Мечта о Мальве

Глава 8

На следующий день Луи проснулся до рассвета. После короткого совещания с Крэгом он через свой коммуникатор заказал флаер-такси до поместья. Сам факт, что он, раб, мог самостоятельно распоряжаться транспортом, пользуясь её счётом, по-прежнему вызывал у него лёгкое головокружение. Дорога над лесом в утренних лучах была бы красивой, если бы он позволил себе такие мысли. Вместо этого он составлял в уме план работ, сверялся со списками в коммуникаторе. Особняк встретил его прохладной, пыльной тишиной. Работа началась немедленно. Он действовал методично, как хороший машинист. Сначала - проветривание, открытие всех окон, чтобы выгнать запах затхлости. Затем - сухая уборка: сметание паутины с лепнины, вытирание пыли с подоконников, паркета, дверных ручек. Потом - влажная: полы, кафель в ванных, огромные зеркала. Он работал молча, с сосредоточенной интенсивностью, его тело, привыкшее к физическому труду, двигалось эффективно. В перерывах он связывался со строительными компаниями, сверяя расценки и графики отправляя их хозяйке для сверки.. Его голос был спокоен и деловит, хотя внутри он каждый раз напрягался, выступая от имени госпожи. Они выбрал в итоге ту фирму, у которой были лучшие отзывы о работе с загородными особняками и со сложными проектами - лаборатория явно была таковой. Обед и ужин он приготовил себе на ещё не обжитой, но уже чистой кухне - простую, сытную пищу из купленных накануне продуктов. Ел быстро, стоя у стола, поглядывая на список дел. Мысль о том, что он ест один, в пустом доме, который принадлежит его госпоже, была странной. Он чувствовал себя не хозяином, а стражем, временным управляющим этой пустоты. Тем временем Ада, получив от Серины Вейл массивное, старинное кольцо в защитном футляре, погрузилась в свой мир. Выбор оборудования для лаборатории занимал её полностью. Подписание же нотариально заверенного контракта с Сериной было формальностью, но важной. На кону стояли не только огромные деньги, но и её репутация, а возможно, и безопасность. К вечеру Луи закончил мытьё последнего пола. Дом был чист. Он стоял посреди огромной, пустой гостиной, его тень длинно тянулась по полированному паркету. Завтра приедут строители. Он потушил свет, запер дом и вызвал флаер обратно. В его коммуникаторе в списке дел на завтра, среди пунктов о стройматериалах и встрече с прорабами, осторожной строкой значилось: «Уточнить у госпожи предпочтения по меблировке её спальни и кабинета». Это была грань, но она сказала «сообщи». И он решил, что это — относится. Вечером, когда Луи вернулся в дом Смитерс, доложил о ходе работ и осторожно задал свой заранее подготовленный вопрос о мебели, ответ Ады был простым и категоричным. Она лишь пожала плечами, не отрываясь от голограммы с чертежами лабораторного оборудования. - Мебель меня устраивает полностью. Нет смысла тратить деньги и заказывать что-то другое. Пусть стоит. Луи поклонился, приняв приказ к исполнению. Но внутри этот ответ вызвал новую волну сложных, противоречивых чувств. С одной стороны - это была обычная прагматичность. Мебель в особняке была новой, современной и дорогой, явно подобранной с безупречным вкусом предыдущей владелицей. Замена её действительно стала бы нелепой и расточительной тратой. Рациональное, умное решение. С другой стороны… это была мебель той женщины. Предыдущей госпожи. Той, чья «игровая» комната всё ещё стояла нетронутой на втором этаже. Теперь в этих кроватях, за этими столами, на этих диванах будет жить она. Ада. Он представил её, спящей в роскошной кровати, выбранной кем-то другим, работающей за чужим, хоть и прекрасным, письменным столом. Это было словно символическое вступление во владение не только пространством, но и чужим, отлаженным бытом. Она не пыталась стереть следы предшественницы, а просто занимала её место. В этом была холодная, почти имперская уверенность, которая внушала ему трепет. Он также отметил её слова о деньгах. У неё, судя по разговору с Сериной Вейл, скоро должны были появиться огромные средства. Но она экономила на том, что считала излишеством. Значит, эти деньги были предназначены для чего-то другого. Для лаборатории. Для её проектов. Может быть, для будущих рабов. Для укрепления Дома. Эта финансовая дисциплина, сочетающаяся с готовностью ввязаться в авантюрный и дорогой научный проект, заставляла его уважать её расчётливость и одновременно побаиваться её непредсказуемости ещё сильнее. - Так точно, госпожа, - тихо ответил он. - Я уведомлю строителей, чтобы они проявили максимальную осторожность с существующей мебелью во время работ на втором этаже. Он отступил, оставляя её за занятиями. В его собственных планах на завтра появился новый пункт: не просто наблюдать за стройкой, но и тщательно осмотреть всю мебель на предмет любых скрытых дефектов или неисправностей, которые могли ускользнуть от поверхностного взгляда. Если она решила оставить это - значит, всё должно работать безупречно. Это была его задача. А ещё… мысленно он начал перебирать запасы купленной ткани цвета слоновой кости. Возможно, стоит сшить новые, очень простые чехлы для дивана в её будущем кабинете или лёгкое покрывало для кровати. Не чтобы скрыть чужой вкус, а чтобы добавить лёгкий, нейтральный штрих, знак того, что пространство теперь её. Это не было приказом. Это была почти что еретическая инициатива. Но сделанная в рамках её указания «обустраивать поместье». Он решил, что сошьёт что-нибудь простое и качественное, и если она не одобрит - просто уберёт. Риск был минимальным, а странное, гнетущее чувство от мысли, что она будет просто жить среди чужого идеального порядка, требовало какого-то тихого, почти незаметного действия с его стороны. Утренний завтрак в доме Смитерс был отмечен лёгкой, тёплой атмосферой. Ада, свежая и явно полная энергии после вчерашних свершений, с аппетитом набрасывалась на яичницу с пряными травами, приготовленную Жераром. Эйлана, сидевшая напротив с чашкой травяного чая, слушала её, время от времени кивая, а в уголках её глаз лучились одобрение и та лёгкая грусть, что всегда сопровождает расставание с близким человеком, даже если оно - всего лишь через город. - Сегодня переезжаю, - с улыбкой заявила Ада, отодвигая пустую тарелку. - Всё, что мне нужно, уже либо там, либо в пути. Лабораторию тоже начинают собирать сегодня. А пока… мне не терпится просто заселиться. Эйлана хмыкнула, но её взгляд был мягким. - Всегда знала, что ты не из тех, кто будет долго топтаться на пороге. - Она сделала паузу, её голос стал чуть тише, но твёрже. - Дом - это сила. И ответственность. Особенно здесь. Ты всё продумала с безопасностью? - Продумываю, - кивнула Ада. - Пока что с Луи справимся. А там посмотрим. Крэг, молча