DOMESTIC

Телефон в кармане Тэхёна коротко пискнул, когда омега уже выходил из ювелирного бутика с изящным пакетом в руках. Он с надеждой замер, ожидая увидеть «Уже еду, жди у входа», но вместо этого увидел «Дела затянулись, не жди. Иди в ресторан, поздравь Намджуна от нас обоих. Повеселись там, я опоздаю».  Тэхён перечитал сообщение трижды. «Повеселись». Это слово резало слух. Как он мог веселиться в одиночестве на празднике, где все будут парами? ***  Чонгук помогал Чимину надеть куртку прямо поверх полурасстегнутой рубашки. В кабинете стоял такой густой запах течки, что дышать было трудно. Чимин вис на нем, тяжело дыша и вжимаясь горячим лбом в плечо альфы. — Поедем ко мне... — выдохнул Чимин, кусая его за шею. — Я хочу, чтобы ты заполнил меня полностью, Гук.  *** Ресторан «Астория» Зал ресторана утопал в золотистом свете и звоне бокалов. Намджун, как один из ведущих нотариусов города, собрал здесь элиту: партнеры, судьи, старые друзья. Тэхён чувствовал себя здесь лишним. На нем была черная блузка и классические брюки, он выглядел безупречно, но внутри всё дрожало. Он вручил подарок Намджуну, выдержав сочувствующий, почти виноватый взгляд именинника, и тихо проскользнул за дальний столик. Перед ним стоял бокал вишневого сока, насыщенно-красный, почти как кровь. — Тэ, ты один? — мягкий голос Джина заставил Тэхёна вздрогнуть. Старший омега присел рядом, элегантно поправив пиджак. — Чонгук задерживается. Куча дел, ты же знаешь, — Тэхён привычно выставил щит из оправдания.  — Знаю, — сухо ответил Джин, внимательно изучая бледное лицо друга. — Я также знаю, что ты постоянно драишь квартиру и готовишь ужин. Тэ, посмотри на свои руки. Тэхён инстинктивно спрятал ладони под стол. Несмотря на дорогой крем, кожа вокруг ногтей была сухой от постоянного контакта с водой и чистящими средствами. — Почему вы не наймете помощника? — спросил Джин, отпивая шампанское. — Доходы Чонгука позволяют содержать целый штат прислуги. Ты лингвист, Тэхён. Ты должен сидеть в библиотеках или на конференциях, а не с тряпкой в руках. — Мне... мне нравится ухаживать за домом, Джин-и, — Тэхён улыбнулся, но улыбка вышла жалкой. — Чонгук нуждается в настоящем омеге. Никто не сделает так, как я. Я хочу, чтобы ему было уютно. Джин тяжело вздохнул и поставил бокал на стол. — Тэхён, послушай меня, ты превратился в идеальную бытовую технику. Ты уверен, что это любовь, а не добровольное рабство?  Слова Джина попали в самую цель. Тэхён замер, глядя на темную поверхность сока. В памяти всплыли обрывки из жизни до брака, его собственные мечты о поездке в Париж на стажировку... И то, как легко он от всего этого отказался, когда Чонгук впервые сказал: «Я хочу, чтобы ты принадлежал только мне». — Я просто люблю порядок и Чонгуку это нравится, он ведь альфа… Он нуждается в уходе, Джин — тихо повторил Тэхён, но в этот раз его голос дрогнул. — Он любит комфорт, который ты создаешь ценой своей жизни, — отрезал Джин. — И пока ты сидишь здесь с соком, он даже не удосужился прийти и поддержать тебя. Тэхён хотел возразить, хотел снова защитить своего Чонгука, но в этот момент подошёл Намджун. Тэхён заметил, как Намджун отвел взгляд, встретившись с ним глазами. Внутри омеги разлился холод. Намджун знал. Намджун что-то знал, чего не знал Тэхён. — Тэ, — Намджун положил руку на плечо Джина. — Чонгук просил передать, что он, возможно, вообще не приедет. Давай я потом вызову тебе такси? Тэхён медленно поднялся. Весь этот блеск, смех и музыка вдруг стали невыносимыми. — Нет, спасибо, Джун-а. Я доберусь сам. Простите, я... я немного неважно себя чувствую. Он вышел из ресторана в прохладу ночи. В голове набатом стучали слова Джина. Когда же он успел потерять себя, сменив жизнь на кухонный фартук? И самое главное, ради кого он это сделал? Утро встретило Тэхёна серой дымкой