A Marauder's Plan - План мародёра

Невилл нетерпеливо ждал у камина вместе с бабушкой. Сегодня они принимали у себя вечер-знакомство в честь официального преемника регента рода Блэк. Впервые союз Лонгботтомов и Блэков должен был предстать перед общественностью вместо привычного альянса Лонгботтомов и Поттеров. Невилл знал: бабушка полна решимости сделать этот вечер грандиозным успехом, чтобы наглядно подчеркнуть, насколько высоко Дом Лонгботтомов ценит свои узы с Домом Блэк. За это лето бабушка невероятно изменилась; она словно обрела второе дыхание. Невилл всегда будет благодарен за это лорду Блэку — Сириусу, — и это не говоря о множестве других причин. Сириус убедил бабушку купить Невиллу палочку, которая идеально ему подходила; он давал уроки политики, уроки управления поместьем, уроки магии, устраивал вылазки в свет… но самое главное — он подарил ему дружбу с Гарри. Для Невилла стало полной неожиданностью, что родители Гарри были его крестными, но это хотя бы объясняло, почему в его жизни до сих пор были только бабушка и горстка пожилых родственников. С начала лета, узнав эту новость, он начал расспрашивать бабушку о друзьях своего отца и выяснил, что самыми близкими папе людьми были близнецы Пруэтты, Фабиан и Гидеон. Они погибли от рук Пожирателей смерти. А лучшей подругой мамы была Лили Поттер. О других бабушка особо не знала, лишь отмечала, что обе женщины были вхожи и приняты в светском кругу Поттеровского альянса. Невилл долго недоумевал, почему никто из них не пришел на помощь бабушке, пока из случайно подслушанного разговора не понял: в своем горе бабушка в какой-то момент сама оттолкнула большинство из них. Невиллу было трудно не испытывать горечи. Он любил бабушку, но ее прежнее поведение отвадило людей, которые могли бы помочь ему — помочь им обоим. В его жизни могли бы быть взрослые, которые не сокрушались бы из-за его слабых магических способностей и не сравнивали бы его постоянно с отцом. Он мог бы вырасти среди друзей, а не в изоляции в поместье Лонгботтомов. Хотя, если быть честным по отношению к бабушке, возможно, это ничего бы не изменило. Может, он все равно остался бы робким и неловким. Может быть. «Но теперь-то я больше не одинок», — твердо напомнил себе Невилл. Альянс Поттеров восстановлен, и все Наследники твердо намерены держаться вместе. Более того, они с Гарри были искренне рады тому, что оказались назваными братьями. Невилл испытывал огромное облегчение от того, что Гарри так же сильно стремился наладить дружеские отношения. В Хогвартсе они не были врагами, но Невилл никогда не хотел вторгаться на территорию «лучшего друга», которую Рон очень четко застолбил за собой (хотя оглядываясь назад, Невилл понимал, что за этой собственнической позицией скрывалось искреннее желание защитить Гарри, оглушенного всеобщим вниманием). По правде говоря, Невилл был слишком неуверен в собственной значимости, чтобы навязываться Мальчику-Который-Выжил, а позже — мальчику, которого он узнал просто как Гарри. Однако каким-то образом, благодаря семейному союзу, Невиллу выпал шанс занять уникальное место рядом с Гарри — Гарри хотел видеть его своим названым братом так же сильно, как Невилл хотел этого сам. И Невилл пробудил в себе то внутреннее мужество, за которое Шляпа отправила его на Гриффиндор, и ухватился за эту возможность обеими руками. Результат радовал его безмерно: Гарри доверял ему, верил в него, и Невилл был верен каждому слову принесенной клятвы верности. Поэтому, как и бабушка, он хотел, чтобы этот вечер прошел идеально — ради Гарри, Наследника Дома Блэк и его названого брата. Невилл снова нервно разгладил переднюю часть мантии, рассеянно ведя пальцами по вышивке герба Лонгботтомов. Бабушка мимолетно улыбнулась ему, и он выпрямился, улыбнувшись в ответ. Камин мелодично звякнул, и из зеленого пламени шагнул Сириус — с той элегантной точностью, которую его бабушка одобрила сдержанным кивком. — Сириус, — бабушка протянула руку, которую тот поспешно поцеловал, — прекрасно выглядишь. Надеюсь, все будет по твоему вкусу. — Зная тебя, Августа, все будет безупречно, — тепло улыбнулся ей Сириус, после чего сжал плечо Невилла. — Выглядишь очень импозантно, Невилл. Камин снова вспыхнул, и оттуда вышел Гарри, с облегчением выдохнув, когда ему удалось не споткнуться. Сперва он поприветствовал бабушку Невилла, а затем они с Невиллом официально пожали друг другу руки, ухмыляясь и одновременно закатывая глаза от абсурдности этого ритуала. Сириус занял свое место рядом с бабушкой Невилла в линии приветствия, а Гарри встал рядом с Невиллом, слегка пихнув его локтем в бок и продолжая широко улыбаться. После этого Дом Блэков начал прибывать один за другим в быстром темпе. Сначала появились почетные гости — Симеон с супругой, затем Тонксы вместе с Гермионой, и, наконец, Малфои. Невилл испытал почти извращенное удовольствие, видя, как Малфои кланяются (а Нарцисса приседает в реверансе) его бабушке. Однако на его лице не отразилось ни тени веселья, когда он пожал руку Драко и поприветствовал его. Его даже удивило, что Драко умудрился удержать лицо и не скривиться в привычной усмешке. Симеон встал в линию приветствия рядом с Сириусом, пока остальных гостей провожали в парадную гостиную, где уже были накрыты столы с угощениями. Невилл знал, что Андромеда возьмет на себя роль хозяйки вечера на то время, пока бабушка занята встречей гостей. — Ну что, джентльмены, — произнесла бабушка, — мы готовы к наплыву орды из Министерства и Визенгамота? — Ты хотела сказать «саранчи», — сухо заметил Сириус. — Ну не могут же они быть настолько ужасны! — запротестовал Симеон, подмигивая мальчикам. Невилл и Гарри переглянулись, а затем синхронно ухмыльнулись вместе с Сириусом: — Еще хуже! — хором выдали они. — Ну в самом деле! — пожурила их бабушка, но в ее глазах плясали смешинки. — Некоторые из них — наши союзники. — Вся саранча, за исключением наших союзников, — согласился Сириус. — Принято. Бабушка, похоже, собиралась что-то возразить, но камин снова зашумел. Весь следующий час Невилл только и делал, что пожимал руки и целовал костяшки пальцев, то и дело представляя: «Мой друг и союзник, лорд Поттер, Глава Дома Поттеров и Наследник Дома Блэк». С каждым разом улыбка Гарри становилась все более натянутой и застывшей. На приеме присутствовал почти весь Визенгамот и большая часть верхушки Министерства — главы департаментов с женами. И если их союзники прекрасно знали, что не стоит лебезить перед Гарри или смотреть на него свысока, то остальные понятия не имели, как вести себя с Мальчиком-Который-Выжил. Но еще хуже были семьи, о которых они точно знали, что те принадлежали к Темной фракции и в прошлом поддерживали Волдеморта. Но Гарри не дрогнул и не сжался в их присутствии, как и Невилл — сейчас требовалось продемонстрировать силу. Самый тяжелый момент наступил, когда из камина вышел Бартемиус Крауч-старший. — Крауч, — Сириус практически выплюнул имя мага, и все в линии приветствия мгновенно подобрались. — Блэк, — отрывисто бросил в ответ Крауч. Ни один из них не протянул руки. — Барти, — бабушка шагнула вперед и с тихим авторитетом протянула руку, вынуждая Крауча принять ее, — позволь мне представить тебе Симеона Блэка, официального преемника регента рода Блэк. — Крауч быстро пожал руку Симеону, который окинул его изучающим взглядом. — Моего внука Невилла ты, конечно