Под крылом ястреба

Солнце еще не встало. Внизу уже слышались сборы солдат, хотя времени до подъема было еще достаточно. Я стояла в комнате перед маленьким круглым старым зеркалом и смотрела на себя. Мне казалось, что я очень повзрослела за этот месяц. Хоть мне и было все еще только восемнадцать, но черты лица стали какими-то жесткими, а из глаз пропал привычный ребяческий блеск.   В руках я держала большие металлические кухонные ножницы. Немного смоченные водой, пряди моих волос падали ниже плеч. Я любила свои волосы. Очень. Они с детства были густыми, блестящими, красивого природного каштанового цвета и всегда ложились плавными волнами. Но в последнее время я всегда ходила с туго завязанным хвостом, который то и дело мешался мне при маневрах.   Я решительно подняла руку с ножницами вверх и отрезала первую прядь. Тяжелый локон неслышно упал на деревянный пол. Отрезала я так, что волосы больше не касались плеч. Я не была совсем похожа на мальчишку, но мешать такая длина точно не должна.   Остальные пряди посыпались следом, застилая собой пол. Дело было сделано. Я ни о чем не жалела.   Я села на койку и уставилась на стул рядом. Там лежало мое снаряжение — устройство пространственного маневрирования, запасные лезвия. Я старалась держать голову холодной и не подпускать ни одной эмоции. Но все же глаза тревожно бегали, оценивая каждую пряжку ремня, каждый винтик устройства.   — Все будет хорошо, Фогель, — сказала я шепотом сама себе.   Спустя полчаса у выхода началось построение первых отрядов. Я видела, что Эрвин, Леви, Микаса, Эрен и остальные были уже там, экипируя лошадей у самого выхода.   Я выходить не спешила, пересекаться с ними не хотелось абсолютно. Горькая обида сжигала меня изнутри. А перед ребятами и вовсе мне было стыдно. Они пойду в бой впереди, а я где-то сзади.   Другая часть меня очень хотела подойти к капитану, хотя бы просто пожелать удачи или услышать хоть какое-то напутствие. Но он сам выстроил свою ледяную стену, и сделать с ней я ничего не могла.   Я вышла из здания казарм и направилась к конюшне. В загонах оставались еще несколько лошадей, но я целенаправленно искала глазами конкретного коня. Торна.   Его взгляд и серую спину я узнала сразу.   — Ну что, привет, красавчик, — сказала я, отворяя загон.   Я вывела его чуть ближе к центру конюшни, чтобы было больше пространства для экипировки. Конь послушно терпел мои действия, лишь иногда мотая головой и пробегая по мне своим мрачным взглядом.   Все было готово. Я повела его к выходу.   — Я расчитываю на тебя, колючка, — я легко похлопала его по боку.   Построение заканчивалось, Эрвин уже начал говорить последние наставления, сидя на лошади, начало строя с моего места почти не было видно.    Скорее всего, Леви вообще не знает, что Эрвин позволил мне поехать. От этого сердце сжималось.   Страха не было. В какой-то момент мне показалось, что я абсолютно спокойно воспринимаю свою возможную скорую смерть.   Я обернулась к лазарету. Там, как и в прошлый раз, стояли медсестры и смотрели с тревогой в нашу сторону. Но теперь я была не с ними. Я была полноценным солдатом Разведки и отправлялась за стену.   Боевой клич Эрвина взорвал воздух. Мы синхронно стукнули кулаком в районе сердца и двинулись вперед, направляясь к воротам стены.

