A Marauder's Plan - План мародёра

— Время вышло! Гарри отложил перо и помассировал левой рукой затекшую правую кисть. Он глубоко вздохнул, как учил целитель Фэй; магия отозвалась на зов и исцелила перетруженные мышцы. Он мгновенно почувствовал себя лучше и снова перевел дух, когда преподаватель рун, профессор Батшеда Бабблинг, с лучезарной улыбкой забрала его законченные пергаменты. Она немного напоминала ему Гермиону: копна каштановых волос, добрые карие глаза и умное лицо. — Ах, превосходно, мистер Поттер, — радостно сказала профессор Бабблинг. — Я верну их вам с оценкой к концу дня. Гарри нервно кивнул. Это был первый экзамен, который он сдавал с тех пор, как Сириус стал его опекуном, и, помимо цели попасть на четвертый курс изучения рун, он отчаянно хотел показать хороший результат. Тест, однако, оказался очень длинным, а вопросы в самом конце включали расшифровку рун в таких странных сочетаниях, которые они с Сириусом не разбирали на занятиях. «Может, учебная программа изменилась с тех пор, как Сириус был студентом», — с грустью подумал Гарри. Но оставалось надеяться, что сделанного им достаточно. Профессор Бабблинг деловито отпустила его. Гарри собрал вещи и вышел из класса. Бродяга ждал его в коридоре; Гарри подошел к псу и обнял его, прежде чем отступить, давая Сириусу возможность снова превратиться в человека. — Ну, не томи меня! — нетерпеливо воскликнул Сириус. — Как всё прошло? Гарри улыбнулся очевидной заинтересованности Сириуса. — Думаю, я справился. Для итогового экзамена за год вопросов было очень много, а некоторые комбинации в конце мы вообще не проходили. Сириус нахмурился. — Но ты ведь разложил их на составляющие и вычислил значение, как... — Как ты меня учил, — кивнул Гарри. — Кажется, в одном месте я запутался, и я почти уверен, что перепутал скандинавскую руну исцеления с руной благословения в другом вопросе, но... — он тяжело вздохнул, — думаю, на проходной балл я наработал? — Хорошо. Отличная работа, — сказал Сириус, закидывая руку ему на плечо и направляя Гарри в сторону Большого зала. — Все остальные уже должны собраться на ланч. Быстро перекусим — и в Комнату Ужасов. Гарри улыбнулся. Тихое возвращение в Тайную комнату ради поисков еще одного предмета, оставленного Волан-де-Мортом (вроде того дневника), превратилось в масштабное мероприятие ради сохранения легенды прикрытия. Гарри признавал про себя, что отчасти это была его вина: он сам попросил взять с собой Рона. Билл согласился, но когда он убеждал мать, каким-то образом возникло условие, что матриарх семейства Уизли и Джинни тоже должны присутствовать. По словам Рона, Джинни «сошла с ума», требуя, чтобы, если кому и позволили вернуться туда, то это должна быть она. После консультации с мадам Помфри было решено, что Джинни будет полезно встретиться со своими демонами лицом к лицу. В дополнение к Уизли Сириус получил согласие Грейнджеров на присутствие Гермионы. А директор, объявив, что они собираются извлечь тушу василиска, обнаружил целую толпу добровольцев среди воодушевленного персонала Хогвартса — все хотели хоть краем глаза взглянуть на легендарную Комнату. Минерва, Хагрид, профессор Флитвик, профессор Снейп, профессор Стебль и новый преподаватель Защиты от темных искусств Аластор Грюм — все решили пойти. Также для вывоза и разделки василиска был нанят отряд специалистов Гринготтса по магическим существам. Вместе с командой по поиску сокровищ — Берти, Сириусом и Римусом — Гарри чувствовал, что людей набралось столько, что даже в огромной Комнате, какой он её помнил, станет тесно. Когда Сириус и Гарри вошли, в зале было шумно. В центре накрыли длинный стол, и все прохаживались с напитками. Домовые эльфы то и дело появлялись и исчезали с подносами канапе, выглядя чрезвычайно довольными такой занятостью. — Гарри! — Гермиона подбежала к нему, Рон плелся следом. — Ну как? Ты ответил на все вопросы? Они были сложными? Ты выбрал тему сочинения по скандинавским или по кельтским рунам? Я писала по скандинавским, но после экзамена подумала, что надо было брать кельтские и... — Побойтесь Мерлина, Гермиона! — прервал её Рон, пока Сириус и Гарри посмеивались над потоком вопросов. — Дай человеку хоть слово вставить! Гермиона покраснела, но скрестила руки на груди и пронзила Рона гневным взглядом. — Тебе-то всё равно не интересно! — Это же экзамен! — парировал Рон. — Тот, который мне сдавать не пришлось! Конечно, мне не интересно! — Внезапно он осознал, что его слова могут обидеть Гарри, и заметно поморщился. — Прости, дружище! Гарри пожал плечами. Сомнительно, что он сам проявил бы большой интерес к экзамену Рона, который ему самому сдавать не нужно. — Всё было нормально, — ответил он Гермионе. — Да, я успел ответить на всё, но буквально в последнюю минуту. Некоторые вопросы были очень трудными. И я написал оба сочинения: первое по скандинавским рунам, а второе — по кельтским. Гермиона нахмурилась. — В моем экзамене было только одно сочинение. — Может, она добавила вопросов, чтобы проверить меня получше, раз она меня не учила, и мне нужно доказать, что моих знаний хватит для четвертого курса, — предположил Гарри. Вопросов и правда было много. Его желудок заурчал. — Время обедать, — твердо сказал Сириус, ведя его к столу. — Тебе стоит попробовать эти маленькие сосиски на шпажках, — с энтузиазмом вставил Рон, — они просто класс! Гермиона фыркнула: — Испортишь себе аппетит, если наешься всего этого до обеда. — Ты, может, и испортишь, — огрызнулся Рон, — а я — ни за что! — Ну, это потому, что ты растущий организм, — сказала Молли, подходя к ним. Она легонько обняла Гарри. — Рада слышать, что всё прошло хорошо, дорогой. Садись и пообедай. Как только Сириус и Гарри заняли места, остальные тоже потянулись к столу, и в мгновение ока он был заполнен. Сириус сел по одну сторону от Гарри, Гермиона — по другую. Рон оказался напротив Гарри, между мамой и Джинни. Римус устроился рядом с Сириусом, а Билл — рядом с Джинни. Профессора сгруппировались во главе стола, где восседал директор. Остальная часть команды по сокровищам, Берти и специалисты Гринготтса (два гоблина по имени Футлок и Бримболд, старый волшебник Каспер, которого Билл радостно поприветствовал, и молодой болгарин Аонтиус, стажер Гринготтса) собрались в другом конце. Завязался оживленный спор о предстоящем Чемпионате мира по квиддичу: Аонтиус защищал Болгарию, а Билл принял сторону Ирландии. Рон, к удивлению брата, поддержал болгарина. Виктор Крам, болгарский ловец, по мнению Рона, был лучшим ловцом во всем мире. Гарри участвовал в беседе ровно настолько, чтобы высказать мнение, что у Ирландии лучше построение охотников, после чего переключился на разговор с Гермионой о том, почему она хотела писать сочинение по кельтским рунам вместо скандинавских. Римус и Сириус с удовольствием обсуждали достоинства обеих систем вместе с ними. Это было полезно еще и тем, что отвлекало Сириуса и не давало ему каждые несколько минут бросать гневные взгляды на Снейпа. Первая встреча этих двоих прошла не самым лучшим образом... Гарри улыбнулся, выходя