Моя принцесса.

Лучи не до конца ушедшего солнца падали сквозь слегка приоткрытое окно прямо на обнажённые плечи девушки. На момент она о чём-то задумалась, разглядывая собственное отражение, мимолётно играя с прядкой волос, которая небрежно опустилась к плечу. Вздохнув, салатовая вылезла из воды, отчего рядом разбрызгались капельки, оставляя след на полу. Быстро накинув на себя далеко не роскошное платье, если его ещё так можно было назвать, та вышла из помещения, встречая взглядом Лукаса. - Прикрой меня. Я собираюсь прогуляться, - младшая нежно улыбнулась, после чего легко ускользнула в свою комнату. Шатен будто хотел что-то сказать, но лишь ответно кивнул, направляясь за ней и останавливаясь прямо у дверей комнаты. В своих покоях Мэнди собрала неаккуратный пучок из волос, захватив с собой небольшой кусочек ткани, напоминающий вуаль, собираясь сбежать. Такое времяпровождение было вполне привычным делом для неё. Из окна можно спокойно спуститься вниз, а затем выйти наружу, перелезая через стену, отгораживающую особняк и весь остальной мир. Она ощущалась как барьер, через который, так подумать, переступить нельзя, но девушка смогла. Надев вуаль, скрывающую лицо, та спустилась со стены, уходя на привычное себе место - это была обычная деревенская речка, на которой зачастую людей почти не было. Рядом было слышно щебетание птичек и журчание воды, которые успокаивали и давали побыть наедине со своими мыслями. День казался бесконечным, а мысли всё путались и путались в голове. Интересно, кто бы мог взять и так просто распутать все их? Даже сама Мэнди не могла разобраться в них, что уж говорить про других. Сегодня повезло, потому что никого рядом с источником воды не было, так что, удовлетворенно вздохнув, она села на берег, рассматривая течение. Постепенно опустилось солнце, и пришлось вернуться обратно домой, ведь Лукас не может вечно прикрывать её перед отцом, придумывая всё новые и новые отговорки. Девушка аккуратно и незаметно пробралась обратно в комнату, после чего приоткрыла дверь комнаты и дала знак стоящему снаружи, что тот может уходить, как никак отдых ему тоже нужен. Вернувшись в комнату, младшая тихо упала на кровать, укутываясь в одеяло. Сон пришёл практически сразу, не заставляя ждать. Пусть иногда её и мучают кошмары, но сегодня всё было спокойно, никто и ничто совершенно не тревожили её. На утро дворянку разбудило чьё-то прикосновение, невероятно нежное, будто материнское, за исключением грубой кожи. Разлепив ресницы, салатовая посмотрела на мужчину, не до конца проснувшись. - Мм, Лукас, это ты? - лениво проговорила та, вновь прикрывая глаза. Тот, в свою очередь, вздохнул, но не отошёл, продолжая будить Мэнди. Девушка будто и не собиралась вставать, погрузившись обратно в сон. Лукас мягко улыбнулся от её вида: небрежный пучок, который она так и не распустила, практически полностью распустился, растилаясь по подушке. К тому же, редко увидишь её такую беззаботную во сне, которая не встаёт раньше всех. Но разбудить всё же надо, поэтому, взяв расчёску, старший присел на край кровати, после чего расплёл до конца волосы, принимаясь к расчёсыванию запутавшихся во сне игривых локонов. Постепенно все волосы были расчёсаны. Убрав расчёску обратно, шатен вновь принялся будить. Потянувшись, девушка зевнула, а затем взглянула на сидящего рядом, похлопав глазами, тем самым отходя от сна. - Уже утро? - сонным, слегка хриплым голосом спросила салатовая, потирая глаза, на что получила кивок. - Ох, пора собираться... - младшая в очередной раз зевнула, а после посмотрела по сторонам, будто что-то ища. - А где пудра? Ты её нигде не забыл случайно? Мужчина помотал головой, после чего достал небольшую баночку, протягивая её собеседнице. - А, - та облегчённо вздохнула, принимая вещь. - Нужно быстро подготовиться, отец собирался поехать в деревню со мной... - дворянка встала с постели, подходя к своему столу, где находилась небольшая кисточка, которой она наносила пудру на кожу. Девушка взяла её в руку, параллельно открывая баночку. Кисточка опустилась в светлую, чуть ли не белоснежную пудру, а затем на кожу хозяйки. Постепенно та становилась всё белее и белее, тем самым показывая её высокий ранг. Лукас в это время куда-то отошёл, оставляя её в одиночестве, которое