Cola

      Звук хлопнувшей соседней двери вырвал Джейсона из прелестного сна с личной гоночной машиной, особняком на Майорке и пожизненным запасом острых начос. Глаза все еще болели из-за остаточной температуры, а спину ломило так, будто его несколько раз приложили к борту, а потом еще и сверху проехались коньками. Он стоически пытался отслеживать ход сегодняшнего матча (Роуз охотно согласилась посидеть на трибунах), но в какой-то момент раскалывающаяся голова взяла свое, и он уснул. Особой вины при этом Джейсон не чувствовал. Лежать без дела уже который день надоело. Он даже успел пересчитать количество мелких трещин на потолке - ровно одиннадцать. Не без труда поднявшись с кровати, Джейсон вышел из комнаты и постучал в дверь Шейна. Прошло несколько минут, прежде чем та отворилась.       - Как всё прошло?       - Мы выиграли, - Шейн вытирал мокрые волосы полотенцем и отошел в сторону, пропуская брата внутрь.        - Я и не сомневался, - Джейсон со стоном рухнул на чужую кровать, прохладное покрывало приятно холодило спину, - извини, я уснул в процессе.       - Я так и понял. Роуз мне написала, чтобы я проверил не помер ли ты, раз перестал отвечать ей на сообщения.       - По ощущениям, так и есть.       - Тебе повезло, закроешь больничный и сразу на каникулы. Кстати, - Шейн начал складывать полотенце - явный признак его нервозности, Джейсон прищурился, - нам поступило предложение.       - Я весь внимание.       - Розановы хотят посетить Монреаль на этих каникулах. Мама с папой тоже ведь планировали туда съездить с нами на матч с Бостоном.        - Ок, а в чем заключается предложение?       - Я сейчас возвращался домой с Ильей, мы разговорились - Шейн выровнил уголки полотенца, - и он спросил, не хотели бы наши семьи вместе посетить город, ну и матч заодно очевидно.        Джейсон задумался. Идея была чертовски заманчивой: несколько дней в городе действующих чемпионов НХЛ, новогодняя атмосфера и веселая компания, что может быть лучше? Кстати о компании:       - Так вы с Ильей теперь друзья?       Шейн как-то странно дернулся и вполоборота уставился на брата, чем до жути напомнил Джейсону мем с обезьянкой в зеленой рубашке.       Че это с ним?       - Эм, ну, - Шейн схватил несчастное триста раз сложенное полотенце и торопливо зашел в ванную, чуть погодя оттуда донеслось приглушенное, - типа того.       - Я рад! Илья прикольный, да и хоккеист отличный, - из горла вырвался хриплый кашель, - тебе будет чему у него поучиться!       Это был запрещенный, но любимый прием, ведь доводить брата до белого каления сравнением с кем-либо доставляло Джейсону непередаваемое удовольствие. Но было очень странно впервые не услышать возмущение в ответ. Шейн вообще никак не отреагировал. Может не услышал? Или радость от победы оказалась сильнее раздражения? В боку неприятно кольнуло, Джейсон в очередной раз обреченно простонал.       Боги, за что мне всё это?       Шейн так и не вышел из ванной. Джейсон потерся головой о чужую подушку. Потолок в его спальне был светло-бежевого оттенка, в то время как в спальне его брата он почему-то был серо-голубой. Чем руководствовались родители при выборе цвета краски, Джейсон так и не понял. Иногда у него возникало желание спросить об этом, но он тут же забывал, всё равно эта информация не смогла бы как-то поменяет его жизнь. В дверь постучали.       - Шейн, - послышался приглушенный голос Дэвида, - разбуди брата и спускайтесь ужинать.       - Пап, я тут!       - Ах, - дверь открылась и показалась начинающая седеть голова отца, - отлично! Как ты себя чувствуешь, сынок?       - Уже лучше, - Джейсон встал с кровати, - Шейн в ванной. Шейн!       - Пару минут, иди пока.       Дэвид кивнул, затем подмигнул сыну и ушёл. Джейсон повернулся к двери в ванную. Звука льющейся воды не было, вообще никаких звуков не было. Только свет от светильника над зеркалом. Хотелось зайти и проверить, чем же там занимается Шейн, но Джейсона что-то остановило.       - Эм, всё хорошо?        - Да, иди, не жди меня.       Джейсон еще минуту буравил взглядом дверной проём, затем покачал головой и вышел из комнаты.