из камина в кабинет директора и на этот раз даже не споткнувшись. Римус уже был там; он взмахнул палочкой, очищая одежду мальчика от сажи. — У тебя всё лучше получается перемещаться через камин, Гарри. — Хуже-то быть уже не могло, — прошипел Снейп, заставив Гарри обернуться. Снейп притаился в глубине кабинета у книжного шкафа. Дамблдор широко улыбнулся. — Ну же, Северус, каждому требуется время, чтобы привыкнуть к каминной сети. Гарри обменялся взглядом с Римусом, но, к счастью, в этот момент появился Сириус. Он шагнул из пламени с той непринужденной грацией и элегантностью, которую Андромеда обещала Гарри со временем привить и ему. Сириус улыбнулся Гарри, но тут его взгляд упал на Снейпа, и от былого дружелюбия не осталось и следа. — Снейп. — Блэк. — Что он здесь делает? — резко спросил Сириус. — Как наш мастер зельеварения, Северус помогает с василиском, — мягко произнес Дамблдор, но Гарри услышал в его тоне скрытый упрек. — И он, разумеется, в курсе истинной причины нашего сегодняшнего спуска в Комнату. — Я всё равно не понимаю, почему должен терпеть присутствие человека, который пытался скормить меня дементору! — огрызнулся Сириус. Снейп вскинулся и сделал шаг вперед, сжимая кулаки. — А ты пытался скормить меня оборотню! — Ты сам пытался скормиться оборотню! — парировал Сириус. — Упомянутый оборотень хотел бы заметить, что предпочитает сочный стейк, — вставил Римус, незаметно и покровительственно вставая рядом с Гарри. Гарри не сдержал смешка. Снейп в упор посмотрел на него. — Полагаю, вам это кажется забавным, Поттер? — Всем, кроме тебя, это кажется забавным, включая феникса! — заявил Сириус, и он был прав: Фоукс выглядел развеселившимся. Сириус положил защищающую руку на плечо Гарри. — Я не обязан стоять здесь и выслушивать твои оскорбления! — прорычал Снейп, и в его руке мгновенно появилась палочка. Сириус среагировал в мгновение ока: его палочка уже была нацелена на Снейпа. — Давай, Снейп. Можем подуэлиться прямо сейчас и покончить с этим, потому что я не верю, что тебе хватит самообладания вести себя с Гарри прилично и вежливо. А я не позволю тебе над ним издеваться! — Ты и твоя шайка годами издевались надо мной, и ты это знаешь! — выплюнул Снейп. — Я этого не отрицаю, — сказал Сириус, и, судя по ошеломленному выражению лица Снейпа, эти слова совершенно выбили у него почву из-под ног. — О да, Снейп. Я был честен с Гарри насчет своих ошибок и признал перед ним, что не горжусь тем, как мы вели себя с тобой. Но когда мы травили тебя, Снейп, мы были ровесниками. И пусть это было нечестно — четверо на одного, — это было куда честнее, чем когда взрослый мужчина задирает ребенка, который даже не помнит человека, за сходство с которым ты его ненавидишь! Снейп гневно сверкнул глазами. — У меня есть роль, которую я должен играть, а тебе об этом ничего не известно. — Не пытайся оправдать свое скотское поведение учителя тем, что ты шпион! — отрезал Сириус. — И я прекрасно знаю, что значит играть роль среди Пожирателей смерти! Я провел почти шесть месяцев под прикрытием в их стае на континенте. Так что не надо мне тут! — Джентльмены! — громко произнес Дамблдор, наконец поднимаясь из-за стола, чтобы вмешаться. — Сириус, прошу тебя; мы все на одной стороне. — Я в этом не слишком уверен, — прорычал Сириус, и его серые глаза потемнели от ярости. — Северус пользуется моим полным доверием... — начал Дамблдор. — И больше ничьим. — Но Сириус всё же опустил палочку, и Снейп убрал свою с надменным фырканьем. Римус тихо вздохнул, и Гарри удивленно взглянул на него, только сейчас поняв, насколько напряжен был Лунатик во время этой стычки. Сириус смерил Снейпа тяжелым взглядом. — Я скажу это лишь однажды, профессор Снейп: если я услышу хоть об одном инциденте, где вы проявите непрофессионализм в отношении Гарри, я вас уничтожу. Не думайте, что сможете спрятаться за мантией Альбуса; даже он не сможет вас защитить. Ноздри Снейпа гневно раздулись. — Вы думаете, что раз стали теперь лордом Блэком, то можете безнаказанно мне угрожать? — Это не угроза, профессор, — без тени улыбки произнес Сириус, — это обещание. И не забудьте, что я займу свое место в Попечительском совете и буду пристально следить за стандартами преподавания здесь, в Хогвартсе. Снейп издал невнятный яростный рык и вылетел из кабинета, взметнув полы мантии. — Я так надеялся, что личная встреча даст вам возможность оставить разногласия в прошлом и договориться о совместной работе, — с укоризной сказал Дамблдор. — Во-первых, если таково было твое намерение, стоило предупредить меня о встрече заранее; и уж точно непохоже, чтобы Снейп получил уведомление о твоих планах, — отрезал Сириус. — А во-вторых, я оставлю разногласия, когда он извинится перед Гарри за то, что вел себя как законченный мерзавец, и... — он резко оборвал себя, — и за прочее. — Он поднял руку, пресекая попытку Дамблдора вставить слово. — Держи своего ручного шпиона на поводке, директор, иначе я сделаю именно то, что обещал. — Ну надо же, — подал голос Финеас Найджелус со своего портрета, — разговаривать с директором в таком неучтивом тоне и... — Твой лорд Блэк приказывает тебе молчать! — Сириус обернулся и прикрикнул на портрет, который тут же умолк, связанный магией семьи Блэк подчиняться приказу главы рода. Гарри неловко переступил с ноги на ногу рядом с Сириусом. Он понимал, что стычка со Снейпом, как и то, что Дамблдор защищал зельевара, сильно расстроила Сириуса. Он сочувственно положил руку на рукав крестного. — Директор, профессор Бабблинг ждет меня в своем кабинете? — В классе рун, Гарри, — Дамблдор улыбнулся мальчику, явно оценив его попытку сменить тему. — Тогда нам пора идти, — согласился Сириус, подхватив инициативу Гарри. — А я останусь и обсужу с Альбусом детали прибытия остальных, — пообещал Римус с теплой улыбкой. — Удачи! В общем и целом Гарри чувствовал облегчение от того, что Снейп сидел на другом конце стола от Сириуса. Он ценил то, что крестный за него заступился, но искренне сомневался, что это хоть как-то изменит поведение Снейпа. И все же было приятно осознавать, что есть кто-то, готовый постоять за него. Если бы он рассказал дяде или тете о поведении профессора, они бы просто ответили, что он это заслужил. Гарри отложил ложку, доев десерт, и заметил бледное лицо Джинни. Он задавался вопросом: действительно ли для нее лучше снова оказаться в Комнате? Приходилось признать, что и у него самого после сдачи экзамена начали пошаливать нервы. — Дамы и господа, — Дамблдор поднялся и благосклонно улыбнулся всем присутствующим, — благодарю вас за то, что пришли сегодня. Это особое событие. Нам всем выпала честь спуститься в Тайную комнату Слизерина. Наша основная цель сегодня — извлечь тушу василиска, которого Гарри убил, защищаясь при спасении мисс Уизли. Нам помогают наши уважаемые гости из Гринготтса под руководством мастера-гоблина Бримболда. Половина вырученных средств будет передана в новый фонд для нужд Хогвартса, включая закупку нового учебного оборудования, книг и расходных материалов; он будет называться «Фонд Феникса», а