подававший на стол свежий тост, услышав это, чуть заметно перевёл взгляд на Вилли, который тут же опустил глаза, но в них мелькнуло любопытство. Луи, стоявший у буфета в положении ожидания, услышал своё имя и внутренне напрягся, хотя лицо оставалось бесстрастным. Ответственность за безопасность госпожи в новом, изолированном доме легла на его плечи тяжёлым, но знакомым грузом. Его мысли мгновенно переключились на проверку систем безопасности особняка, которые он досконально изучил вчера. - Ну что ж, - Эйлана отпила чай. - Мой дом всегда открыт для тебя, ты это знаешь. А если что-то пойдёт не так… - она не договорила, но её смысл был ясен. - Спасибо, Лана, - голос Ады стал искренне тёплым. - За всё. За крышу над головой, за советы… и за то, что познакомила меня с Луи. Это упоминание заставило самого Луи чуть задержать дыхание. Он почувствовал на себе быстрый, оценивающий взгляд Крэга. Эйлана лишь улыбнулась. - Он в надёжных руках. Теперь иди, обустраивай своё гнездо. И давай о себе знать. После завтрака в доме закипели последние приготовления к отъезду. Луи, получив чёткие указания от Ады, что забрать из её временной комнаты, принялся за работу. Его движения были быстры и точны. Пока он переносил вещи в ожидающий у порога флаер, он видел, как Эйлана и Ада прощаются у парадной двери - короткое, крепкое объятие, несколько тихих слов, сказанных на ухо. Это была сцена между равными, между подругами, а не между госпожой и рабыней. Луи, наблюдая это краем глаза, ощутил острое, щемящее чувство… тоски? Нет. Осознания той пропасти, что лежала между его миром и их миром. Но в то же время, видя, как Ада так естественно существует в обоих, он чувствовал странное, смутное облегчение. Может быть, не всё в её мире было подчинено только жестокости и контролю. Когда последний чемодан был уложен, он замер у флаера, ожидая. Ада, ещё раз кивнув Эйлане, уверенной походкой направилась к транспорту. Она села, не оглядываясь. Луи последовал за ней, заняв своё обычное место, его взгляд скользнул по дому Смитерс в окно. Это место было для него временным убежищем, школой новых, сбивающих с толку правил. Теперь началось что-то другое. Настоящее. Флаер плавно взмыл в воздух, взяв курс на лес и белый особняк. Луи сидел неподвижно, глядя вперёд, но всё его существо было настороже. Они летели не просто в новый дом. Они летели в начало её Дома. И его новой, неопределённой роли в нём. Флаер приземлился на аккуратной посадочной площадке перед особняком. Утро было уже в разгаре, и дом, чистый и сияющий после вчерашних трудов Луи, выглядел внушительно и гостеприимно. В воздухе витала тишина, нарушаемая лишь пением лесных птиц. Ада вышла первой, сделав глубокий вдох свежего, соснового воздуха. Она обвела взглядом фасад, и на её лице появилось удовлетворённое выражение. Луи тем временем начал выгружать вещи. Его движения были отработаны до автоматизма: чемоданы с её одеждой и личными вещами он отнёс в главную спальню на втором этаже, аккуратно расставив их у стен, чтобы не мешать. Ящик с научными материалами и ноутбук он с особым тщанием поместил в кабинет, который она, судя по всему, выбрала себе под рабочее место - просторную комнату с большими окнами, выходящими в лес. Пока он трудился, его мозг работал не менее интенсивно, чем тело. Он мысленно составлял список первоочередных задач после отъезда строителей: проверить запасы воды и еды, убедиться в исправности генератора и систем безопасности, которые он уже бегло изучил вчера. Особое внимание нужно было уделить периметру — лес, хоть и красивый, мог таить в себе опасности, от диких животных до… нежеланных визитёров. Он отметил про себя, что нужно будет изучить местность подробнее, возможно, даже обойти пешком границы владений. Когда все вещи были перенесены, он вернулся к Аде, которая уже осматривала гостиную. Она стояла посреди комнаты, её взгляд скользил по изящной современной мебели, камину, высоким окнам. Луи опустился на колени в почтительном отдалении, ожидая указаний. - Госпожа, вещи размещены. Строительная команда должна прибыть в течение часа для начала работ на втором этаже, - доложил он тихим, чётким голосом. - Указания по обращению с мебелью уже переданы. Он ждал, готовый либо получить новые распоряжения, либо быть отпущенным для организации приёма рабочих. Внутренне он был собран, как пружина. Первый день в новом доме, первый день, когда они оставались здесь одни - он и его госпожа. От того, как всё пройдёт сейчас, мог зависеть очень многое. Он чувствовал тяжесть платинового браслета на запястье - символ доверия и ярлык одновременно. Теперь он должен был оправдать и то, и другое. - Хорошо, Луи. Разбери мои вещи. Книги в этот шкаф, материалы и исследования пока что сюда. Ноутбук и планшет на рабочий стол. И еще мне нужен сейф. Луи кивнул и тут же приступил к работе, двигаясь с тихой эффективностью. Книги, аккуратно упакованные в коробки, он извлекал и расставлял по полкам указанного шкафа, сортируя их по темам - генетика, ксенобиология, химия, несколько художественных романов на языке Содружества. Его крупные, иссечённые шрамами пальцы обращались с хрупкими переплётами с неожиданной нежностью. Ящик с материалами и исследованиями был тяжелее; он поставил его точно в указанное место, проверив, чтобы крышка легко открывалась. Ноутбук и планшет он установил на массивный рабочий стол, подключил к ближайшим розеткам и спрятал провода, чтобы они не путались. Затем он подошёл к одной из панелей стены - это была искусная деревянная инкрустация, почти незаметная на фоне обшивки. Нажав на несколько точек в определённой последовательности, он открыл скрытый сейф, встроенный прямо в стену. Внутри лежали папки с бумагами, несколько небольших шкатулок и электронный блок управления. Сейф тут уже есть, госпожа. Я вчера позволил себе разобрать записи прежней владелицы и нашел пароль и инструкцию как установить новый пароль. Пароль был записан в её ежедневнике, госпожа, - пояснил он, набирая код на панели. Сейф тихо щёлкнул, и дверца открылась полностью. - Я удалил старый код. Инструкция по установке нового здесь. - Он показал ей небольшой пластиковый чип с голографической инструкцией. Ада с одобрением кивнула, сменила пароль на свой, и сейф закрылся, снова став частью стены. Затем она задала вопрос об оборудовании для шитья. - Да, я нашел комнату с оборудованием и спальней для профи. хотите осмотреть? - Хочу, веди меня. - Да, госпожа, - ответил Луи. - Я обнаружил отдельную комнату на первом этаже, в восточном крыле. Она оборудована профессиональной швейной машиной, манекенами, столами для раскроя и полками с тканями и фурнитурой. Судя по обстановке, это была комната для профи-портного предыдущей