***

 

      В это рождество в доме Холландеров, как обычно, шумно. Сестры Сузуки уже давно выросли из игр в догонялки, но вот визг от них всё тот же, только теперь из-за какого-то парня, которого они не могут поделить. Дядя Аксель и тетя Марион о чем-то жарко спорят в гостиной, судя по пышущему гневом лицу мужчины и оскалу женщины, эти двое либо поубивают друг друга до ужина, либо в очередной раз распишутся, чтобы потом снова развестись спустя месяц. Все остальные разбрелись по разным углам первого этажа. Мимо ругающейся парочки прошмыгнул Кайл Свифт, держа в руках два бокала с глинтвейном. Его очки отбрасывали блики от елочной гирлянды, блондинистые волосы подпрыгивали в такт шагов. Этот молодой человек появился не так давно в компании, Юна до сих пор вспоминает со смехом прошлогодний вечер, когда друг семьи Эрик Беннетт представил своего парня всем собравшимся. Всеобщую тишину тогда прервала мама Дэвида. На вопрос, где же тогда его бывшая жена, Эрик лишь смущенно напомнил, что они уже пять лет как в разводе. Бабушка открыла в шоке рот. А через десять секунд спросила, зачем Кайлу нужен “этот старикан”. Взрыв смеха разрядил атмосферу, а к концу вечера все уже разговаривали с Кайлом как со старым другом.       Кресло-качалка, так любимое бабушкой Холландер, в этот день пустовало. Шерстяной жилет с белыми ромбами аккуратно висел на спинке. Подлокотники из красного дерева как всегда отливали глянцем под приглушенным освещением столовой, а наполнитель сидения все еще хранил очертания чужого тела. Джейсон скучал по бабушке. Её не стало седьмого марта. В тот день Джейсон и Шейн как раз выбирали тот самый шерстяной жилет в магазине, они даже поругались из-за цвета: один хотел красный, другой - синий. В процессе выяснения кто же из них двоих не прав (Шейн объективно), им позвонил отец с коротким: “Бабушка умерла”. Весь запал тут же стих. К ним тогда подошла консультант и с улыбкой предложила компромисс: “Мальчики, не ругайтесь, возьмите вот этот цвет”. В её руках лежал аккуратно сложенный бежевый жилет. Вечером покупка уже висела на спинке кресла и с тех пор лишь иногда убиралась, чтобы смахнуть с поверхности образовавшуюся пыль.        Джейсон зашел на кухню. Родители стояли возле холодильника, рука отца аккуратно лежала на талии мамы, пока Юна, покручивая руке бокал с красным вином, быстро о чем-то говорила. Дэвид с улыбкой кивал, попеременно отпивая из своего бокала. Интересно, будет ли когда-нибудь Джейсон с такой же улыбкой смотреть на кого-то? Готов ли будет пожертвовать всем ради этого человека?       - О чем думаешь?       Рядом остановился Шейн с бессменной баночкой имбирного эля в руке. Этот идиот был готов убить себя за съеденную дольку шоколада, но вот эту сахарную газировку может пить по десять раз на дню. Джейсон иногда, а точнее большую часть своей жизни, не понимал логику брата.       - Думаю, что стоило добавить в глинтвейн больше вина. Меня не вставило.       - Ну не на семейном ужине ведь!       - Не занудствуй, хотя бы сегодня.       Шейн лишь поджал губы и отпил из банки. В кармане завибрировал телефон. Роуз предлагала выбраться куда-нибудь 31-ого декабря. Предложение было очень даже кстати, Джейсону как раз хотелось познакомить подругу с Ильей. Она любила хоккей и красивых парней, а Илья - это Илья.        Дэвид постучал вилкой по бокалу и позвал всех за стол. После общей молитвы, все почтили память Ингрид Холландер и приступили к трапезе. На протяжении всего вечера за столом то и дело раздавался смех, все постепенно хмелели, щеки становились розовее, и ближе к полуночи на глаза собравшихся опустилась мягкая дымка. Сестры Сузуки в обнимку спали на стульях.        Проводив гостей по комнатам, Джейсон спустился вниз, где неторопливо перемещались родители. На повороте Юна опасно покачнулась, но подоспевший вовремя Дэвид придержал ту под локоть и они тихо рассмеялись. Шейн складывал скатерть и чему-то улыбался. Наверно тоже умилился с родителей. Джейсон подошел к креслу-качалке и провел рукой по гладкому дереву. Уголки губ приподнялись. Если бы бабушка была сейчас рядом, она бы в очередной раз рассказала историю покупки этого кресла в далеком шестьдесят пятом. Подшутила над тем, что оно настолько крепкое, что даже её переживет. Так и получилось. Рука надавила на спинку и кресло закачалось, издавая тихий шорох от соприкосновения с ковром. На плечо опустилась чья-то рука, обернувшись и увидев сочувствующую улыбку отца, Джейсон осознал, что из глаз всё это время текли слёзы.        - Папа.       - Я знаю, сынок, я знаю.         