Стабилизирующее безумие

В офисе царила крайне напряжённая атмосфера. Лу Чэн не ожидал, что Шэнь Тинъюй признается в этом так откровенно, даже до такой степени, что открыто провоцирует его. Это был тот самый хитрый лис, который умел сохранять видимость вежливости, даже когда рядом оставались только они двое. Однако было ясно, что сегодня он не намерен продолжать этот фарс с Лу Чэном. Ещё больше раздражало то, что все эти изменения произошли по вине Сюй Цинжанч. Лу Чэн всё сильнее раздражался и сказал: — Этот вопрос изначально был согласован с Серебряным Драконом. Невозможно, чтобы «Золотое Крыло» просто пришло и потребовало людей, а потом забрало их! Жёсткая позиция. Человек, сидевший напротив, отреагировал равнодушно: — Я просто предлагаю заинтересованному лицу ещё один вариант и передаю декану идею из лагеря «Золотое Крыло». — Если Сюй откажется, я не буду его принуждать. — В конце концов, преподавание во многом связано с судьбой. Лу Чэн знал Шэнь Тинъюя много лет, и это был первый раз, когда он видел, чтобы тот вёл себя столь тактично и загадочно. Эти слова, как ни парадоксально, заставили лагерь Серебряного Дракона выглядеть несколько агрессивным, неразумным и мелочным. Мысль о том, что Сюй Цинжань будто бы «обманом» заманили в дом Шэнь Тинъюя, приводила его в ярость, и он усмехнулся: — Не заставляли меня? — Поистине, самая мощная сила вашего батальона «Золотое Крыло» — это не принуждение, а умение промывать мозги и убеждать. Спор внезапно принял неожиданный оборот: — Они говорят приятные вещи, но пользуются наивностью, добротой и уязвимостью людей, используя всевозможные, казалось бы, разумные предлоги, чтобы заманить их к себе домой, прежде чем постепенно раскрыть свои истинные намерения! — Какая бесстыдность! Уставший от работы декан поднял руку и вытер лицо. Мы могли лишь хранить молчание. Услышав это, Шэнь Тинъюй улыбнулся. Глядя на разъярённое лицо Лу Чэна, он не мог понять, что именно так разозлило другого мужчину. Он немного слышал о недавнем скандале с Сюй Цинжанеи из разговоров вокруг себя и предположил, что Лу Чэн, должно быть, недолюбливает его и больше никогда с ним не заговорит. Сейчас, оглядываясь назад, оказалось, что это совсем не так. Выражение лица и тон Шэнь Тинъюя почти не изменились, когда он спросил: — Генерал-майор Лу из лагеря Серебряного Дракона, мне просто любопытно: вы знаете что-нибудь о Сюй Цинжане? Наивный, добрый, легко поддающийся влиянию? Это была самая смешная шутка, которую он слышал за весь день. Вопрос Шэнь Тинъюя поверг Лу Чэна в шок и возмущение. Он раздражённо рассмеялся: — Мы выросли вместе, дружим уже больше десяти лет, а ты что думаешь?! Кто такой Шэнь Тинъюй? Как могло совместное проживание всего несколько месяцев заменить его многолетние отношения с Сюй Цинжанем? — Люди всегда меняются, — небрежно ответил Шэнь Тинъюй. — Точно так же, как когда вдруг понимаешь, что больше кого-то не любишь, он может очень быстро превратиться в того, кого ты совсем не ожидал. Услышав это, Лу Чэн инстинктивно воскликнул в гневе: — Кто сказал, что я его не люблю?! Шэнь Тинъюй лишь слегка поднял бровь. Декан прикрыл рот руками, словно погружённый в размышления, хотя на самом деле просто наслаждался зрелищем. Лу Чэн понял, что сказал, только закончив говорить, и смущённо и