Преданный спутник Луны

Когда из главного офиса позвонили с предупреждением о скором визите, о покое можно было забыть. Вся эта неделя проходила в нон-стоп режиме — и к концу дня пальцы Тадаши печатали быстрее, чем он успевал думать. Бесконечная бумажная волокита некоим образом не хотела заканчиваться. — Ямагучи, подпишете вот тут, пожалуйста. Кто-то заканчивал разговор по телефону, кто-то едва успевал распечатать документ, который нужно было срочно отправить. — У кого сейчас на столе печать? Двое его сотрудников столкнулись между собой в узком проходе. Как же повезло, что ни у кого из них ничего не было в руках опасного. Кофе, например. Особенно — кофе. — Да-да. Он перезвонит вам в ближайшие пару часов, — другая его сотрудница смотрела на него с призывом и указывала пальцем на телефонную трубку, прижатую к её уху. На телефоне, стоявшем на столе руководителя отдела, ритмично мигала красная лампочка, что свидетельствовала о пропущенных звонках. В папку с бумагами помещались одна за другой всё нужное и ненужное. — Нет. Всё позже. Тадаши бывал строг и до этого, много раз за всё время работы. Но сегодня было по-другому. Он прервал двоих своих сотрудников — резко поднял руку, обрывая их на полуслове. Они говорили одновременно о чём-то, что было слишком отдалённым от его забот. Поэтому позже. После этого он уже твёрдо вышагивал к переговорной, куда его, Цукишиму и Ячи вызвал директор. Сам директор сидел за столом и встретил его с расслабленной улыбкой на лице. Та самая переговорная на их этаже, где они все уже встречались, чтобы начать проект. В голове у Тадаши возникло чёткое ощущение дежавю. За столом на том же месте сидела Хитока, откинувшись назад на стуле и держа руки на коленях. Перед ней снова стоял ноутбук — точно так же, как и в прошлый раз. Она подняла на Тадаши взгляд и кивнула, как приветствие. Казалось, до его прихода в переговорной между ней и директором стояла нависшая тишина. На ноутбуке у Хитоки было открыто письмо, видимо, она перечитывала его от скуки или ещё от чего. Это письмо тем утром получил и Тадаши — они все стояли в копии. «Коллеги, доброе утро! Вынужден сообщить, что нам первично отказано в финансировании. Сегодня в 13:00 жду вас в переговорной номер 11. Ожидайте дальнейших обновлений по текущему проекту по мере изменений. Спасибо!» Тадаши сел напротив Хитоки и заглянул ей в глаза. Лицо не было омрачено усталостью и измотанностью, что радовало. Но что-то у неё внутри явно рухнуло. Ему не хватило этого кивка, так что он поприветствовал её словами и попытался сделать свой тон более мягким. Это сработало — она слабо улыбнулась. Но слишком быстро отвела взгляд обратно к экрану. Цукишима опаздывал. Перед тем, как разминуться у прозрачной двери, он быстро сказал Тадаши: «Ты иди, я сейчас к холодильнику метнусь и обратно». Директор уже начал было светскую беседу с Тадаши, как в переговорную вошёл Цукишима с банкой энергетика в руках. В эту же секунду директор поднялся на ноги, оперевшись на стол: — Так, раз уж вы все уже здесь… Цукишима опустился на стул рядом с Тадаши и, обменявшись с Ячи кивком головы, сложил локти на столе перед собой. — … Вы уже видели то письмо, что я отправил и, не знаю, может слышали, что наш финансист скоро будет здесь для финальной оценки. — он повертел рукой перед собой, словно объясняя сам себе: — Поспрашивает, посмотрит, вопросы, может, позадаёт. В общем, стандартная процедура. Цукишима будто вообще не был включён в происходящее. Он сделал глоток Red Bull из банки и с глухим стуком поставил её на стол. На выдохе безжизненно протянул: — Только вот нас об этом не предупредили. Директор моргнул, вцепившись в него взглядом, и указал на Цукишиму ладонью — жест вышел давящий, почти вызывающий: — Разве? Тон был не слишком строгим, но при этом и совсем не мягким. В этом жесте Тадаши чувствовал давление: директор словно загонял Цуки, готовый в любой момент сорваться и насесть, если тот скажет хоть слово. «Продажники…» — подумал он. Цукишима тоже смотрел ему прямо в глаза и пробурчал: «Очевидно». Тадаши выдохнул, наблюдая за этим, затем вклинился в их немой обмен взглядами и напомнил суть разговора, чтобы директор наконец отвлёкся: — Что насчёт отказа финансирования? — А, да, — директор перевёл взгляд на Тадаши