Д`Артаньян и четвёртый мушкетёр

Д`Артаньяну повезло, и гвардеец был дома. Поговорив немного о новостях полка, посетовав на запрет дуэлей и описав недавний бал в ратуше, гасконец осторожно повёл разговор к Жерару. Выяснилось, что интрижка гвардейца с госпожой Шеффилд была совсем невинной, и тот просто спьяну немного прихвастнул, но он задолжал вдове достойного интенданта определённую сумму денег, что приводило его в отчаяние. Д`Артаньян узнал достаточно, чтобы продолжить действовать. Он нанёс визит самому Жерару и застал того в прескверном расположении духа. Гвардеец даже не желал принимать его, но, узнав, что однополчанин пришёл дать в долг, сразу подобрел и пытался угощать гостя вином весьма среднего качества. Д`Артаньян деликатно выпил немного и вскользь поинтересовался, как именно госпоже Шеффилд доставят деньги. Гвардеец был так рад свалившейся на него удаче, что простодушно рассказал всё. Уже через пять минут было решено, что деньги понесёт гасконец. Делая вид, что оказывает однополчанину услугу, в которой на деле нуждался он сам, юноша покинул Жерара. Он сосредоточенно раздумывал над тем, как достать для Делсарте доказательства неверности его любовницы. Сперва у него была идея предъявить самого Жерара, но ещё в зародыше мысль была признана негодной: гвардеец Дезессара ни за что не пошёл бы на такое, кроме того, выяснилось, что это нельзя было назвать изменой в полном смысле этого слова. Надежды д`Артаньяна сводились к тому, что он вместе с деньгами сможет проникнуть внутрь дома и добыть что-то компрометирующее, поскольку он не сомневался, что такая женщина как госпожа Шеффилд не будет строго хранить верность бедному мушкетёру. Кроме того, гасконцу хотелось лично взглянуть на врага Атоса. Отыскав дом госпожи Шеффилд, юноша надел маску из чёрного шёлка, как ему велел Жерар, и постучал три раза. Дверь открыла хорошенькая горничная, и д`Артаньяна быстро провели в кабинет, отделанный тёмным бархатом, с мебелью, говорящей о прекрасном вкусе, после чего попросили подождать. Оставшись в одиночестве, юноша осмотрелся. Он понимал, что кабинет может дать внимательному взору интересные находки, и торопился, хоть и осознавал, что в комнате, где посетителя спокойно оставляют в одиночестве, едва ли хранят что-то сенсационное. Уже когда слышались шаги, он заметил на дубовом столе, за которым явно недавно писали, лист бумаги. Ни на что особо не рассчитывая, д`Артаньян взял чистый листок и чуть не вскрикнул от радости. Это было именно тем, что он искал. Юноша сложил листок и убрал его за пару секунд до появления госпожи Шеффилд. Наконец гасконец увидел врага Атоса вблизи. Перед д`Артаньяном стояла женщина, которую издали можно было легко принять за юную девушку. Вблизи становились видны мелкие морщинки и седые волоски, свидетельствующие, что красавице уже никак не меньше тридцати, однако подобные мысли приходили задним числом, первое же впечатление было беспроигрышно для обаятельной шатенки с большими зелёными глазами. Бледная нежная кожа, пухлые яркие губы и изящные изгибы лица и тела так же соответствовали описанию античных стандартов красоты, хоть д`Артаньян и помнил их весьма слабо, в чём не стыдился признаться себе. Уже через пару минут гасконец покинул дом госпожи Шеффилд. Идя по улицам Парижа, он чувствовал удивлявшее его самого облегчение. Мягкость госпожи Шеффилд напоминала мягкость шерсти тигрицы, в любой момент готовой растерзать, как сказал бы Арамис. Д`Артаньян подобными категориями не мыслил, ему просто было не по себе. Вернувшись домой после продолжительной прогулки, он ещё раз изучил листок, повторно убедился, что это прекрасно подходит для его целей, и написал одно