же, помнишь. Невилл пожал протянутую руку и выдавил натянутую улыбку. Пожилой волшебник стоял неестественно прямо, словно струну натянули; его серые мантии были безупречно выглажены и сшиты точно по фигуре, короткие седые волосы аккуратно уложены на пробор, а щеточка усов подрезана ровно, как по линейке. — Также позволь представить: лорд Поттер, Наследник Дома Блэк, — продолжила бабушка. — Так, значит, вы и есть Мальчик-Который-Выжил? — с плохо скрываемым презрением обронил Крауч. — А вы, значит, тот самый волшебник, который бросил моего крестного в тюрьму без суда и следствия? — парировал Гарри. Его зеленые глаза в этот момент были холоднее, чем Невилл когда-либо видел, и у него по спине пробежали мурашки. Камин снова мелодично зазвонил. — Амелия! Невиллу не показалось — в голосе Сириуса отчетливо промелькнули нотки облегчения. — Боунс. — Крауч, — Амелия Боунс ровно, без тени дружелюбия кивнула своему бывшему начальнику и позволила Сириусу запечатлеть поцелуй на своей руке. — Брайан! Рад видеть! — Сириус широко ухмыльнулся ее спутнику, пока Амелия переходила к бабушке Невилла, чтобы присесть в реверансе, а затем протянуть руку Невиллу и Гарри. — Сириус, — Брайан посмотрел на ухмыляющегося мага и вздохнул, хотя его лицо так и лучилось весельем. — Ты ведь ни за что не упустишь шанса поиздеваться надо мной из-за этого, верно? — О, нет… Амелия выстрелила в Сириуса предупреждающим взглядом. — То есть, да, — поспешно исправился Сириус. — Я имею в виду, с какой стати мне поддразнивать тебя из-за того, что ты пришел в компании нашей очаровательной Амелии? — Хорошо выкрутились, лорд Блэк, — сухо обронила Амелия. Ее взгляд снова переместился на Крауча. — Что ж, Барт, рада видеть, что ты наконец-то оправился от волшебного гриппа. — И как раз вовремя, чтобы успеть на Чемпионат мира, — плавно подметил Брайан, предлагая Амелии локоть. Крауч смерил поверенного яростным взглядом, пока Гарри украдкой обменивался с Невиллом понимающими ухмылками. — Я всё еще восстанавливаюсь, — холодно отчеканил Крауч. — Да, — согласилась Амелия, поправляя подол парадной мантии. — До меня сегодня как раз дошли слухи, что ты умудрился забыть имя итальянского посла. — Проблемы с памятью — обычное дело после тяжелой формы гриппа, — резко бросил Крауч в свое оправдание. — Кратковременные проблемы, — уточнила Амелия. — Ты встречаешься с Антонио каждый месяц на протяжении десяти лет. Как можно было забыть его имя — уму непостижимо. Позади директора Департамента международного магического сотрудничества кто-то деликатно кашлянул, заставив всех обернуться на вновь прибывших — Диггори. — Прошу прощения, леди Лонгболтом, кажется, мы задерживаем линию приветствия, — дипломатично вмешался Брайан. — Бартемиус, Амелия, возможно, нам стоит продолжить эту беседу в гостиной. Амелия благодарно ему улыбнулась, а Крауч что-то согласно буркнул. Впрочем, Невилл не упустил из виду тот мрачный взгляд, который Барти перед уходом метнул в сторону Сириуса и Гарри. Диггори поприветствовали Сириуса, его бабушку и Симеона. В воздухе повисло легкое напряжение, поскольку никто из присутствующих в линии приветствия в свое время не проголосовал за Диггори, когда того выдвигали в Визенгамот. Амос пожал руку Невиллу, но явно намеревался задержаться возле Гарри. — Рад снова тебя видеть, — напыщенно произнес Амос. — С нетерпением ждешь возвращения в школу? Невилл внутренне подобрался от скрытого оскорбления: Амос самым неприкрытым образом намекал на юность и неопытность Гарри. — Да, мистер Диггори, — вежливо ответил Гарри. — Будет здорово снова вернуться в Хогвартс, — вмешался Седрик, пытаясь сгладить неловкость и, к счастью, меняя тему. — Вы собираетесь на Чемпионат мира? — Собираемся, — подтвердил Гарри. — А вы? — Жду не дождусь, когда увижу Крамма в деле, — с воодушевлением признался Седрик. — Он блестящий ловец. Гарри кивнул, и Невилл прекрасно понял своего друга — тот сам горел желанием посмотреть матч и подсмотреть парочку профессиональных финтов. — Как и ты, сынок, — встрял Амос. — Ты ведь обставил юного Поттера в прошлый раз, верно? Седрик снова выглядел несчастным и жутко смущенным. — Папа, я же тебе уже говорил, это была нечестная победа. Учитывая, что Гарри тогда свалился с метлы из-за того, что на поле прорвались дементоры, и именно в этот момент Седрик заметил и поймал снитч, Невилл был полностью согласен с его оценкой. — Глупости, — отмахнулся раскрасневшийся Амос. — Ты выиграл, а это единственное, что имеет значение. Камин снова зазвонил. — Нам пора идти внутрь, пока мы не совершили ту же оплошность, что Амелия и Барт, — Пегги Диггори многозначительно подтолкнула мужа под локоть, одновременно бросив на Гарри извиняющийся взгляд. — Конечно, конечно, — Амос наклонил голову, подал жене руку и направился в гостиную. Седрик одними губами беззвучно произнес «извини» и поплелся вслед за родителями. К огромному облегчению, следующей группой, вышедшей из камина, оказались Уизли. Прибыли только Артур, Молли, Рон и Джинни — Билл приехал чуть раньше, сопровождая Алисию Дож. Напряжение Гарри немного спало, да и сам Невилл заметно расслабился. — О, мальчики, какими же красавцами вы стали! — воскликнула Молли и, наплевав на этикет, порывисто обняла Гарри. Гарри улыбнулся ей: — Здравствуйте, Молли. — Миссис Уизли, — Невилл поприветствовал ее куда более формально, прекрасно зная, что бабушка не спустит ему с рук малейшего отступления от правил хорошего тона. — Невилл! — Молли тепло улыбнулась ему, когда он запечатлел поцелуй на ее руке. Джинни с ухмылкой протянула ему руку. Невилл шутливо закатил глаза, но коснулся губами ее костяшек. Затем она повернулась к Гарри и мгновенно залилась густой краской. Невилл разрывался между весельем от ее очевидной влюбленности и легким уколом зависти. Невилл до этого лета как-то не рассматривал Джинни в качестве потенциальной девушки. В конце третьего курса он, конечно, заметил, что его сверстники начинают ходить на свидания — по крайней мере, Дин и Симус; Рон и Гарри, казалось, были столь же не в восторге от идеи пригласить кого-то, как и он сам. Но после того как Сириус и Ремус провели с ними «Тот самый Разговор» (Невилл посчитал, что это было здорово — они обставили всё так, будто большую часть информации подготовил отец Гарри), он поразмыслил над собственными перспективами и пришел к выводу, что единственная девочка, которую он знает достаточно хорошо, чтобы позвать на свидание, — это Джинни. За прошлый год он провел с младшей Уизли довольно много времени. В своих спальнях они занимали похожее положение: дружили со всеми, но сами не входили в тесный круг лучших друзей (хотя Невилл подозревал, что когда они вернутся в Хогвартс в сентябре, Гарри станет куда более открытым). Судя по всему, на первом курсе Джинни упустила шанс влиться в компанию, потому что от страха пряталась за своим дневником вместо того, чтобы перешагнуть через первые опасения и довериться соседкам по комнате. Невилл догадывался, что за всем этим крылось нечто большее, чем Джинни готова была рассказать, ведь он помнил, что в конце того года она оказалась в Тайной комнате и ее спас Гарри. Но он не собирался лезть к ней в душу. Вместо этого он был просто рад, что нашел человека, с которым можно посидеть в гостиной или пообедать, если они оба оставались без компании. Джинни ему нравилась: она была отзывчивой, умной