Тихая гавань

Лие всегда нравился вид с высоты. Дело даже не в том, что ты можешь увидеть куда больше, чем будучи внизу, и совсем не в том, что высота может быть хорошей позицией для лучника… ладно, это тоже важно, не без этого – но это далеко не главное. Куда больше ей нравилось само ощущение свободы, когда со всех сторон её не ограничивают четыре стены, а ветер, не ограничиваемый зданиями или деревьями внизу, словно выдувает из головы все лишние мысли. И пусть впервые она познала это чувство лишь среди холодных пиков гряды Друадах, убегая от погони, прежде чем броситься с обрыва в ледяную реку без малейшей надежды выжить – но именно это чувство потери и отчаяния, когда ты свободен настолько, что от твоей предыдущей жизни осталось лишь пепелище, помогло ей отбросить всё старое и ненужное. Очищение, катарсис… да какая разница, как это называть!   Она всегда любила это чувство – разве что раньше она была одна, и не с кем было разделить его.   … а сейчас рядом с ней был Релен.   Мельком кинув взгляд на стоящего рядом молодого мужчину, Лия лишь усилием воли удержала на лице спокойное выражение. Данмер, которого она приютила, оказался… неожиданно тихим, иначе она назвать это не могла. Не то, чтобы совсем уж неожиданно – если быть честной, стоило признать, что она запугала его до полусмерти, и в таких обстоятельствах немудрено забиться в угол и не отсвечивать – но дело даже не в отсутствии подозрительной активности и абсолютном послушании. Подобранный ей маг, столь шумный в обе их встречи, словно закрылся. Словно одна из тех шкатулок с хитрыми шарнирами двемерской конструкции, что закрываются сами собой, стоит лишь перестать держать крышку. Словно городские ворота, закрывающиеся с наступлением ночи.   Так же, как когда-то, выбравшись из ледяной руки в подземелье и баюкая в объятиях отсечённую голову наставника, закрылась она сама.   С одной стороны, в этом не было никакой трагедии. Ей ещё в детстве хорошо объяснили, что сломанную личность сподручнее менять по своему усмотрению, складывая осколки любым удобным образом, так что она могла сейчас ковать из Релена что угодно. Но, с другой стороны, Лия по себе знала – сломленный человек сам способен на что угодно. Отчаяние толкает людей на безумные поступки, и ей не хотелось однажды вместо отвара из снежноягодника обнаружить в кружке целую смесь ягод или вовсе не проснуться, скажем, из-за кинжала в глазнице. Требовалось заняться душевным здоровьем Релена, хотя бы ради собственного блага.   Именно поэтому она взяла его с собой в поход до Высоты Откушенный Язык. На первый взгляд, не самое лучшее решение – с того момента, как Релен обосновался под её крышей, прошло всего четыре дня, и он только-только смог сотворить стабильное заклятие Света Свечи после всех тех ядов. По уму, следовало избежать упоминаний о его мёртвых товарищах, притом ещё и столь явных… но судя по тому, что заметила в лесу Лия, у Релена было маловато поводов быть искренне привязанным к ним, а подобная встряска могла помочь ему прийти в себя. Был, конечно, риск, что в такой момент он попытается столкнуть её с утёса – но Лия была готова ко всему.   Впрочем, эта осторожность оказалась излишней. Вытащенный за пределы ограды под предлогом «собрать вещи» и «взять что-то, что можно продать, ибо жизнь вдвоём куда дороже» Релен был достаточно тих и вместе с тем учтив. Заранее предупредил её о ловушках в виде камня душ на зачарованном постаменте да пары оживлённых скелетов, помог собрать вещи, лишь ненадолго застыв над одним из спальников в самом углу площадки, рядом с ветхим даже на вид деревянным сундуком. Лия, конечно, и сама была хороша, задержавшись у Стены Слов, пока перерисовывала символы…   И только потом они застыли над обрывом. Внизу ветер колыхал берёзы, что лишь недавно покрылись зелёными искрами, сияло под солнцем озеро и вздымались к небесам пики далёких гор Велоти – а они стояли под всеми ветрами в практически полной тишине. - … и