Рюмочка чая.

- Когда я успела влюбиться? - нежась в ванной после страстной ночи, когда проснулись вместе, Алла вслух размышляла о произошедших недавно событиях. Ощущение абсолютного счастья переполняло душу ранимой женщины, и Пугачева, расслабившись в ванной, прикрыла на мгновение глаза, - Обалдеть можно... Едва она проснулась, увидела перед собой Филиппа - он никуда не ушел, но тоже уже не спал, лишь молча лежал и смотрел на любимую женщину, стараясь не потревожить ее сон. Настроение примы сразу поднялось, она расплылась в счастливой улыбке, глаза засияли счастьем. Правда, чуть позже Киркоров все равно уехал - после совместного завтрака - но утром скрасил одним лишь своим присутствием. - Аллочка, - стоя за дверью ванной комнаты, Люся Дороднова постучалась, все-таки не решаясь войти, - Вам звонят, срочно просят к телефону. - Срочно, Люсьен, - сдувая с ладошки мыльную пену, ухмыльнулась Пугачева, - не получится. Скажи, путь позже перезвонят. У меня водные процедуры. - Хорошо, так и передам, - хихикнула Людмила и, чуть отойдя, шепотом повторила, - у нашей Аллы процедуры. Пугачева, воодушевленная долгожданным женским счастьем, казалось, забылась немного, чуть отстранилась от реальности. Ее уже не волновало чье-либо мнение, даже Виктории Марковны, о браке с Филиппом - нет. Она счастлива, и этого омута, этого погружения, хватало, чтобы отсеять от себя всякие мысли. Филипп приехал вечером - как раз Алла управилась со своими делами и всеми звонками, что ее доставали с утра - и, как бы невзначай, преподнес небольшой подарок. Футуристичный мобильный телефон IBM Simon, чтобы быть постоянно с Аллой на связи. Кроме того, точно такой же Филя успел подарить и матери, когда заезжал к ней навестить. Подарки от Филиппа Алла всегда принимала и воспринимала с каким-то особенным теплом - ей не казалось, что она должна. Он подарил не что-то весомое, а вновь частичку себя, и Пугачева отблагодарила будущего мужа смачным легким поцелуем. Только вот ужина совместного не получилось: Филя, мотаясь по делам весь день, обедал в "Макдоналдс", потому просто попивал свежезаваренный чай, пока Алла уплетала очередную порцию Люсиных котлет, заедая малосольным огурчиком. Разговор пошел о том-о сем, Киркоров предложил Алле поехать с ним в Петербург на гастроли - Эмма Васильевна Лавринович, директор культового БКЗ, уже ждала артиста, и Фил не мог не поехать, а одному никак не хотелось, Алла стала для него и вдохновением, и воздухом. - Ну, ладно, - пожав плечами, согласилась прима. Показывать, что ей тоже не особо хотелось отпускать Филиппа одного, как-то не хотелось, и потому она сыграла, будто делает ему одолжение, - Так и быть. Куда ж ты без меня. Кстати, Филь, - сделав глоток чая, Алла открыла крышечку сахарницы и, добавив мужу три кусочка рафинада, о чем-то задумавшись, перемешала, - ты вот меня замуж зовешь, да?.. А как же... твои дети? - повисла долгая пауза, Киркоров был искренне удивлен этим вопросом и настолько растерялся, что даже не знал, что ответить. Ему вдруг стало стыдно за те самые слухи, которые не имели ничего общего с действительностью и которые все-таки дошли до ушей любимой женщины. Осторожно накрыв своей рукой ладонь Аллы, Филипп растерянно улыбнулся: - Аллунечка, у меня пока нет детей. Это абсолютно честно и искренне. Все романы и дети, что мне приписывает пресса... Уверяю, там и процента правды нет. - Но... - слегка заикаясь, потому что разговор пошел на довольно волнительную тему, прикусила губу Пугачева, - ты... ты бы хотел? - и тогда Филипп, улыбнувшись еще шире, сильнее сжал ее руку: - Только от тебя. Только, чтобы у нас с тобой были дети... - придвинув стул поближе, наклонился, чтобы поцеловать ее ладошку, но вдруг Алла сама проявила инициативу и подарила поцелуй в губы. - Но... у нас может не получиться, Филя... - она как будто бы проверяла его реакцию, но Филипп с ней абсолютно откровенен, - Я пойму, если ты предпочтешь другую женщину. - Не будет других женщин. Будешь только ты. Получится-не получится, неважно. Я уверен, мы найдем способы. Сейчас медицина - это не бабушкины травки, все развивается и движется вперед. Я знаю точно, что все получится. - Хорошо, - ответ приму более, чем устроил, - Филя, я... - крепко обняла его, и парень поглаживал ее спину, - я тебе