До конца пути

О клинках, которые находят своих владельцев и

О друзьях, которых не нужно искать

Утро было серым и вязким. Туман цеплялся за ноги, за плащи, за мысли. Путь вёл вниз, туда, где камни торчали, словно сломанные зубы земли, и каждый шаг отдавался глухим эхом. — Куда мы идём? — спросила Тара, прикрывая рот, чтобы не зевнуть. — Это были горные тролли, — сообщил ей Ори, — Раз уж они были здесь ночью, значит днём прятались в пещере. Гэндальф хочет её найти. — Здесь, — где-то впереди крикнул Торин, останавливаясь. Гномы толпились у входа грубо бранясь. Пещера не выглядела гостеприимной. Чёрный зев, камни, будто обугленные изнутри, и тишина, слишком уж плотная, чтобы быть обычной. Даже птицы держались подальше. А ещё вонь была такая, что слезились глаза. — Мне это не нравится, — пробормотал Бильбо, — отодвигая племянницу от входа. — Это взаимно, — хмыкнул Кили, — Но мы уже здесь. Гэндальф шагнул первым, за ним Торин, Бофур, Нори, Глоин и Двалин. Тара с радостью осталась наверху с Бильбо. Пока одни гномы копошились внутри пещеры, а другие снаружи, Тара аккуратно села на камень неподалёку и прикрыла глаза. Спать хотелось безумно… — Тарисса… — чей-то шёпот вернул её из дрёмы, и она спешно открыла глаза. Перед ней на одном колене стоял Фили и чуть обеспокоенно рассматривал её лицо. Она осмотрелась по сторонам. Гномы всё ещё копошились рядом. Увидев её замешательство, Фили чуть улыбнулся. — Не беспокойся, я просто принёс тебе свой клинок, как и обещал. Гном протянул ей кинжал, пока что сокрытый в ножнах, на которых быть своеобразный узор, как и на рукояти. Девушка аккуратно приняла его из рук Фили. Даже в ножнах он был куда уже и тоньше того, что давал ей Балин. Она аккуратно достала клинок, и, к её удивлению, он оказался довольно лёгким, и к тому же был длиннее, чем ожидала Тара — Спасибо, конечно, но тебе не жалко отдавать его? — спросила девушка, ведь ни раз видела, как Фили использует его — Не волнуйся, у него на целое войско хватит, если по карманам поискать, — раздался смешок Кили где-то рядом. — В этом он прав, — на лице Фили появилась какая-то кривая ухмылка, — Так что не переживай. Девушка ещё раз поблагодарила его и встала, чтобы прикрепить ножны к своему ремню, а Фили обернулся к Кили, который с деланной важностью сообщил, что Торин хочет видеть старшего племянника. Фили слушал его в пол уха и наблюдал за попытками Тары прикрепить подарок к ремню. Сил сонной девушки не хватало на то, чтобы затянуть крепление, так что ножны болтались на ремне чуть сильнее, чем следовало. — Можно? — спросил Фили кивая в сторону ножен, проигнорировав брата. Она кивнула и, не дожидаясь большего ответа, он вновь присел пред ней на одно колено, и аккуратно затянул крепление. — Если будет неудобно, скажи, я покажу, как перевязать на бедро. Девушка успела лишь кивнуть, и спустя мгновение Фили уже шёл в сторону пещеры следом за братом. Тара вновь достала кинжал из ножен и покрутила его в руке. Фили был прав, с ним ей намного удобнее. В какой-то момент кинжал поймал отблеск солнечного света, и девушка заметила на лезвии тонкую гравировку. Приглядевшись, она поняла, что это не просто узор, а кхуздул — гномьи руны. Она так часто видела эти замысловатые линии в книгах, когда читала легенды о гномах, что просто не могла их не узнать «Вот бы узнать у кого-то из гномов, что здесь написано.» Она подняла глаза в поисках хоть одного свободного гнома, но все были заняты, а отвлекать их она совершенно не хотела. Бильбо тоже был занят, он стоял рядом с Гэндальфом и о чём-то говорил. Волшебник отдавал старшему хоббиту какой-то клинок. Что же, она обязательно узнает, что же здесь написано такими красивыми рунами… — Кто-то приближается! Тара обернулась