Стояние

      Бледный искусственный свет проступил через тяжелые веки и, медленно моргая, Асока, наконец, вынырнула из темноты. Собственное тело совсем не ощущалось, словно голова одиноко парила в воздухе, и только боль колючим клубком свернулась где-то там, где, теоретически, должны быть ребра. Она шевельнула пальцами, чтобы найти их, и обнаружила, что руки её покоятся на животе и скованы тугими энергетическими наручниками, соединяющимися со стеной длинной цепью силового поля. Полежав несколько мгновений, Асока, наконец, набралась достаточно сил, чтобы сесть и оглядеться. Обстановка небольшой комнаты была более, чем скромной — безликие серые стены, освещаемые блеклой лампой на потолке, в одном углу уборная, в другом — кровать и тумба, а в стене напротив — массивная металлическая дверь. Больше всего это походило на тюремную камеру. Асока потянулась к Силе, но той словно больше не существовало, дернула ладонью, призывая тумбочку взмыть в воздух, но ничего не произошло. Блокирующие Силу наручники точно не входили в перечень самых распространенных вещей в Галактике, поэтому, кто бы ни схватил Асоку, он был либо очень запасливым и предусмотрительным, либо... тщательно к этому готовился.  Длины цепи хватало, чтобы свободно перемещаться, поэтому Асока встала и, насколько позволяли скованные перед собой руки, попыталась размять затёкшее тело. Она обошла комнату по кругу, тщательно осматриваясь, в надежде заметить что-нибудь, что натолкнет её на мысль, как отсюда выбраться, прислонилась к двери, силясь различить хоть какие-нибудь звук, но услышала только тишину. Кажется, она действительно попала.  Почувствовав при движении что-то инородное на своей ноге, Асока спустила штанину с того самого бедра, что подстрелили в баре, и увидела, что рана тщательно обработана и заклеена бакта-пластырем. Похититель не желал её смерти, пока, во всяком случае. Это тянуло на жалкое подобие хорошей новости. У неё не было ничего, что могло бы помочь в определении времени, поэтому невозможно было сказать, как давно она здесь. Интересно, кто-нибудь уже заметил её пропажу? Отправляясь на Нар-Шаддаа, Асока осознавала все риски и знала, что в случае, если что-то пойдет не по плану, никто не придет ей на выручку, никто не отправит команду для спасения, никто её не вытащит, просто потому что у Бейла нет таких ресурсов. Ей не на кого рассчитывать, кроме себя.  Асока уселась на кровать и с глубоким вздохом закрыла глаза. Отсутствие Силы не могло помешать ей медитировать.  Прошло полчаса, или несколько часов, а может быть целые сутки, — время приняло форму болотистой тины, и сложно было понять с какой скоростью оно движется и движется ли вообще — когда дверь вдруг отворилась. Два преграждавших вход с той стороны хилобона с винтовками наперевес расступились, силовое поле, покрывавшее проём, погасло, и в комнату вошел обслуживающий дроид с подносом в руках. Он подошел к тумбе и выставил на неё несколько блюд с очень аппетитным содержимым. Асока попыталась было к нему обратиться, но, стоило ей издать звук, как один из охранников, не переступая порог, молча направил на неё оружие. Она подняла ладони в примирительном жесте и больше не предпринимала попытки заговорить. Дроид вышел из комнаты, вход снова затянуло силовым полем и с металлическим гулом дверь закрылась.  Не имея других идей, со вздохом Асока подвинулась к тарелкам, обнюхала каждую и с большим аппетитом приступила к еде. Побег и так вырисовывался крайне сложной задачей, а без сил у неё совсем не будет шансов. Затем она провалилась в сон, периодически выныривая из него и внимательно прислушиваясь — не изменилось ли что-то, но вокруг по-прежнему стояла тишина, после чего она снова засыпала.  Так потянулось её заточение. Никто, кроме дроида-слуги, приносившего еду, не приходил к ней в камеру, никто ничего не пытался у неё выведать, никто не угрожал. Кто её похитил? Зачем она вообще здесь?  Казалось, уже прошла целая вечность с тех пор, как она очнулась в этой комнате. Чтобы хоть чем-то себя занять, Асока пыталась тренироваться, хотя наручники с тянувшейся к стене энерго-цепью весьма ограничивали движение. Тренировки, медитации, сон — перечень её занятий был весьма скуден.  Всё изменилось, когда однажды на пороге её клетки показался высокий светловолосый мужчина, чье лицо рассекали длинные бледные продольные полосы, напоминавшие шрамы. Медленной уверенной походкой он прошел в комнату, смахнул с плеча дорогого лощёного пиджака невидимую пыль и уселся на стул, который следом за ним внес один из охранников. Асока, сидевшая на кровати, не шелохнулась при появлении посетителя, лишь внимательно за ним наблюдала. Он тоже не торопился начинать разговор, будто с интересом разглядывая её.  