письмо. Утром следующего дня д`Артаньян отправился к господину де Тревилю в надежде встретить там Делсарте, и он действительно нашёл его. Мушкетёр сразу заметил юношу и удивлённо поднял брови. –Доброе утро, сударь! –вежливо поклонился д`Артаньян –Я помню, что вы великодушно дали мне три дня, однако доказательства моих слов уже при мне, и я подумал, что нет смысла тянуть. –Да вы настоящий бес! –воскликнул Делсарте –Ну что же, раз доказательства у вас... –Одну минутку, сударь! Я бы предпочёл вручить их вам, когда вокруг будет... не так людно. Не могли бы вы отправиться со мной к Атосу, я предупредил его письмом. Атос уже ждал посетителей. Приветливо кивнув д`Артаньяну и холодно, но вежливо Делсарте, он указал на стулья. Делсарте не сел. Он пытался казаться спокойным, но лёгкая дрожь выдавала его волнение. Д`Артаньян, понимая, какое действие окажет на вид невинный чистый листок бумаги, даже жалел мушкетёра. Это настроение не ускользнуло от Атоса, и холодности в его взгляде стало значительно меньше. –Я пока не буду говорить вам, как это доказательство попало ко мне в руки, так как сейчас вы всё равно не поверите мне. –сказал д`Артаньян, вынимая листок –Если вам будет угодно, я расскажу вам позднее… –К делу, к делу, любезный, не томите меня! –в голосе Делсарте зазвучало сильное нетерпение, которое он уже не в силах был скрыть. –Прежде чем я отдам вам доказательство моих слов, я хочу спросить: хорошо ли известен вам почерк вашей знакомой? –О да, я хорошо его знаю! –Тогда возьмите это. Делсарте быстро протянул руку и увидел перед собой чистый лист. Его лицо налилось кровью. –Что вам за охота издеваться надо мной? –вспылил он. –Сударь, не судите вещь по внешнему виду. –необычайно мягко сказал д`Артаньян –Да, это кажется обычным неиспользованным листком, но этот лист бумаги попал под другой, на котором госпожа Шеффилд писала письмо. Если посмотреть на просвет, видны очертания букв. Так взгляните же, сударь, и вы увидите, что я сказал вам правду! Кровь отхлынула от лица Делсарте. Он повернулся к окну и поднял бумагу на просвет, вглядываясь в неё с жадностью и страхом. Спустя минуту тишины рука со злополучным листком бессильно упала. Делсарте стоял, опустив голову и не смея повернуться к Атосу и д`Артаньяну, потому он не видел, что два друга смотрят на него с искренним сочувствием. Наконец Атос подошёл к дрожащему Делсарте и положил ему руку на плечо. –Никто не может ранить нас так сильно, как человек, которого мы любили, но и после этой раны тоже можно жить. –мягко произнёс он, как человек, не понаслышке знающий, что такое сильное страдание –Будьте же мужественны, друг мой! Делсарте судорожно сглотнул и заставил себя повернуться лицом к комнате. –Теперь у меня нет сомнений в том, что эта женщина лгала мне! –отрывисто сказал он, и на его бледных щеках появились красные пятна. –Сударь, простите меня за вопрос, который может причинить вам боль… –начал д`Артаньян. –Уж если принимать удары, то все сразу! –отчаянно махнул рукой Делсарте –Спрашивайте обо всём, что сочтёте нужным! –Вам известен человек, которому было адресовано письмо? Там было только его имя… Возможно, вам это кажется праздным любопытством, но поверьте мне, это очень важно! –Полагаю, я знаю его. –лицо мушкетёра исказилось, но он взял себя в руки и продолжил –Скорее всего, это – герцог де Бриенн. Я знал, что она относится к нему благосклонно, но мне и в голову не приходило, что он её любовник! Делсарте снова задрожал и сжал лоб рукой, но неожиданно убрал ладонь от лица и посмотрел на Атоса. –Мне очень жаль, сударь, что из-за лжи этой женщины я вчера нанёс вам оскорбление! –произнёс он с горечью, не теряя, однако, при этом достоинства –Я