка, мы в «Ежедневном пророке» решили вернуться к истокам, чтобы выяснить, кто же такой настоящий Сириус Блэк и что могло заставить власть имущих упрятать за решетку невиновного человека. Блэк был старшим сыном Ориона и Вальбурги Блэк, первым представителем рода Блэков в истории, который был распределен в Хогвартсе на Гриффиндор. Там он подружился с Джеймсом Поттером, своим дальним кузеном по линии Дореи Блэк. Он и Поттер считались неразлучными на протяжении всех школьных лет. Декан Гриффиндора Минерва Макгонагалл вспоминает: «Казалось, у них один мозг на двоих». В возрасте шестнадцати лет Блэк покинул семью после разногласий из-за их открытой поддержки Того-Кого-Нельзя-Называть и получил приют у Поттеров — семьи, которая всегда стояла на стороне Света. Еще один друг Поттеров, Амос Диггори, отмечает: «Блэк был братом Поттеру во всём, кроме крови». Окончив школу в числе лучших учеников своего выпуска, Блэк поступил в ряды боевых магов, проходя обучение в паре с Поттером. Бывший старший аврор Аластор Грюм, его инструктор, вспоминает: «Блэк был великим боевым магом; лучшим. Никто не справлялся с устранением Пожирателей Смерти лучше него». Действительно, Блэк был настолько хорош, что быстро продвинулся по службе; на его счету официально числится ликвидация восемнадцати Пожирателей Смерти в ходе сражений. В личной жизни Блэка связывали с несколькими ведьмами. Полли Белл с теплотой вспоминает: «После того как Джеймс и Лили поженились, Лили пыталась играть роль сводницы для Блэка, надеясь, что он остепенится. Думаю, он ходил на свидания только ради того, чтобы порадовать её — понимаете, ведь он был шафером на свадьбе Джеймса». У Блэка была репутация повесы, но дамы, с которыми мы беседовали, вспоминают его как идеального джентльмена. В конце 1980 года Блэк был схвачен Пожирателями Смерти во время выполнения секретного задания за границей. Его спасение было окутано тайной (хотя десять из упомянутых выше ликвидаций датируются тем же периодом), и он был тяжело ранен. Он восстанавливался в доме Поттеров и после рождения их сына Гарри был назван крестным отцом. Целитель Клэренс Эбби сообщил «Пророку», что Блэк фактически присутствовал при родах и именно он передал крестника счастливым отцу и матери: «Он души не чаял в ребенке, это видел каждый». Именно этот последний факт заставляет задуматься: а не была ли поспешная ссылка Блэка в Азкабан после событий 31 октября 1981 года связана не столько с его виной, сколько с желанием определить будущее Мальчика-Который-Выжил? Когда Блэк был выведен из уравнения, осиротевшего Гарри поместили в мир маглов, и — что странно — жертвы Блэка во время войны, его долгое противостояние Тому-Кого-Нельзя-Называть и его глубокая дружба с Поттерами были попросту преданы забвению. Ходят слухи, что теперь, когда Сириус Блэк признан невиновным, он подаст иск об опеке над Гарри Поттером и полностью вернет его в наш мир. Мы в «Пророке» желаем ему всяческих успехов и приветствуем возвращение нашего забытого героя домой. Римус задумался, стоит ли ему испытывать легкую тошноту от этого потока подобострастия, складывая газету и отбрасывая её в сторону. Впрочем, стратегия Брайана в прессе работала отлично, и семена для объявления об опекунстве над Гарри были посеяны. Он гадал, не стало ли Альбусу дурно после прочтения «Пророка» этим утром. Он на это надеялся. Римус закрыл глаза и сжал переносицу. Ему действительно нужно было как-то перебороть гнев на Альбуса. Он всё же был обязан старому волшебнику за то, что тот дал ему магическое образование, да и Альбус был великим магом, заслуживающим уважения. За исключением всего, что касалось Гарри и Сириуса. Римус не был уверен, что когда-нибудь сможет простить Альбусу Дурслей, а также то, что тот не удосужился проверить, был ли у Сириуса суд, фактически обрекая его на двенадцать лет ада. «Да уж, — сухо подумал Римус, — я просто блестяще справляюсь с подавлением гнева на Альбуса». Он взглянул на часы и снова притянул к себе папку Поттеров. Ранее в тот же день он уволил финансового менеджера и назначил ответственным Пуна. Хорошей новостью было то, что основная часть имущества находилась в состоянии блокировки; средства выделялись различным смотрителям недвижимости на поддержание порядка, но не более того. Однако инвестиционный портфель, насколько мог судить Римус, был брошен на произвол судьбы. Было потеряно много денег. Ситуация не