Песнь Свободы

На город опустилась ночь, но он все еще сиял благодаря фонарикам, что запускали празднующие жители гавани; они легко парили высоко в небе, и сложно было отличить их от звезд, устилавших небосвод. Дневная жара спала, и Венти чувствовал себя лучше. Идя вслед за Чжун Ли, он то и дело поднимал голову вверх, прижимая к груди книгу. Фонарики завораживали, хотелось забраться куда-нибудь повыше и любоваться ими, попутно сочиняя новую мелодию или стихотворение, но пришлось отбросить эти мысли: они почти пришли к выставке. Спускаясь к украшенному причалу, что так и пестрел от обилия цветов, от ряби в глазах Венти невольно обернулся в сторону. Глаза его зацепились за четверку людей, что никак не походили на жителей Ли Юэ. Конечно, он знал, что на праздник съезжались люди из других регионов, но именно в них Венти показалось что-то странное, и не успел он подумать, как вся четверка, кажется, заметила его. — О, кажется, мы столкнулись с яксами, — Чжун Ли встал чуть ближе к Венти и помахал им рукой. — Ого… Значит, тот твой пьяный бред был вовсе не бредом, — Венти не знал, стоит ли вообще на них как‑то реагировать: рядом были люди, и это могло привлечь внимание, которого он так не хотел. Хватит ему сегодняшнего дня. Чжун Ли недовольно пихнул его локтем в бок. — Не бред это был, всё же хорошая идея была позаимствовать у Сянь Юнь её новую наработку. — Позаимствовать? Ты же не без спросу у неё её взял? — Это мы уже обсуждать не будем, — Моракс чуть качнул головой и старался не смотреть на Венти. Ну, конечно, он её не спросил, стал бы он спрашивать! Видимо, госпожа Хранительница Облаков была настолько занята, что этот старый дракон не додумался дождаться её, — подумалось вдруг Венти. Как бы это не стало очередной головной болью. — Если бы ты не сказал мне, может быть, я и не понял бы, что на самом деле им это важно. — Это благодарность, что ли? — прикрывая рот рукой и улыбаясь, произнёс он. Пока хранители всей своей кучей спускались вниз по лестнице, Венти то и дело старался как можно меньше отвлекаться на них. — Здравствуйте, господин Барбатос! — радостно воскликнула Индариас, уже первой из всех подбегая к двум божествам. Её яркие, как пламя, волосы теперь были обыкновенного русого цвета, а глаза напоминали водную гладь. Поправив простенькое платье, она остановилась перед ними. Остальные яксы выглядели так же просто. Венти даже показалось, что он не чувствует их энергии, которую источали все адепты. Интересные изобретения всё‑таки были у Сянь Юнь — иногда даже полезные. Венти лишь кивнул в знак приветствия — всё же совсем отстраниться было как‑то некрасиво. — Индариас, — о, так, значит, это был её голос, — подумалось ему, как только он услышал голос Моракса слева. — Не ожидал, что мы так быстро встретимся. — Спасибо вам большое! Я ещё никогда не видела главное украшение так близко, а ещё тут так вкусно готовят! — тараторила невпопад Бонанас, стоявшая по правую руку от Басациуса. Венти понял, что это он, только из‑за роста и телосложения — кажется, его это устройство изменить не могло. — Всё в порядке? Вас никто не узнал? — засуетился вдруг Моракс, чуть оглядываясь и надеясь на то, что их никто не потревожит. — Всё хорошо. Жаль, конечно, что Сяо всё‑таки не пошёл с нами, — раздосадованный голос Бонанас привлёк внимание Венти. Видимо, даже друзья его не переубедили. Что ж, оставалось надеяться на то, что Сяо сейчас в порядке. Сбоку уже начинал толпиться народ. Паром, на котором происходила выставка, должен был вот‑вот причалить к берегу и впустить к себе заинтересованных людей, которые от нетерпения чуть ли не залазили друг другу на головы. — Думаю, если мы не поторопимся, то и смотреть будет не на что, — привлекая к себе внимание, Венти надеялся, что его услышали. Моракс лишь обернулся, складывая чёрные как смоль руки с тонкими нитями вен, окрашенных в плавящееся золото, на