Do You Think I Could Be Redeemed?

***

— Нас…нас атакуют! — Спасайся кто может! — Мы все умрём! Ещё минуту назад Чарли сидела в своей комнате, сосредоточенно наморщив лоб, и аккуратно заворачивала подарок, лежавший на столе. И вот за дверью раздаётся хор криков, а затем - повторяющиеся отчаянные удары в парадную дверь отеля. — Вегги…? - с тревогой в голосе произнесла она, разворачиваясь на стуле и глядя на свою возлюбленную, стоявшую с копьём в руке. Она пошатнулась от очередного удара, и падший ангел поддержала её, чтобы она не упала. Чарли тоже пришлось встать на ноги. — Держись за мной, - предупредила ангел, и Чарли кивнула, чувствуя, что ситуация требует безотлагательных действий. Они взялись за руки и, переглянувшись, вышли из хозяйской спальни. Грешники всех мастей и размеров метались по коридорам отеля, как гарпии. Некоторые хватали свои вещи, отчаянно пытаясь выбраться до того, как здание будет разрушено. В царящем хаосе царила паника, некоторые грешники забирались друг на друга, чтобы занять более выгодную позицию в погоне за спасением. Несмотря на то, что здание сотрясалось от взрывов, как при бомбёжке, по сравнению с тем, что происходило внутри, это казалось ничтожным. — Все, пожалуйста, успокойтесь! - кричала Чарли во весь голос, подталкивая Вегги вперед, в гущу паники. — Успокойтесь! Я уверена, что это не нападение! — Это оно! - в отчаянии крикнул ей один из грешников, изо всех сил пытаясь пробиться сквозь толпу к выходу. — Это Вокс! О-он пришел, чтобы убить нас! Грешник бросился бежать, даже не взглянув на принцессу, и стал проталкиваться сквозь толпу. Но если бы он обернулся, то увидел бы, как при упоминании этого имени обе хозяйки заметно побледнели. Чарли резко обернулась к своей партнерше, приоткрыв рот. Лицо ангела было не лучше, но ее брови сошлись на переносице в гневе, а копье в руке стало еще более уверенным. Не теряя ни секунды, они бросились бежать по коридору в сторону вестибюля. Треск и ударная волна, словно от взрыва гранаты, сотрясли вестибюль отеля, и вся посуда, стоявшая на столах, и посетители, стоявшие рядом, попадали на пол. Стук, похожий на звон колокола, повторялся в бешеном ритме, словно кто-то за порогом был полон решимости выломать дверь. Из-за суматохи в вестибюле оказалось много грешников, которые бросились к выходу, но быстро растеряли боевой дух, когда поняли, что ударная волна исходит от самой двери. Толпа выстроилась полукругом вокруг входной двери, оставив проход. Многие попятились, хватая свои вещи и пытаясь найти выход через окна, стены, порталы. Чарли тяжело дышала, пот стекал по ее лицу, пока она оглядывала толпу. Она так крепко сжимала руку Вегги, что боялась, как бы та не сломалась. В воздухе проплыла тень размером с дом, отпрянула назад и снова бросилась на входную дверь отеля. По стеклу входной двери поползли трещины, дерево застонало от повторяющихся ударов. И хотя грешники сбились в кучу, охваченные ужасом, среди них явно не было явного лидера. Чарли отчасти испытала облегчение... — В-все, не нужно паниковать! - снова начала она, проталкиваясь сквозь толпу на полуоткрытое пространство. Вегги по-прежнему была рядом с ней. Она развернулась лицом к толпе, прислонившись спиной к стене, с искренним выражением лица. — Я уверена, что это просто ещё один грешник, который хочет искупить свои грехи и устроить шумное представление! Так что давайте просто… Дерево за спиной принцессы с треском разломилось, и тут же посыпались осколки стекла и лопнувшие лампочки. Вегги резко потянул принцессу на себя, и ангел оттащила их обоих от двери, когда с потолка посыпались деревянные балки. Прикрываясь крыльями, как щитом, Вегги прижала свою спутницу к груди, и ее крылья приняли на себя большую часть волны пыли, которая накрыла отель, вызвав не менее громкий крик ужаса в толпе. Когда пыль улеглась и грохот наконец стих, они выглянули из-за крыльев, чтобы увидеть, что происходит, и застыли в ужасе, разинув рты и вытаращив глаза. Нет, это был не Вокс, как многие подумали. Но, возможно, не менее устрашающая роботизированная акула, роботизированная акула Вокса, уставилась на толпу в вестибюле отеля. Её красные глаза сканировали собравшихся, а на морде застыла зубастая