Smells like teen Death

^._.^

      В этот день солнце светило особенно ярко, да до того, что резало глаза. Минхо терпеть не мог солнечные дни, они были слишком яркими для того, чтобы вообще в них выживать.       В февральский день ветер был настолько холодным, что продувал через куртку. Ли поёжился и зашёл в общежитие, дошёл до нужной комнаты и закрыл за собой дверь.       — Крис? — позвал он друга, разуваясь.       — О, ты пришёл уже, — лучезарно улыбнулся Чан, — Залетай, я тебе вкусностей купил.       Минхо тяжело вздохнул.       — Опять? Обсуждали же.       — А ты, кстати, знал, что если человек выпьет какао, то он станет более открытым для других людей? Не прям чтоб рассказать о своей жизни от и до, но какую-то часть может, — продолжил парень, игнорируя вопрос Минхо.       — Никогда в жизни не буду пить при тебе какао.       — Зато теперь ты знаешь про его свойства.       — Теперь знаю, но ты так и не ответил на вопрос, — Минхо приземлился на любимый подоконник, — Я просил не покупать сладости.       — Ну что такого, м? Я хочу порадовать тебя, ты же всегда улыбаешься, когда видишь шоколадку или что-то подобное.       Минхо посмотрел на Чана, а тот подошёл ближе и облокотился плечом на стену, сложив руки на груди.       — Просто пойми, что я не просто так тебя об этом прошу, — сказал Ли.       — Я тебя услышал. Но я не могу, понимаешь? Ты как мой младший брат, которому хочется покупать что-нибудь вкусное.       — Понимаю, но всё же прошу, чтобы и ты меня понял.       — Ты худеешь?       — Не то чтобы, — замялся Минхо, почесав шею.       — Куда тебе худеть? У тебя ж метаболизм быстрый, ты мне сам говорил. Зачем тебе эти диеты, когда можно жизнью наслаждаться?       — Действительно.       Чан уловил язвительность в этой фразе и посмотрел на Минхо. Этот взгляд Ли не понравился, поэтому он поспешил отвернуться и упёрся взглядом в окно. Странно, что с Чаном, вроде бы, и было хорошо, а вроде, становилось только хуже. Разве до дружбы с ним у Минхо были проблемы с едой?       — Я уже, по-моему, говорил тебе не язвить, — протянул слишком натяжно и спокойно Крис, — Почему ты продолжаешь?       — Наверное, потому что ты тоже язвишь мне? — хмыкнул Минхо и достал сигареты, — Я же прошу тебя не покупать сладкое, в итоге что? Ты всё равно покупаешь. Как по мне, мы квиты.       — А, так вот как.       — Ну типа, — Ли закурил.       — Клубничные?       — Ага.       — Я тебе купил, кстати, две пачки.       — М-м, — протянул Минхо и улыбнулся когда Чан протянул ему сигареты, — Спасибо. А то я уже задолбался к отцу в комнату мотаться.       — Он тебя не трогает?       — Редко, но бывает.       — У тебя опять ранка под губой.       — Забей, пройдёт скоро, — Минхо пожал плечами.       — Может, обработать?       — Зачем? Я её всё время облизываю, а слюна лечит.       — А ты в курсе, что рот — одно из самых грязных мест в твоём теле? — спросил Чан и усмехнулся, — Думаешь, от слюны есть какой-то толк?       — Тогда как ты объяснишь то, что во рту все язвочки и царапинки заживают быстрее, чем, например, на том же самом пальце, где кожа открыта и контактирует с воздухом? — в ответ стрельнул Минхо, а когда Чан не нашёл, что ответить, усмехнулся.       — Ты откуда такой умный?       — Из папиного члена.       Чан сначала проморгался, а потом рассмеялся в голос. Минхо вопросительно на него посмотрел, не понимая причину такого громкого гогота, от которого уже стены тряслись, а потом затянулся.       — Ну ты даёшь, Минхо, — выдохнул Чан, протирая глаза.       — А чего такого? Что правда, то правда.       — Тоже верно. Не ожидал, что ты такую шутку вкинешь.       — Да я сам от себя не ожидал.       — Что, даже не подумал о том, что хочешь сказать?       — Прикинь.       — Вау, — заулыбался Крис, но Минхо на эту улыбку не ответил, — Открываешься мне?       — С чего бы? Это просто шутка.       — Раньше ты вообще не шутил.       — Разве это не свойственно? Мы типа общаемся с сентября почти, было естественно, что я начну шутить.       — О да, с сентября. В марте полгода будет.       — Угу, — кивнул Минхо, смакуя фильтр губами и выдыхая дым, с затем спросил, — У тебя сосед уехал?       — Н-да, — протянул Крис, смотря на губы Минхо, — А что?       — Просто спросил. Куда уехал?       — Да не знаю, сказал, что по делам куда-то или к другу.       — И сколько ты тут один будешь?       — А ты чего интересуешься? — Чан прищурился, скользя взглядом по лицу Минхо и задерживаясь на его губах.       От такого Минхо стало не по себе. Он почувствовал ужасный дискомфорт и захотел сразу спрятаться в свою кофту, лишь бы Чан так нагло не рассматривал то, что ему не принадлежит. Это странно. Тем более, когда смотрят на губы. Минхо считал это чем-то слишком интимным, поэтому когда общался с кем-то из друзей или знакомых, никогда не смотрел на губы. Лишь в каких-то случаях, когда взгляд случайно падал на них. Но чтоб специально, как это сейчас делает Бан...       — Хватит пялиться, — нахмурился Минхо и поджал губы.       Чан посмотрел ему в глаза и положил руки на его бёдра.       — Тебе бы в качалку ещё походить, — сказал он, проминая кожу через джинсы.       — Крис, больно, — сказал Минхо и довольно резко отбил его руки.       — Чего дёрганный такой?       — Потому что ерундой заниматься не надо, — буркнул он и подтянул ноги к себе, обняв их руками, — Хорош лапать меня. Достал уже.       — Чё не так? Я не могу друзей потрогать?       — Нет, не можешь.       — Почему?       — Потому что это мои бёдра. Слышишь? Мои. Я никому не разрешаю их трогать, потому что это личное.       — Ой, да ладно тебе, — цокнул Чан, — больше понтов.       — Если так хочешь что-то помять, то положи руки на свою задницу и сожми. Разницы никакой не будет.       — О нет, Минхо, разница есть. У тебя ножки — что надо, так что я был бы очень рад, если бы ты разрешил мне их трогать.       — Знаешь, как это звучит? — Минхо наклонил голову вбок.       — И как же? — Крис усмехнулся.       — Так, что ты какой-то старый дед-педофил, который ещё и гей к тому же.       — А ты против геев?       — Я такого не сказал.       — И чё ломаешься тогда? Восемнадцать есть? Есть. В чём проблема просто дать потрогать ноги?       — В том, что мне неприятно.       Чан как-то неоднозначно посмотрел на Минхо.       — Неприятно или больно?       — К чему вопрос?       — К тому, что до этого ты сказал, что тебе больно.       — Ну и что?       — Вот я и спрашиваю: тебе неприятно или больно?       Минхо вздохнул и покачал головой, не желая отвечать на этот вопрос. Это было слишком глупо. Почему Чан никогда не слышал слово «нет»? Почему всегда всё нужно было решать через крики и через ссоры? Почему нельзя просто нормально дружить, общаться и слушать друг друга? Как же всё это достало.       — Молчишь, значит, — Крис несколько раз кивнул, а затем, когда Минхо откинул бычок на другой конец подоконника, взял его руку.       — Что ты делаешь? — устало спросил Минхо.       — М-м, проверяю, — он посмотрел в глаза Минхо и медленно, словно прощупывая кожу, запустил несколько пальцев под рукав Минхо.       Ли вздрогнул и резко отдёрнул руку.       — Ты неадекватный? — спросил он, с испугом в глазах смотря на друга, — Что ты, чёрт возьми, делаешь?       — Сказал же, что проверяю, — Чан странно ухмыльнулся и щёлкнул пальцами, — Можешь не скрывать, Минхо-я. Я всё равно почувствовал, что там.       — И что же?       — Шрамы.       Минхо сглотнул и уставился на Чана.       — Придумываешь.       — А ты придуриваешься, — в ответ бросил Крис, — Я тебе реально говорю — не прячься. Смысл в этом? Ты стесняешься?       — А зачем это всем показывать?       — Ну не знаю. Хотя бы для того, чтобы показать, что ты тот период своей жизни пережил. Если не показываешь, значит, не пережил.       — Какая вообще разница? — буркнул Минхо и сел к окну боком, закинув ноги на подоконник, — Это всё равно ничего не меняет.       — Очень даже меняет. Я теперь знаю, что ты до сих пор это делаешь.       Минхо вскинул брови и почувствовал, как в грудной клетке что-то больно стукнулось. Откуда он узнал? Как понял? Как отговориться, чтобы он забыл про это или чтобы поверил, что это не так?       — Не делаю. На руках нет ничего нового, ты сам почувствовал, — Минхо сложил руки на груди, следя за проходящими под окнами людьми.       — А я и не про руки, — Чан опёрся руками на подоконник и кивнул на бёдра Минхо, — Думаешь, я тупой?       — Послушай, — вздохнул Минхо и повернул голову к нему, — К чему ты сейчас это всё? Зачем ты опять на меня давишь?       — Я хочу, чтобы ты мне рассказал.       — А я не хочу.       — Я тебя и не спрашиваю.       — Вот именно. Ты никогда меня не спрашиваешь, но почему-то ждёшь, чтобы я выполнял всё то, что ты скажешь. А я не хочу, ясно? Не хочу. Я не собираюсь тебе рассказывать причину того, почему я это делаю, ведь это моё личное дело. Даже сли ты по какой-то своей логике догадался об этом, то это ещё не значит, что это правда. Ты-то сам не видел, — выдал Минхо и снова отвернулся.       — Верно, не видел. Но я знаю. Знаю, Минхо, что ты скрываешь это и боишься, что тебя осудят. Прекращай это занятие или просто расскажи мне.       — Опять перед выбором ставишь. Это лучше ты прекращай, — плевался ядом он, — Ты задрал меня, Крис. Я не хочу с тобой ничем делиться, но ты вынуждаешь. Меня это вымораживает, окей? Просто заткнись и дуй пожить спокойно, пока я ещё могу это делать.       — Что тебе мешает поделиться проблемами со мной? — спросил Чан, — Я бы помог тебе. Я же знаю, как тяжело одному нести.       — Я просто не хочу, ладно? Не хочу и всё.       — Ясно. От тебя вообще никакого толка, Минхо. Ты только и делаешь, что занимаешься ерундой дома, а потом тупишь в своих мыслях и не рассказываешь о проблемах. Я тебе так скажу, друзья нужны для того, чтобы делиться с ними переживаниями. Я и так знаю, что у тебя там, — он указал пальцем на бёдра и на рукава, — Зачем ты тогда ещё пытаешься что-то скрыть? Разве не легче будет рассказать всё и не мучаться?       — Нет, Крис, не легче. Мне легче нести всё в себе, чем рассказывать тебе.       — Почему?       — Потому что ты не тот, кому я хотел бы всё рассказывать.       Минхо спрыгнул с подоконника.       — Я пойду прогуляюсь, — и вышел из комнаты, даже не забрав куртку.       — Кретин! Ты в одной кофте околеешь! — крикнул вдогонку Чан, но Минхо никак не отреагировал.

