Равенфолл: Истинная кровь

      Ночь пролетела как один странный сон. Чимин не помнил, снилось ли ему что-то, однако было ощущение, что он то ли тонул, то ли задыхался. Утром, когда омега открыл глаза, первая мысль была не о сне, а о случившемся: кровь на руке, кашель, зеркало, из которого на него смотрел чужой человек. Несколько секунд он сидел на краю кровати, прислушиваясь к себе. В груди всё ещё ощущалась тяжесть, но кашель, к счастью, больше не возвращался. Он внимательно осмотрел себя и постель, проверяя, не осталось ли следов. Умывшись холодной водой, Чимин внимательно посмотрел на своё отражение в зеркале. Там было явное свидетельство того, что Луна очень недовольна его решением. Времени, судя по всему, осталось совсем немного, и омега понял, что тянуть больше нельзя.       Выйдя из ванной, он взял свой рюкзак и быстро начал собираться. Закинув два спортивных костюма, бельё и пару футболок, Чимин задержался взглядом на старой фотографии. Мужчина на снимке стоял на опушке леса, такого густого и тёмного, что, казалось, вот-вот из-за деревьев кто-то выйдет. Омега поймал себя на мысли, что этот лес похож на тот, который он видел, когда гулял с Тэхёном. Или это просто игра воображения?       Пак оглядел комнату и положил в рюкзак зарядку для телефона, а ещё, на всякий случай, пару блокнотов — тех самых, в которых иногда записывал мысли или делал странные ночные рисунки. Ведь он ненадолго… да? Омега даже себе не мог дать уверенный ответ на этот вопрос. На выходе из комнаты Чимин достал телефон и отправил Тэхёну короткое сообщение, что приедет. Оставалось самое сложное — разговор с Хосоком.       На кухне пахло кофе и свежими вафлями. Альфа часто баловал брата завтраками, когда был не на работе, и обычно эти утренние часы были самыми тёплыми и спокойными в их доме. И сейчас Пак отчаянно жалел, что Хосок сегодня дома, но поговорить всё равно придётся.       — Так вкусно пахнет, братик! Представляешь, как повезёт твоему омеге, когда ты будешь баловать его по утрам? — Чимин искренне улыбнулся и посмотрел на Хосока, который был измазан мукой.       — Мне тебя достаточно, — ответил с такой же широкой улыбкой Хосок. — Доброе утро. Садись, сейчас тебе всё положу.       Чимин присел за стол и под него же незаметно задвинул ногой рюкзак. Сердце уже начинало биться быстрее.       — Знаешь… нам с Ким Тэхёном задали… ну, общий проект, — запнулся на слове, потому что сам понимал, как жалко звучит его ложь. Он внимательно наблюдал за реакцией брата. — Поэтому мы решили, что я немного поживу у него, чтобы нам быстрее всё сделать.       Чимин быстро говорил будто сам боялся запутаться в собственной лжи. Хосок на секунду остановился и медленно поставил тарелку на стол. Слишком медленно…       — Ну ладно… пару дней? — настороженно уточнил он.       Омега опустил глаза.       — Пару недель…       — Пару недель?! — голос альфы стал громче и жёстче, чем он рассчитывал. — Пусть он живёт у нас!       Хосок резко развернулся, поставил чашку на стол и начал нервно теребить её пальцами.       — Где живёт этот твой друг? — спросил он уже почти сквозь зубы. — Не говори, что в Равенфолле!       Омега замер, не решаясь поднять глаза на брата. Они всегда жили бесконфликтно, но не потому, что душа в душу, а потому, что Чимин всегда позволял нарушать свои границы, чтобы не ругаться с братом.       — Хос, понимаешь… Да, в Равенфолле.       — Нет!       Крик был таким резким, что омега вздрогнул.       — Пойми, там живут необычные люди! Я не просто так отговариваю! Я с ними работаю…       — Работаешь? О чём ты? — изумлённо спросил Чимин.       Хосок, понял, что сказал лишнее, сжал кружку так сильно, что она с громким треском лопнула в его руке. Горячий кофе брызнул на стол, осколки посыпались на пол, а по пальцам сразу потекла кровь.       — Чёрт…       Чимин тут же вскочил.       — Ты порезался! Дай руку!       Чон тяжело дышал, будто его душили изнутри. Он резко наклонился, собирая осколки, и в этот момент взгляд его упал на рюкзак. Набитый вещами… Он медленно поднялся.       — Ты уже собрался.       Это был не вопрос, а скорее ехидное замечание. Омега присел рядом и начал обрабатывать руку брату, ворча по привычке:       — Ты вечно себя калечишь…       Чимин был так близко, что почти касался лбом лица брата. Он аккуратно дул на рану, как делал это не раз. Альфа чувствовал родной аромат и постепенно успокаивался, дыхание его становилось ровнее.       — Зачем тебе туда? — тихо спросил Хосок. — Скажи честно.       Голос его был настолько тихим, что становилось ещё страшнее. Чимин поднял глаза.       — Брат… мы будем делать проект с Тэ. Со мной всё будет хорошо, обещаю. Я скоро вернусь.       Хосок резко выдернул руку.       — Ты уже всё решил, да?       — Да.       Стул с грохотом отлетел назад.       — Нет, чёрт возьми, ты не поедешь! — сорвался Чон. — Ты вообще понимаешь, что это за место?! Там не всё так безобидно, как кажется. Это опасно!       Альфа ударил ладонью по столу так, что тарелка с вафлями слетела на пол и разбилась.       — Ты исчез на двое суток, вернулся бледный, как призрак, а теперь говоришь, что собираешься жить там две недели?!       Пак молчал, искренне не понимая реакцию брата. Да, он оберегал его, но это уже переходило все стадии заботы. И в этот момент что-то внутри него окончательно сломалось. Омега резко поднялся.       — Хватит!       Голос прозвучал так громко и неожиданно, что на секунду Чимин испугался сам себя, но отступать было поздно.       — Хватит говорить со мной так, будто я твоя собственность!       Старший замер, нервно рассматривал брата, будто бы не узнавал.       — Я взрослый человек, Хосок! Я не вещь, которую можно запереть дома! — Пак уже почти кричал. — Ты не можешь решать, где мне жить!       — Я пытаюсь тебя защитить!       — От чего?! От жизни?!              На кухне повисла тишина и только тяжелое дыхание Чимина казалось оглушительно громким.       — Я всё равно поеду, — тихо сказал он. — Даже если тебе это не нравится.       Хосок посмотрел на него и казалось, что перед ним стоит совершенно незнакомый человек.       Омега вытащил рюкзак, закинул его на плечо и направился к выходу. Через мгновение входная дверь захлопнулась… Растерянный Хосок остался стоять среди осколков разбитых тарелок. Впервые за много лет он не знал, как остановить Чимина. Вздрогнув от хлопка закрывшейся двери, альфа выдохнул, достал из кармана телефон и набрал знакомый номер.       — Алло, Ким…

