"The Awakening" Пробуждение

      Её рука снова осторожно, почти невесомо потянулась к нему, но в тот же миг дернулась назад, словно от удара током. — Вот вы где, голубки, — с тягучей издевкой прозвучал знакомый голос. — Неужели в гнездышке размолвка? Ну и ну, Майк. Кажется, дырка этого педика тебе действительно пришлась по вкусу.       Эрик стоял в паре метров, его лицо, искаженное пьяным торжеством, светилось в тусклом свете фонарей. — Уйди... — едва слышно прошептала Хэён, медленно поднимаясь с колен. Внутри всё заледенело. — Чё ты там тявкаешь? — Эрик подался вперед, сузив глаза. — Свали отсюда нахер! — Её голос вдруг обрел силу. Вся боль, вина и отчаяние, кипевшие внутри, трансформировались в чистую, вызывающую ярость. Она смотрела на него в упор, больше не пытаясь казаться слабой.       Руки Майка, в этот момент, наконец бессильно упали вдоль тела. Он отпустил свою голову, и это движение было пугающим. Словно ниточки, державшие марионетку, внезапно обрезали. Его лицо стало абсолютно пустым, стертым, будто на нем никогда и не было никаких эмоций.       Майк встал, глядя прямо перед собой, словно Хэён и Эрик превратились в прозрачный воздух. Не сказав ни слова, он развернулся и двинулся прочь, в темноту парковки.       Эрик попытался перехватить его за плечо, когда тот поравнялся с ним: — Эй, бро, я же...       Но Майк прошел сквозь него, даже не замедлив шаг. Он не обернулся, и когда Эрик выкрикнул его имя. — Оставь его! — Хэён резко переключила внимание Эрика на себя, вставая между ним и удаляющейся спиной Майка. — Боже, какая преданность, — Эрик сплюнул под ноги. — Неужели тебе настолько нравится ему отсасывать? — Тоже хочешь попробовать? — глаза девушки горели тем самым вызывающим огнем, который всегда пугал её врагов. Она говорила ровно, будто за доли секунды снова облачила себя в непробиваемую броню. — Хах... сраные педики, — на лице Эрика проступила кривая, опасная ухмылка. — Знаешь, мне вот интересно, — Хэён сделала шаг к нему. Её голос сочился таким концентрированным презрением, что Эрик невольно дернулся. — Ты ведь поэтому так бесишься, да? Ты настолько не можешь вынести собственной никчемности? Или тебя просто жрет изнутри, что Майк, даже будучи таким, как ты говоришь, в тысячу раз больше мужчина, чем ты когда-либо будешь? Ты просто жалкая тень в его свете, Эрик. И всегда ею будешь.       Парень на миг замер. Его лицо побагровело, а глаза налились кровью. Воздух между ними, казалось, затрещал.       Первый удар пришелся резко, без замаха. Тяжелый кулак Эрика врезался ей в скулу. Боль вспыхнула ослепляющей белой вспышкой, на мгновение выключив зрение. Хэён не удержалась на ногах — мир перекосился, и она рухнула на землю, с глухим стуком ударившись плечом о холодный асфальт. Во рту мгновенно разлился металлический вкус крови, в ушах зазвенело.       Второй удар — в живот. Тяжелый ботинок выбил воздух из легких. Тело непроизвольно согнулось, будто сломалось пополам. Она судорожно открыла рот, пытаясь сделать вдох, но горло лишь издавало жалкий, свистящий хрип. Руки инстинктивно попыталась закрыть голову, но они дрожали и почти не слушались. — Мерзкая тварь! — еще один толчок ногой, на этот раз в бок. Острая боль прошила всё тело, отдаваясь где-то глубоко под ребрами.       В мгновение ока мир вокруг окончательно померк. Звуки города, шум ветра — всё исчезло. И только где-то на самой границе сознания, будто из другого измерения, донесся чей-то отчаянный, надрывный крик: — Со Хён!       Глаза больше не открывались. Холод асфальта быстро пробирался под одежду, вытесняя остатки тепла, а тьма становилась густой и безвозвратной.