Harry Snape!?

Путешествие через каминную сеть оказалось совершенно безумным. Гарри не мог дождаться, когда попробует снова. Он надеялся, что с практикой перестанет приземляться лицом вперёд. Гостиная, в которой он теперь стоял, была заставлена книжными полками по каждому доступному клочку стены. Сам камин вовсе не был достаточно высоким, чтобы человек мог через него пройти, но он растянулся и выпустил Северуса. Гарри робко махнул мужчине рукой, продолжая осматривать комнату. Перед камином стоял тёмно-коричневый кожаный диван, слева от него — кресло в тон. Между ними располагался невысокий столик с чашкой чая. Северус позволил Гарри какое-то время побродить по гостиной. Он наблюдал за сыном, убеждаясь, что тому комфортно. Его необычайно порадовал интерес Гарри к книгам. Когда мальчик отвернулся от книжного шкафа у окна, Северус привлёк его внимание: — Пойдём со мной. Я покажу тебе дом и твою комнату. Остальное купим завтра. Он показал Гарри кухню — дверь в неё находилась прямо напротив входной двери. Лестница на второй этаж начиналась сразу за кухонной дверью слева. В кухне была дверь на задний двор и ещё одна — в зельеварческую лабораторию Северуса в подвале. В центре стоял стол с двумя стульями и хорошая газовая плита. На втором этаже первая дверь справа вела в ванную: в углу стояла чугунная ванна на ножках, в другом — душевая, также там были раковина и туалет. Тётя Петуния позавидовала бы такой ванне. Комната прямо напротив ванной теперь принадлежала Гарри. В ней стояла полноценная кровать с простыми белыми простынями, деревянный шкаф и большое окно с встроенным сиденьем. Следующая комната находилась дальше по коридору — это была спальня Северуса с собственной ванной, так что им не нужно было делить одну. На основном этаже была ещё одна маленькая спальня, спрятанная под лестницей. Гарри решил, что вряд ли будет проводить там много времени — она слишком напоминала ему чулан под лестницей. Когда осмотр закончился, Северус сделал им сэндвичи с ветчиной и картошку фри. Гарри ел молча, но тишина была уютной — просто приятно есть спокойно и без напряжения. Северус дождался, пока последний кусочек исчез с тарелки Гарри, и заговорил: — Сегодня вечером мне нужно навестить твоих родственников. Я заберу твои вещи и объясню ситуацию. Уверен, гоблины справятся куда основательнее, но я не хочу, чтобы они запаниковали, если ты не вернёшься до темноты. Ты хочешь пойти со мной или предпочёл бы остаться здесь? Гарри задумчиво дожевывал пищу. — Думаю, мне лучше остаться тут. Мы с Дурслями едва пришли к какому-то соглашению. Я… эм… несколько дней назад вырубил Вернона. Северус ущипнул переносицу. — Пожалуйста, не выходи из дома, пока меня не будет. Я вернусь как можно скорее. Гарри согласился остаться и отнёс тарелки к раковине. Он уже собирался включить воду, когда из ниоткуда появилась бойкая маленькая сущность и выхватила тарелки. — Ты не забирать работу Рози! Рози заботиться о мастере Северусе с тех пор, как он был маленьким мальчиком. Теперь Рози заботиться о тебе. Пшёл! Убирайся! Северус уставился на домового эльфа в ужасе. — Рози, я даже не успел тебя представить. Где ты была? Рози упёрла руки в бока и затопала босой ногой. — Рози узнаёт ребёнка мастера Северуса, когда видит его. Ты потом всё расскажешь. Рози пойдёт покупать новое одеяло для маленького мастера. Какой твой любимый цвет, маленький мастер? Гарри посмотрел на Северуса, потом снова на Рози. — Эм… наверное, зелёный. В школе Литтл-Уингинга зелёный галстук, и мне нравится быть на улице, под деревьями. Рози кивнула один