хозяйки. К ней примыкает небольшая спальня для раба. Он сделал паузу, ожидая её реакции. Наличие специально оборудованной комнаты для такого специфического ремесла говорило о том, что предыдущая владелица либо сама увлекалась шитьём, либо содержала в доме высококлассного раба-портного. Для Луи эта находка была и удачей, и вызовом. Удача - потому что у него теперь были инструменты. Вызов - потому что она, увидев это, могла решить, что ему пора осваивать новые обязанности. - Показывай, - приказала Ада. Луи поклонился и повёл её по коридору. Он шёл на полшага впереди, указывая путь, но ни разу не оборачиваясь, держась в почтительной позе проводника. Комната действительно оказалась хорошо оборудованной. Швейная машина была последней моделью, ткани на полках - от практичных до роскошных. В спальне рядом стояла простая, но удобная кровать, тумбочка, небольшой шкаф. Всё было чисто, но пыльно - явно не использовалось уже какое-то время. Луи замер у входа, опустив взгляд, позволяя ей осмотреть пространство. Внутри он уже оценивал возможности: «Машина в порядке. Нитки, скорее всего, пересохли, нужны новые. Ножницы затупились. Но основа - отличная». Он ждал, что она скажет. - Хорошо. в таком случае я сейчас дам инструкции строительной бригаде насчет работы, а после мы с тобой отправимся на рынок рабов. Слова Ады ударили по Луи с физической силой, заставив его внутренне содрогнуться, хотя внешне он лишь глубже склонил голову. - Слушаюсь, госпожа. Она быстро вышла, чтобы встретить подъезжающую строительную бригаду. Ее инструкции были краткими, чёткими и не допускающими возражений. Объединить несколько помещений, стены, пол, покрытие, электричество. Так же Ада передала данные о заказе оборудования и сообщила прорабу-женщине сроки прибытия и скинула ей на коммуникатор проект по установке оборудования и планировке лаборатории. Пока Ада и Луи ждали флаер, Луи стоял, глядя в землю, его челюсти были плотно сжаты. Он пытался представить, каких рабов она выберет. Юных, податливых? Опытных, уже обученных? Его собственное тело, несмотря на крепкое сложение, вдруг ощутило всю тяжесть своих тридцати четырёх лет и покрывавших его уродливых рубцов. Рядом с молодыми, гладкокожими мальчиками с рынка он будет выглядеть как старый, потрёпанный батрак. Чувство, подступившее к горлу, было горьким и унизительным. Он подавил его, заставив дыхание стать ровным. Флаер приземлился. Ада села. Луи последовал за ней, заняв своё место. Когда аппарат взмыл вверх, взяв курс на столицу, он смотрел в окно, но не видел леса. Он видел клетки, поводки, аукционные блоки и оценивающие взгляды покупательниц. Его рука сжалась в кулак, и платиновый браслет врезался в кожу, напоминая о своём присутствии - о его новом статусе, который сейчас, на пути на рынок, ощущался не как привилегия, а как тончайшая, позолоченная цепь. Он был её первым. Но первым - не значит единственным. Рынок рабов представлял собой не хаотичную толчею, а хорошо организованное, удобное пространство, разделённое на сектора по специализациям. Сектор «Искусство и ремесло» был одним из самых спокойных. Здесь не было клеток, только чистые, похожие на студии помещения за стеклянными перегородками, где рабы-профи демонстрировали свои навыки: одни рисовали, другие вырезали по дереву, третьи — шили. Ада, следуя указанию Луи, который шёл впереди, сохраняя дистанцию, но чётко указывая путь, остановилась у кластера портных. Несколько профи сидели за работами или стояли рядом со своими станками в ожидании оценки. Луи, опустив взгляд, занял позицию чуть позади и сбоку от неё, его поза была безупречно нейтральной, но каждый мускул был напряжён. Он чувствовал на себе взгляды — и других рабов, и надзирательниц. Его браслет и его возраст делали его фигурой заметной и странной. Вот профи, на которых упал её взгляд: 16 лет. Мальчик, почти ребёнок. Худощавый, с большими, испуганными глазами цвета лесного ореха. Его пальцы, обхватившие кусок простой ткани, тонкие и длинные, но дрожат от напряжения. Он шьёт что-то простое, его движения неловки, но старательны. На нём чистая, но грубая одежда. На табличке: «Начальное обучение. Податлив. Цена низкая». 20 лет. Юноша со светлыми, аккуратно подстриженными волосами и спокойным, почти отстранённым выражением лица. Он работает за современной швейной машинкой, его движения быстры, точны и автоматизированы. Шьёт сложный крой — вероятно, деталь женского платья. Взгляд опущен в работу, тело расслаблено, но не развязно. На табличке: «Образование: Школа ремесленников. Специализация: дамский текстиль. Дисциплинирован». 21 год. Парень с вьющимися тёмными волосами и живым, умным взглядом, который он на секунду позволил себе поднять, чтобы оценить Аду, прежде чем опустить с почтительной быстротой. Он не шьёт, а стоит рядом с манекеном, на котором наколото полуготовое изделие смелого, авангардного кроя. В его позе — не рабская скованность, а скорее вынужденная сдержанность. На табличке: «Талант к дизайну. Нонконформист. Требует жёсткого контроля». 24 года. Мужчина крепкого телосложения, с сильными, уверенными руками, которые легко управляются с тяжёлой тканью, может, кожей или плотным драпом. Его лицо серьёзно, взгляд твёрд и сосредоточен на задаче. Он выглядит не как изнеженный портной, а как мастер-ремесленник. На табличке: «Специализация: верхняя одежда, аксессуары, работа с кожей. Надёжен. Физически крепок». Луи увидел в нём потенциального не только профи, но и… охрану. Или конкурента. Этот не сломается от крика. Его придётся либо сломать физически, что сложно, либо завоевать его уважение, что ещё сложнее для госпожи. 30 лет. Самый старший из представленных. Его лицо уже несёт на себе следы усталости и прожитых лет, но в глазах — глубокая, умиротворённая сосредоточенность. Он вручную вышивает сложный узор на шёлке, каждый стежок — совершенен. Его движения медленны, но полны невероятного достоинства. На табличке: «Мастер ручной вышивки и восстановления антиквариата. Возрастной. Спокоен». Луи смотрел на него с странной смесью жалости и… зависти. Этот мужчина уже пережил всё, что могло с ним случиться. Он достиг мастерства, которое защищает его лучше любой молодости. Он не будет соперничать. Он будет просто делать свою работу безупречно. Но его возраст… 30 лет. На пороге «старости». Покупка его была бы актом милосердия или признанием исключительного мастерства, но не инвестицией в будущее. Луи стоял, наблюдая, как Ада изучает каждого. Его собственный возраст и шрамы горели на нём клеймом. Рядом с этими профи, особенно с молодыми и целыми, он чувствовал себя древним, испорченным товаром. Что она ищет? Талант? Покорность? Или просто дополнительные руки? И как его, Луи, присутствие