В моих руках

— Держи. Тен-Тен протянула ему то, ради чего Киба мчался сюда сломя голову. Тот самый скотч. Немного запыхавшись, Инузука забрал клейкую ленту из рук подруги и тяжело перевёл дух, выпрямляясь. — Спасибо. — Знаешь, ты мог просто написать мне, а не бегать и искать по всем кабинетам, — хмыкнула брюнетка, качнув головой. — Да-да... Совсем из головы вылетело, — он виновато улыбнулся. — Ну ладно, я побежал, скоро встретимся. Тен-Тен кивнула, а Киба мигом развернулся и быстрым шагом направился обратно к корпусу, где оставил Хинату. Когда он вернулся, она сидела на лавочке в коридоре. Пачка ярко-красных плакатов была смята в её руках — пальцы вцепились в картон так сильно, что ногти побелели. Вся её поза выдавала глубокое, парализующее опустошение. В коридоре стояла звенящая тишина. Хината выглядела бледной и какой-то неестественно притихшей, словно все её мысли были очень далеко. Её ресницы были влажными, а взгляд — уставшим, паническим и испуганным. Увидев её такой, Киба почувствовал, как сердце тревожно сжалось. Радость от скорой встречи улетучилась, он невольно замедлил шаг, боясь неосторожным движением испугать её или разрушить этот хрупкий момент. — Эй... привет, — он попытался улыбнуться как можно мягче. — Ты в порядке? Я принёс скотч. Стоило Хинате услышать его голос, как её взгляд мгновенно изменился. Было видно, что в этот короткий миг она изо всех сил пытается спрятать что-то глубоко внутри себя, перестроиться на привычный лад. Она мягко улыбнулась своей самой милой, привычной улыбкой, но Киба слишком хорошо её знал — за этой ширмой отчетливо читалась сильная подавленность. — Ой, привет, Киба-кун, — она встаёт и выпрямляется. — Да я в порядке. Спасибо. — Точно всё в порядке? — он протянул ей клейкую ленту, внимательно вглядываясь в её лицо. — Да, — девушка тихо кивнула и забрала предмет. Голос её звучал ровно, почти обыденно, только чуть тише обычного. — Всё нормально, просто устала чуток. Я уже разместила постеры в некоторых местах здесь, закрепила так, чтобы они не упали. Давай пойдём в другое место? — А… Хорошо. Прежде чем он успел убрать руку, Хината внезапно взяла его за ладонь. Её пальцы были прохладными, но держали крепко. Она мягко потянула Кибу в сторону выхода, и от этого неожиданного жеста у него к щекам мгновенно прилила кровь. Он сразу же поддался её движению и пошёл вместе с ней по пустому коридору, молча всматриваясь в её тёмную макушку и боясь разрушить это внезапное, тихое единение. Но внутри Кибы всё равно набатом била тревога. Она шла впереди, чуть сильнее сжимала его ладонь с каждым новым шагом, словно пытаясь удержаться за него в падающем мире. Он не видел её лица, скрытого волосами, но даже со спины она выглядела слишком беззащитной и надломленной — настолько, что казалось, сделай он сейчас одно лишнее, резкое движение, и она просто разобьётся на мелкие осколки. — Хината… — не выдержав, тихо позвал он. — Потом. Короткое, глухое слово оборвало его на полуслове. Киба даже представить не мог, что могло произойти за то ничтожно короткое время, пока он ходил к Тен-Тен. Он уже двести раз успел мысленно проклясть себя и пожалеть, что оставил её одну в этом огромном, пустом здании. Но что бы то ни было, Хината явно не собиралась говорить об этом прямо сейчас. Он решил не настаивать. У Хинаты была эта дурная, опасная привычка — держать всю боль в себе, до последнего скрывая её за мягкой улыбкой. И Киба надеялся, что она расскажет ему потом, когда ей будет удобно и не будет держать всё в себе. Когда они наконец оказались снаружи, на залитом солнцем крыльце, Хината остановилась. Она всё еще держала ладонь Кибы, продолжая стоять чуть впереди, спиной к нему, словно боялась развернуться и показать свое лицо. Коридоры остались позади, но тишина между ними никуда не делась — теперь она была наполнена далеким гулом улиц. Лёгкий, тёплый ветер подхватил тёмные пряди девушки, медленно, будто в каком-то печальном танце, играя с её волосами. Киба замер, не смея нарушить это молчание. Вдруг он заметил, как у Хинаты снова начали мелко дрожать пальцы — эта дрожь шла откуда-то изнутри, волнами. Словно теряя последнюю точку опоры, она лишь сильнее вжалась подушечками пальцев в его ладонь, цепляясь за него с немой, отчаянной силой. В ответ Инузука сам крепче прижал свои пальцы к её бледной, ледяной коже. Он сделал это медленно, бережно, вкладывая в это простое рукопожатие всё то, что не мог выразить словами. Он давал ей понять: всё хорошо. Что бы там ни произошло внутри этого чёртова здания, какая бы лавина ни сорвалась в её мыслях — он здесь. Он рядом с ней и никуда не уйдёт. Для Кибы эта судорожная хватка была самым ценным, что он получал за последние дни. Он был готов закрыть её от всего мира, от её собственного горя, от призрака Ли, от Тен-тен, Сакуры, Наруто — от чего угодно. Главное — не отпускать эту холодную руку. — Ребята! Внезапный, звонкий голос Тен-Тен прорезал воздух, как выстрел, разом сокрушив это хрупкое, безмолвное уединение. Хината вздрогнула всем телом, будто её поймали на чём-то запретном. Она тут же, почти испуганно, выпустила ладонь Кибы, лишая его этого отчаянного, спасительного тепла. Не дав ему опомниться, она стремительно повернулась лицом к подруге и — будто ни в чём не бывало — выдавила из себя мягкую, безупречную улыбку. — Привет, Тен-Тен-чан! Голос Хинаты прозвучал на удивление чисто, лишь на самой высокой ноте едва заметно дрогнул, но неопытный слух Тен-Тен этого не уловил. Киба же остался стоять как вкопанный. Его рука так и застыла в воздухе — полусогнутая, пустая. Эта мгновенная, пугающая метаморфоза ошарашила его до глубины души. Ещё секунду назад Хината беззвучно ломалась на его глазах, её пальцы судорожно впивались в его кожу в немом крике о помощи, а сейчас перед ними стояла прежняя, привычно-тихая девушка. Эта маска казалась настолько