A Marauder's Plan - План мародёра

— Сириус, какова твоя первая реакция? — Римус подался вперед, едва не соскользнув с дивана в гостиной Гриффин-хауса, где они собрались, чтобы выслушать, по какой причине Берти и Билл запросили срочную встречу с Сириусом в это обеденное время. Они-то думали, что это будет подтверждение успеха в поисках очередного предмета, подобного дневнику, но Сириус вернулся с крайне мрачным выражением лица и в пух и прах разнес эту теорию. Ну, разнес лишь отчасти, потому что предмет они нашли; просто они не могли добраться до него без змееуста — без Гарри. Они хотели, чтобы Гарри отправился вместе с «Командой сокровищ» и помог им. Гарри с надеждой смотрел на Сириуса, желая, чтобы тот согласился. Он понимал стремление Сириуса уберечь его, но сам хотел помочь всем, чем только мог. Пророчество не давало ему покоя. Когда он его выслушал, то понял, что в общих чертах и так догадывался о сути, раз уж Волдеморт был на нем так зациклен. Но было страшно осознавать, что в итоге всё может свестись к его схватке с могущественным волшебником, даже если его собственные силы и навыки выросли в десять раз. Он знал, что Сириус делает всё возможное вместе с Департаментом магического правопорядка и Отделом тайн, чтобы Гарри не пришлось сталкиваться с Волдемортом лицом к лицу, но Гарри ненавидел оставаться в стороне, а особенно — зависеть от других. До Рона и Гермионы ему вообще не на кого было положиться. Но даже тогда, с василиском и философским камнем, всё в конечном счете сводилось к его противостоянию с Волдемортом. У Гарри точно никогда не было взрослых, на которых можно было бы опереться. Он знал, что теперь у него есть Сириус, Римус и остальные, но было трудно просто сидеть сложа руки и позволять им во всем разбираться; трудно доверять тому, что они справятся. Он ненавидел чувствовать себя таким... скованным, неспособным помочь; его бесило, что ему не позволяют помогать. А это... это было то, что он мог сделать — и это было почти то же самое, что и помощь с Тайной комнатой, на которую Сириус уже дал добро. Сириус, стоявший у камина, бросил на Гарри мимолетный взгляд, в котором смешались извинение и упрямство. — Моя реакция — сказать «нет». — Но почему? Я же помогаю с Тайной комнатой! — тут же запротестовал Гарри. — Потому что это не Тайная комната, Гарри, — отрезал Сириус. — Это дом, напичканный ловушками, которые уже умудрились обставить двух очень хороших разрушителей проклятий. — Потому что они не говорят на парселтонге! — парировал Гарри. — К чему такая спешка? — спросил Римус, вмешавшись прежде, чем спор стал слишком жарким. Сириус вздохнул и неопределенно махнул рукой. — Как я и говорил вчера, мы думаем, что Волдеморт вернулся в страну, и это место может служить ему убежищем. Мы понятия не имеем, когда он там появится; чем быстрее мы разберемся с кольцом, тем лучше. — Иначе, если мы схватим его, мы потеряем время, пока будем возиться с кольцом, — Римус кивнул. — И единственный человек, обладающий достаточной силой, чтобы забрать кольцо без лишних проблем — это Альбус? — Крокер считает, что Дамблдор, скорее всего, смог бы подавить щиты и разобраться со змеями без особого труда, но даже в этом случае у него уйдет не меньше пары часов. Но он не уверен, что Альбус сможет сделать это, не оставив следов, — сказал Сириус. — Билл прикидывает, что они с Кэро вдвоем смогут снять щиты за день, но всё равно остается проблема зачарованной змеи. Один мог бы её отвлекать, пока второй идет за кольцом. Но в любом случае, будь то «Команда сокровищ» или Альбус, по словам Билла, они понятия не имеют, есть ли под половицами другие сюрпризы. — То есть мы не знаем, позволит ли ожидание Альбуса действовать по первоначальному плану. А если мы будем ждать поимки Волдеморта, то рискуем тем, что он сбежит, пока мы будем часами возиться с кольцом, — Римус вздохнул и скрестил руки на груди, обдумывая задачу. — Это огромный риск, — подтвердил Сириус. — Потому что вместо того, чтобы просто покончить с ним, нам придется захватить его, удерживать и надеяться, что он не догадается, почему мы не отрубили ему голову немедленно. Вот почему я согласился, чтобы они выдвигались за кольцом сегодня и оставили всё так, будто к нему не прикасались — чтобы он ничего не заподозрил, пока мы добываем другой недостающий предмет... — Да-да, вся эта идея оставить всё на местах, чтобы Волдеморт ни о чем не догадался, если вдруг явится — это гениально, Бродяга, — пробормотал Римус. Он поджал губы, и когда Гарри хотел что-то вставить, Римус поднял руку, останавливая его. — У нас есть три варианта. Первый: мы откладываем дело с кольцом до тех пор, пока Волдеморт не будет схвачен. К тому времени у нас на руках, надеемся, будет и последний предмет, он, надеемся, ничего не заподозрил и, надеемся, не вырвется на волю, — Римус начал рассуждать шире. — Это большой риск, и худший сценарий — он сбегает, пока мы возимся с кольцом, понимает, что мы в курсе насчет хоркруксов, и это заставляет его искать другие способы бессмертия, а нас возвращает в самое начало. Сириус поморщился. — Именно поэтому я и санкционировал эту миссию в первую очередь. — Верно, — подчеркнул Римус, — так что переходим ко второму варианту: мы ждем возвращения Альбуса и смотрим, сможет ли он добраться до кольца, оставив всё в сохранности, чтобы Волдеморт не заподозрил неладное. Риски, Гарри? Гарри немного вздрогнул от неожиданного вопроса, но быстро сообразил: — Ну, Волдеморт может добраться до Литтл-Хэнглтона раньше, чем вернется директор. — И? — подтолкнул Римус. — И директор может не суметь сделать это, не потревожив ловушки, особенно змей, — ответил Гарри через секунду. — Значит, мы в итоге либо всё равно вынуждены будем вернуться к первому варианту, — Римус снова повернулся к Сириусу, — либо ко второму — Гарри помогает. — И риск в том, что Гарри получит травму или что похуже! — рявкнул Сириус и бросил на Гарри взгляд; в его глазах читалось извинение, которое Гарри проигнорировал. — Билл может пострадать! Или ты! — заспорил Гарри. — Какая разница? — Ты еще... — Несовершеннолетний, я