и хлопнул в ладоши. — В общем, что мы имеем на данный момент: — он обошёл свой стул и опёрся руками о спинку, наклонившись вперёд, — смотрите, он ответил на мою презентацию, что ему не интересно. Ну, то есть, он не такими словами сказал, но имел в виду именно это. Я убедил его просто приехать, познакомиться со всеми лично — пусть вы ему расскажите всякого и он точно передумает. Когда он закончил говорить, торжественно осмотрел всех за столом. На его лице расцвело подобие гордой улыбки, от чего на уголках его глаз собрались морщинки. Ответной улыбки он ни у кого так и не увидел. — Какую презентацию вы ему показали? — опасливо и осторожно спросила Хитока. — Ну как? Та, что вам мой секретарь перенаправил. Хитока подняла брови — они быстро подпрыгнули наверх. Цукишима откинулся на стуле назад, взяв в руки банку и покрутил содержимым, создавая внутри маленький водоворот. А Тадаши просто выдохнул. Больше у него ни на что не хватало сил. И просто спокойно произнёс: — У нас есть презентация гораздо лучше. То, что была изначально, — он думал, какие слова подобрать, — была не совсем корректна. — Да, и я отправляла её вам в начале декабря, — добавила Ячи. Директор лишь посмотрел на неё и снова моргнул: — Разве? — Наверное поэтому их это и не заинтересовало, — отозвался Цукишима. — Ну… — Хитока потянулась рукой к своей шее и второй она обняла саму себя, — А предложение о визите было с их стороны? — Конечно с нашей! — директор нахмурился и с недоумением смотрел на неё, от чего она словно вжалась в свой стул. — Инициатором выступил я, чтобы он передумал. Всё для того, чтобы вы могли показать себя и переубедить его! — Показать себя? — переспросил Цукишима. — Да! — он снова хлопнул в ладоши и выпрямился. Напоследок он сжал кулаки в победном жесте и направился к выходу — Давайте, я в вас верю! И ушёл, не попрощавшись. В переговорной наступила тишина. Тадаши пытался переварить случившееся, он открыл рот — и тут же закрыл. В эту тишину Цукишима резко произнёс: — Я не знаю, что это сейчас было. Именно сейчас на Тадаши начало накатывать осознание, насколько он устал. Он поднял взгляд на Ячи и увидел, что она была потеряна — хлопала глазами, глядя в экран ноутбука. Цукишима начал вставать и от движения Тадаши проснулся: — Что ж, — быстро начал он, — надо составить речь. Просто… придумать то, что я буду говорить. Наша презентация в хорошем виде, так что покажем её. Цукишима встал в дверях и обернулся: — Почему ты решил, что будешь делать её сам? — Ну, я руководитель проекта. — Я тоже, если ты не забыл, — беззлобно ответил Цукишима. Хитока закрыла ноутбук и прижала его к груди — знакомая картина. Она поджала губы и начала вставать. Тадаши встал вместе с ней: — Я думаю, всё будет хорошо. Она лишь встала на месте и покачала головой: — Это была его зона ответственности. Он сам себя назначил тем, кто отвечает за финансирование. Цукишима облокотился плечом на раму в открытой двери: — Ну не сказать, что у нас проблемы только здесь. Тадаши хмуро глянул на него и вернулся к Хитоке. — Он имел в виду, что не только с этим, к сожалению, есть неполадки. Но это даже к лучшему: раз сроки сдвигаются, у нас появляется больше времени на всё остальное. — Вы так считаете? — У неё было напряжённое выражение лица. — Да, я правда так считаю. Сейчас напишу речь и встретим этого финансиста как полагается. — А я могу помочь? Тадаши чуть коснулся её локтя, пока она держала ноутбук у груди: — Не переживайте об этом. Я найду, что сказать. В любом случае, руководителями назначили меня и Цукишиму, так что вот это уже моя зона ответственности. — Хорошо. — она кивнула. — Я рассчитываю на вас. Цукишима отошёл с прохода из переговорной, она прошла мимо него. Они снова обменялись кивком. Когда он обернулся на Тадаши, он уже смотрел на него. — Что? — недоумённо спросил Цуки. — Ты немного резко сказал. — Я и имел в виду то, что сказал ты. Тот неловко посмеялся: — Ты иногда говоришь так, что это звучит хуже, чем ты имеешь в виду. — А потом его голос смягчился. — Для неё это очень важно. — Это всего лишь работа. Ты говоришь так, словно это её первая и единственная работа за всю жизнь. Цукишима развернулся и вышел из переговорной. Тадаши последовал за ним. — Пойдём ко мне, там потише, — предложил Цуки.

