Сосед

      Оказавшись внутри квартиры, Давид раздал указания Виоле и Брэдли и занялся ведьмочкой. Мужчина мысленно сделал пометку: Одри совершенно неконтролируема после вина, и в будущем их свидания будут исключать любые увеселительные напитки.       — Давай, Одри, снимай туфли, и я тебя уложу.       — Ты злишься на меня? — девушка снова икнула, пытаясь справиться с тонкой застёжкой лодочек.       Мужчина выгнул бровь, рассматривая её растерянное лицо. Одри всё ещё мучилась с застёжкой туфель. Давид аккуратно перехватил её руки. Его пальцы на секунду задержались на её запястьях, тёплых, чуть дрожащих. Он молча снял туфли, стараясь не думать о том, как близко она стоит. Дверь шатенка уже успела сломать, большего ущерба он вряд ли бы вынес. Да и, судя по отсутствию координации, Одри могла бы провозиться с туфлями всю ночь.       — Почему ты так решила?       — Потому что ты не называешь меня ведьмочкой.       Сначала лицо Давида вытянулось от удивления, а потом он не смог сдержать смех. Одри нахмурилась, но уголки её губ всё равно дрогнули. Ей нравилось слышать, как он смеётся.       — Чего смеёшься? — Одри слегка стукнула соседа в плечо. Он даже не шелохнулся.       Убедившись, что с обувью покончено, Давид решил, что нужно переодеть девушку и, возможно, смыть её косметику. Они прошли мимо гостиной. Виола и Брэдли лежали на диване, уткнувшись в планшеты. Давид облегчённо выдохнул, хотя бы сейчас не нужно было разбираться с братом и сестрой. Он радовался, что они пока не достигли того самого подросткового возраста, когда от язвительных комментариев невозможно отделаться. С детской наивностью и любопытством бороться было куда проще.       Усадив Одри на кровать, шатен открыл дверцы шкафа в поисках подходящей одежды. Перебрав несколько полок, он наконец нашёл бесформенную клетчатую рубашку. Давид забрал её у отца ещё подростком, когда их отношения ещё не начали трещать по швам. Рубашка вызывала странное чувство комфорта. Он помнил тот день, когда отец взял его на рыбалку. На нём была именно эта рубашка. Для кучерявого подростка тот день казался лучшим в жизни. Давид ухмыльнулся собственной сентиментальности.       И тут же в голове мелькнула другая мысль: Одри сейчас выглядела бы куда лучше без одежды. В его объятиях. Где-нибудь под ним… или на нём. Образ получился слишком ярким, мужчина резко тряхнул головой. Тем временем Одри безуспешно пыталась справиться с застёжкой платья. Замок никак не поддавался. Девушка устала настолько, что её уже не заботило, что станет с молнией. Она дёрнула сильнее. Раздался щелчок и тихий хруст ткани.       Ну и чёрт с этим платьем. Наконец выберусь из него.       Подняв голову, Одри увидела Давида. До неё вдруг начала доходить вся абсурдность происходящего: она напилась, сломала ключ и теперь остаётся на ночь в доме человека, отношения с которым и без того вызывали слишком много вопросов.       Потянувшись за бретелькой платья, Одри на секунду представила, как горячие руки мужчины касаются её плеча. Пальцы легко оттягивают тонкую ткань, оголяя кожу. Он заправляет её волосы за ухо, проводит рукой по шее, склоняясь к поцелую. Вторая рука ложится на талию и притягивает её ближе. Она почти видела, как его глаза темнеют. Одри шумно выдохнула, не отводя взгляда. Давид стоял, всё ещё сжимая рубашку, и смотрел на неё так, будто пытался решить — помочь ей с платьем… или сделать что-то гораздо менее разумное. Прокашлявшись, он протянул ей одежду.       — Ванна направо, сразу из спальни. Можешь принять душ, если хочешь, — он нервно потёр шею.       — Спасибо.       Одри схватила рубашку и почти выбежала из комнаты. Оставшись в спальне, Давид достал телефон и написал Яну, надеясь на помощь с дверью. Судя по всему, её придётся не чинить, а полностью менять.       Пока мужчина ждал ответа, он открыл несколько сайтов с магазинами, надеясь, что хотя бы один из них работает в выходные. Оставлять Одри, Виолу и Брэдли вместе на все выходные явно не входило в его планы. И выбор, конечно же, был не в пользу брата и сестры. На экране всплыло уведомление.       Ян:       Я не буду просто так помогать тебе.       Давид:       Разве так много раз, когда я тебя о чём-то прошу?       Ян:       Постоянно. А ещё ты мне всё ещё должен пять сотен фунтов за проигрыш в дартс.       Давид:       Чёрт тебя дери, Ян. Верну тебе эти несчастные пять сотен и ещё столько же сверху дам за помощь.       