ухмылка, напоминающая оскал его отца. Механизмы робота жужжали, пока он пробивал дыру в стене отеля, и из его глотки вырывалось рычание, когда он придвинулся ближе к зданию, отчаянно выискивая что-то... Наступившая тишина тут же сменилась истерикой, когда многие постояльцы снова бросились врассыпную. Хотя речь была в основном бессвязной, слова «Это он!» и «Он пришел, чтобы убить нас!» были достаточно различимы, чтобы составить мнение большинства. Сердце Чарли бешено заколотилось, паника сковала плечи, когда она перевела взгляд с мечущихся грешников на акулу-демона, которая по-прежнему бездействовала, разглядывая жителей. Она с трудом поднялась на ноги, отчаянно пытаясь придумать, что делать. — Все сюда! - тщетно кричала она, едва слыша собственный голос из-за шума. Другие, не столь напуганные существом, проталкивались сквозь толпу, хватаясь за оружие, чтобы сразиться с монстром. Вегги, например, встала перед своей принцессой, направив на него копье, и с ее губ сорвалось рычание. Однако падший ангел почувствовала, как наконечник копья опустился вниз, когда на него легла чья-то рука - красная с темными прожилками. — Ну-ну, дорогая, не думаю, что этим ты сможешь причинить ему вред. Одновременно страх и облегчение охватили принцессу, словно одеялом. Она перевела взгляд с руки, лежащей на копье, на руку покровителя и увидела Аластора. Несмотря на то, что он стоял к ней спиной, Чарли не могла не заметить, как он оживился при виде неожиданного гостя, появившегося в дверях. Неожиданный гость перевел взгляд на мужчину в красном, и его ухмылка стала еще более кислой, когда на лице появилось узнавание. Напевая себе под нос, Аластор прошел мимо двух хозяев, вертя посох в пальцах правой руки. При виде радио-демона все жители отступили в безопасное место, к толпе. По коже Чарли побежали мурашки, они покалывали предплечья, бицепсы и даже затылок. Она поднесла руку к лицу и увидела, что ее волосы встали дыбом, а вокруг электроники в вестибюле зазвучали потрескивания, похожие на статические разряды. Вегги тоже ощутила это, она почесала бровь и руку, пока в воздухе потрескивали синие электрические разряды. Аластор сделал еще один шаг вперед, и тени у его ног сгустились. Он поднял посох, целясь в существо, и монстр бросился на демона. Внезапно между ними вспыхнула молния, ударившая в люстру в вестибюле. Она ударила в пол, и от нее по всему помещению прокатилась ударная волна. В унисон с внезапным вздохом толпы все помещение окрасилось в ярко-голубой цвет. Аластор расставил ноги пошире, и его потащило по ковру под натиском волны. Там, где электричество ударило в пол, поднялся столб дыма, и комнату наполнил неприятный запах горелого ковра и кожи. Губы Аластора растянулись в ухмылке. И когда дым начал рассеиваться и выходить через дыру в стене, толпа в ужасе отпрянула при виде еще одного человека, стоявшего в вестибюле. Вот ты где. Сгорбившись и тяжело дыша, Вокс стоял между радио-демоном и роботизированной акулой. Золотистые электрические разряды искрились на его запястьях и торсе, а вокруг них было голубое свечение. Одежда на нем была в беспорядке, лицо искажено от боли. Повелитель медиа выглядел так, будто только что вышел из очередной битвы, но не мог пропустить шоу, которое разворачивалось в вестибюле. От его запястий исходил обжигающий звук, а сами они дымились. Вокс стоял между двумя противниками, слегка наклонившись в сторону, и смотрел на каждого из них по очереди. Паника охватила Вокса, как чума. Усталость в сочетании с тревогой едва не повалили его на пол. Но сейчас было не время - его внутренние вентиляторы работали на пределе, пока он приходил в себя. Повернувшись на месте, повелитель медиа повернулся к роботизированной акуле. Но внезапно он захрипел, когда существо бросилось на него, прижав морду к его груди. Едва удержавшись на ногах, Вокс не стал отвечать взаимностью, а лишь проглотил свой страх и встал перед глазами акулы. «БЕГИ! - отчаянно прошептал он, прижимаясь когтями к ростру акулы и отталкивая ее назад. — Он тебя убьет, убирайся отсюда!..» Что-то холодное и плотное обвилось вокруг его талии, трижды обвилось вокруг торса и крепко сжалось. От давления у него перехватило дыхание, и он выпустил