раздражённо воскликнул: — Шэнь Тинъюй, я обсуждаю с тобой вопросы, касающиеся двух батальонов. Не пытайся сменить тему! — Я сказал всё, что хотел сказать, — Шэнь Тинъюй встал. — Повторюсь: я просто передаю послание главнокомандующего. Всё остальное — на усмотрение Сюй. Подобно тому как Лу Чэн недолюбливал Шэнь Тинъюя, последний тоже не слишком любил Лу Чэна. Ему казалось, что тот часто слишком замкнут, негибок и немного самовлюблён. Главная причина, по которой он сейчас нравился ему ещё меньше, — это его необъяснимая, но всё ещё сохраняющаяся привязанность к Сюй Цинжаню. Следует признать, что Шэнь Тинъюй не от всего сердца принял данные о совместимости между ним и Сюй Цинжанем. Но пока истина оставалась неподтверждённой, субъективно говоря, Сюй Цинжань по-прежнему являлся для него наиболее подходящим партнёром. Такой образ мышления заставлял Лу Чэна чувствовать, будто человек, которого он временно считает своим, стал объектом чужого вожделения. Это было крайне неприятно. Шэнь Тинъюй не выказал своего недовольства открыто, но похлопал Лу Чэна по плечу и сказал: — Раз уж генерал-майор Лу сделал свой выбор, ему не следует больше создавать проблемы неважным людям. — Привычка желать большего, чем у тебя есть, — это плохо. Шэнь Тинъюй попрощался с деканом и вышел из кабинета, чтобы проверить новых стажёров. Лу Чэн почувствовал стыд, услышав это, и крепко сжал кулаки. Ему потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя, подавить внезапно вспыхнувший гнев и тоже выйти. Декан был глубоко обеспокоен, глядя на двух «живых Будд». В итоге ему пришлось пригласить Сюй Цинжаня обратно в свой кабинет и заставить его выбирать между двумя — двумя такими выдающимися личностями. Кто же такой Сюй Цинжань? Если отбросить его успеваемость, то с момента поступления он пользовался благосклонностью руководителей обоих лагерей. Как бы ни был занят заместитель командира Ван из лагеря Серебряного Дракона, он лично контролировал оценку каждого его проекта. Теперь же за его внимание боролись и новые таланты из лагерей Золотого Крыла и Серебряного Дракона. В этот момент Сюй Цинжань усердно практиковался в использовании ментального энергетического пистолета. На занятиях он узнал, что для его применения требуется чрезвычайно сильный и точный контроль над ментальной энергией. Чем плотнее и стабильнее можно сжать высвобождаемую энергию, тем выше будет сила атаки. Когда они только начинали обучение, их выстрелы напоминали по мощности струю из водопроводной трубы. Инструктор сказал, что такие атаки хороши против существ низкого уровня, но против высокоуровневых они подобны щекотке. Младший инструктор также упомянул, что Шэнь Тинъюй был его однокурсником. Из всех людей, которых он встречал, Шэнь Тинъюй обладал самым сильным контролем над ментальным оружием и механическими устройствами. Старшие инструкторы отзывались о нём с большим уважением, глядя с гордостью, словно на драгоценное сокровище. Когда речь зашла о Шэнь Тинъюе, боевой дух Сюй Цинжаня вспыхнул мгновенно. Он всё ещё помнил тонкую нить, которую увидел той ночью в системе Сириуса. Он верил: если Шэнь Тинъюй смог это сделать, то и он сможет. — …Хорошо. Было бы здорово, если бы у хозяина была такая же целеустремлённость при соблазнении и покорении целей. Система вытерла слёзы.

