Тень Первенца

Океан за рифом был беспощаден. Течения здесь были мощнее, а вода — темнее, скрывая в своих провалах тех, кто веками не видел солнца. Мако, подстегиваемый желанием доказать свое превосходство, зашел слишком далеко. Он загнал двух крупных анулапов прямо к краю бездонной впадины. Его цуракх метался, взрезая воду, но хищники работали слаженно. Один зашел в лоб, отвлекая внимание, а второй, огромный самец с изуродованным плавником, внезапно вынырнул из черной бездны снизу. Мако успел лишь вскрикнуть, прежде чем погрузиться под воду. Хищник не просто задел его — он прошел вскользь, вспоров бедро Мако острыми, как бритва, чешуйками. Под водой кричать было невозможно. Мако лишь выпустил облако пузырьков, когда боль прошила тело. Его цуракх испуганно дернулся, теряя всадника. Нетеям видел это с высоты, едва удерживаясь на гребне волны. Тоновари и Джейк ушли далеко вправо, преследуя основную стаю, и их фигуры были лишь точками на горизонте. Помощи ждать было не от кого. — Твою мать... — выдохнул Нетеям, сжимая челюсти. Он направил своего зверя вниз. Удар о воду отозвался в раненом плече такой болью, что в глазах на секунду потемнело. Но он не остановился. Под водой всё замерло, наполнившись лишь глухими ударами сердец. Нетеям видел, как анулапы кружат вокруг раненого Мако, готовясь к финальному броску. Кровь южанина темным шлейфом тянулась в прозрачной воде. Нетеям рванул вперед. Первый хищник бросился на него, раскрыв пасть, усеянную рядами игловидных зубов. Нетеям, используя инерцию цуракха, ушел в сторону и всадил гарпун зверю прямо под челюсть. Мощный рывок — и рука, раненная вчера, отозвалась судорожным спазмом. Швы лопнули. Красное облако крови Нетеяма смешалось с черной кровью хищника. Второй анулап, почуяв свежую кровь «лесного», переключился на него. Нетеям выпустил нож. Это был безумный риск. Он соскользнул со спины цуракха, оказавшись лицом к лицу со зверем. Хищник метнулся к нему, но Нетеям, по-лесному извернувшись в воде, схватил его за жаберную щель и несколько раз с силой вогнал нож в мягкое брюхо. Вода вокруг превратилась в багровую кашу. Мако, слабея от потери крови, наблюдал за этим из-под воды. Он видел, как «лесной мальчик», которого он считал лишь помехой, дерется с яростью раненого палантукана. Когда последний хищник затих, медленно опускаясь в бездну, Нетеям подплыл к Мако. Он схватил его за предплечье, помогая подняться к поверхности. Как только их головы оказались над водой, Мако жадно глотнул воздух, отплевываясь от соленой воды. Они держались за спину цуракха Нетеяма. Оба израненные, оба в крови. Мако тяжело дышал, его лицо было бледным от шока. — Ты... ты убил их обоих, — прохрипел Мако, глядя на Нетеяма с нескрываемым ужасом и уважением. — Один. С такой рукой. Нетеям тяжело дышал, прижимая раненое плечо к боку зверя. Боль была такой, что он едва соображал, где находится. — Меньше болтай, принц, — выдавил он через силу. — Держись за седло. Я не для того их убивал, чтобы ты сейчас пошел на корм рыбам. Он помог Мако взобраться на своего цуракха, усадив его впереди себя. Нетеям обхватил его одной рукой, другой сжимая поводья. Плечо горело огнем, повязка давно уплыла, обнажая рваную рану, которая теперь выглядела в два раза хуже. Когда цуракх Нетеяма тяжело выкатился на мелководье, песок под его плавниками мгновенно окрасился в розовый цвет. Нетеям сидел в седле прямо, хотя его лицо было серым от потери крови, а пальцы левой руки судорожно сжимали предплечье Мако, не давая тому соскользнуть. Джейк Салли спрыгнул со своего зверя и в три прыжка оказался рядом. Он схватил цуракха за узду, глядя на жуткую рану на плече сына, которая теперь превратилась в сплошное кровавое месиво. — Нетеям! Ты что, с ума сошел?! — в голосе Джейка смешались ярость и дикий страх. — Я