здесь — немолодого, избитого, но носящего её браслет — повлияет на её выбор и на то, как новый раб будет видеть его? Он сглотнул, стараясь сохранить каменное выражение лица, но внутри всё сжалось в тугой, болезненный узел тревоги. - Ты и ты. Какие у вас есть дополнительные навыки? Вопрос Ады, обращённый к профи, прозвучал в тишине сектора как щелчок. Оба раба — и двадцатиоднолетний, и тридцатилетний - отреагировали мгновенно, но по-разному, отражая разницу в опыте и характере. Профи 21 года, услышав обращение госпожи, замер на долю секунды, будто его нервная система, настроенная на пассивное наблюдение, получила неожиданный сигнал. Он не упал на колени, но его осанка стала ещё более собранной, плечи слегка подались вперёд в знак внимания. Его глаза, быстрые и живые, мельком встретились с её взглядом, прежде чем опустились на её руки. - Госпожа, - его голос был тихим, но чётким, без дрожи, - помимо конструирования и пошива одежды любого уровня сложности, я обучен основам дизайна и эскизирования. Могу работать с кожей и мехом на базовом уровне. Обучен стирке, глажке и уходу за деликатными тканями. И… - он сделал почти незаметную паузу, словно взвешивая риск, - …могу вносить корректировки в крой по фигуре для максимального соответствия, если госпожа соизволит предоставить измерения. Последнее было почти дерзостью - предложение услуги, на которую требуется явное разрешение и доверие. Кай стоял, слегка затаив дыхание, его пальцы непроизвольно сжали край ткани на столе. В его ответе чувствовалось желание продемонстрировать не только навыки, но и потенциал, понимание эстетики. Он продавал не просто руки, а голову. Профи 30 лет отложил иглу с нитью ещё до того, как вопрос был до конца задан. Его движения были не быстрыми, а предугадывающими, плавными. Он не просто встал, а совершил небольшой, глубокий поклон, полный немого достоинства, прежде чем ответить. Его голос был низким, спокойным, как течение глубокой реки. - Госпожа, - начал он, и в этом одном слове звучала бездна уважения, лишённого заискивания, - моя специализация - ручная работа, реставрация антикварного текстиля, вышивка и создание уникальных аксессуаров. Помимо этого, я обучен полному циклу создания гардероба: от эскиза до финальной примерки. Владею искусством кроя, скрывающего недостатки и подчёркивающего достоинства фигуры. Могу работать со всеми видами тканей, включая исторические, требующие особого обращения. Обучен основам управления ткацким станком и окрашиванию материалов натуральными пигментами. Он умолк, дав ей впитать информацию. Его ответ не содержал намёков или предложений, только констатацию фактов. Он не продавал потенциал - он представлял готовый, отточенный годами инструмент высочайшего качества. Его взгляд оставался опущенным, но в его неподвижной позе читалась уверенность мастера, чья ценность была не в молодости, а в безупречном результате. В его молчании после ответа словно висело неозвученное: «Я сделаю всё, что вы прикажете, и сделаю это лучше всех здесь». - С кройкой и шитьем понятно. Меня интересует какую еще работу по дому вы способны выполнять. Вопрос Ады, сменивший вектор с чисто профессионального на бытовой, застал обоих профи врасплох, но их реакции снова различались. Кай (21 год) слегка замер, его быстрый ум явно проигрывал варианты. Стремление угодить и показать свою универсальность боролось с опасением солгать или пообещать слишком много. - Госпожа, - начал он, стараясь, чтобы голос не дрогнул, - я обучен базовому обслуживанию швейного оборудования. Могу содержать в чистоте рабочее место и прилегающие помещения. Обучен сервировке стола и подаче блюд согласно простому этикету… - Он запнулся, словно вспоминая, что ещё в него вбили за годы обучения. - …Могу выполнять поручения по дому, не требующие особой квалификации: вынос мусора, доставка воды, полив растений, если таковые имеются. Сложной кулинарией или тонкой уборкой не обучен. Его ответ выдавал стандартный, довольно ограниченный набор навыков «профи с дополнениями». Он был портным, и его учили в первую очередь шитью, а всё остальное - по остаточному принципу. В его глазах мелькнуло разочарование - он явно понимал, что его бытовые умения проигрывают профессиональным. Элиас (30 лет) ответил без паузы, его спокойный голос не изменил тембра. Он, казалось, ожидал такого вопроса или был готов к чему угодно. - Госпожа, помимо основного ремесла, я обучен полному циклу ухода за текстилем в доме: стирка, сушка, глажка, бережное хранение, включая меха и антиквариат. Могу производить мелкий ремонт мягкой мебели, штор, постельных принадлежностей. Обучен основам ведения домашних записей - инвентаризации тканей, фурнитуры, расходных материалов. При необходимости могу оказать первую помощь при бытовых травмах, связанных с режущими инструментами или ожогами. Физически способен к умеренным нагрузкам: переносу рулонов ткани, перестановке мебели в пределах мастерской. Его перечень был другим - не набором случайных обязанностей, а логичным расширением его основной специализации. Он не просто «мог убирать» - он мог ухаживать за имуществом, особенно текстильным. Его навык первой помощи был узкоспециализированным, но полезным. Он представлял себя не как универсального слугу, а как высококвалифицированного специалиста, чья компетенция естественным образом распространяется на смежные области дома. В его ответе не было ни тени сомнения или желания приукрасить - только факты. - Луи, что скажешь? Вопрос, обращённый к нему, заставил Луи внутренне сжаться. Его мысленный анализ был прерван, и теперь все взгляды - Ады, двух профи, возможно, надзирательницы сектора - были устремлены на него. Ответ должен был быть идеальным: честным, полезным для госпожи, и при этом не выходящим за рамки его положения. Он не мог позволить себе ни лести, ни скрытой предвзятости. Он опустил голову ещё глубже, давая себе секунду на формулировку, и заговорил тихим, но отчётливым голосом, обращаясь не к рабам, а к пространству перед ногами Ады. - Госпожа. Если исходить исключительно из полезности в быту и снижения нагрузки на госпожу в обустройстве дома… - он сделал микропаузу, - …раб Элиас представляет большую ценность. Его навыки глубоки, специализированы и предсказуемы. Он возьмёт на себя полный контроль над всем текстилем в доме — от гардероба госпожи до постелей и штор — и будет поддерживать его в идеальном состоянии без необходимости постоянного контроля. Его умение вести записи и аккуратность снизят риск порчи имущества. Он - готовое решение для значительного сектора домашних забот. Он слегка повернул голову, не поднимая глаз, как бы указывая на второго раба. - Раб Кай… - в его голосе появилась оттенок холодной