приношу вам свои искренние извинения! –Я столь же искренне готов принять их. –ответил Атос, и по его лицу было видно, что его намерения не расходятся со словами. –Недавно вы назвали меня другом… Могу ли я иметь честь называть вас так же? –Да, сударь, можете! Мушкетёры крепко пожали друг другу руки. –В таком случае, сударь, можете и меня считать своим другом! –с улыбкой воскликнул д`Артаньян. Лицо Делсарте стало немного ближе к цвету лица спокойного человека. Неожиданно в его глазах появилась решительность, он взял Атоса за руку и потянул его за собой: –Идёмте скорей! –Куда же вы? –изумился д`Артаньян. –В дом господина де Тревиля! –отрывисто пояснил Делсарте. –Ни к чему так торопиться. –с улыбкой возразил Атос, догадавшийся о намерениях Делсарте –Меня очень радует, что вы честный человек и помните свои обещания, однако мне вполне достаточно личных извинений. –Кроме того, дело сейчас обстоит так, что совершенно необходимо, чтобы вас считали непримиримыми врагами. –неожиданно сказал д`Артаньян с истинно гасконским выражением лица. –Почему вы так говорите? –изумился Делсарте. Испросив взглядом разрешение Атоса и получив его, д`Артаньян рассказал о смерти Бернажу и о том, что происходило после этого. –Так вот почему она всё это делала! –воскликнул Делсарте, покраснев от гнева –Решила использовать меня как своё орудие для подлого убийства! –Именно, но её план провалился из-за внезапного вмешательства гвардейцев. –сказал д`Артаньян, глядя на мушкетёра с искренним сочувствуем –Госпожа Шеффилд не похожа на женщину, которая будет кротко терпеть неудачу. Она непременно постарается найти новый способ погубить Атоса, но, если разойдётся слух, что вы решительно настроены убить его, возможно, это заставит её немного подождать, всё же организация покушений на убийство довольно рискованна. Мы выиграем во времени. –Звучит прекрасно, но ведь по этому плану нам придётся драться! –обеспокоенно сказал Делсарте. –Не волнуйтесь, друг мой, этой неприятности легко избежать! –улыбнулся гасконец –Прямо сейчас вы не можете драться, поскольку Атос ранен и не хочет давать вам преимущество, вы, разумеется, тоже хотите равной дуэли, чтобы никто не упрекнул вас в нечестной победе. Так пройдёт несколько дней, а потом случится что-нибудь, из-за чего дуэль между вами станет невозможной. К слову сказать, я ведь тоже должен был драться с Атосом перед тем, как стал его другом! –В вашем-то возрасте драться с таким человеком, как Атос? –изумился Делсарте. –Это произошло, когда я только приехал в Париж. –скромно улыбнулся д`Артаньян. –Да вы настоящий дьявол! –засмеялся мушкетёр. –Каждый гасконец немного дьявол! –усмехнулся юноша –Не правда ли, Атос? –Истинная правда! –улыбнулся Атос –Идёмте же, друзья мои! Делсарте, хоть измена любовницы стала для него ударом, внешне вполне оправился и согласился, что им не следует терять времени, пока госпожа Шеффилд не создала Атосу новые неприятности. Подходя к дому господина де Тревиля, Атос и д`Артаньян пропустили Делсарте вперёд и немного подождали, чтобы оказаться разделёнными пространством. Стоило Делсарте войти, как на него устремилось множество взглядов. Когда вслед за ним вошёл Атос, среди мушкетёров началось волнение. Все знали (такие вести расходятся быстро), что у Атоса и Делсарте была назначена дуэль такого рода, когда выживает лишь один из противников, но живы были оба. Делсарте понял общее настроение и громко заявил, делая вид, что не замечает присутствия Атоса: –Господа, я хотел бы попросить двух людей стать моими секундантами! –Недавно вы отказались. –заметил один из мушкетёров. –Да, потому что тогда у меня не было опасений, что меня могут заподозрить в нечестной