и обладала отличным чувством юмора. И к тому же была очень хорошенькой. Ее единственным серьезным недостатком было то, что она по уши влюбилась в сам образ Мальчика-Который-Выжил и рядом с Гарри превращалась в бессловесную глупышку. И потому, вопреки твердой уверенности Невилла в том, что они с Джинни друзья, он сомневался, что Джинни вообще когда-либо думала о нем как о возможном кавалере. Впрочем, новообретенная уверенность в себе привела к тому, что, несмотря на всю симпатию к Джинни, Невилл начинал задумываться: возможно, ему стоит обратить внимание на кого-то другого. Гермиона отпадала сразу — для Невилла было совершенно очевидно, что они с Гарри нравятся друг другу. Они бросали друг на друга украдкой взгляды, когда один не видел, и между ними существовала настоящая, искренняя привязанность. Вопрос был лишь в том, когда они оба наконец осознают свои чувства. Кроме того, Гермиона — при всей ее милоте — была для Невилла слишком уж напористой. Слишком напоминала его бабушку, если быть до конца честным. А вот Сьюзен и Ханна были очень дружелюбными и милыми. Они не пытались командовать или подавлять. Ему нравились обе, хотя Ханну с ее светлыми волосами и спокойными голубыми глазами он считал более симпатичной. Пожалуй, стоило оставить мысли о Джинни. Он с легкой грустью наблюдал за тем, как Гарри с поразительным терпением мягко побуждает Джинни протянуть руку; как Джинни робко подчиняется и опускает голову, когда губы Гарри едва касаются ее кожи. Рон так и сиял, глядя на них, и Невилл с опозданием понял: Рон явно решил, что Гарри — идеальная пара для его сестры. Человек, которому Рон доверял и против чьего вхождения в семью ни капли бы не возражал. Гарри же, напротив, поспешно отпустил руку Джинни и не стал протестовать, когда Молли увела своих детей вглубь дома. — Ну что ж, это были последние гости, — объявила бабушка. Гарри тяжело вздохнул и потер сзади шею. — Слава Мерлину. — А теперь нам осталось всего лишь пообщаться с гостями следующую пару часов, — с напускным весельем произнес Сириус. Он положил руки Гарри на плечи и сочувственно сжал их, когда они направились вглубь поместья. — Потрясающе, — измученно отозвался Гарри. Сириус сжалился над ним: — Почему бы тебе не передохнуть? Я сам приду за тобой, когда ты понадобишься. Улыбка Гарри, казалось, могла бы осветить все поместье. Невилл пихнул его локтем в бок: — Пошли, захватим по сливочному пиву и найдем Гермиону. Быстрого взгляда по залу хватило, чтобы обнаружить Гермиону. Она счастливо устроилась в уголке возле стола с угощениями в компании Сьюзен, Ханны, Дафны Гринграсс, Майкла Корнера и Энтони Голдстейна. Рон и Джинни вместе с родителями беседовали с Диггори и Инглби. Малфои обосновались неподалеку от них, причем Драко стоял в окружении Забини и Нотта. Гарри и Невилл ненадолго притормозили, чтобы взять по напитку, и присоединились к компании Гермионы. — Гарри! — радостно поприветствовала его Гермиона. — А мы тут как раз обсуждали тест по Рунам. Дафна и Энтони тоже будут сдавать экзамен за пятый курс вместе с нами. — Гермиона как раз объясняла, что именно благодаря тебе нам дали шанс перешагнуть через год. Наверное, нам стоит тебя поблагодарить, — оживленно произнес Энтони. Черноволосый когтевранец лучезарно улыбнулся Гарри. Гарри смущенно пожал плечами. — Не обольщайся, Поттер, — сухо вставила Дафна. — Я тебя благодарить не собираюсь, ведь это означало бы признать, что я тебе что-то должна. Невилл уже собирался было что-то сказать, но пляшущие в синих глазах Дафны искорки веселья вовремя его остановили — он понял, что она просто поддразнивает Гарри. — Вообще-то должна, — возразил Энтони. — Вовсе нет, — парировала Дафна. — Это я получила «Превосходно» и заработала возможность сдать экзамен за четвертый курс досрочно. Всё, что сделал Поттер, — это умудрился не заметить, что сдает тест вовсе не за третий курс. — Жестко ты с ним, Дафф, — пожурил ее Энтони. Гарри снова пожал плечами: — Да ладно, я не против, и она права — вы сами заслужили право сдавать этот экзамен. — А вот я не заслужил, — пожаловался Майкл. — «Выше ожидаемого». — Он вздохнул. — И теперь я отстану от вас. — Полно людей не подошли по критериям для досрочной сдачи, — заверил его Энтони. — Падма, Эрни и Салли — все они остаются на четвертом курсе Рун. — А я вообще застрял на Прорицаниях, — сказал Невилл, еще сильнее пожалев о своем выборе факультативов. В свое время он назло советам бабушки (его отец изучал Нумерологию) отказался от Рун и Нумерологии в пользу более простых предметов. Это был его личный бунт: тогда он доказывал, что ни один из сложных предметов не поможет ему в будущей профессии травоведа. — И я тоже, — вздохнула Ханна. — Вы могли бы сделать то же самое, что и Гарри, — перевестись, — предложила Гермиона. — Мы бы вам помогли. Вы могли бы бросить Прорицания и учить Руны самостоятельно — с прицелом сдать экзамен за третий курс в этом году, а СОВ — на шестом. Невилл покачал головой: — Должен же кто-то составлять компанию Рону. — И кто-то должен составлять компанию Невиллу, — добавила Ханна. Невилл почувствовал, как к щекам приливает жар, и мысленно выругался, но сама мысль ему очень понравилась, и он робко ей улыбнулся. — Прорицания — такая пустая трата времени, — высказался Майкл. — Если у тебя нет Дара, они абсолютно бесполезны. — А знаете, у кого Дар как раз есть? — спросил Энтони с таким видом, словно знал большой секрет. — Уж точно не у Трелони, — твердо отрезала Дафна. — Единственный дух, которого эта женщина видит регулярно, называется «Бристольский крем Харви». Гермиона поперхнулась своим напитком. Гарри бросился ей на выручку и протянул белоснежный хлопковый платок, чтобы она могла вытереть подбородок. — Значит, вы, ребят, не верите в пророчества? — спросил Гарри. В том, как он это спросил, было нечто такое, отчего у Невилла мгновенно сработал «Гарри-Аларм». И судя по тому, как Гермиона принялась покусывать губу, она была не единственной, кто уловил скрытый подтекст в этом внешне невинном вопросе. — Я в них не верю, — твердо заявил Майкл. — Нет абсолютно никаких доказательств того, что хоть одно пророчество оказалось верным. — Это неправда! — возразила Ханна. — Примеров масса: Дельфийский оракул, Кассандра… — Да все просто берут предсказания и подгоняют их под факты! — спорил Майкл. — Вот взять пророчество: «Маленький мальчик, который важен для луны, умрет на рассвете!». Ну, где-то в мире наверняка найдется мальчик-оборотень, который умрет на рассвете, или мальчик, родившийся под определенной луной, или мальчик по фамилии Мун! Люди видят то, что хотят видеть. — Я согласна с Корнером, — Дафна подняла свой бокал. — Всё это полная драконья чушь. — И я согласна, — поддержала Гермиона, — а Трелони — стопроцентная мошенница! — Ну, как я и говорил чуть раньше, — настоял на своем Энтони, — истинные Провидцы существуют, и я знаю одну такую! Гарри с любопытством посмотрел на Энтони: — Кого? — Девочка со второго курса… ну, скоро уже будет на третьем, с Когтеврана. Ее зовут Полумна Лавгуд, — сказал Энтони. — Ее отец издает «Придиру». — Полоумная? — вытаращился на него Майкл. Лицо Гарри мгновенно ожесточилось: — Как ты ее назвал? Гермиона испепелила Майкла взглядом, молча поддерживая Гарри. Невилл тоже шагнул чуть ближе. — Это не я! — поспешил оправдаться Майкл. — Девчонки ее так зовут! — Она и правда странная, — бесцеремонно