Создавая врага

      — Братец, скажи, в чём твоя проблема? Только ли в дневнике?       Люциус хмыкнул, отвлекаясь от чтения и принимая книгу из её рук. Малфой месяц следил за ней весьма придирчиво, а сейчас уже деловито почитывал какой-то фолиант. Отвечать, видимо, не собирался.       — Я не могу разобраться в твоих мотивах, и меня это распаляет интересом, однако и так же раздражает.       — В том и смысл, — он лениво улыбнулся. Настроение у него сегодня было хорошим. — Как успехи в школе?       — Пока не позорюсь, хотя Снейп так и пытается навесить мне дополнительных заданий. Я не могу уже на котлы смотреть, а он всё продолжает держать меня в своём зловонном кабинете. Лучше бы предложил выпить хорошего вина.       — А ты хочешь продолжать общение с ним в более личном ключе? — съёрничал Люциус, откладывая своё чтиво в сторону, предварительно оставив закладку. — Боюсь, дорогая сестра, он вряд ли позволит тебе пробиваться через его защитный кокон. Да и не стоит тебе водить дружбу…       — Ой, кто бы начинал мне про дружбу.       — Мы — давние друзья и единомышленники. Крёстный для моего сына. Если он присоединится к семье ещё ближе…       — Какими судьбами этот сноб станет ближе? — Висс не въезжала в его пространные намёки. В голове щёлкнул переключатель. — А-а, ты думаешь, у него хватит духу сделать неотразимой мисс Малфой предложение руки и сердца? Я уже молчу, насколько сильны принципы водиться только со слизеринцами.       — В своё время Снейп был безоговорочным другом гриффиндорки.       — Серьёзно? — изобразив интерес, якобы плохо скрываемое равнодушие, Наэвис в душе вся перевернулась. — Как занимательно, что именно гриффиндорцев он пытается сжить со свету. Хотя нет, не удивлена. Большинство из них — придурки.       — Качества этого факультета тебя не привлекают? — усмехнулся Люциус. — Как же смелость, честь и прочее благородство?       — Если они сведут меня в могилу, то и смысла в восхищении не вижу. Верность куда более интересна, — устраиваясь напротив него на диванчике, девушка позволила себе вальяжно облокотиться на подлокотник. — Что привлекает тебя в людях? Например, в жене. Нарцисса образованная, сдержанная и любящая на первый взгляд. Она смотрит на тебя с восхищением, а на сына — с сумасшедшим обожанием.       — Настолько заметно?       — Нет, просто пытаясь понять, зачем меня терроризирует Снейп, остальные мне теперь кажутся раскрытой книгой. Кроме тебя, естественно. Вот это задачка со звёздочкой.       — С чем?       — Усложнённое задание, — терпеливо пояснила она. — Хочу напомнить, что я выросла по твоей вине в приюте. И не смей отговариваться, что не знал, где меня носило. Я в эту чушь не поверю, ровно как и в то, что ты желал видеть меня частью семьи. Даже этот дневник кажется жалким отвлечением внимания.       — Ум, находчивость и умение держать язык за зубами, — услужливо ответил Малфой, взмахнул тростью и разлил алкоголь в призванные роксы. Один отправился ей в руку. — Ты, как я вижу, дама весьма строптивого нрава, несмотря на свою изворотливость и молчаливость. Интеллект тоже не обошёл тебя стороной, хотя иногда бы мне хотелось, чтобы обошёл. Хочу задать один вопрос.       — Валяй.       — Надеюсь, такое хамское отношение ты не допустишь при свидетелях, — он отсалютовал бокалом, недобро глянув на девушку. — Скажи, кто ты? Ты не выглядишь выросшей в приюте голодранкой, не стремишься влиться в семью, не радуешься даже спектаклю в свою честь. Нет отчаянной жажды денег, власти, признания. Если вы хотели разыграть меня, добавив волос сестры…       — Я расскажу, но при условии, что наложу на тебя проклятье позаковырестей, — она загадочно улыбнулась, коснувшись губами бокала. Ей нравился Малфой своей манерой тихой игры, откровенность сейчас расслабляла. И не пил с бокала. — Там сыворотка правды? Или яд?       — Веритасерум.       Вместо ответа Наэвис отпила и с наслаждением выдохнула, рассматривая бокал. Она ожидала от Малфоя подобного хода, но не боялась.       — Сначала основное блюдо, потом десерт, — Висс опёрлась локтём о колено, подпирая подбородок и внимательно изучала Люциуса, кивнув своим гадким мыслям, пару раз поводила пальцем, расставляя условия для сглаза, и вернулась к своей расслабленной позе. Ей хотелось проверить на себе действие сыворотки, которую так услужливо предложил ей братец. Дорогое удовольствие. — Я действительно твоя кровная сестра, никаких шуток. Просто моё «я» — часть другого мира. И мне за полторы тысячи лет.       Чёрт, попытка мелкого вранья её разочаровала. Веритасерум на ней работал, это огорчало, но теперь было минное поле, по которому ей стоило осторожно передвигаться и не подорваться в процессе. Занимательные хобби она себе выбирает.       — Меня зовут Наэвис Малфой, на Земле я прожила почти двадцать лет. И не испытываю ни малейшей радости от общения с тобой, хотя Нарцисса и Драко тебя обеляют только своим существованием, — пожала плечами она, отправляя бокал в сторону напитка. — Собственно, из секретов тут только моя иномирность. Не ожидала, что кто-то настолько хорош в психологии, что раскусит меня. Хотя, подсознательно, я хотела рассказать тебе и держать на коротком поводке, так что нельзя меня винить в плохой предыстории.       — И всё? Даже не скажешь пару слов о Северусе? — Люциус игриво отправил ей свой бокал с сывороткой.       — Мы друзья. По твоему виду и не сказать, что ты сборщик сплетней, братец, — она принюхалась к алкоголю, взболтала его в бокале. — Но не больше вашего уж точно. Сомневаюсь, что такой закрытый волшебник мог бы с кем-то завести действительно глубокие доверительные отношения во взрослом осознанном возрасте.       — Жалеешь его? — Люциус хохотнул, практически искренне. От мановения тростью перед ним приземлилась уже другая бутылка и ещё один бокал.       — Жалость — вряд ли правильное описание. Понимание. Жалость я испытываю только к себе. Допрос окончен, или у тебя всё-таки остались действительно важные вопросы напоследок?       — Боишься Тёмного Лорда?       — Ничуть.       — Способна с ним потягаться?       — Тебя забавляют такие подначивания? Определённо нет, он же мужчина. Физически я неразвита, спасибо.       — Не увиливай от ответа.       — Не знаю. Но тебя уничтожить попытаться могу, — Наэвис придержала на миг бокал, стеклянно вглядываясь в чернильницу за рабочим столом Малфоя. Люциус начинал её немного раздражать. — Не переходи мне дорогу, и всё будет отлично. Но если в один день я захочу спасти твою задницу, слушайся беспрекословно. Мне очень нравятся твои жена и сын. Да и будет неловко, если для всего мира твоя сестрица внезапно бросит брата на произвол судьбы.       — Сколько уверенности и яда, — не очень весело прошипел мужчина, закидываясь алкоголем.       — Я серьёзно, Малфой. Женщина и её ребёнок не виновны в том, что ты — высококровная мудятина, которую они обожают и не видят без тебя жизни, — она успела выхватить палочку и оставить царапину на пальцах, когда он пытался пошевелить тростью. — Не стоит. Я не закончила мысль, — Висс перестала смотреть на него, но палочку не опустила. Он, полыхая магией, поддушивал в ней мысли своей злостью. — В любом случае, если твоя семья станет таковой и для меня — я костьми лягу, отбиваясь. Что бы не грозило. Ну, и сделаю тебе одолжение, немного рассказав про сглаз.       У него уже раздувались ноздри от гнева, только под конец он выглядел изумлённым её словами и слегка утихомирил свой негатив. Она завладела его вниманием.       — Рассказывать или показывать обо мне что-то ты можешь только в присутствие меня и Северуса, в остальном эта информация из тебя будет заменяться совершенно иной. Советую попробовать, конечно, чтобы убедиться, однако лучше начни с Нарциссы за закрытыми дверями спальни. Я — девчонка молодая, в голове одни глупости. Кто знает, какие побочки я могла наложить?       — Какая стерва.       — Вся в тебя, дорогой братишка.