🐺🐺🐺

      По пути в Равенфолл омега был погружён в свои мысли. Он был очень расстроен разговором с братом, и хотя понимал, что иначе поступить не получалось, внутри всё равно оставалось неприятное чувство. Чимин не мог рассказать Хосоку всю правду, и уж тем более не мог признаться, что из-за какой-то странной метки начал кашлять кровью и, возможно, в ближайшее время умрёт.       День был пасмурным. Небо затянуло тяжёлыми серыми облаками, а по стеклу автобуса стекали длинные дорожки дождя. Картина за окном выглядела мрачной и почти давящей. Пак был рад, что Тэхён с Чонгуком заберут его, потому что идти пешком по такой погоде совершенно не хотелось.       — Привет, Чим. Я сегодня специально не поехал в институт, чтобы встретить тебя, — Тэхён лучезарно улыбался, как будто его настроение совсем не зависело от погоды. — Мы искренне рады, что ты передумал.       Чонгук коротко кивнул в знак согласия, оставаясь за рулём.       Всю дорогу Тэхён оживлённо щебетал, начиная рассказывать сразу несколько историй: про занятия, про Джина. Чимин слушал вполуха, но, услышав знакомое имя, насторожился.       — А Юнги сегодня утром опять ворчал, представляешь? Говорит, дождь волкам нипочём, это люди мокнут и жалуются. Я думаю, он просто не любит, когда гости приезжают. Хотя тебя-то он как раз ждал… ну, то есть… — Тэхён осёкся и, поняв, что сказал лишнее, отвернулся к окну.       «Он меня ждал?» — удивился омега.       За время дороги он немного успокоился после утренней ссоры с братом и постепенно пришёл к выводу, что в ситуации с Хосоком поступил правильно. Как бы тяжело ни было оставлять альфу в таком состоянии, его решение всё равно было верным.