всё-таки, почему здесь? – наконец сказал хоть что-то Релен. Вот и славно – Лия думала, что он всю дорогу будет говорить лишь по делу! - О чём ты? – сделала она вид, что не поняла вопроса. – «Почему здесь» что? - Почему вы обосновались здесь, госпожа? – терпеливо повторил собеседник, повернувшись к ней. Ах, вот он о чём. Стандартные вопросы «за что» и «почему это случилось со мной», правда, немного в другом оформлении. – Последние несколько дней я жил под одной крышей с вами, и видел ваши навыки… Не всякий городской алхимик столь одарён и точен, как вы. Да что алхимики! Пусть Коллегия Винтерхолда более сосредоточена на чистых магических искусствах, нежели вспомогательных, но и там бы вас приняли с распростёртыми объятиями! Почему вы здесь, в этой глуши? - Потому что меня выперли из Коллегии, - абсолютно честно и совершенно безмятежно отозвалась Лия, не без удовольствия наблюдая, как её собеседник поперхнулся воздухом. Конечно, пару деталей она упустила… но в том ли суть? – Я там пробыла три года. Немного не хватило, чтобы завершить полный курс, после которого обычно получают ранг адепта… ну, что стало, то стало. Тем более, у меня тоже не было особого таланта. При всех моих усилиях, ранг адепта – мой потолок, и выше тут уже не прыгнешь. Смысл затрачивать больше усилий, чем ты потом сможешь извлечь выгоды? - … неужели даже ваших способностей алхимика оказалось недостаточно? – это некромант произнёс уже куда тише – практически пробормотал себе под нос. Хах… Может, стоит выдать ещё один слой этой её легенды? - Скажем так: мы не сошлись характерами, - повела плечами алхимик, подметив, как машинально кивнул чернокнижник рядом. Ну да, он-то её характер успел сполна оценить… - Думаю, скандал с мастером Маренс стал последней каплей. Я тогда разнесла её алхимическую лабораторию в пух и прах. За меня даже не вступился никто. Так что… ну, что стало – то стало. Не самое редкое явление. Или ты думал, что поступление в Коллегию Винтерхолда автоматически гарантирует тёплое местечко? При дворах ярлов устраиваются единицы, и они за свои места держатся обеими руками. Кто-то пытается прыгнуть выше головы и гибнет на каких-нибудь раскопках или в экспедициях. Кто-то уходит и начинает свои исследования. Кто-то сбегает и присоединяется к ковенам, осознав невозможность выстроить карьеру. Кто-то решает попробовать себя на вольных хлебах, и присоединяется к наёмникам или Имперскому Легиону. Есть и те, кого выгоняют за запрещённые чары и исследования… - Страшная текучка, да? – как-то странно, слово горько, отозвался данмер. - И не говори, - удручённо вздохнула босмерка. Вот и шанс перевести тему! – Каждый год приходит по пять-десять новичков, и половина уже к концу первого года обучения отсеиваются, а официально ранг адепта получает зачастую только один человек с потока. В общем, нет. Может, у них и потрясающая библиотека, а финансирование покрывает не только повседневные нужды Коллегии и экспедиции, но и покупку весьма дорогих ингредиентов – но нет. Холодно, мерзко, местные норды косо смотрят, и все нервные какие-то. Ушла – и ни о чём не жалею. - А я так и не смог туда попасть, - покачал головой собеседник. Хм? То есть он не сразу принял тупейшее решение сунуться к ковенским мразям? – Вот только так и не приняли. В тот день на мосту дежурила одна из мастеров, какая-то альтмерка, и я не справился с её заданием. Мне никогда не давалась магия Восстановления, а она потребовала использовать на ней чары Исцеляющих Рук. Я понимаю, что это не самые высокоранговые чары этой школы, просто… - Не твоя предрасположенность, - кивнув, закончила его предложение Лия. Видно, что больная для него тема… впрочем, не только для него. – Бывает. Каждая раса имеет свои предрасположенности по школам магии и отдельным стихиям. Впрочем, бывают и исключения. У меня самой в детстве была сильная предрасположенность к чарам Восстановления, совсем как у моего отца-священника, однако позже