***

Тем временем декан ночью созвал совещание с преподавателями академии. Одновременное появление Лу Чэна и Шэнь Тинъюя быстро привлекло внимание студентов. Более того, присутствие двух столь редких представителей элиты естественным образом породило ожидания не только относительно судьбы Сюй Цинжаня, но и шансов для других учащихся. В конце концов, чем больше выдающихся студентов выпускает университет, тем выше его статус и репутация. После обсуждения было единогласно решено внести корректировки на основе общей успеваемости за последние шесть месяцев. Это должно было мотивировать младшие курсы, а также дисциплинировать старшие, не позволяя им расслабляться. Самое главное — это давало законное основание отправить Сюй Цинжаня в передовую. При этом Лу Чэн и Шэнь Тинъюй могли одновременно руководить командами, не задевая ни одну из сторон. Идеальный компромисс. Таким образом, Сюй Цинжань перевели в продвинутую группу для параллельного изучения ментальных пушек. Он стал одноклассником Ни Сяоюаня, Линь Цяньму и других. Фэн Вэй также перевели в эту же группу. Не подозревая о настоящей причине изменений, Фэн Вэй с восторгом хлопнул его по спине: — Это потрясающе! Невероятно! У нас действительно появился шанс на новое назначение! — Академия должна была сделать это давным-давно! Именно так всё и должно быть! В незнакомом классе окружающие ученики с любопытством наблюдали за ними. Взгляд Линь Цяньму был особенно странным — мрачным и даже слегка отвращённым. В первый же день поползли слухи, что генерал Шэнь и генерал-майор Лу появились вместе. Сюй Цинжань находил это особенно забавным. Он не понимал, о чём думало руководство университета, решив, чтобы они вдвоём вели занятия одновременно. Их умение притворяться до самого конца вызывало у неё почти уважение. В итоге они почти ничего не преподавали, зато были заняты «спаррингами» друг с другом. В основном это были односторонние и весьма целенаправленные действия Лу Чэна. Когда Шэнь Тинъюй собирался выстрелить по мишени, Лу Чэн, стоявший рядом, первым его сбил. После этого он с серьёзным видом заявил: — Поле боя постоянно меняется. Помните: наш враг — могущественная инопланетная раса. Они не дадут вам времени спокойно прицелиться. Шэнь Тинъюй продемонстрировал техники сжатия ментальной энергии, на что Лу Чэн холодно ответил: — Всё это показное и нерациональное. Шэнь Тинъюй хотел вызвать нескольких студентов для демонстрации защиты от ментального оружия, но Лу Чэн прямо сказал: — Вместо учеников почему бы нам не продемонстрировать свои способности? Генерал Шэнь, известный мягким характером, похоже, тоже был выведен из себя. Он не стал отказываться, и оговорённый спарринг едва не перерос в настоящую дуэль с оружием, направленным друг другу в головы. Этот драматичный день закончился именно так. Чтобы другие классы тоже могли чему-то научиться, академия использовала механические сферические дроны, записывая процесс занятий со всех ракурсов. Так, даже не участвуя напрямую, остальные студенты могли анализировать записи и расширять свои знания. В общем, после того как студенты университета посмотрели запись первого дня занятий, на следующий день добровольный формат обучения был изменён на сменный, с еженедельной ротацией. Когда Сюй Цинжань ужинал с Шэнь Тинъюем в кафетерии, его глаза прищурились от смеха. У того было такое выражение лица, словно он смотрел анекдот. Пальцы Шэнь Тинъюя слегка сжались, и он постучал ими по столу: — Вы выглядите вполне счастливым. Декан, стремясь максимально эффективно использовать таланты каждого, также попросил другого сотрудника смены оказать помощь группе по разработке оружия ближнего боя, сославшись на то, что он «не хотел тратить их драгоценное время». В любом случае результат был один: на этот раз университет остался в выигрыше. Шэнь Тинъюй добавил: — Ты что, ничего не собираешься делать со своей возлюбленным детства? У