***

Цукишима прикатил ещё одно кресло — забрал его у стола сотрудника, который сейчас был на больничном, и поставил рядом со своим в своём маленьком своеобразном кабинете. Тадаши выдохнул полной грудью, опускаясь в него, как будто только сейчас позволил себе передохнуть. — Голодный? — бросил на него взгляд Цуки. — Немного. Но лучше на обед потом сходить, сейчас вообще не вариант. — Верхний ящик. — А? Ящики стола Цукишимы находить с его стороны. Тадаши открыл самый верхний, а там лежала пачка сухариков. — О-оо, — протянул Тадаши, — Цуки, ты меня спас. А тот с ухмылкой поставил перед ним свой энергетик, который был выпит только на половину. На лице Тадаши скользнула улыбка и он наигранно проговорил: — Мой спаситель. Цуки сел рядом, и на его щеках появился едва заметный румянец, который Тадаши уже не заметил. Он поправил очки на переносице и его пальцы легли на клавиатуру: — Так, как начнём? — Ну, для начала «Здравствуйте». — И тебе привет, — ответил Цукишима, — Я имел в виду более обобщённо. Тадаши прыснул носом: — Да, ты прав. Тадаши проявил все свои накопленные знания в маркетинге, чтобы речь звучала прилично. Цукишима печатал за ним, как телеграфист, от себя добавляя короткими фразами: «Вот тут пример нужен» или «Картинку какую-нибудь посимпатичней ща найду» Работа протекала плавно. Рядом с Цукишимой было легко сосредоточиться при этом без лишнего стресса. Он и не был толком знаком с этим чувством, каково это — работать рядом с ним в одном потоке. Да, они учились в школе в одном классе, но то, что было тогда и то, что есть сейчас — небо и земля. Тадаши уже давно снял пиджак и теперь он немного неряшливо висел на спинке кресла. Закатав рукава рубашки и с ослабленным галстуком, он опустошал пачку сухариков и почти допил Red Bull. Колёсико мышки крутилось с забавным треском, пока Цукишима прокручивал страницу вниз в поисках очередной картинки. — Что конкретно мы сейчас ищем? Их кресла были впритык друг к другу так, что два чёрных подлокотника сливались в один, образуя широкую полоску. Тадаши облокотился на подлокотник Цуки — просто расслабившись. — Я просто помню, что у кого-то в позапрошлом году была неплохо сделана главная страница, мы можем у них что-то украсть. — Не украсть, а вдохновиться, — протянул Тадаши, развалившись в кресле. — Само собой, — Цукишима искоса глянул на него с лёгкой улыбкой. Глаз Тадаши зацепился за какое-то яркое пятно картинки, которое тут же улетело вверх. — О, вон там, что это? — Где? — Ну выше. — Не вижу. Тадаши не успел подумать. Хотел просто по привычке положить свою руку на руку Цукишимы на мышке, чтобы направить курсор. Без задней мысли, просто машинально, искренне забыв все последствия. Цукишима резко одёрнул руку раньше, чем они успели коснуться. Рука Тадаши так и застыла над мышкой. Явно ощетинившись, Цукишима потёр ладони о свои колени. — Не-не, давай без этого. Ладони Тадаши прошиб холодный пот и он тут же мысленно отругал себя. Потом он медленно опустил её на своё колено и уставился в монитор, будто там внезапно появилось что-то важное. — Извини. Он помнил, что в нижнем ящике стола лежали влажные салфетки — сам когда-то туда их бросил — и притворился, что чем-то занят, вытирая руки. Между ними повис резкий спиртовой запах. По правде же, он просто хотел найти повод отвернуться, хотя бы на минутку и перевести дыхание. Теперь, когда Цуки всё знает, было гораздо сложнее не вести себя глупо. Он хотел сказать ему правду «Я просто на секунду забыл», — но даже мысль об этом звучала настолько плохо, что он бы сам себя за это сожрал, если бы произнёс вслух. Тадаши тихо отозвался, не смотря ни на монитор, ни на Цуки: — Я не специально… Цукишима что-то промычал и после короткого молчания вернул руки на клавиатуру. Он качнул головой и заговорил тише: — Просто неожиданно, только и всего. Тадаши на это ничего не ответил и лишь наклонился к маленькой мусорке. Снова поправив свои очки одной рукой, Цукишима повернулся к нему с ухмылкой, мягко постучал себя по лбу: — Не надо лезть туда без предупреждения, тебе там не понравится. Тон сменился так резко, что Тадаши сначала нервно усмехнулся, а потом это перешло в настоящий, сдавленный смешок. В углу экрана всплыло сообщение из общего чата проекта — директор, между прочим, туда никогда не писал. И вот впервые: 14:31 Какой-то чел (именно так он был записан у Цуки) Напомните, а во сколько встречаемся? Цукишима вздохнул, кладя руку под подбородок. — Вот бы и мне быть таким потеряшкой и при этом кресло директора просиживать. Тадаши засмеялся — теперь уже совсем не сдерживаясь, как можно было позволить себе только наедине. Всё равно никто из его сотрудников за стеной-стеллажом кабинета Цукишимы не услышали, что он сказал. — Нам нужно собраться. — выдохнул Тадаши. — Мы почти закончили? — Ага. Насколько это было возможно, всё было готово. Документ с речью отправился в печать и Тадаши встал чтобы размять спину и ноги. Он сделал всё, что мог и всё, что от него зависело. Приближалось