управлять им будет распорядитель рода Поттеров. Остальная часть выручки будет распределена в различных пропорциях между всеми, кто пострадал от василиска и его хозяина, включая: семью Миртл Бутл, Рубеуса Хагрида, Аргуса Филча, Колина Криви, Джастина Финч-Флетчли, Пенелопу Кристал, Гермиону Грейнджер, Рональда и Джиневру Уизли. О, и для Фоукса будет установлен новый насест в знак признания его храбрости и помощи в победе над василиском, а также внесено небольшое пожертвование в больницу Святого Мунго на текущее содержание и лечение Златопуста Локонса. От имени школы я хотел бы поблагодарить Гарри за его щедрость. Раздались негромкие аплодисменты, заставившие Гарри покраснеть. Обсуждение с Сириусом того, как разделить доход от василиска, было весьма интересным. Он долго сомневался насчет Фоукса и Локонса: первого — потому что Гарри придавал огромное значение роли феникса в своем спасении, а второго — потому что, хоть Локонс и был мошенником, стирающим память, в туннеле он оказался только потому, что Гарри и Рон его туда затащили. По сути, фонд для школы стал признанием вклада феникса, так как Гарри не мог вручить деньги Фоуксу лично. Он также раздумывал насчет Уизли, ведь они пострадали не столько от василиска, сколько от его хозяина; Джинни поступила глупо, переписываясь с дневником, но разве Гарри не делал того же самого? А Рон... что ж, Гарри твердо верил, что Рон заслужил награду за то, что переборол свои страхи и пошел в лес, и за его желание спасти Джинни, пусть он и остался по другую сторону завала. Все же доли Уизли были совсем невелики по сравнению с теми, кто был оцепенел, и Гарри был доволен своим решением выделить им хоть что-то. — Теперь, хотя я уверен, что мы все взволнованы посещением Комнаты, — продолжил Дамблдор, — я должен напомнить всем, что, хотя василиск её больше не охраняет, там могут быть и другие опасности. Салазар Слизерин был очень хитрым и могущественным волшебником, и маловероятно, что василиск был единственной защитой. Мы также можем наткнуться на артефакты Слизерина, которые тоже могут быть опасны. Поэтому наши несовершеннолетние студенты должны всё время оставаться со взрослыми, и я призываю взрослых позволить нашим специалистам-ликвидаторам заклятий идти впереди. Гарри взглянул на Сириуса, который ободряюще подмигнул ему. Они уже договорились, что Гарри будет держаться рядом с Сириусом и следовать тем же правилам, что и во время экспедиции за кольцом. — Ну, если мы закончили с ланчем, предлагаю завершить последние приготовления и собраться через десять минут, чтобы Гарри провел нас в Комнату, — закончил Дамблдор. Тут же началась суматоха: все бросились в туалет. Вскоре Гарри оказался в уже знакомой дамской уборной. — Ты вернулся! — Миртл с плеском появилась из унитаза, и Гарри бросил на Сириуса взгляд в стиле «только попробуй подразнить меня при всех». — Вернулся, Миртл, — вежливо сказал Гарри, — мы все идем смотреть Комнату, хочешь с нами? — О нет! — Миртл покачала головой. — Нам, привидениям, туда нельзя! — Поразительно, — пробормотал за его спиной Дамблдор. — Какая-то защита от призраков? — предположил Берти. Гарри присел и сосредоточил взгляд на маленькой царапине в форме змейки. — Откройся, — прошипел он. Раковина отодвинулась в сторону точно так же, как он помнил, открывая вид на длинный крутой желоб. — Попробуй попросить лестницу, — быстро сказал Берти, прежде чем Гарри успел двинуться. — Сомневаюсь, что Слизерин стал бы съезжать вниз на заду; это ниже его достоинства. Гарри кивнул, закрыл глаза, вызывая в голове образ змеи, и прошептал слово «лестница» на парселтанге. Весь туннель на секунду замерцал, верхняя часть трубы приподнялась, и появились ступени — грубо вырубленные и очень крутые, но вполне настоящие. — О, отлично сработано, Гарри! — похвалил Дамблдор. — Ну что ж! — Билл протиснулся вперед. — Мы с Каро пойдем первыми. — Будь осторожен, Уильям! — крикнула Молли. Билл закатил глаза, глядя на Гарри, а Каро ухмыльнулась. Гарри улыбнулся и отошел от прохода. Команда сокровищ, Берти, специалисты по существам и большинство профессоров начали спускаться. Гарри и Сириус последовали за ними, освещая путь «Люмосом», Римус шел за ними с Гермионой, а Молли — с Джинни и Роном. Спуск пешком занял куда больше времени, чем скольжение, и к тому моменту, когда они достигли места завала, где Локонс пытался стереть им память, Гарри слегка запыхался. Кто-то создал светящиеся сферы, которые разогнали тьму. Большая часть группы принялась расчищать проход и укреплять его для безопасности. Гарри стоял в стороне, не мешая им работать, но внезапно вздрогнул: в памяти всплыли образы ужаса и кошмара... Сириус подошел ближе и обнял его за плечо. — Ты в порядке? — прошептал он. Гарри кивнул, не в силах вымолвить ни слова, и поискал глазами Рона и Джинни. Они выглядели такими же бледными и напуганными, как и он сам. Джинни вцепилась в мать; Рон под веснушками был белым как полотно. — Если захочешь уйти в любой момент, Гарри, просто скажи, и мы уйдем, — тихо произнес Римус. — Неважно, если нам придется вернуться позже, так что не переживай, ладно? — поддержал Сириус. — Да, — выдавил Гарри с бледной улыбкой, — извините, просто... спустился сюда... и не думал, что всё вернется с такой силой. Римус кивнул и, заметив, что Гарри снова смотрит на Уизли, улыбнулся: — Пойду проверю, как они. Гермиона осторожно взяла Гарри за руку, и он покрепче сжал её ладонь на случай, если ей тоже страшно. — Хотела бы я быть с тобой тогда, — прошептала она. — Я тоже, — ответил Гарри, вспоминая, как она помогала ему со всеми ловушками на пути к Философскому камню. По крайней мере, она не пострадала сильнее, чем оцепенение. Если бы она пошла с ним и Роном, оказалась бы она рядом с ним в битве против василиска, или погибла бы, или... — Замечательно! — возглас Берти отвлек Гарри от раздумий. Там, где раньше была груда камней, теперь высилась новенькая арка, сложенная из обломков. — Отличная трансфигурация, Альбус! — похвалил Берти. Минерва кивнула: — Простоит год, а то и дольше. — Вы поставите мне «Превосходно», Минерва? — поддразнил Дамблдор, и в его глазах заплясали искорки. Снейп бросился вперед и принялся изучать огромную сброшенную кожу, лежавшую по ту сторону арки. Бримболд последовал за ним и повернулся к Гарри: — Насколько велик этот зверь? — Я, э-э, не уверен в точных размерах, — признался Гарри, — но он был действительно огромным. — Я бы оценил длину футов в пятьдесят-шестьдесят, основываясь на воспоминаниях Гарри; толщиной с древний дуб, — вставил Берти. — Гарри, если не трудно, ты понадобишься нам для следующего этапа. Все двинулись дальше по туннелю к массивным дверям, и над группой воцарилась странная тишина. Дамблдор обернулся и поднял палочку, привлекая внимание. — Прошло больше года с тех пор, как Гарри победил василиска, так что там наверняка есть следы разложения. Возможно, вам стоит прикрыть рты и носы, пока запах не выветрится. — Вот, — Сириус протянул Гарри платок и наколдовал еще один для Гермионы. — Для таких ситуаций идеально подходит