^._.^

Неделя.

      На улице пахнет сырой землёй, и Джисон отчётливо улавливает этот запах. Он идёт по дороге, которая только недавно была опалена солнцем и облита дождём, но мысли его явно были не там, где тело.       Странным может показаться то, что он летал где-то в событиях прошлой ночи. Он толком и не помнил, о чём был фильм, который они с Хо смотрели. Не помнил то, о чём после разговаривали. Зато помнил тёмные глаза, устремлённые прямо на него, и чужие мягкие волосы, которые отливали рыжим и в которых путались пальцы.       Джисону всё время хотелось просто сидеть и перебирать волосы Минхо. Они были настолько пушистыми и воздушными, что просто невозможно было не зарыться в них лицом хотя бы один раз в день. Минхо только усмехался таким действиям, а когда Хан видел, что за этим не следует никакой агрессии, утопал в чужих волосах.       Рыжий цвет отлично шёл к лицу Ли и гармонировал с его чертами. В любом виде, конечно, Минхо был хорош, но рыжий — просто сказка. Джисон не раз упоминал о том, как ему нравятся волосы Минхо, а за эту ночь сделал таких комплиментов, вероятно, в три раза больше.       Он до сих пор чувствовал кончиками пальцев, как перебирал шелковистые прядки и вдыхал аромат. У Минхо какой-то свой аромат. Цветочный, что ли. Как весна прямо. Поэтому Джисон не сдержался и, когда Ли держал телефон, полностью увлечённый фильмом, Хан гладил его волосы и чуть оттягивал их. Хотелось бы верить, что те мурлыканья, которые исходили из уст Минхо, существовали на самом деле, а не Джисон их сам себе придумал. Слуховые галлюцинации — дело страшное.       Хан снова сжал пальцы на лямке рюкзака. Ужасно хотелось снова увидеть друга и потрепать его по макушке, а после услышать недовольные бурчания и «Джисон, ты мне всю причёску испортил». На это парень всегда отвечал, что никакой причёски и не было до этого, а после уверял, что растрёпанным Минхо выглядит намного лучше.       И вот Джи даже не заметил, что уже подошёл ко входу в университет. Он поджал губы и вошёл внутрь, сразу осмотрев коридор. Где теперь этот парнишка с рыжей макушкой, если он не отвечает на сообщения вот уже два часа? Не может он опять спать. Если бы очень сильно хотел, то остался бы спать у Джисона, а тут...       — Джи, — позвал его Хёнджин, стукнув по плечу, — Ты не поможешь мне?       — С чем?       Хёнджин сунул ему в руки кучу каких-то скомканных бумажек и обрезков.       — Сгоняй до туалета, пожалуйста, выбрось. Я уже опаздываю, мне бежать надо, — он улыбнулся, а когда Джисон хотел что-то возразить, резко развернулся и кинул: — Целую, Джи! Ты лучший!       Джисон закатил глаза, так ничего и не ответив. Он повернулся в другую сторону и пошёл по заданной ему траектории. Всё же не хотелось стоять с кучей мусора в руках посреди коридора.       Как только он зашёл в туалет, то сразу же почувствовал запах сигарет. И очень знакомый запах. Можно было подумать, что сигареты и в Африке сигареты, но этот запах отдавал чем-то сладко-кислым, что Хан всегда сможет отличить. Пахло клубникой.       Парень выкинул мусор и заглянул во второе помещение туалета, где как раз и находились кабинки. Возле окна стоял Минхо и курил, стараясь выдыхать дым только в щёлочку открытой форточки.       — Не прокатит, — буркнул Джисон и сложил руки на груди, облокотившись плечом на дверной косяк, — Твоя клубника ещё возле туалета чувствуется.       — Но не все же знают, что так сигареты пахнут, — улыбнулся Минхо и повернулся лицом к Джисону, оперевшись поясницей на подоконник, — Привет, Хан Джисон.       Джисон только прищурился и поджал губы. Минхо затянулся, смотря на него в ответ.       — Что-то случилось? — спросил он, стряхивая пепел.       — Да. Ты, — ответил Джисон и подошёл ближе, — Какого чёрта ты опять не отвечаешь? Утром свалил, как будто и не ночевал вовсе. Что происходит?       — Да просто захотел до дома сгонять, не начинай, — хакатил глаза Минхо.       — Ах, не начинать? Тогда ты не давай мне повода начинать, — сказал Джисон, но без агрессии. Оба понимали, что этот разговор идёт в шуточной форме, — Минхо, ну а теперь серьёзно. Чего ушёл?       — Мне не нравится, как я с утра выгляжу.       Джисон нахмурился.       — И?       — Это значит, что я не хочу, чтобы меня с утра видели и другие.       — Да блин, ну я же видел тебя уже. Очень даже мило, симпотно.       — Ну да, — прыснул Минхо.       — А ну хватит хохотать, я тебе сейчас подзатыльник дам. Причина не веская, давай что-нибудь другое.       Минхо только пожал плечами и откинул бычок в угол помещения, после чего наклонил голову вбок. Джисон прищурился, осматривая его лицо.       — Опять что-то не договариваешь, — вздохнул он и покачал головой, — Я тебя уверяю, если ты опять что-то... — Джисон резко запнулся, осознав, что с Минхо что-то не так, — Эй, что это с тобой?       — В смысле? — не понял парень, поставив руки на подоконник позади себя, — Что со мной?       Джисон поджал губы, скользя взглядом по лицу Минхо. Он понимал, что что-то изменилось, но уловить этого не мог. На лице Джисона появилась растерянность, а в глазах что-то до боли знакомое, выражающее непонятие.       Минхо выглядел так же, но что-то всё-таки было не то. Что-то неуловимое, что исчезло. Его глаза стали ещё более грустными и тусклыми, а линии челюсти заострились. Сначала подумалось, что это бордовая кофта так влияет на него, но виновником оказалась не она. Наоборот, очень даже шла Минхо, когда он накидывал капюшон на голову и натягивал рукава на запястья, буквально кутаясь в худи. Джисон долго думал и задерживался взглядом на каких-то частях лица, и вдруг до него дошло.       Волосы Минхо больше не отливали рыжим.       Джисон посмотрел ему в глаза и чуть приоткрыл рот, не зная, что сказать. Внутри как будто что-то раскололось. Вроде бы — просто волосы, что такого? Джисон и сам не знал, в чём причина, но отчего-то хотелось плакать.       — Чего ты, м? — спросил Минхо, заглядывая в глаза.       — Ты волосы покрасил, — сглотнул Джисон и прикусил губу, — Зачем?       — Не знаю, — он пожал плечами и отвёл взгляд. Хан почувствовал, как Минхо покрывается дискомфортной плёнкой. От него ужасно веяло неуверенностью, — Мне не идёт? Честно скажи.       Джисон шмыгнул носом и взял его руки в свои.       — Очень идёт, Хо. Ты очень красиво выглядишь.       — Почему ты плачешь тогда?       Джисон пожал плечами, едва сдерживая слёзы, но в итоге ничего не получилось. Он выдохнул и уткнулся лицом в плечо Минхо, глухо всхлипнув.       — Я понял, — кивнул Минхо, — Мне не идёт.       — Да идёт тебе всё, — резко ответил Джисон и толкнул его в плечо, — Придурок, предупредить надо было. Я бы морально подготовился к тому, что твой рыжий перейдёт в обычный каштановый.       — Я тебя не понимаю. Тебе нравится или нет? — Минхо вопросительно смотрел на Джисона, пока тот старался вытереть слёзы.       — Да, мне нравится. Я же говорю — не знаю, почему я реву. Это тупо, очень тупо. Тебе может показаться, что мне не нравится, но на самом деле мне очень нравится. Просто...       — Особенность пропала, — закончил Минхо, а Джисон кивнул.       — Ну заче-ем, Хо? — протянул Джисон и обнял его за шею.       — У меня такое ощущение, что тебе вообще не нравится.       — Ты так ещё больше грустным выглядишь. Раньше хоть рыжий немного отбивал это, а сейчас... прям будто расплачешься в эту же секунду.       — Вполне возможно, — мурлыкнул Ли, приобняв Джисона за плечи, — А вот у тебя уже краска вымылась. Помню, как ты вообще клубничный ходил.       — Да. Сейчас он какой-то нежно-розовый.       — Хочешь покраситься?       — Пока что нет. Мне и так нравится, — Джисон наклонил голову набок и прищурился.       — Чего ты смотришь?       — М-м. Привыкаю к тебе.       — Что, настолько непривычно? — усмехнулся Минхо.       — Да, — кивнул Хан, — раньше мой мальчик был рыженьким, а сейчас стал как шоколадка.       — Ой, — цокнул он и смущённо закатил глаза, — Не начинай.       — Что тебя подтолкнуло, чтобы покраситься?       — Захотелось имидж сменить, не знаю. Типа сначала хотел в какой-то цветной бахнуть, но потом передумал и решил, что к таким кардинальным изменениям я не готов. Вот покрасился в каштановый, вроде и похож на тот, что у меня был, а вроде и другой.       — Угу.       — Короче, как-то так, — Минхо сел на подоконник, — У тебя есть жвачка?       — Тебе какую?       — А что в наличии?       — Клубничные и мятные.       — А ты как думаешь?       — Клубничные.       — Зачёт, — щёлкнул пальцами Минхо и протянул руку, в которую в следующую секунду упала белая пластинка, — thanks, Джи.       — Ты английский практикуешь?       — А ты против? — он закинул жвачку в рот и прикрыл глаза, наслаждаясь её слегка приторным вкусом, пока Джисон всё так же удивлённо рассматривал его волосы.       — Нет, не против, — он сел рядом, — Когда ты успел покраситься?       — Ну вообще-то, — он надул пузырь, — Я ушёл от тебя в шесть утра, вот и считай.       — Н-да, ты придурок.       — Ой, заткнись. Зато удивил так, что ты расплакался.       — Идиот.       — Сам такой, — съязвил Минхо. — М, кстати. Родаки Черён подали в розыск.       — О, серьёзно? Откуда ты знаешь?       — Я в новостях читал, да и по универу развешаны объявления. Они на каждом шагу, ты не видел?       Джисон отрицательно покачал головой.       — Ну и дурак. Вот очки тебе купить надо, чтобы ты сразу и новый цвет волос замечал, и вывески читал.       — Эй, волосы я сразу заметил.       — Ага, я видел твоё лицо. Ты знаешь, на кого был похож? На котёнка, который только что родился и пытается наощупь отыскать мамину сиську, чтобы покушать.       — Ну и сравнения, — вздохнул Хан, — Откуда таких нахватался?       — Умный, прикинь.       — Прям уж там.       — А ты не согласен?       — Почему должен?       — Потому что я надурил тебя, а ты не сразу понял, — хмыкнул Минхо, — К тому же два раза.       — Первый раз — волосы?       — Да.       — А второй когда?       Минхо ухмыльнулся и вынул из заднего кармана своих джинсов пачку клубничных жвачек. Джисон только в шоке открыл рот.       — Что ты ещё так у меня своровал? — спросил он и забрал жвачки обратно.       — Только твоё внимание, больше ничего. — усмехнулся Минхо, — Знаешь, что ещё более интересно?       — М?       — Я дал тебе кое-что взамен.       — Что именно?       — Стресс.       — Тварь, — закатил глаза Джисон и снова стукнул Минхо в плечо, — Я уж думал, ты что-то серьёзное скажешь.       — Так я на полном серьёзе, — ответил Минхо, потирая плечо, — Щас могу ещё удивить.       — Если это опять что-то глупое, то я дам тебе пинок под зад.       — А если не глупое?       — Валяй. У тебя последний шанс.       Минхо поразмыслил полминуты, а затем сказал:       — Как тебе то, что мы пропустили больше половины пары?       Джисон замер и с недоверием посмотрел на Минхо, после чего ему пришлось достать телефон и проверить время. Они и вправду просидели в туалете больше сорока минут. И как после этого вообще можно делать вид, что они не пропускают пары?       — Что скажешь? — спросил Минхо, раскачивая ногой.       — Ничего. Я в шоке.       — Вижу.       — А ты чего сегодня такой разговорчивый? Случилось что?       — Почему сразу так? — не понял связи между этими событиями Минхо.       — Ну ты обычно не болтаешь со мной, не шутишь, а тут глянь. Волосы покрасил, похохотал, так ещё и поиздевался. Точно случилось что-то.       — Неправда, не надумывай себе то, чего нет.       — Вот, началось моё любимое — отрицание всего, что идёт в пользу противнику. Я прав?       — Отвали, — Минхо отвернулся.       — Всё, Ли Минхо вернулся ко мне, — улыбнулся Джисон и положил голову на его плечо, — Ну не дуйся, я же шучу. Просто непривычно, что ты разговариваешь больше меня.       — Теперь молчать буду, раз тебе непривычно.       — Ну и придурок же ты.       — Так я не понял, тебе чё опять не нравится?       — Ничего, — ответил Джисон и поправил кофту, — Просто сказал.       — Угу.       — Ну Минхо-о, прекрати дуться.       — Я не дуюсь, отвали.       — Я ж вижу.       — Как дела обстоят с Черён? — спросил вдруг Минхо, а Джисон опешил от такой резкой смены разговора.       — Ну вообще пока ничего не известно. Сынмин, вроде, что-то ищет, но никакой нормальной информации. И ты уже говорил про Черён и объявления, с чего вдруг опять?       — С того, что я опять перевожу тему, Хан Джисон. Опять. Это ты хотел сказать?       — А ты поссориться хочешь? Что с тобой такое?       — Может, накурился, — он пожал плечами и отвёл пустующий взгляд, засунув руки в карманы худи.       — Чего? Сигарет?       — Ага.       Джисон проследил за тем, как Минхо облизнул свои обсохшие губы, и прищурился. Ли только усмехнулся.       — Прекращай меня уже таким взглядом прожигать, Хан Джисон, словно я тебе бред какой-то говорю. Заставляешь меня чувствовать себя неуверенно.       — А это проблема? — Джисон склонил голову набок.       — Нет.       — Тогда в чём она?       — В том, что ты заставляешь меня чувствовать. В этом вся проблема.       Джисон только глупо моргнул. Минхо понимал, что ходит по очень тонкому льду и уже на грани того, чтобы провалиться. Чтобы сейчас вывалить на Джисона всё то, что происходит и всё то, что он чувствует. Но Ли знал, что делать этого нельзя.       Вода постепенно замерзала, а слой льда становился всё толще. Минхо смотрел в глаза Джисона и ожидал от него реакции. Он её получил, но совсем не ту, которую хотел бы.       — Я всё равно не вижу в этом никакой проблемы, — ответил Джисон, — Ты что, раньше не чувствовал никогда?       — Смотря что.       — А ты про что?       — Хан Джисон, чёрт возьми... — Минхо зарылся руками в свои волосы и, встав, сделал пару шагов по помещению туалета, стараясь успокоить нервы, которые уже били по груди.       — Ну чего? — спросил Джисон, болтая ногой, — Я рад, что чувствовать заставляю. Вообще все люди чувствовать должны, а то до знакомства со мной ты ходил как каменная глыба без эмоций. А сейчас смотри, плачешь даже.       — А что, плакать — это у нас какое-то особенное проявление эмоций?       — Ну просто обычно парням говорят, что мужчины не плачут, поэтому я так сказал. Не бери голову, я дурак.       — Мгм, — прыснул Минхо и облокотился спиной на стену напротив, сложив руки на груди и смотря на Джисона, — Дурак.       — Ну спасибо, — цокнул Хан.       — Ты всегда можешь ко мне за этим обратиться, — хохотнул он, — А теперь бери свой рюкзак и пошли.       — Куда?       — На пару, куда ж ещё.       — У нас вторая тоже совмещёнка?       — Ага.       Джисон подхватил рюкзак и поплёлся за Минхо, который за это время уже успел вылететь в коридор и отойти на несколько метров. Как же иногда сложно было догонять этого человека, ведь длина его шагов могла быть настолько большой, что за несколько секунд Минхо мог оказаться в другом конце коридора, когда Хан только вышел бы из аудитории.       — Да подожди, что ты как страус, — выдохнул Джисон и сделал Минхо подсечку. Тот чуть не упал и чертыхнулся.       — Я тебя сейчас зарою где-нибудь на территории университета, и об этом никто не узнает, — ответил Минхо, потирая ушибленный локоть, в который прилетело вдобавок.       — Ой, какой злой, — Джисон наигранно вздохнул и подкатил глаза, — Всех своих обидчиков закапываешь?       — Всех до единого.       — И скольких человек на твоих руках крови?       — Сегодня будет одного, — Минхо хитро ухмыльнулся и окинул Джисона многозначным взглядом, что парню не понравилось.       — Н-да, опасный ты человек.       — Только заметил?       — Ага, — Джисон поёжился и осмотрелся по сторонам, — Почему так холодно? У меня уже руки заледенели.       Ли пожал плечами и протянул Джисону руку. Джисон внимательно посмотрел на ладонь, а затем на Минхо.       — Что ты предлагаешь сделать?       — О Боже, ты совсем слабоумный, — цокнул Минхо и взял руку Джисона в свою, — просунь мне под рукав.       Джисон посмотрел ему в глаза. Он знал, что таится под рукавом, и Ли нередко сам об этом упоминул за последние два дня, но тогда почему сейчас он так спокойно предлагает просто взять и коснуться пальцами повреждённой кожи? Джисон сухо сглотнул, но, не увидев в чужих тёмных глазах ни капли неуверенности, осторожно проник пальцами под рукав Минхо и едва заметно коснулся подушечками пальцев его запястья.       — Нормально? — он прочистил горло, ища на лице Минхо признаки беспокойства.       — Да, порядок, — улыбнулся он, — погнали.       Минхо потянул Джисона за руку к аудитории. Хан же старался держаться за запястье Минхо совсем осторожно, прикасаясь пальцами только к внешней стороне. На внутренней лежала его ладошка, едва касаясь.       К тому моменту из разных кабинетов повалили студенты. Они просто толпами вываливались из дверей и неслись в каком-то неизвестном направлении. Минхо успел завернуть в кафетерий, утащив парня за собой, и подойти к витрине со свежей выпечкой.       — Будешь булочку? — спросил он у Джисона.       — А ты?       — Я первый спросил.       — Буду, — Джисон как-то смущённо улыбнулся и принял пакетик, в которой лежала мягкая булочка, посыпанная сахаром, — Спасибо.       Минхо кивнул ему и оплатил покупку, после чего подтолкнул Джисона к дальнему столику и, разорвав контакт рук, сел напротив.       Хан быстро поел и запил сладость водой из бутылки, которую всё время таскал с собой.       — Ты сегодня особенно добрый. — сказал он, осматривая то, как Минхо играет на столе с салфеткой, — На тебя так покраска волос повлияла?       — На меня так повлиял хороший сон на чужой кровати, — Минхо сощурился и подпёр щёку рукой, переведя взгляд на парня, — А ты сегодня много всего замечаешь.       — Ты до этого мне булочки просто так не покупал. Откуда у тебя деньги?       — Я бы купил тебе все булочки в этом кафетерии, если бы ты только попросил, — ответил Минхо, откинувшись на спинку стула, — Но, заботясь о тебе и о твоём здоровье, я всё-таки понимаю, что столько ты не съешь. Плюс растолстеешь, а фигурка у тебя чудесная.       — Чудно, — кивнул Джисон, — Если бы ты сказал что-то про мою задницу, то я бы точно подумал, что тебя подменили.       — Я планировал.       — Сказать что-то про мою задницу?       — Ага, — Ли ухмыльнулся и забрал у Джисона бутылку, после чего сделал несколько глотков, не касаясь губами горлышка. Это было бы слишком странно.       — Брезгуешь?       — Чего?       Минхо закрутил крышку и вытер губы тыльной стороной ладони.       — Того. Не хочешь пить со мной из одной бутылки?       — По факту, — мурлыкнул Минхо, — твои слюни и так были в воде, так что я обезопасил только тебя. Тем, что мои слюни не попадут к тебе.       — Какой ты заботливый, — съязвил Джисон, — прямо бесить начинаешь.       — Очень стараюсь, — усмехнулся Минхо.       — Для чего?       — Чтобы выбесить тебя окончательно?       — А это для чего?       — Чтобы ты забыл меня. — Минхо поднял глаза и заглянул прямо в душу, отчего у Джисона по спине прошла целая стая мурашек.       Как странно. Странно сейчас так расслабленно разговаривать с Минхо, а потом слышать от него нечто подобное.       Как можно вообще так резко перескакивать с темы на тему? Это в его стиле, но Джисон всё ещё не привык. И даже сейчас, сам того не замечая, он медленно, но верно утопал в чужих глазах, что так и манили своей темнотой.       — Не смотри так на меня, — буркнул Джисон и отвернулся.       — Как? — разочарованно выдохнул Минхо.       Сейчас очень хотелось указать Джисону на то, что не только Минхо уходит от разговора. Только вот Минхо не хотел говорить о своих проблемах, а Джисон не хотел слушать о чужих. Или Ли ошибается?       — Ну как сейчас смотришь, — он прищурился, — А в смеси с твоим бредом так вообще. Я не вывожу.       — Что же ты чувствуешь? — Ли начал играть с бутылкой, катая её по столу и подкидывая в руках.       — Не знаю. Странное что-то, ты меня тревожишь.       — В хорошем смысле?       — И да, и нет, — задумался Джисон, — Например, когда странности говоришь, то тревожишь в плохом смысле. Напрягаешь.       — М-м... значит, напрягаю.       — Не за то цепляешься. Я не это пытаюсь тебе донести.       — А что же?       — То, что волнуюсь.       Минхо перевёл странно-отсутствующий сегодня взгляд куда-то в толпу студентов, которая с каждой минутой увеличивалась. Все хотели поесть перед второй парой, или просто всем приспичило быть тут именно в этот момент.       Ли окидывал взглядом всех и всё, но не Джисона. Парень оставался без его внимания.       — Эй. Посмотри на меня, — сказал Джисон и щёлкнул Минхо по руке, — Что опять случилось?       Джисон мог предположить, но очень надеялся, что это неправда. Сегодня под рукавом Минхо он не почувствовал свежих царапин, хотя кто знает, ведь наощупь редко что можно правильно определить. Но всё равно это не та причина, которую он хотел бы услышать. Хотелось, чтобы Минхо рассказал всё. То, о чём всегда молчит.       — Ничего, — ответил спустя через какое-то время Ли, — Просто думаю.       — Так я тебе и поверил. Надоел ты.       Послышался невесёлый смешок.       — Спасибо.       Джисон мысленно ударил себя по лицу. Он никак не мог привыкнуть к тому, что Минхо не всё можно говорить. В каких-то моментах Джи мог контролировать и фильтровать свою речь, но когда дело доходило до ссор или обиды, — становилось совсем невозможно управлять своим ртом.       Джисон привык к тому, что, если он говорит такое Сынмину или Хёнджину, то парни воспринимают это как шутку. Даже если это сказано совсем серьёзно. Все трое понимают, что Джисон не всегда говорит то, что думает. Эти фразы вылетают бездумно, но парень не старается как-то задеть друзей или просто сделать вид, что от них тошнит.       Джисон тяжело вздохнул и, наклонив голову, посмотрел в глаза парня, который на это действие только вскинул брови.       — М?       — Прости меня, Хо, — сказал Джисон и положил голову на скрещённые на столе руки, всё ещё смотря на друга.       — За что ты опять извиняешься?       — За то, что изо рта всякая хрень вылетает. И очень часто в твой адрес.       — Сейчас что было? — голос Минхо звучал почти непринуждённо и незаинтересованно, но когда парень снова отпил из бутылки, Джисон заметил, как дёрнулась его рука, а слюна в горле будто стала вязкой.       — Не делай вид, что не обидно, я же вижу.       — Тогда почему продолжаешь говорить такое? — спросил Минхо, — Если видишь, что обидно, а потом и то, что я стараюсь это не показывать, и сам злишься. Зачем? Для чего ты это делаешь, Хан Джисон?       — Говорил уже. Это не то, что я думаю.       — Проехали, — отмахнулся парень и встал, — Я в туалет.       — Курить?       — Отлить.       — Понял.       — Займи мне место рядом, — кинул напоследок Минхо и вышел из кафетерия.       Джисон быстрыми шагами покинул помещение через некоторое время после того, как убрал за собой мусор.       Он пробежался по коридору, получил замечание от какого-то преподавателя, в которого чуть не врезался, а затем уже прибыл к пункту назначения.       Как же повезло, что та парта, за которой обычно любили сидеть парни, была свободна. Не было никаких других людей, с которыми бы не хотелось общаться и просить уступить.       Джисон пересёк аудиторию и плюхнулся за парту, поставив на соседнее место свой рюкзак. Он проследил взглядом за открывшейся дверью и за потоком студентов, ввалившихся внутрь. От этого даже стало как-то не по себе.       Джисон размял шею, достал все принадлежности для учёбы, и сел ровно, дожидаясь Минхо. Но того не было и не было, а до пары оставались считанные минуты.