Этой ночью Джейсону приснилась, нет, не бабушка, приснилась мама. Облаченная в свадебное платье с фотографий в семейном альбоме, она устало улыбалась. При этом диван, на котором та лежала, Джейсон видел впервые. Юна выглядела старше своих лет, на вид ей было около восьмидесяти. Все лицо испещрено мелкими морщинками, но глаза яркие как у ребенка. Она протянула тонкую, высушенную годами, руку и тихо, но с присущими ей строгими нотками, произнесла: “Не ругайся на брата, он хочет как лучше”. Джейсон уже хотел подойти и спросить, что она имела в виду, как мама внезапно закатила глаза и издала тяжелый хрип. Он было дернулся в её сторону, но ноги не слушались, опустив взгляд, он увидел как они буквально вросли в паркет. Хотелось закричать, но рот не открывался. Джейсон проснулся с бешено колотящимся сердцем. Всю сонливость как рукой сняло. В детстве ему часто снились кошмары, но вот уже десять лет он не видел ни одного. До сегодняшнего дня. И в таких случаях снова уснуть ему удавалось благодаря только одной вещи.        Аккуратно провернув замок от чужой двери, Джейсон тихо прокрался к кровати брата. Судя по еще теплому абажуру прикроватной лампы, тот уснул совсем недавно.       - Шейн, - прошептал Джейсон, положил свое одеяло с подушкой на стул и чуть потряс брата, - Шееейн!       Шейн не сразу проснулся, а когда проснулся, сощурился, пытаясь сфокусировать взгляд.       - Джей? Что случилось?       - Двигайся.       Брат нахмурился и натянул одеяло повыше.       - Какого хрена?       - Двигайся, кому говорю, я буду тут спать сегодня, - Джейсон просунул руки под спину Шейна и попытался перевернуть его. В детстве это было просто, сейчас же попытка сдвинуть огромное тело вынуждала напрячь все мышцы рук и спины.       - У тебя своей кровати что ль нет? - Шейн не сдавался и ни на дюйм не сдвинулся.       - Я так и не увидел от тебя подарок на рождество, поэтому ты подаришь мне ночь в своей кровати.        - Ты в курсе, что это звучит максимально мерзко?       На это Джейсон лишь гаденько захихикал. Брат обреченно выдохнул и отодвинулся. Нагретая простыня моментально успокоила расшатанные мгновениями ранее нервы. Снаружи тихо завывал ветер.        - Не помню, когда в последний раз мы вместе спали в  кровати, - Шейн повернулся и натянул одеяло брата повыше.       - Лет десять назад, - Джейсон зевнул и закинул ногу на чужую, - Если честно, я пришел по той же причине, что и в те года.       - Снова кошмары?        - Да, но я не знаю почему.       Шейн ничего не ответил. Какое-то время они молча рассматривали друг друга. Иногда Джейсон забывал, что они буквально одинаковые. Он настолько привык к существованию брата в своей жизни, что даже не мог представить иную реальность, где он единственный сын. Это было просто невозможно. И абсолютно неправильно. Единственное различие было в наличии у Шейна веснушек на лице, которые придавали тому легкое очарование. Шейн будто был ребенком солнца. Он часто огрызался, спорил и возмущался по пустякам, но при этом всегда сохранял непоколебимость в стрессовых ситуациях. На него можно было положиться. Джейсон же предпочитал плыть по течению, авось куда-нибудь и прибьется. Уже в полудреме он почувствовал, как чужие руки обвили его шею, и где-то на периферии сознания послышалось тихое: “С Рождеством.”   

***

        - Холландеры едут в Монреаль 28 декабря.       Стук приборов о тарелки тут же прекратился. Ирина замерла с не донесенной до рта лазаньей. Лиам поставил кружку на стол и вопросительно уставился на брата. Эндрю Фицрой, в последнее время частенько составляющий компанию Розановым во время ужинов, непонимающе переводил взгляд с одного на другого члена семьи.       - И? - Лиам скрипнул ножом по тарелке, все в комнате и он в том числе поморщились.       - Я предложил съездить всем вместе, - Илья начал расковыривать свою лазанью, превращая её в неприглядное мессиво.       - Это отличная идея! - Ирина тут же забыла о своей еде и сложила руки под подбородком, - Мы как раз думали на днях с Эндрю ехать лучше 27-ого или 28-ого.       Жующий Эндрю активно закивал.       - Возьми у Джейсона номер его родителей, я свяжусь с ними.        Женщина в предвкушении сжала кулаки. Она обожала новые знакомства. Илья довольно доедал выпотрошенную лазанью. Лиам же общих восторгов, к своему неудовольствию, не разделял. Нет, дело было не в Холландерах. Ему нравился Джей, да и Шейн, почти незнакомый, тоже нравился. Этот необщительный на вид парень периодически присылал ему на почту свои учебные материалы по французскому языку, и иногда помогал в изучении деловой переписки. В остальном же, они ни разу не виделись с того инцидента в книжном. Учитывая приветливость близнецов, Лиам не сомневался, что и старшие Холландеры окажутся такими же хорошими людьми. И если бы злополучная фраза Ильи прозвучала хотя бы сегодня утром, то Лиам уже выбирал бы какие джинсы возьмёт с собой в поездку. Однако, всё настроение этой прекрасной пятницы было испорчено одним обстоятельством. Имя этому обстоятельству - Антуан Лесаж. Лиам сжал вилку в руке с такой силой, что аж пальцы побелели. Этот французишка вот уже две недели строил из себя святую невинность, игнорируя какие-либо намеки от Лиама, будто не терся своим пахом о чужую задницу в том клубе. И ладно бы только это, так он еще и перестал как-либо поддерживать диалог с Лиамом в переписке. Всё общение ограничивалось разными вариациями:       ypjtwya: Приветули! Как ты сам? Сегодня будешь на разговорке? Я без тебя никак ;)))       Ant_Les_Ouf: Привет, да, конечно приду.       