знаю, — перебил его Гарри, — но кто в этой комнате сражался с Волдемортом и выжил? — Он поднял руку. — Кто сражался с василиском и выжил? — Он не опускал руку, свирепо глядя на Сириуса. — Согласно пророчеству, это я должен сделать! — Я признаю, что тебе пришлось столкнуться с очень многим в очень юном возрасте, Гарри, — яростно ответил Сириус, — но ты больше не один, и вся причина, по которой мы вообще придумали этот план, заключалась в том, чтобы тебе больше не приходилось проходить через подобные вещи — пророчество там или не пророчество! — Этот план был не моей идеей, и я могу защитить себя! — горячо воскликнул Гарри. Он почувствовал, как зашевелилась его магия, и сделал неровный вдох, стараясь удержать под контролем и её, и свой гнев. — Не... — Сириус! — прервал его Римус прежде, чем Сириус успел закончить фразу. — Крики друг на друга не помогут решить проблему. — Он указал на Гарри. — Почему бы тебе не пойти наверх и не начать собираться на праздник к Невиллу? Другими словами, они хотели поговорить без Гарри. Тот насупился, но всё же поднялся с дивана и вышел, поддавшись искушению громко хлопнуть дверью. На мгновение он замер в коридоре, охваченный глубоким чувством обиды. Почему Сириус думает, что он не справится? Он отлично со всем справлялся и до того, как Сириус его усыновил. Сириус что, считает его глупым? Или не доверяет ему? Гарри почувствовал, как защипало в глазах, и быстро сморгнул слезы. Именно тогда он понял, что слышит голоса и что ни Сириус, ни Римус не подумали поставить заглушающие чары... — ...и да, спасибо, Римус, я знаю, что орать на него было бесполезно! — огрызнулся Сириус. — Сириус, что вообще у тебя в голове? — потребовал ответа Римус. Он говорил сердитее, чем Гарри когда-либо слышал. — Что плохого в том, что я хочу защитить своего сына?! — запальчиво возразил Сириус. — Мне плевать, что он «хочет» это сделать — и клянусь яйцами Мерлина, я не думаю, что он правда хочет! Я думаю, он считает, будто мы все ждем от него этого из-за чертова пророчества! Он не должен так себя чувствовать, Римус! Ему без одного дня четырнадцать, а мы обсуждаем, как отправить его в опасную ситуацию, где его могут ранить или убить, и... — послышался резкий вздох. Гарри в тревоге шагнул к двери, его пальцы слегка коснулись дерева. — Сириус, сядь! Вот, дыши! — подбадривал его Римус, в его тоне слышалось успокоение с ноткой беспокойства. — Еще раз. Глубже. Воцарилось долгое молчание, и Гарри запереживал, всё ли с Сириусом в порядке; чувство вины за то, что он накричал на него, зашевелилось в животе. — Прости, — пробормотал Сириус так тихо, что Гарри пришлось напрячь слух. — Это у тебя сейчас была паническая атака, — сказал Римус. — Я понимаю, что сама мысль о вовлечении Гарри пугает тебя до смерти, Сириус. Меня тоже. — Дело не только в этом, — слабо возразил Сириус. Римус вздохнул так громко, что звук донесся сквозь дверь. Гарри прислонился к ней, чувствуя себя несчастным из-за того, что довел своего новоиспеченного отца до панической атаки, и стараясь игнорировать ехидный голос в голове, который предупреждал: Сириус больше не будет его любить и отправит обратно к Дурслям, потому что с Гарри слишком много хлопот. — Ни ты, ни Гарри толком не спите с тех пор, как узнали о пророчестве, — заметил Римус. Гарри нахмурился. У него было несколько кошмаров, и Сириус всегда оказывался рядом, когда он просыпался, чтобы успокоить и утешить его. Неужели Сириусу тоже снились кошмары? — Я не знаю, как Джеймс и Лили справлялись с этим знанием, — признался Сириус. — Интеллектуально я понимал, о чем там будет речь, еще до того, как мы пошли его слушать, но знать и знать по-настоящему... как я должен его защитить? — Ты в него веришь? — Я верю в то, что это не имеет значения, потому что Волдеморт в любом случае хочет его убить, — ответил Сириус. — Я верю, что если бы другие услышали его, они бы начали давить на Гарри еще сильнее, требуя, чтобы он разобрался с Волдемортом — в дополнение к этой нелепой чепухе про «Мальчика-Который-Выжил». Людям уютно думать, что на них нет ответственности. Дамблдор — яркий тому пример. Это несправедливо по отношению к Гарри. У Гарри перехватило дыхание от слов Бродяги. — Да, это несправедливо, — согласился Римус. — И я никогда не хочу, чтобы он думал, будто я вижу в нем только это, Лунатик, или чтобы он чувствовал давление, заставляющее его соответствовать какому-то образу героя. Я хочу, чтобы он знал: для меня он — просто Гарри, и что я буду любить его, даже если он никогда не столкнется с Волдемортом и не победит его. Для меня это не важно. Гарри смахнул слезу, скатившуюся по щеке. Мерлин, какой же он дурак. Сириус всего лишь пытался его защитить, а он вел себя как Дадли, когда тот не получал желаемого. Он тихо отстранился от двери. — Так ты позволишь ему отправиться в Литтл-Хэнглтон? — Не знаю, — ответил Сириус. — Каким родителем я буду, если позволю? — Я знаю о рисках, — возразил Римус, — но в конечном итоге ты должен спросить себя, что защитит его лучше: позволить ему помочь с кольцом под присмотром взрослых, подвергнув минутной опасности, или оставить кольцо, пытаться разобраться с ним после поимки Волдеморта и рискнуть тем, что Волдеморт сбежит и продолжит причинять Гарри боль? — Ну, я понял, за что ты голосуешь, — саркастично отозвался Сириус. Римус снова вздохнул. — Я тоже его люблю, Бродяга. — Я знаю, Лунатик. Просто... — Сириус вздохнул. — Не так-то просто быть тем, кому придется жить с последствиями. Я отвез его в лечебную клинику, и он чуть не умер во время очищения... ритуал благословения привел к магическому истощению... Мерлин знает, как я жалею, что взял его слушать это пророчество! Иногда я не уверен, что Молли Уизли не права и я действительно ужасный отец. Гарри поморщился. Он заметил колкие замечания Молли в прошлый раз, когда они были на ужине, и задним числом понял, что она говорит в таком духе уже давно. Он не хотел задевать её чувства, но ему не нравилось, что она заставляет Сириуса чувствовать себя плохо. Сириус был замечательным отцом. — Молли Уизли не