Вы:

ты где?

      Ответа не последовало. В университете было всего четыре туалета на пять этажей. Минхо мог находиться в любом, ведь никогда не знаешь, в каком из них будут тусоваться влюблённые парочки или сомнительные компании. Как только в аудиторию зашла профессор Юн, Джисон отпросился, сказав, что скоро вернётся, и первым делом полетел в туалет, в котором он и Минхо до этого были.       Парень очень удивился, когда помимо сигаретного дыма почувствовал ещё и приторно-сладкий запах каких-то женских духов. В мужском-то туалете. Ладно.       Джисон прошёл внутрь, закрывая нос рукавом рубашки, и дёрнул дверцы кабинок. Одна из них оказалась закрыта.       — Минхо? — осторожно спросил Джисон, — ты там?       В ответ ничего не последовало. Это как раз и означало, что там находится именно тот, кого Джисон искал.       — Минхо, что случилось? — Хан пару раз стукнул костяшками по двери, — Ты там уснул?       Джисон тяжело вздохнул, осматривая дверь и вслушиваясь в тишину. Через какое-то время до ушей донёсся какой-то странный звук, воспроизведённый горлом, словно что-то выходило наружу.       — Эй, тебя рвёт? — запаниковал Джисон и дёрнул ручку двери, — Минхо, чёрт возьми!       — Да отвали, — послышался глухой голос.       — Какого хрена, эй? Ли Минхо, открой дверь сейчас же.       — А если я без штанов?       — Врать ты не умеешь. Я слышу всё, давай.       Минхо ничего на это не ответил. Джисон предположил лишь то, что Ли просто не захотел отвечать и сейчас откроет дверь, но произошло совсем другое. Минхо просто просунул два пальца в рот и надавил на корень языка, после чего всё содержимое желудка вышло наружу.       — Да твою ж, — выругался Джисон, услышав звук рвоты, и долбанул плечом в дверь, — Если ты сейчас не откроешь, то я сгоняю к какому-нибудь преподу и скажу, что ты занимаешься непристойными делами в туалете со старшекурсницами.       — Какие классные у тебя обвинения, — почти мечтательно протянул Минхо и намотал туалетную на руку, вытерев рот.       — Открой дверь, — Хан уткнулся лбом в холодную поверхность, — Ну пожалуйста.       — А ещё ты очень быстро меняешь своё настроение, Хан Джисон, — парень цокнул, а через некоторое время щёлкнул замок.       — Ну неужели.       Джисон сложил руки на груди, осматривая Минхо, что сидел почти в обнимку с унитазом и выглядел до ужаса бледным. Круги под глазами стали ещё темнее, а волосы растрепались. Ли мелко подрагивал, поэтому Джисон стянул кофту с себя, оставшись в футболке, и накинул её на плечи Минхо.       — Ну что ты делаешь... — попытался возразить Минхо, но в ответ только получил подзатыльник.       — Это ты мне скажи. Чего блюёшь? Сказал же, что отлить. Врёшь-то зачем?       — Я же не сказал, откуда именно отлить. — даже сейчас Минхо умудрился ухмыльнуться, — Да и это спонтанно получилось, я не планировал блевать, когда говорил, что пойду в туалет.       — Ну-ну. А чего приспичило?       — Затошнило.       — Перекурил?       — Вряд ли, — он покачал головой и поджал губы, после чего взглянул на Джисона как-то совсем уж расфокусированно, — Я плохо выгляжу?       — Это единственное, что тебя волнует?       — Нет. Ещё то, что тебе, вероятно, холодно.       — Неправда, — фыркнул Джисон.       — У тебя по рукам мурашки ходят, а ещё ты закрываешь предплечья. Забери кофту, Хан Джисон, не трепи мне нервы.       — Ну уж нет, это не я сейчас проблевался.       — Причём тут проблевался и тепло?       — Притом, что после опорожнения желудка человека кидает в озноб. Не спорь. Вставай, дойдём до медпункта, а потом воды возьмём в кафетерии.       — У меня всё есть, — сказал Минхо, когда Джисон уже немного отошёл.       Хан вопросительно изогнул бровь.       — Всё?       — Таблетки, вода.       — И какого лешего ты тогда всё ещё сидишь на полу? Давай руку, — Джисон взял Минхо за ладонь, хотя хотелось бы для большего удобства подхватить за запястье, и поднял парня с пола.       Ли слегка пошатнулся, но удержался за плечи Джисона. Он достал из рюкзака блистер с таблетками, выпил несколько штук и залил в себя большое количество воды.       Хан проследил за его действиями недоверчивым взглядом.       — Чё за таблетки? — спросил он.       — От тошноты, — ответил Минхо, доставая второй блистер.       — А это?       — Успокоительное.       — Для чего? Ты и так спокоен.       — Тебе кажется, — Минхо вздохнул и закинул в рот две таблетки.       — Как называются?       — Нет разницы.       — Нет таких таблеток, — нахмурился Джисон и вырвал блистер, — «Фенибут». Врач выписал?       — Не-а.       — А откуда они у тебя?       — Н-ну, — Минхо откинул голову на стену, чувствуя, как успокоительное начинает постепенно действовать и затмевать разум, — Просто связи есть. Давай потом, Хан-и. Я хочу спать.       Джисон тяжело вздохнул.       — Ты всегда меня так называешь, когда не хочешь, чтобы я продолжал доставать тебя вопросами.       — Верно мыслишь.       — А меня бесит, что я не могу тебе отказать. И ты этим нагло пользуешься.       — Потому что ты позволяешь, — Минхо лениво подмигнул и выхватил блистер, после чего сунул его в рюкзак и мимолётно мазнул губами по челюсти Джисона, — Пошли, Сон. А то нам профессор Юн точно задницы надерёт.       Джисон только безнадёжно покачал головой и поплёлся за Минхо. На линии челюсти всё ещё оставалась приятная прохлада от касания, но Хан постарался сморгнуть это странное ощущение, возникшее из ниоткуда. Для Джисона такие проявления нежности стали обычными, ведь Минхо, находясь под таблетками (как Джисон потом понял) часто так делал. Не хватало ему любви в последние годы. Именно поэтому он сейчас вытворяет, что вздумается. Потом, конечно, пожалеет. Главное, что сейчас ему на всё кристально плевать.       Джисон догнал друга только в коридоре. Они оба дошли до аудитории, извинились за опоздание, присели за парту и стали считать секунды после вспышки молнии и до удара грома за окном. Слишком увлекательное занятие. Лучше прогуливать пару именно так, чтобы определять, насколько далеко находится гроза.       Джисон болтал ногой, подперев щёку, а Минхо дремал на парте. Хан повернулся к нему и заметил, что редкие прядки упали на глаза Ли. Тут же захотелось запечатлеть этот момент, поэтому, недолго думая, Джисон достал из кармана телефон и сделал несколько фотографий с разных ракурсов. Минхо получился слишком красивым, но фотки ему скидывать Джисон не стал. А то ещё надумает себе невесть что, а потом оправдывайся.       Пока Хан с улыбкой разглядывал получившиеся фотографии, Минхо уже проснулся и скользил взглядом по чужому профилю. Как странно ощущать тепло и заботу рядом. На плечах Ли всё ещё покоилась кофта Джисона, которая полностью пропахла им. Очень вкусно и тоже очень странно. Странно, что Минхо вообще нравится чей-то запах.       — Джисон, — позвал он парня.       — М? — он резко перестал улыбаться, чтобы не выдать себя, и вскинул брови, когда понял, что Минхо проснулся.       — Забери кофту обратно, я согрелся.       — Да тут тепло, оставь пока себе, я не замёрзну. Это в туалете холодно было, а в аудиториях хорошо.       — Забери-и, — устало протянул Минхо, — Как ты со своим упрямством надоел...       — И ты тоже, но я же молчу, — усмехнулся Джисон и растрепал волосы Минхо.       — Придурок.       — Сам такой, — Джисон показал ему язык, тем самым вызвав короткий и ленивый смешок. Глаза Минхо сами по себе закрывались, — На тебя фенибут странно влияет.       — Почему? — мурлыкнул парень.       — Потому что многие говорят, что от него не штырит, а ты прям плывёшь.       — М-м...       — Ну и чего ты мычишь?       Минхо пожал плечами.       — Дурак ты, — покачал головой Джисон, смотря в затуманенные глаза, — О чём думаешь хоть?       — Почему ты спрашиваешь?       — Всегда было интересно, что у тебя в голове. Особенно, когда ты смотришь так.       — Как? — Минхо вскинул брови.       — Ну не знаю. Неопределённо и непонятно. У тебя глаза заплывшие, в них ничего не разглядеть.       — М-м... — снова протянул парень. Кажется, ему было уже сложно вести беседу, потому что логическая цепочка с каждой минутой терялась всё чаще, но Джисон не отставал:       — Не мычи, а ответь. О чём думаешь?       — Тебе это лучше не знать.       — Почему это?       — Потому что лучше не лезть в чужую голову. Особенно когда человек не в адеквате.       — Ладно, — легко согласился Джисон и пожал плечами, — как хочешь.       — Спасибо, — он наконец позволил глазам закрыться и провалился в долгожданный липкий сон.       После пар Джисона выловил Сынмин. Парни договорились встретиться сегодня, а не во вторник. Джисон легко согласился, потому что у Минхо были тоже какие-то дела и они не планировали проводить время вместе.       Минхо помахал Джисону рукой и ушёл в направлении какого-то магазина, а сам Хан поплёлся за Сынмином.       — Щас, я только Хёнджина предупрежу, что меня сегодня в общаге можно не ждать, — сказал Джисон.       — Окей.       — Хёнджин-а, — протянул Джисон, набрав другу, — Меня сегодня не будет дома.       — А где ты будешь? — голос Хвана был немного расстроенным.       — Я к Сынмину на ночёвку иду. Не волнуйся, завтра встретимся.       — Блин, я думал, ты опять с Минхо придёшь. Скучно будет, — он цокнул, — Ну ладно, окей. Хорошо проведи время и пиши, если что.       — Угу, пока.       — Пока.       — Ты вещи брать будешь? — спросил Ким, после того, как Хан сбросил звонок. Сынмин потянулся и посмотрел на друга, смачно зевнув.       — Да как-то в общагу заходить неохота. Если ты мне дашь домашнюю одежду, то мне, в принципе, больше ничего и не понадобится.       — Без проблем, дам, — Сынмин улыбнулся и потащил Джисона за руку за собой, — Боже, как я рад, что ты со мной.       Джисон поджал губы, странно себя чувствуя после этих слов, и ничего ответил, после чего парень продолжил:       — А то постоянно со своим Минхо. Я помню, что ты просил о нём так не отзываться, но бесит, Джисон, — он покачал головой, раскачивая сцеплёнными руками. Как странно, Джисону сразу захотелось высвободить свою руку, — Извини, я просто выражаю эмоции словами.       — Да нормально всё, — отмахнулся Джисон и улыбнулся, — Всё в порядке.       — Что, правда?       — Ну да. Ты же извинился, так что я на тебя не обижаюсь, да и тем более, ты особо ничего такого не сказал.       — Я думал, что ты будешь всеми способами топить за Минхо, — усмехнулся Ким, — Я рад, что это не так.       Джисон снова кивнул.       — Ты не против, если Лиа побудет полчаса с нами? У неё просто тоже встреча с подружкой, а уйти ей нужно будет только часов около четырёх. Просто посидим, поболтаем, а потом я весь твой, — Сынмин подмигнул.       — Я не против, — задумчиво ответил Джисон.       — Ты тупишь снова? Не возвращайся в то состояние, в котором был всю зиму. Эй, заяц, ты меня слушаешь?       — Конечно.       Джисону, откровенно говоря, очень не хотелось сейчас обсуждать ни его состояние в зимнее время года, ни то, что происходит с ним сейчас. Какое-то странное чувство вдруг посетило его и начало скручивать живот и грудную клетку от тревоги. Хан тяжело вздохнул и высвободил свою руку, а затем достал из рюкзака успокоительные.       — Это чё такое? — спросил Сынмин и нахмурился.       — Ты не знал? — удивился Джисон, проглотив таблетку, — Я думал, что ты знаешь. Я давно принимаю их.       — Ты не рассказывал мне, — как-то отстранённо отозвался парень, — Ну типа... странно это, Джисон. А Минхо об этом знает?       — Вроде да. Не помню, говорил ли ему, но скорее всего знает.       — А я вот не знал.       — Так звучишь, будто я обидел тебя.       — Обидел.       — Ну чем опять?       — Тем, что ты снова предпочёл Минхо мне. Это очень неприятно, если говорить напрямую.       — Я́ виноват в этом? — спросил Джисон и поправил рюкзак, который так и норовил свалиться в сгиб локтя.       — Естественно. Я не виню тебя во всём, что сейчас между нами происходит, но часть — да. Типа ты мог бы не игнорить меня так, как делаешь сейчас. Ты не заметил, что только с Минхо время проводишь?       — Разве это проблема? У Минхо больше нет друзей.       — Поэтому ты решил, что можешь им стать? — он усмехнулся, — Какой ты наивный. Ты вообще его не знаешь.       Джисон застопорился и прищурился.       — Ты что несёшь? Думаешь, я вообще в людях не разбираюсь?       — Конечно. Это же видно.       — Что тебе видно?       — Да хотя бы то, что ты не видишь очевидного. Минхо тебе доверяет?       — Не совсем, но мы идём к этому.       — Вот именно. Он не доверят тебе, тогда какой из тебя друг? Он его в тебе не видит. Может, конечно, он считает тебя не другом, а кем-то другим, поэтому стесняется?       — Например? — не понял Джисон. Сынмин необычно ухмыльнулся и посмотрел в землю, широко раскидывая ноги и засунув руки в карманы джинсов.       — Как загадочно ты молчишь, — цокнул Джисон и закатил глаза.       — М-м, хочу, чтобы ты сам догадался.       — Догадался до чего?       — До того, что ты раньше спросил.       — Тупые загадки, Сынмин-а. Терпеть не могу всё, связанное с загадками, лабиринтами и ребусами.       — Ничем помочь не могу, — Сынмин пожал плечами и открыл дверь в подъезд, пропуская Джисона вперёд.       Парень давно не был у Сынмина, потому что как-то не приходилось, да и забывалось. Он осмотрелся по сторонам и поднялся по ступенькам на второй этаж, где уже была открыта дверь. Ким прошёл за ним.       — Разувайся давай, — сказал он, шлёпнув Джисона по заднице.       — Эй, — огрызнулся Хан и пнул Сынмина в колено, что тот споткнулся и полетел на пол.       — Это что? — спросила Лиа, выглянув из кухни. Она вышла в коридор, привлечённая грохотом, с которым её парень приземлился на паркет, а затем она рассмеялась, — Минни, да ты не меняешься.       — Ну спасибо, — буркнул он, отряхивая джинсы.       Джисон тем временем уже успел разуться и неловко помяться в коридоре, не зная, куда деть руки и вообще в целом себя.       — Проходи, Джисон-и, — улыбнулась Лиа, а Джисону в голову что-то ударило. Так его называла только Черён.       Джисон кивнул несколько раз и завернул на кухню, где уселся на стул, болтая ногами. Сынмин и Лиа ещё какое-то время оставались в коридоре, Джисон не слышал того, о чём они говорили, но слышал шёпот. В какой-то момент он услышал чмок и явно представил это в голове. Стараясь смахнуть красный цвет с лица, он зачесал волосы назад и встретился взглядом с Сынмином, затем — с Лией.       — Рассказывай, как дела, — сказала Лиа и подошла к столешнице, повернувшись к парням спиной, — Чай хочешь?       — Да, давай, — Джисон немного расслабился, почувствовав свежий воздух из только что открытого Сынмином окна.       — Какой хочешь? Зелёный, чёрный, красный? Всё по базе, Мин не любит особых заморочек с чаем, поэтому мы много и не покупаем.       — Давай красный. Он с чем?       — Каркаде, вроде. Уже полмесяца стоит, никак допить не можем. Кислятина.       — Наводи.       Лиа прыснула и закинула пакетики в кружки, после чего поставила чайник на плиту, а Сынмин удалился в другую комнату, кивнув Джисону и намекнув, что скоро вернётся. Девушка вытерла руки полотенцем, повернулась к Джисону и снова улыбнулась. Хан неловко улыбнулся в ответ. До этого ему не приходилось так долго находиться в компании девушки лучшего друга, так ещё и в его квартире.       — Как там Минхо? — спросила Лиа, сев напротив.       — Да неплохо, — Джисон слегка нахмурился, подметив, что Лиа знает о Минхо, — Тебе Сынмин про него рассказывал?       — Ага, — она начала играть с чайной ложечкой, — Постоянно говорит, что ты с ним всё время. Я всерьёз не принимаю его слова, потому что нет ничего такого в том, что лучший друг в какой-то момент решил немного изменить круг общения, — Лиа пожала плечами, — Да, поддерживаю, но он мне с этим Минхо все уши прожужжал. Вот я и подумала, что спросить должна, раз уж он такая важная персона. Вроде, ты с ним общаешься больше, чем с Сынмином.       — Да, в какой-то степени.       — Ты очень задумчивый. В последний раз другим был.       — Ты помнишь, каким я был прошлый раз? — улыбнулся Джисон, подперев щёку рукой.       — Ну просто сейчас от тебя прям чувствуется атмосфера тревожности какой-то, напряжённости.       Джисон кивнул, понимая, что именно он это и чувствует.       — И выражение лица у тебя смутное, — задумчиво произнесла Лиа, отзеркалив позу Джисона, — Тебя Мин достал?       — Что? — резко спросил Джисон, вырванный из своих мыслей, — А...       — Да не боись, я ему не расскажу. Он мне тоже в последнее время не нравится своим поведением. Странный какой-то, нервный.       — Это может быть из-за меня? — спросил Джисон, — По поводу того, что он меня ревнует к Минхо. Лиа пожала плечами.       — Может быть, в этом что-то и есть. У него там какие-то проблемы в универе, не знаю, рассказывал ли он тебе. Он и мне во всех красках не рассказывает, поэтому я только смутно об этом знаю.       — Понял.       Лиа кивнула, выключила свистящий к тому моменту чайник и разлила кипяток по кружкам.       — Тебе разбавить?       — Немножко.       Девушка поставила кружки на стол и снова села.       — А где Сынмин? — спросил Джисон.       — Он в душе, — отмахнулась Лиа как от надоедливой мошки и пододвинула к себе сахар, — Тебе сколько положить?       — Да я без сахара. — он зевнул, — Что он так долго делает в душе?       — Да не знаю, всё время себе все места намывает. Достал уже, столько воды за месяц льёт. Плюсом ко всему он часто моется после физры в универе, а она как раз у него сегодня была.       Джисон задумался, припоминая, что у Сынмина по понедельникам только две пары, которые никак не связаны с физкультурой. Может, расписание изменилось. Может, Джисон перепутал. В любом случае, это не важно, так что он решил не переспрашивать.       Хан отпил чай и сразу почувствовал кислый привкус. Он вспомнил лицо Минхо, когда он впервые попробовал каркаде, а потом ещё долго плевался от особой кислоты, ведь Джисон кинул в кружку ещё и дольку лимона. В конце концов Минхо чай понравился, поэтому он даже таскал Джисона с собой в магазин, чтобы приобрести себе пачечку.       — Я слышала, что Черён пропала, — продолжила Лиа, — В универе развешены объявления.       — Угу.       — Вы так и не смогли дозвониться? — Джисон отрицательно покачал головой, — А с какого дня она не отвечает?       — М... где-то с пятницы, примерно после обеда перестала отвечать. Так Сынмин сказал, я сам ей не звонил в тот момент.       Лиа зачесала свои покрашенные в холодный блонд волосы назад и уставилась в одну точку на столе.       — Жалко девчонку, — сказала она, и Джисон почувствовал, как грудь разрывается, — Что будет, если не найдут?       Джисон нашёл в себе силы только пожать плечами и поджать губы, ведь вязкий комок подступал к горлу и в носу щипало.       — Знаю, что ты близко с ней общался, — парень снова кивнул, — Давно дружите?       — С тринадцати где-то.       — Ого, давно. Она хорошая, как я поняла. Я несколько раз пересекалась с ней в кафетерии, такая вежливая. Всегда хотела с ней подружиться, но... — Лиа чмокнула губами и отпила чай, а после как-то сухо сказала: — не успела.       — Я скучаю по ней, — сказал Джисон, — Хоть и не всегда вспоминаю. Я часто по вечерам лежу и думаю о том, как нам хорошо было вместе. Куда она могла деться, ума не приложу. Врагов у неё не было, маньяков в округе, вроде бы, тоже не водится в последнее время, но она пропала. Просто исчезла.       Лиа прикусила нижнюю губу, рассматривая перед собой парня, который был на грани нервного срыва.       — И с Минхо непонятно ничего, — выдохнул Джисон и, поняв, что сказал лишнее, сглотнул. Но останавливаться уже поздно, — Он не доверяет мне в том смысле, в котором я ожидаю от него доверия. Он сложный человек, я никак не могу разобрать, о чём он думает, о чём молчит. У него серьёзные проблемы, Лиа, и я не знаю, как ему помочь. Я не обсуждаю его даже с Хёнджином, потому что понимаю, что это будет только мне хуже. Но я больше так не могу. Мне трудно смотреть на него и понимать, что под его рукавами... — он замолчал и перевёл взгляд на Лию, которая совсем спокойно на него смотрела и внимательно слушала, перебирая в пальцах кружку, — Боже, прости меня. За то, что вывалил. Я не должен был...       — Всё хорошо, — она протянула руку и осторожно коснулась колена Джисона, — Я всё понимаю. У каждого человека есть тяжёлый период в жизни. Думаю, Минхо его переживёт. Ты главное оставайся рядом. Я уверена в том, что он пересилит своё желание делать то, что он сейчас делает, — Лиа кинула свой взгляд на запястья Джисона, и он кивнул.       — Ты... не рассказывай Сынмину, пожалуйста. Я не хочу, чтобы он потом надо мной стебался, что я общаюсь с каким-то придурком, который себя режет. Потом ещё будет мне говорить, что я в какой-то момент один останусь, а мне это так больно слышать...       — Как скажешь, — Лиа улыбнулась, — Секреты я хранить умею. Особенно от своего парня, — она закатила глаза, — Всё получится, Джисон. Ты сильный. И Минхо сильный. Иначе бы вы сейчас не встретились.       Джисон кивнул и услышал, как дверь в ванную открылась. Он жестом указал Лие, чтобы она закрыла эту тему и не продолжала, а девушка лишь едва заметно мотнула головой и перевела взгляд на Сынмина.       — Я поболтала с твоим другом, а теперь извините, мужчины, но мне нужно идти, — сказала девушка после того, как Ким перестал яростно тереть свои волосы полотенцем, — Чай я тебе сделала, так что не переживай. Еда в духовке, не скучайте, — Лиа встала, чмокнула Сынмина в щёку и убежала.       Через несколько минут послышался звук закрывающейся входной двери.       — Классно тебе с девушкой, — усмехнулся Джисон и вытянул ноги, наконец сев в более расслабленную и открытую позу.       — Ага. Целует меня всё время, — улыбнулся Сынмин и сел за стол, — Дай сахар.       — Много сладкого есть вредно, — Джисон показал язык, но сахарницу всё же пододвинул.       — Именно поэтому ты сейчас тянешься за конфетой?       Джисон проморгался и посмотрел на свою руку, в которой держал какую-то шоколадную конфету.       — Ой.       — Да ешь, не волнуйся. У нас этих конфет море, и никто не ест. Знаешь, почему?       — Почему?       — Потому что меня в последнее время не тянет на сладкое, а Лиа села на диету. Но всё-таки мы почему-то оставили коробку с конфетами на столе. Она соблазняет Лию даже больше, чем я, — он разочарованно вздохнул и театральнно положил руку на сердце.       — Какой ужас, — протянул Джисон, разжёвывая вкусный шоколад, — Вам тут Минхо не хватает, он бы смёл всю коробку.       — Он сладкоежка?       — Типа того.       — Я бы по нему не сказал.       — В плане?       — Худой как щепка, — Ким пожал плечами и подтянул одну ногу к груди, отпив чай.       — Это да. Он просто не ест сладкое.       — При этом является сладкоежкой? Это странно.       — На то свои причины, — Хан допил чай и потянулся.       Парни поговорили некоторое время, перекидываясь шутками и вспоминая прошлое. Джисон помнил этот момент елинственным за последнее время, когда он мог свободно разговаривать с Сынмином.       Когда же всё-таки темы для разговоров закончились, Ким спросил:       — Фильм хочешь глянуть?       — Давай. Какой?       — А какой хочешь? Можем пересмотреть что-нибудь или глянуть новенькое.       — Я на днях с Хо посмотрел «Области Тьмы». Давай посмотрим?       Сынмин слегка нахмурился, но затем всё же натянул улыбку, стараясь не говорить об очерёдном упоминании Минхо в их разговоре, так ещё и с такой сладкой интонацией. «Хо», чёрт возьми. Слишком ванильно.       — Так если ты недавно смотрел, ты же помнишь сюжет? — лениво начал рассуждать Сынмин, прокручивая кружку на столе.       — Да я почти всё время проспал, потому что устал.       — От чего?       — Да там...       — Ладно. Пошли, посидишь со мной, пока я ноут загружу.       Джисон кивнул и пошёл за Сынмином.       В комнате было тепло и довольно мрачно. Очень в стиле Сынмина. Необычно было осознавать, что Лиа видела это каждый день, но по ней не было видно, что она на что-то жаловалась. Да, у девушки была своя собственная комната, в которую Джисон заходил только раз, когда Лиа сама предложила посмотреть, но это не исключает того факта, что она приходит ночевать в комнату к Сынмину. Или он к ней. Это не особо важно.       Джисон рассматривал тусклые лампочки и красные гирлянды, спускающиеся от потолка по стене к полу. Они выглядели красиво, но в то же самое время очень напрягали нервную систему, поэтому в скором времени Хан попросил Сынмина выключить эту, как он выразился, «красивую, но смертельную штуку». Ким не стал возражать, поэтому просто выдернул вилку из розетки.       Джисон стал осматриваться дальше. Хоть он и видел эту комнату тысячу и один раз, всё равно, после его довольно длительного отсутствия здесь, она казалась немного чужой и непривычной. На стене, помимо гирлянды, висели ещё и диски. Они были частью декора и смотрелись довольно симпатично.       Шторы — тоже в тёмном цвете, какие-то серые, что ли. Ковёр в том же оттенке. И почему Ким Сынмину нравится всё тёмное? Когда Джисон впервые увидел его постельное бельё, — оно было чёрного цвета, — то почти ужаснулся и даже начал изгонять демонов из друга. Впервые в жизни он видел человека, который был бы так увлечён тёмными тонами.       У Лии же, наоборот, была светлая комната. Там существовали только нежные и мягкие оттенки, а также — розовая гирлянда. Эта комната, хоть и была для девчонок, но нравилась Джисону больше, чем комната Сынмина.       — А куда Лиа ушла? — спросил он.       — К подругам, сказал же.       — Сказал, но не сказал, к каким.       — Это важно? — Сынмин зевнул и сел рядом на кровать, поставив ноутбук к себе на колени, — К Йеджи. Там ещё Юна будет.       — О, мне Йеджи говорила, что они немного сдружились с Лией. Приятно осозновать, что они кентятся.       Сынмин усмехнулся.       — Как там фильм называется, говоришь?       — «Области Тьмы».       — С Брэдли Купером?       — Ага.       — Окей, нашёл.       Сынмин оставил ноутбук возле Джисона, а сам побежал на кухню. Он принёс два горшочка, в которых находилась ещё горячая паста с курицей, грибами и сыром, которую парням любезно приготовила Лиа.       — М-м, обалденно пахнет, — сказал Джисон, взяв горшочек и вилку.       — Ага. Наушники будем брать или так нормально?       — Так сойдёт.       Сынмин кивнул и включил фильм. Джисон на этот раз внимательно следил за сюжетом, пережёвывая спагетти. Сейчас ему было не особо интересно то, что происходило вокруг, поэтому он был полностью погружён в историю.       Если в тот день, когда он смотрел этот фильм с Минхо, ему было больше плевать на сюжет, то сейчас наоборот. За Минхо Джисон следил только по той причине, что боялся за его состояние. Да и не следить не получалось. А сейчас он конкретно утонул в фильме, поэтому не сразу почувствовал, как завибрировал его телефон, а Сынмин задремал на его плече.       Джисон поставил фильм на паузу, осторожно достал телефон и открыл сообщения. Ли: Джисон, привет