И всё! Лиам конечно был наслышан о френдзоне, но чтобы самому в неё попасть - это было абсолютно новым, и абсолютно нежелательным опытом.        Просто.        Блять.        Какого хера?        Да в новой школе каждый второй готов или готова упасть ниц за его сообщение в личку, а тут какой-то долговязый мудак его просто заигнорил. При этом на уроках разговорного французского всё общение ограничивалось лишь приветствием и прогоном диалогов. Ничего сверх того. Как так? И именно сегодня, спустя две недели, этот мать-его-Тони внезапно решил спросить, чем будет занят Лиам на выходных. От емкого “Ты внезапно вспомнил о моем существовании? Да иди ты нахуй!” Лиама спас прозвеневший звонок. А потом Розанов и вовсе пересел на освободившиеся рядом с Эмили место. Лучшее оскорбление - игнор.        - Шейн тоже едет?       От взгляда Лиама не ускользнуло внезапно нахмурившееся лицо брата.       Так, так, так.       - Должен. А что?       - Он милый, - Лиам невинно протер салфеткой губы. Ирина с Эндрю над чем-то заливисто смеялись возле кухонного гарнитура, - и помогает мне периодически.       - Ты с ним общаешься? Почему я только сейчас об этом узнаю?       - А схуяли я тебе должен отчитываться?       Лиам коротко глянул на мать, но благо его последняя реплика не была услышана. Он вновь взглянул на брата, тот то ли думал, что ответить, то ли внезапно понял, что не всегда нужно оставлять за собой последнее слово. Хотя о чем вообще речь? Розановы всегда заканчивают диалоги на своих условиях.       - И где ты с ним общаешься? - Илья поставил оба локтя на стол и отпил из чашки.       - Почта, фейсбук, инста. И еще две каких-то ноунейм соцсети. Где он мне пишет, там и общаемся.       - Где он тебе пишет?        - Какие-то проблемы?       Илья готов был что-то ответить, но потом захлопнул рот и лишь произнес:       - Никаких.       На том разговор и был закончен. Лиам гадал, что за фигня сейчас произошла. Илья что настолько ненавидел этого парня? Тогда зачем предлагать двум семьям ехать вместе, или он надеялся, что Шейн останется дома и будет смотреть матч по телевизору? Судя по периодическим сторис в инсте Шейна, тот был таким же хардкорным хоккеистом, как и Илья. Наверно брат видел в нем своего соперника. Видимо на той почве и не сошлись. Или же дело совсем в другом?        Посмеявшись на прощание с несмешной шутки Эндрю, Лиам закрыл за ним входную дверь и зашёл в свою комнату. Утренний вопрос от Тони всё еще вызывал злость где-то в недрах организма, но рука как назло сама потянулась к телефону. Через пару кликов он уже рассматривал чужой профиль в инстаграме. Никаких новых постов. Всё те же фото с пробежки, всё та же собака. Лиам тяжело выдохнул. Ему определенно нужно найти кого-то и отвлечься. Следующие полчаса были посвящены скроллингу ленты и отметкам, под понравившимися постами. Один из них представлял собой фото вечерней заснеженной улицы Оттавы. Ничего особенного, такие пейзажи Лиам наблюдал каждую зиму в Москве. Но это фото почему-то показалось таким уютным. Уже потянувшись к “сердечку” он с удивлением обнаружил, что фото принадлежит аккаунту Шейна, подпись гласила: “Если под снегом скрывается улица. То что скрывает улица?”. Лиам усмехнулся, лайкнул пост и оставил комментарий: “Чьи-то секреты ;)”.       Утром его разбудил будильник и Лиам проклял себя вчерашнего, забывшего выключить ежедневный звонок. На улице все еще было темно, а в доме тихо. Ближайшая рабочая смена мамы только 30-ого декабря. И судя по опущенным уголкам губ женщины двумя днями ранее, Ирина будет работать в ночную смену с 31-ого на 1-ое. Что ж, не впервой встречать новый год за пределами дома. Настенные часы показывали 7:46. Ничто не мешало перевернуться на другой бок, упереться головой в прохладную стену и попытаться урвать еще пару часов сна, но почему-то этого не хотелось. В голову пришла бредовая мысль и Лиам не стал ей противиться. Подорвавшись с кровати, он судорожно начал натягивать на себя джинсы. В коридоре стояла кромешная тьма, освещаемая только светом от уличного фонаря из окна на кухне. Лиам надел куртку, уже потянулся к шапке, но остановился и натянул на голову капюшон. Тихо открыв дверь, он вышел на улицу. В лицо тут же ударил утренний мороз. Вчера в Оттаве внезапно похолодало до -18. За крышей дома напротив виднелось постепенно поднимающееся из-за горизонта солнце. Лиам прошел чуть вниз по тропинке. Вот тут. Идеально. И, не долго думая, упал спиной на снег. Из груди вырвалось облако пара, тихий смех прокатился по замершей улице. Как же хорошо! Никаких проблем, лежишь себе просто и ни о чем не думаешь. Поток ветра поднял слой серебристого снега и накрыл им тело Лиама. Веки опустились. В тот день стояла такая же погода.  