победе, но, так как прямо перед самой дуэлью на нас напали гвардейцы кардинала и известный вам господин позволил себя ранить, мне придётся быть осторожнее, ведь этот человек не захочет мириться с моим превосходством и использует слабость после ранения как предлог! –Я желал бы уже сейчас укоротить ваш длинный язык, но я не собираюсь упрощать вам задачу и подожду выздоровления! –суровым голосом сказал Атос. –А, так вы здесь и всё слышали? –повернулся к нему Делсарте –Прекрасно, тем лучше, тогда вы согласны, чтобы сейчас мы не можем драться, мне не нужна лёгкая победа! –Да, я согласен, вы всё же из того же полка, что и я, и я не хочу, чтобы люди смеялись над мушкетёром, поражённым раненым противником! Д`Артаньян, незаметный в толпе, с трудом сдерживал довольную улыбку. Атос и Делсарте прекрасно вели свои роли, юноша и сам мог бы поверить им. –Что здесь происходит? –внезапно послышался голос господина де Тревиля –Атос, мой любимый мушкетёр, и Делсарте, за здоровье которого я пью каждый раз, когда при мне произносят тост кардиналу, собираются драться? Делсарте вздрогнул. Ему не приходило в голову, что капитан мушкетёров может вмешаться в их маленькое представление, однако он сразу понял, что это вмешательство способно погубить замысел д`Артаньяна. Атос думал о том же и немного побледнел. Однако мушкетёрам не о чем было беспокоиться: проницательный ум д`Артаньяна предвидел такую ситуацию. Прежде, чем господин де Тревиль успел сказать что-то ещё, гасконец бросился к нему, совершенно не обращая внимания на возмущение пострадавших от его острых локтей. Господин де Тревиль заметил юношу и сразу понял, что тот страстно желает поговорить с ним. Приказав Атосу и Делсарте больше не злословить друг на друга и дожидаться, пока их вызовут, капитан мушкетёров провел д`Артаньяна к себе. –Вы хотели поговорить со мной по важному делу, не так ли? –сразу спросил он. –Да, вы правы. –ответил юноша и добавил тише –Нас невозможно подслушать? –О нет, не волнуйтесь. –успокоил его господин де Тревиль –Мы здесь одни, и я с радостью выслушаю вас, правда, я просил бы вас быть кратким, поскольку... –Вы опасаетесь из-за Атоса и Делсарте? –улыбнулся гасконец –Я пришёл как раз из-за них, пришёл с тем, чтобы успокоить вас, сударь. У них и в мыслях нет желания убить друг друга. –Вот как! –воскликнул изумлённый капитан мушкетёров –Но чем же тогда объясняется их поведение? –Оно объясняется тем, что друг хочет помочь другу. Наш Атос находится в опасности, и его мнимая вражда с Делсарте позволит нам выиграть время и найти способ спасти его. У нас есть время, пока он не поправится. –Вот оно что!.. В таком случае, мой дорогой д`Артаньян, я могу помочь вам. Идите за Атосом и Делсарте и приведите их сюда, а когда приведёте, оставьте дверь открытой. Обрадованный д`Артаньян поспешил исполнить приказание, и вскоре Атос и Делсарте предстали перед капитаном мушкетёров. Гасконец успел намекнуть им, что господин де Тревиль хочет помочь, но пояснений не дал, так как их у него попросту не было. Помня наказ капитана, юноша оставил дверь открытой. Господин де Тревиль сделал мушкетёрам знак и принялся нарочито громко отчитывать их: –В моём доме ссорятся мои подчинённые! Господа, это никуда не годится! Я не поощряю слишком частых стычек мушкетёров с гвардейцами кардинала, поскольку мне потом приходится выгораживать вас перед Его Величеством, но, если это удержит вас от ссор друг с другом, можете атаковать их хоть каждый день! Я не желаю, господа, чтобы в моём доме были ссоры моих людей, слышите ли, не желаю! Это гневное обращение было слышно во всём доме. Делсарте первым принял игру. –Господин де Тревиль, как наш капитан вы можете приказывать