Шли минуты и, возможно осознав, что она говорить с ним не намерена, он, наконец, произнес: — Асока Тано. Не могу сказать, что раньше ваше имя было мне известно, но я весьма впечатлен тем, что вы устроили в баре “Голубая Звезда”, и рад нашему знакомству.  — Ваше имя мне тоже неизвестно, — подала голос Асока. — О, — смущенно улыбнулся мужчина, словно это случалось с ним постоянно, — я — Драйден Вос. Возможно вы слышали про Багровый Рассвет?  Асока ничего не сказала, лишь поджала губы. Конечно, она знала про Багровый Рассвет. Не имея доступа к информации, что был у неё при Республике и Ордене, она училась слушать — тихие разговоры в кантинах, шепотки на улицах, сплетни на рынках, разбегавшиеся по торговым лавкам словно лесной пожар. Помогали этому и короткие сообщения от доверенных людей Бейла, который строил агентурную сеть по всей галактике, насколько позволяли возможности. Вскоре после установления Империи поползли слухи, что разрозненные преступные группировки начали объединяться под чьим-то могущественным управлением, и очень быстро это выросло в появление нового синдиката, сумевшего в кратчайшие сроки занять одну из лидирующих позиций в криминальном мире.   —  Бар, что сгорел благодаря вам — принадлежал Багровому Рассвету. Люди, в которых вы стреляли, принадлежали Багровому Рассвету. Половина всего на этой луне, в этом секторе и в этой галактике принадлежит Багровому Рассвету. А Багровый Рассвет — это я.  Виду она, конечно, не подала, но мысленно Асока тяжело вздохнула. Это было очень, очень плохо. Даже в бытность джедаем она знала, что не стоит по-настоящему переходить дорогу криминальным организациям, потому что они были словно близии — отрубишь одно щупальце, а вместо него будто из ниоткуда появятся ещё два, а сейчас победить в этой войне у неё и вовсе не было никаких шансов.  Но картинка хотя бы начала проясняться — видимо её схватили, чтобы наказать за перестрелку в баре. Но почему только оглушили, вылечили рану на ноге, кормили все эти дни? Приготовили в качестве расплаты что-то особенно изощрённое? — Вы хотите, чтобы я извинилась? — Асока театрально изобразила на лице сожаление. Драйден усмехнулся: — Даже не рассчитываю на это. — Он секунду помолчал, а затем добавил: — Я видел записи с камер в “Голубой Звезде”. Не буду врать, при иных обстоятельствах, учитывая ваши впечатляющие способности, я бы сделал такое предложение, от которого вы бы не захотели отказываться. Но сейчас я лишь представляю интересы того, кто хочет предложить вам возможности совсем иного уровня.  Асока похолодела внутри. Кто может стоять над могущественным криминальным синдикатом? Империя? Сам Сидиус?  — Кого же? — Она старалась не выдать волнения в голосе. Вос склонил голову набок, внимательно её рассматривая: — Того, кто может стать вашим союзником.  — Тогда почему же, — она подняла закованные руки до уровня глаз, — меня держат в тюрьме? —  Это лишь мера предосторожности, — Драйден взмахнул ладонью в сторону охранника, всё это время стоявшего позади него, — чтобы вы точно дождались нашего особого гостя. И не убили ещё больше моих людей. — Ничего из этого я не могу гарантировать, — Асока вздернула подбородок, стараясь держаться уверенно, насколько вообще позволяло её положение.  Драйден покачал головой. — Я слышал о вашей своенравности. Но позвольте совет — судьба даёт вам шанс, который мало кому выпадает. Не упустите его. К тому же, — он демонстративно оглядел свой аккуратный маникюр, — в сложившейся ситуации у вас мало выбора. Асока закатила глаза и ничего на это не ответила. В комнате повисла тишина, поэтому, немного погодя, её посетитель встал и вместе с охранником молча вышел. А она осталась наедине с тревожной неизвестностью.  Кто ищет встречи с ней? Кто может иметь столько власти, чтобы использовать преступного лидера в качестве посланника? Другие синдикаты? Хатты, пайки? Но что они могли ей предложить, и, главное, зачем она им? Теперь она была никем. Палпатин не стал бы прибегать к таким сложным схемам, а мог бы просто схватить её на любой другой планете, где присутствие Империи безоговорочно. Или стал?  