животе, и слегка наклонился к яксам, которые, словно малые дети, ждали, что же им расскажет мудрый взрослый. — Вам не стоит тут задерживаться, отправляйтесь дальше. Как праздник закончится, я обязательно свяжусь с вами. И как только адепты скрылись из их поля зрения, Чжун Ли побрёл к причалившему парому, который качался на волнах. Ступая вверх по лестнице, Венти то и дело засматривался на виднеющиеся артефакты, скрывающиеся за стеклянным куполом. Сразу вспомнилась его корона, что так и осталась одиноко стоять в его покоях. Видимо, он пропустил мимо ушей то, что говорил организатор выставки, в то время как Чжун Ли слушал и внимал каждое его слово. Не то чтобы Венти это волновало, не особо-то его и интересовало то, как добывались артефакты, что представлены его взору. Знал же, что организаторы вместе с владельцами думали только о том, за сколько бы продать эти вещи, а рассказ одного из них подпитывал интерес потенциальных покупателей еще больше. Но не Венти: если его что-то да и заинтересует, он сам найдет информацию о том или ином предмете. Слоняясь между выставочных полок, он то и дело разглядывал разную утварь, осколки украшений, что изумрудами сияли в свете фонарей, освещавших паром, обрезки ткани и остатки картин, что некогда пестрили яркими красками в доме какого-нибудь чиновника, а сейчас выглядели больше как помятый кусок использованной бумаги, нежели тем, чем она была раньше. Может, он уже и пожалел, что сюда пришел: ничего его не интересовало, а Чжун Ли, который его сюда и притащил, сцепился языками с каким-то противным на вид мужичком, что пытался подмазаться к божеству. — Вижу, вы не совсем заинтересованы данной выставкой, — подошедший к нему молодой мужчина, что выглядел взволнованным. — Что вы, я очень рад посетить это место, — Венти солгал, радость от посещения уже испарилась, словно ее и не было. Он думал, что увидит что-то по истине интересное, но пока что увиденное вызывало лишь скуку. — Правда, — он небрежно прокрутил кисть руки в воздухе. Второй рукой он все так же прижимал к себе книгу. Видимо, стоило ее хотя бы спрятать, но думать об этом уже явно не хотелось. — Похожее нечто я могу увидеть и в других уголках Тейвата. Может быть, у вас есть что-то более интересное? Видя, как мужчина чуть ли не бледнеет, Венти уже пожалел о сказанных словах: стоило подбирать выражения. Всё же, перед ним обычный человек, а он, как божество, чуть ли не принизил все его старания, и не только его, видимо. Мужчина тут же воровато начал оглядываться, ища что-нибудь стоящее, по мнению божества. На глаза попадались лишь те экспонаты, кои Венти не оценил. Наблюдать за жалкими потугами организатора ему надоело. — Не волнуйтесь, думаю, я найду на вашей выставке то, что приглянется мне, — видя, что Чжун Ли уже какое-то время одиноко слоняется между витрин, он лишь сдавлено извинился и ретировался поближе к дракону, чей хвост недовольно елозил по полу. — Какая тягомотина! По твоему рассказу я-то думал, что тут что-то интересное будет, — первое, что вывалилось из его рта, когда он встал рядом с Мораксом. — Неужели ничего тебе не понравилось? — тот лишь аккуратно проводил когтистым пальцем по одну из застекленных витрин, что скрывали аккуратную вазу. — Я такое видел и не раз, думаю, даже что мог видеть это, когда они еще не были скрыты под витринами. Чжун Ли лишь сдержал улыбку. Забавно, он ведь тоже за всю свою длинную жизнь повидал немало, но всё равно с энтузиазмом ходил на подобного рода выставки. Знал же, что рассказчики, как обычно, будут говорить то, что услышали у других, и приукрашивать историю так, чтобы народ был более впечатлён и, может, даже приобрёл что-то. — А мне вот интересно, я даже приобрёл себе пару вещей, — указав на одну такую в дальнем углу, что как будто специально была скрыта от посторонних глаз. Венти с любопытством его разглядывал: в свете луны переливалась