Ян:       Давид, с тобой так приятно иметь дела! Буду завтра утром на месте: 3       Мужчина устало потер переносицу и бросил телефон на кровать. Странно. Ведьмочка уже должна была вернуться. Она что, уснула в душе? Поднявшись, он направился к двери. Стоило её толкнуть, как послышались тихие ругательства. Выглянув, Давид увидел Одри, которая тёрла лоб.       — Ведьмочка! — шатен взял лицо девушки в руки и стал рассматривать лоб, на котором уже начала образовываться шишка от удара. — Садись, я сейчас.       Адвокат открыл морозильник, пытаясь найти затерявшиеся кубики льда, но кроме замороженного стейка ничего не нашёл.       Лучше, чем ничего, — пронеслось у него в голове. Схватив полотенце, он вернулся в спальню.       — Прости, пожалуйста.       Обмотав полотенцем кусок мяса, он приложил импровизированный компресс ко лбу соседки.       — Прибить меня решил? — шатенка недовольно шикнула. — У меня сейчас мозги замёрзнут, если ты не уберёшь эту глыбу.       — Язвишь — значит, сотрясения нет, — Давид отложил стейк и осмотрел глаза девушки, слегка оттягивая веко.       Одри с замиранием сердца наблюдала за сосредоточенным лицом соседа. Он выглядел слишком серьёзным, словно она действительно находилась на грани жизни и смерти и ей срочно требовалась первая медицинская помощь. Под влиянием вина Одри чувствовала себя куда свободнее, чем в трезвом состоянии. Давид был так близко. Его привычный запах сандала и табака казался невероятно притягательным. Хотелось коснуться его и почувствовать тепло кожи. Одри осторожно коснулась его ладоней, всё ещё удерживающих её лицо. Давид замер, наблюдая за её реакцией. Шатенка тихо хихикнула.       — Ведьмочка, что такого смешного в твоей голове? Может, поделишься?       — Глупости разные, — она встретилась с ним взглядом. Щёки румяные, глаза слегка блестят.       — И какие такие глупости?       Он подался вперёд и коснулся своим лбом её лба. Горячее дыхание обжигало. Одри закусила губу и подалась назад, хватая его за руку, так что он слегка навис над ней.       — Ну, например…       Шатенка ухватилась за край его футболки и потянула вверх. Давид неожиданно поддался и помог снять одежду. Одри провела пальцами по его коже, выводя понятные только ей узоры. Её взгляд зацепился за проколотый сосок.       Видимо, у Давида была бурная юность. Интересно, есть ли у него ещё какие-нибудь пирсинги? Может, татуировки…       Она слегка раздвинула ноги, чтобы ему было удобнее стоять ближе. Давид наклонился. Одри обвила ногами его талию, притягивая ещё ближе.       — Ведьмочка, меня забавляет твоя игривость. Но я бы предпочёл заняться с тобой сексом тогда, когда ты будешь трезвой… и когда за соседней стенкой не будет моих родственников.       Он поцеловал её в лоб и отстранился, вытягивая из-под неё одеяло.       — Что ты делаешь?       — В смысле? Ложусь спать, — мужчина улёгся на свободную половину кровати и накрылся одеялом.       — Тут?       — Одри, а есть другие варианты? — Давид лежал на боку, опершись на локоть. — Ты сама пару минут назад почти запрыгнула на меня, а теперь удивляешься, что я ложусь в собственную кровать.       Девушке нечего было ответить, ведь он был прав.       — Только руки не распускать, — шатенка угрожающе ткнула пальцем в его грудь, перетягивая на себя половину одеяла.       — Кто бы говорил, ведьмочка.       Давид был настолько вымотан, что, едва его голова коснулась подушки, он провалился в сон, который оказался беспокойным. Ему снилось, что он с друзьями исследует действующую психиатрическую лечебницу. Он бродил по бесконечным коридорам и переходам, из которых невозможно было найти выход. В какой-то момент он оказался в странной комнате, похожей на архив. Вдруг стало трудно дышать, будто на его шею повесили тяжёлый камень. Он огляделся — никого, но грудную клетку продолжало сжимать. Давид попытался найти выход из комнаты, и в этот момент его глаза резко распахнулись. Он снова был в своей квартире, через окно падал лунный свет. Дышать всё ещё было тяжело. Пошевелившись, он понял причину. Одри крепко прижималась к нему, мирно посапывая. Её голова лежала на его груди, рука обнимала талию, а нога переплелась с его ногой.       — Ну и кто ещё говорил про распускание рук… — мужчина недовольно нахмурился.       Конечно, ему было приятно. Но когда дело касалось сна, который у Давида был очень чутким, тут ни у кого не было привилегий.Он осторожно попытался освободиться. С трудом, но ему удалось выбраться из её объятий.       Стоило ему снова лечь, как знакомые руки снова обвились вокруг него. Одри придвинулась ближе и тихо выдохнула во сне. Давиду оставалось только смириться с судьбой и попытаться уснуть в не самой удобной позе.