заметила Дафна. — Половину времени шляется вообще без обуви. Невилл бросил на нее брезгливый взгляд: — По собственному выбору или потому что кто-то крадет ее вещи? Дафна слегка приподняла брови, обдумывая эту мысль: — Хороший вопрос. — Терпеть не могу задир, — со вздохом произнес Гарри. Он потер лоб. — Она здесь? — Лавгудов тут нет, они лишились своего места в совете целую вечность назад, — пояснил Невилл для Гарри. Но по решительному выражению лица друга Невилл понял: Полумна теперь попала в поле зрения Гарри, и если ее обижают, тот обязательно вмешается. А сам Невилл будет рядом, чтобы поддержать его во всем. — Мы ушли от темы, — заметил Майкл. — Является По… то есть Полумна Провидицей или нет — дело не в этом. — Ну, вообще-то в этом, — возразила Гермиона. — Если истинные Провидцы существуют, то по определению должны существовать и истинные пророчества. Гарри поморщился: — Возможно. — Он вдруг улыбнулся. — Кто-нибудь хочет сделать прогноз на Чемпионат мира? И тема разговора мгновенно сменилась: Гермиона принялась отчитывать Гарри и остальных за их одержимость квиддичем. Невилл в спор о шансах Ирландии и Болгарии вмешиваться не стал. Квиддич его особо не интересовал, а матчи в Хогвартсе он смотрел в основном из чувства верности факультету. Он продолжал размышлять над расспросами Гарри о подлинности пророчеств. «Зачем ему это так интересно, если он бросает Прорицания?» — недоумевал Невилл. Он долго ломал над этим голову, пока его не осенила очевидная разгадка: Гарри, должно быть, прослышал о каком-то пророчестве, связанном с ним самим. «Ничего удивительного», — подумал Невилл, вспоминая все передряги, в которые влипал Гарри, и те очень странные слова, что произнес дух Морганы во время ритуала благословения… что-то о пребывании между светом и тьмой, о гибели или о том, чтобы стать хозяином Смерти? Позади Невилла кто-то деликатно кашлянул, отчего тот слегка подпрыгнул. Он оглянулся через плечо; Сириус ухмылялся, ни капли не раскаиваясь: — Прости, Нев. Нам с Симеоном нужно одолжить Гарри. Гарри со вздохом, но вполне послушно пошел следом, когда Сириус и Симеон увлекли его за собой — на экскурсию по залу к толпе ожидавших гостей, жаждущих с ними пообщаться. — Бедолага, — посочувствовал Майкл. Невилл заметил приближающуюся бабушку и тоже вздохнул: — Мне тоже пора идти общаться. Гермиона сочувственно ему улыбнулась: — Удачи! Ханна немного нерешительно протянула руку и легонько коснулась его плеча. Невилл тепло ей улыбнулся и послушно зашагал рядом с бабушкой. Они начали с противоположной от Сириуса и Гарри стороны зала. К несчастью, это означало, что первыми на их пути оказались Малфои, вокруг которых сгруппировались Нотты и Уилксы. Блейз Забини стоял рядом с Драко, но его матери, к большому облегчению, нигде не было видно. «Наверняка выслеживает Сириуса», — с весельем подумал Невилл, пока бабушка завязывала светскую беседу ради приличия. — Лонгботтом, — процедил Драко. — Малфой, — Невилл ответил ему настороженным кивком. — Поместье Лонгботтомов просто великолепно, — заметил Теодор Нотт. — Я и не думал, что оно такое огромное. Невилл кивнул: — Каждый из моих предков что-то к нему пристраивал. Кроме моего отца. Драко неопределенно повел плечом, явно почувствовав себя неловко от этого упоминания родителей Невилла. Оно и понятно, учитывая, что именно его тетя и дядя довели отца Невилла до палаты долгосрочного лечения. — Мой отец говорит, что у вас тут очень обширные угодья, — произнес Драко. — Земли у нас действительно немало, — согласился Невилл. — Большая часть — сельскохозяйственные угодья. Еще есть небольшой лес, там водятся олени. Есть пресноводный ручей и озеро с форелью — мой дядя Элджи любит порыбачить. Ну и, конечно, парадные сады и теплицы. — Понятия не имел, что у тебя столько земли, — прокомментировал Блейз. Невилл пожал плечами: — У нас также есть летний коттедж в Корнуолле, ферма в Пик-Дистрикт и охотничий домик в Шотландии. И это только недвижимость в Великобритании. За границей тоже кое-что имеется. Нотт и Забини выглядели впечатленными в достаточной степени. — Что ж, не зря говорят: «Земли — палата, а магии — на пол-плата», — высокомерно обронил Драко. Невилл благодушно улыбнулся. Драко балансировал на самой грани допустимого тона, и Невилл легко мог бы оскорбиться. — Думаю, ты убедишься, что это не совсем так, Малфой. Раньше я пользовался палочкой отца, но теперь обзавелся собственной, и с моей магией всё стало гораздо проще. — А как тебе удалось обойти запрет на колдовство несовершеннолетних? — спросил Блейз. — Лорд Блэк договорился с Министерством об исключении, — пояснил Невилл. — Мой отец делает то же самое каждый год под предлогом того, что я последний в роду Ноттов и должен уметь постоять за себя, — непринужденно вставил Нотт. — Большинство чистокровных могут получить такие разрешения, Забини. Твоя мама разве не подавала заявку? — Для этого ей пришлось бы признать факт моего существования, — сухо отозвался Блейз. Невилл подавил желание нахмуриться. Судя по словам Блейза, домашняя обстановка у него была не из лучших, и в Невилле проснулось сострадание. — Ты собираешься на Чемпионат мира? — спросил он Блейза напрямую. — Он идет вместе с Домом Блэк, — резко оборвал Драко. Блейз закатил глаза на такое поведение Малфоя: — Отец Драко пригласил нас с Ноттом составить Драко компанию, чтобы тот не оказался в полном окружении гриффиндорцев. Шпилька в адрес Драко (за то, что тот не способен в одиночку справиться с гриффиндорцами) и самого Невилла (за то, что он гриффиндорец) была тщательно завуалирована легким, непринужденным тоном Блейза. «Очень по-слизерински», — подумал Невилл, испытывая от этого комментария гораздо больше веселья, чем следовало бы. — Что ж, тогда увидимся там, поскольку мы с бабушкой тоже приглашены в качестве гостей Домов Блэк и Поттер, — ответил Невилл, боковым зрением замечая, что бабушка уже собирается перейти к следующей группе гостей. Спустя три компании они столкнулись с Уизли, Инглби и Диггори. — О, привет, Невилл, — Джинни едва взглянула на него, вовсю оглядывая зал через его плечо в явных поисках кого-то другого. — А где Гарри? — Обходит вторую половину зала вместе с Симеоном и Сириусом, — Невилл указал на троицу и поморщился, заметив, что их как раз зажали лорд Селвин и лорд Гиббон. — Как думаешь, он скоро освободится? — спросила Лидия, поправляя волосы. Ее брат-близнец Мэттью вздохнул и закатил глаза, беззвучно извиняясь перед Невиллом за сестру. — Наверное, нескоро, — ответил Невилл, гадая, понимают ли вообще Джинни и Лидия, насколько их поведение близко к прямому нарушению этикета и оскорблению собеседника. Седрик, похоже, всё понял, потому что деликатно кашлянул, привлекая внимание Невилла к себе: — Жаль, что вам с Гарри приходится отрабатывать эти обязательные круги. Невилл пожал плечами: — Часть обязанностей. — Он указал в сторону, где Гермиона стояла со Сьюзен и Ханной (остальных ребят уже утащили к семьям). — По крайней мере, у нас был мини-перерыв. — Прости, Нев. Мы бы тоже подошли, но мама настояла, чтобы мы держались все вместе, как семья, — добавил Рон. На его щеках проступил розоватый румянец, отчего веснушки стали еще заметнее. — Всё в порядке, — заверил его Невилл. — Вы ничего особо не пропустили, мы просто делали прогнозы на Чемпионат мира. — У Ирландии лучшие охотники, зато у Болгарии — лучший ловец, — с энтузиазмом и знанием дела авторитетно заявил Рон. — Я бы поставил на победу Ирландии, но снитч поймает Крамм. — Скорее всего, так и будет, — согласился Седрик. — Крамм известен тем, что быстро заканчивает игру, если матч складывается не в их пользу. Жду не дождусь четверга. Мне очень хочется подсмотреть новые финты ловцов перед началом нашего школьного сезона. — Ты подумываешь о профессиональной карьере, Сед? — спросил Мэттью, и его лицо так и засветилось искренним интересом. Седрик слегка поморщился: — Мне бы хотелось, но я знаю, что отец хочет устроить меня на работу в Министерство. — Мой самый старший брат Билл говорит, что нужно выбирать ту работу, к которой у тебя самого душа лежит, а не то, чего от тебя хотят другие, — глубокомысленно изрек Рон. — Сам я надеюсь в этом году попробовать пройти отбор на место вратаря. Попасть в команду, потом пробиться в профессиональную лигу, а в будущем, если повезет, заняться спортивным менеджментом. Невилл подавил улыбку, глядя на серьезную мину Рона. — Ого, — с улыбкой протянул Седрик, — да у тебя всё распланировано! Пожалуй, мне тоже стоит крепко задуматься. Признаться, я обожаю квиддич, но не уверен, что достаточно хорош для профессионального спорта. — А я собираюсь пробоваться на охотника, — вклинилась в разговор Джинни. — Может, я и не попаду в команду в первые пару лет, но всё равно хочу попытаться. — Ты могла бы попробовать себя в качестве ловца, — предложил Седрик. — У тебя подходящее телосложение. Джинни густо покраснела: — Это место Гарри. Я хочу играть с ним в одной команде, а не оспаривать его позицию. Лидия фыркнула: — Как будто у тебя бы получилось. Гарри — лучший ловец во всем Хогвартсе. Седрик кашлянул: — Ну, спасибо, умыла меня. Мэттью бросил на сестру раздраженный взгляд: — Извини, Сед, она у нас слегка помешана на Поттере. — При этом он ловко увернулся от летевшего в его сторону шлепка. — Всё нормально, — добродушно отозвался Седрик. — Гарри — отличный соперник. Невилл почувствовал, как бабушка слегка подтолкнула его, и, попрощавшись, двинулся дальше. «Мне определенно нужно присмотреться к кому-то другому, а не к Джинни», — размышлял он. Она настолько зациклилась на Гарри, что просто не замечала никого вокруг. А жаль. Он был в самом разгаре беседы с Биллом и Дожами по поводу их с Гарри планов на поставку ингредиентов для Волчьего противоядия, когда это случилось. Из внешнего коридора, где располагалась дамская туалетная комната, донесся пронзительный крик. Невилл мгновенно выхватил палочку из кобуры. Он заметил, что Гарри на другом конце зала сделал то же самое, хотя Сириус и Симеон тут же прикрыли своего Наследника с двух сторон. Бабушка подняла палочку и выпустила в воздух сноп искр с громким хлопком, привлекая к себе всеобщее внимание, и одновременно направилась к выходу. — Пожалуйста, оставайтесь в зале, пока мы во всём не разберемся. Возможно, кто-то из наших более пугливых дам просто наткнулся на паука. Сириус, Симеон, присмотрите за гостями. Сириус тут же кивнул: — Конечно, Августа. — Амелия, не сочти за труд сопроводить меня? — Бабушка была уже на полпути к дверям. Амелия Боунс уже двигалась следом, быстро подстраиваясь под ее шаг. К ним также присоединились глава Аврората Руфус Скримджер и Альбус Дамблдор. — Я тоже иду с тобой, бабушка, — твердо заявил Невилл. Он прекрасно видел, что бабушка порывается возразить, но она стремительно кивнула. В коридоре уже столпилась кучка мужчин, которые нерешительно топтались у дверей, явно разрываясь между необходимостью войти и полным нежеланием ломиться в дамскую уборную. — Мужчины! — вполголоса фыркнула бабушка. — Будьте добры, сделайте все шаг назад! — Мне кажется, там моя Хилари! — панически крутясь на месте, воскликнул Дуглас Вейн. — Сейчас мы выясним, в чем дело, — быстро вмешалась Амелия. — Руфус, со мной! — Она метнула в Дамблдора красноречивый взгляд, приказывающий ему оставаться на месте. — Прямо как в старые добрые времена, а, директор? — лихо ухмыльнулся Руфус Скримджер, и Амелия ответила ему такой же ухмылкой. Они постучали в дверь туалета, и Амелия стремительно вошла внутрь, держа палочку наизготовку. — Нам нужен Целитель! — крикнула Амелия мгновение спустя. — Кто-нибудь, позовите Теда Тонкса! — тут же распорядилась Августа. Терри Стеббинс кивнул Невиллу и со всех ног припустил обратно в приемный зал. Невилл вытянул шею, заглядывая в приоткрытую дверь. Хилари Вейн лежала на полу без сознания. Амелия накладывала на женщину диагностические заклинания, но всё внимание Руфуса было приковано к зеркалу. Невилл перевел взгляд туда же и замер в шоке, разглядывая выведенную кроваво-красными буквами надпись: «Тик-так, Гарри Поттер. Твой час близок». Тед Тонкс протиснулся мимо него, и Амелия поднялась, уступая место у пациентки. — Она просто упала в обморок, — деловито сообщила Амелия. — Тед, если ты сможешь привести ее в чувство, мы перенесем ее в другую комнату. — Надпись прямо-таки звенит от магии домашних эльфов, — твердо заявил Руфус. — Предлагаю вызвать сюда криминалистов, пускай проверят, что еще удастся найти. Амелия кивнула: — Лорду Блэку нужно это увидеть. Дамблдор каким-то образом умудрился протиснуться внутрь уборной. — Гарри необходимо немедленно уехать, Августа. — Да. Невилл, ступай и попроси Сириуса срочно подойти сюда, а сам проводи Гарри домой. — Губы бабушки сжались в тонкую линию, и Невилл прекрасно знал этот знак: она была в ярости. Кто-то пробрался в ее поместье, угрожал одному из ее гостей и сорвал важнейший прием Дома Блэк, который они принимали у себя. Хилари Вейн зашевелилась, а Невилл послушно кивнул и направился обратно в зал. Он целенаправленно зашагал прямо к Сириусу, который защищающим жестом стоял возле Гарри и Гермионы, судя по всему, присоединившейся к ним сразу после крика. — Лорд Блэк, прошу прощения, моя бабушка просит вас срочно подойти, — авторитетно произнес Невилл. — Профессор Дамблдор посоветовал Гарри немедленно покинуть поместье, и моя бабушка с ним согласна. Я сопровожу его в Блэк-хаус. Серые глаза Сириуса расширились, но он резко кивнул: — Буду очень признателен, Невилл. Гермиона, Энди, вы не могли бы пойти с ними? — Конечно, — плавно отозвалась Андромеда. Она присела в реверанзе, Гермиона последовала ее примеру, а Гарри с Невиллом синхронно склонили головы. Невилл повел всех к камину. Первой переместилась Гермиона, затем Гарри, следом Невилл, а Андромеда замыкала шествие. — Почему бы вам, ребят, не пойти на кухню и не попросить Кикимера сварить горячего шоколада? — бодро предложила Андромеда, едва они вышли из камина. — А я пойду проведаю Пенни и малыша. Вся троица послушно поплелась на кухню. Кикимер недовольно шмыгнул носом, но шоколад всё же приготовил. — Так, Невилл, что там стряслось? — спросил Гарри, как только они устроились за столом с кружками лучшего какао от «Сладкого королевства», щедро засыпанного маршмеллоу. — Очередная смертельная угроза, — лаконично ответил Невилл. Он пересказал содержание надписи и вздохнул. — Сказали, что это снова магия домовиков. Думаю, миссис Вейн просто наткнулась на нее, запаниковала и хлопнулась в обморок. Гарри так и обмяк на стуле: — Потрясающе. — Мне жаль, Гарри, — тихо сказал Невилл. — Но, похоже, это тот же придурок, который прислал тебе послание на день рождения. — Магия домашних эльфов действительно указывает на это, — согласилась