верю. Как вспоминал позже Роман Родин - близкий приятель Филиппа и прямой свидетель всех событий - свадьбу Аллы и Филиппа ожидали. Но она случилась внезапно, потому что в Питере в это время шли концерты. На самом деле, решение жениться не было спонтанным, но так совпало, что Эмма Васильевна припомнила обещание Киркорова сочетать себя узами брака в Северной столице, и в два счета Фил предложил эту затею Алле после первого концерта в ночь с субботы на воскресенье в артистическом кафе "Кэт": - Ты как? Согласна? - За тебя - да. - весьма кратко и одновременно емко ответила Пугачева, чем обрадовала жениха, - Только у нас паспортов нет. - Не проблема! - подал голос Родин, - Я на "Стреле" туда-обратно! У кого паспорта-то? - Ром, - Филипп взял друга под локоть и отвел в сторону, чтобы никто не слышал - скрывался от журналистов, которые из важного события формирования семьи могли сделать ненужную пиар-акцию, - Бери деньги и дуй на Таганку. У Бедроса мой паспорт, привези и его самого. Мама, к сожалению, в больнице, но я ей позвоню, сообщу. Аллин паспорт у Люси. И давай в темпе, - а затем, чуть повысив голос, как будто специально, чтобы услышали прочие, заметил, - во Дворце на Петровской набережной, - это была уловка, чтобы дезинформировать всех присутствующих (тех же официантов кафе), которые разнесли бы эту информационную бомбу по всем питерским закоулкам. - Да! - поддакивала Пугачева, подойдя к Филиппу, - Ромочка, дуй на Московский вокзал. На тебя одного - вся наша надежда! Родин понимал, что Алла не привирает - действительно, ну кто, если не он? Кому Алла и Филипп могут доверить столь важную миссию? К счастью, Людмила отлично знала Родина, как и Бедрос, впрочем, потому проблема достать паспорта - вовсе не проблема. Киркоров-старший тоже не особо сопротивлялся - сын зовет, и он поехал. После кафе, когда все вернулись в гостиницу, друг семейства отправился на вокзал. - Филь, - Пугачева окликнула Киркорова, услышав звонок мобильного, - тебе звонят. - абсолютно доверявший ей Филипп попросил ответить на входящий, и прима нажала кнопку с зеленой трубочкой, - Але, да? - женщина сильно нервничала, потому что звонил никто иной, как... мама Филиппа, - Добрый день, Виктория Марковна. - узнав от Бедроса, что Филипп все-таки женится, Виктория сочла нужным позвонить. - Здравствуйте, Алла, - Пугачева нервничала до такой степени, что ощущала биение дерганого сердца под горлом. Она могла не придавать значение ничьему мнению, но все же мнением Виктории пренебрегать не могла, - хорошо, что Вы подошли к телефону, - продолжила Виктория Марковна, и Пугачева присела на уютное кресло, почувствовав легкое от волнения головокружение. - Как Ваше самочувствие, Виктория Марковна? - любезничала, стараясь прогнать из своей головы тревожные мысли, Пугачева, - Я надеюсь, есть улучшение? - Обо мне не будем, если разрешите. Чувствую себя... - на секунду запнулась Вика, - не очень. - в этот момент Киркоров, который ранее брился в ванной комнате, подошел к будущей жене и, заметив, что та побледнела, нахмурился. Алла тут же вцепилась в его руку, и только сейчас Фил догадался о причине ее тревоги. Молча он присел на корточки, почти у Аллиных ног, ожидая, что же будет сказано еще, - Бедрос сообщил мне о вашей женитьбе. - Да, Виктория Марковна, все произошло немного неожиданно, но... сейчас, увы, без записи о регистрации не венчают, у нас назначено на пятое июня в Храме святителя Филиппа, митрополита Московского, в Мещанской слободе... Мы бы с Филей очень хотели, чтобы Вы присутствовали. - Прошу прощения, Аллочка, ввиду плохого самочувствия при всем желании - вряд ли. Я вижу, что ваше с Филиппом намерение создать семью очень серьезно. - Пугачева, промолчав, кивнула, - Я... благословляю вас. Благословляю вас с Филиппом на этот брак. - Алла, будучи в шоке, чуть трубку не выронила, и тогда Киркоров перехватил: - Мамочка, привет! Это я, Филипп. Ты прости, пожалуйста, что не при... - Ничего страшного, сын! - оборвала его Вика, - Ничего. Я сказала Алле, скажу и тебе, - в этот момент Алла покрылась обильным липким потом, нервничая так, что спиной прильнула к креслу, - Благословляю. Берегите друг друга и будьте счастливы, - не сказав и слова более, Вика сбросила телефонный звонок. Отложив увесистую трубку в сторону на