была критической — Гарри всё еще был богат, — но если бы всё оставалось так до его семнадцатилетия, Римус полагал, что состояние Гарри уменьшилось бы вдвое. Кипболд был впечатлен причинами увольнения менеджера не меньше самого Римуса. Он отложил папку Поттеров и принялся просматривать пришедшую почту. Прошло почти три недели с тех пор, как Сириус известил членов семьи Блэк о появлении нового Лорда. Им было велено отвечать на адрес Гринготтса, и Римус забрал письма, пока был в банке. У большинства дальних родственников уже были главы родов, способные о них позаботиться (как, например, у Уизли), поэтому Сириус проигнорировал их до момента официального раскрытия своей личности. Но Римус был впечатлен тем, как Сириус выследил других родственников, которым повезло меньше, или тех, кто был выжжен с семейного древа. Дорогой Лорд Блэк — или мне стоит называть вас кузеном? Спасибо за недавнее письмо. Было приятно узнать, что вы интересуетесь делами клана Хитченсов в Канаде. Сейчас нас осталось только двое — я и моя сестра Фиона. Фи в прошлом году вышла замуж за женщину по имени Ола; они обе счастливы и подумывают об усыновлении ребенка. Сам я женат на прекрасной женщине — Джоанне. У нас трое сорванцов — Эми и близнецы Билли и Рэй. Эми двенадцать, она посещает специальную школу для одаренных в Ванкувере — мы очень ею гордимся. Билли и Рэй еще в детском саду, но они отличные ребята. Будем рады поддерживать связь — Джо в восторге от мысли, что мы родственники английского Лорда! Всего наилучшего, Роб Хитченс Брак Ислы Блэк с маглом по фамилии Хитченс положил начало этой линии с точки зрения Блэков, но, насколько мог судить Сириус, она не принесла магического потомства. Роб Хитченс, потомок Ислы, был маглом, работающим в консалтинговой фирме, но это не помешало Сириусу отправить ему письмо из разряда «как вы там?». Как заметил Сириус, его мать, вероятно, переворачивается в гробу. Римус перечитал письмо еще раз, обратив внимание на формулировку о школе девочки. Это была обычная легенда для прикрытия магии. Сириусу захочется узнать об этом побольше. Сириус, Старый ты пес, меня не проведешь! Новости о твоей невиновности только что дошли до меня по каналам международного магического правопорядка. Я рад, что ты теперь Лорд, и рассчитываю, что ты полностью переделаешь этот Дом. В Австралии здорово — дядя Альфард был прав на этот счет — тебе действительно стоило поехать со мной! Сейчас я здесь, в Сиднее, уважаемый старший аврор. Два года назад женился на Анне, она маглорожденная, и совсем недавно она родила мне первенца, Джейсона. Моя сестра Эмиль всё еще во Франции, вышла замуж за чистокровного ублюдка и родила такого же — не будем об этом. Должен предупредить, что она может попытаться наладить с тобой отношения. Моя младшая сводная сестра Сьюзи — сквиб, как и покойный папаша. Она присматривает за Злой Мачехой, которая, к сожалению, всё еще жива и обитает в старом поместье под Парижем. Мужа на горизонте не предвидится, но Сьюзи хорошая девочка. Да, нам, вероятно, стоит созвониться и обсудить дела — раз уж ты на это указал, я бы тоже не хотел, чтобы кто-то вроде Малфоя прибрал всё к рукам, если ты вдруг неожиданно протянешь ноги. Свистни, когда будешь свободен. Симеон Блэк Римус вслух рассмеялся и отложил письмо, чтобы Сириус его прочитал. Он знал, что Симеон, сын Мариуса Блэка, был кандидатом Сириуса на роль регента Дома Блэк в случае его безвременной кончины. В отношении опеки над Гарри и Дома Поттеров были предусмотрены отдельные договоренности, но Симеон фактически взял бы на себя финансовый и политический контроль до тех пор, пока Гарри, официально объявленный наследник Сириуса, не станет совершеннолетним. Похоже, Симеон и Сириус были во многом похожи. Сириус признавался, что они почти ровесники; Альфард познакомил их, когда Сириусу было восемь. Судя по всему, они время от времени переписывались, пока Симеон не уехал из Франции сразу после того, как Сириус окончил Хогвартс. Лорд Блэк, Благодарю за ваше недавнее извещение и запрос. Я не нуждаюсь в помощи Дома Блэк. Мой внучатый племянник, Клетус Полт, примет Дом Берков по достижении совершеннолетия. Ваша кузина, Беатриса Римус поморщился. Беатрисе Берк было сто два года, она была закостенелой в своих привычках и считалась настоящей мегерой. Сириус не знал о внучатом племяннике, иначе Римус был уверен, что тот бы и вовсе не стал ей писать. Мой