непроницаемой, что Кибе на мгновение почудилось, будто вся их сцена у перил ему просто привидилась. В груди болезненно заныло от этого резкого, несправедливого отчуждения. Он медленно опустил руку, несильно сжал кулак и стал осторожно тереть подушечками пальцев ладонь. Кожа всё ещё хранила едва уловимое, покалывающее послевкусие её ледяных пальцев. Он судорожно пытался поймать, удержать внутри себя это мимолётное ощущение близости — единственное, что за последние дни заставило его почувствовать себя живым человеком, а не загнанным в угол зверем. — Я закончила со своим факультетом! — На её щеках горел здоровый румянец от быстрой ходьбы, а в глазах светилась упрямая, деятельная решимость. Она поправила лямку рюкзака и протянула руку к пачке плакатов, которую держала Хината. — Там на досках вообще места не было, пришлось половину старых объявлений содрать. Дел ещё по горло, надо успеть до темноты обойти другие здания. — Да, ты права, нам нужно поторопиться, — спокойно сказала Хината. Она согласно кивнула, продолжая удерживать на лице эту непонятную для Кибы, но такую привычную и мягкую для Тен-Тен улыбку. — Идёмте. Хината всё это время продолжала удерживать маску «привычной» Хинаты. Скорее всего, она просто не хотела портить боевой настрой Тен-Тен или, в принципе, была не готова делить с кем-либо то, что только что произошло за закрытой дверью. Инузуке это совершенно не нравилось. Внутри него росло глухое раздражение, но он не настаивал и сам изо всех сил старался не выдать Тен-Тен неизвестную проблему подруги. Однако, несмотря на собственное замешательство, он неотступно держался рядом с Хинатой. Киба следил за каждым её движением, пока она механически подбирала очередное место для листовки, и то и дело замечал, как резко, до неузнаваемости менялся её взгляд, стоило Тен-Тен отвернуться. В эти редкие секунды из её глаз исчезало всё живое. От этого зрелища Кибе самому становилось физически больно. Ему до безумия хотелось просто подойти, вырвать у неё эти чёртовы, никому не нужные листовки, швырнуть их в урну и украсть Хинату — увезти в какое-нибудь тихое, спокойное место, где никто и никогда не сможет причинить ей вреда. С работой они закончили на удивление быстро. Знакомые Наруто тоже оперативно разобрались со своей частью тиража и даже скинули в общий чат несколько фотографий изнутри разных корпусов в качестве доказательства. Глядя на экраны телефонов, Тен-Тен воодушевленно заговорила о том, что нужно бы распечатать ещё такую же пачку, но Киба вовремя её отговорил, сославшись на то, что уже слишком поздно и пятидесяти штук для начала более чем достаточно. — Ну что же, ребята, — устало, но искренне улыбнулась Тен-Тен, когда они наконец вышли к главным воротам кампуса. — Большое вам спасибо. Особенно тебе, Хината, — она тепло посмотрела на подругу и крепко обняла её за плечи. — Я бы точно не справилась одна… — Не за что, Тен-Тенушка, — тихо отозвалась Хината. Она обняла её в ответ и принялась медленно, успокаивающе поглаживать по плечу, уткнувшись подбородком в её футболки. И в этот момент Киба, стоявший чуть позади, готов был поклясться: лицо Хинаты, скрытое от Тен-Тен, оставалось абсолютно неподвижным и белым, словно у фарфоровой куклы. Напоследок Тен-Тен помахала друзьям, пообещав, что в следующий раз обязательно угостит их в знак благодарности, и радостно ушла, оставляя Кибу и Хинату наедине. Хината улыбалась и махала ей в ответ, пока силуэт подруги не скрылся за поворотом улицы. В ту же секунду взгляд девушки поник, и она молча уставилась в землю, прямо на свои носки. Киба только хотел подойти ближе, как она внезапно шумно вздохнула, слегка хлопнула ладонями по своим щекам, будто заставляя себя очнуться, и повернулась к парню. — Я тоже пойду, Киба-кун, — она мило улыбнулась. Устало, но как-то слишком искренне. — Спасибо большое и тебе. Это была улыбка смертельно раненного, убитого зверя. У Кибы всё сжалось в груди. В этот момент ему до безумия захотелось просто растерзать, уничтожить того, кто сотворил это с Хинатой, — даже несмотря на то, что он ещё не знал имя виновника. Он готов был сжечь этот чёртов кампус дотла, если потребуется, чтобы все до единого поплатились за её слёзы, и плевать, если пострадают невиновные. Не важно что, не важно как и где, но Инузука этого никому не простит. — Ну… Я пойду, а то устала очень, — она медленно опустила взгляд. — Советую тебе тоже отдохнуть, ты это заслужил. Она уже развернулась, собираясь сделать шаг в сторону дома, как Киба резко перехватил её за ладонь. Её тело испуганно вздрогнуло. Белые, почти прозрачные глаза Хинаты широко распахнулись и уставились на парня. Лицо Кибы дышало глухой яростью и одновременно — безграничной грустью. Он сжал её ладонь грубо, но в то же время невероятно бережно, почти успокаивающе. Парень всеми силами пытался передать ей через это прикосновение одну-единственную мысль: она может ему довериться. Он не даст её в обиду. И что бы ни случилось, он её не отпустит. — Хината, — он сделал тяжелую паузу, заглядывая ей в самую душу. — Пообещай только, что потом ты мне всё объяснишь. Её глаза мгновенно повлажнели, а губы мелко задрожали. Из последних сил Хината сдержала подступившие слёзы. Смотря на Кибу, она слишком резко вспомнила Наруто, и к горлу снова подкатила жгучая, тошнотворная дурнота. Ей стало настолько плохо, что она тут же отвернула голову в сторону, пряча лицо. Лишь шершавая, но такая надёжная и тёплая ладонь Инузуки помогла ей удержать равновесие и окончательно собраться с мыслями. — Угу. Обещаю… — едва слышно прошептала она. Хината медленно кивнула. Она замерла на пару секунд, позволяя себе ухватиться за это единственное живое тепло, и только после этого мягко опустила ладонь. На этот раз Киба не почувствовал той пугающей отчуждённости, что была на крыльце, и это принесло ему слабое, но такое необходимое утешение.