раз и исчезла с тихим хлопком. Гарри заверил Северуса, что вполне переживёт пару часов в одиночку, и тот вышел через парадную дверь и аппарировал обратно в Литтл-Уингинг. Он постучал дважды, прежде чем дверь распахнулась. Мужчина, одинаково широкий и высокий, задыхался; его лицо было пугающе фиолетового цвета. Северус приподнял бровь и презрительно посмотрел на него сверху вниз. — Вернон Дурсль, полагаю? Фиолетовый оттенок немного сошёл, уступив место менее тревожному красному. — У нас нет времени на адвокатов! — он попытался захлопнуть дверь, но наткнулся на непреодолимую силу. Северус протиснулся мимо громилы в прихожую. — Я пришёл забрать вещи моего сына. Принесите их. Светлые усы Вернона вздыбились, словно у хомяка, пытающегося выглядеть больше. — Кто вы, чёрт возьми?! У нас нет вещей вашего сына! В этот момент из кухни вышла Петуния, привлечённая громкими голосами. Она надеялась, что Гарри наконец вернулся и Вернон как следует его отчитывает. Вместо этого она увидела кошмар у себя в прихожей. — Снейп, — выдохнула она. Губы Северуса дёрнулись в злой улыбке. — Здравствуй, Тьюни. Сколько лет прошло. Как оказалось, ты почти десять лет содержала моего сына. Я уже забрал его к нам домой, но хочу получить его вещи. К вам наведаются наши юристы, чтобы уладить вопрос с вашим переселением. Советую выполнять их указания. Иначе у меня может появиться желание вернуть вам долги за побои, которые, я знаю, Гарри получал. Петуния подавила визг и бросилась вверх по лестнице. Северус медленно последовал за ней и вошёл в почти пустую комнату. Несколько уцелевших вещей были разбросаны по полу. Он уменьшил их все и положил в карман. Он позволил Петунии вытащить жалкое количество одежды из комода и призвал всё, что могло быть спрятано. Из тёмного угла шкафа появились рюкзак, несколько книг и школьная форма. Северус сложил всё в рюкзак и тут же аппарировал. Перед возвращением к Гарри ему нужно было заглянуть ещё в одно место. Он распахнул ворота Хогвартса и устало поднялся по дорожке к замку. Добравшись до кабинета директора, он мрачно посмотрел на горгулью. — Сообщи ему, что я здесь. Горгулья повернула каменную голову к Северусу, но промолчала. Через несколько минут она отъехала в сторону, пропуская его на движущуюся лестницу. Северус буркнул благодарность и прошёл мимо. Дверь наверху была открыта. Он переступил порог, оказавшись в чудесном мире жужжащих приборов и посвистывающих безделушек Дамблдора. За древним деревянным столом сидел на вид мудрый старик с белоснежными волосами и бородой. — Северус, мой мальчик! Какой приятный сюрприз. Чем обязан летнему визиту? Северус стоял, заложив руки за спину. — Я решил начать продавать зелья по почте, чтобы пополнить доход. Когда-нибудь я хотел бы выйти на покой, а у меня нет никаких сбережений. Возможно ли, чтобы я больше не проживал в Хогвартсе? Дамблдор выглядел по-настоящему ошарашенным. — Я не понимаю, сын мой. Как ты сможешь преподавать, не живя здесь? Северус вздохнул. — Мне нужно жить там, где я варю зелья. Я не могу заниматься этим на территории школы. Я буду прибывать по каминной сети к завтраку и возвращаться домой после ужина. Также мне понадобятся свободные выходные для работы. — Северус, ты никогда не давал понять, что недоволен своей зарплатой. Я с радостью обсудил бы повышение, — Дамблдор откинулся назад, словно от пощёчины, когда Северус поднял руку. — Я мастер зелий. Я взял эту работу от отчаяния. Волдеморт хотел, чтобы я был здесь шпионом. Вы тоже. Шпионить больше не за кем. Есть вещи, которые я хочу делать, болезни, которые хочу