Перевёрнутые судьбы

Подготовка к аукциону День тянулся медленно. Каждый раз, когда Вэй Усянь передавал мне духовную энергию, тело словно вспоминало, как должно существовать. Боль отступала, меридианы наполнялись теплом, а дыхание становилось ровнее. Слишком знакомое ощущение. Слишком забытое. Больше двух лет я не чувствовал поток духовной силы так ясно. Лёгкость, почти удовольствие — как будто тело наконец переставало сопротивляться самому себе. Но вместе с этим приходила и другая боль. Тихая. Глубокая. Если всё получится, моё золотое ядро выжгут. И это чувство исчезнет навсегда. Глупость. Я резко оборвал мысль. Это не имеет значения. Но они возвращались снова и снова без моего желания. Не думай об этом. Главное — помочь Янли. Вэй Ин передавал энергию осторожно, без спешки, с полной концентрацией. Мои руки переставали дрожать, ноги всё меньше отказывали, сердце билось ровнее. С каждым разом я становился чуть сильнее. И всё же понимал: сила — не только моя. — Цзян Чен, — сказала вечером Вэнь Цин. Я поднял голову. Она смотрела на меня внимательно, как на странный медицинский случай. — Я ожидала худшего. Ты выглядишь лучше, чем должен. Можешь немного походить. Потом она перевела взгляд на Вэй Усяня. — Вы отправляетесь утром? — Да, — спокойно ответил он. — Полетим на мече. Так быстрее. Вэнь Нин приедет позже с повозкой, если понадобится. "Если всё получится" Эти слова осели где-то под рёбрами. Я сел на край кровати, опустив взгляд на собственные руки. Чужая энергия всё ещё держала меня, как невидимый каркас. Я почувствовал его шаги раньше, чем услышал. Серые глаза Вэй Усяня смотрели холодно и внимательно. — Завтра будет тяжело, — сказал он. — Ты выдержишь? — Да, — ответил я сразу боясь что он передумает. Ответ вышел слишком быстро. Я сам это заметил. Но менять было поздно. Он несколько секунд смотрел на меня, словно сканируя. Потом коротко кивнул. — Тогда отдыхай. Мы вылетаем с рассветом. Он ушёл. Вэнь Цин задержалась ещё на мгновение. — Не геройствуй завтра, — сказала она. — Сразу говори Вэй Ину, если почувствуешь себя плохо. Понимаешь? — Да, — ответил я сразу. Она фыркнула, будто не верила ни одному слову, и вышла. Комната снова стала тихой. Запах трав, лекарств и холодного ночного воздуха. Я лёг, но сон не приходил. Тело было собранным только благодаря чужой энергии. Я думал об аукционе. О Янли. О том, что если всё получится — это будет последний раз, когда я вообще ощущаю духовную силу так ясно. Мысль оказалась неожиданно острой и болезненной. Я сжал пальцы в кулак. Не думай. Не сейчас. Если я смогу вытащить её —все остальное не важно. Даже я сам. Я понял, что не усну. Поднялся и медленно пошёл к двери. Она оказалась незапертой. Я невольно усмехнулся. Неужели Вэй Усянь настолько уверен, что я не сбегу? Хотя куда мне бежать? И зачем. Во дворе было тихо. Ночная прохлада Илина обнимала приятно. Над стенами висела бледная луна. Где-то стрекотали насекомые. После дней боли и лекарств это казалось почти нереальным. — Не спится? Голос раздался сзади спокойно. Но я вздрогнул — и тут же разозлился на себя за страх. — Простите, хозяин, — сказал я автоматически, сползая в позу покорности. — Я… не мог уснуть. Он остановил меня жестом. Легко. Небрежно. — Стой. Сейчас не нужно. Я замер. — Побереги силы на завтра. Я выпрямился, заставляя себя держать спину ровно. — Простите… — Эй, прекращай постоянно извиняться, — сказал Вэй Усянь. — Нужно отдохнуть, чтобы выдержать завтрашний день. Если ты там свалишься, понимаешь же, что я не смогу тебе помочь? Я понимал. Господа обычно не помогают рабам. Разве что упасть. — Понимаю, господин, — спокойно ответил я. Он поморщился. — Могу я кое-что узнать? - все же спросил я. Вэй Усянь посмотрел на меня оценивающе. — Давай. — Позволено ли узнать, что от меня потребуется завтра? Какой у вас план? Просто заранее подготовиться…так легче — я опустил взгляд. — Самый очевидный. Мы появимся как господин и его раб. Аукцион в клане Вэнь. Изначально я не собирался в нём участвовать, Вень Чао это знает. Поэтому трудно будет объяснить внезапный интерес к твоей сестре. Нужно, чтобы