Лорд Блэк, Благодарю за ваше недавнее письмо. Мое положение вполне благополучно. Мы с мужем Теодором черпаем огромную радость в нашей дочери, Нимфадоре. У нас нет немедленной нужды в помощи. Мы будем счастливы присутствовать на Семейном совете в любое удобное для вас время. Ваша кузина, Андромеда Римус знал, что Сириус будет доволен, так как хотел вернуть Тонксов в семью. Он взял последнее письмо. Мой дорогой Лорд Блэк, Выражаю благодарность и признательность за ваше недавнее извещение и запрос. Мой брак с Люциусом успешен, а наш союз влиятелен в британской политике. Вы найдете в нас неоценимое подспорье в навигации в текущих водах. Мы приумножили богатство Блэков, переданное нам. Наш сын, Драко, учится в Хогвартсе и показывает хорошие результаты по большинству предметов, преуспевая в Зельеварении и заняв место ловца в факультетской команде. Вы найдете его восхитительным дополнением к семье Блэк. У нас нет немедленной нужды в помощи, но мы приветствуем возвращение защиты и покровительства Дома Блэк. Мы к вашим услугам и будем счастливы посетить Семейный совет в любое удобное для вас время. Ваша кузина, Нарцисса Римус по-детски показал письму язык. Он прикрепил свои заметки к каждому посланию и убрал их в папку, чтобы Сириус просмотрел их по возвращении. Он сверился с часами, допил чай и быстро направился к камину в приемной, на ходу призывая портфель. Он чуть не забыл про собеседование, которое должен был провести. Римус переместился через камин в «Дырявый котел» и взял ключ у Тома. Ключ вел в частную гостиную рядом с общим залом. Римус тщательно проверил комнату и наложил чары приватности. Стук раздался почти сразу, и Римус пригласил соискательницу войти. Пенелопа Кристал вошла и в удивлении замерла, увидев Римуса. — Пожалуйста, присаживайтесь, мисс Кристал, — Римус указал на кресло напротив. — Профессор, — сказала Пенелопа, — я не знала, что собеседование будете проводить вы. Профессор Флитвик не упомянул об этом, когда сообщил мне о вакансии. Римус со вздохом сожаления отметил её нервозность. — Если вы слишком встревожены тем, что собеседование проводит оборотень, мисс Кристал, то вы, вероятно, не подходите для этой работы, так как она подразумевает сотрудничество со мной. — О нет, дело вовсе не в этом, — тут же извинилась Пенелопа, — простите меня, пожалуйста! Я просто… — она слабо взмахнула рукой. — Нервничаете? — сухо предположил Римус. — Да, — ответила Пенелопа. — У меня было много собеседований, но я просто не понимаю, почему меня не берут, и это заставило меня… ну, может, вы просто сразу сообщите мне плохие новости? Она выглядела совершенно несчастной, и благодаря Филиусу Римус понимал почему. Пенелопа была старостой, блестяще сдала Ж.А.Б.А., и всё же ей отказывали в одной должности за другой — Римус подозревал, что причина в её маглорожденности. Филиус услышал от Альбуса об удаче Римуса с новой работой и прислал записку с вопросом, не знает ли Люпин какой-нибудь подходящей работы для Пенелопы. — Присаживайтесь, мисс Кристал, — сказал Римус более властным тоном и был доволен, когда она поспешно села в кресло, поставив сумку на пол. Она оправила свою опрятную темно-синюю мантию. — Спасибо, профессор… то есть, мистер Люпин. — Профессор Флитвик сказал вам, что это за вакансия? — спросил Римус, надеясь, что Филиус хоть что-то объяснил девушке. — Секретарская должность, — ответила Пенелопа. Было очевидно, что она пытается изобразить энтузиазм по поводу дела, которое казалось ей ужасно скучным. — Не совсем так, — заметил Римус. — То, что я вам сейчас скажу, должно остаться в тайне, независимо от того, примете вы предложение или нет. Она торопливо кивнула. — Я — управляющий Древнего и Благородного Дома, что означает, что я занимаюсь финансами и управлением имуществом. Лорд только что принял на себя обязанности Главы Дома и вскоре займет свое место в Визенгамоте, а это подразумевает бесконечные встречи и светские мероприятия. Нам нужен личный ассистент для работы с графиком, организации приемов, переписки с весьма высокопоставленными лицами, ведения протоколов встреч и вообще для решения всех тех вопросов, на которые у нас не обязательно будет хватать времени. С чем, я уверен, вы более чем способны справиться, учитывая ваши академические успехи. — Он сделал паузу. — На какую должность вы подавали заявление в первый раз? — Административная роль в Департаменте магического