Может ли быть так, что их раскрыли? Сопротивление, которое не успело толком сформироваться, обнаружило себя, и теперь что-то грядет? Тяжелые мысли беспокойным водоворотом кружили в голове, ни медитации, ни подобие тренировок не спасали. Она пыталась спрятаться от тревоги во сне, но там её настигали кошмары, изматывая ещё больше. Асоке снилось, что отряд штурмовиков врывается в её темницу, тащит по запутанным лабиринтам коридоров, а затем швыряет на пол пыточной, где уже мертвыми лежат замученные Бейл, Бреха и их маленькая дочь. Снилось, что её силой вынуждают предать всё, во что она верит, и в результате этого Мон Мотму публично казнят под ликование толпы. Снилось, что ей промывают голову и она становится Инквизитором, охотясь на тех, с кем когда-то делила дом и еду в Ордене джедаев. Снилось, что чернота пожирает её сердце, вырывается наружу и тьма окончательно окутывает всю галактику. Она лежала, уткнувшись лицом к стене, прослеживая взглядом за змейками трещин, сотнями разбегавшимися по старой облупившейся краске и уходящими куда-то за кровать. С визита Драйдена Воса прошло — по ощущениям — дня четыре. Никогда ещё Асока не испытывала такого одиночества. Даже в самые отчаянные моменты, когда рядом не было никого, у неё всегда была Сила — отзывчивая, окутывающая, словно заботливая мать готовая обнять в минуты слабости. Сейчас не было даже этого.  Внезапно Асока поймала необъяснимое волнение, волной прокатившееся по всему телу. Она села на кровати и увидела, что силовое поле вокруг наручников погасло, превратив их в обычные браслеты, со стеной их также больше ничего не связывало. Её снова окатило волнением, и она вдруг поняла, что это было не её чувство — волновалась сама Сила, которая снова слабым ручейком потекла в неё. Асока ощутила поблизости присутствие кого-то невероятно грозного, тёмного и могущественного, и сердце против воли забилось сильнее, когда в коридоре послышалась тяжёлая поступь, приближающаяся к комнате.  Шаги замерли перед дверью, она открылась, и от неожиданности Асока охнула и рефлекторно отпрянула ближе к стене.  Перед ней стоял Мол.  Она не видела его с того самого момента, как он сбежал с Венатора вскоре после Приказа 66, но прошедшие несколько лет, кажется, никак на нем не отразились. Она чувствовала исходящую от него силу, и еще больше гнева, ярости, тьмы и боли, чем прежде. Удивительно было встретить его тут, и в то же время здесь ему было самое место. Странно, что Асока даже не подумала про него. Кому, как не Молу, находиться в самом сердце преступного мира и дёргать за ниточки, заставляя мир крутиться, следуя его мрачному плану? — Леди Тано, — он слегка склонил голову в приветственном жесте.  — Я могла бы догадаться, что за всем этим стоишь ты, — Асока не смогла сдержать чувств и скривила губы в отвращении. — Как вижу, за время, что ты мы не виделись, ты так и не избавилась от этого джедайского высокомерия и привычки осуждать. — Мол прильнул спиной к стене, сцепив ладони в замок перед собой. В тусклом свете комнаты его тело, облаченное в чёрную одежду, терялось среди теней, живущих по углам, но горящий огнём взор пылал и притягивал ещё больше, чем прежде, хотя лицо казалось благодушным, насколько он мог это изобразить. Для того, кто ходил под руку со смертью, в нем было очень много жизни. Словно вулкан, под обманчиво спокойной его поверхностью бурлил жгучий поток разрушительной силы, норовящий вырваться и испепелить все вокруг. — Имею право — ты похитил меня и удерживал здесь против воли! — Асока вскочила на ноги, чтобы не смотреть на Мола снизу вверх, и не давать ему даже малейшего шанса хоть сколько-нибудь почувствовать своё превосходство.  — И это всё действительно смогло тебя удержать? — В его голосе будто прозвучало разочарование.  Первое удивление от этой неожиданной встречи, наконец, прошло, и Асока почувствовала, как внутри маленькими искрами начинает разгораться злость. Глаза хищно сузились, и она прошипела: — В прошлую нашу встречу ты умолял о смерти. Пожалуй, в этот раз я тебя послушаю.  — Эта заносчивость, — Мол закатил глаза, но, казалось, враждебность Асоки его никак не задевала. — Как и в прошлую нашу встречу, напоминаю, что я — не враг тебе.  — И чего ты хочешь? Снова предложить стать твоей ученицей и вместе уничтожить Сидиуса?  — Нет, совсем нет. Я здесь, чтобы помочь.  Асока напряглась. Что Мол мог знать о ней? Что потребовать взамен? И самое главное — какую цель преследовал на самом деле?  