своего питомца из рук, когда сила внезапно толкнула его назад. Давление ослабло, но он продолжал двигаться по инерции, пока не врезался в соседнюю стену лопатками. От удара на поверхности образовался кратер размером с его рост, а пыль от удара попала в динамики. Еще один луч тени метнулся вперед, обвился вокруг его горла и прижал его к стене. Вокс потянулся к призрачной змее, пытаясь ухватиться за нее силой, но та выскользнула у него из рук. — Ну надо же, ты сегодня не в лучшей форме, да? - насмешливо протянул Аластор, хихикнув. Его лицо растянулось в широчайшей улыбке. Он лениво шагнул вперед, поигрывая посохом, явно забавляясь происходящим. Шок.Вейв, увидев, что его отца приковали к стене, оскалился и бросился вперед. По крайней мере, так бы он поступил, если бы из-под земли не вырвались десятки теневых лучей, окруживших зверя и пригвоздивших его к ковровому покрытию отеля. Акула завыла, извиваясь и кусая путы, а они один за другим отрывались от проводов, разрывая металлические листы. «ШОК.ВЕЙВ!» - беззвучно взвыл Вокс, тщетно пытаясь оттолкнуться от стены. Его взгляд был прикован к питомцу, а экран мерцал из-за статического шума, из-за чего разглядеть что-либо было практически невозможно. Однако обзор полностью закрывал приближающийся радио-демон, и его лицо, хоть и сияло от радости, всё же было слегка растерянным. — В чём дело, Вокс? Всё ещё нечего сказать? - поддразнивал Аластор, но в его голосе слышалось явное разочарование, которого раньше не было. Несмотря на то, что радио-демон стоял прямо перед ним, улыбался и грозился сломать ему шею, Вокс не проронил ни слова. Аластор хохотнул, ослабил хватку на его шее и прижал руки повелителя к бокам той же нитью тени. —Слишком горд, чтобы молить о пощаде? ОТПУСТИ ЕГО Радио-демон моргнул, увидев внезапно появившиеся субтитры, которые вспыхнули на экране повелителя медиа и продержались не больше секунды. Они сопровождались тошнотворным золотым свечением, исходившим от его запястий. Вместо того чтобы увидеть на лице Вокса ярость, искажённое от гнева лицо, Радиодемон увидел смертельный ужас - возможно, не за себя, а за своего извивающегося питомца, которого в этот момент разрывали на части. Вокс тяжело дышал от волнения, отчаянно пытаясь вдохнуть, несмотря на давление. И, кажется, впервые Аластор заметил, что с его губ срывается лишь дыхание. Ни оскорблений, ни ругательств, ни даже стонов от боли - как будто он не мог ничего сказать. Любопытство терзало радио-демона, сбитого с толку тем, что повелитель медиа до сих пор не издал ни звука. Поэтому он усилил давление. Вокс продолжал хрипеть, его лицо исказилось от боли, пока он хватал ртом воздух. Сильнее. Его зубы плотно сжались, а ребра хрустнули. И сильнее. Вокс открыл рот, захлебнувшись слюной. Он словно кричал, но не мог издать ни звука, потому что был отключен. Но на его экране не было никакого символа, указывающего на это. Полная и абсолютная радио-тишина. Но это было не единственное, что его выдавало. Там, где воротник его рубашки смялся от удара, виднелась шея, покрытая золотистыми трещинами, которые спускались вниз по горлу и исчезали под рубашкой. Аластор прищурился. Что, черт возьми, с ним не так? — Аластор, остановись! Голос принцессы Морнингстар прервал эту сцену. Она стояла прямо за радио-демоном, который лениво повернулся на звук ее голоса. Ее лицо было ярко-красным, по щекам стекал пот, пока она шла к двум повелителям. Аластор усмехнулся, мило улыбнулся ей и солгал сквозь зубы: — Дорогая Чарли, в чем дело? Он ворвался в отель со своей мерзкой шавкой и набросился на всех! Я уверен, что он хотел причинить кому-то серьезный вред. Толпа перепуганных зевак, многие из которых едва сдерживали рвотные позывы, была согласна с тем, что с Воксом надо покончить. Чарли, напуганная шумом, глубоко вздохнула и сделала еще один шаг вперед. — Он не хотел! И он здесь не для того, чтобы создавать проблемы! Я... я уверена, что его, э-э, питомец просто был рад его видеть! — Ну, это довольно смелое заявление, моя дорогая, - протянул Аластор, наконец-то повернувшись к принцессе лицом, но по-прежнему не сводя глаз с грешника. Он неопределенно махнул рукой в сторону сопротивляющегося медиамагната. — Ты забыла, сколько горя он принес всего месяц назад? Он хотел уничтожить Небеса и забрать с собой жизни многих юных грешников. Зачем еще ему было появляться здесь, если не для того, чтобы молить о... - он замедлил речь, произнося слова по одному, — ...