заклинание Головного пузыря, но его проходят только через пару лет, и... о, смотри! Профессор Флитвик как раз его показывает, — затараторила Гермиона на ухо Гарри. Гарри посмотрел на их профессора Заклинаний и увидел странный прозрачный пузырь, окружающий его голову. — В основном его используют под водой, как старые глубоководные скафандры, но альтернативное применение — в зельеварении или как запас свежего воздуха при спелеологии, — продолжала тараторить Гермиона, и Гарри не возражал, понимая, что так она справляется с нервами. — Конечно, оно очень нестабильно, если наложено неумело, и его легко разрушить, что делает его весьма опасным! Раздался громкий всхлип, и они оба обернулись к Джинни, которая дрожала всем телом. — Всё, хватит! — решительно заявила Молли, растирая плечи дочери. — Я забираю тебя наверх! Я знала, что это плохая затея. — Нет… — прорыдала Джинни. — Я просто… — она распахнула глаза и умоляюще уставилась на Гарри. — Пожалуйста, можно я останусь с Гарри? Молли беспомощно посмотрела на Гарри. Рон одними губами прошептал ему слово «чокнутая». Гарри неохотно кивнул. Он протянул Джинни свободную руку, и та немедленно подбежала и вцепилась в неё мертвой хваткой. Гермиона, державшая его за другую руку, незаметно сжала его ладонь в знак поддержки. — Что ж, раз у Гарри заняты обе руки, носовой платок ему не поможет, так что… — Сириус нахмурился. — Лунатик? — Ты всегда был безнадежен в запоминании движений палочки для Головного пузыря, Бродяга, — заметил Римус, совершая пассы палочкой, после чего вокруг головы Гарри появился надежный прозрачный шар. Он проделал то же самое для Гермионы и Джинни. — Отличная работа, Римус! — ухмыльнулся ему профессор Флитвик. Билл жестом пригласил Гарри выйти вперед, и тот снова прошептал дверям приказ открыться. Судя по болезненным звукам, которые издавали люди, прикрывавшиеся одними платками, Гарри был искренне рад Головному пузырю. Билл и Каро накладывали заклинания в унисон, а профессор Флитвик и Снейп поспешили к ним на помощь. Наконец Каро подала сигнал, что всё чисто. Гарри почувствовал, как Головной пузырь исчез, и поморщился от оставшегося в воздухе затхлого запаха застоялой сырости. Билл и Каро вошли внутрь, и Гарри терпеливо ждал, пока пройдут остальные; он не торопился. В конце концов Гермиона мягко подтолкнула его, и он откашлялся. — Ты готова, Джинни? Она кивнула, лицо её было мокрым от слез. Её мать подошла и взяла Джинни за другую руку. — Идем, дорогая. Гарри был рад ощущать теплое присутствие Сириуса за спиной и его руку на своем плече. Они миновали двери и обошли застывшую группу взрослых, которые во все глаза смотрели на останки змея. Чудовище открывалось взгляду постепенно: огромное зеленое создание с разорванными невидящими желтыми глазами, помутневшими от разложения. Пасть была открыта и полна острых клыков, от вида которых по спине Гарри снова пробежал холодок. — Мать твою! — пробормотал Рон себе под нос, и никто не стал делать ему замечание за такие слова. Джинни подняла голову от плеча Гарри, где она пряталась, бросила один-единственный взгляд на гигантский труп василиска и рухнула в обморок. Молли и Сириус среагировали быстрее Гарри, чью руку намертво зажала Гермиона. Они вдвоем подхватили Джинни прежде, чем она коснулась пола. — Я так и знала, что это случится, — пробормотала Молли. — Знала, что она не готова! Но она была так полна решимости и не желала слушать меня! Свою мать! Билл поспешил к сестре. — Как она? Римус проверил пульс Джинни. — Просто обморок, но я думаю, лучше перенести её в лазарет. Я донесу её, Молли. — Спасибо, Римус, — ответила Молли. — Идем, Рон. — Но мам… — начал было жаловаться Рон. — Ты видел василиска и Комнату, — отрезала Молли. — На самом деле, детям здесь больше делать нечего. — Мам, Гарри должен остаться на случай, если понадобится парселтянин, и я уверен, что он будет рад поддержке Рона и Гермионы, — вставил Билл прежде, чем кто-либо успел возразить. Молли на мгновение задумалась, будто хотела настоять на своем, но в итоге кивнула. Она повернулась к Сириусу. — Спасибо, что подхватили Джинни. — Пустяки, — ответил Сириус. Гарри нахмурился, уловив напряжение в голосе Сириуса, но подождал, пока остальные уйдут, и только тогда спросил: — Ты в порядке, Бродяга? Сириус кивнул и сжал ладонью затылок Гарри. — Просто… я видел твои воспоминания о том, что произошло, но видеть это чудище вживую и осознавать, насколько близко ты был к смерти… — он резко замолчал. Гарри взглянул на Гермиону, и та отпустила его, чтобы он мог обнять Сириуса. Он одними губами прошептал ей «спасибо», и она ответила ему понимающей улыбкой. Сириус долго не отпускал его — достаточно долго, чтобы остальные успели прийти в себя и начать организацию работ. Бримболд приказал своей команде приступить к разделке василиска, а Снейп кружил рядом с благоговейным восторгом, предвкушая получение редчайших ингредиентов. Билл и Каро пошли вперед осматривать стены Комнаты, и профессора последовали за ними, переговариваясь почтительным шепотом. Несколько человек, в частности Хагрид и Грюм, сочувственно поглядывали на Сириуса и Гарри, а Минерва подошла, чтобы вовлечь Рона и Гермиону в разговор. Сириус продолжал обнимать Гарри, и на этот раз Гарри не протестовал против того, что объятия затянулись или происходят на виду у всех, понимая, что в утешении сейчас нуждается Сириус, а не он. В конце концов Сириус глубоко вздохнул и ослабил хватку. — Порядок. — Точно? — тихо спросил Гарри. — Да, — негромко ответил Сириус. — Только пообещай мне: больше никаких василисков. — Обещаю, что не буду сражаться с василисками, если смогу этого избежать, — сказал Гарри. — Этого достаточно, — Сириус похлопал его по спине и отстранился, правда, всё же оставил руку на плече Гарри, чтобы чувствовать опору. К ним подошел Грюм, и Гарри улыбнулся старому мракоборцу, который ответил ему кивком. — С нетерпением жду тебя на своих уроках Защиты, Поттер. Ты неплохо справился с этим проклятым змеем. — Мне повезло, — ответил Гарри. — Фоукс мне очень помог. Грюм кивнул. — Удача — это половина успеха, парень. — Его магический глаз провернулся и замер на Сириусе. — Блэк, ты бледный как привидение. На. — Он сунул ему свою фляжку. — Хлебни и не спорь. Сириус сделал глоток того, что, как предположил Гарри, было виски или другим крепким напитком, и вернул флягу. — Благодарю вас, сэр. — Оставь это «сэр». У меня не было возможности поговорить с тобой с тех пор, как тебя оправдали, но я облажался с твоим арестом. Должен был проверить тебя после того, как Крауч упек тебя за решетку, и убедиться, что допрос был проведен, — мрачно сказал Грюм. — Я не виню тебя, Аластор, — ответил Сириус. — Я помню, что творилось в департаменте в те времена. Счастье было, если хватало минуты заполнить бумаги перед тем, как сорваться на очередной рейд. — Все равно это не оправдание, — отрезал Грюм. Его магический глаз внезапно метнулся к Гарри. — Где твоя палочка? Гарри ухмыльнулся и показал на кобуру на запястье. — Молодец, — кивнул ему Грюм. — Всегда помни… — Постоянная