меня такое чувство, что однажды он может ворваться ко мне в общежитие и убить меня. Улыбка Сюй Цинжаня исчезла: — Если это действительно произойдёт, я приду к тебе на могилу и буду над тобой смеяться. — Ты бессердечный, — сказал Шэнь Тинъюй. — И даже не думаешь о том, кто втянул меня во всю эту передрягу? Другие ученики в столовой время от времени поглядывали в их сторону. Они знали об отношениях между Сюй Цинжанем и Шэнь Тинъюем, но видеть этих двоих, сидящих вместе за едой, было настолько необычно, что хотелось взглянуть ещё раз. Сюй Цинжань перестал накладывать рис и вдруг усмехнулся Шэнь Тинъюю: — Генерал Шэнь, у вас довольно толстая кожа. На следующий день после разговора Сюй Цинжань проснулся и с запозданием почувствовал, что что-то не так. Поразмыслив, он понял, что Шэнь Тинъюй не был настолько добр, чтобы просто так согласиться на его просьбу. Ему не нужны были услуги взамен — но согласился он слишком легко. Если подумать ещё раз, то, скорее всего, указания поступили из батальона «Золотое крыло». Он немного пожалел, что не смог сдержаться и позвонил Шэнь Тинъюю, но тот его перехитрил. Шэнь Тинъюй, глядя на бесстрастную улыбку на губах Сюй Цинжаня, улыбнулся в ответ. Он давно не видел своего будущего племянника и очень по нему скучал. Возможно, потому что они хорошо знали недостатки друг друга, в присутствии Сюй Цинжаня он всегда немного расслаблялся. Если бы только он не стал носителем гена Е. Эта мысль внезапно мелькнула у него в голове. Шэнь Тинъюй чувствовал, что ему жаль заходить так далеко с человеком, которого он ненавидел и с которым был готов сражаться насмерть. Звук тарелки, поставленной на стол, нарушил их короткое молчание. Рядом с Сюй Цинжанем сел юноша примерно его возраста с подносом в руках и пробормотал: — Молодой господин, вы зашли слишком далеко! У вас была возможность поесть с генералом Шэнем, а вы даже не пригласили своего доброго брата! Шэнь Тинъюй поднял голову и посмотрел на него. Он знал Фэн Вэя — молодого господина семьи Фэн из лагеря Серебряного Дракона. Фэн Вэй с улыбкой поприветствовал его: — Здравствуйте, генерал! Мы с Цинжанем однокурсники и до сих пор держимся вместе, даже после перевода в другой класс! С нетерпением ждём ваших наставлений и наставлений генерал-майора Лу! Шэнь Тинъюй сначала посмотрел на Сюй Цинжаня. Тот поднял глаза, встретился с ним взглядом и улыбнулся. Его глаза, похожие на персиковые цветы, стали ещё более живыми и притягательными. Через несколько секунд Шэнь Тинъюй мягко ответил Фэн Вэю: — Привет. Ужин прошёл довольно спокойно. После еды они обменялись ещё несколькими любезностями и разошлись по своим общежитиям. Официально начался специальный учебный курс, и на первую неделю прибыл Лу Чэн. В отсутствие Шэнь Тинъюя он полностью сосредоточился на преподавании. Он помогал всем ученикам, которым это было нужно, вносил коррективы в их обучение и не проявлял к Сюй Цинжаню никакого особого отношения. Для Сюй Цинжаня такой формат оказался как нельзя кстати. Понимая, что, будучи переселенцем из другого мира, он совершенно не знаком с использованием ментального оружия, он всегда оставался на площадке дольше остальных. Лу Чэн тоже задерживался, чтобы присматривать за ним и терпеливо давать указания. Благодаря ежедневным тренировкам Сюй Цинжань больше не испытывал головокружения или оглушения при ментальных атаках; его тело постепенно адаптировалось к всплескам умственной силы. Следующим этапом стала работа над точностью и концентрацией энергии. Лу Чэн сказал: — Чтобы добиться лучших результатов, нужно сосредоточить контроль на специальном браслете на запястье. — Уровень твоей ментальной силы не так высок, как у меня, поэтому не пытайся копировать мой импульсивный стиль. — Твоё телосложение делает тебя уязвимым к травмам, поэтому особенно следи за отдачей и устойчивостью при стрельбе. Сюй Цинжань почти не отвечал, но внимательно