Вы:

привеет

случилось что-то? поздновато пишешь

Ли: я просто подумал, что ты тоже не спишь

Вы:

верно думал

Ли: ты у Сынмина?

Вы:

ага, он уснул, а я фильм досматриваю

Ли: забавно. когда мы были у тебя на ночёвке, то уснул первым ты, а фильм досматривал я

Вы:

о, да, точно

так ты чего пишешь? полвторого же

не спится?

Ли: угадал

Вы:

успокоительные?

Ли: не работают

Вы:

решил написать мне?

Ли: ага

Вф:

хочешь, созвонимся?

я на балкон выйду

Ли: пожалуйста       Джисон осторожно переложил голову Сынмина на подушку, накрыл парня одеялом и поставил ноутбук на тумбочку, а после на цыпочках выбежал на балкон, не забыв при этом закрыть и дверь в комнату, и балконную дверь.       Послышались длинные гудки. Хан закутался в свою кофту и накинул капюшон. Глупо, что Сынмин уснул до того, как дать Джисону домашнюю одежду. Придётся копаться в его шкафу. Он сам будет виноват в том, что Джисон возьмёт что-то не то.       — Хо-о, — протянул Джисон, — Не уснул ещё?       — Не-а, — хрипло ответил он, — А вы чего так поздно фильмы смотрите?       — Да болтали сначала, потом решили посмотреть. Сынмин уснул, а я не заметил и дальше смотрел.       — Весело, — тихо отозвался Минхо.       — Ты осип, что-то случилось? — в голосе Джисона проскользнули нотки волнения, а сам он слегка нахмурился, облокотившись рукой на перила.       — Я съел кучу мороженого.       — Срыв, что ли?       — Если ты так считаешь, то пусть будет он. Мне короче ужасно захотелось сладкого, а ещё я мороженое давно не ел. Так кайфого было, я весь в шоколадном мороженом был. Потом ещё лицо отмывал.       — Настолько вкусно было? — послышался смешок. То ли Минхо усмехнулся, то ли сам Джисон.       — Да я сам обалдел, когда всё ведёрко умял. Я никогда так не делал.       — Не винишь же ты себя, я надеюсь?       — М-м. Смотря за что.       — Ты понял, о чём я, — Джисону вдруг резко захотелось курить, хотя до этого он никогда не курил во время стресса или волнения. Он вообще никогда не курил.       — Понял.       — Не вини.       — Не буду.       — Поникший ты какой-то.       — Естественно, почти два, а я не могу уснуть.       — Даже не знаю, как тебе помочь.       — Очень хочется тебя обнять, — сказал Минхо и тяжело вздохнул. Послышался шорох простыни, — С тобой тепло.       — Не ожидал. Спасибо, — Джисон улыбнулся.       — Да забей. Я всё равно утром тебе такое не скажу, так что цени. Ночью чувства и эмоции выше, а мозг отказывается подключать раздел, отвечающий за логику и...       — Ой, всё-всё, стоп, Ли, — рассмеялся Джисон в трубку и услышал взаимный смех, — Тебя понесло не в то русло.       — День паршивый был.       — Чего случилось?       — Да просто настроения не было, вообще в принципе что-то не так с этим днём... — сказал Минхо, но Джисон лишь недоверчиво прочистил горло. В итоге пришлось ее подавать виду о своём волнении, поэтому он лишь сказал:       — Ты просто устал, возможно.       Немного помолчав, Минхо ответил:       — Наверное, ты прав.       Джисон тоже замолчал. Он потупил взгляд на какое-то дерево, рассматривая уже раскрывавшиеся почки. Хан долго смотрел то на ствол, то на листву, и вдруг спросил:       — Почему ты всегда такой грустный, Хо?       Минхо сглотнул и запнулся, не зная, что ему на это ответить.       — Не знаю. Разве я грустный?       — Очень.       — Извини.       — За что?       — Не знаю.       — Ну и придурок, — Джисон усмехнулся, — Извиняешься и даже не знаешь, за что.       — Вот так вот выходит, — в голосе Минхо слышалась улыбка, — Изо рта иногда всякая чушь вылетает.       — Согласен, — Джисон размял шею, — ты только не грусти больше, ладно? У тебя красивая улыбка. И смех тоже.       — Это комплимент? Или ты просто так это говоришь?       — Это мои к тебе чувства, — цокнул Джисон и усмехнулся, когда Минхо снова замолчал, — Да не ссы. Комплиментов никогда тебе не делали, что ли?       — Делали. Но не те, которые я хотел бы слышать. Они... пошлыми были.       — Оу. А мои?       — Твои?       — Мои комплименты тебе нравятся?       — Очень.       — Учту, — Джисон щёлкнул пальцами по перилам и тут же пожалел, потому что боль от ногтя раскатилась до запястья.       — Повисишь на телефоне, пока я не усну?       — А как я пойму, что ты уснул?       — Я тебе отвечать перестану.       — Н-ну...       — Расскажи мне что-нибудь, Сон. С тобой спокойнее стало, я уже спать хочу.       — Ладно, давай. Когда уснёшь, то я отключусь, окей? А то деньги закончатся.       — Вообще без проблем. Лишь бы я уснул.       Джисон начал рассказывать какую-то историю из детства, которая перетекала в другую. Он не останавливал поток речи, а когда заметил, что время уже перевалило за два часа ночи, осторожно позвал парня:       — Минхо? — шепнул он. Никто не ответил.       Джисон улыбнулся и, подождав ещё некоторое время, сбросил звонок. Он засунул телефон в карман джинсов, опёрся на перила уже обеими руками и взглянул на тёмное небо, закрытое тучами.       Дверь балкона открылась за спиной, но Джисон не обратил на это никакого внимания. Сынмин подошёл сзади и обнял Джисона, прислонившись щекой к его спине.       — Какого чёрта ты не спишь... — пробурчал он, уже закрыв глаза.       — Так уж вышло.       — Опять твои отговорки. Вали спать, блин, задрал ночами мотаться, — Сынмин шлёпнул его по бедру, — Давай, я тебе уже вещи на стул повесил, придурок, — а когда Джисон вышел с балкона, то сказал громче: — Ещё раз я услышу, что ты трындишь с кем-то по телефону в два часа ночи! Я тебя прирежу!       В ответ он услышал лишь тихий смешок и шорох одежды.