бдительность! — хором выкрикнули Сириус и Гарри. Услышав смешок за спиной, они обернулись и увидели Римуса, который с ехидной улыбкой смотрел на них. Он взъерошил волосы Гарри. — На мгновение у меня возникло дежавю. Знаешь, после каждого тренировочного боя с профессором Грюмом Сириус и Джеймс прибегали ко мне и орали «постоянная бдительность»? Грюм посмотрел на Сириуса, чьи щеки слегка порозовели. — Ну, может, мы иногда так и делали… — признал Сириус. — В любом случае, хватит обо мне… Гарри обменялся с Римусом забавленным взглядом, видя смущение Сириуса. — …как там Джинни? — спросил Сириус, когда Рон и Гермиона снова подошли к ним. Гарри посерьезнел и с нетерпением стал ждать ответа Римуса. — С мадам Помфри, — сказал Римус. — Я послал ей сообщение патронусом, так что она ждала в туалетной комнате. Она забрала Джинни в лазарет; она считает, что для неё это было слишком сильным потрясением. — Мама и папа пытались убедить её не ходить, но она и слушать не хотела! — подтвердил Рон, хотя на его лице читалось явное облегчение от новости, что с сестрой всё в порядке. — Это было смело со стороны девчонки — хотя бы попытаться, — подытожил Грюм. Сзади донеслось громкое фырканье Снейпа. Римус положил руку на плечо Сириуса, чтобы тот не вздумал огрызнуться. — Как тут успехи? — спросил он, понизив голос. — Ну, пока что я успел впасть в панику, Гарри меня обнял, а Грюм накачал Огненным виски, — ответил Сириус. — Я не обнимаюсь, — сухо вставил Грюм. Все дружно расхохотались. — Кое-кто вообще-то пытается работать, — оборвал их Снейп. Сириусу снова не дал ответить Римус, который вдруг указал на статую Слизерина. — Разве василиск не выполз из пасти статуи Слизерина? — Он направился к ней, и Сириус, ограничившись испепеляющим взглядом в сторону Снейпа, кивнул Гарри, соглашаясь, что им стоит пойти за Римусом. Остальные заметили их маневр, и Билл подошел к ним. — В основном зале мы ничего не нашли, — признался он. — Берти, Каро и профессор Дамблдор проверяют всё по второму кругу, но, по-моему, здесь пусто. — Но василиск-то появился из статуи, так что, может быть, что-то есть за ней? — размышлял вслух Римус. Он начал водить палочкой, накладывая сканирующее заклинание, которое Гарри узнал по поискам кольца. Билл присоединился к нему, повторяя движения. Внезапно он резко вдохнул. — Здесь защита на парселтанге. — Разве… разве тот дневниковый Реддл ничего не говорил, когда призывал василиска? — подсказал Сириус. Гарри кивнул. — Мне стоит?.. — Погоди минутку, пока мы не введем всех в курс дела, — сказал Билл, возвращаясь к Каро. Гарри казалось, что прошла вечность, прежде чем все, кроме команды специалистов по существам, снова собрались перед статуей — точнее, чуть сбоку, на случай, если оттуда выскочит еще какая-нибудь мифическая тварь, — и замерли в ожидании пароля. — Говори со мной, Слизерин, величайший из хогвартской четверки! — громко произнес Гарри. От грохота открывающейся пасти он инстинктивно втянул голову в плечи: воспоминание о выползающем василиске стояло перед глазами. Сириус и Римус тут же придвинулись к нему ближе. Гермиона снова взяла его за руку и ободряюще улыбнулась, пока Рон топтался рядом. Прошло несколько долгих мгновений, прежде чем Гарри понял, что звуков скольжения нет — из пасти никто не лез. — Ладно, — деловито сказала Каро. — Я слетаю наверх и быстро осмотрюсь. — Она превратилась в крошечного воробья и взмыла в воздух. Гарри смотрел на неё во все глаза. Он думал о своей анимагической форме с тех пор, как Минерва согласилась позволить ему учиться этому вместе с отцом, раз Сириус взялся за его обучение. Он очень не хотел быть оленем. Ему нравилось, что его патронус — символ отца, но сам он хотел быть кем-то другим. Ему и так хватало сравнений «ты так похож на отца» без добавления к этому еще и формы анимага. Он подумывал о чем-то из семейства псовых — волке или собаке; он был бы не против любого из вариантов, ведь оба выражали бы его уважение и привязанность к Сириусу и Римусу. В кошках он не был уверен; он не имел ничего против них, но слишком хорошо помнил адские денечки у миссис Фигг, чтобы самому становиться котом. И уж точно он не хотел быть змеей. Он нормально относился к змеям (если не считать василисков), но сама идея превращения в рептилию ему не нравилась. А вот птица… быть таким свободным… Каро приняла человеческий облик и крикнула сверху, что там есть комната… и вдруг раздался пронзительный крик. Маленький воробей пулей вылетел из пасти, а за ним — огромное черное облако. Сириус и Римус тут же оттолкнули Гарри за свои спины вместе с Гермионой и Роном; оба мужчины заняли оборонительную позицию, выставив палочки, пока воробей спасался бегством от черного тумана. Гарри видел, что остальные бросились врассыпную, прячась за колоннами и поднимая палочки. Билл что-то крикнул Берти, чего Гарри не расслышал из-за зловещего гула, исходящего от статуи, но они оба вскинули палочки и начали выпускать что-то белое в сторону черного облака. Облако приняло форму змеи и прекратило погоню за воробьем, спикировав на двух магов, угрожавших ему. Сердце Гарри бешено колотилось в груди. Дамблдор вступил в бой: его палочка резко зачертила воздух, посылая то же заклинание в хвост облака. Но этого было недостаточно… — Стой! — прошипел голос Гарри. И черная дымная змея исчезла буквально за мгновение до того, как ударить Билла и Берти. Наступила жуткая тишина. Гарри слышал прерывистое дыхание Гермионы; он взял её за руку и обернулся, чтобы проверить, в порядке ли она. Она кивнула на его вопросительный взгляд, и они оба повернулись к Рону, который судорожно кивнул и хлопнул Гарри по плечу. — Красава, дружище! — выдохнул Рон. — Что это была за штука? — Дух-хранитель, — объяснил Римус. — Очевидно, деактивируется парселтангом. — Да, очевидно, — буркнул Сириус, закатив глаза, но тут же усмехнулся Гарри: — Сообразил, Гарри, молодец. Гарри решил никому не говорить, что это был чистый инстинкт. — Да, отлично сработано, мальчик мой! — просиял Дамблдор. — Я столько лет так не развлекался! Минерва бросила на него взгляд в духе «не верится, что ты это сказал». Каро трансформировалась обратно. Она почти не запыхалась и не выглядела испуганной. — Я спровоцировала духа, когда не смогла ответить змеиному орнаменту наверху, но, думаю, это была единственная защита. — Она посмотрела на Берти. — Попробуем еще раз? Берти кивнул. Все вернулись на оборонительные позиции, а Каро снова влетела наверх в облике воробья. Наступила короткая тишина, а затем она крикнула, что всё чисто. Гарри наблюдал, как из сумки Билла достали лестницы и веревки, чтобы надежно их закрепить. Их левитировали наверх к Каро для фиксации, и Билл полез первым, а за ним сразу Берти и Дамблдор. — Мы… мы пойдем наверх? — Гермиона с опаской уставилась на лестницы. Гарри вспомнил, что она боится высоты, и мягко сжал её ладонь. — Не думаю. Кажется, мы там больше не нужны. — А что, если им снова понадобишься ты для какой-нибудь очередной штуки с духами? — прямо спросил Рон. Гарри покачал頭 головой. — Думаю, это было всё. Сириус