аналитики, - …обладает энергией и готовностью браться за многое. Однако его навыки в быту поверхностны. Он потребует значительных временных затрат на обучение, чёткую постановку задач и постоянный контроль за исполнением. Его полезность в краткосрочной перспективе будет низкой, пока он не освоится и не обучится. В долгосрочной - он может стать универсальным помощником, но это не гарантировано. Его главный актив - не текущая полезность, а потенциал и податливость. Луи умолк, сделав заключительный поклон, сигнализируя, что сказал всё, что считал нужным. Он не предлагал выбрать того или другого. Он лишь изложил факты, как он их видел, с точки зрения эффективности управления домом. Внутри он напряжённо ждал. Его оценка могла не совпасть с её желаниями. Возможно, ей хотелось именно «податливого» материала для лепки. Или, что было хуже, она могла решить взять обоих. Тогда иерархические проблемы усложнялись в геометрической прогрессии. - Сколько стоит Элиас? - обратилась Ада к продавцу. Продавец, женщина лет пятидесяти с бесстрастным, вычислительным взглядом, стоявшая чуть поодаль, услышав вопрос, сделала шаг вперёд. Её глаза скользнули по Элиасу с холодной профессиональной оценкой, как бы заново взвешивая товар на весах спроса и предложения. - Госпожа Ван дер Линд, - её голос был гладким, как отполированный камень, - Элиас - мастер своего дела. Его навыки ручной работы, особенно в реставрации и вышивке, сопоставимы с уровнем столичных ателье. Возраст… - здесь она сделала почти незаметную, но значимую паузу, - …является фактором, снижающим инвестиционную привлекательность, но в его случае мастерство компенсирует годы. Цена отражает эту уникальность. Она назвала сумму. Она была высокой - очень высокой для раба, даже профи. Она превышала стоимость двух-трёх молодых, хорошо обученных портных, вместе взятых. Элиас, стоявший неподвижно, услышав цифру, не дрогнул. Лишь его веки опустились на долю секунды. Он знал свою стоимость и знал, что для большинства господ она - непозволительная роскошь для столь возрастного раба. Его судьба висела на волоске между редкой удачей и перспективой остаться здесь, пока его мастерство окончательно не перестанет перевешивать клеймо возраста. Продавец сохраняла бесстрастное выражение, но в уголках её глаз читалась профессиональная отстранённость. Она видела, как многие госпожи отшатывались от такой цены за «старьё». Её задача была выполнена - честно оценить товар. Теперь она ждала вежливого отказа или, что менее вероятно, начала торга. Элиас не пошевельнулся. Казалось, он даже перестал дышать. Его взгляд, опущенный на собственные руки, лежащие вдоль швов простых брюк, стал стеклянным. Внутри него что-то оборвалось. Эта цена была одновременно признанием его мастерства и смертным приговором. Кто купит его за такие деньги? Только чудачка со странными вкусами или очень состоятельная госпожа, ищущая редкую диковинку для своей коллекции. Шансы были ничтожны. Он слышал её нестандартные вопросы, её обращение к рабу за советом. Это не укладывалось в привычные рамки, но он объяснял это себе лишь эксцентричностью, молодостью или неопытностью новой знатной особы. Кай, напротив, чуть подался вперёд, едва сдерживая порыв. Высокая цена на соперника была его шансом. Его ум, живой и цепкий, уже просчитывал: «Она не возьмёт старика за такие деньги. Значит, возьмёт меня. Она молодая, ей нужен кто-то живой, кто поймёт с полуслова». Её странности он счёл проявлением особого, возможно, изощрённого стиля управления, который ему, с его гибкостью, будет легче принять. Он выпрямил спину, сделал едва уловимое, но отточенное движение - руки за спину, взгляд в пол, подбородок чуть приподнят, демонстрируя покорность и собранность. В его глазах вспыхнула короткая, жадная искра надежды. Луи стоял, застывший, чувствуя, как каждый шрам на его спине будто налился свинцом. Его взгляд, против воли, перешёл с Элиаса на Аду, ожидая её вердикта. В горле стоял ком. Он боялся её решения не как инопланетницы, а как госпожи, чью логику он так и не смог вычислить. Боялся, что она купит Элиаса, и его собственная шаткая ценность померкнет. Боялся, что она купит Кая, и ему придётся нянчиться с непредсказуемым энтузиастом. Боялся, что она уйдёт ни с кем, оставив его одного нести неподъёмный груз обустройства дома. Тридцатичетырёхлетний, избитый жизнью раб, в платиновом браслете, замер в ожидании, чувствуя себя на краю пропасти, от одного слова которой зависит вся его будущая, и без того мрачная, жизнь. Тишина вокруг звонила в ушах. - 200 галлонов?! да я за эти деньги себе мужа прямиком из лицея возьму. Поступим так, я беру его за 70 галонов и если у вас есть профи медики и кулинары, куплю у вас еще по одному. Но за разумную цену. - Госпожа, за семьдесят галонов для Элиаса - это практически даром, учитывая его уникальные навыки, - начала она, но в её глазах уже горел огонёк крупной сделки. - Но, учитывая ваш серьёзный настрой и готовность взять нескольких профи, я готова пойти на уступки. Давайте посмотрим, что ещё я могу вам предложить. Она сделала знак помощнику, и вскоре перед Адой выстроилась группа рабов, приведённая из разных секторов рынка. Продавец жестом обвела представленную группу. - Вот достойный выбор, госпожа. Медик, повар, механик, управляющий, универсальная прислуга, специалист по безопасности… Каждый может принести пользу в новом доме. Элиас за семьдесят - это особая цена для вас, как оптовому покупателю. Остальных можем обсудить по отдельности. Какого специалиста вы хотели бы рассмотреть подробнее? Луи, наблюдавший за этим парадом человеческих судеб, чувствовал, как его внутренний мир, только что сжавшийся вокруг выбора между двумя портными, теперь рушился под тяжестью новых возможностей и угроз. Каждый из этих рабов - от испуганного мальчишки-уборщика до холодного бывшего охранника - мог изменить баланс в доме, его положение, его хрупкое спокойствие. Его взгляд скользнул по Элиасу, чья судьба теперь висела на волоске из-за её торга, а затем вернулся к лицу Ады. - Ты, ты и ты шаг вперед. Ада указала на несколько профи. Указывая на одного из них, Ада обратилась к продавцу. - Откуда на мальве раб-охранник? - искренне удивилась она- тут же преступность практически нулевая. Продавщица, услышав выбор и вопрос, кивнула с понимающим видом, будто ждала его. - Проницательный вопрос, госпожа, - ответила она, её голос приобрёл оттенок профессиональной конфиденциальности. - Арго действительно необычный лот. Он был приобретен много лет назад госпожой из знатного Дома, владевшей обширными загородными поместьями и… минеральными шахтами на одной из лун. Там, знаете ли, условия специфические, работают не только местные, и вопросы безопасности