Смывая пепел

— Ты… сегодня другая. Слова сорвались с его губ быстрее, чем он успел их обдумать. Когда Нетейам пришел в себя после приступа, он не сразу понял, кто перед ним. Та, что поила его водой, была… не той. Без резких линий на лице и тёмной краски, без тяжёлых украшений. Ее волнистые волосы были распущены, аккуратно обрамляли лицо и Нетейам на секунду задержал взгляд. Не сходилось. Это была она, но в то же время – нет. И даже черты были не те, слишком мягкие для этих мест. Не как у других. Мысль мелькнула и тут же исчезла. Но стоило ему сказать это вслух, как она резко изменилась. Девушка поднесла руку к щеке и ее улыбка исчезла так быстро, будто ее и не было. Она отпрянула, задела кувшин – тот с глухим стуком упал на землю. И девушка почти сразу скрылась за занавеской. Нетейам нахмурился. Он не понял, что сказал не так. Это был просто факт. Но ее реакция… Он чуть прищурился, продолжая смотреть в сторону выхода. Странно. Нетейам еще какое-то время смотрел на колышущиеся ткани, будто ожидал, что она вернется так же внезапно, как исчезла. Но они оставалась неподвижными. Он медленно выдохнул, чувствуя, как остатки кашля все еще неприятно царапают горло. Грудь отзывалась тупой тяжестью, дыхание до конца не выровнялось, но это уже не имело значения. Мысли зацепились за другое. Он прокрутил момент еще раз. Ее лицо. Ее взгляд. То, как она изменилась в одну секунду. Будто он задел что-то, о чем не должен был знать. Нетейам нахмурился и отвел взгляд, упираясь им в каменную стену расщелины. Все это не укладывалось в привычную картину и даже раздражало. Он сжал пальцы, чувствуя, как веревка тут же впивается в запястья. Боль отозвалась резко, отрезвляюще. Нетейам едва заметно повел руками, пытаясь ослабить давление, но узлы только сильнее впились в кожу. Он стиснул зубы, на мгновение прикрыв глаза, но не успел перевести дух. Снаружи послышались шаги. Нетейам сразу поднял голову. Ткань у входа откинулась резко, почти грубо. В расщелину вошли уже знакомые воины, первый – тяжелый, шумный, с привычной резкостью в движениях. Следом за ним второй, тише, но от этого не менее опасный. Нетейам перевел взгляд с одного на другого, задержавшись на мгновение дольше, чем стоило. Не она. Он не сразу понял, что именно его в этом задело, но напрягся, выпрямляясь, насколько позволяли связанные руки, и молча встретил их взгляд. Первый остановился перед ним, смерив быстрым взглядом, в котором не было ни интереса, ни сомнения, только привычная грубая уверенность. Он протянул руку и ослабил узел на запястьях, отвязывая пленника от балки. А после резко ухватил Нетейама за плечо, с силой дернув вверх. — Вставай. Тело отозвалось тупой болью. Ноги подкосились, и он на секунду замер, собираясь с силами. Воин скривился. Ждать он не стал и толкнул его вперед. — Шевелись. Или прямо здесь будешь? — усмехнулся он, подталкивая к выходу. Нетейам сделал шаг, затем ещё один, выравниваясь уже в движении. Другой тихо шел позади. Нетейама толкнули вперед, и он, едва удержавшись на ногах, сделал несколько шагов к выходу. Он уже почти не обращал внимания на боль – только на то, что его ведут. И на то, что ее там нет. Но стоило ему переступить порог расщелины и выйти в палатку, как взгляд сам дернулся в сторону. Она была там. Стояла у корзин, чуть сжавшись, будто старалась стать меньше. Нетейам замер на долю секунды. Теперь ее лицо было светлое, с неровными полосами, совсем не такими, как раньше. Резкие линии исчезли, уступив чему-то чужому, непривычному. Он нахмурился, не отрывая взгляда. Что с ней…? Его резко дернули вперед. — Не тормози. — бросил воин, сильнее сжав его плечо. Но Нетейам уже обернулся, почти всем корпусом, упрямо продолжая смотреть. И девушка почувствовала это. Она подняла взгляд – и тут же быстро отвела его. Слишком быстро. Это только усилило ощущение, что что-то не так. Нетейам сощурился, но не успел ничего понять – его уже вывели наружу. Холодный воздух ударил в лицо, и он вдохнул глубже, подавляя остатки кашля. Его держали жестко, почти грубо, не давая замедлиться. Это начинало раздражать. — Шевелись, — бросил один из воинов. Нетейам промолчал. Но на секунду повернул голову. Палатка. Ткань у входа чуть колыхнулась – и он