считает тебя ужасным отцом... — Римус осекся, видимо, поймав на себе какой-то взгляд Сириуса. — Ладно, она считает тебя ужасным отцом, но, честно говоря, Молли — не родитель Гарри. Его родитель — ты. И, насколько я могу судить, Бродяга, ты отлично справляешься. — Спасибо, Лунатик, — сказал Сириус. «И он правда отлично справляется», — пылко подумал Гарри. И он обязательно скажет об этом миссис Уизли, когда в следующий раз её увидит. Ну, может, не прямо в следующий раз, а когда они будут наедине — Энди вдалбливала ему, что лорды не устраивают сцен на публике, а в следующий раз он увидит маму Рона на дне рождения Невилла, к которому ему и правда нужно было готовиться. Гарри тихо поднялся по лестнице, не желая выдавать Римусу и Сириусу, что подслушивал под дверью. На какое-то время суета с душем и переодеванием отвлекла его, но стоило ему приняться за прическу, как мысли о Сириусе и их ссоре нахлынули снова. — Черт! — выругался Гарри, когда волосы наотрез отказались ложиться ровно. — У Джеймса была та же проблема, — раздался голос Сириуса из дверного проема. Он переоделся и выглядел очень элегантно в сшитой на заказ парадной мантии. — Дай-ка я. — Он вошел в комнату и взмахнул палочкой над головой Гарри: волосы послушно улеглись в стильный, слегка взъерошенный вид вместо того гнезда, что было раньше. — Спасибо, — выдавил Гарри, чувствуя неловкость после их ссоры и подслушанного разговора. Сириус кивнул и собрался уходить. — Бродяга! — окликнул его Гарри, останавливая. — Прости меня. — Он неопределенно махнул рукой. — За то, что было раньше. — Он начал вертеть в руках расческу. — Если ты не хочешь, чтобы я ехал в Литтл-Хэнглтон, я не поеду. Сириус замер в дверях и обернулся. Казалось, он долго боролся с собой, прежде чем указать на кровать, приглашая обоих сесть. Гарри сел и подождал, пока Сириус присоединится к нему. — Иногда мы будем спорить, Гарри, — тихо сказал Сириус, поймав его взгляд. — Люди спорят, даже когда очень сильно любят друг друга. Когда твой дедушка Поттер узнал, что мы с твоим отцом пили Огненный виски в шестнадцать лет, он пришел в ярость. Он орал на нас добрый час, а потом твой отец орал на него в ответ, и я, кажется, тоже немного покричал... но в основном я боялся, что он меня выставит вон, и... Гарри иногда забывал, что Сириус в подростковом возрасте проходил через подобные страхи. Он опустил глаза, чувствуя, как щеки обдает жаром. — О... — Сириус внезапно замолчал. — Я надеялся, что после усыновления ты понял: теперь ты от меня никуда не денешься, — сказал он наконец, и легкий дразнящий тон не слишком помог Гарри унять чувство вины за то, что он подумал об этом даже мимолетно. — Прости, — снова начал Гарри. — Эй. Иди сюда. — Сириус притянул его к себе, и Гарри крепко обнял его в ответ. — Я никогда... я никогда не хочу, чтобы ты сомневался в том, что я люблю тебя, Гарри. Ты мой сын. И то, что ты наорал на меня или я на тебя, этого не изменит, ясно? Гарри кивнул, чувствуя себя просто паршиво из-за всей этой ситуации. Он не хотел, чтобы Сириус винил себя. — Я не думал... Я знаю, и я не знаю, почему мне вообще пришло в голову, что я тебе больше не нужен, просто... — Это нормально, что ты так подумал, понимаешь? То есть, не совсем нормально, но объяснимо, — Сириус погладил его по спине, успокаивая. — Тебе позволительно чувствовать неуверенность, ведь мы оба в этом деле новички. — Ты отличный папа, — выпалил Гарри в плечо Сириусу. Сириус на мгновение замер — казалось, он услышал невысказанное «а я ужасный сын», которое Гарри все же удержал за зубами, и его объятия стали крепче. — Что ж, у меня замечательный сын, Гарри. А это уже половина дела. — Даже когда я спорю? — попытался пошутить Гарри. — Особенно когда ты споришь, — твердо сказал Сириус. — Я всегда хочу, чтобы у тебя было собственное мнение, Гарри, даже если я не всегда с ним согласен. Гарри отстранился и потер лицо рукой, пытаясь скрыть смущение после их прошлой ссоры. — Почему для тебя так важно помочь с этим кольцом? — спросил Сириус. Гарри вспомнил опасения Сириуса о том, что он делает это только потому, что от него этого ждут, из чувства долга перед пророчеством — и Гарри знал, что Сириус прав. По правде говоря, именно в этом и заключались основные причины его желания поехать. — Отчасти дело в пророчестве, — признался Гарри и, заметив торжествующий взгляд Сириуса, поспешно добавил: — Просто... это кажется несправедливым — просить других людей рисковать жизнью, когда в пророчестве говорится обо мне. И еще потому, что я могу помочь. Я змееуст, им нужен змееуст. И если я этого не сделаю... я не хочу, чтобы Волдеморт победил. Сириус, казалось, целую вечность всматривался в его глаза. — Хорошо. Ты можешь помочь при одном условии — точнее, при нескольких. Гарри скрыл улыбку, видя капитуляцию Сириуса, и с энтузиазмом закивал. — На всё согласен. — Во-первых... — Сириус вздохнул и поудобнее устроился на кровати, — мы с тобой пойдем к целителю разума по поводу пророчества. Римус заметил, что нам обоим трудно с этим примириться. Я напишу Ноши, чтобы он нашел кого-нибудь надежного здесь, в Великобритании. Гарри был не в восторге от этой идеи, но решил, что разговор с кем-то вроде целителя Фэй не повредит. — Во-вторых, я знаю, что сказано в пророчестве, но пророчества — штука очень туманная. Я не хочу, чтобы ты думал, будто именно ты обязан делать всё только потому, что какая-то старая запись называет тебя тем, кто в итоге сокрушит Старину Волди-в-штанах. Понятно? Гарри кивнул. — Но это трудно, Сириус. — Я знаю. И не помогает еще то, что магический мир уже взвалил на тебя целую гору ожиданий из-за всей этой истории с Мальчиком-Который-Выжил, — сказал Сириус, — но не всегда именно ты должен убивать василиска. Он легонько толкнул Гарри в плечо, и тот понимающе кивнул. — В-третьих, я хочу, чтобы ты помнил: когда ты решишь вызываться добровольцем, подумай о том, что есть люди, которым не всё равно, в опасности ты или нет. Я ненавижу то, что соглашаюсь подвергать тебя риску, Гарри, потому что я люблю тебя и не хочу потерять или увидеть раненым. Гарри