25 января 2XXX года.

        Чьи-то тела постоянно задевали его спину. Очередной якобы сочувствующий родственник (или это был друг семьи?) погладил Лиама по голове. Лиама это раздражало. И все эти люди раздражали. Он хотел видеть лишь маму и брата, но тех не было рядом. Ирина после выслушивания нотаций от старшей сестры отца куда-то ушла и не появлялась уже минут сорок. С Ильей было сложнее.       - Мой мальчик, - очередной мужчина с зажатой в огромной красной руке рюмкой, выдавил из себя натянутую улыбку, - крепись!       Лиам на это лишь кивнул. Все равно все пришли сюда только ради распития алкоголя и обсуждения сплетен. Никто на самом деле не скорбел.       “Григорий Розанов. Мужество и честь навсегда с тобой!” - гласила надпись под черно-белым портретом. Если с “мужеством” еще можно было худо-бедно согласиться, то вот с “честью” отец, по мнению Лиама, не имел ничего общего. Если бы можно было выбрать подходящую фразу, то ею была бы “Человек, превративший жизнь своей семьи в ад”. Она бы отлично смотрелась на могильной плите. Лиам даже готов был каждый год приезжать на кладбище и протирать мрамор, чтобы любой мимо проходящий человек мог с презрением окинуть взглядом  портрет мужчины.        Рядом хлопнула дверь и Лиам увидел стремительно покидающую комнату мать, её длинные белокурые кудри были скрыты под черной вуалью. За ней ругаясь следовала тетя. Её и так стало слишком много в их жизни за последний год. А сегодня так вообще не отходила от Ирины ни на шаг. Лиам в очередной раз кивнул на соболезнования от какой-то женщины с ярко-малиновыми губами и пошел в направлении, где ранее скрылась фигура мамы.       - …из себя дуру, ты знаешь где он их хранил!       - Да сколько раз мне вам говорить, я ничего не знаю! - Ирина обреченно возвела глаза к потолку.       - Ну конечно, не знает она! - Грузная женщина развела руками и зашагала из стороны в сторону, - Я вас, таких, - неопределенно махнула рукой та, - знаю!       Ирина закачала головой и тихо ответила:       - У меня нет никакого желания с вами сегодня ругаться. Побойтесь бога, разве стоит это все выяснять на похоронах вашего брата?       - Ты меня тут богом не попрекай! - зашипела женщина, - Разговор не окончен, даю неделю, иначе обращусь в полицию.       - Делайте, что хотите.       Тетя окинула Ирину гневным взглядом и развернулась. Увидев Лиама в проходе, она, в присущей ей манере, расплылась в елейной улыбке.       - Заечка моя, а ты почему не в столовой?       - Я устал, я хочу спать, - на мгновение улыбка тети померкла, но тут же вернулась в изначальную форму.       - Таковы традиции, Кирюша, нужно отдать дань папе, - она подошла и как и множество других людей провела рукой по кудрявой макушке Лиама, а затем, бросив очередной гневный взгляд на Ирину, вышла из комнаты. Спустя мгновение из столовой послышался её раскистый смех.       Ирина сидела сгорбившись на кровати. Лицо, и без того ужасно уставшее, в свете из проема казалось мертвецки-бледным, под глазами залегли темные тени. Лиам сел рядом и оперся головой о теплое материнское плечо.       - Мам, - тихо прошептал он, - когда мы пойдем к Илье?       - Завтра, сынок, завтра, - она обняла сына и поцеловала того в макушку. Грудь сдавило и на глазах впервые за день выступили слезы.       - Это я виноват.       Ирина тут же приложила ладони к щекам сына. Большие пальцы стирали стекающие вниз слезы.       - Нет, нет, нет! Не говори так! Ты ни в чем не виноват!       - Если бы не я, - всхлипывал Лиам, - Если бы я был рядом, он бы не…       - Тихо, тихо, - она притянула сына к груди и начала тихонько качаться взад-вперед, - все будет хорошо. Илья сильный, и ты сильный! Вы самые прекрасные мужчины из всех, что я видела. Совсем скоро все наладится, я тебе обещаю.       Лиам в очередной раз всхлипнул и повернулся к проему, где очередной престарелый мужчина распинался в почтении к усопшему. Либо все эти люди были не в курсе реального положения дел внутри семьи Розановых, либо всё знали, но молча игнорировали. И почему-то Лиам был уверен, что реальным был именно второй вариант.        Тот вечер закончился опрокинутым столом из-за одного особо захмелевшего гостя. Кто-то даже умудрился подраться. Не поминки, а цирк. Ирина осталась убирать погром вместе с несколькими, не особо в этом заинтересованными, родственниками, которые скорее делали вид, что помогают. Лиам пытался помочь маме, но после очередного отказа, все-таки поднялся к себе в комнату. Он думал, что не сможет заснуть, но стоило только опустить голову на подушку, как сознание тут же отключилось. Это был самый спокойный сон за последние несколько лет.  