же велел тебе держаться патруля! Нетеям медленно, с трудом сфокусировал взгляд на отце. Он не рухнул ему на руки. Он лишь разжал пальцы, позволяя подоспевшим воинам Тау’нуи подхватить раненого Мако. — Он был один, — голос Нетеяма был сиплым, но четким. Каждое слово чеканилось, несмотря на то, что всё тело дрожало от адреналинового отката. — Два анулапа зажали его в яме. Пришлось вмешаться. Тоновари, подошедший следом, замер. Он посмотрел на Мако, которого укладывали на песок, затем на Нетеяма. Вождь видел следы зубов на боках цуракха Салли и понимал, какая там была бойня. — Ты убил их? — коротко спросил Тоновари, вглядываясь в глаза парня. — Обоих, — отрезал Нетеям. Он спрыгнул в воду, на секунду покачнулся, но тут же выпрямил спину, отстраняя руку подбежавшего Ло’ака. — Они на дне впадины. Если хотите — забирайте чешую. На берегу Ава’атлу время словно застыло. Кровь на песке быстро впитывалась, оставляя темные пятна, а воины двух кланов ждали, как разрешится эта сцена. Нейтири была похожа на натянутую тетиву. Она не стояла в стороне — она кружила вокруг Нетеяма, её руки то и дело взлетали к его плечу, но она не смела коснуться раны, боясь причинить еще большую боль. Её глаза горели ярым, янтарным огнем. Но Нетеям стоял прямо. Несмотря на бледность и дрожь в мышцах, он не позволял себе согнуться, сохраняя лицо воина перед лицом отца и вождя Меткайина. Анури появилась внезапно. Она не шла — она летела по помостам, и скорость её движений выдавала ту бурю, что бушевала внутри. Услышав о случившемся, она, кажется, забыла, как дышать, но как только её ноги коснулись песка, она заставила себя замедлиться. Взяв волю в кулак, она надела маску «идеальной наследницы», хотя сердце колотилось о ребра, как пойманная птица. Первым делом она, как и подобало по протоколу, направилась к гостю. Мако, придерживая окровавленное бедро, с надеждой и облегчением посмотрел на неё. — Анури... — прохрипел он, уже протягивая руку, уверенный, что сейчас она склонится над ним. Анури остановилась рядом, окинув его рану быстрым взглядом. Её лицо оставалось бесстрастным, а голос — ровным, как гладь лагуны в штиль. — Твоя рана серьезна, принц Мако, — произнесла она, и её голос был ровным, как гладь лагуны в штиль. — В зубах анулапа живет гниль. Я еще не так хороша в лечении подобных ран и боюсь совершить ошибку, которая будет стоить тебе жизни. Пусть Цахик нашего клана, моя мать, займется тобой. Только так мы сможем быть уверены в твоей безопасности. Мако замер, его протянутая рука безвольно опустилась на песок. Это был вежливый, безупречный, но сокрушительный отказ. Анури тут же развернулась к Салли. Она даже не посмотрела на Джейка или Нейтири, её внимание было приковано только к Нетеяму и стоящему рядом Ло’аку. — Ло’ак, — четко, по-командирски бросила она. — Бери брата. Подставь ему плечо. Мы идем в вашу маруи. Я сама обработаю раны Нетеяма, там нам никто не будет мешать. Ло’ак, опешив от такой решительности, мгновенно нырнул под руку брата. Нетеям перевел взгляд на Анури — в его глазах, затуманенных болью, промелькнуло понимание. Она уводила его. Она забирала его из-под прицела сотен глаз, делая выбор в пользу «чужака» так технично, что никто не мог обвинить её в нарушении протокола. Нейтири, всё еще полная ледяной ярости, сверкнула глазами на Анури, но промолчала, видя, что эта девочка — единственная, кто сейчас действует быстро и по делу. — Идемте. Сейчас же, — добавила Анури, и в её голосе, несмотря на всё спокойствие, Нетеям услышал ту самую дрожь, которую она так отчаянно пыталась скрыть от остальных. Они двинулись к маруи Салли, оставляя позади ошеломленного Мако, суровую Ронал и Тоновари, который только сейчас начал осознавать, что его дочь только что на глазах у всех переписала сценарий этого визита.