транспорта, — ответила Пенелопа. — Я надеялась начать карьеру в Министерстве. — Достойная цель, — заметил Римус. — Но эта работа даст вам политический опыт, связи и покровительство, которые необходимы маглорожденной, чтобы попасть в Министерство. Пенелопа вскинула брови, пораженная этой горькой правдой. — Вы хотите сказать, что я не получила место из-за… но это же дискриминация, и… — она резко замолчала, вспомнив, кому жалуется, и прижала ладонь ко рту. — О, мне так… — Извинения излишни, — отмахнулся Римус. — Правда в том, что мы оба подвергаемся дискриминации: я — официально по закону, вы — неофициально согласно традициям. Министерство предпочитает назначать на должности в первую очередь чистокровных. — Кажется, мистер Уизли пытался меня предупредить, — с горечью признала Пенелопа. Она сделала вдох и посмотрела на Римуса решительным взглядом. — Я с радостью приму это предложение, если я вам подхожу. — Хорошо, — сказал Римус. — Когда вы сможете приступить? — Завтра, — предложила Пенелопа. — Вам нужно будет прийти в дом. Скажем, в десять утра? — Римус взмахнул палочкой над листком пергамента. Девушка нахмурилась, взяв его в руки. «Мой управляющий Римус Люпин приглашает вас на площадь Гриммо, 12». — Заклятие Фиделиус? — азартно спросила Пенелопа. — Он весьма ревностно относится к своей частной жизни. Для любого другого, кроме вас, пергамент будет чистым, — сухо ответил Римус. — Завтра я всё объясню. Будьте готовы принести клятву о неразглашении, тогда же мы обсудим ваши обязанности и жалованье. — Он поднялся. Пенелопа тоже встала, протянула руку и широко улыбнулась: — Спасибо за возможность, мистер Люпин. — Зовите меня Римус. Мы будем коллегами, — предложил он, пожимая ей руку. — О, ну тогда вы должны звать меня Пенелопа, — сказала она, отпуская его руку и подбирая сумку. — Еще раз спасибо, Римус. — Она прикусила губу. — Боже, как же это странно. — Представьте, что чувствовал я, когда впервые назвал своего декана «Минервой», — весело посочувствовал Римус и рассмеялся, увидев её ужас, когда она поняла, что речь идет о профессоре Макгонагалл. — До завтра. Он подождал, пока она уйдет, прежде чем снять чары приватности, всё это время довольно ухмыляясь. Маглорожденная помощница у Лорда Блэка. Предки Сириуса были бы в бешенстве от того, что маглорожденная занимает столь престижную должность. А Сириус будет в восторге.

***

— Мы его теряем! Сириус почувствовал, как сердце пропустило удар, но наотрез отказался отходить от Гарри, пока целители суетились вокруг него, пытаясь спасти его крестника. Ни он, ни Гарри не сомкнули глаз в коттедже, который им выделили накануне. Коттедж был великолепным: две спальни, душевая, просторная гостиная и небольшая кухня. Был даже собственный бассейн. Но они не смогли оценить всё это в полной мере после новостей о шраме Гарри. Сириус встал посреди ночи и обнаружил Гарри сидящим перед камином. Он превратился в Бродягу и предложил «собачье» утешение, чувствуя, что Гарри будет притворяться, будто всё в порядке, перед обеспокоенным и паникующим крестным, но может открыться его альтер-эго. Пока Гарри гладил пса и медленно начал доверять Бродяге свои страхи по поводу лечения, осадка и связи, Сириус понял, что сделал правильный выбор. Утром же Гарри был напуган, но решителен; Сириус еще никогда так им не гордился. Гарри робко спросил его, останется ли он с ним во время процедур, и Сириус немедленно заверил его, что будет рядом на каждом этапе пути. Он не собирался уходить. Его рука сильнее сжала ладонь Гарри. Крестнику дали зелье, погрузившее его в беспамятство. На одно запястье надели металлический браслет, выкачивающий магию Гарри. Лысеющий целитель средних лет по имени Дарси замер у головы мальчика в странных очках для отслеживания ауры, держа в руке магическую палочку, сделанную в форме магловского скальпеля, и пытаясь отделить темный сгусток чужеродного осколка души от шрама Гарри. Всё шло хорошо, пока темный комок, зацепленный кончиком медицинской палочки, не начал сопротивляться: из него к Гарри потянулись дополнительные щупальца, причем быстрее, чем Дарси успевал их прижигать. Гарри начал яростно биться. Джордан и еще одна целительница, Гаргу, бросились его удерживать. А теперь… Гарри перестал дышать! Блэкхок выступил вперед и яростно взмахнул палочкой над телом мальчика; над ртом и ноздрями Гарри появился дыхательный аппарат, нагнетающий кислород в его