***

28 декабря.

        Ирина жестикулируя что-то эмоционально рассказывала, пока Юна потягивала свой кофе и задавала уточняющие вопросы. Рядом сидящий Дэвид показывал Эндрю свои фото с недавней рыбалки. На стадионе было наиболее оживленно. Свободных мест можно было по пальцам пересчитать, еще бы, последний матч в этом году. Чудом удалось урвать места на нижнем ярусе. А благодарить за это чудо стоило Эрика и его связи. Да и в целом, если бы не он, братья Холландеры наверно и не увлеклись хоккеем. Джейсон до сих пор помнит как, будучи совсем мелким пацаненком, с горящими глазами смотрел матчи Беннетта. То, как огромный мужчина охранял ворота от противников, вызывало трепет во всём теле. Джейсон тоже загорелся идеей стать вратарем, но увидев однажды летом, во время вылазки с родителями к озеру, обилие синяков на теле Эрика, передумал. Тренер предложил вариант с нападающим, так и повелось.        - Я думал, они в контрах, - Лиам закинул в рот горсть попкорна.       - Кто?       - Ну брат твой и Илья.       Джейсон непонимающе посмотрел на впереди стоящий ряд. Эрику хоть и удалось урвать восемь билетов, но вот только в разных рядах. Старшие сидели позади, Лиам и Джейсон ниже, а Илья и Шейн прямо перед ними. И эти двое сейчас оживленно что-то обсуждали, но из-за шума и постоянно снующих туда-сюда людей невозможно было что-либо услышать.       - Шейн недавно сказал, что они “типа” друзья, - Лиам замер с не донесенным до рта попкорном.       - Это еще что за хрень?       - Да я тоже особо не понял, если честно. Но судя по тому как эти двое всю дорогу о чем-то шептались, поубивать они друг друга вряд ли планируют, - Лиам на это лишь задумчиво покивал головой и все-таки съел свой попкорн.        С минуты на минуту должен был начаться матч. Монреаль Метрос против Бостон Рейдерс. Шейн был фанатом местной команды и мечтал туда попасть, Джейсон же восхищения брата особо не разделял, ему больше по душе были Нью-Йоркские Адмиралы. Пропаганда Эрика о “самой лучшей команде в мире” была очень действенной. Рядом сидящий Лиам периодически обреченно вздыхал. О том, что он единственный из всей сегодняшней компании, кто не любил хоккей, Джейсон узнал еще в первые дни знакомства. Наверно, было ужасно скучно сидеть и смотреть на вещи, которые тебе совершенно не интересны. Но к большой чести парня, свое недовольство ему с переменным успехом удавалось скрывать.       В первом периоде Монреаль забил две шайбы. И на каждом из этих голов стадион взрывался, казалось, что вибрация от топота болельщиков могла бы вызвать небольшое городское землетрясение. Шейн вместе со всеми скандировал фанатские кричалки. Илья же вяло хлопал. Видимо ему больше по душе был Бостон, потому что во время каждой попытки желто-черных забить, он шипел “Давай, давай, давай” на русском. Этому слову он недавно научил всю школьную команду.       Во втором периоде Бостону все же удалось урвать один гол, но ситуация внезапно изменилась во второй половине третьего - капитан Тихомиров оформил дубль. Илья с ликующим возгласом подорвался со своего сиденья. Рядом сидящая седовласая женщина в синем джерси с укором посмотрела на него. Болельщики Монреаля были в ярости. В ярости судя по всему была и сама команда, ведь всего через несколько секунд один из них со всей силы во время очередного маневра ударил клюшкой защитника Бостона. Дальнейшие события развивались стремительно: вот защитник замахивается на противника, о лёд спустя мгновение ударяется чужой шлем и прокатывается до середины площадки, будто один из камней для кёрлинга. Кто-то кричит, глухой стук хоккейной экипировки. Джейсону стоило лишь на мгновение прикрыть глаза, как вместо рассредоточенных по покрытию хоккеистов он уже наблюдал кучу дерущихся мужчин. Четверо судей пытались разнять толпу озверевших игроков.        - Наш рукопашный бой! Земля тряслась — как наши груди, смешались в кучу кони, люди, - рядом сидящий Лиам с восторгом наблюдал массовую драку и активно уничтожал остатки попкорна уже из ведра Джейсона.       - Что это значит?       - Потом расскажу, - он подмигнул и шумно отпил свою фанту.        Илья так же как и его брат радовался происходящему, он указывал на кого-то пальцем и смеялся, пока Шейн со злостью смотрел на него скрестив руки. В какой-то момент Илья закинул свою руку на чужие плечи и что-то очень тихо сказал. Джейсон уже предвкушал, что брат сейчас как обычно скинет чужую конечность со своего тела, как делал всегда и со всеми, но в этот раз он почему-то этого не сделал. И к еще большему удивлению Джейсона, тот повернулся с Илье и так же тихо, но с легкой улыбкой, что-то произнес в ответ.       Какого хрена?       Джейсон тут же дернул ничего не подозревающего Лиама.       - Вниз, вниз, смотри вниз!       - Куда? Зачем? - парень негодующе осматривал нижний ряд. Джейсон большим пальцем указал на парочку впереди. Лиам сначала не понял, что не так, а потом его брови взметнулись вверх, губы растянулись в зловещей ухмылке.       - Что ты там говорил? “Типа” друзья да?       Джейсон нахмурился. В происходящем не было ничего постыдного или странного. Просто два парня сидят и что-то обсуждают. Ну да, один из них закинул руку на плечо другого, Джейсон сам периодически так делал со своими друзьями. Он еще и лечь мог головой на чужие колени, Трой постоянно с этого бесится, говорит, мол ноги затекают. Засранец. Но почему-то было странно видеть такого рода взаимодействие его брата с Ильей. Еще это странное поведение Шейна с того самого матча с подменой. Он постоянно чему-то улыбался, не сразу отвечал на вопросы родителей во время семейных ужинов, витая где-то в облаках. За Ильей же ранее не было замечено, что тот как-то близко общается с Шейном. К тому же он периодически проводил время с Джессикой, возможно, они встречались.        Матч закончился проигрышем Монреаля. Половина стадиона покинула свои места еще на последней минуте. Кто-то даже крикнул: “Вы - разочарование этого года!”. Юна и Шейн тоже были расстроены. Остальные же лишь сочувственно костерили капитана Бостона. Все, кроме Ильи. Он с блеском в глазах восхищался Тихомировым. Видимо сегодня Рейдерс обзавелись не только очередной победой, но и новым болельщиком.       Во время ужина в одном из итальянских ресторанов центрального Монреаля общее уныние от проигрыша сменилось обсуждением достопримечательностей Канады. Юна и Эндрю в красках описывали места для летнего хайкинга. Ирина внимательно слушала, периодически забывая о своей пасте с молюсками. По мнению Джейсона, она была одной из самых красивых женщин из всех, кого он когда-либо видел. Она едва ли выглядела на свои сорок два. Близнецы при этом были её точной, но мужской копией. Интересно, как выглядел их отец? Джейсон однажды сделал попытку расспросить Илью о нем, но тот сразу же её пресек. Видимо, это была больная тема.         Шейн с Ильей рядом пребывали где-то в своем собственном хоккейном мире, рисуя на салфетке комбинации из сегодняшнего матча. Казалось, что сейчас эти двое подерутся, каждый пытался указать другому на ошибочность маневра. Илья со злостью воткнул кончика карандаша в несчастную салфетку и прошипел: “Если бы можно было, то сделал!”. Шейн в ответ насупился, отвернулся и недовольно скрестил руки на груди. Телефон Лиама на столе завибрировал, парень отошел пару минут назад в туалет. На экране показалась заставка с каким-то пейзажем. Обычно Джейсону никогда не было интересно, что хранят чужие телефоны, да и в этот раз не было интересно, но взгляд зацепился за “Ant_Les_Ouf” в уведомлении.       Это же…        Не дав потухнуть экрану, он нажал на кнопку регулировки звука.        Ant_Les_Ouf: Мой вопрос всё еще актуален.        Следом пришло еще одно сообщение.       Ant_Les_Ouf: И извини.       Лиам вернулся как раз в момент, когда Джейсон нервно начал хрустеть костяшками пальцев.       - Я что-нибудь пропустил? - парень собрал свои волосы в высокий хвост и отправил в рот хлебную палочку с розмарином.       - Тебе приходили оповещения, - Лиам тут же схватил свой телефон и, нахмурившись, уставился на уведомления.       Джейсон думал. С одной стороны, не его дело с кем общается Лиам, он сам охотно знакомил того с людьми из школы. Но Лиам был уже почти другом и не хотелось эту дружбу в итоге потерять, если не предупредить парня в самом начале.       - Не подумай, - осторожно начал Джейсон, - я не ковырялся в твоем телефоне, просто случайно увидел уведомления, но я бы хотел тебя предостеречь.       - Не оставлять телефоны без присмотра? - Лиам ухмыльнулся и отпил свой горячий шоколад.       - И это тоже, но я про Тони.       Лиам тут же поставил кружку обратно на стол и отложил телефон в сторону. На лице застыл немой вопрос.       - Я с ним знаком несколько лет и сначала все было отлично, он даже играл в нашей хоккейной команде. Но через какое-то время он начал отдаляться, связался с какими-то парнями, даже не знаю откуда они, а потом, - Джейсон глубоко вздохнул, - избил одного из своих друзей. Бедняге наложили десять швов, три из них на голове.       Лиам молча откинулся на спинку стула. Он было открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут же его закрыл.        - Прости, если лезу не в свое дело, но я уже больше года с ним не разговариваю, возможно он осознал что-то, но учитывая, что он до сих пор так ни с кем и не возобновил общение, в это верится с трудом, - Джейсон посмотрел на Илью, который в этот самый момент смеялся над чем-то, что говорил ему на ухо Шейн.        - Нет, спасибо, - Лиам взял в руки телефон, повертел и засунул в карман, - спасибо, что рассказал. Всё наше с ним общение сводится к общим дополнительным занятиям по-французскому. Я не особо горю желанием контактировать с ним вне школы, - Джейсон на это лишь понимающе закивал.        После ресторана единогласно было решено прогуляться по улицам предновогоднего Монреаля. От обилия праздничных украшений рябило в глазах. Ярмарочные продавцы во весь голос зазывали к себе мимо проходящих людей. Джейсон любил суету новогодних каникул. Обычно Холландеры вчетвером выбирались погулять вечером по украшенной к празднику Оттаве. В этот же раз количество людей было умножено на два и дополнено другим городом. Парень был счастлив и был не прочь повторить такое еще раз.       - Извините, могу я к вам обратиться?       Внезапно рядом с ним и Лиамом поравнялся молодой мужчина с клетчатым шарфом на шее. На его темной бороде застыл иней.        - Ко мне? - Лиам ткнул в свою грудь пальцем и непонимающе уставился на незнакомца.       - Да, молодой человек, к вам! - Ирина тут же материализовалась рядом и как свирепая кошка закрыла своей спиной сына.       - Что вам нужно от моего ребенка?       - Ах, - мужчина хлопнул в ладоши и расплылся в широкой улыбке, - так даже проще!        Незнакомец начал что-то искать в своей кожаной, безумно дорогой на вид, сумке. Чуть погодя он достал металлический кейс, открыл его и протянул визитку из матовой кремовой бумаги.       - Меня зовут Кристиан Милле. Я представитель модельного агентства NFU. Внешность вашего сына уникальна, - Кристиан взмахнул пальцами возле своего лица, - к тому же пропорции довольно хороши.       Ирина недоверчиво разглядывала визитку, на помощь подоспела Юна.       - Приятно познакомиться, Кристиан, меня зовут Юна, я друг семьи. Можем мы обдумать ваше предложение и связаться с вами позднее?       Мужчина еще шире улыбнулся и кивнул.       - Конечно, мадам! - он протянул ей еще одну визитку и закинул кейс обратно в сумку, - сообщите мне, пожалуйста, свои контакты, это для секретаря, чтобы не пропустить звонок.       - Без проблем!       Мама тут же отправила на почту, указанную в визитке, короткое письмо с контактной информацией. Обменявшись рукопожатиями с Юной, Ириной и Лиамом, мужчина тут же растворился в толпе.       - Вау, - прервал всеобщее молчание голос Лиама.       - Эй, я так то тоже тут стоял, - Илья возмущенно стянул шапку со лба, - а этот хрен меня даже не заметил!       - Ой, завидуй молча! Я объективно выгляжу лучше тебя!       Шейн прыснул, Илья бросил на него недовольный взгляд.        - Ты? Лучше меня? Давно ли в зеркало смотрел?       - Почаще тебя, обезьяна!       - Мальчики! - Ирина недовольно смотрела то на одного, то на другого сына.       - Дрищ!       - Тупица!       - Мудак!       - Олень!       - Мальчики, прекратили быстро!       Джейсон рассмеялся. Он не имел ни малейшего понятия, о чем говорили эти трое, но судя по тому, как покраснели лица парней и рассердилась их мать, обсуждали они явно не погоду этим вечером.       В отель все вернулись за полночь. Джейсон откинулся на свою кровать и довольно простонал, от долгого дня гудели ноги. Объемное хлопковое одеяло приятно обволакивало распаренное душем тело. Номер был стандартным, из удобств только телевизор эпохи палеолита и какой-то ноунейм чай на подносе возле электрического чайника. Из ванной вышел раскрасневшийся Шейн и аналогично брату откинулся на кровать.       - Я рад, что ты общаешься с Ильей. У тебя наконец-то появился друг.        Шейн возмущенно рассмеялся.       - Хватит делать вид, что Хейдена не существует!       - Он всего лишь плод твоего воображения! - в голову тут же прилетела подушка, - Эй! Никакого рукоприкладства в этом городе!       - Технически, я тебя даже не трогал!       - Зато практически ты нанес мне увечья, смотри, моя прическа теперь превратилась в черт знает что!       - Ой, отвали.       Сон так и не шел. При этом тело было настолько уставшим, что Джейсону лень было даже подняться и сходить в туалет. Попыткам уснуть еще и мешал Шейн, который то и дело ворочался в своей кровати, сначала Джейсон подумал, что тот также не может уснуть, пока не заметил в руках брата телефон. Шейн. В три часа ночи. С телефоном в руках. Нонсенс! Джейсон оторвется на всю катушку завтра утром, когда разузнает, чем же был так увлечен его строгий во всех отношениях брат. Ведь именно Шейн всегда третирует его своим: “Ты слишком часто сидишь в телефоне по ночам, зрение посадишь!”. А пока нужно попытаться уснуть. Перевернувшись на другой бок, Джейсон наконец-то отправился в царство Морфея.