статуэтка. Правда, часть её была сломлена, но от этого она не потеряла своей красоты. Прекрасная дева с длинными волосами стояла, подняв руки вверх, будто просила что-то или кого-то. Аккуратную фигуру украшало ханьфу. Венти даже разглядел узоры облаков на её подоле и рукавах. Удивительно, ведь на нём была изящная накидка с таким же узором. Небольшие каблуки, что выглядывали из-под полов одежд, волосы, что были убраны шпилькой… Жаль, узор был испорчен. А плечи скрывала вуаль, что, подобно ветру, колыхалась за её спиной. Интересные у Моракса предпочтения: обычно такие вещи он и скупал. — Говорят, ее сделал один мастер, в чьем роду ходила молва о прекрасной деве, что спасла его предка, — взгляд ослепительного золота опустился на руки Венти, только сейчас он заметил книгу, которую так рьяно желали спрятать. Венти аж похолодел: неужели это и впрямь была она? Только подойдя на еле гнущихся ногах поближе, он снова начал в нее всматриваться, гоняя в голове тревожные мысли. «Ну не может быть такого, что за один день он узнал столько всего! Проклятая книжка! Был бы он сейчас спокоен, если бы не нашел этот магазин, не увидел эту книгу и не решился ее забрать?» Хотелось выкинуть ее прямо за борт. — Всё спросить хочу: откуда ты эту рухлядь достал? — легонько пихнув его ноги хвостом прося подвинуться, Моракс встал рядом. — Я уже жалею об этом. Не думаю, что тебе это может быть интересно. Моракс лишь протянул руку, молча прося дать ему книгу. Венти не стал сопротивляться, лишь всучил ему её, говоря, что пусть сам разбирается, а ему хочется проветрить голову, — и ушёл, оставив дракона стоять в одиночестве. Только он хотел спуститься, как внимание его привлекла ширма, что скрывала один из экспонатов. Поразмыслив, он всё же решил разглядеть его получше, как тут же к нему подскочил тот самый организатор, которого Венти чуть не довёл до сердечного приступа одним своим высказыванием. — О, я вижу, это вас заинтересовало, — чуть ли не в ноги падая, протараторил он. Венти начало это немного раздражать. Отодвинув ширму, его взгляду предстал осколок с полумесяцем на конце, что бирюзой сверкал среди таких же кусков, но только поменьше. Тот, что зацепил его взгляд, выглядел более массивно. Видимо, это была нижняя часть того, что осталось от этого нечто. Непонимающе он повернул голову к организатору. Тот, лишь видя заинтересованный блеск в глазах божества, сразу же засиял, как новенькая мора на солнце. — Это нефритовая инсигния, добытая в разломе. Раньше это была часть зонта, правда, сохранилась только ручка от него, — Венти видел, как тот нервно теребит край рубахи. «И зачем столько суеты? Будто он его сейчас съест», — мелькнуло у него в голове. — Если хотите посмотреть, — полностью отодвинув ширму, он пропустил Барбатоса вперёд. Странно, что она не скрыта под стеклянным куполом, как другие. Видимо, организаторы решили, что ширмы будет достаточно. Венти, взмахнув рукой, потоками воздуха приподнял осколок, что так завораживающе сверкал в свете луны. Он казался темнее. Аккуратно подтянув его к себе, Венти почувствовал вес сего предмета: камень отдавал прохладой, а неровные края так и норовили полоснуть нежную кожу. Но только он захотел положить его на место, как тут же почувствовал резкую боль в голове — будто огрели его чем‑то тяжёлым. Веки налились свинцом, и его повело в сторону. — Господин, с вами всё в порядке?! — встревоженный голос привлёк внимание Моракса. И, повернув голову, первое, что он увидел, — это Венти, сжимающего в руке инсигнию и держащегося за стол, стараясь не упасть на пол. Ему стало не по себе: он знал, что держит в руке Бог Ветров, а то, что он прочёл в книге, которую ему тот всучил, сразу дало понять — серьёзность ситуации набирала обороты. Переметнувшись на другой конец парома, он подхватил уже обмякшее тело Венти. «Не справился всё‑таки…» — и от этого осознания легче не становилось.