***

Последнии недели семестра проходили скучно, жутко, муторно. Если мысль о Ли хоть и дёргала, но лишь изредка пугала ночными кошмарами, не давая выспаться, то мысли о бедной, измученной Хинате медленно убивали изнутри. Киба знал, что она обязательно ему всё расскажет — она была не из тех, кто нарушает обещания. Ей просто требовалось дать немного времени и дистанцию, и она точно всё объяснит. Но это ожидание мучало его, изводя постоянной тревогой вперемешку со страхом. Хината отдалилась. И не только от него, но и от всех остальных. Раньше по вечерам ей так нравилось общаться с девчонками в общем чате, скидывать свои учебные проекты, фотографии личных поделок и показывать домашних кроликов. Теперь же она отвечала сухо, короткими фразами — словно делала это не потому, что ей хотелось, а потому, что было надо, ради приличия. Это быстро заметила Ино, но Хьюга привычно отмазывалась, ссылаясь на тяжёлый конец учебного года, завалы по сессии и сложную сдачу проектов. Вдобавок ко всему, маму Кибы вызвали в участок. Её вместе с обученными собаками привлекли к помощи полиции в поисковой операции. Каждый раз после очередной смены она возвращалась домой на взводе и раздражённой, потому что поиски продвигались ужасно. Лишь недавние показания Ино о том, что Ли пропал именно после их бурной вечеринки, дали следователям чёткую зацепку: искать нужно где-то в районе их домов. Поиски трупа, сессия, закрытие хвостов и Хината... Всё это давило на парня, он сам был весь на иголках, содрогаясь от каждого шороха. Чтобы хоть как-то опустошить голову и заглушить навязчивые мысли, Киба начал изнурять себя спортом, как в старые добрые времена. Утренние пробежки с Акамару до седьмого пота и вечерние походы в местный спортзал действительно помогали ненадолго успокоиться. Не зря древние греки верили: «В здоровом теле — здоровый дух». Эта фраза слишком сильно кого-то напоминала. После последнего разговора парень на всякий случай написал Хинате ещё раз. Напомнил, что она всегда может ему довериться и рассказать о своей беде в любой момент, когда будет готова, после чего изо всех сил старался её не тревожить. Каждый божий вечер он открывал их пустой диалог, подолгу смотрел на её последнее текстовое «Обещаю» и заносил пальцы над клавиатурой. Ему до безумия хотелось написать, спросить, как она, но Киба вовремя себя одёргивал — нельзя на неё давить. Ей нужно пространство. Чтобы хоть как-то отвлечься, Киба зашёл в общий чат. Ребята всё ещё обсуждали исчезновение Ли, но уже далеко не так активно, как в первые дни. Даже Тен-Тен старалась реже поднимать эту тему, чтобы окончательно не загонять себя в депрессию. Разве что Саске иногда делился сухими новостями о ходе поисков — он периодически помогал своему старшему брату, который работал в полиции. Но, вопреки всему, друзья всё ещё искренне надеялись, что Рок Ли скоро найдётся. Внезапно в чате всплыло новое сообщение от Чоджи. ЧОДЖИ: « Ребята, я знаю, что сейчас не самые лучшие времена, но я бы хотел пригласить вас на свой день рождения в эту субботу. Кто сможет прийти? » InoPurpleStar: « Я! OMG, ты не представляешь, как мне сейчас нужно просто выйти из дома!!! Каждое долбаное утро до самого вечера под окнами трутся полицейские с собаками. Это выматывает просто нереально ;( » ❀Sakura_Haruno❀: « А мы будем пить? » ЧОДЖИ: « Да. Но не переживай, в этот раз алкоголь будет нормальным, не паль какая-нибудь. Слово даю! » ДиКиЙЛиС𖦹1000: « Йоуууу чел я точно преду!!! Мы должны топово затусить я уже приготовил тебе подарок хд Сакура-чан и Саске тоже будут там » СаскеУчиха: « приду*. » ДиКиЙЛиС𖦹1000: « ДА ИДИ ТЫ В ЖОПУ САСКЕЕЕЕ » ЧОДЖИ: « Спасибо, Наруто! Кто ещё сможет? Мне нужно всё просчитать, я сам буду готовить. Саске, Сакура, Наруто, Ино записаны. Шикамару тоже будет » InoPurpleStar: « И Сая тоже запиши!!! » ДиКиЙЛиС𖦹1000: « А можно заранее меню заказать? Мне большую порцию рамена, пожалуйста ))0))) » ❀Sakura_Haruno❀: « Дурак, это не твой день рождения. Чоджи, готовь всё на своё усмотрение. Если надо, я могу приехать пораньше и помочь с готовкой » ☯︎ Тен-Тенушка ☯︎: « Я пожалуй откажусь от приглашение... » InoPurpleStar: « Girlie, тебе наоборот нужно там быть! Я знаю, как тебе сейчас тяжело, тебе просто необходимо разгрузить голову » ☯︎ Тен-Тенушка ☯︎: « Ладно ладно… Я подумаю, но не обещаю что смогу быть с вами долго » Киба тяжело вздохнул, уставившись в потолок. Его раздирали противоречия. С одной стороны, безумно хотелось напиться, повеселиться и хоть на один вечер забыться, притворившись, что всё как прежде. С другой — у него не было никакого желания выдавливать из себя фальшивое веселье и смотреть в глаза друзьям. К тому же Хината в чате так ничего и не ответила. И Киба был уверен: она никуда не пойдёт, даже если это день рождения близкого друга. Но тот ошибся. Стоило ему заблокировать экран, как телефон в руке снова завибрировал от очередного уведомления из общего чата. Хината_Хьюга ♡: « Я тоже хочу прийти » InoPurpleStar: « OMG!!! Даже наша любимая тихоня