активов стояли остро. - Она сделала небольшую паузу, давая Аде оценить уровень прежней владелицы. - После её кончины имущество было разделено, а специализированные рабы, вроде Арго, оказались не у дел в городских резиденциях наследниц и были выведены на рынок. Она бросила быстрый, оценивающий взгляд на самого Арго, который стоял, не двигаясь, его лицо было каменной маской, но в глубине холодных глаз, казалось, отражались далёкие, безвоздушные пейзажи и тёмные шахтные проходы. - Что до преступности, вы правы, в городах она низка, - продолжила продавщица. - Но в больших поместьях, особенно в лесах, могут быть… неприятные сюрпризы. Дикие животные, контрабандисты, использующие удалённые территории, или просто незваные гости, считающие, что уединение означает безнаказанность. Ну или вдруг кто захочет сбежать... Надёжный раб, обученный защите, - это не столько необходимость, сколько элемент спокойствия госпожи и гарантия сохранности её собственности. Особенно, - она чуть наклонила голову, - если в доме есть другие ценные рабы или, скажем, чувствительное оборудование. Луи, слушая это, почувствовал, как по спине пробежал холодок. Продавщица мастерски сыграла на страхах, которые он и сам начал испытывать, думая об изолированном особняке в лесу. Мысль о «незваных гостях» и «контрабандистах» заставила его внутренне напрячься. Арго, с его шрамом и историей, внезапно предстал не просто избыточным приобретением, а возможной необходимостью. Но одновременно Луи осознавал и угрозу: такой раб, физически превосходящий его, с боевым опытом, мог стать серьёзным вызовом его авторитету как первого раба, если, конечно, этот авторитет вообще существовал. Его взгляд скользнул по мощной фигуре Арго, пытаясь оценить не только силу, но и скрытую в этой силе опасность. Дэрил и Сил, сделав шаг вперёд по приказу, замерли. Дэрил, молодой специалист по безопасности, слегка выпрямился, в его позе читалась готовность демонстрировать знания. Сил, конюх, стоял более естественно, его взгляд, привыкший оценивать животных, бегло и почти незаметно оценил Аду, прежде чем опуститься вниз. Продавщица же, закончив объяснение, перевела взгляд на Аду, ожидая её реакции на историю Арго и готовясь к торгу за троих выбранных рабов. - Какие системы безопасности ты знаешь и что еще умеешь делать по хозяйству? - обратилась Ада к Дэрилу. Дэрил, услышав прямой вопрос, слегка вздрогнул, но немедленно собрался. Его голос прозвучал чётко, с лёгкой, почти технической интонацией, выдававшей хорошее образование в узкой сфере. - Госпожа, - начал он, всё ещё не поднимая глаз выше уровня её плеча, - я обучен работе со стандартными мальвийскими охранными комплексами: «Бастион-7», «Неприкосновенность Дома», «Страж Периметра». Могу проводить диагностику, замену датчиков движения, тепловизоров и аудиоконтроля. Умею настраивать зоны чувствительности, подключать системы к центральному коммуникатору госпожи и настраивать тревожные оповещения. Также знаком с основами противовзломной защиты дверей, окон и сейфовых систем. Он сделал небольшую паузу, словно переключая внутренний список. - По хозяйству… - здесь его уверенность слегка пошатнулась, - …обучен базовому обслуживанию самих систем - протирке датчиков, проверке энергопитания. Могу выполнять поручения, связанные с мелким ремонтом электропроводки, заменой перегоревших предохранителей, настройкой бытовых осветительных систем. Физически способен к работе по дому: переноске нетяжёлых грузов, уборке в технических помещениях. Сложной кулинарией или тонкой уборкой не обучен. Но в его последних словах, в том, как он упомянул «настройку бытовых осветительных систем», промелькнула искра чего-то большего. Он явно не просто заученно повторял список, а понимал принципы. Луи, слушая, отметил это про себя. Этот раб был не просто «профи». Он был технически одарён. В его мире, где большинство рабов знали только свой узкий круг обязанностей, способность понимать системы и принципы была редкой и потенциально очень ценной - или опасной, если направить её не туда. Продавщица, уловив интерес Ады, тут же добавила, понизив голос: - Он из партии, госпожа. Их обучали не просто кнопки нажимать, а понимать логику работы. Некоторые его выпускники потом перепродавались в технические службы крупных Домов. У вас будет не просто охранник, а… технический специалист широкого, так сказать, бытового профиля. Арго и Сил стояли молча, но напряжение в их позах выросло. Они чувствовали, что решение по ним может зависеть от впечатления, которое произведёт этот молодой техник. - Луи, дай сюда свой коммуникатор. - Луи удивился и отдал хозяйке коммуникатор. Ада протянула коммуникатор рабу и прошептала на ухо - "Узнай, кто я такая." - учитывая, что это был коммуникатор с одним единственным номером для связи и практически новый, задача предстояла действительно сложная. - У тебя 10 минут. - Сразу после этого ада обратилась к Силу. - Каких животных еще любишь? Приказ отдать свой коммуникатор заставил Луи внутренне замереть. Этот браслет стал за несколько дней не просто вещью, а продолжением его новой, шаткой идентичности. Отдавать его, да ещё в руки другому рабу - пусть и под её приказом - было актом почти интимного унижения и доверия одновременно. Он молча, с каменным лицом, расстегнул браслет и протянул его Аде, чувствуя, как запястье оголилось и стало уязвимым. Когда Ада шепнула задание Дэрилу и протянула ему браслет, лицо молодого техника сначала выразило полное недоумение, а затем - леденящий ужас. «Узнай, кто я такая». Это была не техническая задача. Это был квест на выживание, граничащий с немыслимым: раскопать информацию о госпоже, используя только её личный, почти пустой коммуникатор раба. Прямой доступ к каким-либо базам данных или сетям с такого устройства был строго ограничен. Он взял браслет как раскалённый уголь, его пальцы дрогнули. - Слушаюсь, госпожа, - выдавил он из себя, его голос сорвался. Его ум, только что ясно излагавший технические спецификации, теперь лихорадочно заработал. Десять минут. Он опустился на одно колено, отступив на шаг, чтобы не мешать, и его пальцы побежали по интерфейсу. Он не мог лезть в запретные базы. Но он мог попытаться проанализировать метаданные: серийный номер устройства, модель, дату активации, возможно, провайдера связи. Мог попробовать через разрешённые публичные сервисы проверить, не «засветился» ли где-то этот номер. Это была работа хакера-любителя в условиях жесточайших ограничений и под прицелом взглядов. Пот выступил у него на висках. Луи, наблюдая за этим, почувствовал странное… облегчение? Нет, скорее смешанное чувство. Его собственная беспомощность перед её загадками теперь разделялась с другим. И этот