назначенное время встречи и пусть не оставалось больше ничего, что можно было бы подготовить, всё равно грызло чувство, что чего-то не хватает. Они все собрались снова вместе только в лифте, когда ехали на самый последний этаж, где проводили все самые важные переговоры. В лифте кроме них было ещё несколько незнакомых сотрудников, которые тихо переговаривались. — Ты готов. Над плечом, совсем рядом раздался голос Цуки. Негромко — так, что, казалось, только один Тадаши это услышал. Удивительно, как мир может сжиматься до одной точки в подобные моменты. Последний раз такое было в тот день, в торговом центре у оптики. Ситуации конечно разные, но стоило Цуки это сказать, как он сосредоточил всё своё внимание исключительно в этом моменте. Тадаши посмотрел на него, встречаясь взглядом, и слабо кивнул. Он удержал в себе это чувство. Сейчас есть только они оба в этом моменте. Если Цуки говорит, что он готов, значит всё в порядке. Оказалось, ещё до лифта Тадаши незаметно для себя начал сжимать челюсть. Теперь он расслабился и приятное тепло медленно растеклось по затёкшим мышцам. Внезапно обретённая лёгкость в плечах на секунду подарило чувство полёта. Когда двери лифта открылись, Ячи шла позади них в паре с её сотрудником — по коридору в переговорную с массивными дубовыми дверьми. Она что-то негромко говорила, вполоборота, явно стараясь держаться спокойно, но в голосе всё равно проскальзывало напряжение. Переговорная казалась огромной: длинный закруглённый стол занимал почти весь центр, а под потолком был закреплён проектор, сразу бросающийся в глаза. Пахло лакированным деревом; прохлада от кондиционера делала воздух сухим и выстуженным. Они толком не успели ничего сделать, только поставили вещи на стол и Цукишима подключился к проектору, как двери снова открылись — директор открыл дверь для мужчины в строгом сером костюме и приветливо улыбнулся: «Проходите-проходите». Вслед за мужчиной ровным шагом зашла девушка в острых очках-кошках, с волосами, убранными в тугой пучок. Он сухо поприветствовал всех, даже не взглянув на них, и сел на стул. А девушка и вовсе промолчала. Оба они так и не представились, что немного выбивало из колеи — Тадаши даже не знал, как к ним обращаться. Всё началось быстро — собрание сразу погрузилось в суматошную атмосферу. За Тадаши оставалось предпринять попытку выровнить встречу, цепляясь за ту уверенность, которую лишь недавно обрёл. Встретившись взглядами с Цуки с его заразительной расслабленностью, началась речь. Директор отбросил всю возможную вступительную часть и тут же передал слово остальным, а сам при этом сел дальше всех от белого экрана для проектора, сложил руки перед собой и принялся слушать речь, как тот, кто тоже первый её слышит с выражением лица таким внимательным, будто происходящее не имело к нему никакого отношения. Сам экран для презентации был небольшим. Он представлял из себя просто стенд, перед которым сейчас и стоял Тадаши. Первый слайд презентации вспыхнул на экране; Цукишима переключал их один за другим, следуя за речью. С каждым новым слайдом уверенность заметно проседала и ему становилось всё труднее говорить без запинок. Финансист за всё время не задавал никаких вопросов, и иногда даже отводил взгляд или смотрел в свой телефон. Девушка рядом держала наготове открытый блокнот и ручку, но не делала ни одной пометки. Странно было допускать мысль, что тот путь, который они прошли за все эти недели может так просто рухнуть к концу этой встречи. Слайд с примерами дизайна — на него даже не взглянули. Тадаши мельком глянул на Ячи и её коллегу: тот сидел, сложив руки перед собой, и смотрел в стол пустым взглядом; она же закусывала нижнюю губу. Один только директор выглядел довольным. Конечно — это была, по сути, его идея. Но кроме него, кажется, исход был всем понятен. Если бы это касалось только Тадаши, то чувства в груди были бы другие. По крайней мере, он так думал. Но прямо сейчас он отвечал не только за себя. Финансист просто молча слушал, пока они не дошли до последней части. — …и за счёт этого мы можем удерживать стабильный уровень прибыли на пилотном этапе уже непосредственно на самой платформе. — Стабильный? — тут же мужчина наконец заговорил. — На основании одного потока? Вопрос прозвучал спокойно, но в нём не было ни капли заинтересованности — только проверка. На это Тадаши кивнул и сделал шаг к столу, где лежали все распечатки, около стула Цуки. До жути хотелось прочистить горло, прокашляться, но не хотелось показывать своё волнение, поэтому голос оставался ровным: — Мы подготовили более подробные расчёты совместно с отделом аналитики, — сказал он, наклоняясь вперёд. Тадаши протянул лист, на это финансист лишь нахмурился, но протянул руку в ответ. В голове промелькнул вопрос: «А если у меня нет другого выхода?» Имея способность узнать, о чём он думает, Тадаши действительно может вот так подводить других людей и ничего не предпринять? Надо было думать быстро. Пальцы на секунду