хочет веселиться! Тен-Тен, видишь? Тебе теперь уж точно обязательно нужно там быть! Киба, ты тоже придёшь, и нет, тебя никто не спрашивает, отказ не принимается » ЧОДЖИ: « Классно! Буду ждать вас в субботу, примерно к семи часам вечера » InoPurpleStar: « О-о-о! Чуть не забыла! Чоджи, слушай, а может твой день рождения стать ещё и костюмированной вечеринкой? Я просто сейчас готовлю один масштабный проект для большого конкурса, и мне срочно нужны «подопытные» для примерки » ЧОДЖИ: « Да без проблем, я за. А от нас нужно что-то особенное? » InoPurpleStar: « Не-а, я всё сама принесу. Нужна будет только отдельная комната под примерочную» ЧОДЖИ: «Хорошо, устроим ». InoPurpleStar: « Супер!!! Тогда меня сегодня вечером не беспокоить, у меня творческий наплыв, буду творить. Goodbye! » Киба перечитал короткую строчку от Хинаты несколько раз, чувствуя, как внутри всё переворачивается. Он был готов поклясться, что она закроется в четырёх стенах, но её внезапное «хочу прийти» полностью спутало ему все карты. Почему она согласилась? Чтобы не вызывать подозрений у Ино и у остальных? Или просто как и он просто опустошить голову? Одно Инузука знал точно: раз идёт она, то он тем более обязан там быть. Присматривать за ней. И защищать, если костюмированная игра Ино зайдёт слишком далеко, а зная её, эта лиса точно что-то натворит.

***

Хината в личку так ничего и не написала, и это, конечно, огорчало. Однако Киба всё равно был искренне рад, что увидит её на вечеринке. Наверняка она расскажет ему всё сразу после праздника — когда голова немного разгрузится от мыслей, да и пара стаканчиков сделают её чуточку храбрее. Как он понял, раз уж Ино сама тащит костюмы для своего проекта, то утруждать себя подбором одежды вообще не имело смысла. Да и не то чтобы Кибе хотелось наряжаться, да и парадного в его гардеробе отродясь ничего не водилось. В качестве подарка Инузука сначала хотел выбрать что-то связанное с кулинарией, но вовремя сообразил: зная Чоджи, остальные наверняка притащат кухонные гаджеты или еду, а это слишком банально. Поэтому его выбор пал на классный, хоть и недорогой конструктор — залипательную вещь, перед которой не устоит ни один парень, сколько бы лет ему ни было. Когда его мама узнала, что грядёт день рождения сына владельца того самого места, где она постоянно заказывает ужины, она просто не могла упустить шанс передать что-то от себя. Перед самым выходом она вручила Кибе бутылку особого, дорогого коньяка и с ходу предупредила: если он сам попробует оттуда хоть каплю, она его так в стену впечатает, что вмятина останется. Мама шутить не любила, так что Киба рисковать не собирался. В итоге Инузука стоял прямо на пороге дома Чоджи. Одет он был максимально просто: обычная чёрная футболка, чёрные штаны и — единственное яркое пятно — новые красные кроссовки. В одной руке он сжимал криво и наспех упакованную коробку с конструктором, в другой — увесистую бутылку, на горлышко которой всё-таки умудрился косо нацепить красивую подарочную ленточку. Со стороны это выглядело довольно забавно. Киба глубоко вздохнул, настраиваясь на долгий вечер, и потянулся к звонку. Дверь распахнул сам именинник. Вот только выглядел он... как-то слишком зелёно. — А… — Опа, как раз вовремя! — искренне обрадовался Чоджи. — Ино только-только закончила подправлять твой костюм. — Это, конечно, хорошо, — Киба неловко улыбнулся, пытаясь переварить увиденное. — Только… почему ты... зелёный? И что это у тебя на ушах? — В смысле? Разве не видно? Я же Шрек! — захохотал тот, весело хлопнув себя по животу. Родные объемы Чоджи костюм не просто подчеркивал, а за счет каких-то накладок увеличивал раза в два. — Кстати, Шикамару у нас Осёл. Заходи! Инузука переступил порог, всё ещё пребывая в легком ступоре. Чего-чего, а встретить в дверях каноничного болотного огра в первый же хмурый вечер субботы он точно не ожидал. Он молча передал Чоджи коробку с конструктором и бутылку коньяка. Тот бережно унес их к горе других подарков, а Киба прошел глубже в дом. На кухне у стола стояла Тен-Тен в длинном синем платье со специфическим жёлтым вырезом и пышными рукавами-фонариками — судя по всему, ей досталась роль Белоснежки. Рядом с ней крутился Шикамару, лениво что-то рассказывая. И он действительно выглядел как Осёл, только в версии «лакшери»: его серый костюм сидел на нем на удивление стильно, и единственным, что вызывало смех, были длинные накладные уши и серый грим на носу. Не успел Киба поздороваться, как из темноты коридора вынырнула Ино. Она цепко схватила его за предплечье и без лишних слов уволокла в соседнюю комнату. Оглядевшись, парень понял, что под «примерочную» Яманака оккупировала спальню родителей Чоджи. На широкой кровати были аккуратно разложены еще несколько нарядов, один из которых, видимо, предназначался Инузуке. Сама Ино, стоявшая посреди комнаты с портновским сантиметром на шее и ножницами в руках, выглядела как всегда эффектно. На ней было её любимое фиолетовое платье, но с непривычно длинной пышной