ты был рядом — для плана, не для тебя. — Ты нужен мне живым и полностью покорным, — продолжил он спокойно. — Что бы ни случилось — не нарывайся на наказание. Я опустил голову. — Я понял, — сказал я. — Я буду послушным. — А... можно ещё вопрос? Когда вы выкупите Янли… — голос сел. — Что дальше? — Ты решил сегодня завалить меня сложными вопросами? — Вэй Усянь слегка улыбнулся. Я молчал. — Есть два варианта. Либо она останется рядом с тобой, и для всех будет принадлежать ордену Вэй. Я почувствовал холод вдоль позвоночника. — Либо после аукциона уедет в безопасное место. Нужно будет придумать объяснение её исчезновению. Он посмотрел на меня внимательно. — Какой по твоему вариант лучше? Я видел оба слишком ясно. Если Янли останется здесь — жива, под защитой имени Вэй, но увидит то чем я стал. По спине прошёлся холодок. Плата — рабское клеймо, выжигание ядра. Нет. Если уедет — будет в безопасности. По-настоящему. Далеко от аукциона, от Вень Чао, от меня. Но я не буду знать, где она, жива ли. Я стиснул пальцы. — Второй, — сказал я наконец. Голос прозвучал ровно. — Я не хочу, чтобы она видела, во что я превратился. Вэй Усянь не ответил сразу. Он смотрел на меня внимательно. Луна освещала его лицо сбоку, подчеркивая усталость. — Так и думал, — сказал он. Потом продолжил спокойно: — Вы увидитесь ненадолго. Ты объяснишься с ней сам. После этого мой помощник увезёт её. Он посмотрел на меня серьёзно. — Все знают, что она слабая заклинательница. Поэтому мне придётся сыграть жестокого господина. — Чтобы никто ничего не заподозрил. Понимаешь? — Да… — я кивнул. В глазах на мгновение потемнело. Вэй Усянь говорил спокойно, уверенно, будто всё контролировал. Но я знал: за внешней невозмутимостью скрывался реальный риск. Вей Ин День тянулся медленно, но я не спешил. Передавая Цзян Чену духовную энергию, я внимательно следил за каждой реакцией его тела. Дыхание постепенно выравнивалось, меридианы отзывались на поток силы, боль отступала. Но этого было недостаточно. Он всё ещё был слаб. Слишком слаб. Каждое его движение, каждый едва заметный спазм в плечах говорил об одном: тело держится на грани. И может не выдержать. Я видел, как он сжимает зубы, как старается скрыть дрожь в руках. Он держится. Ради сестры. Иногда самые опасные люди — это не те, у кого больше силы. А те, у кого есть причина не падать. Пока этого было достаточно. Но я всё равно поймал себя на мысли: Хватит ли его решимости? А если завтра этого окажется мало? Что если его решимость закончится раньше, чем наша игра? Главное — чтобы наш план спасения Янли прошёл гладко. Вечером Вэнь Цин долго осматривала его, как всегда холодно и придирчиво. Я ждал. Честно говоря, я почти был уверен, что Вэнь Цин сейчас начнёт спорить. Скажет, что ему нужно больше времени. Что завтра — слишком рано. Что я перегнул. Она умела это делать. И обычно делала. Но сейчас она молчала. Цзян Чен выглядел измождённым, бледным, но одобрение она все же дала. Потом её взгляд остановился на мне, уточняя наши планы. — Вы отправляетесь утром? — Да, — ответил я спокойно. — Полетим на мече. Так будет быстрее. Вэнь Нин приедет позже с повозкой. Я сказал это вслух, а потом добавил: — Если всё получится. Цзян Чен вздрогнул. Я заметил это сразу. Он всё ещё выглядел бледным и измождённым. Даже сейчас после нескольких сеансов передачи энергии. И он нервничал. Сильно. Я посмотрел на него внимательнее. — Завтра будет тяжело, — сказал я. — Ты выдержишь? Глупый вопрос. Но мне нужно было услышать его ответ. От его решимости зависело многое. — Да, — сказал он сразу. Слишком быстро. Будто боялся, что я передумаю в последний момент. Я несколько секунд молчал, продолжая смотреть на него. Не потому, что сомневался. Проверял, сломается ли он под этим взглядом, опустит ли глаза, попытается ли исправить сказанное. Он не сделал ничего из этого. Только сидел, напряжённый, как натянутая струна. Хорошо. Значит, завтра он хотя бы попытается. Я коротко кивнул. — Тогда отдыхай. Завтра вылетаем с рассветом. Я ушёл. Нужно было закончить приготовления и отдать последние распоряжения Вэнь