весь баланс перекосило. Скажем так – проснулся талант к Колдовству. Практически противоположные школы, слишком разноплановая энергия, тут баланс могут удержать единицы. Может статься, и у тебя что-то подобное – тогда тебе никак не стать даже экспертом хотя бы в одной школе, твоим потолком будет середнячок-универсал. Но и это неплохо, если уметь применять свои навыки. - Как вы, да? – неожиданно произнёс Релен. Хм? – То, как вы победили меня в нашу первую встречу… и той ночью… Вы не показали никаких высокоранговых чар, и почти все заклятия, что я видел, были лишь ранга новичка – но применённые в нужный момент и в нужных условиях, они обеспечили вам победу. Вы имеете в виду именно это, госпожа Лия? - Верно, - отозвалась та, прикрывая глаза, чтобы не выдать себя ликующим взглядом. Она-то думала, как подводить этого труса к необходимости обучения и развития его магического дара… а он сам намёки делает! Ну просто прелесть! Если бы не сомнительная лояльность, она бы это зашуганное чудо и вовсе от себя не отпустила бы! – Пожалуй…. Завтра, как я приду из леса, напомни мне, что я хотела посмотреть твои предрасположенности. Может, найдём что-нибудь интересное. - А если нет? – голос стоящего рядом молодого мужчины дрогну. Сколько неверия… Что, не может поверить своему счастью? Вот это он зря.   Так или иначе, если не завтра, то послезавтра он уже взвоет. - Если нет – начну гонять по базовым заклинаниям и их применению, - сухо произнесла она, отворачиваясь от обрыва и устремляясь к лестнице. Что примечательно, звук поспешных шагов за спиной не заставил себя ждать. – Давай, поторопись. Нам бы надо вернуться до заката.   Возвращались они почти налегке. Они и так уходили из дома, не особо тяжело загрузившись – лишь оружие, небольшой запас зелий, перекус да бурдюк с водой – всё же Лия рассчитывала собрать трофеи. Но, увы, небольшой ковен не мог похвастаться чем-то особенным. В конце концов, они размещались не в защищённой крепости и даже не в надёжно укрывающей их сети пещер, а всего лишь на не слишком широком скальном карнизе, продуваемом всеми ветрами, так что просто не могли позволить себе складировать барахло. В итоге сам Релен нёс лишь свой полупустой наплечный мешок, в который доложил немного теперь бесхозной посуды да штук пять завалявшихся книг, а сама Лия прицепила на перевязи с десяток флаконов с зельями, пару эльфийских кинжалов и неожиданно мощный посох отворота, способный обращать в бегство не самую слабую нежить. Если повезёт, можно будет пихнуть его тысячи за полторы, и это даже с прижимистостью рифтенских торговцев! А это уже совершенно другие деньги и куда больше возможностей для ремонта. Можно будет купить не только самое необходимое, а подумать о перегородках в доме, чтобы выделить им с Реленом хоть по небольшому закутку, чтобы не ютиться вдвоём в общей комнате…   Вот только размышления о продаже трофеев смёл громкий рёв от основания вырубленной в скале лестницы, по которой они и спускались.   Руку Лия вскинула по привычке, так же по привычке задвигая спутника за спину и выискивая угрозу. У основания лестницы вроде никого не видно… и рёв-то похож на рёв саблезуба – уж к этим местным хищникам босмерка давно привыкла. Но если она и знала, что где-то в этих лесах есть их логова, всё-таки находила во время поиска трав характерные следы лап и когтей, то точного местоположения Лия не знала. И, тем не менее, такой рёв, да в светлое время суток, когда эти хищники должны спать?   