юбкой, украшенной искусственной листвой и блестящими стразами, а распущенные светлые волосы, которые были украшенны цветами, доходили почти до самого пояса. — Я так понимаю, ты у нас ведьма? — хмыкнул Киба. — Ха-ха, очень смешно, Инузука, — фыркнула блондинка, наградив его уничтожающим взглядом. — Ещё раз так пошутишь, я тебе что-нибудь лишнее пришью, а то и похуже — отрежу! Я Рапунцель, вообще-то. — Ну простите, я в высокой моде не особо разбираюсь. То есть ты решила превратить нас в героев сказок? — Да, — довольно задрала нос Ино. — Только исключительно в стиле «Ино». Со стразами, ручным пошивом и из моей любимой ткани. Ну, в принципе, тебе этого всё равно не понять. Яманака целеустремленно шагнула к кровати и подхватила длинную темно-зелёную накидку, больше напоминающую искусно разодранный в клочья халат. В комплекте к ней шла белая рубашка, которая выглядела так, будто в ней только что повалялись в грязи, рваные серые джинсы и — зачем-то — узкий черный галстук. — Это ещё что такое? — Киба брезгливо приподнял рубашку за воротник. — Я не припоминаю, чтобы в сказках авторы так детально описывали бомжей… — Да хватит уже ныть, просто надень это! — топнула ножкой блондинка, насильно впихивая ему в руки ворох одежды. Киба закатил глаза, но спорить не стал — послушно забрал вещи. Ино тут же вымелась за дверь, оставив его переодеваться. Джинсы сели нормально, а вот с рубашкой возникли проблемы: в плечах она натянулась, и последние пуговицы на груди держались исключительно на честном слове и упрямстве дизайнера. Галстук Киба просто накинул на шею петлей — завязывать эти удавки он так и не научился. Напоследок он набросил потрёпанную зеленую накидку. Несмотря на свой бомжеватый вид, ткань оказалась чертовски приятной на ощупь. Подол доходил почти до икр, а по центру шел глубокий разрез; рукава же едва прикрывали локти. Развернувшись, парень скептически уставился на свое отражение в большом зеркале шкафа. Ну и где тут стиль? На данный момент Киба выглядел как классический бродяга, укравший вещи из костюмерной театра, и не более. Он ума не мог приложить, какого чёрта за персонажа сотворила из него бурная фантазия Ино. — Ты всё там? — нетерпеливо позвала Ино, которая всё это время ждала за дверью. — Да, заходи! Яманака решительно шагнула в комнату и поначалу довольно улыбнулась, готовая оценить плоды своего «дизайнерского гения». Правда, её триумфальное выражение лица резко сменилось на искреннее возмущение, стоило ей опустить взгляд на его рубашку. — А где пуговицы?! — ахнула она. — А это, — Киба тоже посмотрел вниз. Пара нижних пуговиц бесследно исчезла — видимо, они окончательно сдались и с позором катапультировались в неизвестном направлении, пока он натягивал эту тесную накидку. — Что я могу поделать? — парень развёл руками. — Эта рубашка на меня еле налезла, скажи спасибо, что я швы на спине не пустил. — Уф, ладно, не суть, — фыркнула Ино, закатив глаза. — Остальное вроде нормально сидит. Теперь остались финальные аксессуары. Она целеустремленно направилась к большой пластиковой коробке, притаившейся в углу спальни. Сев на корточки, блондинка принялась с шуршанием перебирать её содержимое. Инузука в свою очередь снова повернулся к зеркалу, чтобы оценить масштаб катастрофы, как вдруг — дзинь! — очередная пуговица с тихим стуком отлетела прямо в стекло и отскочила на ковёр. Ткань на груди разошлась ещё сильнее, оставляя торс Кибы полуобнажённым. — Ага, вот и они! Ино победоносно поднялась и развернулась к парню. В руках она бережно держала массивный кожаный ошейник с заклепками, пушистый ободок с острыми ушами и длинный серый хвост на резинке. На её лице заиграла поистине злодейская, предвкушающая улыбка, и она начала медленно, устрашающе надвигаться на него, поигрывая ножницами. Киба с трудом сглотнул вставший в горле ком и невольно попятился, пока не упёрся спиной в шкаф. — Нет… Только не говори, что… — Да, Инузука! — торжествующе провозгласила Рапунцель-Ино, нависая над ним. — Ты у нас Серый Волк! Звуки, доносившиеся из «примерочной», временами напоминали грохот из какого-нибудь яростного мультика. Но хватило всего пары мгновений, чтобы Ино железной рукой зафиксировала на Кибе все недостающие детали. Как ни странно, пушистые уши сели на его макушку так, словно были созданы специально для него. Пышный серый хвост теперь гордо красовался сзади — и Кибе наконец-то стало понятно, ради чего Яманака сделала тот странный разрез на подоле накидки. Кожаный ошейник, на которой висела металическая бирка, в виде плоской косточки, чуток давил на горло, но парень мысленно поблагодарил богов уже за то, что на него не повесили какой-нибудь дурацкий колокольчик и обошлись без поводка. Киба был зол и явно недоволен своей «ролью». Ему казалось, что на его фоне даже Осёл-Шикамару выглядит верхом привлекательности и стиля. Ино же победоносно выдохнула, устало протерев лоб тыльной стороной ладони. — Ты ведьма, а не Рапунцель, — фыркнул Инузука. Он демонстративно усаживался прямо на ковер, скрестив