Гермиона, и в ее голосе прорезались знакомые нотки «всезнайки». — Но тот факт, что они проникли на закрытый прием, сильно сужает круг подозреваемых. Всё сводится к членам Визенгамота и министерским чиновникам, которые там присутствовали. — Это не так уж сильно сужает круг, Гермиона, — спокойно возразил Гарри. — С учетом того, что большая часть старого чистокровного альянса в свое время прогибалась перед Томом. — Кого-то это всё же исключает, — настояла на своем Гермиона. — А если убрать тех, у кого вообще нет домовиков… круг станет еще уже. — Может, со стороны Министерства это и сработает, — вставил Невилл. — Но у большинства чистокровных семей из Визенгамота эльфы есть. — Ну еще бы! — вспылила Гермиона. — У них у всех есть рабы! И чему я только удивляюсь?! Невилл обменялся с Гарри быстрым тревожным взглядом, и они без слов согласились, что тему пора срочно менять. Гермиона и домовики — это была опасная зона, обвешанная предупреждающими знаками и воющими сиренами. Гарри вдруг тяжело застонал: — Проклятье! Мне теперь, скорее всего, и на Чемпионат мира съездить не разрешат! — Гарри, следи за языком! — яростно приструнила его Гермиона. — И вообще, есть вещи поважнее квиддича, что бы там ни думал по этому поводу Рональд Уизли! Твоя жизнь куда важнее! Тебя история с «Молнией» вообще ничему не научила?! Ох, ты просто… невыносим! Тебя вообще волнует, что кто-то пытается тебя убить?! Она резко вскочила. Стул с оглушительным скрежетом проехался по полу, и Гермиона пулей вылетела из кухни, оставив парней сидеть с вытаращенными глазами. Невилл и Гарри перевели взгляд на раскачивающуюся дверь, а затем посмотрели друг на друга. И синхронно пожали руками. Девчонки. Тот человек, который сможет однажды внятно объяснить, как работают их мыслительные процессы, заработает чертово состояние, иронично подумал Невилл. Гарри поерзал на стуле и сделал большой глоток шоколада. — Не думаю, что Сириус запретит тебе ехать, — немного нерешительно начал Невилл. — Он ведь не стал отменять заседание Визенгамота после той угрозы на твой день рождения. — Но то было по делу, а это… ради развлечения. — Гарри, впрочем, немного приободрился и благодарно улыбнулся другу. — Спасибо, что вернулся со мной. Твоя бабушка, должно быть, просто вне себя. — Она в ярости, — подтвердил Невилл. — Ей так хотелось, чтобы этот вечер стал триумфом для Дома Блэк. Гарри понимающе кивнул: — Это и был успех, Невилл. То, с какой заботой и вниманием она отнеслась к гостям и ко всем деталям… Сириус прекрасно понимает, что сегодня она оказала Дому Блэк огромную честь. А это наверняка было непросто, учитывая всё наше прошлое. Невилл кивнул, почувствовав себя немного неловко от этого намека на его родителей и то, что с ними сотворили Лестрейнджи, хотя он знал, что Гарри в курсе и во многом его понимает. В этот момент его вдруг осенила внезапная мысль, и он выругался. — Невилл, следи за языком! — выдал Гарри, практически идеально скопировав интонации Гермионы. Оба парня покатились со смеху. — И что же такое стряслось, раз это заставило тебя ругаться? — спросил Гарри, салютуя ему кружкой. — Я просто подумал, что бабушка будет жутко уязвлена тем, что кошмар из прошлого снова подобрался так близко к нашему дому. Если это был Пожиратель смерти или кто-то заодно с Волдемортом, это значит, что им удалось нанести удар — пусть и крошечный — прямо внутри поместья Лонгболтомов. — Невилл вздохнул. — Бабушка этого так не оставит. Это ведь первый подобный случай с тех самых пор… ну, ты понимаешь. Если тебе кажется, что Сириус в гневе страшен… поверь, ему до моей бабушки далеко. Отмена Чемпионата мира — это меньшее, что она может устроить. Гарри заметно поморщился: — Мне правда очень жаль, Нев. — Ты не виноват, что за тобой охотится какой-то темный псих, Гарри, — отрезал Невилл. — И даже если бы дело было не в чести Дома, мы бы всё равно были на твоей стороне. — Взаимно, — тихо отозвался Гарри. — Просто хочется, чтобы он охотился на кого-нибудь другого. — Его лицо снова приняло серьезное, задумчивое выражение. Невилл прикусил губу и набрался смелости: — Гарри, а почему ты вообще спрашивал у ребят, верят ли они в пророчества? Он почти видел, как Гарри колеблется, взвешивая все «за» и «против» того, чтобы довериться Невиллу. Невилла больше не удивляло, что Гарри берет время на размышления. Узнав его поближе за это лето, Невилл понял, что Гарри вовсе не был тем безрассудным, лезущим напролом гриффиндорцем, каким его считало большинство. Да, бывали моменты, когда он полностью соответствовал этому архетипу — обычно когда терял самообладание, — но в целом Гарри относился к своим поступкам и действиям гораздо более обдуманно, чем ему приписывали. Гарри снова поерзал на стуле, после чего вытащил палочку и очертил в воздухе купол тишины. Невилл видел, как профессор Флитвик учил Гарри этому заклинанию на прошлой неделе, но не ожидал, что тот применит его так скоро. То, что Гарри сделал это, подчеркивало: всё, что он собирается рассказать, — невероятно важно. — Ты не должен никому об этом говорить, Невилл, — начал Гарри. — Ну, разве что твоей бабушке, потому что, мне кажется, она кое-что знает, но больше вообще никому, ладно? Невилл кивнул: — Конечно. Гарри какое-то время вертел в руках кружку, а затем его зеленые глаза резко поднялись и встретились с глазами Невилла, светясь решимостью. — Ты никогда не задумывался, почему этот темный псих преследует именно меня? И вдруг всё встало на свои места. У Невилла расширились глаза. — О Мерлин! — выдохнул он. — Пророчество? Гарри мрачно кивнул: — На самом деле я раздумывал, говорить ли тебе, с самого момента, как услышал его, потому что… ну, вторым человеком, к которому оно могло относиться, был… э-э, ты. — Я?! — пискнул Невилл. — Начало звучит примерно так: «Грядет тот, у кого хватит могущества победить Темного Лорда… рожденный теми, кто трижды бросал ему вызов, рожденный на исходе седьмого месяца…» — Гарри указал на Невилла. — Мы оба подходили под эти критерии. Какой-то Пожиратель смерти подслушал начало и передал Тому, так что он… — Он выбрал нас, наши семьи, — тихо констатировал Невилл. Он с изумлением уставился на Гарри. — Это мог быть я? — В следующей части говорится, что Темный Лорд отметит его как равного себе. — Палец Гарри поднялся и коснулся шрама. — Он решил прийти за мной, так что… — Мерлин, Гарри, — произнес Невилл, пытаясь взять себя в руки. В конце концов он выпалил единственную мысль, которая крутилась у него в голове: — Можно я просто скажу, что я безумно рад, что это не я? Ох, проклятье! Звучит ужасно, но я не… я и для тебя этого не желал, и… Гарри покатился со смеху, и после секунды ступора Невилл присоединился к нему. — Всё нормально, — Гарри махнул рукой. — Просто… я понимаю. Часть меня тоже в каком-то смысле жалеет, что это не ты, хотя я бы никому не пожелал ходить с такой мишенью на лбу. Невилл понимающе кивнул. — А ты сам веришь в пророчество? — Сириус сказал, и я с ним согласен, что совершенно неважно, верю я или нет, — ответил Гарри. — Потому что, хотя мы и думаем, что Том поначалу не поверил в него — раз так долго тянул, прежде чем прийти за мной, — сейчас-то он точно в него верит. Так что… я мишень, хочу я того или нет. — Мерлин, — снова шумно выдохнул Невилл. — Я знаю, что Сириус делает всё возможное, чтобы мне не пришлось с ним сражаться, но… — Гарри пожал