Точка

      В колледже учился самый разный народ, но основное различие со школой состояло в том, что здесь количество случайных людей стремилось к одному-двум. Это не означало автоматом, что все студенты были ангелами, отнюдь; но в стенах витал отчетливый дух учёбы и амбиций, и поговорить можно было не только с парой-тройкой изгоев. С Эммой мы познакомились в первый же день, случайно уселись рядом, разговорились, да так и стали везде ходить парой. Умная, остроязыкая и добрая, она стала мне практически сестрой. Иногда на выходных её семья приглашала меня на обед, где ненавязчиво и мило пыталась накормить до смерти. Чета Грейнджер была дантистами и владельцами собственной клиники, но поддержала нежелание дочери продолжить традицию. Я смотрел на их общение между собой с восторгом и завистью, любовь друг к другу буквально витала в воздухе. На Рождество я остался в их уютном доме на ночь, и мы с подругой долго сидели на полу у камина, болтая обо всем подряд. - Надеюсь, твои родители не строят на меня матримониальных планов? Хотя... Вряд ли они мечтают о зяте-голодранце. - Во-первых, Поттер, мои родители всегда на моей стороне, - фыркнула Эмма, своим любимым жестом воздев указательный палец к потолку. - Во-вторых, я очень надеюсь, что ТЫ не строишь на меня матримониальных планов. - Надеюсь, ты не обидишься, твои сиськи красивые, но им далеко до сисек Ли Джордана.       На меня долго смотрели, а потом бросились на шею: - Господи, ты же идеальный друг! Я всегда мечтала дружить с кем-то, ну, знаешь, как две души, как два разума, как два сердца. Без этих половых усложнений и метаний! - Я тоже тебя люблю, Эм!       Конечно, мы общались не только друг с другом, интересных личностей вокруг хватало. Плюс спортивное братство - я продолжил бегать, прыгать и услаждать свой взор в душевых. Тусовки, пьянки, вечеринки, свободные нравы, головокружительная бесконтрольность; и все трахались со всеми, весело, безбашенно и, поначалу, бестолково. И пусть я не приезжал на учёбу на собственном авто, жил в общежитии и одевался довольно скромно, я внезапно ощутил себя звездой, пусть не самой яркой, но одной из нескольких. Хотя бы потому, что вырос в красивого и высокого парня без прыщей, но с охуенной, цитата, фигурой.       Конечно, я не мог похвастаться такими объемами и рельефами, как некоторые, но я и не хотел тратить слишком много времени на спорт, потому что учеба не была синекурой. Но всё, что должно быть выпуклым, было выпуклым, всё, что должно быть округлым, было округлым, а всё остальное - упругим и стройным. Так что подкатывать ко мне начали буквально со второго дня, а я особо и не сопротивлялся. Мы все тогда, кажется, слегка сошли с ума от свалившейся свободы и жадно исследовали себя и окружающий нас мир. В большинстве случаев речь не шла ни о каких отношениях, пары появлялись и распадались чуть ли не ежедневно, в непрерывном, почти Броуновском движении. Я даже не могу назвать это распущенностью или безнравственностью; это был один из этапов взросления.       Время бежало быстро, вот позади уже три года, а впереди - последний и заслуженная степень бакалавра. Я собирался заодно сдать и стандартный вступительный тест на юрфак, хотя поступление на программу JD в заветный Нью-Йоркский универ требовало не только диплома колледжа и отличного результата экзамена, но и почти семьдесяти тысяч долларов в год. Умножаем на три... Можно и не умножать, у меня и десятой части не было. Дядя сказал, что это не проблема, я должен учиться, а потом он с радостью возьмёт меня к себе. Вторым вариантом было пойти работать, конечно, не юристом с собственной лицензией, а подсобным мальчиком. Чуть-чуть накопить и влезть в учебный кредит. Да, и не забыть пересдать LSAT.       По сути дела, вопрос стоял лишь в том, продаться в рабство сразу или побарахтавшись.       