руки на груди и обиженно дернув искусственным ухом. — Может, тебе ещё и намордник поискать, а, Серый? — хмыкнула блондинка, ничуть не задетая его ворчанием. — Ну да ладно, моя работа здесь закончена. Гордись, ты стал частью высокого искусства! Можешь выходить к публике. — Никуда я не выйду! — парень демонстративно отвернулся к стене. — Ни за что в жизни! — Да? Ну как знаешь, — протянула Ино, хитро прищурившись. — Там вообще-то в зале Хината с остальными ребятами уже ждут... Яманака как никто другой знала, как заставить Инузуку делать что-то против его воли. Потому что стоило ему услышать первый слог имени «Хи-», как все его упрямство мгновенно испарилось, и парень послушно поднялся на ноги. — Что? Ты и Хинату нарядила?! — он нахмурился, в упор посмотрев на дизайнера. — Конечно! Это же костюмированная вечеринка, — Ино уперла руки в бока и самодовольно хмыкнула. — Минуточку, ключевое слово здесь — «костюмированная». Никаких исключений. — Ну смотри у меня... Если ты натянула на неё что-то глупое или нелепое... — Дурак, что ли? — перебила его Яманака, картинно закатив глаза. — Хинаточка получила самый милый, красивый и безобидный костюм во всей моей коллекции. Не веришь — иди сам посмотри. Киба раздражённо оскалил зубы. Его собственные клыки сейчас казались ещё длиннее и острее, хотя Ино, разумеется, ничего на них не лепила — просто злость пробудила в нём дикие инстинкты. Он пулей выскочил из «примерочной», стремясь поскорее убраться от Яманаки, и направился в гостиную, где уже гремела музыка. В зале действительно собралась вся компания, и выглядели они максимально колоритно. На самом краю просторного дивана сидела Каруи — новая девушка Чоджи. На неё Ино натянула облегающее зелёное платье, подол которого напоминал рыбий плавник. Наряд был расшит необычными переливающимися стразами, похожими на чешую, а в её ярко-рыжих волосах красовались заколки в виде ракушек и морских звёзд. Очевидно, Каруи досталась роль Русалочки. Рядом с ней устроился Наруто, который бурно и с активной жестикуляцией что-то ей рассказывал. На его макушке торчали пушистые рыжие уши, на затылке сдвинулась огромная охотничья шляпа с пером, а к поясу был прикреплен длинный лисий хвост. Рубашка Узумаки была небрежно заправлена в брюки, но главным украшением его образа, без сомнения, являлись красовавшиеся на ногах огромные кожаные сапоги. Кот в сапогах, не иначе. Хотя тут скорее всего Лис в сапогах. Саске сидел тут же, на подлокотнике, и молча слушал их трёп, лениво потягивая какой-то коктейль из красного пластикового стаканчика. Судя по белой свободной рубашке, кожаному жилету, бандане и бутафорскому кортику на поясе, Учиха был пиратом, подозрительно сильно напоминая капитана Джека Воробья. Сай держался чуть в сторонке. Ему досталась, пожалуй, самая «важная» и пафосная роль — белоснежный камзол с золотыми эполетами превратил его в каноничного сказочного принца, что в сочетании с его вечной бледностью и странной улыбкой выглядело даже жутковато. Сакура оккупировала кресло рядом с телевизором, сосредоточенно листая музыкальные каналы на пульте. На ней тоже был эксклюзивный наряд: Киба не сразу понял, что Харуно косплеит благородного рыцаря. Необычный подход Ино — соединить изящное женское платье с элементами стальных доспехов и наплечников — действительно заслуживал уважения. Выглядела Сакура мощно и грациозно. Всё это, конечно, было весело, но Кибу весь этот карнавал интересовал в последнюю очередь. Его волновало только одно: во что Ино умудрилась нарядить Хинату? Он лихорадочно сканировал гостиную глазами, обойдя взглядом Сакуру, Саске и прыгающего Наруто, но Хьюги в зале так и не нашлось. — О, вот и ты, Серый! — наконец заметил его Наруто и тут же оглушительно расхохотался, чуть не свалившись с дивана. — А что, тебе чертовски идёт! Каноничный волчара. — Тц. Если бы я знал, что буду выглядеть как бомжеватый оборотень, я бы вообще пришёл сюда голым, — огрызнулся Инузука, поправляя сползающий набок ошейник. — Да ладно тебе, не ной, — ухмыльнулся Узумаки, подняв свою пижонскую шляпу. — Вон, смотри, уши на тебе сидят даже лучше, чем мои лисьи. — Эй-эй, давайте собираться! — Тен-Тен зашла в комнату, держа в руках пару больших кастрюль с горячей едой. — А лучше помогите мне, я же всё сама не унесу. А Чоджи слишком много наготовил! — Ох, Белоснежка, ты же можешь просто запеть и попросить помощи у лесных животных, — подколол её Чоджи, который зашёл следом и нёс огромную чашу, доверху наполненную чем-то аппетитным. — Да-да. Попрошу как раз осла, лиса и волка. За ними в гостиную вошла и другая фигура в ярко-красном капюшоне. Это была Хината. На ней красовалась пышная красная юбка, доходившая ровно до колен, поверх которой был повязан белый фартук, переходящий в плотный чёрный корсет. Образ дополняли аккуратные белые гольфы и ярко-красные туфельки. В одной руке она тихонько сжимала плетёную корзинку, а другой пыталась скрыть своё смущённое личико, глубже натягивая капюшон. Настоящая Красная Шапочка… Киба остановился как