плечами и обхватил кружку ладонями. — Такое чувство, что это неизбежно? Как будто в какой-то момент всё просто сведется к нам двоим — к нему и ко мне. — Ну, — начал Невилл, не совсем понимая, что тут сказать, — мы будем рядом с тобой, пока этот момент не настанет. Это, судя по всему, были самые правильные слова. Гарри приободрился: — По крайней мере, сейчас меня хотя бы тренируют. — Если пророчество существует, это вызывает резонный вопрос: почему тебя не тренировали раньше? — задумчиво протянул Невилл. — Дамблдор промямлил что-то о том, что хотел подарить мне детство, когда я спросил его на одном из уроков, которые он мне давал, — объяснил Гарри. — Лично я считаю, что это полная чушь, но… ладно, сейчас-то он помогает, так что… — он запнулся, и его взгляд снова переместился с кружки на Невилла. — Я больше не доверяю ему, с тех пор как узнал, что это он оставил меня у Дурслей. То есть я простил его, но… — он вздохнул, — забыть это я не могу. — И я тебя не виню, — твердо отрезал Невилл. Он не слишком много знал о том, что происходило с прежними опекунами Гарри, но из того немногого, что он замечал в Хогвартсе (ужасная магловская одежда, то, каким худым был Гарри, как он не любил шумиху вокруг статуса Мальчика-Который-Выжил), из того, что подтвердилось за это лето (полное отсутствие у Гарри знаний о волшебном мире и своем наследии), и из того, о чем можно было догадаться (пренебрежение и эмоциональное насилие), Невилл вполне мог понять его обиду на директора. В некотором смысле это зеркально отражало его собственную обиду на бабушку. Он любил свою бабушку и знал, что она любит его, но она также провела все годы его жизни до этого лета, сравнивая его с отцом. Она смотрела на него с тенью разочарования всякий раз, когда ее взгляд падал на внука; позволяла дяде подвергать его опасным испытаниям, чтобы проверить, есть ли в нем магия; и ни разу не сказала, что гордится им за то, что у него действительно хорошо получалось… Это лето изменило всё к лучшему, и она наконец начала видеть в нем самого Невилла, относиться к нему с уважением и открытой теплотой. Но Невилл понимал обиду Гарри на дела минувшие, пусть даже сейчас всё изменилось. За кухонной дверью послышался шум, и Гарри быстро снял купол тишины. Дверь отворилась, и на пороге показался Римус. — Сириус прислал мне патронус, — лаконично пояснил Римус. — Как вы, мальчики? Невилл буркнул «нормально» одновременно с Гарри. — Что именно произошло? — спросил Римус, присаживаясь рядом с Гарри. Невилл всё рассказал, пока Кикимер с негромким хлопком появился на кухне и организовал кружку горячего шоколада и для Люпина. Когда рассказ был окончен, Римус выглядел встревоженным; старший волшебник потянулся к Гарри и крепко обнял его одной рукой за плечи. — Кто бы это ни был, он только что сузил список подозреваемых, — утешительно произнес Римус. — Мы сможем вычеркнуть нескольких человек просто потому, что их не было на приеме. — Гермиона сказала то же самое, — признался Гарри. — Кстати, а где Гермиона? — спросил Римус, оглядывая кухню так, словно Гермиона могла затеряться в каком-нибудь шкафу. — Она, э-э, разозлилась на меня, когда я пожаловался, что мне теперь могут запретить ехать на Чемпионат мира, и выскочила вон, — виновато пробормотал Гарри. У Римуса округлились глаза: — А-а. — Прости, что испортил тебе вечер, — поспешно добавил Гарри. — Я как раз был в Отделе тайн — изучал бумаги, которые Сириус нашел в кабинете своего деда, — ответил Римус. — Так что вечер вряд ли можно назвать испорченным. Как проходил прием до всего этого переполоха? — Всё шло отлично, как мне кажется, — сказал Гарри. — Люди веселились, и все были очень вежливы с Симеоном и Анной. — Вот и славно… Очередные голоса за дверью заставили Римуса подняться, уже держа палочку в руке. Вошла Андромеда, за которой плелась Гермиона. Вид у Гермионы был такой, словно она плакала; глаза Гарри удивленно расширились, а затем наполнились чувством вины. — Римус, хорошо, что ты здесь. Я собираюсь забрать Гермиону домой, — сухо произнесла Андромеда. Гарри поднялся и осторожно подошел к лучшей подруге: — Гермиона, прежде чем ты уйдешь, я просто хочу извиниться за то, что было раньше… Гермиона отмахнулась от его слов: — Всё в порядке. Просто… я же за тебя переволновалась, Гарри. — Прежде чем Гарри успел хоть что-то сообразить, она подалась вперед и крепко обняла его. — Я не знаю, что бы я делала, если бы с тобой что-нибудь случилось! — пробормотала она так тихо, что Невиллу пришлось изрядно напрячь слух, чтобы разобрать слова. Она отпустила его так же внезапно, как и обняла, и вернулась к Андромеде. — Энди заберет меня домой. Сириус и Симеон могут вернуться еще нескоро, да и назад на вечер нас всё равно вряд ли пустят. Андромеда приобняла Гермиону за плечи: — О нет, возвращаться вы туда совершенно точно не будете. Осталось невысказанным главное: тот, кто заставил своего домовика оставить эту угрозу, всё еще был там. Поместье Лонгболтомов больше не было безопасным местом. — Скоро увидимся, Гарри, Невилл, — попрощалась Гермиона и ушла вместе с Андромедой. Гарри тяжело опустился на стул, недовольно поджав губы. — Не переживай, Гарри. Похоже, она тебя уже простила, — сказал Римус. — Я довел ее до слез, — вздохнул Гарри, запустив руку в волосы. — Думаю, ее довел до слез общий стресс от всей этой ситуации, — мягко возразил ему Римус. — Я пойду в библиотеку, я как раз принес с собой кое-какие книги. Почему бы вам, мальчики, сначала не перекусить, а потом не присоединиться ко мне? — Он покинул кухню прежде, чем они успели что-то ответить. Гарри позвал Кикимера, и уже через несколько минут оба парня вовсю уплетали сэндвичи с яичницей-глазуньей. Невилл щедро залил свой коричневым соусом, а Гарри предпочел обойтись без приправ. — Римус прав, — изрек Невилл в перерыве между поглощением вытекающего желтка и пряного соуса. — Гермиона чересчур остро отреагировала на твои слова. Дело не в тебе, а… вообще во всём этом кошмаре, я полагаю. — Он поспешно сглотнул. — А сколько она знает? Гарри выждал секунду, чтобы снова установить купол тишины. — Я не рассказывал ей о пророчестве, — признался Гарри. — Ты единственный человек за пределами круга из Сириуса, Римуса и Берти Крокера, кто знает, что мне известны все подробности. Дамблдор в курсе, что я знаю о существовании пророчества, но он не догадывается, что мне дословно известен его текст. Невилл был потрясен. Его накрыло благоговейное чувство от осознания того, что именно ему первому так безоговорочно доверились. Гарри переменил позу и указал на него кусочком бекона: — Я рассудил так: если кто и заслуживает знать о пророчестве, так это ты. В конце концов… — Это мог быть я, — закончил за него Невилл, принимаясь за второй сэндвич. — А Гермионе и Рону ты собираешься рассказать? Гарри покачал головой: — Ты же сам видел, как она отреагировала. И это при том, что угрозы прилетают мне в любом случае. — Но она же с ума сойдет от обиды, когда узнает, что ты скрыл это от нее, — резонно заметил Невилл. — А как же Рон? — Я не знаю, — вздохнул Гарри. — Мне хочется им рассказать, и я знаю, что они поддержат меня без лишних вопросов. Но чем больше людей знает о пророчестве, тем выше вероятность, что вся эта история дойдет до Тома… Так что, скорее всего, нет. — Спасибо, что доверился мне, — искренне поблагодарил Невилл, прекрасно понимая, каким