был уверен, что его лицо стало багровым, как у Уизли, но снова кивнул в знак согласия. — В-четвертых, завтрашняя вылазка — это не то же самое, что поход в Тайную комнату. Есть серьезный риск, что Волдеморт явится в самый разгар миссии; риск, что в том доме есть что-то еще, угрожающее твоей жизни; риск, что змеи тебя не послушают. — Сириус перевел дыхание. — Поэтому завтра ты будешь беспрекословно выполнять приказы. Если Билл, Римус или я даем указание — ты его выполняешь или очень быстро объясняешь, почему не можешь. Договорились? — Да, — немедленно ответил Гарри. — В-пятых, это останется между нами, «Командой сокровищ» и, вероятно, Берти и Амелией. Я не хочу, чтобы кто-то еще знал о твоем участии. Гарри кивнул. — Я никому не скажу. — И наконец, я хочу, чтобы ты знал... — Сириус положил руку ему на плечо. — Если дело дойдет до тебя и Волдеморта, я полностью уверен, что победишь именно ты. И не потому, что ты Мальчик-Который-Выжил или Избранный из Пророчества, а просто потому, что ты — это ты. Гарри не нашел слов для ответа, поэтому просто обнял его. — Пошли, — сказал Сириус, крепко сжав его плечо напоследок. — Нам пора на праздник, Августа убьет нас, если мы опоздаем. Гарри позволил Сириусу проводить его, и они вместе с Римусом отправились через камин в поместье Лонгботтомов. Римус выглядел странно самодовольным, глядя, как они вдвоем спускаются по лестнице. На следующее утро Гарри казалось, что праздник прошел как в тумане. Невиллу очень понравились разнообразные магловские растения, которые Гарри купил ему для экспериментов по скрещиванию (и Гарри поклялся больше никогда не пускать Бродягу в магловский садовый центр одного). Именинник выглядел немного ошеломленным таким вниманием, так как бабушка никогда раньше не устраивала для него столь публичных праздников — обычно всё ограничивалось семьей Лонгботтомов. Гарри пообещал держаться рядом, чтобы Невилл мог без зазрения совести использовать его как отвлекающий маневр (в духе «Очень приятно познакомиться, ах да, вы уже знакомы с лордом Гарри Джеймсом Поттером, Мальчиком-Который-Выжил?», после чего в девяти случаях из десяти о Невилле забывали в пользу Гарри. Сам Гарри помечал для себя тех, кто не бросал Невилла, считая, что именно с этими людьми стоит познакомиться поближе). Рон был слегка расстроен тем, что Гарри не отходит от Невилла, но в итоге остался с ними двумя, вместо того чтобы бродить по залу с Гермионой, Сьюзен и Ханной Абботт. К сожалению, Джинни тоже приклеилась к мальчикам — она почти ничего не говорила и краснела каждый раз, когда Гарри открывал рот. Гарри понятия не имел, что ему делать с Джинни. Он понимал, что она, возможно, хочет познакомиться с ним поближе, но ведь это подразумевает, что ей нужно хотя бы заговорить с ним. Он пытался начать беседу, но для диалога нужны двое. Другая проблема, которую он подметил, заключалась в том, что Невиллу, судя по всему, нравилась Джинни, а Джинни без проблем болтала с Невиллом — что, как ни странно, задевало Рона больше, чем её смущение рядом с Гарри. К счастью, через час Гермиона вспомнила о своем обещании и спасла Гарри, настояв на том, что ей нужно что-то показать Джинни. Но если говорить о странностях: в конце вечера Гермиона с довольно самодовольным видом сообщила, что её попытки подружиться со Сьюзен и Ханной прошли очень успешно — так, будто это было соревнование. «Девчонки, — уныло подумал Гарри, следуя за Сириусом по коридорам Отдела Тайн, — кто их разберет?» Он отогнал эти мысли на задний план, когда Сириус ввел его в исследовательскую комнату «Команды сокровищ». Гарри скрыл зевок, осматриваясь. Узкая комната была забита книгами от пола до потолка; он невольно подумал, что Гермиона отдала бы правую руку с палочкой, лишь бы прочитать их все. Центральный верстак был завален стопками пергамента и новыми книгами. Запах старого пергамента и чернил был настолько сильным, что Гарри в очередной раз ощутил, насколько он здесь лишний. В конце стола стоял Омут памяти. Гарри наблюдал, как Билл извлекает воспоминание и помещает его в чашу. Стоявшую рядом блондинку представили как Кэро, а застенчивого старого волшебника рядом с ней — как Лоуренса. Берти и Амелия стояли в глубине комнаты вместе с мракоборцем по фамилии Вуд, который оказался кузеном Оливера; он должен был помогать в дозоре. Сириус стоял подле Гарри с хмурым видом, а Римус — позади них, спокойный, но не менее серьезный. Все, кроме Лоуренса и Амелии, которые оставались в Отделе, были в магловской одежде, готовые к выходу. — Итак, — бодро начала Кэро, — мы войдем в воспоминание и изучим его, чтобы все понимали, что произошло в прошлый раз. Затем составим план на сегодня. Гарри кивнул, немного робея перед Кэро — она была очень красивой, умной и к тому же бывшей шпионкой. Но идея планирования ему понравилась. Раньше у него никогда не было четкого плана. Чаще всего он действовал по обстоятельствам. Это работало, но план точно не повредит. Билл ободряюще улыбнулся ему, и мгновение спустя Гарри уже был в Омуте. Воспоминание было не столько пугающим (хотя концовка в доме с большими черными змеями заставила вздрогнуть), сколько жутковатым; очень жутковатым. Гарри поежился, выныривая из Омута, и почувствовал на плече теплую руку Сириуса. — Мы тут обсудили план атаки на сегодня, — сказал Лоуренс, сдергивая чехол с классной доски и заставляя её левитировать так, чтобы всем было видно. На одной половине был изображен вид снаружи, на другой — план дома Мраксов. Пунктирные линии разных цветов обозначали щиты, а маленькие зеленые закорючки — очевидно, змей. Крестиком было помечено место, где Билл обнаружил шкатулку под полом. — Во-первых, мы перенесемся порталом в точку примерно в двухстах ярдах от внешнего контура, сюда, — Кэро коснулась палочкой области на карте. — Внешний контур мы пройдем с помощью нейтрализатора, — сказал Билл. — В этом мы уверены и рассчитываем добраться до входной двери, не спровоцировав атаку змей. — Проблема в том, как пройти сквозь саму дверь, — сухо заметила Кэро. — Мы полагаем, что сработает пароль на парселтонге, — с