🐺🐺🐺

      — Это диван. Там кухня, — холодным, почти командным голосом говорил вожак, указывая рукой на софу на первом этаже своего дома. — Дальше по коридору — ванная комната.       — Я буду спать здесь? — поёжился Чимин.       Дом Юнги был нормальным, даже красивым, но абсолютно не обжитым, будто в этом доме никто не жил, а только иногда появлялся, чтобы переночевать. Гостиная, в которой располагался диван, выглядела безумно холодной и неприветливой.       — Да. Наверху одна спальня. Она моя, поэтому ты тут.       — А… — омега хотел ещё что-то спросить, но его жёстко перебили.       — Есть интернет, ТВ и прочие прелести цивилизации. Можешь развлекать себя как угодно. Главное — не маячь перед глазами, не высовывайся на улицу и особенно старайся не общаться ни с кем из местных.       Чимин стоял и только хлопал глазами. Нет, он, конечно, не ожидал от этого человека тёплого приёма, но почему-то складывалось ощущение, что только омеге было важно, чтобы метка благополучно зажила.       — Я что, блин, в тюрьме? — возмутился Пак.       Всё это время Юнги старался не смотреть на омегу. Он ходил по комнате, делал какие-то свои дела, перекладывал вещи с одного места на другое, пытался занять руки чем угодно, лишь бы не обращать внимание на присутствие другого человека.       — Конечно, нет. Но если ты увидишь одного из наших в волчьем обличье, я за твою психику не отвечаю. И за то, что они тебя не сожрут, тоже не ручаюсь. Так что не отсвечивай.       Омега хотел ещё что-то сказать, но входная дверь уже захлопнулась. Комната погрузилась в пустоту. Только тихое тиканье часов на стене напоминало, что время продолжает идти. Чимин медленно присел на диван и начал разглядывать помещение. Всё было чисто убрано до почти стерильного состояния. Создавалось ощущение, что он оказался в отеле, в котором ни одна деталь не свидетельствует о жизни человека: нет фотографий, книг, случайно оставленных вещей. Он поднялся и прошёл на кухню — это оказалось современное, идеально спланированное помещение, оформленное строго и вместе с тем красиво, будто сошедшее со страниц дизайнерского журнала.       — Как я мечтал… — тихо пробормотал омега.        Он направился к раковине и замер: за большим окном расстилался тёмный лес, чужой и пугающий… В то же время Чимину показалось, словно он уже тысячу раз видел его в снах, на рисунках, но каким-то образом он был связан с ним, но пока установить эту связь ему было не под силу.