У неё определённо было плохое предчувствие. Лия буквально кожей чувствовала, что напорется на неприятности, если влезет во всё это – но и оставить без внимания странное явление всего в нескольких часах пути от своего дома она не могла. Именно поэтому она на секунду повернулась к Релену, прижимая палец к губам в просьбе о молчании, и, опустив трофейный посох на ступени, скользнула к краю ступеней. Вроде бы рёв доносился сбоку… да, отсюда видно, как пара мужчин отбиваются от разъярённого саблезубого тигра, в то время как третий лежит чуть в сторонке, истекая кровью. Ого. Это какие придурки не просто напоролись на логово саблезубого тигра, но ещё и ухитрились так взбесить его, что обычно ленивый и спокойный при свете дня огромный кот решил прервать свой сон? Тем более, эти трое – вернее, уже двое – не похожи на обычных охотников. Конечно, на них были навьючены верёвки, свёрнутые полотнища тканей и перевязи с зельями, но больше ничего с охотничьей братией их не роднило. Никаких луков и стрел, слишком тяжёлая броня, не говоря уже о том, что у обычных охотников на броню, как правило, денег нет. А их оружие? Булавы и боевой молот? Да это просто смешно!   Что-то тут было нечисто. И будь Лия проклята, если упустит возможную угрозу так близко к своему дому. - Не высовывайся, - негромко выдохнула она, прежде чем соскользнуть с лестницы. Не вниз, нет – слишком далеко, и учитывая, как мечутся эти двое, они вполне могут её заметить. Лучше подобраться прямо по скалам… и, пожалуй, лучше не рисковать.   Пальцы скользнули по небольшому молочно-белому флакону в крайней петле перевязи, прежде чем выдернуть его и одним махом выпить его содержимое. Не самое мощное зелье невидимости, конечно, но ей вполне хватит, чтобы пробраться по каменистому склону на небольшой скальный карниз как раз над пещеркой, около которой и состоялся бой. Впрочем, бой уже заканчивался: один удачный удар двуручным молотом пришёлся на череп саблезубому тигру, который и до того был измотан, отчего огромного кота просто отбросило на траву к пещере – с которой он и встал. - Всё? – тем временем неверяще выдохнул один из «охотников», огромный рыжебородый норд с двуручным молотом в руке. – Ну наконец-то… - Чему ты рад, недоумок? – отозвался его лысый напарник с булавой, сплёвывая на землю. – Ты же убил её, придурок, а надо было живьём захватит! Так ещё и Хельги мы положили. Представляешь, как старшой нас взгреет? - Да пошёл он, - огрызнулся рыжебородый «охотник», опираясь на своё оружие. – «Достаньте что-нибудь эдакое»… тьфу! Сам развлекает своих сладкоежек целыми днями, а мы тут рискуем жизнями! Волки ему, видите ли, приелись! Что дальше – нас отправят спригганов притащить? - Типун тебе на язык, - его товарища заметно передёрнуло. – И так с этими волками проблем полно… серьёзно, если бы ублюдки из Зуба Фалдара столько не платили за них, было бы разумнее выгонять на ринг самих сладкоежек. А что? И они после той дряни боли не чувствуют, и толпу бои людей горячат не меньше, чем драки волков.   Так. Кажется, теперь Лия понимает, о чём они толкуют. Знает она пару мест, где неподалёку проводятся волчьи бои – и, если она права, местная шваль вообще берега попутала. Наведаться, что ли, к ним с соседским визитом? Пожалуй, однозначно стоит. Конечно, не сразу, чуть позже, когда она немного натаскает Релена и сможет оставить его присмотреть за домом на несколько дней – но всё равно лучше не затягивать с визитом.   Но это дело будущего. А пока что надо решать проблему в виде двух недоделков, подобравшихся слишком близко к её дому.   И с этой мыслью Лия шагнула со скалы вниз.   Приземлилась она прямо на шею рыжебородому норду с молотом. Собственного веса и захвата коленями хватило, чтобы та отчётливо хрустнула, не успел даже противник упасть – и оттого Лия после его падения не стала задерживаться. Откатиться в сторону… с-скамп! Пришлось в кувырке выхватывать кинжал, силясь полоснуть по ногам лысому «охотнику», которого смерть товарища не особо дезориентировала. А, зараза, по защитной пластине сапога удар пришёлся! Но противника удалось хотя бы замедлить, самой не попав под его атаку, и Лия вскочила на ноги, вновь занося кинжал… … а её противник рухнул, подставляя вверх всмятку разбитый затылок. Это что? Камень? Это ей Релен помог, что ли?   