тело. Сириус тоже наконец смог вздохнуть; сердце гулко колотилось в груди. — Нам нужно выкачать больше магии! Этот ублюдок дерется зубами и когтями! — рявкнул Дарси, его голубые глаза властно сверкнули на Блэкхока. — Если мы выкачаем еще хоть немного из ядра, мы убьем мальчика! — возразила Джордан. — Она права, — подтвердил Блэкхок. — Мы не ожидали, что осколок души окажется таким сильным; должно быть, он изрядно подпитывался магией мальчика, несмотря на блокировку. Гаргу щелкнула пальцами, её темные глаза метнулись к Блэкхоку. — Нам нужно дать Поттеру силы, не давая при этом ничего осколку души! — Как? — потребовал Дарси, отсекая очередное щупальце, пытавшееся пробраться от темной фигуры на конце палочки обратно к Гарри. Несколько щупалец всё еще были прикреплены к шраму, цепляясь за него изо всех сил. — Единственная магия, которая подчинится только самому мальчику, — это его семейная магия, — быстро констатировал Блэкхок. Он посмотрел через неподвижное тело Гарри на Сириуса. — Вы можете призвать её через клятву крестного? Сириус понятия не имел — он никогда не слышал, чтобы семейную магию призывали подобным образом, — но он резко кивнул. — Я могу попробовать. — Он откашлялся, прижал ладонь Гарри к своему сердцу, а свою вторую руку положил на худую обнаженную грудь мальчика. — Я, Сириус Орион Блэк, крестный отец Гарри Джеймса Поттера по велению сердца, по праву магии, по силе клятвы. Сын Дома Поттеров нуждается в тебе — familius magicus protectus! Внезапно от кожи Гарри поднялся золотистый туман и принял форму свирепого грифона, который издал дикий крик. Грифон посмотрел на Сириуса, и тот каким-то образом понял, чего хочет существо… и что он должен сделать… — Я, Сириус Орион Блэк, Глава Дома Блэк, призываю магию Дома Блэк — familius magicus protectus! Из родового кольца выскользнула серебряная змея Дома Блэк. Долгий миг змея и грифон смотрели друг на друга, а затем змея бросилась к грифону, сливаясь с ним. Грифон увеличился вдвое и взревел. — Мерлин милостивый! — ахнула Джордан. Лоб Дарси покрылся потом, он на мгновение поднял глаза на пугающее зрелище — грифона, но не прекращал работу ни на секунду, сосредоточенно пытаясь отсечь последние нити зла от Гарри. Грифон снова взревел и спикировал прямо к шраму мальчика, заставив Дарси отпрянуть; при этом темный сгусток души на конце его палочки сорвался. Но грифон уже был там: один коготь вонзился в голову мальчика и вырвал последние тентакли-щупальца, а другой сжал осколок темной души в своих когтях. На секунду воцарилась тишина, а затем темная фигура закричала, когда когти разорвали её в клочья, превратив в ничто. Грифон издал удовлетворенный рык и снова уселся на грудь Гарри. Серебряная змея Дома Блэк медленно отделилась и вновь обрела форму рядом с грифоном; два тотема поклонились друг другу, после чего змея исчезла. Фигура грифона замерцала, потеряла четкость и превратилась в золотистый туман, который впитался обратно в кожу Гарри. «Джеймс не посылал магию Лили», — осознал Сириус в полуистеричном состоянии. — «Он послал её Гарри!» И каким-то образом Гарри, будучи младенцем — возможно, из-за абсолютного ужаса перед Волдемортом и травмы от гибели матери на его глазах, — сумел использовать эту магию и так сильно подпитать заклинание матери, что его семейная магия стала частью кровной защиты, которую дала ему Лили. Неудивительно, что Волдеморт не мог коснуться его; это была не просто кровная защита сама по себе — она слилась с чистейшей Светлой магией Дома Поттеров. Блэкхок коснулся металлического браслета, и магия Гарри начала возвращаться к нему. Сириус запечатлел поцелуй на ладони мальчика и погладил большим пальцем его костяшки. — Почти закончили, Гарри, — прошептал Сириус, успокаивая мальчика, находящегося в забытьи. Дарси сменил медицинский инструмент на обычную палочку и деловито очищал обильно кровоточащий шрам на лбу Гарри; Гаргу стояла наготове с мазью и бинтами. Джордан убрала дыхательный аппарат, убедившись, что Гарри снова дышит самостоятельно. Браслет упал с руки, сигнализируя о том, что магия Гарри вернулась в полном объеме, и Блэкхок тут же приступил к делу: его палочка задвигалась над телом мальчика по сложному узору, снимая наложенную на него блокировку. С каждым взмахом Гарри начинал светиться всё ярче, и Сириус с тревогой взглянул на Блэкхока. Лицо целителя стало серьезным, но он продолжал работу. — Целители! Назад! — скомандовал