энтузиазмом добавил Лоуренс. — Ну, что скажешь? — спросил Билл. Гарри взглянул на Сириуса, и тот подбодрил его кивком. — Ну, я думаю, нам стоит поговорить со змеями снаружи дома. — Поговорить со змеями! — воскликнул Берти, всплеснув руками. — Ну конечно! Гарри перевел взгляд на главу Отдела тайн, который был одет в куртку «Барбур», кепи и добротные коричневые броги. Он напомнил Гарри фотографию королевской семьи на охоте в Шотландии, которую тот видел когда-то. — Но змеи снаружи дома — обыкновенные гадюки! — возразила Кэро. — Скорее всего, это не те же самые особи, которых Риддл изначально привязал к этому месту. — Может, те, а может, и нет, — ответил Берти раньше, чем успел Гарри. — Но пока Гарри с ними не заговорит, мы не узнаем, известно ли им что-нибудь. Если у них есть информация, которую мы сможем использовать, тем лучше. — А если они ничего не знают? — спросил Билл. — Я думаю, Том, скорее всего, выбрал в качестве пароля что-то похожее на Тайную комнату, — выпалил Гарри с чисто гриффиндорской отвагой. — Разумеется, — Лоуренс закивал, и его редкие седые волосы разлетелись во все стороны. — В документах на собственность Салазар значится как имя основателя, а это обитель его прямых предков. — Логично, — согласился Берти. — План «В», если мы не сможем войти через парадную дверь? — спросил Римус. Билл вздохнул. — Думаю, идем через окно, как в прошлый раз. Мы должны палочками направить внутрь один полностью заряженный нейтрализатор, чтобы он не коснулся пола... — Одному из нас нужно будет поймать разбитое окно, чтобы оно тоже не коснулось пола, — добавила Кэро. — ...а затем Кэро влетит в окно в своей анимагической форме, чтобы провести оценку, — закончил Билл. — После этого мы перегруппируемся и пересмотрим план на основе увиденного, — сказала Кэро. — Омут памяти мы возьмем с собой. — Нам всё равно придется проводить оценку, даже если мы войдем через дверь, — заметил Лоуренс. — Нельзя просто рассчитывать зайти, поднять доску и забрать шкатулку. — Он прав, — подтвердил Билл. — Значит, оценка ситуации в любом случае, а потом снова планируем? Все кивнули. Берти хлопнул в ладоши. — Тогда предлагаю встретиться в приемной через десять минут для отправления. Отлично. Гарри позволили заскочить в уборную перед выходом. Лоуренс выдал ему аварийный портал, но Сириус забрал его и велел Гарри использовать кольцо Наследника — оно перенесет его прямиком в Блэк-мэнор. Сириус перехватил его за руку перед входом в приемную. — Ты всё еще готов к этому, Гарри? — тихо спросил он. — Если нет, это нормально. — Я хочу попробовать, — ответил Гарри. Нервозность нарастала, но он сказал Сириусу чистую правду: он хотел попробовать. Сириус долго и внимательно смотрел на него, после чего кивнул: — Хорошо. Пошли. Путешествие порталом было неприятным, и Гарри не рухнул на землю только благодаря крепкой хватке Сириуса. Римус бросил на него сочувственный взгляд. Они медленно направились к дому Мраксов. Первое впечатление Гарри совпало с тем, что он видел в воспоминаниях Даррена: это действительно была лачуга. Маленькое приземистое строение, выглядевшее грязным и заброшенным. Слизерин, должно быть, перевернулся в гробу, узнав, как низко пали его потомки. Билл достал из сумки два нейтрализатора, протянув один Кэро. Сириус, Римус и Берти достали палочки; Вуд последовал их примеру. — Я на часах, — отрывисто бросил Вуд. — Удачи. Берти кивнул Биллу, и тот забросил нейтрализатор за первый контур защиты. Как только зеленая рябь утихла, все быстро шагнули вперед. Как и в воспоминании, они замерли и выждали на случай, если что-то произойдет. Ничего не случилось. Гарри направился прямиком к ступеням, где, точь-в-точь как в Омуте памяти, прочь отползала маленькая гадюка. — Стой! — позвал он. Змея замерла и обернулась, приподнимаясь и пробуя воздух языком, чтобы получше распознать Гарри. — Говорящий! Наконец-то здесь говорящий! — она закачалась из стороны в сторону от возбуждения. — Я должна позвать Мать! — и скользнула прочь прежде, чем Гарри успел её остановить. — Невероятно! — Берти выглядел вне себя от восторга. — Что ты сказал? Что она ответила? — Я попросил её подождать, она очень разволновалась из-за того, что я змееуст, — Гарри поморщился и указал на заросли, — и поползла за Матерью. Сириус усмехнулся, и Гарри тоже выдавил слабую улыбку, признавая нелепость ситуации. — Будем надеяться, что эта «Мать» не похожа на мою! — подмигнул Билл. Кусты зашуршали, и все мгновенно подняли палочки, когда на свет появилась крупная гадюка. Она замерла при виде толпы волшебников. — Она очень старая, — тихо сказал Берти, незаметно колдуя. — Магически продленная жизнь; я чувствую сильные связывающие заклятия на змее и её потомстве с врожденным принуждением атаковать, когда их тела получают магический разряд от щитов. Гадко. — Кто здесь говорящий? — спросила она. — Я, — ответил Гарри, опуская палочку. Он присел на корточки. — Привет. — Ты не тот, кто связал меня, — сказала змея, буравя его взглядом-бусинкой. — Нет, — согласился Гарри, — Я просто хотел поговорить с тобой. Змея долго разглядывала его. — Я не думаю, что это мудро. Я говорила с Другим, он обещал многое, а дальше я ничего не помнила. Однажды я проснулась и обнаружила, что я и мои дети — пленники в этом месте. Теперь здесь почти нет добычи, и мои дети умирают. — Погоди, пожалуйста! — воскликнул Гарри, когда змея собралась уползти. — Я могу вам помочь! — Как ты можешь помочь мне? Ты всего лишь детеныш! — она приподняла переднюю часть тела над землей. — Гарри? — тревожно прошептал Сириус. — Всё хорошо. Том солгал ей, поэтому она не настроена на беседу. — Гарри переместил вес, опустившись на одно колено, чтобы стоять устойчивее. — Мне суждено убить того Другого, о котором ты говоришь. Когда я это сделаю, ты и твои дети будете свободны. Но мне нужна твоя помощь. Змея проползла на дюйм ближе. — Говори. — Другой создал предметы, чтобы обмануть смерть. Когда я был младенцем, он пытался убить меня, и магия моих отца и матери помогла мне уничтожить его тело, но благодаря этим предметам его дух