лечить. Я слышу жалобы на то, какой я ужасный преподаватель — я не глухой. Думаю, я просто не выношу этих маленьких негодников! У них столько потенциала, а они растрачивают его, валяя дурака и оставаясь детьми. Дамблдор расслабился в кресле и сложил пальцы домиком перед губами. — У тебя никогда не было возможности быть ребёнком, верно? Отец — алкоголик, мать — вечная оправдательница. Ты примкнул к Тому сразу после Хогвартса, не оставив себе времени понять, кто ты есть. Хорошо, Северус. Твоя оплата остаётся прежней, и я ожидаю того же уровня преподавания. Ты можешь приходить после завтрака и уходить до ужина. Я не вижу причин держать тебя рядом с детьми дольше необходимого. И я хотел бы, чтобы ты держал меня в курсе своих успехов в бизнесе — как старого друга. Северус выдохнул, не осознавая, что всё это время задерживал дыхание. — Спасибо, сэр. Я избегал этого разговора слишком много лет. Дамблдор усмехнулся и махнул рукой. — Воспользуйся моим камином, мой мальчик. Увидимся на собрании пятнадцатого августа. Северус споткнулся, выходя в гостиную, и запер каминную сеть. Заглянув на кухню, он увидел, что Гарри там нет. Он быстро поднялся по лестнице и тихо постучал в дверь спальни. Услышав мягкий отклик, он вошёл. Гарри сидел посреди совершенно нового мягкого одеяла цвета самых тёмных еловых иголок. Шторы у эркерного окна были в тон. Гарри улыбнулся и соскользнул с кровати. — Привет! Рози уже вернулась — спасибо, кстати, что рассказал про домовых эльфов. Она сказала то же самое, что и ты: за покупками пойдём завтра. Всё прошло нормально у Дурслей? Северус сел на край кровати рядом с Гарри. — Вполне. Я увеличу твои вещи, и утром мы всё разберём. Уже поздно, и я не знаю, как долго ты не спал. Тебе что-нибудь нужно перед сном? Я не знаю, как быть отцом. Гарри слегка толкнул его плечом. — А я не знаю, как иметь отца. Разберёмся по ходу дела. Рози заставила меня съесть миску фруктов со сливками, пока тебя не было. Она сказала, что я слишком худой. Северус провёл рукой по растрёпанным чёрным кудрям. — Ты и правда слишком худой. Хочешь зелье сейчас или сначала посмотреть воспоминания родителей? — Эм… сейчас. Вы первый человек, который назвался моим отцом. Они умерли, прежде чем я их узнал. Мне будет спокойнее выглядеть как вы, — Гарри уставился на свои колени. Северус встал и призвал мягкие шерстяные пижамные штаны и простую чёрную футболку, уменьшив их под размер Гарри. — Надень это. В шкафчике в ванной должна быть новая зубная щётка. Зелье дам, когда вернёшься. Гарри взял пижаму и побежал через коридор в ванную. Щётка действительно была там, где сказал Северус; паста стояла в маленькой баночке. Он понял, что это паста, только по надписи. Он зачерпнул совсем немного и почистил зубы. От странной пасты дёсны и зубы немного чесались, но они никогда не были такими чистыми! Вернувшись в свою спальню, он увидел, что высокий зеркальный шкаф из комнаты у Дурслей теперь стоял рядом с гардеробом. Северус наполнил стакан водой и поставил его на тумбочку. Гарри подошёл и забрался под мягкие белые простыни и толстое одеяло. Северус протянул Гарри склянку с вынутой пробкой. — Я доверяю гоблинам и уверен, что они тебя не отравят. Утром я свяжусь с подругой — она целитель. Она скажет нам, что нужно, чтобы ты был здоров. Гарри понюхал зелье и сморщил нос. Он быстро опрокинул его и проглотил склизкую жидкость, которая была гораздо холоднее, чем ожидалось. Сонливость накрыла его почти сразу. — Спасибо за всё, сэр. Спокойной ночи. Северус подтянул одеяло к плечу Гарри и тихо закрыл за собой дверь.

