Зарисовки по семье Малфой

Осенью, во время очередного официального визита в Малфой-Мэнор, она осматривала его знаменитый «пейзажный» сад. «Довольно…изысканный », — заметила она, глядя не на него, а на идеально подстриженные кусты. «Здесь царит порядок, мисс Блэк», — ответил он, шагая рядом. «Порядок — не синоним жизни, мистер Малфой. Он синоним контроля». Она остановилась и впервые прямо посмотрела ему в глаза. «А контролировать стоит лишь то, что представляет угрозу. А не то, что может расцвести». Он с интересом приподнял бровь. В её словах читался не просто намёк на садоводство. Это была декларация. В тот же вечер произошёл инцидент. За обедом фамильная звезда Малфоев, висевшая в центре залы, внезапно сорвалась и плюхнулась прямиком в суп Нарциссы, обрызгав её бледно-голубое платье. Леди Малфой ахнула. Люциус замер, ожидая вспышки стыда или слёз. Но Нарцисса не дрогнула. Лишь медленно подняла взгляд от грязного пятна к его лицу. А потом… улыбнулась. Не девичьей улыбкой. Улыбкой хищницы, учуявшей добычу. «Любопытно, — произнесла она спокойно, и её голос прозвучал на всю залу. — Ваш фамильный символ так стремился ко мне. Видимо, он уверен в правильности нашего союза». Тишина. А затем — короткий, непроизвольный хохот самого Люциуса. Он не смеялся много лет. Но перед этой несгибаемой девушкой, превратившей унижение в триумф, он не удержался. Огонь в её глазах вспыхнул ещё ярче. Попался на мою удочку, Малфой. С того вечера их словесные дуэли приобрели новый оттенок. Они стали игрой. Им стало интересно друг с другом.