вкопанный рассматривая Хинату. Он никогда не думал, что красный мог ей так подходить. Это милый наряд так хорошо подчёркивал её неприкосновенность, нежность и хрупкость, что у Кибы на секунду перехватило дыхание. Она выглядела невероятно, почти сказочно, и этот яркий, сочный цвет удивительным образом шёл её бледной коже. Искуственный хвост Кибы будто непослушно зашевелился, от внезапного такого приятного приёма, радости, лёгкого возбуждение и в принципе всех эмоций. Его лицо наполнилось почти таким же красным цветом, что и костюм Хинаты. До не зразу дошло, что Ино специально выбрала такие роли для них. Красная Шапочка и Серого Волк. Самый каноничный, опасный дуэт, где один должен преследовать другого. Только вот Серый Волк не собирался её портить, а наоборот перегрызёт глотку любому, кто посмеет к ней прикоснуться. — А вот и Красная Шапочка принесла нам пирожки! — хихикнул Чоджи. — Там, кстати, реально пирожки. Но за этим внешним очарованием Инузука тут же разглядел то, что скрывал капюшон. Хината прятала лицо не только от девичьего смущения. Под нависшей красной тканью её глаза оставались всё такими же тусклыми, а пальцы, сжимавшие ручку плетеной корзинки, побелели от напряжения. Она послушно отыгрывала свою роль, принесла эти чёртовы пирожки, но внутри неё по-прежнему зияла пустота. — Ва-а-ау, Хината-чан! — Наруто, громко топая своими огромными сапогами, тут же подскочил ближе. — Тебе так идёт! Реально как из книжки с картинками! — Спасибо, Наруто-кун... — тихо, почти шёпотом отозвалась Хината, ещё сильнее натягивая капюшон на лоб. Она старалась смотреть исключительно на лисий хвост Узумаки, на его сапоги, на его дурацкую шляпу — куда угодно, только не в его лицо. Киба заметил, как её плечи едва заметно дрогнули, когда Наруто подошёл ближе. Воспоминания о том, что произошло в университете, снова навалились на неё невидимой плитой. — Итак, зубастые и ушастые, давайте вместе накрывать на стол, скоро придут и остальные. — скомандовала Ино, эффектно взмахнув своими длинными золотыми волосами Рапунцель. Ребята перешли в движение. Наруто с Чоджи начали шумно делить место у стола, Сакура помогала расставлять бокалы, а Сай с вежливой улыбкой идеального принца принялся подавать стулья девчонкам. Киба не двинулся с места. Воспользовавшись тем, что все отвлеклись на суету с едой, он сделал несколько шагов вперёд и оказался прямо возле Хинаты. Его длинный серый хвост раздражённо мотнулся из стороны в сторону, а ошейник натянулся, когда он слегка наклонился к её уху. — Хината, — негромко, так, чтобы слышала только она, позвал парень. Под пушистыми волчьими ушами его лицо сейчас выглядело непривычно серьёзным и сосредоточенным. — Ты как? Если тебе станет слишком паршиво среди этого шума... просто скажи мне. Мы уйдём в любую секунду. Плевать на Ино и её костюмы. Хината вздрогнула от его близкого голоса и медленно подняла на него свои огромные, почти прозрачные глаза. Видимо, в полумраке капюшона она не сразу заметила друга, поэтому сначала искренне удивилась, но уже через мгновение тепло улыбнулась. — Спасибо, Киба-кун. Я правда в порядке, — она перевела взгляд на его макушку. — Тебе очень идёт, кстати. — А… — от внезапного комплимента щёки парня слегка порозовели, и он мигом отвёл взгляд в сторону. — С-спасибо… Тебе тоже очень идёт. Хината улыбнулась шире и наконец полностью опустила капюшон. Вид смущённого Кибы невероятно радовал и успокаивал её. На пару секунд она замолчала, рассматривая парня и думая о чём-то своём, а после, поддавшись импульсу, мягко положила ладонь на его пушистые серые уши. И боже, Инузуке показалось, что он физически почувствовал это прикосновение. Его щёки вспыхнули ещё сильнее, но он послушно замер на месте, позволяя подруге удовлетворить своё любопытство. — Они такие приятные на ощупь. Ино, как всегда, постаралась на славу. Хината на мгновение совершенно позабыла обо всех тревогах, полностью вынырнув из того подавленного состояния, в котором вошла в зал минутой ранее. — Ой, прости, — девушка вдруг слегка засмущалась и торопливо убрала ладонь. — Давай поможем остальным? Киба согласно кивнул, и они вместе подошли к друзьям, включаясь в общую предпраздничную суету вокруг стола. Буквально через пару мгновений обычный зал превратился в их личный, маленький банкетный холл. Чоджи, как всегда, превзошёл сам себя. Когда дело доходило до готовки, Акимичи вкладывался в любимое дело по полной программе: блюда не только божественно пахли, но и выглядели невероятно аппетитно и красиво. Чуть позже к ним присоединился Неджи, который вошёл в комнату в строгом викторианском сюртуке, с пышным шейным платком и в высоком цилиндре, напоминая элегантного Безумного Шляпника. А следом за ним появился Гаара в строгом чёрном европейском костюме и длинном плаще, ткань которого переливалась мрачным кроваво-чёрным градиентом. Дополняли образ заострённые вампирские уши — вылитый граф Дракула. После того как вся компания наконец собралась, ребята усаживались за стол, и зал наполнился