Блэкхок, когда свет стал ослепляющим. Дарси, Гаргу и Джордан поспешили подчиниться. Еще один взмах… Произошла вспышка, похожая на свет фотовспышки, заставившая Сириуса зажмуриться… Волна чистой мощи ударила в него — откат от освобожденного ядра… Сириус, не раздумывая, бросился на Гарри, закрывая крестника своим телом… И тишина. Сириус поднял голову и увидел, как Блэкхок поднимается с пола. Прихрамывая, целитель вернулся к Гарри и начал диагностику, пока остальные медики занимались тем же. Сириус чувствовал бешеное сердцебиение Гарри под своей ладонью и медленно отстранился, снова встав рядом. Блэкхок начал новую серию движений палочкой. — Я накладываю на магическое ядро Гарри своего рода «повязку» из исцеляющей магии; оно повреждено после снятия столь мощной блокировки. Сириус облегченно кивнул. Дарси отошел, и Гаргу густо смазала лоб Гарри мазью, прежде чем взмахнуть палочкой — бинт сам обернулся вокруг головы мальчика. Джордан принесла три флакона, магией направляя их содержимое прямо в организм Гарри. Она поймала обеспокоенный взгляд Сириуса и ободряюще улыбнулась. — Одно — питательное и укрепляющее зелье, чтобы помочь телу восстановиться. Второе — обезболивающее, а третье — усыпляющее. Ему нужно оставаться в полном покое и неподвижности, пока заживает его ядро. — Мы разбудим его завтра, — сказал Блэкхок, наконец отходя в сторону. — Невероятно. — Это точно, — согласился Дарси. — Я никогда не видел ничего столь могущественного, как этот осколок души. — Он вздохнул. — Злобная дрянь. Не видел такого с тех пор, как вернулся со службы в Корее. — Я никогда не видела, чтобы семейная магия работала подобным образом, — сказала Гаргу, бросив вопросительный взгляд на Сириуса. — Я тоже, — ответил он, убирая пропитанные потом волосы Гарри подальше от забинтованного шрама. Семейная магия не должна была обладать сознанием, как этот грифон; она не должна была объединяться с чужой семейной магией для помощи, как эта змея. Он понятия не имел, как это произошло и связано ли это с тем, что Гарри случайно вплел магию в свою защиту. По правде говоря, Сириусу было всё равно — он был лишь благодарен за то, что это сработало. — Я часто думаю о том, что то, что мы знаем о магии, меркнет по сравнению с тем, чего мы не знаем, — мудро заметил Блэкхок. Затем они оставили его, и Сириус сел у постели Гарри, сжимая руку крестника, довольный тем, что может просто слушать каждый его вдох. Сириус чувствовал себя так, словно потерял доброе десятилетие жизни, и подозревал, что, как только доберется до зеркала, обнаружит, что каждый его волос стал седым. Самое страшное позади, напомнил он себе. Гарри в безопасности и на пути к выздоровлению. Тем не менее, Сириус не собирался сдвигаться с места, пока Гарри не проснется. Он смутно осознавал бег Течения времени: как приходила Джордан, чтобы магией ввести Гарри еще порцию обезболивающего и проверить показатели жизнедеятельности, как тени медленно переползали из одного угла комнаты в другой. Было уже поздно, когда вошел Блэкхок и осмотрел Гарри с грацией, рожденной годами практики; Сириус по большей части его игнорировал. — Нам нужно обсудить ваше лечение, — сказал Блэкхок, закончив осмотр. — Мы отложили его из-за срочности дел с вашим крестником, но вы также являетесь нашим клиентом. — Я не оставлю Гарри, — автоматически ответил Сириус. — Я бы и не просил вас об этом. — Блэкхок обвел палочкой комнату, и в изножье кровати появился стол, уставленный легким ужином. Он указал на него. — Вы должны оставаться сильным, если хотите заботиться о своем крестнике. Сириус с со вздохом принял эту неприкрытую манипуляцию. Он в последний раз провел большим пальцем по костяшкам Гарри, встал и легонько поцеловал его забинтованный лоб. — Я буду прямо здесь, в ногах твоей кровати, Гарри. — Он подошел и опустился в кресло. Он помассировал лоб и устало посмотрел на еду перед собой: какой-то куриный бульон и свежий хлеб. Он взял булочку, отщипнул кусочек, чтобы пожевать, и вяло потянулся за ложкой. Он с опозданием заметил, что Блэкхок накладывает чары приватности, чтобы они могли поговорить, не тревожа Гарри, но при этом сразу узнали бы, если бы тот хоть раз шелохнулся. — Спасибо, — сказал Сириус, и он знал, что благодарит не только за чары. Блэкхок наклонил голову и сел. Он начал есть, и они сосредоточились на еде, пока с бульоном не было покончено. Следом подали рыбу на