медленной, мучительной смерти? Его слова, пусть и ненамеренно, пробудили в ней чувство вины, которое глубоко засело у нее в душе. Люди, даже сам Вокс, снова и снова повторяли ей, что медиамагнат давно должен был умереть, без разговоров. И по мере того, как все больше людей высказывали свое мнение, уверяя ее, что сложившаяся ситуация неправильная, в ее душе росло сомнение. На мгновение ее взгляд скользнул по измученному, обессилевшему Воксу, чьи зрачки по-прежнему были прикованы к акуле, которую разрывали на части. Он извивался, дрыгал ногами в воздухе, пока его окружала электрическая аура, удерживавшая его на месте, но ничего не могло помочь ему выбраться из затруднительного положения. Таким напуганным она видела его только на полу в Зале суда. До этого момента она и представить себе не могла, что Вокс может быть напуган. Маска, скрывавшая его истинное лицо, спала, и весь его страх был написан на экране. — Потому что… - начала она, но запнулась, осознав всю важность того, что собиралась сказать. Она поджала губы. — …он здесь, чтобы искупить свою вину. Гости отеля потрясенно ахнули, кто-то прикрыл рот рукой, кто-то схватился за стены, пытаясь осознать услышанное. Лучи, пронзавшие роботизированную акулу, тут же прекратились. Однако медиамагнат не выказал облегчения: взгляд Вокса метнулся к Чарли, его рот приоткрылся, когда до него дошло, что все в зале поняли, зачем он здесь. Стыд распространился по экрану, как чума, в виде неоново-синего пятна прямо под его глазами. Он стиснул зубы, и внезапно все осознали, почему он здесь. Из радиоприемника в груди Аластора донесся тихий хриплый смех, который становился все громче и громче, пока не превратился в утробное кудахтанье, грозившее разбить все стекла в округе. Это ничуть не помогло Воксу справиться с неловкостью, его экран становился все горячее и горячее от вульгарного проявления веселья. Аластор едва не упал, прижав руку к груди, и с трудом выговорил: — О, Чарли, дорогая, это было круто! - прохрипел Аластор, хихикая, как ребенок. — Искупление, о, я знал, что эта глупая мечта может тебя развлечь, но это просто нечто! Радио-демон продолжал хихикать, несмотря на то, что лицо принцессы залилось румянцем, а руки сжались в кулаки. — Это была не шутка, Аластор. Он здесь, чтобы искупиться... Вокс нахмурился и покачал головой, глядя на принцессу: «Не говори этого, ничего не говори...» — ...по приказу Серафима. Толпа издала второй, не менее потрясенный вздох, и Аластор перестал смеяться. По правде говоря, он прищурился, пытаясь разглядеть в ее лице хоть малейшие признаки лжи, но, не найдя ничего, перевел взгляд на связанного повелителя. Он выглядел потрясенным, как будто даже не подозревал, что именно из-за этого оказался здесь, и теперь пытался осознать случившееся. От напряжения по его шее стекал пот, каждый вздох давался ему с трудом, пока он пытался не отводить взгляд от Аластора. Воротник его рубашки был перекошен и взъерошен, а стыд отражался в каждом сантиметре его лица, как бы он ни старался его скрыть. Вокс никогда не умел скрывать свои чувства из-за своей экспрессивной натуры, но такого неприкрытого, искреннего проявления эмоций радио-демон не видел уже очень давно. И когда осознание происходящего отразилось на лице Аластора, Вокс больше не мог смотреть ему в глаза. Тени бесцеремонно растворились в воздухе, и тело Вокса рухнуло на пол в облаке пыли. Он наконец-то смог вдохнуть полной грудью, закашлялся, прижал руку к ушибленному животу и, возможно, сломанным ребрам. Но, собравшись с силами, Вокс поднялся с пола и сначала пополз, а потом неуклюже побежал к роботизированной акуле, даже не взглянув на Аластора. Он снова оказался на полу, когда наконец добрался до своего любимого питомца, и, упав на колени, крепко обнял акулу. Оковы радио-демона были сняты, но Шок.