До конца пути

О том, как тяжело подобрать оружие, и

О том, кто никак не может принять перемены

По просьбе Бильбо, который очень сильно не хотел, чтобы Исса рубила орков напрямую, гномы решили начать с уроков дальнего боя и Кили взялся показать ей стрельбу из лука. Он выбрал для неё самый «лёгкий» лук, но даже он оказался тяжёлым для девушки. Дерево было жёстким, тетива — тугой, а сам лук будто сопротивлялся ей. — Держи ровнее, — сказал Кили, следя за её движениями, — Не вверх. Вот так. Кили показал нужную стойку и сам натянул тетиву, показывая, чего хочет от девушки. Гномы, по её мнению, стреляли странно, почти горизонтально. Тара повторила стойку, натянула тетиву, но стрела сорвалась раньше времени, проскользила по камню и ушла в сторону. Гномы, наблюдавшие за всем этим, тяжко вздохнули. Все понимали, что стрельба из гномьего лука, это не то, что нужно девушке, но молчали, чтобы не порицать её инициативу. — Ничего, ещё раз, — подбодрил Кили. Она сжала зубы и натянула тетиву сильнее. Слишком сильно. Жгучая боль полоснула по пальцам, кожа тут же содралась, выступила кровь, но стрела просвистела мимо. Бильбо вздрогнул, и хотел было пойти к племяннице, но Балин усадил его обратно, чтобы хоббит не помешал процессу обучения. Зато Фили никто не остановил, и он подошёл к девушке и брату поближе. — Ты как? — Кили уже был рядом с Тарой. — Нормально, — буркнула она, злясь больше на себя, чем на лук. Она снова подняла оружие, упрямо пытаясь побороть неподдающийся лук, и тогда Кили обернулся: — Фили, глянь. Гном подошёл тихо, посмотрел на её стойку и нахмурился. — Локоть, — сказал он, — Ты его зажимаешь. Он показал на себе, потом осторожно приподнял её локоть, выровнял плечо. Кили стоял с другой стороны и помог повернуть кисть, чтобы правильно выровнять лук. — Вот так. А то ты будто дерёшься с луком. А он этого не любит. Тара фыркнула: — Он первый начал. Оба гнома чуть передвинули её ноги и повернули корпус. — Пробуй, — удовлетворённо сказал Кили. Девушка выстрелила, стрела полетела лучше, но всё равно мимо. Они пробовали снова и снова, помогая Таре выбрать нужную позицию, объясняли с какой силой оттягивать тетиву и ещё много чего, но всё было бесполезно. Стрелы летели неровно, и Тара ужасно злилась на себя из-за этого Она опустила лук и выдохнула: — Это не моё. Ваш способ рассчитан для силы и роста. Я могу прицелиться, но натягиваю недостаточно, и она летит не так сильно, как должна, так ещё и под углом. Фили молча кивнул и в его глазах мелькнуло понимание. Кили задумался: — Стрельба из лука — это тяжеловато, дело не в силе и не в глазах, — сказал он спокойно, — Лук не любит спешки и злости. Он требует, чтобы ты каждый раз становилась одинаковой. То же положение плеч, тот же вдох, та же пауза. А ты каждый раз стреляешь по-новому, потому что пробуешь первый раз. Может, если потренируешься ещё с подходящим луком, получится лучше, а может и нет. Просто есть оружие, которое любит контроль… и есть лук. Он любит тишину и свободу. Фили вот им и не пользуется, умеет, но не для него это. — Ты правда хорошо стреляешь? — спросила она, на что гном молча кивнул, — а почему тогда не используешь лук? — Кили правильно сказал, лук требует тишины и паузы. Я умею поймать и то, и другое, но во время боя это тяжело. Мне нравится наносить удар и знать, что мне не нужно искать стрелу, накладывать её на тетиву, ловить паузу. Я предпочитаю вести бой так, чтобы не было ни одного промедления. С мечом или кинжалом ты всегда внутри события. Решение рождается — и сразу становится движением. Не нужно держать его в себе, не нужно ждать, пока оно «созреет». Ты сделал шаг и уже видишь, был ли он верным, — он чуть замялся, теребя косичку на усах, — проще говоря, мне важно, чтобы я был готов принять удар и ответить в любую секунду. Было видно, как Тара задумалась, её брови сошлись на переносице. — Думаю, мне тоже нужно чувствовать момент сразу, — сказала она, — Двигаться, вкладываться, отвечать