***

      — Прости, что? — Снейп замер, перестав нарезать собранные летом корешки. Потом посмотрел на неё, даже не хмурясь.       — Да что будет-то? Ну, поймал он меня на сыворотке правды, — лениво покачиваясь на стуле, Висс придерживалась за парту одной рукой. — Не переживай так. Он даже Нарциссе ничего ляпнуть не сможет. И насчёт мыслей я позаботилась, — предотвращая лишний вопрос, Висс мечтательно усмехнулась. А потом и куда более активнее закачалась. — Я же обещала шутку передать! Действительно, голова как дуршлаг.       — Я об этом всегда говорил.       — Ну, а Люциус при любой встрече пытался вызнать, насколько твой орлиный нос подходит под мои вкусы.       — И?       — Вы сговорились что ли? Спроси у старосты, ей наверняка не только нос понравился, — хохотнула девушка. — Выдающийся нос, если хотел услышать моё мнение, — ей понравилась реакция. Сквозило скептицизмом и небольшим разочарованием. — А ещё говорят, что размер носа как-то там влияет на размер члена.       Снейп под партой подтолкнул её в ногу, и она не удержалась, потеряла равновесие и начала падать, пока спинка не упёрлась в парту за ней. Испытав неприятную невесомость и решив, что терять нечего, Висс продолжила:       — И, вроде, размер большого пальца.       — Профессор?..       Снейп со злостью на лице влепил ей черпаком по лбу, ощутимо больно, и ровно в тот момент, когда на пороге вякнула Райт. Настолько увлёкшись поддразниванием Северуса, она совсем перестала ощущать присутствие кого-либо ещё. И сколько слышала малявка только богам известно.       — Мисс Райт, вы что-то хотели? — словно они тут вообще ничего не обсуждали.       — Флинт попросил разрешение на тренировку в субботу для факультета на стадионе.       — Капитан команды может сам подойти и получить разрешение, — отрезал декан. — Что-то ещё?       — Да, но… нет. Ничего, — девчонка злобно глянула на Висс, потиравшую лоб.       — Профессор Снейп, я с радостью ретируюсь, — она просияла, стараясь избавиться от возможной подлянки. Сцепив блокнот и ручку, Висс вприпрыжку вскочила и в два шага оказалась у двери. Но та только захлопнулась перед её носом.       — Мисс Малфой, — с нажимом пригрозил декан, так, что у Висс даже мурашки прошлись по спине. — Носом в котёл. Мисс Райт, в мой кабинет. Живо. Обе.       Наэвис облегчённо перекрестилась, когда захлопнулась дверь в его личные покои. Ей очень хотелось подслушать, аж до зубного скрежета, дорезая в спешке корешки. Однако она сдержала свой мерзкий порыв, подумав, что Северус расскажет ей всё сам, а конфиденциальность скорее для беспамятно влюблённой старосты. Ужас какой. И откуда у детей столько времени на свободные перемещения по школе и уж тем более разглядывания профессоров? Висс не припоминала в своей учёбе в Академии и лишних полчаса на отдых. Хотя, она в целом смутно припоминала процесс, только вынесенные знания. И то, бестолковые она растеряла, не применяя их по несколько сотен лет. Прошло минут двадцать, прежде чем Райт высунулась из кабинета — фантастически поникшей. А вот Снейп, как начищенный кубок из Зала Наград, сиял перед Висс, кажется, даже забыв о её существовании. Хотя строго осмотрел нарезку и добавил в котёл.       — Ну!       — Мисс Малфой, вы что-то по делу уточнить? — нарочито елейным тоном сказал Северус, видимо, совмещая радость и ненависть от происходящего в один миг. — Если нет, закончите зелье.       — Что вы, профессор. Я недостаточно образована в подобных делах. Мне же интересно узнать, как ты её отвадил. Учитывая, что она частично слышала наш разговор.       — И стоит обрадоваться, что она не услышала ничего, кроме твоих пошлостей. Я тебя пытался предупредить, но ты за своим гоготанием, как пубертатная язва, продолжала игнорировать постороннего и фамильярно ко мне обращаться.       — Я её не заметила, — Северус театрально всплеснул руками. — Ну, правда. Надеюсь, ты использовал это как аргумент?       — Ни в коем случае. Представить реакцию более смелых студентов в отношении преподавателя хватило, чтобы отвести эту идею. У меня свои методы воздействия на студентов.       — Интригуешь. Ладно, просто надо в следующий раз запираться, — она пожала плечами. — И делать свои дела без посторонних.       — Кажется, начинаю привыкать к твоим мерзким шуточкам. Не самый приятный исход.       Наэвис улыбнулась непонятно чему. Они доваривали зелье в более расслабленной атмосфере, чем когда начинали разговор о Люциусе. Снейп вполне спокойно рассказывал о процессе, делился своими заметками и наработками без своего извечно поучающего тона, каким общался на занятиях. Это всё больше походило на доверие, которое они старались построить. Зачем-то. Висс понимала его мотивы, однако, как и сам Северус, довериться всецело не могла. Шла в этом направлении, как и он. Может, когда-нибудь.       — Что твой брат сказал насчёт Дня рождения? — спросил Северус через неделю или две, когда она ковырялась в еде, раздирая несчастный бифштекс на куски.       — Всё равно мы не будем делать так, как он скажет.       — Мы?       — Ага, двадцать лет. Круглая дата, стоит ввести меня в высшее общество, — она смяла в руках вилку. Четыре раза вдохнула и выдохнула на счёт, отодвинулась на стуле со скрипом и ушла с обеда. Мало того, что её продолжал раздражать этот цирк, так ещё и голова начинала болеть периодами. И если бы причиной было вино, то нет, Висс после попойки виски с веритасерумом даже бокала не взяла в руки, ограничиваясь соками и чаями. К сожалению, в рационе стали появляться зелья от головной боли.       Снейп явился к ней после ужина, держа в руках заветный флакон. Только Висс плохо соображала, скорчившись в кровати. Сквозь болезненную полудрёму она смогла только принять разведённое зелье, и то, не без помощи Северуса, который настолько плавно усадил её и придерживал. Она даже расплакалась невольно, на грани сознания понимая, насколько несамостоятельна и уязвима, как он деликатно с ней обходится. Наэвис не могла даже думать вменяемо, в приступах боли вцепляясь в руку Северуса. В этот момент девушка готова была его боготворить просто за то, что он рядом. Возможно, она была бы рада любой поддержке.       Только сейчас аккуратно отодвигал пряди с мокрого лба именно он, проверяя температуру. Забота минимальная, а сколько приносила облегчения. Переносить страдания в одиночку ей было бы невмоготу, она только сейчас, чувствуя поглаживания по плечу, понимала эту простую истину. И зелье, казалось, действовало безумно долго. Висс всё ждала, когда эти вспышки в голове прекратят её терзать, а в итоге провалилась в лихорадочный сон. Не отличая реальность от вымысла.       Ближе к обеду, проспав пару, она заметила в гостиной флакончик с зельем и записку рядом.