***

Ворота сзади закрылись с тяжелым гулом. Пробежали мурашки, внизу живота похолодело. Я поерзала в седле. Передо мной открывался невероятный вид. Широкое поле, вдалеке виднелся лес гигантских деревьев. Раньше я видела это только на рисунках. Вживую это выглядело еще более жутко.    Мы неслись в сторону леса.    Никто не подавал никаких сигналов — значит, титанов видно не было. Я старалась равномерно и глубоко дышать. Но удары о седло с непривычки выбивали резко воздух из легких. Я старалась не отставать и держаться в строю ровно.   В последней линии на поле мне было неплохо видно, как разведчики рассредоточились по всему пространству, держа рисунок, заданный Эрвином. Мне казалось, что нас так много, что мы точно перебьем сегодня всех титанов. Клинки звенели по бокам от бедер, безжалостно напоминая, что совсем скоро придется взлететь.   Я потрепала на скаку Торна за шею. Очень не хотелось оставлять его одного, но делать было нечего. Я знала, что обычно лошади натренированы так, что возвращаются к хозяину самостоятельно. На это я и надеялась.

***

Вблизи гигантские деревья выглядели еще более устрашающе. Они абсолютно точно были каким-то природным чудом. Даже на самых тонких ветвях при желании можно было спокойно лечь или сесть, при этом не боясь упасть.   Было тихо, лишь иногда стаи птиц пролетали над нашими головами. Все еще не было видно ни одной сигнальной ракеты — ни с правого фланга, ни с левого. Я немного расслабилась в седле и чуть приподнялась. Мы въезжали в лес. Ягодицы болели знатно. По-моему, я вообще впервые скакала так быстро и так долго верхом. Зато я оценила по достоинству короткие волосы — ничего не мешалось, а голове было очень легко.   Торн оказался правильным выбором. Он ни разу не брыкался, послушно неся меня в нужном направлении, на нужной скорости, и, казалось, даже сам идеально держал строй с правильной дистанцией.   В лесу ракет бы мы не увидели из-за бесконечных деревьев. Поэтому я изо всех сил всматривалась в спины товарищей перед собой, чтобы в случае чего уловить любое движение.   И тут это случилось. Один за другим все начали вставать на лошадях, опуская руки на спуск газа. Я замешкалась, понимая, что никогда не стояла на лошади и не выпускала тросы прямо так, на ходу. Но выбора останавливаться сейчас тоже не было.   Я не совсем понимала, что происходит впереди. Или там уже идет бойня с титанами, или мы просто переходили на воздух. Я, аккуратно шатаясь во все стороны, привстала на широкой спине Торна, подогнув колени.   Шепнув ему: «Возвращайся ко мне, ледышка», — я прицелилась в ближайшее дерево, и трос дернул меня резко вперед. Адреналин забился во всем теле, мешая правильно дышать. Я видела перед собой спины товарищей, стараясь держаться как можно ближе.   И тут послышался гул. Нет, это был не гул. Это был тупой грохот. Нет, это был топот. Титаньих ног.   В голове зазвенело с такой силой, что я зажмурилась. Черт, что происходит? И что нужно делать?   Ничего не было видно впереди, как бы я ни вглядывалась. До меня доносились только обрывки боевых кличей и коротких указаний. Что делать, я не представляла.   Когда лес стал чуть более редким, я стала цепляться за стволы чуть выше, чтобы предоставить себе лучший обзор происходящего. И ахнула.   Внизу, чуть впереди, было два десятиметровых титана. Из-за непрекращающегося свиста тросов я не могла расслышать ничего, что кричали мне солдаты. Казалось, они просили меня отступать. Ну уж нет. С моей высоты титаны казались не очень большими, но их рыла чем-то напомнили мне свинское рыло Брандиса. Злость разлилась по грудной клетке. Вокруг титанов уже кружили разведчики в поисках лучшего угла для атаки. Я резко приземлилась на самой высокой ветке, оценивая обстановку.   — Как же оказывается круто не бояться высоты и использовать ее как преимущество, — пронеслась мысль.   