Нину. Во дворе было тихо. Ночная прохлада Илина приятно обнимала. Над крышами висела бледная луна, в траве стрекотали насекомые. После долгого дня тишина казалась почти нереальной. Я уже собирался идти отдыхать, когда заметил движение. Знакомая фигура. Цзян Чен. Вэнь Цин разрешила прогулки — и он решил начать прямо сейчас? Упрямый. Я сделал несколько шагов ближе, наблюдая. Он смотрел на небо, будто пытался привыкнуть к простым вещам — воздуху, тишине, свободному пространству. Смешно. Всего несколько дней назад он едва дышал. — Не спится? — спросил я спокойно. Он вздрогнул. Резко. Слишком резко. Рефлекс человека, который привык, что за спиной всегда кто-то может ударить. Я заметил, как он тут же разозлился на себя за этот страх. И почти сразу опустил взгляд. — Простите, хозяин, — сказал он автоматически, собираясь опуститься на колени в позу покорности. — Я… не мог уснуть. Я уже видел это движение раньше. Поэтому протянул руку и остановил его раньше, чем его колени коснулись земли. Небрежно. Но достаточно твёрдо.. — Стой, — сказал я. — Сейчас не нужно. Он замер в полудвижении. На лице мелькнуло короткое замешательство. Я отпустил его руку. — Побереги силы на завтра, — сказал я ровно. — Тебе они понадобятся. Если Вэнь Чао решит развлечься — остановить его будет сложно. Завтра многое может пойти не так. А значит, Цзян Чену понадобятся все силы. Несколько секунд он стоял неподвижно, потом медленно выпрямился. Спина прямая, настоящий наследник ордена. Даже сейчас. — Простите… — начал он тихо. Я поморщился. — Эй, прекращай извиняться, — сказал я. Почему-то слушать бесконечные оправдания и видеть страх в его глазах было неприятно. — Тебе нужно отдохнуть. Если завтра свалишься — я не смогу тебе помочь. Он, похоже тоже это понимал. — Понимаю, господин, — сказал он. Я снова поморщился. Это слово... звучало непривычно, как будто не к месту, неловко. — Могу я кое-что узнать? — спросил он осторожно. Я посмотрел на него, оценивая. Этот вопрос явно не давал ему покоя. — Давай. — Позволено ли узнать, что от меня потребуется завтра? Какой у вас план? Просто заранее подготовиться… так легче, — опустил взгляд он. Я хмыкнул. — Всё просто, — сказал я спокойно. — Появимся как господин и его раб. Аукцион в клане Вэнь. Я изначально не собирался участвовать и Вэнь Чао это знает. Поэтому любой внезапный интерес к твоей сестре будет выглядеть подозрительно. Я посмотрел на него. — Поэтому ты должен быть рядом. Ты нужен мне живым. И полностью покорным. Что бы ни случилось, не нарывайся на наказание. Я говорил спокойно. Он опустил голову. — Я понял, — сказал он тихо. — Я буду послушным. — А… можно ещё вопрос? — Его голос слегка срывался. — Когда вы выкупите Янли… Что будет дальше? — Ты решил сегодня завалить меня сложными вопросами? — я слегка улыбнулся, пытаясь разрядить атмосферу. Цзян Чен молчал. — Есть два варианта. Либо она останется рядом с тобой и для всех будет принадлежать Ордену Вэй, либо после аукциона уедет в безопасное место. Тогда нужно будет придумать объяснение её внезапному исчезновению. Я внимательно смотрел ему в глаза. — Какой вариант лучше, по-твоему? Он сжал зубы, а потом тихо сказал: — Второй, — Голос ровный, но в нём угадывалось волнение. — Я не хочу, чтобы она видела, во что я превратился. Так вот чего он боится. Я не смог ответил сразу. Что я мог сказать? Пообещать, что всё будет хорошо? Успокоить? Обнадёжить? Я сам не знал как будет... — Так и думал, — сказал я наконец спокойно: — Вы увидитесь ненадолго. Ты объяснишься с ней сам. Потом мой помощник увезёт её. Я заметил, как его лицо немного просветлело. Совсем чуть-чуть. — Все знают, что она слабая заклинательница. Поэтому чтобы объяснить ее исчезновение, мне скорее всего придётся сыграть жестокого господина, — объяснил я. — Чтобы никто ничего не заподозрил. Понимаешь? — Да… Он кивнул. И в тот же момент последние краски сошли с его лица. Да уж. Я точно не мастер утешать. Я говорил спокойно, уверенно, будто полностью контролирую ситуацию. Но правда была в другом. Завтра всё может пойти не так. И никто из нас не знает, чем это закончится.