длилось совсем недолго. Вернувшись, мужчина принёс полюбившееся младшей платье, испачкавшееся вчера. - Ох, - Мэнди заметила это. - Ты вчера выстирал его? - салатовая была мягко удивлена. Подойдя к нему, она заметила чистый подол, будто никакой грязи и не было, а сам шатен кивнул. - Не нужно было это делать, я бы сама выстирала его сегодня... - собеседница вздохнула, а затем посмотрела на стоящего рядом. - Спасибо, Лукас. Их отношения были гораздо теплее, что можно было приравнять их как к семье, но никогда не как к хозяйке и подчинённому. Пусть у них и была большая разница в возрасте и формально Лукас являлся лишь её помощником, но с такой отцовской нежностью на неё ещё никто не смотрел, даже родной отец. Нельзя было даже подумать о каком-то сокрытом помысле в его взгляде, никаких сомнений, только родительская любовь, пусть даже и не кровная. Одевшись в своё одеяние, девушка задумалась о причёске. Посмотрев на свои локоны, она поняла, что те были уже приведены в порядок, не хватало только заплести в привычные ей хвостики. Похоже, салатовая даже и не заметила, как старший помог ей, пока она спала. Взгляд вновь упал на слугу, который старательно заправлял постель, пусть это и не была его работа. Сердце будто что-то кольнуло, а в горле встал ком, который мешал сказать хоть слово. Дворянка была признательна ему, но в то же время её пронзало сочувствие и чувство вины за то, что он так старается, а она в ответ - ничего. Пусть когда-то она и спасла ему жизнь, но этого мало по сравнению с его действиями. - Лукас, - собравшись с силами, окликнула та шатена, на что тот обернулся, вопросительно вглядываясь в её лицо. - Тебе не нужно так сильно ухаживать за мной, я не маленькая, - младшая подошла к нему и погладила по плечу. - Я могла бы сама заправить постель, это не так уж и трудно. В ответ на свои слова она получила лишь лёгкое поматывание головой, после которого мужчина продолжил своё дело. - Лукас, я серьёзно, - тон голоса стал грубее, как будто она его отчитывала за провинность, как мама отчитывает своего ребёнка за то, что тот взял конфетку раньше обеда. - С завтрашнего дня я всё делаю сама. Собеседник вновь вопросительно посмотрел на неё, будто хотел что-то спросить. - Если мне понадобится помощь, - продолжила Мэнди, - то я попрошу тебя о ней. Тебе не стоит слишком сильно баловать меня, я в силах сама что-либо делать. Тот помолчал, после чего одобрительно кивнул, показывая, что понял и услышал её. Салатовая улыбнулась, а затем отошла, принимаясь вновь за собственные волосы. Окончательно собравшись, она вышла из комнаты вместе со своим слугой, направляясь к выходу из дворца. На улице их ждал отец девушки рядом с каретой. Так как по вместительности она была небольшой, и было места всего лишь для двух человек, Лукасу было приказано ждать дома. Кучер остановился там же, где и вчера. Честер взглянул на карету и тревожно сглотнул, боясь, как бы ещё больше ему не досталось. Но не сказать бы, что он переживал за себя, нет. Совсем нет. Он переживал за Бэрри и его семью, не дай бог своими действиями он навлечёт беду на тех, кто смог его приютить. Пусть родителей они и не смогут никогда заменить, но привязаться он уже успел. Спустившись на землю, мужчина посмотрел по сторонам, а после взглянул на дочь, которая демонстративно открыла веер и небыстро помахивала им. Взгляд девушки упал на малинового, она осмотрела его с ног до головы, а потом остановилась на лице, будто сожалея ему в чём-то, но этот взгляд исчез практически так же, как и появился, ведь перешёл на мужчину рядом. - Так, ну и где тот, про которого ты вчера говорила? - спросил отец, собираясь явно не по головке того погладить. Честер напрягся: если сам помещик приехал разбираться - это плохо. Не может же и новую семью настигнуть та же участь, что и родную, кровную. - Ох, - младшая закрыла веер, мотая головой по сторонам, будто что-то ища, а через время продолжила: - Кажется, сейчас его здесь нет... Как жаль, - та театрально сделала грустный вид. - Что, правда? - старший вопросительно посмотрел на неё, а после перевёл взгляд на ближайший прилавок - по "счастливой удаче", прямо на Честера. - Может, у него спросим? Должен же знать. - Верно, -дворянка нехотя подошла вместе с отцом к прилавку. - Приветствую