риском это было для Гарри. Он расправился со своим вторым сэндвичем и заставил Гарри доесть свой. — Что, вернемся к нашему бизнес-плану? Гарри согласно кивнул, и, покончив с едой, они направились в библиотеку. Римус устроился за письменным столом Пенни; свитки и книги были разложены вокруг него, напоминая полосу препятствий. Мальчики устроились в двух уютных креслах в углу и принялись обсуждать поставки зелий. Главная хитрость заключалась в том, чтобы собирать качественный урожай всех необходимых ингредиентов точно в срок. Объединив познания Невилла в Травологии и знания Гарри о магических существах, они сумели набросать вполне жизнеспособный план. Когда в библиотеку вошел Сириус, Невилл с удивлением осознал, что они просидели за расчетами несколько часов подряд. — Бродяга! — Гарри вскочил на ноги и рванул через всю комнату, чтобы тут же оказаться в крепких отцовских объятиях. Волна щемящей тоски затопила Невилла. Как бы ему хотелось… как бы хотелось… но с ним ничего подобного никогда не случится. Отец никогда не обнимет его вот так, а поскольку его крестного уже нет в живых, глупо было ожидать, что эту роль возьмет на себя кто-то другой. Он тяжело вздохнул и вдруг почувствовал, как на его плечо легла теплая ладонь. Римус сочувственно улыбался ему. — Сириус? — окликнул друга Римус. — Простите, что так долго, — отозвался Сириус. — Симеон и Анна передавали всем пожелания доброй ночи, они сразу пошли спать. — Что там произошло после нашего ухода? — нетерпеливо спросил Гарри. — Если честно, ничего особенного, — пояснил Сириус, жестом приглашая всех садиться. — Прибыли авроры, сфотографировали зеркало с угрозой, провели несколько криминалистических тестов, которые ожидаемо подтвердили, что это магия домовиков — будто мы сами этого не знали. Хилари рассказала, что вошла в уборную, увидела надпись и лишилась чувств от страха. Она была в полнейшей истерике; Дугласу пришлось отвезти ее в больницу Святого Мунго, чтобы ей выдали успокаивающее зелье и усыпляющий раствор. — Он утомленно потер лицо. — А в остальном… авроры допросили всех подряд, но никто не видел, чтобы кто-то заходил в туалет до Хилари. Никто не заметил ничего подозрительного, никто не сознался, так что… — Мы по-прежнему ни черта не знаем, — подытожил Римус. Сириус кивнул: — Люциус не упустил случая заявить мне, что вся эта выходка пахнет «гриффиндорщиной». Думаю, это был его изящный способ намекнуть, что бывшие Пожиратели смерти тут ни при чем — вы же знаете, большинство из них учились на Слизерине. Римус ошеломленно уставился на него: — Он что, намекал на Питера? — Нет, просто на кого-то другого, — ответил Сириус. — Хотя, если подумать, риск, на который пошел этот безвестный шутник сегодня вечером, и впрямь больше характерен для льва, чем для змеи. — Он поднял руку, пресекая лавину готовых сорваться вопросов. — Уже поздно. Невилл, Амелия остается ночевать в поместье, а твоя бабушка просила передать, что ты можешь остаться у нас, если ты не против. Невилл кивнул, обрадованный тем, что бабушка будет не одна, а значит, он не обязан немедленно возвращаться. — В таком случае мы просто обязаны вручить тебе это, — лукаво улыбнулся Римус и достал из ящика стола кусочек пергамента. Он протянул его Невиллу. «Господа Бродяга, Лунатик и Сохатик приглашают Невилла Лонгболтома в Гриффин-хаус, что на Поттер-лейн». Гарри просиял: — Блеск! Ну же, пошли домой! Невилл поспешил за воодушевленным Гарри к камину. Он отчетливо запечатлел адрес в памяти, когда перемещался вслед за Гарри и Сириусом. Гарри радушно поприветствовал его в доме, а Сириус сразу же отправил парней спать. Гарри быстро увлек Невилла вверх по лестнице, мимоходом устроив ему стремительную экскурсию по верхним этажам и показав свою комнату, после чего привел друга в спальню этажом ниже. Гарри щелкнул выключателем, и комнату залил мягкий желтый свет. Невилл с улыбкой осмотрел уютную спальню. В постельном белье и обивке кресла угадывались красно-золотые гриффиндорские акценты, но в остальном интерьер был выполнен в теплых шоколадно-коричневых тонах. Здесь стояли комод, платяной шкаф и письменный стол; над кроватью висела картина с изображением льва, а паркетный пол укрывал пушистый красный шерстяной ковер. Приоткрытая дверь вела в отдельную ванную комнату. На книжном шкафу под окном ровными рядами выстроились книги — немного магловской художки, но в основном массивные труды по Травологии. Невилл вопросительно взглянул на Гарри. Гарри робко улыбнулся: — Я подумал, что это могла бы быть твоя комната, когда ты будешь приходить в гости? Невилл просто не смог сдержаться — он расплылся в широкой улыбке: — Правда? — От этого жеста у него на сердце стало невероятно тепло. — Спасибо, Гарри. Гарри ухмыльнулся в ответ: — Доброй ночи, Невилл. Если что-то понадобится, просто позови Добби. Невилл зашел в ванную и обнаружил там аккуратно разложенные туалетные принадлежности и свежие полотенца, приготовленные специально для него. Он завершил свои привычные вечерние процедуры, а когда вернулся в спальню, на кровати его уже ждала пижама, а на прикроватной тумбочке стоял стакан воды. Быстро переодевшись в ночное, он погасил свет и забрался под одеяло. Какое-то время он просто лежал, уставившись в потолок, пока в его голове вихрем крутились слова пророчества. Это мог быть он. И, видит Мерлин, бедный Гарри — как же несправедливо, что выбор пал именно на него! Но с другой стороны, размышлял Невилл, в каком-то смысле даже хорошо, что это именно Гарри. Гарри был настоящим героем. Сильным волшебником, лидером (пусть и невольным, но всё же лидером) и, помимо всего прочего, просто отличным парнем. Возможно, он не совсем соответствовал тому образу Мальчика-Который-Выжил, какого волшебный мир ожидал увидеть в Хогвартсе, но его реальное воплощение вышло более чем достойным: человек, который спасает людей, рискует собой ради других и всегда находит в себе силы противостоять подонкам. И всё же Невилл прекрасно понимал, что сам Гарри с огромным удовольствием ушел бы в тень и жил в абсолютной безвестности. Он ненавидел повышенное внимание и косые взгляды. У Гарри были свои слабости и неуверенность; от природы он был немного застенчивым и очень скрытным. Совсем как сам Невилл. Сколько же у них поразительных сходств и различий, с изумлением думал Невилл. Как легко Волдеморт мог выбрать для нападения Лонгболтомов, а не Поттеров… и что тогда? Стал бы Невилл Мальчиком-Который-Выжил? Были бы сейчас живы родители Гарри, или, может, это Поттеры оказались бы в больнице Святого Мунго? Невилл прикусил губу. Статус Мальчика-Который-Выжил и без того лежал на плечах Гарри чертовски тяжелым бременем. То, что он однажды уже одолел Волдеморта, заставляло людей автоматически ждать, что он сделает это снова. Но всё станет еще хуже, если люди узнают полную правду и суть пророчества откроется… Что ж, Сириус абсолютно прав, твердо решил для себя Невилл. К черту пророчество. Гарри вовсе не обязан сражаться в одиночку. Пусть Невилл и не был Мальчиком-Который-Выжил, но благодаря новой палочке и терпеливым наставлениям учителей за это лето его магия крепла с каждым днем. Он вверил свою палочку служению Гарри, и, клянусь Мерлином, Гарри получит эту помощь. Он был другом Гарри и его названым братом. Гарри больше не останется один. Урегулировав этот вопрос с самим собой, Невилл закрыл глаза и провалился в сон.