соприкоснулись. Как если бы это было случайно. Частники… Разваляться через полгода… Мысли не складывались в предложения — обрывались, наслаивались друг на друга, но смысл был ясен. Тадаши едва заметно набрал в грудь немного воздуха, и продолжил, уже не глядя в бумаги или на слайды: — Мы понимаем риски, связанные с привлечением частных преподавателей, — ровно произнёс он. — Поэтому в дальнейшем планируется переход к более устойчивой модели. — Какой именно? — мужчина чуть сщурился. На долю секунды в голове просквозил ветер. Это не было подготовлено. — Интеграция с онлайн-платформой, — сказал Тадаши спокойным тоном. — С частичным переводом курсов в дистанционный формат и закреплённым штатом преподавателей. Наступила короткая тишина. Мужчина опустил взгляд в документы, затем снова посмотрел на него — уже внимательнее. — Это уже в разработке? — На стадии обсуждения, — без паузы ответил Тадаши. В ответ кивнули. И после этого он слушал уже заметно внимательнее, пока Тадаши не закончил. Краем глаза он видел, что Цукишима до этого сидевший вполоборота, сейчас повернул к нему весь корпус. Тадаши старался не смотреть на него. Дальше вопросы шли проще. Более формальные и, скорее, проверочные, чем что-то существенное. На них Тадаши отвечал автоматически, подбирая такие ответы, которые хотелось услышать, нежели те, что действительно были обговорены заранее хоть с кем-нибудь. Когда встреча подошла к концу, все встали из-за своих мест, чтобы пожать друг другу руки. На остальных Цукишима смотрел вскользь, почти без интереса, но на Тадаши задерживал один — постоянный и до боли точный взгляд. Было очень трудно его игнорировать. Директор хлопнул в ладоши, окинул всех присутствующих быстрым взглядом и праздно объявил: «Все хорошо постарались!». И поспешил проводить финансиста и его, по всей видимости, ассистентку. Тадаши так и не понял, кто это была. Он остался верен своей привычке — ушёл, даже не попрощавшись. Уже в коридоре Тадаши шёл чуть позади. Впереди Ячи что-то оживлённо обсуждала с сотрудником, выглядя заметно более воодушевлённо. Как же он устал. Глаза не слипались исключительно благодаря остаткам адреналина. Но всё, что было ранее, явно того стоило. — Неплохо, — раздалось сбоку. Цуки поравнялся с ним шагом. — Да, — коротко ответил Тадаши всё ещё стараясь не смотреть на него. Лишь поглядывая искоса. Несколько шагов они прошли в тишине. — С онлайн-платформой, значит. Тадаши сглотнул. — Это может быть онлайн-школа. Это логичное развитие. — Конечно. Это был даже слишком спокойный ответ, от чего челюсть Тадаши снова сжалась. Цукишима продолжил: — Интересно только, что мы об этом раньше не говорили. — Да, извини, что так неожиданно получилось. — Удобно получилось, — он сказал это почти без интонации. — Ты ответил ровно то, что ему было нужно. Коридор начал казаться бесконечным: шаги отдавались гулко, и каждый следующий звучал словно громче предыдущего. Разговор Ячи впереди звучал приглушённо, как через слой стекла, а тишина между фразами становилась плотнее. — У нас не было права ошибиться. Цукишима смотрел прямо перед собой и отвесил короткое: — Ага. Через пару шагов он спросил: — А со мной так когда-нибудь было? — Что? — недоумённо поморгал Тадаши — Со мной — было? — спокойно повторил Цукишима. — Специально касался, просто чтобы…услышать что-то. Тадаши чуть замедлился и поджал губы. Немного погодя очень тихо произнёс: — Я стараюсь так больше не делать. Цукишима ничего на это не ответил, только кивнул в пустоту перед собой. С таким взглядом, по которому вообще не было понятно, о чём он думает. И больше не заговорил с ним до конца рабочего дня.

***

Впереди было слишком много работы. Ляпнув о том, что они будут работать с какой-нибудь школой, теперь нужно было в действительности это воплотить. Тогда, когда всё улеглось, Хитока обернулась к нему: — Ямагучи, я и не знала! Когда вы успели всё устроить? Это просто замечательная идея. И он ответил ей простое: — Да. Только потому что он и сам не знал об этой идее до собрания. Чувства были смешанные: с одной стороны, он сделал всё, чтобы преодолеть трудность в финансировании — он поступил правильно, ведь никого не подвёл. Но с другой стороны, он прибавил самому себе кучу работы, когда уже валился с ног. И Цуки… Хотелось с ним поговорить, но он не знал, что сказать. Да и навряд ли Цуки захочет с ним разговаривать. Наверное, не после такого. «А как сам Цуки поступил бы на моём месте?» — эта мысль не давала Тадаши покоя. Единственное, что грело сердце и заставляло не думать о плохом — это присутствие Ячи рядом, на этаже выше. Факт того, что её рабочее место теперь в безопасности радовал до невероятного. Цуки сказал, что это «просто работа», но это её работа. Теперь ей снова дадут зелёный свет: нанимать сотрудников и возобновить поток резюме и собеседований. Каждый остаётся на своём месте. Там, где он должен быть. И так правильнее всего. По крайней мере, он очень хотел в это верить. Надо постараться не думать о