***

Гарри резко проснулся от щебетания птиц. Его накрыла волна паники, когда он не сразу узнал, где находится. Потом он провёл руками по мягкому одеялу и вспомнил, что у него есть папа! Он чуть не упал, пытаясь выпутаться из простыней. Порывшись в вещах в рюкзаке, он вытащил чёрные брюки и тёмно-серую рубашку на пуговицах. Для почти десятилетнего мальчика это выглядело немного слишком официально, но Северус казался человеком довольно формальным. Было четвёртое июня, и у Гарри оставалось чуть больше года, чтобы узнать своего отца, прежде чем он отправится в Хогвартс учиться магии. Гарри поспешил вниз по лестнице и нашёл отца за кухонным столом — с чашкой чая и газетой. Только вот картинки в газете двигались. Он сел на соседний стул и потянулся к чайнику: — А как картинки это делают? Северус сложил газету и внимательно посмотрел на сына: — И тебе доброе утро. Маги нашли зелье для проявки плёнки, которое позволяет изображениям двигаться. Когда ты попадёшь в Хогвартс, ты столкнёшься с бесконечным количеством нарисованных портретов, которые умеют разговаривать и выходить из рам, чтобы навестить соседей. Гарри широко улыбнулся, когда Рози поставила перед ним тарелку с яйцами, сосисками, фруктами и тостами: — Спасибо, Рози! Магия — это невероятно. А можно мне учиться магии до того, как я поеду в Хогвартс? — Мы почти ни о чём ещё не успели поговорить, верно? — ответил Северус. — Я преподаю зельеварение в Хогвартсе, так что ты, без сомнений, узнаешь о магии много ещё до поступления. Более того, сегодня мы купим много книг — после того как подберём тебе новую одежду и другие вещи, которые тебе понравятся. Есть ли что-то из твоего прошлого, о чём ты хотел бы поговорить, прежде чем я вызову подругу-целителя? Северус терпеливо ждал, пока Гарри подумает. Гарри жевал тост и съел почти все яйца, прежде чем ответить: — Думаю, ты и так знаешь, что всё было не очень хорошо. Меня часто били и кормили как можно меньше. Я выживал благодаря доброте незнакомцев и магии, с помощью которой чинил одежду. Но это всё уже позади. Если ты считаешь, что мне нужно об этом говорить — я буду. Просто… я бы предпочёл сначала пожить более нормальной жизнью. Северус тихо усмехнулся и встал: — Если ты почти закончил, я позову Нарциссу. Оставим прошлые издевательства пока на потом. Он оставил Гарри на кухне и подошёл к камину в гостиной. Бросив щепотку летучего порошка, он наклонился к изумрудному пламени и позвал Нарциссу. Наконец он увидел, как к огню приблизились атласные туфли, а затем появилось улыбающееся лицо Нарциссы: — Здравствуй, Северус! Какой сюрприз. Чем могу помочь? Северус попытался улыбнуться, но нервы взяли своё, и лицо осталось строгим: — Мне нужна конфиденциальная помощь целителя. Если у тебя есть время. Её выражение стало тревожным: — Ты болен? Я сейчас пройду, отойди. Гарри вошёл в комнату как раз в тот момент, когда из камина вышла красивая женщина с волнистыми светлыми волосами. Он замер, не зная, что делать. Северус помахал ему рукой: — Нарцисса, познакомься, пожалуйста, с моим сыном. Нарцисса внимательно осмотрела мальчика. Он был слишком худым и явно нуждался в питательных зельях; волосы — гладкие, чёрные, как у Северуса, но едва касались воротника; большие зелёные глаза она видела раньше лишь у одного человека; а цвет лица напоминал ей, как мог бы выглядеть Северус, если бы хоть иногда выходил из подземелий на солнце. На идеально красивом лице едва угадывался тонкий шрам. — У меня множество вопросов, Северус. Но пока — рада познакомиться. Зови меня Нарцисса. Гарри взял её руку и поцеловал тыльную сторону: — Очень приятно, мэм. Моё имя Харрисон, но я предпочитаю, чтобы меня называли Гарри. Глаза Нарциссы расширились, и она бросила взгляд на Северуса: — Северус, в чём срочность? Гарри нужно осмотреть? Северус успокаивающе положил руку Гарри на плечо: — Мы нашли друг друга только вчера. Я был бы очень признателен, если бы ты провела полный диагностический осмотр. Мне нужна полная запись всех травм и болезней. Нарцисса медленно моргнула, осознавая просьбу: — Это совсем не проблема. Гарри, стой на месте. Ты ничего не почувствуешь, а если потребуется, мы составим план лечения. Я проведу палочкой сложный узор, а перо запишет результаты на пергамент. Хорошо? Гарри