нам, но я не думал, что это распространяется на нашу частную жизнь! –громко заявил он. –Мы бы желали, чтобы в нашем конфликте нас было двое! –заявил Атос. –Поверьте, я бы не стал вмешиваться в ваши дела, если бы вам не пришло в голову решать их под моей крышей! –отрезал господин де Тревиль и обратился к д`Артаньяну –Сударь, я прошу вас быть свидетелем того, что я скажу, и при случае повторить это другим. Я не желаю, чтобы мои мушкетёры убивали друг друга! Я не требую от вас объяснять мне причину вражды, но я даю вам неделю и надеюсь, что за это время вы уладите ваши отношения без драки. Если этого не случится, можете драться, но если вы сделаете это до истечения срока, можете попрощаться с вашими плащами мушкетёров! Учтите, это моё последнее слово! Надеюсь, д`Артаньян, вы запомнили всё, что я сказал этим господам? –Запомнил всё. –кивнул д`Артаньян. Атос и Делсарте с благодарностью отвесили поклон господину де Тревилю, решившему таким образом сделать отсрочку дуэли более длительной и весомой, однако шум за дверью напомнил им о необходимости притворяться рассерженными. В комнату ворвался Портос, за которым следовал Арамис, и в ближайшее время у Делсарте были бы две настоящие дуэли, если бы не расторопность д`Артаньяна. Гасконец перехватил обоих друзей и быстрым шёпотом начал объяснять им ситуацию. Он даже успел вовремя среагировать на изумление Портоса, предусмотрительно наступив ему на ногу, чтобы он помнил о необходимости сохранить тайну. Арамис владел собой много лучше и в его случае таких предосторожностей не требовалось, тем не менее, он всё же послал Делсарте быстрый, но сочувствующий взгляд. В последствии мушкетёр признался, что, подумав обо всём наедине, он тоже убедился, что Делсарте не стал бы смазывать шпагу ядом, поскольку это не очень соответствовало его характеру. Комнату господина де Тревиля четверо друзей покинули в намеренном отдалении от Делсарте. Перед этим они успели договориться встретиться у д`Артаньяна через два часа, чтобы обсудить положение. Делсарте был пунктуален. Как ни неприятна ему была предстоящая тема разговора, держался он твёрдо, лишь небольшая бледность выдавала его чувства. д`Артаньян встретил его ещё на улице и провёл в дом, где уже было приготовлено вино на случай, если ситуация станет совсем невыносимой для мушкетёра и ему будет нужно подкрепить свои силы. Почти что сразу за Делсарте пришли Атос, Портос и Арамис. Располагаясь в комнате д`Артаньяна, они из деликатности практически не встречались взглядами с Делсарте, который стоял в углу, скрестив руки на груди. Впрочем, Портос сперва ещё поглядывал на мушкетёра с некоторой суровостью, но уверенность товарищей в том, что столь нетипично приобретённый друг невиновен, подействовала на него, и он быстро сменил гнев на милость. –Предлагаю не откладывать обсуждение моей глупости. –с мрачной улыбкой, появившейся с явными усилиями, сказал Делсарте –Задавайте любые вопросы, господа. –Вы действительно… никогда не подозревали госпожу Шеффилд? –спросил Арамис. –Все влюблённые – идиоты. –горько усмехнулся Делсарте –Конечно, кое-какие слухи до меня доходили, но я считал их клеветой. –Вы помните, я спрашивал вас о фамилии герцога де Бриенна. –сказал д`Артаньян –Я полагал, что, возможно, любовник госпожи Шеффилд был с вами на завтраке, но, насколько я помню, герцога вы не называли. –Вы совершенно правы, д`Артаньян, герцога с нами не было. Стало быть, это кто-то из гостей господина Бертиллона, но кто – ума не приложу. –Самого господина Бертиллона вы исключаете? –спросил Арамис. –Я уверен, что это не он, это благороднейший человек, просто не мыслимо, чтобы он сделал такое! Кроме того, он всё время был у меня