DOMESTIC

Утро понедельника в офисе прошло в привычной суете, но Тэхён чувствовал себя так, словно между ним и остальным миром выросла тонкая стеклянная стена. Он был здесь, отвечал на письма, кивал коллегам, но мысли постоянно возвращались в ту тишину их с Чонгуком квартиры, которая теперь казалась обманчивой. На обеденном перерыве Тэхён вышел на террасу бизнес-центра. Телефон в кармане вибрировал, это Джин. Тэхён глубоко вздохнул и принял вызов. — Тэ, ты на работе? — голос друга звучал непривычно тихо, без его обычного напора. — Да, Джин. Всё в порядке. — Ты уверен? — последовала долгая пауза. — Мы не договорили в выходные. Я просто хочу знать... Ты ведь понимаешь, что он не изменится по щелчку пальцев. — Я знаю, Джин. Правда, знаю. Но сейчас это единственный выход. Он... он ведет себя по-другому. Соглашается на всё, поддерживает мою работу. Я просто хочу попробовать пожить без стресса.  На том конце провода послышался тяжелый вздох. — Попробуй. Но если что, звони. Просто звони, ладно? Когда Тэхён вернулся в отдел, он столкнулся у лифтов с Хосоком. Босс выглядел безупречно, как и всегда, но его взгляд, задержавшийся на Тэхёне, был слишком внимательным. — Тэхён-ши, вы уже обедали? — вежливо спросил Хосок. — Нет, я как раз собирался... — Тэ замялся. — Составите мне компанию внизу? Там открыли неплохое место с морепродуктами. Заодно обсудим правки по новому проекту, чтобы не тратить время в кабинете. — С удовольствием, господин Чон. Они сидели в тихом углу ресторана. Разговор о работе быстро исчерпал себя, и когда принесли основные блюда, повисла пауза. Хосок отложил приборы и внимательно посмотрел на Тэхёна. — Ты изменился с недавней встречи, Тэхён, — внезапно произнес он. — Не внешне, нет. В тебе  появилось что-то... смиренное? В прошлый раз, когда мы ужинали, ты напоминал натянутую струну, готовую разорваться, а сейчас ты как будто затух.  Тэхён опешил, чуть не выронив вилку. Он не ожидал такой прямолинейности от начальника. — Я просто... я успокоился, — Тэ постарался придать голосу уверенности. — Кажется, у нас с мужем всё налаживается. Мы решили оставить прошлое в прошлом и начать сначала. Хосок на мгновение замер, и по его лицу пробежала странная тень, смесь недоумения и чего-то, похожего на личное разочарование. Он медленно отпил воду, глядя куда-то поверх головы Тэхёна. — Налаживается, — повторил он, будто пробуя слово на вкус. — Знаешь, Тэхён, в моей практике часто бывает так: когда одна сторона внезапно становится идеальной, она либо что-то скрывает, либо готовит почву для того, чтобы ты больше никогда не захотел уходить. Хосок снова посмотрел на Тэхёна, и в его глазах блеснула сталь. — Будь осторожен с людьми, которые слишком легко со всем соглашаются. Обычно это означает, что они уже победили, и ваши условия для них больше не имеют значения. Эти слова ударили Тэхёна под дых. Он вспомнил утреннее спокойствие Чонгука, его покорные кивки. Весь оставшийся обед Тэхён едва мог проглотить хоть кусок. Дома Чонгук встретил его так же мягко. — Как прошел день, Тэ? — он подошел, чтобы забрать сумку, и в этом жесте было столько привычной заботы, что Тэхёну стало не по себе. — Нормально. Обедал с начальником, обсуждали проект, — Тэхён специально подчеркнул босса, ожидая хоть какой-то реакции: вспышки ревности или недовольства. Но Чонгук лишь улыбнулся. — Это хорошо. Хосок профессионал, тебе полезно с ним общаться. Чай будешь? Чонгук даже не ревновал. Он был настолько уверен в своей власти над Тэхёном, что ему «уже» было всё равно, с кем тот обедает. Тэхён сел на диван, глядя на свои руки. Он добился свободы, о которой просил. Но почему теперь эта свобода казалась ему лишь более длинным поводком? Вечер в квартире тянулся невыносимо медленно. Тэхён сидел в кресле с раскрытой книгой, но не прочитал ни строчки. Он украдкой наблюдал за Чонгуком, который сидел за ноутбуком в другом конце комнаты. Тот выглядел спокойным, почти домашним, но теперь Тэхён видел в этом не уют, а тщательно выверенную мизансцену. Каждый наклон головы, каждый мягкий вопрос: «Тебе не дует?», «Хочешь фруктов?» всё это начало казаться Тэхёну фальшивым, как декорации в дешевом театре. «Если он предал один раз, он сделает это снова. Просто в следующий раз он будет осторожнее», — эта мысль обожгла Тэхёна ледяной ясностью. Вместе с окончанием течки ушло и то предательское желание подчиниться. На его место вернулась старая, выдержанная ненависть, но теперь она была другой, не истеричной, а расчетливой. Тэхён понял, кричать бесполезно. Бить пощечины бессмысленно. Чонгук питается его эмоциями, он ими манипулирует. Единственный способ победить в этой игре это перестать в нее играть. «Мне нужно время», — Тэхён медленно перелистнул страницу, имитируя чтение. Его план начал обретать четкие пункты. Нужно начать потихоньку выводить свои личные сбережения на отдельный счет, о котором Чонгук не знает. Найти квартиру поближе к работе. Небольшую, но свою. И самый главный риск — ребёнок. Тэхён непроизвольно положил ладонь на живот. Внутри было тихо, но эта тишина пугала. Вероятность того, что после тех ночей он забеременел, была критически высокой. Если это случилось, Чонгук никогда его не отпустит. Ребенок станет для него идеальным юридическим и моральным капканом. «Нужно будет провериться в больнице», — Тэхён почувствовал, как внутри него зажегся холодный огонек решимости. Он поднял взгляд и столкнулся с глазами Чонгука. Тот улыбнулся своей самой мягкой, «любящей» улыбкой. — О чем думаешь, Тэ? Ты такой серьезный. — О проекте на работе, — спокойно ответил Тэхён, впервые за долгое время не отведя взгляд. — Начальник поставил  передо мной сложные задачи. Мне нужно будет полностью в них погрузиться. — И надо ли это тебе... Ладно, только не нагружай себя.  Тэхён кивнул и снова опустил глаза в книгу. Он лгал. И впервые в жизни ему было легко это делать. Он начал строить свой собственный выход, и на этот раз он не собирался оставлять Чонгуку ни единого шанса его остановить.