кивнул. Она взмахнула палочкой, сосредоточившись на заклинании. Перо заскрипело, строчка за строчкой. Пергамент заполнялся травмами, начиная с тридцать первого октября 1981 года; далее шли даты — болезней было удивительно мало. Северус оставался куда спокойнее, чем она ожидала. Он взял пергамент, а Нарцисса села в коричневое кресло. Когда Северус и Гарри устроились рядом на диване, она заговорила: — Сейчас я не буду задавать вопросов. Но задам их в ближайшее время. Гарри, при должной заботе твоего отца ты полностью восстановишься. Тебе понадобятся питательные зелья дважды в день примерно в течение года, но в остальном всё выглядит так, как должно. Меня интересует, что произошло несколько дней назад. Показания говорят о тяжёлом переломе большеберцовой и малоберцовой костей, но спустя мгновения старые, неправильно сросшиеся травмы зажили идеально вместе с новыми переломами. Гарри поёрзал ногами: — Это было, когда дядя пытался вытащить меня из чулана. Я не знаю, что произошло, но чувствовал, как магия чинит меня. Я привык, что синяки почти исчезают за одну ночь. Но так хорошо магия меня ещё никогда не лечила. Мне даже очки больше не нужны, а я носил их с пяти лет. Северус указал на строку в пергаменте: — Здесь указано повреждение зрительного нерва в пять лет. Оно помечено как исцелённое в тот же момент, что и перелом ноги. Нарцисса задумчиво промычала: — Хм-м. Загадка, которую я намерена разгадать. Здесь также есть проклятие с той ночи, полностью исцелённое в то же время. Мне нужно обратиться к семейным книгам по целительству. Почему бы вам не прийти ко мне через два дня на чай? Гарри познакомится с моим Драко, а мы с тобой сможем поговорить, пока они будут узнавать друг друга. Когда она исчезла в камине, Гарри посмотрел на Северуса: — Ты сильно влип, да? Северус вздрогнул: — Ты даже не представляешь. Мне придётся подготовить тебя к Драко. Мой крестник… он непростой. Избалованный единственный ребёнок у очень богатых родителей. Гарри рассмеялся: — Я терпел Дадли больше девяти лет. Думаю, Драко я переживу. Северус вывел его наружу, к границе защитных чар. Гарри с благоговением посмотрел на дом снаружи. Северус понял, что обветшалый фасад совсем не соответствовал прочности интерьера: — На доме сильная иллюзия, делающая его непривлекательным. У меня никогда не было проблем с ворами. Он заметил восторг на лице Гарри: — Пойдём, отправимся в Косой переулок. Ты смотрел на себя в зеркало, когда одевался? Гарри покачал головой, берясь за руку отца: — Я всего пару дней как получил зеркало. Я не привык смотреть на себя по утрам. Их закружило, и они вновь оказались в знакомом закутке возле банка. Северус подтолкнул Гарри идти рядом: — Ты сам увидишь, насколько изменился, когда мы зайдём в «Твилфит и Таттингс». Будь уверенным, но не заносчивым. В кругах, где я часто бываю, застенчивость считают трусостью. Я сказал директору, что испытываю финансовые трудности, чтобы получить время вне школы для аптекарского бизнеса по почте. Часть этого времени уйдёт на работу, но часть — на тебя. Мы будем спорить и сталкиваться характерами — ты мой сын. Упрямство сильная черта семьи Принц. Гарри вошёл с отцом в магазин и оглядел вешалки с одеждой: — Я постараюсь быть покладистым. Я хорошо выполняю приказы, умею убирать и готовить. Северус покачал головой: — Ты будешь отвечать за чистоту своей комнаты и не оставлять беспорядок Рози. Она взбунтуется, если ты попробуешь всё делать сам, но, пожалуйста, не злоупотребляй… Он осёкся, когда Гарри перебил его прямо перед тем, как из подсобки вышла продавщица. Зелёные глаза вспыхнули: — Жестокость — это то, чего я никогда не сделаю. Взгляд прояснился, и он широко улыбнулся женщине за прилавком: — Здравствуйте! Катриона Твилфит оценивающе посмотрела на Северуса, когда тот подвёл к ней Гарри. Обычно он появлялся здесь раз в несколько лет за новыми чёрными мантиями. Она почти была уверена, что нижнее бельё он покупает в маггловских магазинах. — Доброе утро, профессор Снейп. Чем могу помочь? — Мисс Твилфит, нам понадобится полный гардероб. Снимите с него мерки, пока я осмотрюсь. Гарри, я подберу вещи, которые точно нужны, а остальное ты выберешь сам, когда закончатся измерения. Мисс Твилфит щебетала у Гарри над ухом, пока