на крик и тут же перехватила кинжал поудобнее. — Быстрей! Держитесь вместе! К оружию! — раздался крик Гэндальфа и все гномы дружно бросились к приближающейся опасности. Тара побежала следом. Все остановились недалеко от опушки, среди деревьев и направили своё оружие по направлению к шуму, где-то в лесу. Она заняла позицию рядом с Бильбо, который, как и все, был наготове. Он выставил вперёд своё новообретённое оружие, удерживая его двумя руками. Тара тоже наставила свой клинок на надвигающаяся опасность и уставилась во все глаза на шумящий лес. Но через секунду весь обзор ей закрыл златовласый гномий затылок. Фили тут же закрыл её собой, становясь рядом с чуть дрожащим Бильбо. Несколько напряжённых минут и тут из леса вырвались кролики. И не простые, а довольно крупные, так ещё и запряжённые во что-то по типу саней. Всей этой кроличьей упряжкой руководил какой-то старичок, который громко кричал о какой-то опасности. Тара машинально отодвинула голову Фили, чтобы лучше рассмотреть незнакомца, на что гном лишь прицыкнул и отошёл в сторону, опустив свои двойные клинки. Старик был невысок, для человека, закутан в бесформенный, выцветший плащ цвета прошлогодней листвы. Ткань висела на нём слоями, местами залатанная, местами прожжённая. Под плащом виднелись такие же потертые одежды — всё в оттенках земли, коры, мха и пыли, словно он нарочно подбирал цвета, в которых можно раствориться среди деревьев. Его длинные волосы и борода были спутаны, в них застряли сухие травинки, семена и перья. Лицо казалось усталым, но добрым: мягкие черты, большие, немного растерянные глаза, в которых жила странная смесь детской наивности и древней мудрости. Он выглядел так, будто постоянно к чему-то прислушивался. — Радогаст? Радогаст Бурый! — воскликнул Гэндальф. Гномы разошлись в разные стороны, опуская оружие, а Гэндальф увлёк за собой старика чуть глубже в лес. Тара слышала, что они говорят о чём-то, но о чём именно, к сожалению, не могла разобрать. От попытки послушать хоть что-то, её отвлёк Балин: — Отличный клинок, Тара, — обратился он к ней, подходя чуть ближе и улыбаясь. Краем глаза девушка заметила, как Фили чуть напрягся, вслушиваясь в их, ещё не начавшийся, разговор. — Только вот ты не совсем правильно его держишь, позволь, я покажу, — Балин протянул к ней руку. Тара вложила оружие в его ладонь. Балин чуть примерил его в руке, показывая, как правильно его держать, и вновь вернул девушке. Она взяла его так, как правильно, и несколько раз взмахнула. Балин улыбнулся и показал ей пару простых движений, будто прямо сейчас сражался с кем-то невидимым клинком. Краем глаза Тара видела, как дядя тоже пробует повторить эти движения со своим оружием, а гномы внимательно наблюдают за неожиданным уроком и улыбаются, только Фили смотрел куда-то мимо. Ещё несколько движений и клинок поймал блик от солнца, которое редко, но всё же пробивалось через кроны деревьев, но тут Балин её прервал: — Надо же, я и не заметил. На нём гравировка, — он вновь протянул руки к оружию. — Да, я как раз хотела спросить, что это значит… — начала было Тара, но осеклась, когда увидела, как обычно безмятежное и спокойное даже в самых страшных ситуациях лицо гнома преобразилось. Он выпучил глаза и приподнял брови, читая текст на клинке. — Там что-то плохое? — решила уточнить она. Балин поднял взгляд на Фили, Тара заметила, как молодой гном сурово покачал головой. — Что ж, ничего ужасного… — проговорил Балин, — у этой фразы и нет чёткого перевода. Считай, что он просто «на удачу». Гном вновь вернул ей клинок. Не нужно быть слишком умным, чтобы понять, что Балин соврал, но Тара не хотела ставить его в ещё более неловкое положение и потому притворилась, что её устроил ответ.