В замешательстве подняв взгляд, Лия оглядела данмера, застывшего на краю лестницы. Релен взволнованно дышал, застыв с ещё не опустившейся после броска рукой, и выглядел не менее удивлённым, чем она себя чувствовала – и что-то подсказывало лучнице, что дело не в удачном броске. Неужели вмешался импульсивно?   Ладно. Похоже, она поторопилась, назвав этого ребёнка трусом.   Оставалось лишь махнуть рукой, подзывая к себе данмера, выражение удивления на лице которого сменилось страхом вперемешку со стыдом – и только потом Лия позволила себе наклониться над телами. У неё есть совсем немного времени, прежде чем Релен спустится, и за это время нужно успеть не только собрать улики, но и, раз уж подвернулась столь удачная возможность, провернуть кое-что. Именно поэтому к тому моменту, когда её постоялец продрался через подлесок к месту боя, босмерка уже довольно улыбалась, рассовывая по карманам пару кошелей и привешивая к поясу вполне себе неплохую двемерскую булаву. А день-то удачно складывается! - Прошу прощения, госпожа Лия, - первым делом склонился в поклоне помощник, прежде чем протянуть ей посох. – Вы приказали мне сидеть тихо, но… простите. Сам не знаю, что на меня нашло. - Я буду ругаться на тебя только в одном случае, - холодно произнесла та, принимая трофей. – Если ты сейчас будешь заверять, что хотел защитить меня из благородных чувств… лучше тогда сам отрежь себе уши. Я всё равно не поверю, а тебе придётся выслушивать всё, что я тебе выскажу. - Об этом я даже не думал, - лишь покачал головой некромант. – Просто… мне больше некуда идти. Я здесь один не выживу. А вы… не знаю, как сказать… со мной случалось и худшее.   Оу, её признали не самым большим злом. Как мило. Аж захотелось принять этот вызов. - Смотри, не взвой потом, - только и буркнула алхимик, отворачиваясь. Поблагодарить, что ли? – И… это был вполне сносный бросок. Может статься, тебе ещё не поздно взять в руки лук. Напомни мне потом, что я обещала посмотреть, выйдет ли из тебя толк в этом плане. - А… да, госпожа! – в голосе за спиной недоверие мешалось с радостью. – И простите, что лезу не в своё дело… но за что вы их? Они тоже шумели? - Не только, - уязвлённо передёрнула плечами Лия. Кажется, теперь она понимает, почему её постоялец так притих… - Не знаю, слышал ли ты их разговор… Но они из пещеры Креггслейн. Может быть, ты не в курсе, но то место – низкопробный игорный дом под присмотром одной местной банды. Не самое плохое место, я там за выпивкой выиграла купчую на свой домик… Однако проблема в другом. Они на другой стороне Рифта, у самой границы с Истмарком. То, что их ловчие добрались сюда – тревожный сигнал, говорящий об усилении их банды, а упоминание зависимых от скумы клиентов даёт повод для размышлений. - Скумы? – недоумё6нно выдохнул за спиной Релен. – Но они, вроде бы, ничего и не говорили о скуме…   Ох ты ж. А слух у него неплохой даже для мера. Расстояние-то было весьма приличным! Интересно, сколь многое он слышал? - У бандитов свой жаргон, - покачала головой алхимик, остановившись перед тушей саблезуба. Вроде бы, глаза и клыки целые… Сойдёт в качестве ингредиентов. – Просторечия, заимствованные слова из других языков, укрепившиеся в речи формулировки из шифровок – особенно этим отличаются банды из приграничья, притом, не самые мелкие, чтобы выражения успели укорениться, и общающиеся между собой. Так сказать, побочный эффект наличия организованной преступности. Разве что «сладкоежками» называют скумовых наркоманов на западной границе, в Друадах – там лунный сахар идёт контрабандой через Хаммерфелл, и лет двадцать назад местные наркоманы начали употреблять его в чистом виде. Оттого и повелось. - Значит… организованная преступность, имеющая связи с бандами Предела? – замявшись на пару секунд, произнёс некромант. А голова у него неплохо варит для новичка в этой области! – Да, это действительно причина для беспокойства. Но, госпожа… Разве вас не потревожит ещё больше, если карательные отряды ярловской стражи начнут бродить по вашему лесу? - Меня больше тревожит то, что будет, если