Взгляд скользнул в сторону. С востока, между деревьев, к дерущимся разведчикам направлялись два титана. Нет, они не направлялись, они просто дико и неестественно неслись. Я быстро оценила обстановку. Кроме меня, их, очевидно, никто не заметил. Спускаться вниз предупреждать — заняло бы слишком много времени. Не думая больше ни секунды, я выпустила два троса перед собой в восточном направлении. Воздух мощно обдал лицо, но я не закрывала глаз, упрямо следя за перемещающимися между деревьев огромными фигурами. Расстояние до места, где сражались разведчики с двумя другими титанами, было достаточно велико — я успевала.   — Если я сейчас не умру, то, скорее всего, капитан меня прибьет за такие выходки, — промелькнуло в голове. Но было плевать. Я решительно настроена доказать ему, что достойна быть в элитном отряде, чего бы мне это не стоило.    Я неслась навстречу титанам, ловко рассекая пространство. Руки легли на рукояти клинков. Я быстро выдохнула и высвободила лезвия на свободу, уверенно держа их перед собой. Прицелиться в шею бегущего титана казалось за гранью реального, а вот подгадать перелет на другое дерево и попутно рассечь затылок было идеей поинтереснее.   Я сощурила глаза, подбирая удачную траекторию полета над бегущими гигантами. И выпустила тросы, одновременно со всей силы выпуская газ. Так быстро я еще не летала. В воздухе я поменяла плоскость, выставила клинок под сорок пять градусов, и титаний затылок попал прямо в точку. Клинок приятно рассек с треском толстую кожу. Я развернулась в воздухе, жестко приземляясь на ветвь.   Оставался второй. Он был уже слишком близко к остальным, чтобы я успела его догнать. Поэтому я просто направилась вслед за ним в гущу событий. Разведчики уже успели уложить двух десятиметровых и справлялись со следующими — откуда они взялись, я не знала.   Мой титан уже был там же. Я уверенно хотела забрать себе второй трофей. Было видно, что сражающиеся разведчики не ожидали появления еще одного и разлетелись по разным деревьям, оценивая ситуацию. Титаны уже лезли на толстые стволы. С моей позиции обзор был все еще лучше. Я примерно сообразила, как лететь. Я выстрелила тросом, целясь в дерево, прямо в тот момент, когда один из титанов побежал в другую сторону. Зацеп попал прямо по титану в район плеча, не успев сообразить, я резко полетела прямо на него. Кто-то что-то кричал мне. Ветер звенел в ушах, и я видела лишь приближающееся ко мне чудовище.   Черт, Фогель, вот и все.   Мысленно я перебирала все тренировки с капитаном, чтобы найти в голове нужный маневр. И вот он нашёлся. Вторым тросом я зацепилась высоко за ствол дерева — это позволило мне поменять дугу полета. Взмыла вверх, как стрела, оборачиваясь вокруг себя, затем так же стремительно полетела вниз, опуская клинки перед собой для удара. Рывок. Снова звук расходящейся кожи, а затем глухой грохот о землю безжизненного огромного тела. Остальные ринулись к трем оставшимся небольшим, за небольшое время уложив их на землю.   Я краем глаза уловила фигуру капитана в тот же миг, скрывшуюся в густых ветвях. Руки ныли от сильного напряжения. Я пыталась отдышаться.   Я была дико довольна собой. Страшно почти не было. Азарт ощущался намного острее всех остальных чувств.   Я сидела на одной из нижних веток, в то время как остальные двигались по верхним. И тут что-то стало явно не так. Над головой один за другим посвистели тросы, фигуры разведчиков замелькали над моей головой. Они сверху увидели еще титанов и направлялись к ним? Криков я никаких не слышала.   Я решила остаться на своей ветке, чтобы до конца прийти в себя, а затем последовать за ними. Казалось, действительно все улетели. Но шум вокруг по какой-то причине не прекращался. Я услышала треск ломающихся ветвей у себя за спиной. Я резко обернулась через плечо.    