Цуки. И просто продолжать работать. Ячи приглашала его пообедать всем вместе и отпраздновать их успех, но Тадаши отказался. Сильно радоваться не было времени — он уже был на связи с менеджером одной из школ. Он не знал, согласился ли Цуки, он ему ничего не писал и не заходил за ним. Наверное, да? Рабочее время близилось к позднему вечеру. Он мало отвлекался — даже не прощался с сотрудниками. Хотел попросить кого-то забрать для него документ из принтера, поднял голову — а в отделе уже никого не было. Он глубоко выдохнул в тишину и потёр усталые глаза. Встал, заодно потянул затёкшую спину и достал из лотка принтера свеженапечатанные листы договора. Они были такие тёплые — нагретые этой машиной, Тадаши погрел немного руки, пока листы быстро не остыли. Ему нравился запах чернил свежей печати, но и он тоже быстро выветрился, снова оставляя после себя только холодный офисный воздух. Тадаши глянул на кондиционер на потолке, издающий слабый гул, и подумал, не выключить и его — когда он сильно уставал ему всегда становилось холодно, а так хоть согреется, всё равно никого нет. От того, что поднял глаза, они заныли от яркого потолочного света. Он вздохнул, прикрывая их. Может, и свет выключить? Программисты же работают в потёмках, может, в этом действительно что-то есть? Стоило только подумать об отделе Цуки, как прозрачная дверь открылась со щелчком. Тадаши обернулся. Цуки стоял у двери с рюкзаком на одном плече. — Ты когда домой? Оставшись вдвоём, он мог говорить вполголоса — и его всё равно было прекрасно слышно даже с другого конца отдела. — Я задержусь. — Я тоже, — сказал Цуки и прошёл к столу руководителя, сунув руки в карманы — Что тут у тебя? Он посмотрел на всевозможные распечатки, сложенные в аккуратные стопки перед клавиатурой. — Да вот… договор-оферта с одной из школ, вот это всё, что касается того потока, который уже прошёл. Вот тут остальная работа. А вот это… — он вчитался в заголовок листа, — а это тут случайно оказалось. Тадаши убрал один из листов со стола и переложил его на соседний к сотруднику вместе с тем, что держал в руках. — Понятно. Цукишима сбросил рюкзак к ножке стола и занял соседний стол — сбоку от Тадаши. Достал ноутбук и включил его. Когда тот уже хотел сесть обратно, он заметил, как Цукишима потёр переносицу и вздохнул. Издав короткий звук «О», Тадаши подошёл к выключателю. Один щелчок и всё помещение окутал мрак зимнего вечера. Лицо Цукишимы обрамили чёткие тени от яркого экрана ноутбука перед ним. — Зачем? Тебе же неудобно. — Нет, я сам хотел, а то в глаза как песка насыпали, — он приложил холодные подушечки пальцев к закрытым векам. — Да и ты не против. Ответа не послышалось. Цукишима никогда не работал при свете, так что им обоим было хорошо и комфортно. Тадаши лишь включил настольную лампу с белым светом прямо за монитором и на втором дыхании продолжил писать рабочее письмо, заодно и раскладывать бумаги перед собой. Какое-то время всё, что было слышно это стук пальцев по клавиатурам с обоих столов, шелест страниц и изредка клики старенькой мышки. Тадаши мог прервать процесс работы только для того, чтобы бросить взгляд на Цуки — его очки отражали квадратик экрана и он даже мог видеть, что он делает, если приглядеться. Так, значит, они разговаривают? Ему казалось, что Цуки не хочет к нему больше подходить. Неужели он себя накрутил? Если так, то это было большим облегчением. Несколько раз Тадаши вставал к шкафу с большими массивными папками, а на соседний пустующий стол от него положил ещё немного документов на завтра. Он складывал всё в ровные стопки и клеил разноцветные стикеры: «в бухгалтерию», «на подписание» — всё это в прозрачных папках на кнопке. — Ты это уже смотрел, — вдруг прозвучал голос Цукишимы. — А? — У тебя в руках — уже второй раз берёшь. Дальше по кругу пойдёшь. Тадаши глупо поморгал и опустил взгляд на документ. И действительно, пробежал взглядом по листу и понял, что уже читал это как минимум дважды. Эта стопка была давно готова, а он всё продолжал её перебирать. Он отложил всё в сторону и только спустя секунду уловил это ощущение — Цукишима не сразу вернулся к своему экрану. Внимательный взгляд задержался на нём чуть дольше. Его рассматривали, словно пытались что-то найти. Так цепко, что ещё бы немного, и Тадаши бы начал краснеть. Их глаза снова встретились, и тогда они уже оба вернулись к работе. — А, да… — Тадаши потёр уголки глаз, пока буквы не начали плыть. — Какой же я всё-таки невнимательный, — пробурчал себе под нос. О чём он — о работе или о Цуки — хороший вопрос. Цуки откинулся в кресле. Длинные тонкие пальцы быстро перебегали по клавиатуре. Он кликнул по тачпаду — открыл что-то. Рука поднялась к лицу и, видимо задумавшись, он провёл пальцем по подбородку. Брови на секунду нахмурились. Тадаши хотел на это посмотреть и поэтому поднял взгляд выше по лицу. В тот же момент Цуки перевёл взгляд с экрана точно на глаза Тадаши. На что Тадаши быстро опустил голову и взгляд метнулся обратно в