другой, технически подкованный, возможно, был в ещё большей опасности, потому что от него ждали конкретного результата. Луи стоял, сжав кулаки, чувствуя пустоту на запястье, и следил, как Дэрил, бледнея, пытается совершить невозможное. Вопрос, переключившийся на конюха, был как глоток воздуха для всех остальных. Сил быстро перестроился, его лицо, привыкшее к общению с животными, стало более естественным. - Госпожа, - его голос был глуховатым, спокойным, - лошади - это моя прямая специальность. Понимаю их нрав, могу лечить простые хвори, подбирать упряжь. Из других животных… - он задумался на секунду, - …хорошо лажу с собаками сторожевых пород. Они умны, чувствуют настрой. Мелкую живность - птицу, кроликов - тоже содержать могу, если нужно, но без особой страсти. Диких зверей не приручал, но знать повадки учили - на случай встречи в лесу. Он говорил просто, без заискивания, как человек, уверенный в своём ремесле. Его ответ был честным и практичным. Продавщица, видя, как Дэрил корпит над коммуникатором в смертельной тишине, а Ада спокойно беседует с другим рабом, внутренне напряглась. Эта госпожа была непредсказуема в самой опасной манере - она ставила немыслимые задачи, как будто проверяя не навыки, а саму способность мыслить и выживать под прессом. Она бросила взгляд на бледного Дэрила, гадая, кончится ли это для него поркой или… чем-то хуже, если он не справится. Атмосфера накалилась. Даже Арго, стоявший неподвижно, слегка повернул голову, его холодный взгляд на мгновение задержался на сгорбленной фигуре техника. В воздухе витало ожидание взрыва. -А если, скажем, я захочу ручного тигра с планеты Земля? Вопрос повис в воздухе, такой же неожиданный и дикий, как и его предмет. Сил застыл на месте. Его простое, практичное мышление, настроенное на лошадей, собак и кроликов, явно дало сбой перед образом экзотического, хищного зверя с другой планеты. Он медленно моргнул, рот чуть приоткрылся. - Госпожа… - он начал неуверенно, его голос потерял спокойную твердость. - Я… не обучен. Земля - это далеко. Их звери… они другие. Нрав, пища, болезни… - Он замолчал, понимая, что его ответ звучит как отказ, и это могло быть смертельно опасно. Но ложь или пустые обещания в таком деле были ещё опаснее. - Если… если будут чёткие инструкции от знающих людей, и зверь будет молод, возможно… я смогу ухаживать. Кормить, чистить клетку. Но приручить… гарантировать безопасность госпожи… - Он не договорил, но его опущенная голова и сжатые кулаки говорили красноречивее слов: это не моя стихия, и это опасно. Продавщица впервые за весь разговор выглядела искренне ошарашенной. Ручной тигр? С Земли? Это было уже за гранью даже эксцентричности богатой госпожи. Это попахивало либо безумной расточительностью, либо чем-то гораздо более тёмным. - Госпожа, - вмешалась она, стараясь сохранить профессиональный тон, но в нём явно слышалась тревога. - Импорт инопланетных хищников сопряжён с колоссальными сложностями: карантин, специальные разрешения от Департамента биобезопасности, оборудование вольеров… Стоимость содержания и риски… Это не то, что можно купить на рынке. Даже если бы такой зверь был доступен, - она бросила быстрый взгляд на Сила, - вам потребовался бы не просто конюх, а специалист-ксенозоолог. Таких на Мальве… единицы. Тем временем, Дэрил услышал про «ручного тигра с Земли» краем сознания, и это окончательно добило его. Его пальцы, бегавшие по интерфейсу коммуникатора, задрожали. В его голове смешались технические метаданные и образ свирепого инопланетного зверя. Что за госпожа? Кто она? Сумасшедшая? Коллекционер диковин? Опасно. Очень опасно. Он судорожно выдохнул, понимая, что десять минут истекают, а он не приблизился к ответу. Единственное, что он смог выяснить — модель коммуникатора была премиальной, выпущенной три месяца назад, и активирована через столичного провайдера с высоким уровнем шифрования. Ни имени, ни происхождения. Только дорогую анонимность. Это было и информация, и её полное отсутствие. Он поднял взгляд на Аду, его лицо было мокрым от пота и белым от страха. Луи же слушал про тигра, и в его сознании что-то щёлкнуло. Внезапная, дикая фантазия о хищнике с другой планеты почему-то не казалась ему нелепой. Рядом с ней - с её непредсказуемостью, её странными ласками, её проектом по воссозданию древнего яда и её манерой ставить нерешаемые задачи - ручной тигр выглядел почти логичным продолжением. Она не просто нарушала правила Мальвы. Она словно играла в какую-то свою, большую игру, правила которой были никому не известны. И этот вопрос к Силу был не просто капризом. Это была ещё одна проба, ещё один тест на границы возможного и на реакцию окружающих. Луи почувствовал, как страх перед неизвестностью, который мучил его все эти дни, начал кристаллизоваться во что-то иное - почти мистический ужас и… жгучее любопытство. Кто ты? И что ты собираешься построить в этом лесу, окружённом тишиной и мной? В этот момент в голове у взломщика что-то щелкнуло. испуганный взгляд стал легче и даже появились проблески какого-то интереса. Практически за всеми рабами, сжавшись на земле и одетый в ошейник, сидел еще один раб с белоснежной кожей и такого же цвета волосами. Ада подошла ближе. - Кто это? - обратилась она к хозяйке. Продавщица, заметив, что взгляд Ады переключился на самого незаметного и, казалось бы, безнадёжного лота, слегка поморщилась, но тут же натянула профессиональную улыбку. Дерил, уловив эту паузу, почти инстинктивно уткнулся обратно в коммуникатор, его мозг лихорадочно соображал, пытаясь найти зацепку в разрешённых новостных лентах или публичных регистрах недавних сделок с недвижимостью, используя в качестве точки отсчета дату активации устройства. - Этот? - Продавщица махнула рукой в сторону беловолосого раба, как бы отмахиваясь от досадной помехи. - Не стоит вашего внимания, госпожа. Брак системы, скажем так. Эло. По документам - 20 лет. Отчислен из технического лицея для профи на последнем году. Сдал только теоретическую часть по криогенике, ксенобиологии и основам генной инженерии. Практикумы и экзамены по взаимодействию… провалил с треском. Совершенно неконтактен. Не агрессивен, но в ступор впадает при прямых приказах, если они требуют быстрой реакции или общения. Считается непригодным для нормальной службы. Его держат на самой дешёвой цепи, потому что он может просто уйти и заблудиться, если его не привязать. Глаза, да, необычные. Мутация какая-то. Цена - 15 галов, как за физический труд. Но он и тут слабоват. Пока она говорила, Эло не поднял головы. Он сидел, сгорбившись, обхватив колени, его белые волосы падали на лицо. Ошейник из грубой кожи и короткая цепь, прикованная к кольцу в полу, выглядели удручающе примитивно