снова увидел ее. Она стояла у входа, будто не решаясь выйти дальше. Нетейам невольно задержал взгляд. Слишком долго. Грубый воин резко дернул его вперед, вырывая из этого наблюдения. — Не глазей, — фыркнул он. Нетейам не ответил, но взгляд отвел не сразу. — А то еще решишь, что тебе можно, — хмыкнул воин, криво усмехнувшись. Он бросил быстрый взгляд в сторону другого. — Нула-то… — он на секунду замялся, будто сам до конца не знал, как это назвать, — уже занята. Имя прозвучало неожиданно. Нетейам чуть нахмурился. Нула. Он тихо повторил его про себя, будто пробуя на вкус. Нула. Слишком мягкое. Слишком… не отсюда. Нетейам нахмурился сильнее. Что-то в ней не сходилось. Он прокрутил последнюю фразу воина. Занята? Пленник перевел взгляд на молча шедшего воина. Связь между ними ощущалась… странно. Неочевидная. Но она была. После сказанного, Нетейам все же отвернулся, но ненадолго – взгляд сам вернулся к нему. Тот ничего не ответил. Только на секунду перевел глаза на соплеменника и во взгляде мелькнуло что-то тяжелое, короткое. Словно предупреждение. Воин усмехнулся, но больше ничего не сказал. Нетейама вели по уже слегка знакомым тропам, через сгоревшие деревья и проходы между палатками. Навстречу им попадались Мангкван, но пленник не поднимал на них взгляда, игнорируя все внимание к себе. Его снова дернули вперед. Он шел, сжимая зубы, стараясь не сбиться с шага. Камни под ногами были холодными, неровными, и каждое движение отзывалось тупой болью в теле. Нетейам коротко выдохнул, когда его остановили. Чужие руки снова сжали плечи. Слишком резко и уже привычно. Он стиснул зубы сильнее, отворачиваясь. И больше не смотрел. Обратная дорога прошла как в тумане. Он даже не понял, сколько времени прошло, когда воины затащили его в палатку. Взгляд Нетейама вновь остановился лишь на одной фигуре. Но она на этот раз не подняла взгляда. Нула стояла у корзин, чуть отвернувшись, будто происходящее ее вовсе не касалось. Руки были заняты, перебирали какие-то тряпки, слишком медленно, слишком внимательно. Нетейам замедлил шаг, сам не до конца понимая, зачем. Он ждал. Хоть какого-то движения, взгляда или реакции. Ничего. Она даже не посмотрела в его сторону. Его дернули вперед и он все же отвел взгляд. Что-то внутри неприятно кольнуло. Когда его руки снова завели за балку и затянули веревки, Нетейам уже почти не сопротивлялся. Сил не было. Один из воинов действовал, как обычно грубо и быстро, не заботясь о том, как именно ложится узел. Веревка снова впилась в запястья, и Нетейам едва заметно стиснул зубы. Второй стоял рядом, молча наблюдая. Ни слова. Как только воин закончил с пленником, он развернулся и вышел наружу. Другой задержался на секунду, будто проверяя крепление, затем тоже исчез за занавеской. Тишина вернулась почти сразу. Но ненадолго. Снаружи послышались шаги, потом – голос. Ее голос. Нетейам чуть приподнял голову, прислушиваясь. Он не разобрал слов сразу, только интонацию – сдержанную, будто она заставляла себя говорить спокойно. Пауза, а потом отчетливее: — …можешь забрать?.. Нетейам нахмурился. Короткий ответ он не услышал, но почти сразу шаги снова приблизились. Занавеска откинулась и внутрь вошел воин. Один. Нетейам замер, чуть выпрямившись, насколько позволяли веревки. Тот не сказал ни слова. Просто прошел внутрь, остановился рядом, слишком близко, чтобы это было случайно – и начал собирать оставленные ею вещи. Движения были спокойными, точными. Нетейам следил за ним, не отрывая взгляда. Что-то в этом было… неправильным. Воин почувствовал взгляд и остановился. Медленно поднял голову. И на секунду их взгляды пересеклись. Ни злости. Ни открытой угрозы. Но и спокойствия в этом не было. Словно они оба понимали: это не просто так. Воин отвел взгляд первым, поднял вещи и направился к выходу. У самой занавески он на мгновение задержался, будто хотел что-то сказать, но передумал. И вышел. Ткань опустилась. Нетейам остался один. Он смотрел в пустоту перед собой, все еще ощущая это короткое, странное напряжение. Он пришел за её вещами. Нетейам медленно сжал пальцы, насколько это было возможно. Это не укладывалось в ту картину, которую он уже начал складывать в голове. И почему-то раздражало сильнее, чем должно было.