Вейв остался лежать на ковре и тихо постанывал от облегчения, увидев отца. «Ты в порядке», - беззвучно шептал Вокс, зажмурившись и прижимаясь всем телом к акуле. Радость и облегчение от того, что его питомец наконец-то свободен, нахлынули на него, когда он понял, что ему больше ничего не угрожает. Двигатель акулы ожил, и она начала подниматься над полом. Вокс почувствовал себя еще спокойнее, осознав, что Аластор не причинил ей серьезного вреда. Но облегчение было недолгим: акула схватила отца одним из своих плавников, крепко прижав его к своей роботизированной туше, и зарычала на остальных. Все, кроме Аластора, вздрогнули. Ужас подкатил к горлу Вокса, и он попытался оттолкнуться от акулы, пока двигатели набирали обороты. «Шок.Вейв, подожди!..» Зверь бросился в сторону башни «Ви», намереваясь вернуть отца домой после случившегося. Однако на пороге, где раньше стояла дверь в отель, золотой круг прокатился волной по невидимой стене и в конце концов сомкнулся в том самом месте, где в него врезался Вокс. Шок.Вейв с лёгкостью прошёл сквозь стену, а медиамагнат ударился о неё всем телом и отлетел обратно в отель, покатившись по полу. В конце концов он остановился на спине, а его экран с громким треском статических помех разбился о ковёр. Звук был едва слышен, но всё же заглушил возгласы толпы. Зверь в замешательстве развернулся, снова вошёл в отель и попытался схватить отца носом и… ОСТАНОВИСЬ. Экран Вокса замигал, сквозь помехи прорвался крик, адресованный питомцу. Акула замерла, ее морда вытянулась в недоумении, из горла вырвался жалобный стон. От этого легче не стало. Вокс схватил акулу за нос и толкнул ее назад, указывая на внешний мир. Шок.Вейв оглянулся на отца и повторил это движение еще дважды, прежде чем снова повернуться к Воксу. Его двигатели заурчали от отчаяния, из горла вырвался еще один умоляющий звук, напоминающий крик кита, и он снова толкнул отца. Вокс тяжело дышал, его хватка ослабевала, и он толкнул акулу еще раз. ПЛОХАЯ АКУЛА, ИДИ ДОМОЙ. Золотые разряды сорвались с его наручников и впились в кожу. Измученный повелитель подавил в себе желание снова закричать, хотя его тело молило об отдыхе. Но это было ничто по сравнению с тем, как его питомец смотрел на него с разбитым сердцем, растерянный и утративший веру в свою дисциплину. Последние пару дней он в буквальном смысле прошел через ад. Каждый раз, когда ему казалось, что хуже уже быть не может, его наказание только усугублялось, пока он не дошел до предела. Но то, что он увидел, как одно из его любимых творений рыдает от горя из-за того, что он не может вернуться домой, было гораздо хуже всего, что он испытывал до этого. Остатки достоинства, которые у него еще оставались, удерживали его от полного срыва. Повелитель медиа в последний раз толкнул питомца. Тишина была оглушительной. Возможно, за его спиной кто-то и разговаривал, но он ничего не слышал. Акула медленно попятилась от отеля, опустив голову, бросила на отца последний взгляд и улетела, сверкнув электрическими разрядами. ОШИБКА: ПЕРЕГРЕВ ЯДРА. ОШИБКА: УРОВЕНЬ СТРЕССА ПРЕВЫШАЕТ ДОПУСТИМЫЙ. ОШИБКА: ПЕРЕГРУЗ ВНУТРЕННЕЙ СИСТЕМЫ. С его губ сорвался прерывистый вздох, повелитель наконец поднялся на ноги и медленно обернулся. Все, буквально все, смотрели на него в ошеломленном, испуганном молчании. Или, может быть, молчание и не было таким уж оглушительным, но из-за помех и высокой частоты он не слышал шепотков, доносившихся из толпы. Зрение его тоже подводило: перед глазами мелькали искаженные пиксели, а изображение перед ним начало двоиться. И, как и подобает трусу, он бросился бежать. Стремительно, как стрела, Вокс помчался вперед, на пределе своих сил, прямо на толпу. Те, кто стоял у него на пути, смотрели на него, разинув рты, и, кто как мог, старались убраться с дороги. В итоге жители расступились перед лестницей, как воды Красного моря, Вокс взбежал по ступенькам и врезался плечом в противопожарную дверь. Когда она захлопнулась за его спиной, повелитель исчез на винтовой лестнице. Как только его присутствие перестало ощущаться, толпа, до этого застывшая в ужасе, взорвалась. Возможно, они были еще более напуганы или разъярены таким поворотом событий. Люди метались, натыкаясь друг на друга, кто-то подбежал к принцессе, чтобы получить ответы, но один грешник стоял неподвижно, завороженно глядя на дверь, и вертел в руках посох.