на фоне других, стоявших свободно. Он не реагировал на разговор, будто погружённый в свой собственный, тихий мир. Но слова «криогеника, ксенобиология, генная инженерия» прозвучали для Ады как выстрел. Это было именно то, что нужно для её лаборатории, для работы с древним ядом, для всех её планов. Теоретик. Чистый, незамутнённый практикой ум, возможно, даже гениальный в своей узкой области, но сломленный системой, требующей беспрекословного послушания и социального взаимодействия. Луи, слушая описание, почувствовал странное, тягостное родство с этим белым призраком. Тот тоже был сломлен, но иным способом - не жестокостью, а непониманием, невозможностью вписаться в жёсткие рамки. Он, Луи, научился становиться пустым и послушным. Этот же, похоже, просто ушёл в себя, как в крепость. «Генная инженерия», - пронеслось в голове Луи. Так вот для кого лаборатория? Для этого потерянного, прикованного существа? Мысль была одновременно шокирующей и… логичной. Она собирала не просто слуг. Она собирала инструменты для своего замысла. И этот странный раб мог быть самым ценным из всех. Арго и Сил практически не обратили на Эло внимания - в их мире слабость и непригодность были клеймом, которое не вызывало ничего, кроме презрения. Дэрил же, краем уха уловив специализации, на секунду оторвался от экрана и бросил быстрый, заинтересованный взгляд на белую фигуру. Его собственный технический ум откликнулся на перечень дисциплин. Ада присела на корточки и обратилась к блондину: - Как ты вычислишь в каком гене произошла мутация? Эло. Когда Ада присела перед ним и задала свой специфичный, технический вопрос, он не вздрогнул и не отпрянул. Он медленно поднял голову. Его изумрудно-зелёные глаза, бездонные и странно ясные, встретились с её взглядом на долю секунды, прежде чем он опустил их на её руки, как на безопасный объект. Голос, который прозвучал, был тихим, монотонным, лишённым всяких эмоций, но поразительно чётким: - Для идентификации гена-мишени при известном фенотипе мутации необходим полный сиквенс генома с последующим картированием и сравнением с референсной последовательностью. При отсутствии референса для конкретного субъекта применяют сравнительный анализ с близкородственными особями или алгоритмы предсказания функциональности на основе консервативных участков. Если фенотип неизвестен, но есть образец до мутации, применяют дифференциальный экспрессионный анализ или поиск однонуклеотидных полиморфизмов. Это был не ответ раба. Это был ответ учёного. Сухой, точный, полный терминов, выуженных из глубин памяти, не тронутой социальными страхами. Он сказал это и снова замолк, уставившись в пространство перед собой, как будто прочитав строку из учебника. Её «Беру его» прозвучало для него, казалось, так же бессмысленно, как шум ветра. Он не проявил ни радости, ни страха. Просто продолжал сидеть. В этот момент Ада обратилась к Дэрилу. - Показывай, что у тебя. Дэрил, услышав свою очередь, поднял голову. Его лицо было бледным, но в глазах горел слабый, испуганный огонёк азарта. Он сделал несколько касаний по экрану и, стараясь не показывать изображение посторонним, повернул коммуникатор к Аде. На экране был свод данных, собранных из открытых источников: «Аделаида ван дер Линд. Родилась на Новой Терре. Учёная-генетик, специализация: ксеногенетика и архаичные биосистемы. Автор 17 публикаций в рецензируемых журналах Содружества. Прибыла на Мальву (порт Мальвавиль) 14 дней назад. Цель визита: частный исследовательский проект. Купила особняк в лесном секторе…» Были даже выдержки из её статей, доступные в публичных архивах. Он не нашёл ничего тайного или компрометирующего, но собрал идеальный публичный портрет. Он не «узнал, кто она». Он подтвердил, кем она себя заявляет, используя лишь обрывки данных и свой ум. Когда она сказала «его я тоже беру», он выдохнул с таким облегчением, что чуть не рухнул на колени, но вовремя поймал себя. Далее она подошла к Арго. - Сможешь пробежать с Луи на руках 30 километров? Вопрос о пробежке с Луи на руках заставил холодные глаза охранника наконец оживить. Он медленно, оценивающе посмотрел на Луи, сканируя его рост, телосложение, оценивая примерный вес. Луи под этим взглядом непроизвольно выпрямился, чувствуя себя объектом безличной инвентаризации. - Да, госпожа, - голос Арго был низким и хриплым, как скрежет камней. - Тридцать километров по пересечённой местности в полной выкладке - стандартная норма для патруля на луне. С пассивным грузом, - его взгляд скользнул по Луи, - задача проще. Выдержу. - Его я тоже беру. Его ответ был не хвастовством, а констатацией факта. Когда Ада сказала «его я тоже беру», Арго лишь слегка кивнул, как солдат, получивший новое задание. Продавщица была в лёгком шоке от такого разворота. Эло, этот брак, был продан. Дэрил, который только что был на грани провала, тоже. И Арго. Три раба, включая самого проблемного и самого дорогого (после Элиаса, за которого ещё шёл торг). Её профессиональная жадность боролась с недоумением. - Госпожа, вы берёте… Эло? - переспросила она, всё ещё не веря. - И Дэрила, и Арго? Вместе с Элиасом? И… - она посмотрела на Сила, которого, казалось, обошли стороной. Луи стоял, переваривая всё. В его голове складывалась мозаика. Учёная-генетик. Лаборатория. Теоретик-мутант. Техник-взломщик. Охранник-солдат. Она собирала не дом. Она собирала… команду. Оборону, ум, руки для самой сложной работы. И он, Луи, первый, с его шрамами и умением выживать и подчиняться, был частью этого. Чувство тревоги никуда не делось. Но к нему добавилось что-то новое - осознание масштаба. Он был не просто рабом странной госпожи. Он был первым рабом в начинании чего-то грандиозного, безумного и пугающего. Его взгляд скользнул по Эло, потом по решительному лицу Арго, по обмякшему от облегчения Дэрилу. С кем мне теперь придётся иметь дело? - Еще мне нужен повар. Этот мне не подходит. Нужен то, кто сможет составлять рацион для разных диет и под разные потребности, хорошо готовить разную кухни и придумывать блюда, если это потребуется. так же он должен разбираться в выращивании продуктов растительных и животных и в их забое. Парень нужен покрепче, как Луи. Продавщица, услышав новые, ещё более специфичные требования, на мгновение задумалась. Повар-универсал, да ещё и с агрономическими познаниями и физической силой - это был запрос на раба высшей категории, почти на управляющего подсобным хозяйством. Её взгляд пробежал по ряду, и она резко обернулась к помощнику: - Приведи Горация. И Мартина из запаса. Пока помощник скрылся, продавщица обратилась к Аде: - У меня есть два варианта, госпожа, подходящих под ваш запрос. Один — классический профи, другой… с особенностями. Давайте посмотрим.