^._.^

      Витая в своих тёмных мыслях о прошедшем дне, Минхо мечтал лишь об одном — купить кучу сладостей, сигареты, и закинуть всё в себя без угрызения совсети. Но этого бы по-любому не получилось, ведь сколько ни пробуй, — всегда итог один и тот же. Калории набираются даже тогда, когда ты их не хочешь набирать. В этом и вся проблема.       Ли лежал на своей кровати, свесив ногу и накрыв лицо рукой. Второй он водил по своей кофте, то играясь с молнией, то сжимая краешки. Вибрации телефона почти неслышно пробирались сквозь слои пуха. Выключать телефон совсем нельзя́ было, поэтому Минхо засунул его под подушку и спокойно выдохнул, когда от вибрации почти ничего не осталось. Но в какой-то момент раздался стук в дверь.       Сегодня Ли никого не ждал и не знал, кого это могло принести, ведь у отца были ключи, да и он ушёл непонятно куда и непонятно насколько. Вряд ли это он. Вырванный из потока каких-то размышлений, Минхо встал и поплёлся к двери. Он открыл её и прищурился. На пороге стоял Чан. Ли кинул взгляд на время на телефоне, а после снова перевёл взгляд на Чана.       — Привет? — сказал осторожно Бан, как бы проверяя границы, — Ты в настроении? Я не помешал?       — Ну вроде нет, — пожал плечами Минхо и кинул взгляд на пакет, покоившийся в руке Чана, — Крис, если это опять сладости, то я тебя сейчас выгоню.       Бан Чан усмехнулся и убрал руку за спину, а Минхо понял, что там именно что-то сладкое. До чего же тошно.       — Если не хочешь сладкое, то я принёс тебе сигареты, — мягко улыбнулся Крис и протянул две пачки клубничных сигарет.       Минхо тут же расплылся в улыбке.       — Спасибо.       — Не за что, — парень наклонил голову, — Я могу зайти к тебе на несколько минут? Тебя в универе не было, я соскучился.       — Поэтому домой ко мне пришёл? — хохотнул Минхо, сложив руки на груди, в одной из которых держал недавно полученные пачки, — Я ж просил не приходить сюда без меня. Если бы ты на отца наткнулся?       — Ну и что? Не думаю, что он настолько плохой человек.       Минхо кивнул и решил не демонстрировать другу свои синяки на животе и на коленях, когда он пытался отползти, а господин Ли снова и снова замахивался на него то рукой, то ремнём. Рёбра до сих пор не очень положительно отзывались, если парень просто их касался или даже проводил рукой, когда находился в душе.       — Так пустишь?       — Не знаю, — как-то неуверенно ответил Минхо и замялся, стараясь не вспоминать про то, насколько грязно в квартире за его спиной, — Я не знаю, когда отец вернётся.       — Он против мальчиков в доме? — поиграл бровями Чан, — Да брось. Даже если придёт, я осторожно выскользну. Он не заметит даже.       Ли покусал губы, поразмыслил, а потом плюнул на всё это и открыл дверь пошире.       — Сразу не разувайся, разуешься возле моей комнаты. Пошли.       Чан кивнул и пошёл за Минхо, оглядывая квартиру и иногда сводя брови к переносице.       — Ты давно ел? — спросил он у парня, когда Минхо закрыл за ними дверь комнаты и приоткрыл окно.       — Утром.       — А сейчас уже почти пять вечера, рехнулся?       — Да не голодный я, отвяжись. Крис цокнул и закатил глаза.       — Я могу на кровать сесть?       Минхо кинул взгляд на кровать, а затем коротко кивнул. Сам он приземлился на подоконник.       — Ты все подоконники задницей протёр? — спросил Чан, усмехнувшись.       Он несколько раз подпрыгнул на кровати, проверяя её мягкость, а после и вовсе лёг.       — Удобно же, — пожал плечами Минхо и достал сигареты, игнорируя собственное правило, установленное совсем недавно.       — Кинешь мне тоже?       Ли пульнул ему пачку, а когда зажёг свою сигарету, кинул Чану и зажигалку. Вместо того, чтобы принять зажигалку, парень встал с кровати, зажав сигарету между губ, и подошёл к Минхо. Ли сощурился, затягиваясь, а когда Чан встал между его ног и наклонился, прикуривая от его сигареты и придерживая одной рукой за бедро, то вовсе замер.       Как только Крис отстранился, он посмотрел на реакцию Минхо и только усмехнулся. Его она хорошенько позабавила, поэтому руку с чужого бедра он не убрал.       — Это флирт? — решил уточнить Минхо, кинув осторожный взгляд на руку Чана.       — А ты не флиртуешь с друзьями? — парень выдохнул дым в сторону и с интересом взглянул на Минхо.       — Ну вообще-то... только с близкими.       — Ну вот и решён вопрос.       Минхо только пожал плечами и поглубже затянулся, явно начиная нервничать. Причина была даже не в том, что касания Чана были неприятны. Минхо опасался совсем другого.       — У тебя такая кожа под штанами... — медленно произнёс Чан, проведя рукой по бедру вверх-вниз, — неровная. Что же там?       Он почти издевался.       — Ничего, просто складки на спортивках, — попытался отговориться Минхо, сглотнув.       — А если честно?       — Честно.       — Опять ты врёшь, Минхо-я. Ну сколько можно?       — Можно долго. Столько, сколько я решу, ясно? — выдохнул Минхо и скинул чужую руку со своей ноги, — Прекрати доставать меня такими вопросами. Бесишь.       — Бешу, потому что ты не знаешь, что ответить? Тебе стыдно за это или что?       — Давай закроем тему, Крис, — сказал уже прямо Ли и резко выдохнул дым Чану в лицо.       — Это флирт? — хмыкнул Чан.       — Чего?       — Того. Обычно так флиртуют.       — Я не знал.       — Конечно, — кивнул Бан и немного отошёл от подоконника, а затем снова плюхнулся на кровать, — Тогда просто рассказывай. Как дела?       — Никак.       — Заметно. Выглядишь как мумия.       — Спасибо, — закатил глаза Минхо, потушив окурок, — А то у меня зеркала нет, я не знал.       — Я просто сказал. Ты весь бледный какой-то, совсем не ешь ничего.       — Не строй из себя друга, который волнуется за моё состояние, ладно? — сплюнул язвой Ли, — Терпеть не могу показушность.       — А я и не показушник, — будто бы в голосе прозвучали обиженные нотки.       Но Ли уже давно научился отмечать какую-либо наигранность в голосе Чана.       — Тогда лицемер, — добавил он.       — Ещё лучше. Хочешь, чтобы я ушёл? Я же пришёл, чтобы тебе лучше было, а ты выгоняешь.       — Я тебя вообще-то и не приглашал.       — Так вот ты как, — протянул Чан и усмехнулся.       — Крис, я тебя не понимаю вообще.       — Это я тебя не понимаю. Что происходит, Минхо? Почему сначала ты ведёшь себя нормально, а потом в какой-то момент начинаешь быть ублюдком, который только и желает, чтобы от него все друзья отвернулись?       Минхо тяжело вздохнул и прикрыл глаза от накатывающего раздражения.       — Потому что ты лезешь не в свои дела, — процедил он, — Я тебе уже кучу раз об этом говорил.       — М-м, а я тебе говорил, что такими темпами у тебя друзей не останется.       — Настоящие друзья не отвернутся от меня, если будут знать и принимать мои границы. Ты их знаешь, но ни в какую не соглашаешься их принимать, Крис. Это неприятно. Ты лезешь туда, куда не надо, а потом ещё и обижаешься, хотя я тебя предупреждал.       — Ты не найдёшь такого друга, который примет тебя таким. Ты любого выбесишь.       — Я знаю, что тебя бешу, но это не значит, что любого. И я уже сказал. Когда-нибудь я найду того человека, который будет со мной. Будет любить меня.       Послышался резкий смешок со стороны Чана, а когда Минхо повернулся в его сторону, то почувствовал горечь в горле. Что смешного в том, что он только что сказал? Грудная клетка больно сжалась, а в носу неприятно защипало. Все чувства будто вмиг обострились, поэтому голова резко заболела и кровь в висках начала пульсировать. Тошнота подступила к горлу, глаза заслезились, а Чан напротив всё так же смеялся.       — Что смешного? — всё-таки спросил Минхо и гулко сглотнул, услышав, как жалко звучит его голос.       — Да так, — выдохнул Крис после очередной волны смеха и снова прыснул, — Просто ты так говоришь, словно не только кто-то сможет тебя полюбить, но ещё и ты. Забей. С таким-то характером тебя вряд ли кто-то полюбит, все шарахаться будут. А сам ты тоже ни к кому привязаться не сможешь, всех отшиваешь, — Чан цокнул и покачал головой, смотря себе в ноги.       Минхо помолчал несколько минут, но в итоге сказал:       — Пошёл вон отсюда.       Чан некоторое время рассматривал парня напротив и, в конце концов, совсем спокойно ответил:       — Как скажешь.       На его лице отразилась противная и удовлетворённая улыбка. Он добился того, чего хотел с самого начала. Главное — теперь показать Минхо, что именно Чан — тот, кто ему нужен. Но это позже. Сейчас же парень быстро обулся и вышел из квартиры, оставив Минхо на подоконнике с колотящимся сердцем и пустотой в груди. Никому не нужен. Никто не полюбит, никто не примет.       Никто.