***

      Утро началось с того, что у Виолы был конкретный запрос на завтрак, не подлежащий никакому компромиссу.       — Я хочу панкейки.       — Ты не хочешь панкейки. У тебя есть хлопья и молоко. Прекрасная альтернатива.       — Мне без разницы, я могу съесть всё.       — Конечно, ты как пылесос.       — Мы всегда делаем панкейки! — Виола не собиралась отступать и отодвинула хлопья.       — Виола, мы сделаем их в другой раз. Мне нужно помочь Яну.       — Да, я был бы признателен за это, — брюнет показался в дверном проёме. — Где виновница всех твоих проблем в последнее время?       — Спит.       Ян ухмыльнулся своим мыслям. Давид подозревал, в каком направлении они движутся, и отвесил лёгкий подзатыльник другу.       — Эй!       — Бери инструменты. Я не собираюсь возиться с тобой целый день.       От шума и ругани Давид не заметил, как на лестничной площадке появилась Одри. Он увидел перед собой длинные ноги. Взгляд скользнул выше.       — Как дела с дверью?       — Одри, ты просто невероятна. Давиду повезло, что у него такая соседка.       — Я не специально, — девушка виновато опустила глаза, перебирая край рубашки.       — Думаю, если бы ты просто напросилась к Давиду, он бы не был против тебя пустить, — Ян игриво повёл бровями.       Одри уже собиралась возразить, но из квартиры раздался странный хлюпающий звук. А затем — визг детей, на пороге показалась вода. Все трое повернули головы к двери. Давид тут же рванул внутрь.       — Такое даже нарочно не придумаешь, — Ян уже не сдерживал смех.       Одри же не видела ничего смешного в происходящем и не знала, кому помогать — Яну или Давиду. Мужчина заметил её замешательство и, успокоившись, сказал:       — Тут от тебя точно помощи не будет. Иди к своему Ромео.       Девушка кивнула и отправилась в соседнюю квартиру. Виолу и Брэдли явно забавлял потоп. Дети носились по мокрому полу, устраивая соревнование — кто дальше проскользит. Давид хаотично разбрасывал полотенца, пытаясь перекрыть воду.       — Одри, позвони сантехнику. Это какой-то дурдом!       Шатенка открыла поиск в телефоне и начала искать номер мастера, который согласился бы приехать в субботу. Ей повезло, один из первых номеров ответил почти сразу.       К тому моменту, когда приехал сантехник, Одри уже опробовала новый замок. Мужчины убедились, что она теперь правильно пользуется ключом. Девушка подозревала, что этот случай ей будут припоминать ещё очень долго.       — Что ж, надеюсь, не до скорой встречи, — Ян собрал инструменты и нажал кнопку лифта.       Двери сразу же открылись, и из них вышел сантехник, едва державшийся на ногах.       — Хозяин? — мужчина уставился на брюнета, тот кивнули в сторону Давида.       — Хозяйка? — он повернулся к Одри, поставив чемодан с инструментами. Она указала на своего соседа.       — Хозяин.       Давид лишь тяжело вздохнул, из квартиры тут же выбежали Виола и Брэдли.       — Они могут посидеть у меня, пока сантехник работает, — предложила Одри.       — Удобно устроились! Дети есть, а живёте по разным квартирам.       — Что?! Это не наши дети! Давид, скажи ему!       — Ведьмочка, чем больше ты пытаешься убедить людей в обратном, тем больше это звучит как правда.       Одри недовольно нахмурилась. В этот момент кто-то дёрнул её за рукав.       — Мы ещё не завтракали.       — У тебя есть приставка?       — Давайте посмотрим, что можно приготовить, — вздохнула Одри.       Она запустила детей в квартиру.