Сердце ушло в пятки. Слишком близко ко мне было как минимум две рожи с невероятно противными физиономиями. Двигались они странно, резко, не просто несясь вперед. Дивианты.   И тут я поняла, что разведчики отступали от них, потому что скорость их передвижения явно не позволяла сражаться с ними в густом лесу. К ним попросту невозможно было подступиться. Я непроизвольно ахнула, пытаясь сообразить, как выжить. В голову ничего не пришло, кроме обычного бегства. Я выпустила тросы. Газ вышел слабо, видимо, подходил к концу. Черт. Двигаться так быстро, как я хотела, не получалось.    Я чувствовала, что топот за мной неумолимо приближается. Я отчаянно выпустила трос в самую высокую точку дерева, чтобы меня не достали. Затем потянулась, чтобы выпустить второй. Тишина оглушила меня. Я попробовала еще. Нет. Сука. Я беспомощно повисла на одном тросе, раскачиваясь из стороны в сторону, пока два существа неумолимо направлялись прямо ко мне.   Я просто зажмурила глаза. В голове промелькнуло лицо Анке, которая оказалась, по всей видимости, точно в такой же ситуации и погибла. Трос точно так же подвел теперь и меня. Больше мысли ничего не воспроизводили.   С правого уха раздался свист. Я не успела открыть глаза, как мое тело крепко сжали, обдавая макушку разгоряченным дыханием. Ангел-хранитель? Я уже умерла?   Кто-то ловко перехватывал меня в руках, направляя тросы то вправо, то влево, унося нас все дальше от чудовищ. Со следующим порывом ветра я уловила знакомый запах хвои и приподняла голову.   Капитан.   Он сосредоточенно смотрел вперед, резко меняя траекторию между верхними ветками. Он не опускал на меня глаз, в которых читалась чистейшего вида ярость.   Будь я титаном, предпочла бы самоубийство встрече с этим взглядом.   Тут он замедлился, а через мгновение грубо скинул меня на широкую ветку. Удар пришелся на плечо, я невольно застонала, прикрыв глаза.   Капитан сидел рядом на корточках, тяжело дыша. Я приподнялась и перевернулась на спину, поднимая к нему голову.   — Спасибо, — сказала я почти шепотом. Это все, что я была способна сказать.   Капитан развернул голову ко мне. Почему-то его взгляд все еще был таким же разъяренным, будто я тоже была титаном.   — Ты что, блять, здесь делаешь, Фогель?! Ты совсем охренела?! — мне показалось, что от его баса наша ветка сейчас треснет и развалится.   Я упорно хватала ртом воздух, пытаясь прочистить помутневший рассудок.   — Эрвин мне позволил…   Казалось, что из его глаз посыпались искры от злости. Мне невольно попыталась отползти от него дальше, но он рывком приблизился и навис надо мной.   — Я сказал тебе, что ты не участвуешь в вылазке, глупое отродье!   Я испуганно смотрела ему в глаза. Казалось, что если по ним постучать, они разобьются на тысячу льдинок.   К счастью, рассудок наконец ко мне вернулся. Я ловко вывернулась из-под него, поднимаясь на ноги. Испуг стремительно сменялся гневом. Он так просто меня исключил из состава, наплевав на все мои старания, а теперь злится, что Эрвин оказался не таким же козлом?!   Я сжала руки в кулаки, приготовившись драться, если потребуется. Взгляд его не менялся, все также опаляя яростью пространство между нами.   — Вы знали, что я хотела участвовать! Вы знали, чего мне это стоило! И весь гребаный месяц давали мне надежду на то, что я стану полноценным членом вашего отряда! А потом, в последний момент, как самый настоящий подлец, вы опрокинули меня, не назвав ни одной адекватной причины! Почему!? Капитан, отвечайте! Почему вы так хреново со мной поступили? В чем я провинилась перед вами?   Казалось, что я орала на весь гигантский лес. Мой крик глушил меня саму же. Но эмоций накопилось столько, что было абсолютно посрать.   Кажется, капитана мои слова в чувства не приводили. Мне даже казалось, что он рычал от злости, но я все же высказала всё, что хотела.   — А потом ты солгала, Фогель, — прорычал вдруг он. — После того как я тебе открылся, как никому до этого. Ты соврала мне. А мне лжецы в отряде не нужны.   В его глазах появилась не просто чистая ярость, но примешалось что-то еще, будто он смешивал это с чем-то более личным.   Гизе. Вспыхнуло у меня в голове. По всей видимости, он видел нашу неаккуратную встречу, когда я бросилась ему на шею с радостными воплями. Именно поэтому он спросил тогда так странно: «Платье тебе тоже тетя порвала?» Именно поэтому он так разозлился. Разозлился он потому, что я соврала только в той части, с кем именно проведу выходной? Или же он разозлился потому, что я была с другим мужчиной?   Меня словно обдало холодной водой, злость мгновенно испарилась. Я смотрела на его полные злости глаза. Он ревновал. И, наверное, впервые в жизни испытывал это чувство и даже сам этого не понимал.   — Блять, это мой друг! — закричала в ответ я, давая понять, что знаю, о чём он думает. — Гизе стал мне как брат после смерти отца, и именно он поддержал меня, когда я боролась за права разведчиков в кабинете начальства. Только вот вы, капитан, ясно дали понять, как относитесь к полиции. Если бы я сказала правду, что встречаюсь в свой выходной со столичным, вы бы никогда не отпустили бы меня увидеться! Тем более с другим мужчиной!   После моих слов про другого мужчину капитан резко изменился в лице, будто его ударили кулаком в грудь или раскрыли самую страшную тайну его жизни. Я попала в самое яблочко, задела за живое.   Эмоции накрыли меня с головой, увидев растерянный взгляд капитана. Ну все, держитесь, товарищ Аккерман. Я резко двинулась к нему, со всей силы хватаясь за воротник, быстро заглянула в самую глубину его глаз и вжалась в его горячие сухие губы.   Ноги подкосились. В голове что-то затрещало.   Кажется, я больно ударилась своим носом о его. Плевать. Я не целовалась ни разу в жизни, не имела понятия, как это делается, поэтому я просто с силой вжимала свои губы в его. Он не двигался с места. Его сердцебиения под запястьями я не чувствовала, будто его сердце и вовсе перестало работать.    Мои кулачки отчаянно сжимали ткань его воротника, стараясь прижать его еще ближе к себе. Мне сносило голову от невероятности того, что я творила.   Хотя после такого он запросто мог просто скинуть меня прямиком вниз на землю с ветки.   Его губы не двигались под моими. Он не сопротивлялся? Я ничего не понимала. Казалось, что я просто отчаянно целовалась с каменной стеной.   Я решила все же немного отстраниться, не опуская рук с его воротника. Я задрала подбородок, чтобы иметь возможность взглянуть на его лицо.   Твою мать.   Никогда я не видела его глаза настолько большими. Мне невольно захотелось хоть чуть-чуть прикрыть их. Сначала он смотрел куда-то перед собой, потом все же медленно опустил взгляд на меня. Ноги подкосились еще больше. Там было настолько много всего, что хотелось отвернуться. Он не моргал.   Я медленно расслабила кулаки и отшагнула назад, давая нам пространство, чтобы немного прийти в себя. Кажется, капитану это не помогло. Он стоял как скала, не отводя от меня взгляда. Стало страшно. Вдруг в Аккерманах от поцелуев что-то ломается?   Все тело билось какой-то дрожью от понимания того, что я только что сделала. Как бы я ни пыталась собраться, ничего не выходило. Оставаться больше под этим взглядом я просто не могла, мне буквально было проще сдохнуть.   Абсолютно ничего не соображая, я выпустила один трос, сама не понимая куда. Капитан от чего-то нервно дернулся, затем его вопль разнесся по лесу:   — Алисия!!!   Газ… Блять. У меня же не было газа. И что-то случилось с одним из тросов.   Фогель, какая же ты дура.   Земля безжалостно приближалась ко мне. Такой глупой смерти невозможно было даже представить. Я зажмурилась.