***

То ли сон, то ли наяву это было — он точно не знал, но видел перед собой только печать Моракса, что искусно была наложена снаружи пещеры. Он понял это, когда огляделся: и правда, пещера. Грубые серые камни отражали сияние, исходившее от печати. Золото заполонило всё вокруг. Впереди был коридор, что в конце источал свет, но уже другой — не такой, как от печати. Выбора не было — пришлось идти всё дальше от входа в пещеру. Было не по себе: чем ближе он подходил, тем ярче казался свет. И, выйдя в просторное помещение, он понял, что свет этот исходил от тлеющих свечей, что покачивались. Хотелось бы думать, что от ветра… Но какой ветер в наглухо закрытой пещере? Свечи освещали то, что он никак не ожидал увидеть — и, наверное, даже не хотел: длинный постамент, на котором лежала девушка. Каково же было его удивление, когда он начал понимать, кто это, подходя ближе. Белые волосы, что небрежно, словно специально, были раскиданы и свисали ручьями с постамента, шпилька в виде циферблата одиноко валялась где‑то рядом, запутавшись в волосах. Бело‑жёлтое ханьфу с узорами облаков было тем, что скрывало её нагое тело от постороннего взора. Венти отвернулся. Этот бред — всё, что тут происходило, — казалось ему дурным сном, не более. Сердце готово было вырваться, переломав все рёбра, из грудной клетки; от страха сводило всё тело. И он с трудом вновь присмотрелся к ней. Только сейчас он заметил изящный веер, что покоился в руках незнакомки, и то, как вздымалась её грудь. Дышала… Она дышала — значит, не мертва… Но почему… Почему она спит тут, в пещере, что заперта печатью Гео Архонта? Что такого она сделала, что теперь лежит тут, спрятанная от всех — от людских глаз, от яркого неба, от взора богов? И почему именно он оказался в этом месте? Захотелось сбежать — но куда? Не важно. Главное — покинуть это место и никогда о нём не вспоминать. Развернувшись, он зашагал дальше от постамента — назад к выходу. И только он переступил порог комнаты, оказавшись в коридоре, как вдруг услышал нежный, словно серебряные колокольчики на морозном ветру, голос, что выдавал сонливость своей хозяйки. Вот тут он и замер: не ожидал услышать этого от той, что пару мгновений назад тихо дремала, лежа словно мёртвое тело в гробу. — Кто ты? — снова Венти услышал её. Растерянность в голосе не делала ситуацию лучше. Обернувшись, он увидел, как девушка села: волосы водопадом струились по её плечам, руки были сложены на коленях, а белая вуаль скрывала плечи. Хрупкая на вид фигура… Но Венти знал, что это всего лишь напускная невинность. Что‑то сильное таилось в глазах, смотревших на него словно хищник на добычу. И быть добычей Венти явно не нравилось. Она ждала ответа, а он растерял все слова, что крутились в его голове. Страшно было думать о том, что он остался с ней один на один — без возможности сбежать. А сбежать хотелось и очень сильно. Возможно, он бы сейчас отдал всё, лишь бы оказаться в родном Мондштадте, под боком у магистра Ордо Фавониус, и, желательно, больше не ввязываться во что‑то подобное. Но он всё ещё стоял тут — среди кучи свечей и девушки, что неотрывно сверкала ясным небом напротив. Такие же яркие глаза, как и у него самого… Забавная схожесть, что заставляла Венти холодеть. — Венти, — только это вырвалось из его рта. Что ещё ответить, он не знал — да и нужно ли это вообще? — Интересно… Меня тут не навещали столько лет. Как ты сюда попал? — голос не звучал враждебно, но напряжение это не унимало. А он и не помнил, как попал в это место. Кажется, он увидел инсигнию, взял её в руки — и всё. Как будто он потерял сознание. Кажется, так оно и было. Неужели это всё сон? За весь день он столько раз слышал о девушке с белыми волосами, превращающейся в изящную кобылицу, что теперь его мозг, будто издеваясь, подкидывал ему всё то, о чём он узнал за этот длинный день. — Я, кажется, потерял сознание и очутился здесь… — звучало как бред. Ужасно. — Вот оно что, — девушка лёгким движением руки раскрыла веер и чуть прикрыла им лицо. Интересные манеры. — Моё имя — Цзы Цзю. Приятно познакомиться, Венти. Теперь она не казалась враждебной — скорее более умиротворённой. Может, испугалась, что внезапно её обитель посетил незнакомец? — Почему ты тут? — Венти нервно теребил рукава рубашки. Он всё ещё нервничал. — Да ещё и под печатью Моракса? — Видишь ли, Венти, я тут уже так давно, что и не помню ничего из того, что было до того, как я сюда попала. Сколько бы я ни пыталась выбраться, мне не удавалось, и я смирилась со своей участью узницы этой пещеры, — откинувшись чуть назад, она облокотилась на руку, что не была занята веером, и прищурилась. — Здесь не так уж и плохо, даже наоборот — спокойно и тихо, — хитро взглянув на него, она сильнее прикрыла лицо. — По крайней мере, было… до сегодняшнего момента. Венти казалось, что его упрекнули. Но не успел он и слова сказать, как тут же его поманили к себе. И почему‑то, без колебаний, он пошёл ближе к Цзы Цзю, которая вытянула перед ним ладонь, от чего рукава ханьфу сползли вниз, обнажая худое предплечье. — Ты не должен был находиться тут, но, кажется, ты открыл нечто важное. Я думаю, тебе предстоит ещё многое узнать. Но не думаю, что Моракс будет рад этому, — увидев округлённые глаза Барбатоса, она лишь похихикала и продолжила: — У каждого есть секреты, и он не исключение. Но я надеюсь, ты сделаешь правильный выбор. Венти долго сверлил взглядом её руку. И когда всё же решился положить свою ладонь на её, белый свет заполонил всё пространство. А он всё смотрел на два голубых озера, что плескались во взгляде Цзы Цзю.