слушал. Его спокойствие и послушание заставили Лу Чэна почувствовать, будто он вернулся в прошлое, в те времена, когда они были вместе. Он сожалел, что они не стали партнёрами, но искренне не хотел потерять его как друга. После нескольких советов голос Лу Чэна смягчился: — …Сюй Цинжань, следи за расходом умственной энергии. Завтра продолжишь тренировку, а сейчас тебе нужно отдохнуть. Сюй Цинжань, полностью погружённый в процесс, наконец пришёл в себя. Он посмотрел на Лу Чэна, кивнул и опустил оружие: — Хорошо. Он не стал спорить. Неделя пролетела незаметно. Этого времени хватило Сюй Цинжаню, чтобы из новичка, не имевшего ни малейшего представления о ментальном оружии, превратиться в ученика, способного уверенно контролировать силу и наводиться на цель. Лу Чэн был поражён его прогрессом. Когда Сюй Цинжань был младше, он пытался обучать его самообороне, чтобы тот мог защитить себя от издевательств. Но его физическая форма была ужасной. Он не любил драки, предпочитая книги, рисование и другие спокойные занятия. Каждый раз после тренировок он плакал, и в конце концов Лу Чэн перестал его заставлять. Поэтому он всегда думал, что военная академия станет для Сюй Цинжанем тяжёлым испытанием. Но он не ожидал такой стойкости. Сюй Цинжань терпеливо переносил всё, не жаловался, а в его янтарных глазах читалась непоколебимая решимость. Впервые Лу Чэн почувствовал, что в будущем тот может превзойти его ожидания. И по какой-то причине это вызвало в нём странное чувство утраты. Через неделю стажёры первой группы освоили основы, и занятия Шэнь Тинъюя было решено перенести на легендарную подземную базу. Действительно, на подземной базе проводилось множество исследований внеземной жизни. Однако большинство объектов были изолированы, и к ним нельзя было легко прикоснуться — можно было лишь наблюдать за ними издалека через окна. На территории базы находилась тренировочная площадка размером примерно с арену для боя. Она включала в себя специальную систему обучения, способную имитировать и воссоздавать инопланетные виды, с которыми недавно сталкивались военные и которые, согласно собранным данным, оказались весьма грозными. Это облегчало подготовку новобранцев, одновременно сокращая ненужные затраты ресурсов и предотвращая неизбирательные убийства. По пути на тренировочную площадку Сюй Цинжань случайно встретил знакомого. — О, молодой господин, мы снова встретились. Пожилой ветеран, что было необычно, сегодня не курил. Стоя у панели управления механическими воротами полигона, он спокойно помахал ему рукой. Это был Чэнь Бин, с которым он уже несколько раз сталкивался. Сюй Цинжань поднял бровь и спросил: — Разве вы не работаете в Башне Зла? — Да, — Чэнь Бин поджал губы. — Позже они решили, что в Башне Зла достаточно персонала, а поскольку на Аквамариновой Звезде в последнее время неспокойно, меня перевели сюда. — Хотя я и ветеран, особой роли сыграть всё равно не могу. Говоря это, он не забыл уточнить: — Это действительно совпадение. Я не ожидал, что молодой господин Сюй поступит в университет. Пожалуйста, не считайте меня каким-то странным стариком. Сюй Цинжань я улыбнулся. Однако он ещё ничего не слышал о беспорядках на звезде Аквамарин. Чэнь Бин покачал головой: — Аквамарин — самая отдалённая обитаемая планета во всей Небесной системе, да и звезда, вокруг которой она вращается, самая маленькая. Окружающая среда отлично подходит для выращивания и изучения инопланетных существ, поэтому она естественным образом стала одной из баз, куда их сородичи пытаются проникнуть. Когда остальные ученики услышали эту тему, они тоже остановились и заинтересованно прислушались. Чэнь Бин окинул взглядом группу студентов с ясными, но наивными глазами и продолжил: — В настоящее время Кайанская империя в основном полагается на ультразвуковые системы защиты от инопланетных вторжений. — Некоторое время назад… всего несколько недель