Те сразу же начали вести себя так, будто были здесь всегда. Одри вспомнила, как Давид так же нагло разгуливал по её студии.       Сразу видно, что все из одной избалованной семейки. Наглости хоть отбавляй.       К полудню Давид забрал Виолу и Брэдли. Шатенка наконец смогла выдохнуть и заняться своими делами, она вдруг вспомнила: лицензию восстановили. Одри снова могла вернуться к работе. Это радовало… но мысли о коллегах заставляли её поёжиться.       Работая в клинике несколько лет, она так и не смогла установить дружеские отношения с коллективом. На неё смотрели свысока и с недоверием. До них наверняка доходили слухи о её семье — о том, что её отец священник, что она училась в церковной школе. Коллеги не понимали, как в таком молодом возрасте она так быстро строит карьеру. Конечно, рекомендация Малека тоже не была секретом.       В клинике перешёптывались, обсуждая, что место она получила благодаря отношениям с Синнером. Частично они были правы. Одри действительно получала рекомендации, приглашения на конференции, но к началу карьеры она уже разорвала отношения с Малеком. Тем не менее Синнер оставался полезным контактом в её жизни.       Одри зажмурилась, она уже представляла, как в понедельник коллеги будут шептаться за её спиной, что и лицензию она получила обратно, «раздвинув ноги перед адвокатом». Она не знала, как долго сможет работать в таком коллективе.Может быть, стоило открыть собственную практику.       Ладно. Это дело будущего.       Ночь девушка проспала беспокойно. Волнение перед возвращением на работу напоминало ей первый рабочий день, когда она провела почти весь день, плача в туалете.       Ну уж нет. Такое больше не повторится.       Зарывшись с головой под одеяло, она наконец уснула.

***

      Телефон разразился резким звоном будильника.Одри недовольно поморщилась и, не открывая глаз, нащупала телефон на тумбочке. Пальцы несколько секунд слепо скользили по экрану, прежде чем ей удалось выключить сигнал.Она тяжело вздохнула, заставляя себя окончательно проснуться, и поднялась с кровати.       Собралась наспех — привычными, почти автоматическими движениями. Через несколько минут Одри уже стояла в коридоре, проверяя, всё ли взяла с собой. Она потянулась к дверной ручке и вышла на лестничную площадку. Лифт был вызван. И именно в этот момент дверь соседней квартиры открылась, словно Давид специально караулил её.       — Ведьмочка, рада возвращению на работу? — спрятав руки в карманы брюк, он приблизился, почти касаясь губами её макушки.       — Угу.       — Я не слышу энтузиазма. Где пламенная речь? Что-то вроде: «О, Давид, я так рада! И всё благодаря тебе!»       Одри взглянула на него исподлобья, заходя в лифт.       — Мы что, вернулись к тому вечеру, когда ты ломилась ко мне?       — Я не ломилась.       — Мне показалось, что дверь тогда почти слетела с петель.       Нажав кнопку первого этажа, он повернулся к ней.       — Что случилось?       — Ничего, просто отвыкла от рабочей рутины. Немного волнительно.       Ответ не устроил его полностью, но это было лучше, чем молчание, из Одри всё равно ничего не вытянуть.       — Давай я подвезу тебя до работы?       — А тебе самому не нужно в офис?       — Нужно. Но я сам себе начальник, поэтому он закроет глаза на моё опоздание, — открывая дверь подъезда, он добавил, — К тому же я хочу знать, откуда мне забирать тебя на свидание.       — Что? Сразу после работы? А если моя одежда не подойдёт?       — Ведьмочка, не переживай, это я тоже могу взять на себя.