свой монитор. — Кофе? — спросил Цукишима. — Да, давай, — тихо ответил, не глядя на него. Тадаши мысленно отругал сам себя: «Чего это я его рассматриваю? Это ещё откуда вылезло?» Он помедлил, прежде чем встать и подойти к кофе-машине вслед за Цуки. Тот уже нажимал нужные кнопки на панели. Пока вокруг было много людей, шум от неё оставался для Тадаши незаметным. И только сейчас он услышал, насколько она громкая. Тадаши сложил руки на груди как бы немного обнимая себя, и выдохнул: — Как же я устал. — Да, по тебе видно. Цуки дождался, когда наполнится первый большой бумажный стакан и кофе-машина не звякнет оповещением о завершении. В большом выдвижном ящике в ряд лежали мелочи: салфетки, сахар и прочее. Цуки забрал порционный пакетик с корицей, подтянул стакан к себе и аккуратно насыпал её на пенку ароматного кофе. — Я выбрал нужную школу, посоветовался и, кажется, мы всё почти утвердили. Осталось дело за малым. — Уже всё согласовали? — Цуки придвинул кофе к Тадаши. — Да, завтра первым делом отправлю договор юристу. Глянет, скажет берём или нет. — он взял стакан и погрел о него руки. — Звучит неплохо. Цуки бросил в свой стакан два кусочка сахара и поставил делаться вторую порцию. — А договор с тем парнем уже отправили? Или кто-то из твоих ребят поедет сам? Аромат кофе с корицей приятно щекотал нос. Тадаши сделал глоток и почувствовал, как начал согреваться. Он ухмыльнулся и тепло произнёс: — Не «ребята», а сотрудники. Нет, отправим почтой, не хочу никого гонять. А под «тем парнем» Цуки имел в виду учителя, который будет проводить следующий поток учеников. Первый на их собственном сайте. Это будет тот момент, когда они наконец переедут с бесплатной платформы, и впервые их проект по-настоящему будет работать. Цукишима облокотился на столешницу одной рукой и отпил своего кофе. Его стаканчик пах сиропом, что побудило Тадаши сделать глубокий вдох: — Нет, его тоже пока не отправляли. Вот завтра как раз первым делом нужно… — он не договорил и с каждым словом речь становилась всё медленнее, а в плечи возвращалось знакомое напряжение. — А где он? — М? — Цукишима обернулся на него. — Договор. Когда я в последний раз его видел? Он с шумом поставил кофе и быстрым шагом подошёл к своему месту. Начал перебирать на столе оставшиеся листы, затем — то, что лежало в лотке для документов. Цукишима прошёлся к своему столу с ноутбуком, по пути бросив взгляд на стол с разбросанными почтовыми конвертами: — Вы сюда обычно почту складываете? Тут ничего нет. Тадаши поставил локти на стол и упал лицом в ладони. — Ну как так? — жалобно проскулил он. — Его надо отправлять завтра утром. — Ну не умирай раньше времени. — Цукишима прошёл ему за спину и положил руку на спинку кресла. — Может, ты забирал что-то домой? — О. Тадаши оторвал ладони от лица и выпрямился, как по струнке. Секунду помолчал, и обернулся на Цукишиму, поворачиваясь в кресле. — Какой ужас. Кажется, да. Он и так был рассеян всю последнюю неделю, и действительно забирал домой немного работы. Там же ведь оставалась одна последняя печать… Тадаши смотрел снизу вверх на Цуки круглыми глазами и продолжил: — Придётся печатать заново прямо сейчас. — Чтобы утром опять бегать, все подписи собирать? Забей, завтра с дома заберёшь, — а потом обошёл кресло, развернулся и облокотился о край его стола, складывая руки на груди. — Если он, конечно, там. — Мне так кажется… Тадаши выдохнул и покачал головой. Провёл рукой по тёмным волосам, будто хотел взъерошить их, встряхнуть себя, привести мысли в порядок. Но рука лишь задержалась на затылке и безжизненно опустилась на колени. — Я думаю, на сегодня хватит. Он неторопливо встал со своего места и потянулся за портфелем. — Отлично, — Цукишима последовал за ним, закрывая свой ноутбук. У выхода из офиса стояло два высоких уличных фонаря, которые освещали первые метров пять. А дальше перед ними была холодная темнота вплоть до следующего островка света. Над головой чёрное небо, на котором не видно ни одной звезды. У Тадаши вылетело из головы, что машины временно больше нет, что и сообщил Цукишиме. На что он беззлодно ответил: — Такси для тебя — это шутка какая-то? Тадаши слегка улыбнулся и Цукишима подарил ему быструю ухмылку в ответ. В очередной раз, он забывал дома свой красный шарф, абсолютно не понимая, как ему это удаётся. Но от такого вечера, проведённого только вдвоём, становилось тепло, даже если руки совсем продрогли, а изо рта вылетал пар такой густой, что почти казался плотным. Захотелось как-то продлить это чувство. — М-м, Цуки? — Чего? — Может, поможешь найти договор? Цукишима нахмурился и повернул голову к нему со взглядом недоумения, и Тадаши поторопился продолжить: — Ну, я почти уверен, что он там, да. Просто не знаю, что мне делать, если я правда потерял его. — он сжимал руки в кулаки внутри карманов и часто моргал от холодного ветра, — И просто подумал… может зайдёшь ко мне? Цукишима долго всматривался в его лицо, перевёл взгляд обратно в телефон, где заказывал