скума будет здесь распространяться так же, как  двадцать лет назад в Пределе, - жёстко произнесла та, шаря по карманам. Да куда же она положила свёрток с долотом и молоточком? Неужели вообще не взяла? – Знаешь, почему там наркоманы начали употреблять лунный сахар в чистом виде и почему их стали называть сладкоежками? Чтобы заполучить себе больше покупателей, торговцы скумой выдавали себя за путешественников, которые покупали припасы на фермах или в небольших городках вроде Картвастена. У них постоянно не оказывалось при себе достаточно денег, и, чтобы расплатиться, они выменивали продукты на «специи». Тот самый лунный сахар. И неизбалованные настоящими сладостями деревенские жители и бедняки щедро добавляли тот в еду, практически моментально подсаживаясь на наркотик. - Но… это же нелепо, - поражённо произнёс собеседник. – Они же… деревенщины. Беднота. Откуда у них деньги на скуму? Да как, чёрт возьми, они вообще узнавали о ней? - Просто потом, когда их настигала ломка, в деревни заглядывали новые посетители, которые «совершенно случайно» узнавали симптомы и рассказывали о скуме и лунном сахаре, - разочарованно покачала головой босмерка. И впрямь забыла инструменты! А ведь завтра тела здесь может и не быть! – И – какое совпадение! – поблизости всегда оказывалось логово торговцев скумой, к которым и стремились отчаявшиеся или их излишне наивные и сердобольные родственники, которые хотели хотя бы так облегчить страдания. И всё. Ловушка захлопывалась. А новые клиенты долго платить за скуму не могли. И кто-то сам вступал в банды как одноразовый инструмент и смазка для клинков противника, а кто-то сам начинал подсаживать на скуму всех, кого мог, в надежде обратить на себя внимание своего «благодетеля». Но в итоге они теряли всё своё имущество, и либо оказывались в рабском ошейнике, либо же просто умирали. - Звучит ужасно, - голос данмера за её спиной звучал сдавленно. – Я, конечно, слышал, что в те годы в Скайриме после восстания Короля-в-лохмотьях было очень неспокойно, но чтобы настолько… - Природа не терпит пустоты, и это касается всего в этом мире, - равнодушно пожала плечами Лия, поднимаясь на ноги. Обидно, конечно – но она и так получила и трофеи, и интересную информацию. Не стоит быть слишком жадной. – Раньше ту часть Скайрима контролировали ричмены… ну, Изгои, как их теперь называют. После неудачного восстания Мадонаха, битвы с людьми Ульфрика Буревестника и Тризны их численность заметно сократилась, и остатки ричменов просто не могли контролировать былые территории. Примерно в то же время давление Талмора в Хаммерфелле усилилось, и через границу хлынул новый поток беженцев, притом, многие полагались на помощь контрабандистов и оказались связаны с криминалом. Этого было недостаточно, чтобы говорить о создании полноценной диаспоры и захвате территории, но… Так или иначе, у них не получилось. Что стало – то стало. - Сдохли – и даэдра с ними, - раздражённо выдохнул за спиной Релен, плюнув на землю. – Даже хоронить их не хочется. Может, уже вернёмся, госпожа… кто здесь?   А? Лия мгновенно крутанулась вокруг своей оси, выдёргивая из ножен убранный было кинжал. Она где-то пропустила противника? Нет, тот лежащий вдали третий бандит был мёртв ещё до его прихода – земля под ним прилично пропиталась кровью, и даже если он был жив какое-то время с такой серьёзной кровопотерей, то точно небоеспособен. Или где-то был ещё один? Кусты тут достаточно редкие, чтобы спрятаться, а берёзы чуть дальше слишком молодые и тонкие, чтобы за ними спряталась даже она сама, не говоря уже о взрослом норде, которые щуплым телосложением, как правило, не отличаются. Разве что кто-то есть в пещере… да, судя по тому, как шатнулся от неё Релен, именно там. Коротко кивнув данмеру, который вцепился в собственный дрянной кинжал, Лия скользнула к тёмному провалу под скальным навесом…   И замерла.   