назад одна из крупных ультразвуковых станций на Аквамарине подверглась атаке, поэтому общая оборона планеты ослабла. Ремонт сложный, и на полное восстановление может уйти около полугода. Всё это время Аквамарин будет находиться в состоянии повышенной боевой готовности. Услышав это, Сюй Цинжань никак не отреагировал. А вот стоявшие рядом однокурсники выглядели потрясёнными и испуганными, опустив головы и перешёптываясь между собой. Увидев их реакцию, Чэнь Бин медленно добавил: — Военную академию построили здесь именно потому, что если на Аквамарине произойдёт чрезвычайная ситуация, мы сможем немедленно организовать для вас учения с боевой стрельбой, не опасаясь нехватки сил для быстрого развертывания. Некоторые уже начали представлять себе ожесточённые сражения и, схватившись за щёки, в ужасе восклицали: — О нет, я только научился держать оружие! Если сейчас что-то случится, меня точно убьют! — Сержант Чэнь, хватит их пугать, — младший инструктор, услышав шум, обернулся, вздохнул, покачал головой и подтолкнул группу вперёд. — Если вы правда боитесь, что они будут бесполезны в бою, то лучше просто усилить их тренировки! Внутри зала Шэнь Тинъюй, одетый в элегантную тёмно-золотую форму, ждал уже довольно долго. Когда Сюй Цинжань вошёл вслед за толпой, он услышал шёпот неподалёку: — Ух ты, генерал Шэнь и правда отлично выглядит в форме батальона «Золотое Крыло». — Я из «Серебряных Драконов», но теперь подумываю перевестись… — Вообще-то форма генерал-майора Лу тоже очень даже ничего. — Уааа… выходит, всё зависит от того, кого ты выберешь… Сюй Цинжань издалека посмотрел на Шэнь Тинъюя. Его улыбка была едва заметной, а в глазах непривычно отсутствовала обычная мягкость. Когда все собрались, он кивнул инструктору и сказал: — Начнём. С помощью Чэнь Бина младший инструктор «призвал» насекомоподобную инопланетную расу, временно исчезнувшую из окрестностей империи. Эти существа были размером со взрослого человека и обладали мягким экзоскелетом, что делало их относительно лёгкими целями для уничтожения. Их единственным преимуществом была высокая скорость передвижения — идеальная для тренировок по атаке. Шэнь Тинъюй продемонстрировал всё лично. Более десятка существ, способных развивать скорость до 50–60 метров в секунду, в безумном рывке бросились к нему, но ещё до того, как они достигли обозначенной зоны, он уничтожил их всех. Его ментальные атаки были чистыми и чёткими, лаконичными, но мощными, точными и стремительными — настолько красивыми, что вызывали зависть. После демонстрации Шэнь Тинъюй наугад выбрал студента из толпы. Чэнь Бин активировал систему и вызвал пять или шесть таких же существ. Студент сильно нервничал, его рука с пистолетом дрожала, но он всё же сумел попасть в цель. Поскольку это был противник низкого уровня, даже рассеянной ментальной энергии оказалось достаточно, и цель была уничтожена. Однако остальные существа тут же набросились на него и прижали к земле. Модели были воспроизведены почти идеально — не только визуально, но и тактильно. Липкое, отвратительное ощущение вызвало у ученика панику, и он закричал от ужаса. Шэнь Тинъюй стоял неподвижно и холодно наблюдал, не вмешиваясь. Лишь когда Чэнь Бин убрал существ, все увидели одноклассника, лежащего на земле с побледневшим лицом. Все были потрясены его видом, словно он только что пережил настоящий бой. Долгое время никто не говорил ни слова. Наконец тот самый мужчина, обычно мягкий и вежливый, заговорил холодным, непривычным голосом: — Программа длится всего полтора месяца. — Это всё, чему вы научились за две недели? В его тоне ясно слышалось разочарование. Взгляды студентов больше не были восторженными. На полигоне воцарилась тишина. И тогда Шэнь Тинъюй самым спокойным тоном произнёс самые жестокие слова: — С таким уровнем мастерства отправлять вас на поле боя и потом собирать ваши трупы — это просто пустая трата ресурсов.