всем телом. Когда удар можно понять не только головой и силой, но и всем телом… Двалин, наблюдавший всё это время за их пыхтениями и разговорами, хмыкнул и шагнул вперёд: — Ну наконец-то, а то я уж думал, когда вы сами это поймёте! Доставай свой кинжал, будем учить тебя настоящему бою. Тара вытянула из ножен кинжал, который ей подарил Фили. Она уверенно взяла его в руку и встала в стойку, как когда-то в лесу её учил Балин. — У тебя хорошая мышечная память, — одобрительно кивнул Двалин, — Это особенность хоббитов или только вы с Бильбо такие? — Тяжело сказать, — задумчиво отозвался Бильбо, — сколько себя помню, не видел хоббита в бою. Гномы посмеялись и вернулись к тренировке, Двалин продолжил тренировать Бильбо и Тару, а Гэндальф отошёл к фонтану и закурил трубку, наблюдая за ними. К ужасу Бильбо, у Тары не плохо получалось, но каждому движению чего-то не хватало: то длины клинка, то скорости реакции, то силы удара. Хоббит понимал, что будь всё это реальным боем, а не тренировкой, Тара бы уже была убита. Девушка тоже это понимала и от того яростнее размахивала клинком. Вот только стало от этого только хуже, потому что в своих порывах и замахах она забывала о правильном положении клинка, о движении ног, о нужной силе удара, и главное, о безопасности. Двалин то тут то там тыкал в неё палочкой, которую во время тренировок использовал как оружие противника, заставляя девушку злиться всё сильнее и с тяжестью в голосе повторял, что «У зайца с белкой совместимости больше, чем у Тары с клинком». Бильбо, у которого до этого стало неплохо получаться, теперь был так задумчив, что все новые знания шли мимо него. Двалин тяжело вздохнул и опустил палку: — С меня хватит, — обратился он к Бильбо, — ты совсем потерянный стал, клинок это конечно однозначно твоё оружие, но, кажется, с тебя сегодня хватит. Бильбо с облегчением спрятал своё оружие в ножны и отошёл к Гэндальфу, перевести дух. — Что беспокоит тебя, мой друг? — спросил волшебник, — с тех пор, как в руках Тариссы появилось оружие, ты стал мрачнее тучи. — Я боюсь за неё, Гэндальф, — пробормотал Хоббит, — ладно бы ещё лук. С ним можно стоять где-то далеко и защищаться от врага, не думая о том, что этот враг сейчас полоснёт тебя мечом… — Ну что ты, Бильбо, — Гэндальф участливо положил руку ему на плечо, — у неё славно выходит с кинжалом для первого раза. Да, чего-то однозначно не хватает, но тебе разве не спокойнее от того, что она может хоть немного владеть оружием? — Нет, — отозвался хоббит, — дело в другом. Стоит ей понять, что она умеет бороться, и её больше не получится держать в тылу. Если раньше мы не вписывались в эту компанию, и я ещё мог надеяться на то, что моя Исса отсидится в кустах, то теперь я совершенно уверен, что стоит мне или хоть одному из них попасть в опасность, то никто уже не сможет удержать её в кустах. Она бросится в бой защищая своих, — нахмурился Бильбо, — теперь своих. — Разве тебя не охватывает гордость за то, что она так осмелела? — Она всегда была смелой девушкой, просто у неё не было повода это показать, и не было навыка, чтобы помочь и потому она, как умный хоббит не лезла в драку… Бильбо осёкся, вспоминая, как она выбежала с каким-то кинжалом на поляну к троллям, совершено не зная, как использовать его правильно. — Теперь, когда я вижу, что у неё появляется навык, мне становится страшнее, ведь теперь ничто не остановит её, если она решит, что ей нужно кого-то защитить… — Давай признаем, — хмыкнув Гэндальф, будто что-то вспомнил, — что и без должных навыков её мало что останавливало. Бильбо потупился и замолк. Он не зал, что сказать и уж тем более не знал, что делать. — И всё же ты прав, — нахмурился Гэндальф, — кинжал не подходит ей… Бильбо хотел было что-то сказать, но волшебник продолжил: — Но и в кустах ей не место. Ей нужно кое-что другое… С этими словами волшебник встал и задумчиво отправился прочь, что-то бурча себе под нос, оставляя бедного хоббита в полном недоумении.