вас, - вежливо обратился продавец, не выдавая свою тревожность. - Вы что-то хотели? - Да! - начала Мэнди, прервав своего родителя. - Ты не видел парня такого... М-м, - она задумалась, пытаясь на ходу придумать внешность. - Рыжие волосы, точно! Примерно 15-16-ти лет. - Ох, - собеседник, кажется, понял ход мыслей девушки, поэтому точно так же демонстративно задумался, продолжая её спектакль. - Таких тут немало, точно сказать не смогу... Есть что-то поточнее? - Хм, есть. Вчера его настигло наказание, вся деревня слышала его крики! - Ох, вот оно как... - парень задумчиво почесал голову, после чего продолжил: - Я слышал, что он не выдержал и скончался ночью. - Ах, - дворянка удивлённо прикрыла лицо веером, а затем взглянула на отца. - Видимо, он уже послужил своё наказание. Нам нечего здесь делать. - Наверное, ты права, - наконец выдал тот. - Я похожу немного, посмотрю, что творится здесь. Ты можешь посидеть в карете. Мужчина удалился к следующим прилавкам, удаляясь всё дальше вглубь деревни. Провожая его взглядом, девушка посмотрела вновь на малинового, по взгляду которого было ясно, что он понимал ровным счётом ничего из этой ситуации. - Скажем так, тебе просто повезло, - отстранённо ответила та, помахивая веером. - Ты же хотела меня наказать, почему не выдала меня своему отцу? - решил поинтересоваться парень, рассматривая её платье. - Это моё дело, почему я тебя не выдала, - она хмыкнула, отворачивая голову, взор перешёл на недавно выпеченные булочки, которые ещё были тёплыми. - Что ты продаёшь? - спросила салатовая, с интересом разглядывая товар. - А, - Честер слегка замешкался от неожиданного вопроса, но продолжил: - Обычные булочки, ничего в них особенного нет. - Хм, - дворянка задумалась, а затем что-то достала и протянула парню. - Зачем? - недоумевал собеседник. - Хочу попробовать, а бесплатно брать нельзя, поэтому плачу, - девушка положила деньги на прилавок и взяла булочку. - А, - малиновый застыл на месте. - Стой, ты дала слишком много, они столько не стоят, - тот попытался вернуть ей хотя бы половину, потому что она и вправду дала в 10 раз больше положенного. - У тебя всё равно редко берут, хоть прибыль будет какая-то, - Мэнди улыбнулась, откусив булочку. Особенного и правда ничего не было, это была совершенно обычная булочка, которую можно было попросить сделать и служанок дома, но чем-то всё же она привлекала, но чем... - Ты сам их готовишь? - Иногда я, но обычно мачеха, - честно отвечал продавец, но потом задумался: зачем он вообще отвечает на её вопросы? Можно было и соврать. - Вкусные, - кратко произнесла собеседница, после чего развернулась и пошла к карете, по пути доедая купленное угощение, оставляя Честера немного в шоке и непонимании. - Она странная, - сказал себе под нос парень, разглядывая в руке деньги. - От этого моё отношение к тебе не поменяется. Отец вернулся к карете, и те поспешно поехали домой. Помимо осмотра деревни у него было полно дел, поэтому нужно было отправляться обратно. - Мэнди, - резко обратился мужчина к ней. - Ты подумала над вчерашним вопросом? - Хм, - та прикрыла лицо веером, слегка помахивая им. - Да, подумала. - И какой же твой ответ? - Он не изменился. - Мэнди. - Я знаю, что ты скажешь, но я не собираюсь выходить замуж за него. - Ты обязана, иначе нам придёт конец... Ты же понимаешь это? - Создай контракт с другим поместьем, почему именно с этим надо? - Там всё гораздо лучше, и производительность обгоняет других, это пошло бы нам на пользу. - М-м... - салатовая замолчала, не зная, как ответить, но через время выдала: - Может быть, я ещё подумаю. - Хорошо, - отец улыбнулся и погладил её по плечу. Пусть кровно он был к ней гораздо ближе, чем Лукас, но от его прикосновений тянуло на рвоту, будто они наигранные и вовсе не тёплые и нежные, как у того же слуги. Этот контраст между шатеном и отцом заставлял теряться в собственных чувствах: она и раньше не понимала, кто ей является действительно отцом, а теперь ещё больше запуталась. Отец - это тот, кто воспитал, правильно? Или же это тот, кто участвовал в совокуплении с родной матерью, чья кровь частично находится в тебе? Это сложно. Лукас - тот, кто воспитал, дал всё для жизни, пусть и не идеальной, но дал. Он сделал гораздо больше, чем мог кто-либо другой. Именно