жив. — Гарри указал на дом. — Мы верим, что один из них он оставил здесь. Нам нужно уничтожить его, чтобы он стал смертным и его можно было убить. — Ты говоришь правду. Я чувствую защиту в твоей крови, — ответила змея. — Ты поможешь мне? — прямо спросил Гарри, не зная, что еще сказать. — Я помогу тебе, детеныш. — Змея опустила тело на землю и свернулась кольцами. Её потомство собралось позади неё; все они с настороженным любопытством наблюдали за волшебниками. — Она согласилась помочь, — быстро объяснил Гарри остальным. — Отличная работа, Гарри, — сказал Берти. Гарри покраснел от похвалы, особенно когда увидел, как гордо сияет Сириус. Он полностью сел на землю, скрестив ноги, и снова повернулся к змее. — Итак, что ты можешь мне рассказать? — Я была молода и была на охоте. Я наткнулась на это место, и со мной заговорил юноша. Говорящие так редки! Для меня это было честью. Он предложил мне гнездиться в этих зарослях и попросил охранять дом его предков. Он сказал, что будет приносить мне добычу, и добыча появлялась. Я и мои дети были в безопасности, — вспоминала змея. — Однажды он вернулся с золотой коробкой. От неё пахло тьмой и злом. Он занес коробку в дом и поместил её внутри. Он заставил всё сиять слишком ярко, особенно дверь, а потом снова ушел. Я пыталась уползти прочь от этого гнилого смрада тьмы, пропитавшего дом, но не смогла. Он вернулся через четыре цикла света и тьмы с другой змеей — той, которой здесь не место. Она утверждала, что она его фамильяр. Он завел её в дом, но обратно не вывел. Он направил на меня свою палку и... долгое время я ничего не помнила. — Гарри? — мягко подсказал Римус. Гарри быстро передал её объяснения. Берти сделал сложное движение палочкой и нахмурился. — Здесь есть слабый след манящих чар для приманки добычи, которые используют на охоте, но он почти выветрился. Я могу восстановить их в знак доброй воли по отношению к твоей подруге. Гарри передал новости гадюке, и та поблагодарила его; змеи вокруг неё радостно зашипели, предвкушая еду. — Можешь спросить у неё пароль от дома? — предложил Билл. Гарри кивнул. — Что говорил Другой, чтобы войти, когда возвращался со своим фамильяром? — «Впусти величайшего из Слизеринов!» — произнесла змея таким пренебрежительным тоном, что Гарри захотелось рассмеяться, пока он переводил это остальным. — Спасибо. Есть еще что-нибудь, что ты можешь рассказать о том, что внутри? — спросил Гарри. — Та, что внутри, снова проснулась, — сказала змея. — Я слышала её плач прошлой ночью. Он променял её на другую. Их связь разорвана. — Ты очень помогла, — похвалил её Гарри. Он обернулся и повторил её слова. — Вы хотите, чтобы я спросил её о чем-нибудь еще? Его спутники обменялись вопросительными взглядами, но в итоге покачали головами. — Нет, — сказал Берти, — но она была великолепна. Пожалуйста, скажи ей, что мы у неё в большом долгу и что еда теперь вернется. Спроси, можем ли мы обливиэйтнуть её. Гарри спросил, и змея недовольно зашипела. — Детеныш, если ты заберешь наши воспоминания, я не смогу удержать сородичей от нападения на вас, — сказала змея. — Не стирай мне память; я не предам тебя. Я помогу тебе с той, что внутри. Гарри снова поблагодарил её. Она развернулась и велела остальным вернуться в тень кустов и подлеска, пока Гарри передавал Берти её ответ. — Чудесно, просто чудесно! — воскликнул Берти. Билл откашлялся. — Гарри, ты никогда не задумывался о профессии разрушителя проклятий? Гарри ухмыльнулся ему. — Пожалуйста, не подавай ему идей, — взмолился Сириус, но подмигнул Гарри, показывая, что он шутит. — Я надеюсь, он пойдет по стопам твоего брата. — Хочешь, чтобы он возился с драконами? — подколол Билл. Кэро фыркнула, а Гарри прыснул от притворного возмущения Сириуса. — Я имел в виду приличную работу в Министерстве — присматривать за толщиной днищ котлов, — парировал Сириус с ухмылкой. Гарри взял Римуса за руку, чтобы тот помог ему подняться на ноги. — Мы готовы идти к двери? — А твоя высокопоставленная подруга готова? — спросил Сириус, указывая на мать-гадюку, которая замерла, чтобы не пугать людей. Гарри попросил её присоединиться, и она попросила взять её на руки. Он предупредил всех прежде, чем они успели негативно отреагировать на то, как он наклонился, позволяя змее обвиться вокруг его руки, так что её голова оказалась у него над плечом. — Что ж, — сказал Сириус, пытаясь сделать вид, будто всё в порядке и Гарри не тащит на себе ядовитую змею, — идем? — Твой родитель боится за тебя. — Он паникер, — нежно ответил Гарри. — Ты его детеныш. Он отдаст за тебя жизнь, — наставительно произнесла змея. — Да, Матушка, — серьезно ответил Гарри, и это обращение вылетело у него само собой. — Я знаю. Я тоже его люблю. — А ты уже сказал ему об этом, детеныш? — спросила Матушка. Гарри вспыхнул и покачал головой. — Тогда тебе стоит это сделать. — Матушка издала звук, похожий на цоканье. — Самцы. Всегда такие медлительные. Гарри заметил, что все снова смотрят на него. Он покраснел до корней волос, очень радуясь, что никто не понимает змеиную речь. — Мы готовы, — быстро оборвал он обсуждение. — Ты уверен, что это всё, что она сказала? — поддразнил Римус. Гарри решил, что молчание — лучшая защита, и подошел к двери. — Палочки наизготовку, — твердо скомандовала Кэро. Сириус встал рядом с Гарри, положив руку на его свободное плечо. — Как будешь готов, Гарри. Он сосредоточился на дверном молотке в виде змеи и собрался с духом. — «Впусти величайшего из Слизеринов!» — прошипел он. Молоток шевельнулся сам по себе и трижды ударил в дверь. Дверь внезапно распахнулась с громким скрипом, уходя внутрь. Сириус оттянул Гарри в сторону, чтобы Билл мог провести сканирующие чары. — Все щиты сняты. В углу комнаты слева свернулась змея, — быстро проговорил Билл. — Ой-ой. Она движется. Гарри, твой выход. Сириус рядом с ним напрягся, когда в поле зрения скользнула темная тень. — Хозяин! Ты вернулся за мной! Ты... — Змея резко замерла в полосе солнечного света из открытой двери и приподнялась, раздувая капюшон. — Ты не мой Хозяин! — Другой бросил нас! — ответила Матушка раньше, чем