откашлялся. — Я думаю, Гарри прав. Нам стоит подняться наверх. Если им снова понадобится парселтанг, мы вернемся. Минерва резко кивнула. — Я пришлю патронуса, если вы понадобитесь. — Она тепло улыбнулась Гарри. — Ты отлично справился, Гарри. — Спасибо. — Гарри почувствовал облегчение, когда они двинулись в обратный путь, оставляя василиска и Комнату позади. Сириус пустил по туннелю светящуюся сферу, чтобы освещать дорогу, а Гермиона принялась болтать о заклинании, которое он использовал; Рон закатывал глаза с выражением раздраженной нежности. Подъем наверх был тяжелым, и к тому времени, как они добрались до уборной, все тяжело дышали. — Вы вернулись! — пропела Миртл в знак приветствия. У Гарри не сразу хватило дыхания, чтобы ответить; он просто помахал ей рукой. — На этот раз рыжую девочку вынесли на руках, — сообщила ему Миртл. — Её мама была не в восторге! Моя мама бы тоже не обрадовалась. — Нам лучше пойти навестить Джинни, — сказал Гарри Рону и Гермионе. — Вы уже уходите?! — пожаловалась Миртл. — Мы вернемся навестить тебя, когда начнется учебный год, — пообещал Гарри, — честное слово. — И я тоже, Миртл, — добавила Гермиона. Миртл фыркнула и прыгнула в унитаз, обдав пол брызгами воды. Сириус рассмеялся. — Почему-то мне кажется, что она хотела оставить Гарри только себе, Гермиона. Гарри бросил на него выразительный взгляд, пока Рон и Гермиона посмеивались вместе с Сириусом. Римус направил их к двери. — Давайте, в лазарет. Они гурьбой зашагали по школе; Римус и Сириус наперебой травили байки о проделках в разных коридорах. Гарри и Рон жадно слушали, хихикая над тем, как выражение лица Гермионы менялось от любопытства до полного ужаса при каждом упоминании о нарушении правил. — Вы не должны подстрекать Гарри и Рона к такому! — воскликнула она, когда закончился очередной рассказ (о мальчике по фамилии Мальсибер, который в одних только вызывающих фиолетовых стрингах танцевал в том самом коридоре, по которому они сейчас шли). — Вы хоть представляете, сколько школьных правил вы нарушили? — Пять. Или шесть, если учесть, что Мальсибер был не в школьной форме, и это, по сути, была наша вина, — рассеянно ответил Римус. Сириус на мгновение уставился на друга и расхохотался. — Только ты, Лунатик. — И мы не имеем права ничего говорить, Гермиона, — заметил Гарри с веселыми нотками в голосе. — Сколько правил нарушили мы, когда спасали Клювокрыла и Сириуса? — Или когда спасали Джинни в Комнате? — поддакнул Рон. — Это было другое! — запротестовала Гермиона. Она вздернула подбородок, а её губы упрямо сжались, что не предвещало ничего хорошего. — К тому же, когда мы спасали Сириуса, у нас было разрешение директора, так что технически мы ничего не нарушили. А когда вы пошли за Джинни, с вами был Локонс, так что… Сириус и Римус снова разразились хохотом. Гермиона посмотрела на них с подозрением, а Гарри лишь покачал головой, когда она обернулась к нему за поддержкой. Однако все посерьезнели, когда впереди показались двери лазарета. Гарри почувствовал, как внутри всё сжалось. Ему казалось, что он проводит в лазарете непомерно много времени, и это место он никогда не любил. Он вошел следом за Римусом и сразу заметил Молли, сидящую у кровати в углу; Джинни была укрыта одеялом и, судя по всему, крепко спала. Молли поманила их рукой. — Она была в истерике, когда пришла в себя — хотела вернуться назад. Поппи дала ей усыпляющее зелье. Сказала, что у девочки шок. Я оставила записку секретарю Артура. Надеюсь, он сможет прийти, как только закончится его совещание. — Она нежно погладила Джинни по щеке. — Она так рвалась пойти. Мы думали, что поступаем правильно. — Ты не могла знать наверняка, как она отреагирует, Молли, — мягко сказал Римус. — Никто на самом деле не знает, как поведет себя на месте травмирующего события, пока не окажется там. — Я тоже запаниковал, — признался Гарри, надеясь, что Молли станет чуть легче от того, что она позволила Джинни пойти. — И я, — признался Рон, придвигаясь ближе к матери. — И я третий, — тихо добавил Сириус. — А я ведь видел только воспоминания Гарри о случившемся. — Если бы она справилась, встреча со своими страхами стала бы для неё положительным опытом, — добавил Римус. — Именно поэтому я поддержала эту попытку, — мадам Помфри стремительно вошла в палату и смерила суровым взглядом толпу, окружившую кровать. — Вам, возможно, придется снова показать её колдопсихологу, Молли. Она явно всё еще борется с последствиями пережитого. Молли густо покраснела. — Она… мы… — заикнулась она, прежде чем взять себя в руки. — Джинни не посещала колдопсихолога. Она казалась прежней, и директор сказал, что она в порядке, так что… Глаза мадам Помфри округлились, а лицо стало таким же красным, как у Молли. — И когда это директор успел получить диплом целителя? — почти прокричала она. Гарри чувствовал себя крайне неловко, стоя между двумя женщинами. — Я еще тогда говорила вам, что вашей дочери понадобится… Сириус откашлялся. Целительница бросила взгляд на собравшихся и сделала успокаивающий вдох, явно сдерживая то, что собиралась выкрикнуть в присутствии посторонних. — Я настоятельно рекомендую вам нанять специалиста сейчас же, — отрезала она. — Прошу меня извинить… — Она удалилась прежде, чем кто-либо успел вставить слово. Краска так и не сошла с лица Молли, она упорно не поднимала глаз. — Я думала, ей лучше. У неё бывали кошмары за последний год, но ничего такого, что указывало бы на серьезную проблему. Гарри не знал, что сказать; он чувствовал, что Джинни сгорела бы со стыда, узнай она, что её мать обсуждает её проблемы с таким количеством народа. — Дети удивительно быстро восстанавливаются, — мягко заверил её Римус, — но, судя по её реакции в Комнате, она явно не переболела этим. Уверен, колдопсихолог сможет ей помочь. — Я могу порекомендовать хорошего специалиста, — добавил Сириус, немного колеблясь. Рон неспокойно заерзал. — Мы можем использовать деньги за василиска, мам. — Он прикусил губу, но всё же продолжил: — Можешь забрать мою долю, если доли Джинни не хватит. — Это очень мило с твоей стороны, Рональд, — Молли погладила его по руке и улыбнулась сыну, — и ты хороший брат раз предлагаешь такое, но эти деньги — твой личный капитал. — Уверен, доли Джинни более чем хватит, — сказал Римус. — Ингредиенты василиска стоят очень дорого. Молли кивнула и посмотрела Сириусу в глаза с решимостью во взгляде. — Буду признательна за рекомендацию специалиста. Сириус улыбнулся. — Я пришлю сову с его данными, как только вернусь домой. В лазарете с негромким хлопком появился хогвартский эльф и поклонился Сириусу. — Профессор Бабблинг готова встретиться с вами и вашим наследником, лордом Гарри Поттером, как только вам будет удобно, лорд Блэк. — Спасибо, — официально поблагодарил Сириус. Эльф исчез. Это были результаты теста. На Гарри нахлынул приступ нервной дрожи; в животе всё скрутило так, что его чуть не вывернуло. А вдруг он не сдал? Вдруг провалился? Сириус будет так в нем разочарован… Во рту пересохло. — Идем. — Сириус подтолкнул его под локоть. — Не стоит заставлять