и нетронутой стороной кровати. Чонгук так и не пришел. Тэхён просидел на кухне до рассвета, в глубине души он знал правду. В 9 утра в дверь настойчиво позвонили. Это был Джин. В руках он держал коробку с изысканными пирожными из элитной кондитерской. — Я знал, что ты не спишь, — Джин прошел на кухню, оценив бледность друга и пустую чашку остывшего кофе. — Давай, заваривай свой лучший сорт кофе. Мы будем есть сладости. Через десять минут стол был накрыт, но Тэхён не притронулся к десерту. Джин смотрел на него в упор. — Он не вернулся, верно? — Он... наверное, уснул в офисе, — голос Тэхёна был едва слышным. — Работа над... — Тэхён, хватит! — Джин хлопнул ладонью по столу. — Намджун заезжал в офис после мероприятия, Чонгука в офисе не было. Он изменяет тебе, Тэ. Это не работа, это другой омега. Это очевидно всем, кроме тебя. Тэхён закрыл глаза, чувствуя, как внутри что-то надламывается. И в этот момент в прихожей провернулся ключ. Дверь открылась, послышались тяжелые шаги. Чонгук вошел в квартиру, на ходу снимая пиджак. Он выглядел помятым, но в его глазах не было вины, только усталость. — О, Джин? — Чонгук искренне удивился, увидев гостя. — Какими судьбами так рано? Он подошел и приобнял Джина по-дружески, как привык за годы. Затем прошел в зал и тяжело опустился в кресло. — Тэ, сделай мне крепкий чай. Голова раскалывается. Джин переглянулся с Тэхёном. Тот стоял ни жив ни мертв. — Либо ты сейчас поставишь точки над «и», либо это сделаю я, — шепнул Джин Тэхёну. Тэхён отчаянно затряс головой, но Джин уже шагнул в зал, встав перед Чонгуком. — Знаешь, Чонгук, — начал Джин ледяным тоном, — чай тебе сейчас не поможет. Расскажи лучше, в чьей постели ты его заслужил сегодня ночью. Чонгук замер. Он медленно поднял взгляд на Джина, затем перевел его на Тэхёна, который застыл в дверном проеме. Атмосфера в комнате сгустилась до предела. — Джин, — голос Чонгука был на удивление спокойным. — Я ценю твою заботу о нас, но это наше личное дело. Оставь нас. Пожалуйста. Джин хотел было возразить, но увидел умоляющий взгляд Тэхёна. Он подошел к другу, нежно поцеловал его в щеку и прошептал:  — Я на связи. Не давай себя в обиду. Когда входная дверь закрылась, в квартире повисла тяжелая, звенящая тишина. Чонгук откинулся на спинку кресла и сложил руки на груди. Он не собирался отпираться. — Спрашивай, Тэ. Я вижу, что ты уже всё решил для себя. Тэхён сцепил пальцы так сильно, что костяшки побелели. — Чем он лучше меня? — этот вопрос вырвался сам собой, жалкий и горький. Чонгук глубоко вздохнул, будто готовился к этой речи давно. — Он не лучше. Он просто... другой. Посмотри на себя, Тэхён. Во что ты превратился за эти три года? Тебя же дальше этой квартиры ничего не интересует. Твой мир схлопнулся до моих рубашек и чистоты пола. Ты стал предсказуемым. Скучным. Тэхён пошатнулся, словно от удара. — Я стал таким для тебя! Ты сам в самом  начале просил меня уйти с работы, ты злился, когда я общался с кем-то... Я просто подстраивался под твои капризы, Чонгук! Я всё делал, потому что люблю тебя! — А ты разве хоть раз мне воспрепятствовал? — Чонгук подался вперед, его взгляд был жестким. — Ты сразу сдался. Стал покорным, домашним... Чимин он яркий. Он интересный, сексуальный, у него есть амбиции.  — Чимин значит, — Тэхён горько усмехнулся, и в этой усмешке впервые прорезалась сталь. — что ж... Если он такой яркий, а я всего лишь пыль на твоих ботинках, чего же ты мучаешься со мной? Иди к нему. Зачем возвращаешься сюда? Чонгук молчал. Он смотрел на Тэхёна и впервые за долгое время видел в его глазах не обожание, а холодное, глубокое разочарование. — Я пойду, — наконец произнес Чонгук, вставая. — Соберу кое-какие вещи. Нам обоим нужно время. Он ушел в спальню, а Тэхён остался стоять посреди гостиной. В этот момент он почувствовал легкую тошноту.