Гарри успел вставить слово. Она соскользнула с руки Гарри и свернулась на полу дома. — Другой лгал и плохо с нами обращался! — Нет! Хозяин вернется за Ламией! — Ваша связь разорвана! — парировала Матушка, приподнимаясь, чтобы раскачиваться на одном уровне с коброй. — Он выбрал другую! Ты проплакала об этом всю ночь! — Это неважно! Моя верность принадлежит ему! — И без предупреждения кобра молниеносно кинулась на Матушку. — НЕТ! — закричал Гарри, хотя Матушка уклонилась от атаки, ударив кобру хвостом по затылку, когда отпрянула в сторону. Он не мог позволить Ламии причинить Матушке боль... Магия хлынула сквозь него, как вышедшая из берегов река... Гарри вытянул руку в сторону Ламии, словно отталкивая её от Матушки, и магия рода Блэк откликнулась на его зов: серебряная змея-тотем вырвалась из его ладони и приземлилась точно между гадюкой и коброй... — Свяжи кобру! Защити Матушку! — не раздумывая, приказал Гарри. Серебряная змея взметнулась вверх, и кобра поняла свою ошибку — она попыталась ускользнуть, но серебряная змея крепко зажала её в своих кольцах. Гарри стоял в дверном проеме, его била дрожь. Сириус крепко сжал его плечо. — Гарри? — Кобру зовут Ламия. Она хочет остаться верной своему хозяину. Она собиралась напасть на Матушку, поэтому... я просто среагировал, и появилась змея Блэков! — быстро объяснил Гарри. — Ты видишь силу Того, кому ты отказала? — прошипела Матушка кобре. — Его магия сковывает тебя. Ламия сникла, но не сдалась. — Я не предам своего Хозяина! Даже ради того, чья кровь пахнет Древним! Гарри подумал, не связано ли это как-то с василиском. — Тогда ты глупа, — сказала Матушка. — Твой Хозяин оставил тебя здесь! Дезертировал! И выбрал другую, более достойную! — Нет! — бессильно огрызнулась Ламия в сторону Матушки. — Он оказал мне великую честь! Он привез меня сюда охранять его сокровище! Он вернется за мной! — Его не было здесь много циклов! — спорила Матушка. — Нет! Всего один! Он усыпил меня в прошлом цикле, и я проснулась, когда кто-то пытался украсть его сокровище! — Он усыпил тебя много циклов назад и бросил! — сурово отрезала Матушка. — Если он и вернется, то только чтобы убить тебя и забрать ту темную, злую вещь, которую он здесь спрятал! Ламия захлопнула пасть и больше ничего не сказала. Гарри откашлялся. — Ламия отказывается верить, что её бросили. Она верна Тому. Матушка не может её убедить. Похоже, её погрузили в заколдованный сон, и она проснулась только вчера, когда Билл и Кэро пробрались в дом. Матушка вернулась к Гарри, и он наклонился, чтобы она могла занять прежнее место, обвившись вокруг руки и глядя через его плечо. — Ты должен убить её, — сказала Матушка. — Ей здесь не место, и она расскажет всё Другому. — Матушка говорит, что Ламия всё расскажет Тому, так что нам стоит, э-э... — Гарри неопределенно повел рукой. — Гарри, ты сможешь удерживать Ламию связанной, пока мы принимаем решение? — спросил Берти. Гарри кивнул. — Думаю, да. — Сириус? Римус? — тут же обратился Берти. — Что думаете? Римус откашлялся у подножия ступеней. — Она слишком опасна, чтобы оставлять её здесь, так что план «оставить всё как было» отменяется. — Мы могли бы обставить это так, будто она умерла естественной смертью, — предложил Сириус. — Заколдованный сон явно был прерван из-за того, что сработал датчик в полу. Что, если мы швырнем камень в окно — сделаем вид, будто здесь похулиганили магловские мальчишки? — Это могло бы сработать. Но нам придется вернуть манящие чары для добычи в их прежнее, неисправное состояние, чтобы было ясно: магия дома разрушается, — возразила Кэро. Она как-то странно посмотрела на Гарри, и тот покраснел под её взглядом, осознав, что она, должно быть, не знала о его способности так легко призывать родовую магию. Гарри заставил себя вернуться к обсуждению проблемы и прикусил губу. — Мы обещали Матушке, что у её детей будет еда. Я уверен, именно поэтому она так нам помогла. — Мы можем поручить Кричеру и Добби приносить добычу каждую неделю, пока от Волдеморта не останутся одни воспоминания, — заверил его Сириус. — Думаю, это наш лучший шанс. Если он явится, то подумает, что магия ослабла. Если мы всё сделаем правильно, он решит, что произошел несчастный случай и его змея сдохла. — Потребуется много сил, чтобы убить Ламию и при этом сделать вид, будто это была естественная смерть от голода, — тихо сказал Берти. — Магия Блэков справится. — Сириус повернулся к Гарри. — Тебе нужно передать контроль мне, протянув руку с кольцом. — Он улыбнулся. — Мы же не хотим, чтобы ты был выжат как лимон перед сегодняшним праздником. Гарри нахмурился и уже хотел было возразить, что сам справится, но встретился с обеспокоенным взглядом серых глаз Сириуса, и слова застряли в горле. Сириус хотел избавить его от необходимости убивать змею. И ему было неважно, что Гарри уже убивал василиска — он просто хотел его защитить. И, пожалуй, это было не так уж плохо. Гарри на самом деле не хотел убивать змею и действительно хотел быть в форме к своему празднику... возможно, это нормально — позволить Сириусу разобраться с этим. Разве Сириус не заставил его пообещать, что он постарается поверить в то, что ему не обязательно делать всё самому? — Мне просто протянуть тебе руку с кольцом? — уточнил Гарри. — И мысленно отпустить магию, — добавил Сириус. Напряжение на его лице спало, и Гарри понял: Сириус рад, что тот не стал спорить. Гарри кивнул. — Хорошо, значит, план есть, — подытожил Римус. Все снова заняли свои позиции. Гарри объяснил Матушке, что сейчас произойдет. Она согласилась, что Ламию нужно избавить от мучений, если они хотят победить «Другого». Сириус встал в дверном проеме, Гарри — чуть сбоку. Он протянул руку Сириусу, и тот крепко её сжал. Гарри сосредоточился на том, чтобы магия Блэков вернулась под контроль Сириуса. Змеиный тотем приподнял голову в немом вопросе, продолжая крепко удерживать Ламию. — Пожалуйста, — обратился к нему Гарри. — Дальше тобой будет руководить Бродяга. Тотем согласно прошипел. Сириус поморщился, между бровей пролегла складка от концентрации. Тотем вспыхнул