🐺🐺🐺

      Юнги вышел из дома и попытался привести дыхание в порядок после встречи с Чимином. Немного постояв, он быстрым шагом направился к административному зданию стаи, чувствуя, как прохладный воздух постепенно остужает кожу, но полностью избавиться от беспокойства, которое поднялось внутри в ту секунду, когда он увидел омегу на пороге своего дома, Юнги не удавалось, и это злило его. Выводила сама ситуация, проклятая метка, собственный волк, но больше всего, он бесился на самого себя за то, что позволил всему этому случиться. Когда он открыл входную дверь и увидел Чимина, то сначала даже не поверил своим глазам. Ему показалось, что это всего лишь очередная игра его собственной метки, которая уже довела альфу до такого состояния, что омега мерещился ему буквально в каждом углу, но когда тот поздоровался, тихо и немного неловко, Юнги понял, что парень настоящий, и от этого стало только сложнее.              — Мин, — услышал он голос догоняющего его Намджуна, — тебя можно поздравить? Омега вернулся, все в курсе.       Вожак, даже не обернулся, лишь хмуро кивнул в ответ, а Ким, напротив, широко улыбался, и по ямочкам на его щеках было видно, что он искренне рад такому развитию событий. Намджун будто убеждал, что происходящее является чем-то долгожданным и правильным.       — Когда познакомишь? — продолжил он, почти не скрывая своего воодушевления. — Все наши очень ждут, а некоторые уже и вовсе начали потихонечку собирать дары на свадьбу.       — Какую, на хрен, свадьбу?! — взорвался Мин так резко, что его голос эхом отозвался в пустом коридоре здания. — Он сидит в доме и, скорее всего, никуда оттуда не выйдет. Попридержи коней!       Альфа резко отвернулся, провёл рукой по волосам и несколько раз с усилием сделал глубокий вдох, пытаясь заставить себя успокоиться. Внутри него кипела злость, бурлило раздражение на окружающих, строивших планы на истинного, который появился в его жизни так внезапно и так невовремя, но больше всего Юнги сейчас добивало совсем другое: появилось странное, почти инстинктивное желание держать подальше от всех, спрятать и не показывать никому, не позволять ни одной живой душе приблизиться к Чимину.       — Я сделаю объявление в стае, — наконец сказал Мин уже гораздо спокойнее, хотя голос всё ещё оставался жёстким, — но пока без знакомств. Скажем всем, что ему нужно время на адаптацию.       Он на секунду замолчал, а затем, намеренно переключая разговор на дела, добавил:       — Что там с западной стаей?       Намджун, который слишком хорошо знал своего вожака, сразу понял, что личный разговор на этом закончен. Он кивнул, но про себя отметил, что Юнги не просто злится. Он напуган тем, что этот омега значит для него больше, чем он готов признать.

🐺🐺🐺

      Больше в этот день Чимин с Юнги не встретился и, если честно, он был этому даже рад. Получить новую порцию хамства и холодного равнодушия совершенно не хотелось, а ещё отвечать тем же и чувствовать себя здесь лишним. Днём он нашёл комод с пустыми ящиками — видимо, приготовленный для него заранее. Это почему-то немного удивило. Разложив немногочисленную одежду и вещи, омега решил осмотреть дом. Двигался медленно, осторожно, почти на цыпочках, словно боялся нарушить чужую тишину. Пространство вокруг оказалось красивым, но слишком пустым. Это был похоже не на спокойный уют, который обычно бывает в жилых домах, а больше на тревожную тишину. Чимин вдруг осознал, насколько он устал — не столько физически, сколько эмоционально. Сейчас ему хотелось только одного: чтобы этот день наконец закончился.       Несмотря на тёплую погоду днём, вечером и ночью становилось прохладно, а в самом доме было откровенно холодно. Стены будто не держали тепло, и пустые комнаты только усиливали это ощущение.       — Интересно, а волки мёрзнут? Надо спросить у Тэ. Хм, а он тоже превращается в зверя? — подумал про себя омега.              Чимин надел спортивный костюм, носки, потом, поколебавшись, натянул на голову капюшон. Забравшись на диван, он почти с головой укутался в одеяло. В доме по-прежнему было одиноко. Иногда из леса доносились странные звуки — треск веток, шорох листьев, далёкое уханье какой-то птицы. Каждый раз, невольно прислушиваясь, омега замирал.       Стараясь согреться, он ещё сильнее свернулся клубком под покрывалом и в конце концов уснул, продолжая тихо постукивать зубами от холода. Уже во сне он увидел себя маленьким ребёнком с блондинистыми волосами и деревянной игрушкой в руках. Малыш находился в центре той поляны, что на снимке, а рядом с ним лежал большой волк, наблюдая за незатейливой игрой ребёнка и греясь на солнце.       Утром, когда первые лучи солнца начали мягко ласкать щёки Чимина, он неожиданно почувствовал, что ему тепло, даже жарко. Так уютно ему не было, кажется, ещё никогда. Пак чуть приоткрыл глаза и увидел рядом с собой большое белое облако. Огромное тело волка поднималось и опускалось в такт дыханию. Тёплая шерсть пахла лесом и дождём. Этот запах показался ему до боли знакомым, будто Чимин помнил его с самого детства, но как такое могло быть? Зверь рядом казался кем-то близким и родным, отчего хотелось прижаться к нему ещё крепче и никогда не отпускать. Омега удовлетворённо улыбнулся, ещё теснее прижался к волку и снова погрузился в сон.