пол, Филипп, поднявшись с корточек, нежно обнял Аллу, и только сейчас почувствовал, что она... дрожит. - Аллунечка... - тихо произнес мужчина, и Алла как-то дергано улыбнулась ему в ответ, тут же опустив голову. - Я очень боялась, Филя. И сейчас боюсь, - шепотом произнесла женщина, как будто опасаясь что-то сглазить, - Бог мне только-только счастье подарил... Тебя, - многозначительно сжала его руку, - подарил. Боюсь все это потерять. Или что у меня отнимут. - она бы заплакала, но Филипп не дал ее тревоге разбушеваться, затянул в сочный бездонный поцелуй, просто-напросто убирая все предпосылки тревоги. - Мы венчаемся, Аллусенька, - от этих слов Пугачева все же не сдержала слезы абсолютного женского счастья, объятиями прильнув к Филиппу, - будем не просто мужем и женой, а перед Богом. Нас никто и никогда не разлучит. - Да, - Алла прижалась еще сильнее, - это и будет настоящая свадьба... "Господи! Пошли им счастья! Если уж не мозгов..." (Вика). Ловушка Аллы и Филиппа возымела свое действие - новость разнеслась по столице мгновенно, и все действительно ждали жениха и невесту в ранее озвученном, но все-таки неверном месте, потому что ровно к 12 часам черная "Чайка" привезла Киркорова и Пугачеву к подъезду Дворца бракосочетаний на набережной Красного Флота. Скопившимся журналистам не позволили войти, только Роман Родин, который прихватил с собой камеру и еще несколько особо приближенных к звездной чете осмелились проследовать в здание. Талгат Тухтамышев, Роман Родин, Олег Непомнящий, Михаил Садчиков, мэр Петербурга Анатолий Собчак и, конечно же, отец жениха Бедрос Киркоров прошли в обрядовый зал. Алла старалась не выдавать своего волнения, Филипп и вовсе держался скромным молодцом, но все же слезы потекли из глаз глубоко счастливой и столь же ранимой женщины, что Филипп, улыбнувшись, стер их легким ласковым движением. Он понимал - Алла в нем видит опору, надежду. Осознавал, какую ответственность на себя взял. И был готов нести свою ношу, невзирая на все. Желание сделать любимую женщину счастливой стало смыслом его жизни... Эмма Лавринович и ее заместитель Алла Корчагина, продюсер Игорь Попов, критик из Москвы Артур Гаспарян, меценат Сергей Осинцев, а также музыканты и менеджеры концертов Филиппа в Петербурге присутствовали на церемонии бракосочетания и стали свидетелями, как жениху и невесте в паспорта ставят штампы - к слову, у невесты страниц в графе "семейное положение" не хватало, потому печать шлепнули в графу "дети". Праздничный банкет в "Белла Леоне" уже ждал молодоженов, два часа праздника под крики "Горько", теплые дружеские тосты. Выпили и за маму Аллы, которую Филипп боготворил, и за обязательное прибавление в новой, только что сформировавшейся, семье. Муж и жена оставили прямо на стене ресторана "Белла Леоне" - надпись фломастером: Алла + Филипп = Любовь навсегда. 15.03.1994. И снова черная "Чайка" везла Аллу и Филиппа по дороге, минуя скопившиеся пробки, в направлении дачи на Каменном острове - выдался небольшой промежуток времени перед концертом в БКЗ "Октябрьский". Едва они приехали, распустили всех и вся - им хотелось побыть вдвоем. Пережить и осознать то, что с ними произошло. Этот груз супружества впервые не казался Алле непосильной ношей, что надо тянуть на своих плечах в одиночку - нет. Рядом с Филиппом за долгое время она ощущала себя просто женщиной. Счастливой, о которой думает и заботится любимый мужчина. Сердце клокотало в груди, когда он, желая помочь, коснулся ее плеч, подойдя сзади: - Ты не очень устала, Аллусенька? - как бы невзначай погладил ее обеими теплыми ладонями по плечам, и Пугачева, стоя у шкафа, повернулась к мужу лицом. - Тебе... надо образ подобрать к концерту, - рука потянулась к дверце шкафа, но Филипп нежно перехватил, как будто останавливая: - Успеется, - улыбнулся он и сразу же заметил, как Алла покраснела. Она перед ним - не умудренная опытом женщина, а как будто девочка. Робкая, стеснительная, почему-то опустившая взгляд куда-то в пол, - кроме того, я уже подобрал. Та рубашка в горошек отлично подойдет. - В горошек? - вдруг оживилась прима, - Да ты что, это же позорище! - но Фил лишь рассмеялся, не желая спорить с любимой супругой. - Аллунечка, давай не будем об образах, - попросил Филипп, - у нас такой важный день. Такая