на виду, и возможности отравить шпагу у него попросту не было! –Я согласен с Делсарте. –кивнул Атос –Я слышал о господине Бертиллоне только лучшее, и, насколько я знаю, он хороший друг господина де Тревиля. Быть может, кто-то из его гостей как-то связан с госпожой Шеффилд? –Боюсь, что тут я ничего не могу сказать, я до этого завтрака не знал их лично. Я мог бы спросить у господина Бертиллона… –Лучше не торопитесь, это может вызвать подозрения. –покачал головой д`Артаньян –Нам сейчас нужно быть крайне осторожными в получении информации. –Я очень долго размышлял над тем, кто мог отравить мою шпагу. –признался Делсарте –Я, конечно, ничего не могу сказать с уверенностью… –Но есть люди, которых вы подозреваете? –живо спросил д`Артаньян. –Да, двое. –кивнул мушкетёр –Господин де Кортот и граф Де Ля Серро. Первый уже попадал один раз в крупный скандал, и хоть тогда он смог выкрутится, репутация у него дурная. Я бы не удивился, если бы узнал, что за фокусом с моей шпагой стоит именно он. –А граф Де Ля Серро почему? –По правде говоря, мне сложно объяснить… Есть в нём что-то неприятное, лживое, что ли… Он не был замешан в чём-то грязном, но и хорошего о нём не слышно. Он отличный фехтовальщик и галантный кавалер, вот и всё, что я могу сказать. Не знаю, почему, но после господина де Кортота он кажется мне наиболее подходящей фигурой. А, ещё ходят слухи, что у него интрижка с некой молодой вдовой, но тут я не уверен. То есть эти слухи распустил он сам, но бахвальство это или нет, одному чёрту известно. –Между прочим, люди напрасно недооценивают вдов! –неожиданно объявил Портос. –Друг мой, я уверен, что вы не относитесь к этой категории неразумных людей. –с невинной улыбкой сказал Арамис. –О да, я очень разумен! –важно подтвердил Портос. –А как зовут эту напрасно недооценённую вдову? –лукаво спросил д`Артаньян: он чувствовал, что Делсарте сейчас необходима смена темы. –Её зовут госпожа Руар, и я не делаю из этого никакой тайны, поскольку мы с ней всего лишь знакомые, и я собираюсь как-нибудь представить вас ей! –Случайно не Селин Руар? –оживлённо спросил Делсарте. –Она самая! Вы знакомы с ней? –Я знал её, когда ходил безусым юнцом, а она была вот такого роста! –Делсарте провёл рукой в воздухе примерно на уровне поясницы, лицо его потеплело –Имения наших родителей располагались по соседству. Хоть она и младше меня на пять лет, мне никогда не было тоскливо в её обществе. Посидев у д`Артаньяна ещё немного, мушкетёры разошлись. Они решили, что пока Атосу нет нужды покидать Париж. Делсарте взамен тяжёлого разговора обрёл уверенность в том, что у него появилось ещё два друга, чему он был очень рад. Тем не менее, неприятные ощущения требовали выхода. Делсарте отправился к себе, по дороге успев надерзить гвардейцу кардинала, непочтительно взглянувшему на него, из-за чего приверженцев Ришелье в последствии стало на одного меньше. Арамис собирался полистать книги, поскольку на днях он должен был зайти к пожилой чете, недавно потерявшей дочь. Отец осиротевшего семейства когда-то давал мушкетёру в долг, и тот надеялся с помощью обаяния и богословских знаний, весьма полезных в утешении, немного отсрочить возврат денег. Портос принял решение весь оставшийся день сидеть дома, что и исполнил, крупно поругавшись с новым поваром, временно заменяющим Мушкетона, а Атос захотел прогуляться. Д`Артаньян, проводив гостей, сел за стол и начал выводить по нему линии, однако быстро бросил это занятие и начал мерять шагами комнату. Самым надёжным способом заставить госпожу Шеффилд втянуть когти ему казалось устрашение, причём действительно серьёзное, но для этого был необходим компромат, которого у юноши пока не было.