измерительная лента летала вокруг него, но он не слышал ни слова. Цвет его кожи заметно посветлел со вчерашнего дня: раньше он выглядел так, словно у него могли быть ближневосточные корни, теперь же тон стал оливковым. Волосы, которые раньше вились и торчали во все стороны, теперь были прямыми, как струна; пряди, прежде отливавшие махагоном и рыжиной, стали настолько чёрными, что казались почти синими. К счастью, глаза всё ещё оставались ярко-зелёными. Ресницы стали чуть длиннее и темнее. Он понял, что мисс Твилфит закончила, когда она начала его отгонять. Он нашёл отца, рассматривающего длинные забавные куртки, похожие на ту, что носил сам Северус: — Это обычный стиль? Это ведь почти как носить платье? Северус с лёгкой улыбкой повесил обратно закрытые мантии: — Мантии считаются повседневной одеждой ведьм и волшебников. Молодёжь чаще выбирает открытые мантии, а не такие закрытые, как мои. В Хогвартсе у тебя будут мантии, которые можно носить и так и так. Под формой — чёрные брюки или юбка, белая рубашка и школьный галстук. Гарри провёл рукой по мантии цвета кобальта: — Мне нравятся эти. Хороший цвет, если уж привыкать к мантиям. Гарри примерил, казалось, сотню разных фасонов и цветов. Он примерял рубашки и брюки, пока окончательно не устал от одежды. Мисс Твилфит пообещала, что всё доставят домой раньше них, и приняла пять галлеонов за обещание держать визит в тайне. Затем Северус повёл Гарри в маггловский Лондон через «Дырявый котёл» за остальными покупками. Гарри казалось невероятным, что целый кусок мира был спрятан у всех на виду. Их первой остановкой стала парикмахерская. Гарри вышел оттуда с короткими волосами сзади и чуть более длинными сверху; пробор лёг сам собой посередине, как у отца, полностью открывая лоб. Ни один из них не заметил, что шрам исчез.

***

Гарри перепрыгивал через ступеньки, спускаясь вниз по лестнице сразу через две. Сегодня они собирались навестить Нарциссу и Драко! Он чувствовал себя более чем готовым — в кобальтово-синей мантии, белой рубашке и чёрных брюках. Он был уверен, что Нарцисса не разочаруется в нём. Северус покачал головой и закрыл журнал по зельеварению, который пытался читать: — Ну что, пойдём тогда? И, пожалуйста, успокойся. Гарри резко затормозил у камина: — У меня никогда не было друзей! Я так хочу познакомиться с Драко, обещаю вести себя просто идеально, сэр. Северус встал и снял крышку с банки летучего порошка: — Я уверен, ты будешь вести себя подобающим образом. Нарцисса не будет возражать, если мы придём на несколько минут раньше. Когда Гарри вышел из камина, его встретил взволнованный домовик, одетый лишь в грязную наволочку. Когда следом появился его отец, домовик чуть не упал, стараясь поприветствовать его: — Мастер зелий Снейп! Добби так рад вас видеть. Хозяйка Малфой и мастер Драко ждут вас в чайной. Пожалуйста, следуйте за Добби! Нарцисса стояла на солнечном свету у стены с окнами. Полупрозрачные занавески колыхались от раннего летнего ветерка, доносящегося с улицы. Рядом с ней подпрыгивал на месте высокий мальчик с волосами настолько белыми, что они казались почти прозрачными. Нарцисса дождалась, пока Северус не остановился прямо перед ней, и только тогда шагнула вперёд. Она наклонилась и поцеловала его в обе щёки, затем проделала то же самое с Гарри: — Добро пожаловать в поместье Малфоев. Северус, слишком долго мы не виделись. Пойдём, побеседуем немного. А Драко пусть покажет Гарри сад. Драко выскочил вперёд, протянув руку: — Привет, я Драко Малфой. Надеюсь, мы сможем подружиться. Гарри серьёзно пожал ему руку: — Я тоже на это надеюсь. Драко широко улыбнулся и побежал через распахнутые двери в сад: — Пошли! Я покажу тебе все классные места, пока мама отчитывает дядю Сева. Гарри последовал за ним, но оглянулся на отца: — Она правда будет его ругать? Драко поманил Гарри за собой в небольшую рощицу: — Она просто хочет знать, откуда ты взялся. Думаешь, мне можно доверить правду? Гарри посмотрел вверх, на крону деревьев. Яблоки свисали совсем рядом, но всё же вне досягаемости. — Может быть, когда-нибудь. Просто всё это слишком новое и пугающее. Мне нужно время, чтобы понять, кому я могу доверять. Я познакомился с… э-э… Северусом меньше недели назад. Драко подпрыгнул, пытаясь