ярким серебром, полностью окутав Ламию, а затем растворился в тумане, оставив после себя лишь безжизненное тело кобры. Сириуса немного качнуло, и Гарри придержал его за локоть. В этот момент их довольно бесцеремонно оттолкнула Кэро, чтобы провести сканирующие чары. — Идеально. Похоже на то, что змея умерла от истощения, — отрезала она. — Вам двоим лучше выйти наружу, пока мы с Биллом заберем шкатулку. Гарри не отходил от Сириуса, пока они спускались по ступеням. Им навстречу, широко улыбаясь, промчался Билл. — Пожалуй, я присяду, — сказал Сириус, опускаясь на траву. Римус незаметно провел диагностическое заклинание. — Тебе нужно немного отдохнуть, Бродяга. Гарри сел рядом с приемным отцом. Матушка соскользнула с его руки и свернулась рядом в лучах солнца. — Что ж, — к ним подошел улыбающийся Берти, — я восстановил чары приманки, как предложила Кэро, так что они снова работают с перебоями. — Мы достали её! — крикнул Билл. Он держал в руках небольшую золотую шкатулку. — Мы с Кэро думаем, что лучше открыть её в контролируемых условиях Отдела тайн. — Согласен, — кивнул Берти. Он подождал, пока Кэро выйдет из дома, взмахнул палочкой и захлопнул дверь магическим импульсом. Кэро тут же проверила щиты. — Всё вернулось в исходное состояние. — Значит, нам пора уходить. — Римус помог Сириусу подняться. — Гарри, отойди подальше, — сказал Билл. — Мы не знаем, что произойдет, когда мы швырнем камень в окно. Гарри повернулся к Матушке. — Мне пора. Остальные бросят камень в окно, чтобы объяснить смерть Ламии. — Если Другой вернется, я скажу ему, что это сделали человеческие детеныши, — ответила Матушка. — Мы будем присылать эльфа с едой, я обещаю, — сказал Гарри. — Возвращайся, когда всё закончится, детеныш, и расскажи мне о смерти Другого. — Матушка ускольснула в кусты прежде, чем Гарри успел что-то добавить. Римус подтолкнул Гарри, и тот встал. Сириус выглядел очень бледным и изнуренным. — Ты как? — Просто устал, — заверил его Сириус и закинул руку Гарри на плечо. — Пойдем. Пусть они сами заканчивают. Берти взял у Кэро нейтрализатор и бросил его Вуду, пока они все вместе уходили, оставляя Кэро и Билла завершать дело. Римус предложил дойти до того места, где они приземлились, и Берти согласился. Через несколько минут подошли и остальные. Билл бросил камень, едва переступив границу внешнего щита, но гадюки не напали. Возвращение в Отдел тайн вышло обыденным. Все направились в исследовательскую комнату. Билл поставил золотую шкатулку на верстак и начал объяснять Гарри суть диагностических сканирований, пока Сириусу принесли укрепляющее зелье, которое тот выпил без возражений. Наконец Лоуренс отступил и провел рукой по своим вихрастым волосам. — На самой шкатулке, похоже, нет ни чар, ни проклятий, ни сглазов. Она чиста. — Подтверждаю, — сказала Кэро. — Я тоже, — добавил Билл. Берти кивнул. — Мы должны открыть её и убедиться, что содержимое — то самое! Он отпер шкатулку простым заклинанием. Крышка отлетела на стол, и кольцо поднялось в воздух, зависнув прямо над шкатулкой. Странный порыв острой нужды захлестнул Гарри. Ему нужно было добраться до кольца. Ему нужно было надеть его. Ему нужно... Почему? Почему ему нужно было надеть это кольцо? Оно было как дневник. В нем была часть Волдеморта — а это точно плохо. Гарри замер на полушаге и внезапно осознал, что Сириус в панике выкрикивает его имя, обхватив его руками. Гарри судорожно прижался к Сириусу. — Всё в порядке. Я в норме. Чего нельзя было сказать об остальных в комнате. Лоуренс боролся с Берти, Амелия — с Кэро, а Римус тащил Билла к двери. — Это кольцо! — воскликнул Гарри. Сириус, не выпуская Гарри, взмахнул палочкой и отправил крышку обратно на шкатулку; вторым взмахом он загнал кольцо внутрь и захлопнул крышку. Всё прекратилось. Амелия и Кэро отпрянули друг от друга, поправляя одежду со смущенным видом. Лоуренс и Берти быстро привели себя в порядок. Римус тут же отпустил Билла, который поблагодарил его за помощь. — Значит, на кольце чары принуждения, — сказал Берти, поправляя пиджак. Все снова собрались вокруг верстака, с опаской поглядывая на шкатулку. — И, скорее всего, очень скверное проклятие, если его надеть, — согласился Лоуренс. Берти посмотрел на Римуса. — Тебя это не затронуло? Римус покачал головой. — На мгновение, но волк во мне сразу почуял ловушку. — А ты? — Берти повернулся к Сириусу, который всё еще обнимал Гарри за плечи. Сириус взглянул на Гарри. — Как только Гарри двинулся к кольцу, я беспокоился только о нем. — Ваши родительские защитные инстинкты пересилили принуждение кольца. Впечатляюще, — прокомментировал Лоуренс. Билл указал на Гарри: — Ты сам разорвал принуждение? Гарри медленно кивнул. — Это просто не имело смысла. В смысле, зачем мне надевать кольцо, если оно принадлежит ему? — Что ж, это дает хорошие шансы на то, что ты сможешь сопротивляться проклятию Империус, — бодро заметила Амелия. — В камне было что-то странное... — начал Лоуренс. Сириус откашлялся. — Могу я предложить отложить это на сегодня? Римус поможет вам в течение следующей недели, так как на него принуждение не действует. — Звучит как отличная идея, — Берти улыбнулся Гарри. — Кажется, у кого-то сегодня день рождения? Гарри покраснел и кивнул. Они ушли под шквал поздравлений и направились в Гриффин-хаус, где Сириус извинился и ушел вздремнуть. Гарри с беспокойством смотрел ему вслед. «Вот почему я предпочитаю делать всё сам», — с тревогой подумал он; он не хотел, чтобы кто-то пострадал из-за него. — Не волнуйся, — сказал Римус, — с Бродягой всё будет в порядке. — Он похлопал Гарри по плечу. — Почему бы тебе тоже не подняться и не отдохнуть? Уверен, позже тебе понадобятся силы. Гарри вздохнул, но понимал, что Римус прав, и направился к лестнице. — Гарри... Гарри оглянулся на Римуса, который гордо улыбался ему. — Ты был великолепен сегодня. Мы очень тобой гордимся. Гарри улыбнулся, согретый похвалой и чувством восторга, которое слова Римуса вызвали где-то глубоко внутри. У них был еще один крестраж Волдеморта, и Гарри в этом помог. Это был отличный подарок на день рождения.