профессора Бабблинг ждать. Молли выжала из себя улыбку для Гарри. — Удачи тебе, Гарри. — Ага, — сказал Рон, легонько пихнув Гарри в плечо, — удачи, дружище. — Всё будет хорошо, Гарри. Ты не мог так активно обсуждать руны за ланчем, не зная их достаточно хорошо, чтобы не пройти программу за третий курс, — заверила его Гермиона. Они вышли из лазарета, окончательно попрощавшись с Уизли и пожелав Джинни скорейшего выздоровления. У главной лестницы Римус остановился и кивнул Гарри. — Мы с Гермионой встретим вас у входа. Удачи. Твердая рука Сириуса на плече Гарри вела его сквозь лабиринт хогвартских коридоров к кабинету профессора Бабблинг. Она встретила их тепло, и через мгновение Гарри уже сидел на довольно неудобном деревянном стуле перед её столом, а Сириус устроился рядом. Профессор Бабблинг немного нервно улыбнулась. — Что ж, во-первых, я должна признаться, что совершила ошибку. — О? — тут же спросил Сириус, мгновенно перейдя в режим защиты. — Я случайно дала Гарри часть экзамена за четвертый курс вместе с вопросами за третий, — виновато призналась профессор Бабблинг. Так вот почему вопросов было так много! Но это значило, что у него было меньше времени на вопросы за третий курс и… Гарри прикусил губу, нервы снова дали о себе знать. — И это привело к удивительным результатам, — продолжила профессор Бабблинг. — За ту часть, что касалась третьего курса — учитывая, что у вас было меньше времени на сочинение, и я не стала его учитывать, — вы получили «Превосходно». «Превосходно»! Он получил «Превосходно»! Гарри едва не захлебнулся от облегчения и повернулся к Сириусу с сияющей улыбкой. — Я так горжусь тобой, Гарри, — сказал Сириус, сжимая его плечо. — Это отличная работа! — Да, — профессор Бабблинг широко улыбнулась ему, — вы справились очень хорошо. Только ваша подруга Гермиона и Энтони Голдстейн показали лучшие результаты в этих частях экзамена, и я уверена, что если бы вам дали полное время, вы могли бы сравняться с ними или даже превзойти их. Гарри залился краской от похвалы и почти осязаемой отцовской гордости, которая, казалось, исходила от Сириуса, пока профессор продолжала говорить. — Но самое интересное для меня вот что, — сказала профессор Бабблинг. — Вы получили «Удовлетворительно» за тот материал четвертого курса, на который успели ответить. И я снова повторю: будь у вас достаточно времени, вы вполне могли бы претендовать на «Выше ожидаемого». Ваша аналитика рунических комбинаций была выполнена очень достойно. — Блестяще! — провозгласил Сириус, видя, что Гарри лишился дара речи. — Значит, я полагаю, нет никаких препятствий для того, чтобы он пошел в класс четвертого курса? — Ну, именно это я и хотела с вами обсудить. — Профессор Бабблинг откинулась на спинку кресла и пристально посмотрела на Гарри. — Если вы продолжите заниматься с репетитором остаток лета, я верю, что вы сдадите итоговый экзамен за четвертый курс и, следовательно, сможете пойти в класс пятого курса в сентябре. Гарри уставился на неё в изумлении. — Вы имеете в виду… я… — он неопределенно махнул пальцами, изображая прыжок. — Перепрыгнете через год, да, — с улыбкой подтвердила профессор Бабблинг. — В этом есть свои преимущества. Во-первых, это будет для вас вызовом. Думаю, программа четвертого курса покажется вам скучной. Во-вторых, вы сможете сдать СОВ в конце года, а значит, в следующем году у вас будет на один экзамен меньше, что весьма рекомендуется, учитывая нагрузку пятого курса по основным предметам. В-третьих, если предположить, что вы сдадите ЖАБА на шестом курсе, я не буду возражать против того, чтобы записать вас на начальный курс подготовки Мастера на седьмом. Продолжите ли вы обучение дальше или нет, такая подготовка полезна во многих профессиях. Гарри тяжело сглотнул и бросил взгляд на Сириуса. Ему было очень лестно, что его считают способным на такое, но он не был уверен, хочет ли он перескакивать через год. Однако лицо Сириуса ничего не выражало — крестный внимательно слушал Бабблинг. — Есть, конечно, и недостатки, — добавила профессор, махнув рукой. — Вы будете учиться с ребятами на год старше, вне своего круга общения, что может вызвать некоторую зависть или разговоры о привилегированном отношении. Кроме того, сдача СОВ на год раньше сделает экзамены четвертого курса чуть более стрессовыми. Но я считаю, что в вашем случае, мистер Поттер, плюсы перевешивают минусы. Что вы думаете? Что он думал? Он снова взглянул на Сириуса, который смотрел на него спокойными, задумчивыми серыми глазами. Гарри понял: Сириус ждет, когда он сам примет решение. Ему очень не хотелось перепрыгивать через год. Люди снова подумают, что это любимчики и особый подход. Он будет выделяться, будет не таким, как все; снова «не нормальный». Всё его существо хотело выпалить, что четвертый курс его вполне устраивает. Но. Разве он не обещал Сириусу всегда стараться изо всех сил? Если он не перепрыгнет через год, не будет ли это значить, что он сам себя сдерживает? Как он делал это все годы в школе до того, как появился Сириус? И не было ли его нежелание расстраивать одноклассников просто обратным видом давления со стороны сверстников — желанием «соответствовать»? — Мистер Поттер? — мягко подтолкнула его профессор Бабблинг. Гарри прикусил губу и вздохнул. — Я бы хотел попробовать пойти на пятый курс, если я смогу продолжить занятия с репетитором? — Он посмотрел на Сириуса, и тот кивнул. — Я продолжу тебя учить, Гарри, это не проблема, — заверил его Сириус. — Но я всё же беспокоюсь, — пробормотал Гарри, внезапно почувствовав вдохновение, — что люди подумают, будто это кумовство? Я имею в виду, у меня появилась возможность перейти на пятый курс только из-за смены предметов и случайности с экзаменом, так что… — он тяжело вздохнул. — Можно ли как-то предложить такую же возможность всем остальным, кто получил «Превосходно» за третий курс? Например, Гермионе — она наверняка ухватится за шанс сдать экзамен за четвертый курс вместе с ним и, если повезет, пойти на руны пятого курса вместе. — О, какой интересный вопрос, — сказала профессор Бабблинг, откидываясь на стуле и обдумывая предложение. Сириус подмигнул Гарри, явно раскусив его маневр. — По-моему, это отличное предложение. — Он улыбнулся профессору. — Я в восторге от успехов Гарри и возможности пойти на пятый курс, но меня также беспокоит его отчуждение от своей возрастной группы. У него и так достаточно препятствий в этом плане из-за всей этой чепухи про «Мальчика-Который-Выжил». Думаю, если предложить другим отличникам сдать экзамен за четвертый курс в начале сентября и перейти выше, это снимет большую часть возможного недовольства. — Мне нужно будет обсудить это с профессором Макгонагалл, но я не вижу причин, по которым мы не могли бы уже завтра разослать совам письма студентам с оценкой «Превосходно» и предложить им такие условия, объяснив обстоятельства, — подтвердила профессор Бабблинг. Сириус снова улыбнулся ей. — Превосходно. Профессор поднялась, и Гарри вскочил следом, радуясь, что на сегодня всё официально закончено. Он едва успел попрощаться, как