дотянуться до яблока: — Думаю, я могу это понять. Я постараюсь быть хорошим другом, чтобы ты мне доверял. Но дядя Сев правда твой папа, да? Гарри воспользовался «покалывающей» магией в пальцах и подтянул два яблока достаточно близко, чтобы оторвать их от веток: — Да. Он мой папа. У меня никогда раньше не было папы. Драко с улыбкой принял яблоко: — Дядя Сев будет отличным отцом. Он иногда разрешает мне варить с ним зелья. Спорю, тебе он позволит делать это всё время! Они бродили по поместью почти час, пока окончательно не проголодались. К тому же они разозлили павлинов и больше не рискнули оставаться снаружи. Гарри и Драко чувствовали, будто узнали друг о друге абсолютно всё. Драко считал, что Гарри срочно нужны уроки этикета. Гарри же думал, что Драко стоит немного расслабиться. Северус и Нарцисса, похоже, закончили разговор, а отец Драко сидел рядом с матерью на диване. Гарри не понимал, почему так нервничает, но в мужчине с длинным белым хвостом было что-то такое, из-за чего казалось, будто его тщательно осматривают. Гарри сел рядом с Северусом на другой диван и молча слушал разговор взрослых. Гарри чувствовал: всё шло слишком хорошо. Он допустил ошибку, когда Добби пришёл убирать посуду. — Почему Добби носит эту грязную тряпку? Рози носит такое красивое платье. Мистер Малфой бросил на Гарри ледяной взгляд: — Добби носит то, что ему дали. Если бы я дал ему одежду, он стал бы свободным и больше не был бы связан магией семьи Малфоев. Гарри тревожно посмотрел на отца, опасаясь, что что-то не так понял: — Домовикам нужна магия? Когда Северус кивнул, подтверждая это, Гарри прошептал: — А с Рози всё в порядке? Она же носит платье. Северус успокаивающе положил руку ему на плечо: — У Рози есть доступ к ткани, и она сама шьёт себе одежду. На сегодня нам пора домой. Гарри слабо улыбнулся, поцеловал Нарциссу на прощание в обе щёки. Драко крепко обнял его и прошептал на ухо, что они скоро увидятся. Гарри попрощался с мистером Малфоем и последовал за отцом к камину.

***

Пока дети исследовали сады, Нарцисса допытывалась у Северуса, стараясь выведать всю информацию: — Я вижу Лили в его глазах. Пожалуйста, скажи мне, откуда взялся этот ребёнок. Северус зажал переносицу и медленно выдохнул: — Он Лили; и он мой. Нарцисса прикрыла рукой рот от шока: — Ночь, о которой не должно было идти речи? Та, из которой нам с Люциусом пришлось собирать осколки? О, Северус! Поттер усыновил его? Она ясно видела отвращение на его лице: — Ах, усыновил. Дамблдор знает? Северус слегка грубо поставил чашку с чаем на стол: — Нет. Он ни о чём не знает. Хотя, я уверен, слухи о моём скрытном появлении в Косом переулке с маленькой копией меня самого уже дошли до него. Он ничего не знает о происхождении Гарри; и когда Гарри Поттер не придёт в школу в следующем году, Дамблдор не узнает, что мой сын — это он. Люциус вошёл в комнату и молча поцеловал жену, прежде чем сесть и поприветствовать друга: — Я не притворяюсь, что ничего не слышал. Лучше расскажи нам всю предысторию сейчас, чтобы мы могли всё сопоставить. Когда они снова услышали приближающийся смех мальчиков, он только что закончил излагать всю полную историю. Северус действительно присутствовал на конвенции по зельям в 1979 году. Он никогда на самом деле не встречал Сильвию Монклер, но никто другой о ней тоже не помнил бы. Она была основным докладчиком в тот год. Прибыла в отель в день своей речи, говорила ровно тридцать девять минут и уехала. Больше её никогда не видели на публике. Медицинская команда, которая занималась её посмертным осмотром, была маггловской и ничего не знала о скрытом ребёнке. Люциус смог подделать документы, чтобы показать, что Гарри родился в больнице во Франции. Планировалось также изменить её отчёт о вскрытии, чтобы указать, что у неё были признаки родов. Северус рассказывал всем, что он слишком много выпил в баре отеля после речи Сильвии и последовал за ней в её номер. Утром он проснулся один, а уже в июне 1990 года узнал, что у него есть сын. Следующий год Северус посвятил тому, чтобы научить Гарри окклюменции и укрепить в его памяти ложные воспоминания о матери. К тому времени, когда Гарри встретит Дамблдора в Хогвартсе, Гарри Поттер уже давно исчезнет. Существовать будет только Гарри Снейп.