***

Сознание возвращалось к нему отрывками. Когда он понял, что его трясут за плечо, глаза предательски не хотели открываться — лишь лучи солнца пробирались сквозь сомкнутые веки. А тот, кто его звал, видимо, не собирался останавливаться. Жмурясь от света, он пытался открыть глаза, слезящиеся так некстати. Неприятно сводило тело, будто от усталости, и ещё этот голос, что никак не давал сосредоточиться на том, чтобы прийти в себя. Такое поганое пробуждение у него бывало нечасто — только когда он решался устроить забег по всем тавернам Мондштадта и Тернового порта вместе с половиной рыцарей Фавония во главе с магистром. — Венти, ты как? — Моракс, ставший одним из факторов его пробуждения, сидел рядом, аккуратно тряся его за плечо. — Голова… болит, — только выдавив из себя это, он потянулся рукой, чтобы протереть лицо, — и тут же увидел всё ту же нефритовую инсигнию, что сжимал в ладони. Отведя взгляд, он осмотрелся. Кажется, его отнесли в комнату Моракса — точнее, уж Гань Юй. Но вряд ли это сейчас его волновало. — Кажется, я украл это… — Но услышал лишь смешок сбоку. — Не страшно. Если что, ты можешь вернуть её организаторам потом. — Нет, — Венти прижал её к груди. Не отдаст он её никому теперь уж точно. Выкупит — да, но уж точно не отдаст. Не после того, что он увидел. Моракс тут же изменился в лице — тревожно было видеть его таким, даже слишком. — Разве не из‑за неё ты упал в обморок и провалялся так до утра? — Не важно. Я… уже не смогу это отдать, — хотелось узнать всё прямо сейчас, устроить допрос Мораксу о том, что за девушку он запечатал в пещере и почему именно Венти смог связаться с ней. — Полагаю, если ты всё же решил её оставить, то и вопросов у тебя немало. Извини, друг, но рассказать тебе об этом я не в праве. Может, если ты сам захочешь, то найдёшь ответы на вопросы. Но сейчас я не могу тебе ничего сказать. Так и знал, что он замешан в этом. Даже обидно стало: называет его другом, а сам хранит какие‑то секреты. Но так просто он сдаваться не собирается. Цзы Цзю сказала, что надеется на его правильный выбор, — и поэтому он его и сделает. Высвободить её казалось тем, что нужно сделать, и без разницы, за что её заперли одну на многие годы. Она выглядела несчастной, боялась, быть может, и оттого выглядела враждебной. — Как скажешь, — в голосе его было равнодушие, не более. — Помощи, как и, видимо, объяснений, я не дождусь, так что разберусь сам. — Но теперь он стал тише, может, совсем грустным. — А может быть, позже ты мне расскажешь хоть что‑то. Мы же друзья так давно, что и не счесть. Надеюсь, как твой друг, я заслуживаю хоть каплю честности. — Я… постараюсь, правда, но пока не могу, — грустно было от этого. Может, он бы и рассказал, да вот только идти поперёк тех, кто был выше его, страшно. Но он что‑нибудь обязательно придумает. Венти, спрятав в кармане инсигнию, свесил ноги с кровати и потёр руками лицо. Провалялся до утра без сознания, но так и не отдохнул — ужасное чувство. — Как там адепты? — чтобы разрядить гнетущую обстановку в комнате, он решил задать вопрос, на который тот точно знал ответ. — В порядке. Сейчас они должны были отправиться в Цинцэ, кажется, Сяо туда их позвал, — лишь невесело улыбнувшись, Моракс покачал головой. — Сянь Юнь, наверно, уже догадалась о том, что я забрал её изобретения и отдал яксам. Думаю, скоро меня ждёт скандал. — Почему‑то я даже не удивлён, — встав, Венти сложил руки над головой и потянулся. Мышцы приятно ломило, отчего он лишь вздохнул и направился к выходу. — Спасибо, что не бросил там, но, думаю, мне пора. Найти бы ещё того мужчину… — Я бы не смог тебя там оставить, — Моракс поднял взгляд на Венти, который уже стоял в дверном проёме. — Книгу оставь себе, не хочу её брать с собой. Если уж понадобится, то я её заберу. И с этими словами он растворился в лёгком утреннем ветре, оставляя за собой шлейф недосказанности и грусти.