Она прекрасно знала, что представляет из себя логово саблезубого тигра – в конце концов, за более чем двадцать лет в Скайриме она достаточно сталкивалась с этими хищниками, и поэтому растерзанная туша оленя с ещё свежей кровью её не удивила. Не удивила и пара разорванных скелетов в углу пещеры, всё же излишне самоуверенные охотники не редкость, а более-менее целый колчан со стрелами лишь порадовал.   Нет. Её удивило другое.   Труп детёныша саблезуба с проломленной головой – и живой детёныш рядом, негромко пищащий и жмущийся между камней. Совсем ещё маленький, ещё слепой и с редкой шерстью, с царапиной через всю морду, задевающей пока ещё закрытый глаз… но живой.   И будь Лия проклята, если знала, что с этим делать. - Госпожа Лия, всё в поряд… оу, - только и выдохнул Релен, заглянувший в пещеру. – Это то, о чём я думаю? - Да – похоже, именно за этим «чем-нибудь эдаким» и шли те недоумки, - выдохнула Лия, опуская кинжал. Верно – одно дело притащить на другой конец Рифта сопротивляющегося саблезуба, и совершенно другое донести пару котят, которых вполне можно вырастить и натаскать, и за которых любители диковинок могут отвалить немало золота.   Вот только прояснившийся момент не отменял совершенно другого вопроса.   Что ей, даэдра всё побери, делать с котёнком? - Добьём? – вопросительно потянул молодой мужчина рядом – и, стоило только обернуться к нему, как он стушевался. – Что? Он ещё маленький, да и ранен. Сам по себе он нескоро сможет охотиться и просто умрёт от голода. И не вы ли хотели, чтобы эти леса стали тише, госпожа Лия? - Хищники – это ещё одна линия естественной защиты, - покачала головой та, присаживаясь на корточки. Верно, не выживет сам… И подкинуть другим саблезубам не вариант – они ревностно следят за своими охотничьими угодьями, настолько, что самцы могут сами убить детёнышей. Потому самка саблезуба и была здесь одна. Но… - Давай так. У тебя самого поднимется рука его добить? - Это… ладно, я понял, госпожа, - голос данмера звучал смущённо. – Но бросить его тут? Это ещё более жестоко. Добить было бы милосердней. - Тебя тогда тоже было милосердней бы добить, - жёстко отозвалась босмерка, оглядываясь по сторонам. Где-то она видела окровавленные лоскуты кожи… да, подойдёт. Замотав руку кожей, она протянула её к детёнышу саблезуба, который шарахнулся в сторону от прикосновения. Даже не попытался укусить? Впрочем, он же ранен, и пока ещё толком не понимает, что происходит… - И меня в своё время было бы милосердней добить – но вот мы. Не совсем здоровые, не совсем в своём уме, далеко не на вершине сил и славы… но мы живы, и у нас всё впереди. И у этого детёныша тоже. - У вас словно котёнка никогда не было, - вздохнул за спиной собеседник. А вот тут он попал в цель! – Только не говорите, что вы собираетесь забрать его! Вы, конечно, босмерка, но приручать животных… - Он ещё маленький и не открыл глаза – может запечатлеть первого, кого увидит, - покачала головой алхимик, наконец аккуратно поглаживая жмущегося котёнка. А теперь – достать флакон с лечебным зельем. У эликсира из бесовского гриба и голубого горноцвета, конечно, нет охлаждаюшего эффекта, лучше снимающего боль, но составы с бесовским грибом делают пациентов более вялыми, и им сейчас это не повредит. – Сложности пока будут только с прокормом. Не знаю, способен ли такой крохотный детёныш есть мясо. А молоко… - В принципе, до заката мы можем успеть на ферму Снегоходов, - ответ некроманта раздался неожиданно. Что? Повернувшись к нему, Лия окинула его недоумённым взглядом, на что Релен со смиренным видом пожал плечами. – Вы же всё равно возьмёте его, верно? Не то, чтобы я могу возразить. Значит, нужно подумать о еде. Мы, конечно, не успеем домой до заката, но… - Я всё равно хотела на днях попасть в Рифтен, продать трофеи – так что мы вполне можем совместить, - слабо улыбнулась она, подхватывая вяло сопротивляющегося после зелья котёнка на руки. – Так что не имею ничего против. Тем более… раз уж тут теперь мой дом, не мешает и с соседями познакомиться.