Он не ходил в любимчиках императора, но если с кем-то и действовало правило “враг моего врага — мой друг”, то только не с ним. Мол вселял чувство опасности и угрозы едва ли не меньше, чем сам Сидиус, и Асоке совсем не хотелось иметь с ним общих дел. — Я не нуждаюсь в твоей, — она сделала на последнем слове акцент, — помощи. — В самом деле? — На лице Мола отразилась напускная озадаченность. — Я слышал, что ты кого-то ищешь, но попытка его разыскать привела лишь к этому, — он показал ладонью на неё. Асока открыла было рот, чтобы возразить, что этого всего не случилось, если бы она не встретила тех отморозков, работавших, как выяснилось, на Багровый Рассвет. Но, как бы горько ни было это признавать, Мол был прав. Это злило, но на себя она злилась намного больше. Она провалила порученное ей задание и позволила себя пленить, и не будь это люди Драйдена Воса, то ей запросто могли повстречаться другие бандиты на этой полной бандитов луне. Она не справилась, и всё остальное — лишь детские оправдания. Повисла пауза, и, будто уловив перемену в её настроении, Мол произнёс:   — На Нар-Шаддаа у меня намного больше глаз и ушей, чем у тебя. Я предлагаю объединить усилия в поисках этого Костаса Брана, узнать у него расположение тайника и затем поделить всё, что там обнаружиться. — Зачем тебе это? —  Асока не сомневалась, что у Мола есть тайный мотив, но пока не могла уловить его. Возможно, он был осведомлен о содержимом тайника лучше, чем она, и его интересовало что-то конкретное, но для чего ему тогда Асока? — Если слухи о том, что таит в себе это хранилище, правда, то всё это богатство не будет лишним в реализации моих планов. Гораздо интереснее, зачем это тебе. Асока посмотрела Молу прямо в глаза, жалея, что не умеет испепелять одним лишь взглядом. Мол вздохнул: — С этим темпераментом и выдержкой из тебя бы вышел прекрасный ситх. Но прибереги эту ненависть для того, кто действительно её заслуживает. — И для чего тебе это делать вместе со мной, а потом ещё и делиться? — Это честно. — Он развел руками. — В конце концов, ты была первой. Асока не смогла сдержаться и прыснула от искренности, которую пытался изобразить на своём лице Мол, и того, настолько смешно и нелепо это звучало из его уст. Что бы он ни задумал, так просто это было не разузнать. Возможно, в тайнике Брана действительно находилось что-то гораздо ценнее, чем корабли, кредиты и припасы. Возможно, там было что-то, что поможет победить Палпатина. Или, что гораздо опаснее, — что поможет стать Молу новым императором. Она не сомневалась, что здесь у него действительно гораздо больше шансов найти Костаса, чем у неё в одиночку, и теперь была велика вероятность, что, отказавшись от сотрудничества, она не просто потерпит неудачу с поручением Бейла, но и подарит Молу возможность исполнить свои самые страшные планы, сделав галактику ещё более мрачным местом. — Ладно. Я согласна, — подала, наконец, голос Асока. — Но работать мы будем вдвоём. Без помощников, компаньонов, команд головорезов и кто там у тебя ещё имеется. Она не боялась Мола в честном поединке, но он был умным, хитрым, очень опасным и сильным соперником, рядом с ним всегда придётся быть начеку, поэтому давать ему численное преимущество совсем не хотелось. — Хорошо, очень хорошо. Это правильное решение, — Мол протянул ей ладонь, и, немного погодя, добавил — партнёр. Медленно, словно через силу, Асока, сглотнув тяжелый ком, сделала шаг вперёд и пожала его руку: — Партнёр. Внутренний голос вопил сиреной. Она обязательно об этом пожалеет. Всё пойдёт не так, и она пожалеет об этом решении, и потом ей придётся разбираться не только с первопричиной, но и последствиями. Она точно пожалеет, но сейчас будет устранять проблемы по мере их поступления. После этого дверь открылась и Мол жестом пригласил Асоку покинуть, наконец, её тюремную камеру. Он вёл её по ярко освещенным пустынным лабиринтам коридоров в абсолютной тишине, только его металлические ноги тяжело чеканили шаги, гулким звуком оседавшие в монтралах. — Ну, и с чего мы начнём? — произнесла Асока, скорее чтобы разорвать неуютное молчание, чем действительно завязать разговор. — Пока мои люди ищут Брана старомодным методом, проверяя всех его знакомых, — Мол даже не обернулся к ней, — мы с тобой отправимся туда, где информация бывает настолько внушительной, насколько и секретной. И чтобы ею завладеть, нужен... — он замешкался, будто подбирая слова, — особый подход. Такому тебя твои джедаи точно не учили.   — Сомневаюсь. — Огрызнулась она. — А я почему-то уверен. — Ответил Мол и, как ей показалось, на его лице промелькнула улыбка.