такси. Тадаши заглянул ему через плечо и увидел, что Цуки забил только его адрес. В такси они почти не разговаривали и когда приехали на район, Тадаши всё ещё сомневался — вдруг он всё-таки сейчас попрощается и развернётся в сторону своего дома? А может сам Тадаши только и ждал возможности пойти на попятную? Но они оба стояли около дома Тадаши и Цуки всё ещё был рядом. Он бросил на Цуки ожидающий взгляд — и тот молча пошёл за ним. Мрак офиса сменился на мрак квартиры. Свет доходил до них только из коридора и едва касался края дивана и журнального столика. Когда Тадаши прошёл к столу, то взгляд тут же упал на одиноко лежащий документ, лежащий аккурат прямо посередине стола. — Глупо получилось, — заключил Тадаши. Цукишима в это время с выдохом опустился на диван, запрокидывая голову и касаясь затылком стены: — Да, я так и знал, что он здесь. Тадаши неуверенно сел рядом с ним, повернувшись боком и закинул одну руку на спинку дивана. Он рассматривал, как свет играл на лице Цуки, вырисовывая на нём чёткий светлый контур: аккуратный ровный нос, красивая линия подбородка, его ресницы, которые подсвечивались словно изнутри, пропуская сквозь себя свет. Жаль только, за очками их было не так хорошо видно. Он же ведь замечал его взгляд? Его глаза были открыты, так что, конечно, он видел, куда смотрит Тадаши. Но он просто предпочёл не замечать? Цукишима рассматривал потолок, думая о чём-то своём. А потом он повернулся — скопировал позу Тадаши, тоже запрокинул руку на спинку дивана. По виду хотел что-то сказать, но, кажется, передумал и продолжил молчать. Они сидели лицом к лицу вполоборота. Их руки были рядом. Оба гладили пальцами обивку дивана, вырисовывая узоры на нём, рядом с пальцами друг друга. Преодолевая миллиметры, тянулись навстречу друг другу, но дотронуться никто не решался. Подушечки пальцев легко и нежно оторвались от дивана и прикосновение произошло: Всё ещё в голове не укладывается. — Да, — выдохнул Тадаши с улыбкой. — Удивительно, конечно, как это работает. — Такое позорное условие получения сил, да? Оба засмеялись. И после этого — ничего. Они всё ещё касались друг друга, Тадаши чувствовал тепло кончиками пальцев, но ничего не слышал. В голове Цуки было тихо — он ни о чём не думал. Пальцы Цуки скользнули ниже по руке Тадаши, и теперь он сплёл их пальцы, мягко поглаживая его кожу. Тадаши стало щекотно — он на мгновение прикрыл глаза. Было так приятно и тепло. Его собственные пальцы дрогнули в ответ на касания и он хотел слегка сжать их навстречу Цуки. Но в этот момент Цуки отпустил его руку. Что-то, что до этого замерло в лёгких у Тадаши, отпустило, и он выдохнул. Цукишима прокашлялся и сел прямо. Тадаши ещё немного посмотрел на то место, где их руки мгновение назад почти сошлись в замок и поджал губы. Тоже сел прямо. Тадаши сглотнул, в горле пересохло. Прямо сейчас молчание казалось мучительным, поэтому он просто начал говорить то, что крутилось у него в голове. Скомканной речью, подбирая слова. Он вспомнил всё — тот азарт, то любопытство, что накрывали его в начале. Стыд вернулся к нему. Хотя он так никогда толком и не уходил. — Прости, — тихо сказал он. — За то, что… я делал. Я не должен был… лезть к тебе в голову. Это было неправильно. Цукишима немного помолчал, а потом ответил. — Это ты прости. — За что? Он выдохнул, отводя взгляд. — За ту фигню, что ты услышал. Ты можешь злиться. Имеешь на это полное право. — Но я не злюсь, Цуки, — Тадаши сказал это громче, чем хотел. Тот коротко усмехнулся, почти беззвучно. Веки медленно опустились. — А должен. Тадаши замолчал на секунду. — Ты… — он запнулся, — ты относишься ко мне… Слова не складывались. Цукишима сидел неподвижно, словно озвучивают его приговор. — Ты влюблён в меня? Цукишима подался вперёд, уперевшись локтями в колени, и опустил голову. — Зачем спрашиваешь, если и так всё знаешь? Тадаши замолчал. Не стал переспрашивать. Цукишима сглотнул и из него вышел хриплый голос: — Я пойду. — Поздно же. — у самого Тадаши голос тоже был хрипловатым, он сам удивился этому. Воздух между ними был горячим. Надушенным тяжёлым дыханием. Цукишима снял очки и потёр переносицу. Тадаши внимательно наблюдал, рассматривая его лицо и руки, задерживаясь взглядом на каждой мелочи. Хотелось ещё раз коснуться, но вслух он это попросить не мог. Цукишима снова надел очки и начал вставать с дивана, Тадаши свёл брови домиком. Хотел остановить, но как? Что сказать? — Давай, закрой за мной. — Цукишима прошёл в коридор. — Может останешься? Тут поспишь, мы можем… — Я пойду, — перебил его он. Тадаши больше ничего не говорил и просто проводил его, закрыв за ним дверь. Напоследок Цукишима на секунду поднял на него взгляд, но тут же отвёл. Закрыв дверь, Тадаши прислонился к ней лбом. Прикрыл глаза и выдохнул. Он стоял так какое-то время, воображая, как Цуки спускается вниз и идёт к своему дому. Так долго, что тот, возможно, уже вышел на улицу. Повернулся к окну и наблюдал, как на улице медленно кружил первый снег.