На следующий день после вечеринки в честь моего двадцатиоднолетия я получил в Фэйсбуке странное сообщение от некоего мистера Нотта, очень желающего со мной переговорить. Скрипучий стариковский голос пригласил меня приехать в его офис в любое удобное для меня время. Мой понедельник был совершенно свободен, и мы договорились на вторую половину дня. Адвокатская контора "Нотт и сын" находилась в Верхнем Ист-Сайде, в старинном доме, и впечатляла одним только видом входных дверей. Дед был стар, если не сказать, дряхл, но смотрел цепко, а говорил связно, пусть и медленно: - Я являюсь поверенным семьи Блэк.       Я встал с кресла и только открыл рот, чтобы попрощаться, как дедуля оглушительно хлопнул ладонью по столу и рявкнул: - Сядьте, молодой человек! Ваши обезьяньи прыжки на полуслове позорят профессию юриста!       Я выдохнул и сел. - Я являюсь поверенным семьи Блэк, - неторопливо заскрипели сначала. - Последним представителем которой являлся мистер Сайрус Блэк. Примерно за год до своей кончины, осознавая реальное состояние своего здоровья, находясь в здравом уме и трезвой памяти, мистер Блэк составил и должным образом заверил своё завещание. В соответствии с данным документом, по достижении двадцати одного года, вы, Гарри Джеймс Поттер, дата рождения - тридцать первое июля одна тысяча девятьсот восемьдесят пятого года, место рождения - город Нью-Йорк, штат Нью-Йорк, Соединенные Штаты Америки, являетесь единственным наследником всего движимого и недвижимого имущества, а именно...       Заметив, что я стиснул зубы и вцепился в колени, Нотт замолчал и посмотрел мне в глаза: - Я соболезную вашей утрате, но я всего лишь выполняю свой долг. Вы должны вступить в наследство, а затем вольны распоряжаться им по своему усмотрению. - Он же убил их! - И сожалел об этом до конца своих дней. - Сожаления ничего не исправят! - Просто позвольте мне сделать свою работу. - Хорошо... - Кхм... Жилые апартаменты по адресу Пятая Авеню... Джи Пи Морган и Кайман Нэшионл Банк... Автомобили... Три ячейки в банке Голдман Сакс... Мистер Поттер! Вы меня слышите? - Это какая-то ошибка, сэр... - Абсолютно исключено. - Мне рассказывали, что... Что Сайрус был наркоманом, никчёмным человеком, а мои родители... Но, правда я потом нашёл статьи в газетах... Про тот случай... - Что за чушь! Да, многие представители семьи Блэк принимали участие в неблаговидных делах и понесли заслуженное наказание, но младшее поколение категорически отказалось участвовать в семейном бизнесе. Сайрус получил блестящее образование, как и ваши родители, они и познакомились, обучаясь на юридическом факультете Нью-Йоркского университета! Что у вас с глазами? - Я знаю только, что мама поступила в колледж Джона Джея... - Да, она местная, а ваш отец закончивал колледж у себя на родине, в Гаррисберге. В восемьдесят первом году все они встретились на Западном Бродвее. В восемьдесят четвёртом сдали Bar Exam и получили свои лицензии. Ваши родители поженились, в восемьдесят пятом родились вы, и Сайрус стал вашим крёстным. - Что? - Я не знаю, в какой церкви проводилось таинство, но, думаю, при желании это нетрудно выяснить. Продолжим. В одной из банковских ячеек находятся документы на право собственности на всё вышеперечисленное. Я попрошу вас забрать их, они нужны для переоформления на другого собственника, то есть на вас. Содержание остальных двух ячеек мне неизвестно. В этой папке, - ко мне пододвинули пухлый файл, - отчёт о списании средств. - Каких? На что? - Уплата налогов, содержание квартиры, аренда банковских ячеек, аренда дополнительного машиноместа на подземном паркинге, так как два машиноместа принадлежат собственнику жилья по умолчанию, а машин три... Воды? - Спасибо...       Я вышел от Нотта с квадратной головой, точнее, с кубической, и с вакуумом внутри; и поплёлся в банк Голдман Сакс с тремя ключами в потной ладони. В первой ячейке находились документы и связки других ключей. Во второй - металлический кейс. В черном поролоне ровными рядами блестели ребра металлических пластинок. Я вытащил одну, неожиданно тяжёлую, хотя размером она была примерно с костяшку домино. На блестящей золотистой... Нет, золотой поверхности стоял оттиск "Одна унция". В третьей, самой маленькой ячейке, лежал только конверт. На нем красивым женским почерком было написано одно-единственное слово.       "Гарри".