дата, такое событие. Я хочу сейчас быть только с тобой. Только вдвоем. И ничего-никого более. - губы прильнули к ее губам, и Алла, обвив его шею руками, чуть привстала на цыпочки, также целуя новоиспеченного супруга, раз за разом окунаясь в эту любовь, что наполняла и исцеляла ее душу. - Филь, я тут... В комнату едва не зашел Роман Родин, который хотел о чем-то спросить, но, едва заметив, что супруги целуются, тут же поспешил выйти, плотно прикрыв за собой дверь. Благо, увлеченные приятным занятием Алла и Филипп его не заметили, а Филя уже, подхватив жену на руки, осторожно уложил спиной на кровать. Сейчас эта классика не казалась приме чем-то примитивной, напротив - излишняя нежность и традиционность выражения чувств возбуждали еще больше, и вскоре от поцелуев Филиппа - то ласковых, то страстных - женское желание вовсю забурлило в крови. Быстро расправившись с нарядной блузой на Алле, Филипп ловким движением расстегнул бюстгальтер и, стянув лямки кружева, прильнул поцелуем к шее. От этого дыхания - частого и горячего - Пугачева зажмурила глаза, от его рук - умелых и беззастенчивых - прикусила нижнюю губу. Каждое движение расковывало ее тело еще больше, Алла вдруг забыла о легком стеснении, лишь волнительный трепет остался невидимым, но все же неощущаемым, барьером, и она, присев на постели, расстегнула пуговицы на белоснежной рубашке Киркорова. - Филя... - посмотрев ему в глаза, положила ладонь на его заросшую грудь, а затем потянулась поцелуем. Они ласкались, умудряясь в этой нежности избавить друг друга от ненужной сейчас одежды, и уже через несколько минут Филипп, нависнув над возлюбленной, улыбается, не отрывая свой взгляд от нее. Это минуты тишины, абсолютного, но пока еще робкого, счастья, минуты единения не сотрутся из памяти обоих никогда. Изрядно измучившись возбуждением, Филипп, все также не отрывая взгляд, очень медленно входит - ему важная каждая реакция, каждый вдох и каждый выдох, и Алла, поддавшись нахлынувшим чувствам, охотно выказывает ее глубоким стоном, - М-м-м... - они не стали дожидаться ночи, не стали следовать традиции первого вечера, потому что любовь не подвластна времени, она есть здесь и сейчас, - Филя... - Алла, закрыв слезящиеся глаза, страстно целует супруга, и он, не в состоянии сдерживаться, рукой сжимает ее грудь, превращая толчки в ритмичное движение. Ему так хочется сказать ей, что он любит, что она много для него значит, что она - наконец, его жена, но ограниченное время, эта толика дозволенного перед поездкой в БКЗ, вынуждает двигаться резче, настигнуть обоюдное удовольствие в более сжатые сроки. - Люблю! - все-таки произносит в такт своему движению Филипп, сильнее прикусив в порыве чувств вспотевшую женскую шею, - Люблю!.. - Алла расхлябанно улыбается, ей хорошо и физически, и морально, она чувствует себя нужной и любимой. К тому же, волна удовольствия сгущается в теле новыми красками, низ живота сводит сладкой истомой, женщина чувствует стенками влагалища, как набухший внутри нее пенис всякой фрикцией приближает ее к вершине блаженства, она не в состоянии контролировать свои звуки, что срываются с уст: - А... - краткие, приглушенные, но отчетливые, они ласкают слух Киркорова, который опьянел от любви и этой взаимности, - А-а... Филя! А!.. - терпеть эту сладкую пытку вскоре становится трудно, хочется как можно более быстрой развязки, и Алла, впиваясь в его бока ногтями, подначивает до нужного темпа, - Да! Да! А-м-м, да! - в какой-то момент ее кратко передернуло истомой блаженства, они достигли пика одновременно, и сейчас, прилипнув друг другу потными, все еще возбужденными, телами, сладко целуются, пока волны оргазма разносятся по каждой клетке и фибре души. - Любовь моя... - шепчет ей Фил на ушко, отчего Пугачева расплывается в счастливой улыбке, поглаживая мужа по лбу, - Жена моя. Единственная. Любимая, - снова поцелуй, и Алла чувствует, как из ее глаз льются слезы, затекая в уши от этого безумного выстраданного долгими годами счастья, - Я буду беречь тебя... - аккуратно стер Филя дорожки ее влаги с щек, а затем чмокнул в висок, - я буду заботиться... - Я... - шепчет ему в ответ Алла, смотря прямо в глаза, - не знаю, как, почему, за что и когда я тебя полюбила... Но я очень хочу тебя любить, Филечка. Один раз и навсегда...