Сириус уже вывел его за дверь. Как только они оказались в коридоре, Сириус быстро обнял его. — Я так горжусь тобой, — повторил Сириус. — Ты блестяще сдал тест и был просто великолепен в ситуации с этим переходом на курс выше. Гарри ответил на объятие, чувствуя головокружительный восторг от того, как искренне Сириус рад его достижениям. — Я бы не справился без твоей помощи, — заметил он, пока они шли обратно к Гермионе и Римусу. — Ты отличный ученик, Гарри, — парировал Сириус. — И — да, я отличный учитель! — Он подмигнул, и Гарри рассмеялся. Они увидели Римуса и Гермиону, ждавших у массивных входных дверей. Гермиона чуть ли не подпрыгивала на месте к тому времени, как они подошли. — Ну как? — потребовала она. — Ты сдал? Всё прошло хорошо? Ничего страшного, если что-то не так, но я уверена, что ты справился и… Римус положил руку ей на плечо. — Вдохни и дай ему ответить, Гермиона. — Он с надеждой посмотрел на Сириуса и Гарри. — Ну? Гарри счастливо улыбнулся. — Я сдал. — Он получил «Превосходно»! — провозгласил Сириус. Гермиона взвизгнула и бросилась на шею Гарри. Гарри издал сдавленный звук, когда поймал её. Его руки автоматически обхватили девушку, и он невольно отметил, что она… ну, девушка — в том, как её тело прижалось к его собственному в весьма интересных местах. Он ошарашенно посмотрел поверх её пышных волос на Сириуса, ища совета, но тот лишь ехидно ухмыльнулся в ответ. Гермиона отстранилась со смущенным видом, но, к его удивлению, не отпустила насовсем, а осталась стоять рядом, обхватив его руку своей. — Молодец, Гарри! — поздравил его Римус. — Думаю, это стоит отметить тортом и мороженым. — О, это еще не всё, — сказал Сириус и жестом предложил Гарри продолжить. Гарри объяснил путаницу с экзаменационными листами четвертого курса и возможность сдать тест для перехода на пятый курс для всех отличников. Гермиона снова взвизгнула, но на этот раз он был готов к объятиям и улыбнулся её сияющему лицу. — О, Гарри! Это потрясающе! Только представь! Мы могли бы сдать СОВ на год раньше, и это на один меньше в наш пятый год, и… о, но остался всего месяц, а я только-только начала читать программу по рунам! А еще есть… — Ты более чем желанный гость на уроках Гарри с репетитором, Гермиона, — быстро вставил Сириус. — И если я могу попасть на пятый курс, то ты точно сможешь, — заверил её Гарри. — Ты справилась с материалом третьего курса лучше меня. Гермиона улыбнулась ему и решительно кивнула. — Энтони Голдстейн и Дафна Гринграсс наверняка тоже получили «Превосходно». Может, еще Сью Ли? Интересно, захотят ли они сдавать тест. Энтони — точно. Он говорил мне перед экзаменом, что уже прошел половину материала четвертого курса. Звук чьих-то приближающихся шагов заставил их быстро обернуться: к ним бежал Билл. Сириус бросил вопросительный взгляд на Римуса, и тот кивнул. — Я отправил патронуса с вопросом, нужно ли нам оставаться здесь, и попросил сообщить новости. Не ожидал, что ответят лично. Билл помахал им, приближаясь, а затем согнулся вдвое, пытаясь отдышаться. — Мерлин, ну и подъем! — Мне больше нравилось, когда помогал Фоукс, — признался Гарри. — Так что там было, в секретной комнате? — спросил Сириус. — Вам нужен Гарри? Билл покачал головой. — В комнате ничего нет. — Совсем ничего? — резко переспросил Римус, его глаза сузились, но затем он глубоко вздохнул. — Конечно. Всё ценное Волан-де-Морт наверняка забрал, когда обнаружил Комнату еще подростком, будучи Томом Реддлом. — Это и наша теория, — подтвердил Билл. — Есть свидетельства, что там были книги, зелья, на полу валяются старые котлы, но… — он покачал головой, начал было говорить и снова замолк, взглянув на Гермиону, после чего открыл рот снова: — Определенно ничего ценного. Гарри понял: это значит, что предмет, который они ищут, должен быть спрятан где-то в другом месте Хогвартса. Им придется перегруппироваться. Сириус вздохнул. — Полагаю, маловероятно, что он вернулся бы туда, если бы уже забрал всё ценное с собой. — Берти и директор проводят еще одну проверку, чтобы выяснить, нет ли там других укромных уголков и щелей, где могли быть спрятаны вещи, но… — Билл пожал плечами. Гермиона переводила взгляд с Сириуса на Билла и Римуса тем самым оценивающим взглядом, который Гарри слишком хорошо знал. Он поспешно откашлялся. — Нам пора идти. — Мне тоже, — сказал Билл. — Я вызвался подняться, чтобы проведать Джинни. — Поппи дала ей усыпляющее зелье, — сообщил ему Римус. — Но я уверен, твоя мама оценит поддержку. Для неё это стало шоком. Билл кивнул. — Увидимся, ребята. Сириус кивнул в ответ. — Передай Берти, что я пришлю сову. — Он подтолкнул Гермиону и Гарри к двери. — Идемте. Чем скорее мы выберемся за пределы чар, тем скорее отпразднуем это дело тортом и мороженым! Гарри улыбнулся выходкам Сириуса, но снова поймал задумчивое выражение лица Гермионы, и его сердце екнуло. Он не хотел хранить секреты от друзей, но Сириус и Римус много раз обсуждали с ним необходимость этого, и он знал, что это делается для их же защиты, как и для его собственной. Им не нужно было знать об «охоте за сокровищами» или о пророчестве (бывали моменты, как он признавался целителю Аллену, когда он и сам жалел о своей настойчивости в желании всё узнать), а знание любого из этого лишь подвергло бы их опасности. Внезапно Гермиона снова вложила свою руку в его ладонь. — Всё в порядке, Гарри, — прошептала она, когда они отстали от двух мужчин, шагающих по тропинке прочь от замка. — Я знаю, что ты не можешь мне рассказать, и знаю, что это, вероятно, как-то связано со смертельной угрозой и с Ним, но если я тебе понадоблюсь… Он крепче сжал её руку, чувствуя такое облегчение от её безоговорочной поддержки, что долго не мог вымолвить ни слова. — Спасибо, — выдавил он наконец. Она улыбнулась ему и начала рассказывать о рунах за четвертый курс. Она подчеркнула, что он не должен говорить ей, что было на экзамене, но она уже начала читать о рекомбинациях защитных рун в своем учебнике за четвертый класс, и что Гарри думает по этому поводу? Они обсуждали руны до самых ворот Хогвартса, где нагнали Римуса и Сириуса, ждавших их на дорожке. Гарри и Гермиона остановились перед мужчинами, и Гарри нетерпеливо ждал; разве они не должны были сделать что-то вроде трансгрессии? — Гарри, — сухо заметил Сириус, — боюсь, тебе придется отпустить Гермиону, чтобы Римус мог трансгрессировать с ней в Блэк-мэнор. Гарри в замешательстве смотрел на него добрую минуту, прежде чем осознал, что всё еще держит Гермиону за руку. Он густо покраснел, когда они расцепили пальцы, и Гермиона, чьи щеки тоже стали пунцовыми, отошла к Римусу, который явно едва сдерживал ухмылку. Сириус подмигнул Гарри и обнял его за плечи, как только Римус исчез из виду. — Держись крепче. Они снова появились в приемном зале, и Гермиона застенчиво улыбнулась ему. Гарри снова покраснел, но улыбнулся в ответ, чтобы показать ей, что всё в порядке, и снова подивился странному ощущению кувырка в животе. «Торт», — решил он, следуя за Сириусом из комнаты. Он просто хочет торта. Это никак не связано с Гермионой.