пару, овощи и рис. Сириус отказался от подноса с фруктами, когда тот появился, предпочтя крепкий черный кофе. В британском волшебном мире этот напиток пили редко; предпочтение отдавалось чаю, а в качестве прохладительного — тыквенному соку. Он уже и забыл, как сильно любит кофе. «Может быть, стоит заняться его продвижением по-настоящему», — подумал Сириус, — «это было бы хорошей инвестицией». Его взгляд метнулся к Гарри, проверяя его — крестник не шевелился. — Вы его очень любите, — сказал Блэкхок. — Да, — без притворства ответил Сириус. Блэкхок хмыкнул. — И всё же вы так мало о нем знаете. Взгляд Сириуса метнулся к Блэкхоку. Он проглотил первую резкую колкость, пришедшую на ум. — У вас есть дети, целитель Блэкхок? — Семеро, — ответил Блэкхок. — И я благословлен двадцатью внуками и тремя правнуками. — Поздравляю, — сухо сказал Сириус, — а теперь представьте, что из-за собственной глупости вы потеряли одного из них, когда тот был еще младенцем. Годами вы его не видите, но думаете о нем каждую свободную минуту. А потом вы находите его, только ему тринадцать — он еще не совсем вырос, но уже и не ребенок. И — нет, вы его не знаете. — Он выдержал взгляд Блэкхока. — Но разве вы перестанете его любить? Старый волшебник склонил голову, принимая аргумент. — Вы считаете его своей кровью? — Да. — Это был еще один ответ, который Сириус дал без колебаний. — Вообще-то он кузен, хоть и дальний, но Джеймс, его отец, также был моим братом — по духу, по сердцу, по магии. — Он видел, что древние термины нашли отклик у Блэкхока, и лениво подумал, не поэтому ли магия Блэков смогла помочь магии Поттеров; в конце концов, в крови Гарри была и та, и другая. Сириус позволил своим мыслям вернуться к Гарри. — Я был с матерью Гарри, Лили, когда у неё начались схватки, и оставался с ней почти всё время родов, пока наши друзья искали Джеймса — он ушел на встречу в Гринготтс. Он вернулся всего за десять минут до появления Гарри, и Лили наотрез отказалась меня отпускать. Я взял Гарри на руки первым. Именно я передал его Джеймсу и Лили. — Вы говорите, что потеряли его по глупости? — спросил Блэкхок. Сириус хмыкнул. — Я доверил не тому человеку позаботиться о его безопасности. И я думал, что расстаюсь с ним ненадолго, лишь пока не поймаю Питера, того, кто их предал. И он больше не совершит этой ошибки. Сириус сменил позу и отхлебнул кофе. Он не сводил глаз с Гарри. — Гарри и я… мы не знаем друг друга, я это понимаю. И он не помнит осознанно, что любил меня, поэтому я знаю: если бы он задумался об этом, то решил бы, что пока еще не любит. Но я думаю, он верит, что *смог бы* полюбить меня, и хочет этого. Я знаю, что ему дорога сама идея «меня» — кого-то, кто его любит и кто будет рядом, но он пока не доверяет тому, что это действительно так и что я не исчезну. — Он наклонил голову. — Я отвоевал немного пространства, вырвав его у сестры Лили и её семейки; сдержав слово и обеспечив ему возможность жить со мной. — Для человека, чей разум окутан туманом, вы видите поразительно ясно, — произнес наконец Блэкхок. — Дементоры изрядно меня потрепали. — Это была констатация факта. — Ваш ментальный ландшафт серьезно поврежден, — подтвердил Блэкхок. — Вам требуется серьезное ментальное исцеление. Ваша Окклюменция помогла вам вернуть некоторую меру контроля, но вам необходима дополнительная поддержка, чтобы восстановить остальное. Сириус медленно кивнул. — Я хотел бы поблагодарить вас за отчет о детстве Гарри, который вы предоставили доктору Джордан. Это поможет ей избежать некоторых подводных камней в процессе его ментального исцеления. — Блэкхок сделал паузу. — Полагаю, у вас нет такого же отчета о вашем собственном детстве? Свободная рука Сириуса сжалась в кулак, и он заставил себя сделать вдох. — Боюсь, моим детством никто никогда не интересовался. — В его тоне прозвучало отчетливое «вход воспрещен», и он не удивился, когда Блэкхок отступил. — Ваше тело также нуждается в лечении, — продолжил Блэкхок. — В этом вы и ваш крестник поразительно похожи. Вы оба страдаете от истощения и физической слабости. Я полагаю, будет лучше, если большая часть ваших процедур в этом отношении будет проходить совместно. — Его глаза блеснули. — Это поможет вам получше узнать друг друга. Сириус почувствовал, как его губы дрогнули — это замечание вызвало у него невольную усмешку. — Нам стоит поговорить об Альбусе Дамблдоре, — произнес наконец