он заменил ей не просто отца, но и частично мать, которую она потеряла в довольно юном возрасте. В размышлениях прошло много времени, что салатовая даже не заметила, как уже оказалась дома. Выйдя из кареты, она тут же направилась в ванную комнату, попросив служанок набрать воды. Небрежно расплетая волосы и снимая платье, та окунулась в воду с головой, смывая с себя всю пудру и окрашивая жидкость в белоснежный цвет. Иногда было даже тошнотворно притворяться: начиная с внешности и заканчивая манерой речи. Как же всё это было уныло наигранно, что от осознания хотелось даже плакать. Вынурнув из воды, девушка взглянула на себя в отражении воды, рассматривая стекавшие капельки с лица. - Это не я, - прошептала себе она, после чего необдуманно ударила по отражению, чем ничего не сделала, кроме того, как расплескала воду. Вздохнув, Мэнди прикрыла лицо руками, думая о своём. Мысли будто съедали изнутри, заставляя путаться как в своих чувствах, так и в желаниях. Хотелось стать более свободной, а не сидеть в четырёх стенах, уходя всё больше в себя. Убрав руки с лица, дворянка окончательно смыла всю пудру и вылезла из воды, надевая любимое потрепанное платье, которое больше напоминает крестьянское, нежели что-то роскошное. Она вновь договорилась с Лукасом, чтобы тот её прикрыл, на что получила привычную улыбку, полную нежности. Хотелось плакать от переизбытка чувств, поэтому младшая сразу же зашла в комнату, откуда направилась в уголок своих мыслей - деревенская речка. По пути девушка надела вуаль, забыв про мешающие волосы. Локоны то непослушно лезли в лицо, то развевались на ветру. Придя на полюбившееся место, салатовая села на берег, заправляя волосы в пучок, чтобы те прекратили так сильно мешать. Солнце тепло пригревало, а ветер контрастно поддувал со стороны, пока течение рядом создавало будто свою мелодию. Засмотревшись куда-то вдаль, та задумалась о всём, о чём только можно. От одного этого места становилось спокойнее, но помочь разобраться в себе оно явно не могло. Потерявшись в своих мыслях, она даже не заметила, как рядом кто-то подошёл, уделяя всё своё внимание речке. Наверное, незнакомец что-то мыл или стирал, но это было совершенно неважно. Разве мог кто-то услышать все её недуги прямо сейчас и помочь? Рассказать о них было постыдным даже Лукасу, так что же говорить про незнакомца. - Извините? - послышался знакомый голос со стороны незнакомца, на что девушка окликнулась. - Вы мне? - спускаясь с небес, собеседница посмотрела в его сторону. О боги, это же тот самый продавец, имени которого она даже не знает! Вот так удача, встретить кого-то знакомого, если это так можно назвать. - А тут разве есть кто-то помимо вас? - шутливо спросил парень, улыбаясь. - Тоже верно. Что вы хотели? - слегка поправив вуаль, девушка посмотрела на речку, уводя взгляд. - Вы не похожи на местную, откуда вы? Редко увидишь кого-то из других мест, - Честер присел рядом с ней, но не близко, имея между друг другом приличное расстояние. Мэнди не ответила, задумавшись о чём-то. - Ох, - малиновому пришло осознание. - Наверное, это не совсем тактичный вопрос... Можете не отвечать, если не хоти... - не успел договорить тот, как получил ответ. - Да, я правда не местная, - начала салатовая. - Я сбежала из дома, теперь просто путешествую, - на ходу придумывала та. - Сбежала? - собеседник удивился на мгновение, а затем задумался. - Хм, а почему ты сбежала? - Ох, - дворянка прикусила губу, что было практически незаметно под вуалью, не зная, как ответить. - Тяжёлая тема для тебя? - поинтересовался парень, на что получил одобрительный кивок. - Понял, - началось лёгкое молчание, которое тяготило. - Вообще мне это знакомо очень даже, - продолжил тот, взглянув на плывущие по небу облака. - "Знакомо"? Ты тоже сбежал? Разве ты не в этой деревне живёшь? - удивилась девушка, переведя взгляд на него. - Здесь. Всегда здесь жил, это мой дом, - Честер прикрыл глаза, положив руку на грудь, прямо где находится сердце, продолжая: - Но я его разрушил. - А? - салатовая не поняла чистосердечные речи собеседника. - В смысле разрушил? Малиновый посмотрел на неё: в его взгляде читались и скорбь, и сожаление, и вина с примесью беспомощности. - Разве это будет правильно выговариваться незнакомому мне человеку?