***

Ночью он долго не мог уснуть. Тело ныло после всего произошедшего, но дело было не только в этом. Нетейам, прислонившись к балке и уставившись в темноту, прокручивал в голове одно и тоже снова и снова. Лицо. Светлое, без привычных линий. Неровные полосы, будто нанесенные в спешке. И то, как она отвела взгляд. Слишком быстро. Он нахмурился и запрокинул голову, смотря в потолок. Нула. Имя снова всплыло в голове. Он повторил его про себя, почти беззвучно, словно проверяя, не ошибся ли тогда. Слишком мягкое. Слишком чужое для этих мест. Нетейам нахмурился сильнее. Он видел Мангкван достаточно, чтобы понять – она отличалась. Не только поведением. Черты. Движения. Даже то, как она смотрела. И сегодня… она была другой даже для самой себя. Он сжал челюсть, чувствуя, как раздражение медленно поднимается внутри. Это не укладывалось, не вписывалось в то, как все должно быть. Он закрыл глаза, но это не помогло, образ все равно возвращался. Снова и снова. Нула. Нетейам резко выдохнул и опустил голову. Ночь прошла рваными обрывками – короткими, тяжелыми провалами, после которых он снова приходил в себя. Когда в расщелине стало чуть светлее, Нетейам уже не спал. Мысли крутились, цепляясь одна за другую, не давая покоя. Из палатки уже доносились приглушенные звуки, но никто не входил. Нетейам не двигался, пока занавеска едва заметно не качнулась. Тогда он резко вскинул голову. Нула. Она вошла быстро, почти беззвучно, как и всегда. Но теперь… Нетейам нахмурился. Краска вернулась. Резкие линии снова лежали на ее лице, скрывая мягкость черт. Волосы были туго стянуты веревкой, открывая шею. Тяжелые костяные украшения вновь опускались на плечи и грудь, делая ее силуэт жестче, чужим. Нетейам задержал на ней взгляд чуть дольше, чем стоило, будто проверяя, она ли это. В руках Нула держала чашу, из которой поднимался пар. Она упрямо избегала его взгляда и молча опустилась перед ним, протянув отвар. Но привычного кивка не последовало. Пауза затянулась и девушке все же пришлось поднять глаза. И она тут же наткнулась на его взгляд – прямой, внимательный. Требовательный. Нула едва заметно вздрогнула. Она тут же опустила голову, собираясь снова поднести чашу к его губам, но он не двинулся. — Вчера ты выглядела иначе. — тихо сказал он. Слова прозвучали спокойно, но слишком прямо. Нула замерла. Пальцы чуть сильнее сжали край чаши. — Тебе нужно выпить, — едва слышно ответила она, не поднимая глаз. — Отвар поможет. Нетейам едва заметно усмехнулся. Коротко. Почти беззвучно. — Я не об этом. Он чуть наклонил голову, пытаясь поймать ее взгляд. — Это… была ты? Нула сжала губы сильнее. Ответа не последовало. Она лишь снова протянула чашу ближе, будто это могло закрыть разговор. — Пей. Голос стал жестче. Нетейам еще секунду смотрел на нее, будто решал, продолжать или нет. Потом выдохнул и чуть подался вперед. Он сделал глоток, поморщился от горечи, но ничего не сказал. Когда чаша опустела, Нула осторожно убрала ее, продолжая избегать его взгляда. Потом она потянулась к его повязке. Ее движения были осторожными, но уже не такими скованными, как раньше. Ткань на животе пропиталась, и она чуть нахмурилась, заметив это. — Болит? — тихо спросила она, не поднимая глаз. — Терпимо, — коротко ответил он. Нула кивнула, будто этого было достаточно. Она начала развязывать повязку, пальцы двигались медленно, почти невесомо, стараясь не задеть лишний раз кожу. Нетейам наблюдал за этим, не отводя взгляда, словно пытался понять не только ее действия, но и ее саму. — Значит… ты этим занимаешься? — он кивнул на ее руки. — Лечишь. Нула на секунду замерла. — Только тебя. — коротко ответила она, не поднимая взгляда. Он ненадолго замолчал, всматриваясь в нее внимательнее, а после усмехнулся. — Вот как… Значит, мне повезло. Она не ответила. Только сильнее сжала ткань в пальцах, прежде чем продолжить. Когда повязка была снята, Нула быстро оценила рану, затем потянулась за чистой тканью. Ее холодные пальцы снова коснулись его кожи. Нетейам на мгновение напрягся, но не отстранился. Нула работала молча, сосредоточенно, иногда поглядывая на него из-под ресниц. И только когда закончила, тихо выдохнула: — Все. Она поспешила отстраниться, но пальцы на секунду задержались на его коже, прежде чем она, будто опомнившись, резко убрала руку. Взяв пустую чашу и грязные тряпки, Нула, как обычно, скрылась в палатке, не сказав ни слова больше. Оставив его в тишине. Кожа все еще помнила ее прикосновение – легкое, осторожное. Совсем не такое, какое он здесь ожидал. Нетейам нахмурился. Слишком мягко. И ее: «Только тебя». Он сжал челюсть сильнее. Это было неправильно. Нетейам медленно выдохнул и закрыл глаза. Но в голове почему-то снова всплыло не это. А ее лицо. Без краски.