Блэкхок. — Вы затаили на него сильную обиду из-за блокировки на ядре Гарри. — Я затаил на него сильную обиду «точка», — откровенно признался Сириус. — Он несет главную ответственность за то, что Гарри оказался под опекой Дурслей. Он не удосужился проверить, как живет мальчик, и не обеспечил ему безопасность. С тех пор он использует Гарри в делах, касающихся Волдеморта. — Он вздохнул. — И я, скажем так, не в восторге от того, что он оставил меня гнить в Азкабане без суда и следствия, хотя я был членом его Ордена. — Он указал на свою чашку. — Блокировка — лишь последний пункт в моем списке претензий к Дамблдору. Блэкхок понимающе кивнул. — Проблема великих людей в том, что все ждут от них всезнания, и зачастую они сами попадают в ловушку, веря, что так оно и есть. Я полагаю, это касается и действий Альбуса в отношении «якоря души» и блокировки. Думаю, он не знал, как решить проблему осколка души, не убив Гарри, и, решив, что выхода нет, наложил блокировку, чтобы ослабить этот остаток. — Вы его знаете? — немного резко спросил Сириус. — Мы знакомые, не друзья, — ответил Блэкхок. — Мы встретились, когда я путешествовал по Европе несколько лет назад. — Он взял стакан воды. — Альбус — истинный мастер трансфигурации и зелий. Он оказался очаровательным собеседником за обедом и порой бывает полезен в переписке, когда нам требуется экспертное мнение о заклинаниях для исцеления повреждений, подобных тем, что были у вашего дяди. Но в остальном у нас мало общего. Я посвятил свою жизнь целительству, как и все жители Долины; мы учимся новому каждый день — у маглов так же часто, как и у других целителей по всему миру. Сириус оценил честность Блэкхока. — Простите за мою резкость, — пробормотал он. — Возможно, вы правы, и он не знал, как с этим справиться. Я просто… я беспокоюсь о его истинных мотивах. — Подумайте вот о чем, — сказал Блэкхок. — В ту хэллоуинскую ночь у Альбуса были все основания полагать, что этот «крючок» в душе Гарри — единственный якорь Волдеморта в мире живых. Он мог бы убить ребенка, веря, что это устранит угрозу в лице Волдеморта навсегда. Сириус нахмурился, его кровь застыла в жилах от этой мысли. Мерлин, ведь это действительно могло произойти, потому что Дамблдор на тот момент еще не знал о других крестражах. — Вместо этого он решил оставить ребенка в живых, — заключил Блэкхок. — Однако признаю: странно, что он так и не попытался найти решение за все эти годы, хотя, возможно, он и обращался к другим целителям, которые тоже не знали ответа. — Не думаю, что он искал, — отрезал Сириус. — Мы полагаем, что тут замешано пророчество. Блэкхок тяжело нахмурился. — К таким вещам всегда нужно относиться с осторожностью. Уж мне ли не знать. Сириус посмотрел на него с интересом: — Вы Провидец? — Не совсем, — помедлив, ответил Блэкхок. — Я всегда «Вижу» своих клиентов, но на этом мой дар заканчивается. Я Видел образ вашего с Гарри приезда еще тогда, когда ваш дядя пожимал мне руку на прощание. Конечно, я думал, что вам будет двадцать семь, а Гарри — пять, когда вы прибудете. Когда время шло, а вы не появлялись… я решил, что мой дар впервые подвел меня. — Он горько улыбнулся. — Я не учел омолаживающее зелье. — Он указал на Сириуса. — И теперь вы понимаете, почему видения и пророчества требуют осторожного обращения. Слишком легко обнаружить, что то, что, как вам кажется, они показывают или значат, на деле оказывается чем-то совершенно иным. Сириус медленно кивнул, его внимание снова переключилось на мальчика в постели. — Я просто хочу, чтобы Гарри был в безопасности. — Тогда мы должны привести вас в форму, чтобы вы могли встретить этот вызов во всеоружии. — Блэкхок встал. Сириус последовал его примеру, потягиваясь, чтобы размять затекшую спину. — Думаю, в другом обличье вам будет удобнее спать, — улыбнулся Блэкхок. — Но предупреждаю: моя коллега очень не любит собачью шерсть. — Он заставил стол исчезнуть и вышел. Сириусу потребовалось лишь мгновение, чтобы превратиться в Бродягу. Он запрыгнул на кровать и пристроился рядом, ткнувшись холодным носом в ладонь Гарри. «Что ж, может, я и не стану убивать Дамблдора», — размышлял Сириус, обдумывая слова Блэкхока. Дамблдор сохранил Гарри жизнь, и, возможно, блокировка была призвана помочь, а не навредить, так что… может, Сириус просто немного его покалечит. Он закрыл глаза, и тепло Гарри рядом, звук его спокойного, чудесного дыхания убаюкали его.