Скользкая граница

Вечер в университете наступал тихо. Йен шёл по улице, слегка шатаясь. Он был пьян, но не бездумно — внутри что-то горело. Он думал о вчерашнем, о том, как Мэт дразнил его, о том, как каждый контакт оставил след. Каждый шаг отзывался в груди странной смесью смущения и желания. Он сам себе удивлялся, но не мог отрицать: ему хотелось продолжения. Когда он дошёл до квартиры Мэта, его сердце билось быстрее, а руки дрожали от волнения. Он нажал на звонок. Дверь открылась, и перед ним стоял Мэт, ухмыляясь так, словно всё это было заранее спланировано. — Ну что, Йен… — Мэт лениво опёрся о косяк двери, — я тебя ждал. Или ты заблудился по пути сюда, блядь? Йен глубоко вдохнул, пытаясь собраться: — Я… я пришёл потому что… — он покраснел, но сказал прямо: — потому что мне понравилось. Мне было хорошо… и я хочу продолжения. Мэт улыбнулся ещё шире, дерзко, почти пошло: — Хмм… вот это по-моему охуенно. Ты пьян и откровенен, Йен? А я думал, что тебе удастся держать лицо после вчерашнего. Йен сжал кулаки, слегка сдерживая дрожь в голосе: — Я держал лицо… до того момента, пока не вспомнил всё, что ты сделал. И теперь… — он замялся, но добавил твёрдо: — я хочу, чтобы ты это повторил. Мэт подошёл ближе, и их глаза встретились. В комнате сразу повисло напряжение: воздух казался густым, и каждый вдох отзывался в груди обоих. Мэт слегка дотронулся до Йена плечом, а затем скользнул рукой вниз по спине, играя с терпением партнёра. — ох, Йен… — прошептал он, дерзко улыбаясь, — ты реально решил не сопротивляться? Или это только начало? Йен тяжело вдохнул, не отводя глаз, его тело предательски дрожало. Он был уязвим, но это не делало его слабым — скорее, напряжение лишь усиливало желание. — Я… хочу… — сказал Йен, прерываясь на вдохе, — чтобы ты довёл меня снова… но медленно. Мэт лишь усмехнулся, шепча почти пошло: — Ты понял, что подписался на полный контроль, да? Потому что я не собираюсь отпускать тебя легко. Йен чуть наклонил голову, его губы дрожали: — Я знаю… и мне это нравится. Мэт медленно обнял Йена, их тела почти слились. Каждый взгляд, каждое дыхание было насыщено желанием. Он дразнил Йена шёпотом, касаниями, слегка прижимаясь, оставляя каждый контакт на грани того, что можно показать. Йен уже почти забыл, как дышать ровно — каждое движение Мэта отзывалось в нём, заставляя сердце колотиться сильнее, а разум плавиться. — Хорошо, Йен…— прошептал Мэт на ухо, дерзко и томно, — **тогда начнём с того, что я не отпущу тебя до того, как ты полностью сдашься. Мэт схватил Йена за воротник и одним резким движением втянул внутрь, захлопывая дверь ногой. В полумраке прихожей он прижал его к стене, нависая всем телом. От Йена пахло морозным воздухом и дорогим виски, и этот коктейль окончательно сорвал Мэту резьбу. — Медленно? — Мэт опалил его ухо горячим дыханием, его голос стал низким и вибрирующим. — Посмотрим, сколько ты выдержишь, прежде чем начнешь умолять меня ускориться. Мэт грубо, по-хозяйски впился в губы Йена. Это не был нежный поцелуй — это была борьба, в которой Йен с готовностью сдавался. Язык Мэта уверенно исследовал рот партнера, пока его руки уже бесцеремонно сдирали с Йена куртку и свитер. Когда одежда упала на пол, Мэт отстранился лишь на секунду, чтобы увидеть, как сильно покраснел Йен. Он развернул Йена спиной к себе, прижимая грудью к холодному дереву двери, и спустился поцелуями к лопаткам, оставляя там багровые отметины. Руки Мэта скользнули вниз, расстегивая ремень. — Ты такой податливый, когда выпьешь, — прошептал Мэт, стягивая с него джинсы. — Или дело не в алкоголе, а в том, что ты наконец-то перестал врать самому себе? Йен лишь громко выдохнул, когда ладонь Мэта обхватила его член, уже влажный на кончике. Мэт начал двигаться медленно, дразняще, едва касаясь головки, доводя Йена до исступления. Другой рукой он прижал голову Йена к двери, заставляя его смотреть на свое отражение в зеркале напротив. — Смотри, как ты дрожишь, — усмехнулся Мэт. — Ты же этого хотел, да? Чтобы я делал с тобой всё, что придет мне в голову? Достав смазку, Мэт ввел первый палец, вызывая у Йена резкий стон. Он не давал ему привыкнуть, почти сразу добавив второй и третий, растягивая его уверенными, жесткими движениями. Внутри Йен был обжигающе горячим. Когда Мэт, наконец, пристроился сзади, он на мгновение замер, наслаждаясь моментом абсолютной власти. Он вошел в Йена одним мощным толчком, заполняя его до предела. Йен вскрикнул, его пальцы заскребли по дереву двери. — Боже, Йен… ты такой тесный, — прорычал Мэт, начиная двигаться. Он выдерживал обещанный темп — медленные, глубокие толчки, от которых у Йена подкашивались ноги. Мэт толкался размеренно, выверенно, каждый раз задевая ту самую точку внутри, которая заставляла Йена захлебываться в стонах. С каждым движением Мэт чувствовал, как Йен подается назад, подстраиваясь под его ритм, полностью растворяясь в удовольствии. — Пожалуйста… Мэт… — сорвалось с губ Йена. — Что «пожалуйста»? Говори полностью, — Мэт резко дернул его за волосы, заставляя запрокинуть голову. — Быстрее… Я больше не могу… Пожалуйста, сорвись! Мэт довольно оскалился. Он перешел на жесткий, рваный темп. Звуки шлепков тел и тяжелое дыхание заполнили прихожую. Мэт одной рукой продолжал ласкать Йена спереди, доводя его до пика, а другой крепко держал его за бедра. В какой-то момент Йен выгнулся дугой, его тело свело судорогой, и он излился прямо на дверь, содрогаясь в мощном оргазме. Видя это, Мэт сделал несколько последних, максимально глубоких толчков и сдавленно застонал, кончая внутри Йена. Несколько минут они просто стояли, тяжело дыша и не разрывая контакта. Мэт уткнулся лбом в плечо Йена, чувствуя, как бьется его сердце. — Ну что, — наконец произнес Мэт, слегка отстраняясь и вытирая пот со лба. — Кажется, лицо ты всё-таки потерял. И знаешь что? Так тебе идет гораздо больше.