привычным живым шумом: весёлым звоном столовых приборов, тихой музыкой на фоне и десятком одновременных разговоров. Девчонки увлечённо шушукались между собой, но, несмотря на то что Хината сидела бок о бок с Тен-Тен, в общем обсуждении она особо не участвовала, лишь изредка перекидываясь с подругой парой слов. Киба устроился прямо напротив неё. Он тоже почти не вступал в беседу, молча и внимательно наблюдая за ней через стол. Ему не хотелось, чтобы она оставалась в сторонке, грустила и была в плохом настроение, пока другие радовались моментом не замечая её состояние. Но с другой стороны, внутри Кибы просыпалось эгоистичное желание: ему хотелось, чтобы она радовалась только с ним. И Инузука даже на секунду пожалел, что не сел рядом с ней. Однако он мигом отбросил эти дурные мысли, строго сказав себе, что она заслуживает веселиться со всеми, и ему должно быть достаточно уже того, что она просто улыбается. Да и смог бы он сам делать её такой счастливой? Так легко? Так естественно, как остальные? — Я думаю нам нужно больше алкоголя. Резкий, тихий и абсолютно неожиданный голос Сая заставил Кибу чуть ли не подпрыгнуть на стуле. Он увлёкся своими мыслями и совсем не заметил, что этот парень всё время сидел с ним бок о бок. Насколько же этот человек бывал незаметным… — Эм… Ты хочешь нажраться? — предположил Инузука, стараясь дышать ровнее и незаметно приходя в себя после его внезапного появления. — Нет, я не хочу, — Сай сделал паузу, аккуратно отрезая ножом кусок от своей котлеты. — Хочу, чтобы Ино напилась. Киба нахмурился. — Зачем? Сай отправил кусок в рот, прожевал и лишь потом ответил: — Чтобы воспользоваться ею, конечно. Сай произнёс это совершенно спокойно, с такой интонацией, будто велел обыденную беседу о погоде. Кибе мгновенно стало жутко и противно. Такого откровенного цинизма он не ожидал услышать даже от этого бледного чудика. — Ты… В порядке вообще? — А что не так? — Сай опустил взгляд на тарелку, чуть наклонил голову, продолжая разрезать на более мелкие кусочки. — Мы с тобой парни. Разве большинство не думало о чём-то подобном? Напоить девушку, которая нравится, чтобы она сама пошла навстречу. Быть с ней рядом, не думать о последствия, не волноваться что думает она. — Я не такой придурок, как ты, — нахмурился Киба, чувствуя, как к кулакам приливает ярость. — Ты уверен? Сай посмотрел на него своими чёрными, абсолютно бездушными глазами. На его лице по-прежнему красовалась фирменная фальшивая улыбка — натянутая и пустая. Напряжение мгновенно повисло между ними. Киба даже не шелохнулся, глядя в эту физиономию. Всем своим видом он показывал, что шутить не настроен, и лишь молча буравил парня тяжёлым взглядом. В голове Инузуки лихорадочно крутились мысли: стоит ли прямо сейчас пойти и рассказать всё Ино? И вообще, с какого перепугу Сай говорит такие вещи именно ему, как ни в чём не бывало? Неужели это такое странное проявление доверия? Хотя у Сая понятие «доверие» явно было слишком размытым и извращённым для нормального человека. — Шучу, — легко оборвал затянувшееся молчание Сай. — Мы не так близко знакомы, Киба. Мне просто хотелось посмотреть, как ты отреагируешь. Киба на секунду опешил, а затем его брови сошлись на переносице ещё сильнее. — Ино стоило нарядить тебя в клоуна. У тебя отвратительные шутки. — Ох, прости, не хотел тебя задеть, — Сай безмятежно прикрыл глаза. — Это был скорее эксперимент. Я всё ещё пытаюсь понять людей. Мне, кажется, ты отличаешься чем-то от других. Не такой как все. Не входишь в рамки «нормы». Инузука не стал ему ничего отвечать — только угрюмо отвёл взгляд на свою порцию еды. Что вообще это значило? «Рамки норы». «Не такой как все». «Отличаешься». Это всё злило. А если быть точнее, Кибу бесило, что он вообще повёлся на эту глупую провокацию и тупой «эксперимент». Но Сай, наверное, в чём-то был прав. Киба действительно больше не был как все. Он не был «нормальным». Какой нормальный человек будет так хладнокровно врать всем вокруг? А самое главное — самому себе Он убил друга. Спрятал труп в озере И врёт всем вокруг. Даже Хинате. Никакие весёлые вечеринки, фальшивые разговоры с друзьями и рутинные походы на лекции больше не вернут ему прежнюю нормальность. Он останется убийцей. В одно мгновение сочная котлета на тарелке показалась ему совершенно безвкусной, словно сделанной из картона. Киба мысленно дал себе пощёчину: он опять слишком много думает. Сейчас он пришёл сюда, к остальным ребятам и, главное, к Хинате. Он обязан выглядеть нормальным, и дурацкие, пустые слова Сая не должны вводить его в это паршивое состояние. Киба через силу отрезал ещё кусок и отправил его в рот. — М-м-м! — прожёвывая еду, Тен-Тен резко подняла руку и принялась слегка подпрыгивать на стуле, привлекая к себе всеобщее внимание. — Чоджи, а когда ты будешь открывать подарки? Мой открой самым первым! — Погоди, он же для начала должен задуть свечи! — перебила её Ино и с улыбкой посмотрела на именинника. — Пойти за тортом? Взгляд парня тут же загорелся, и он начал резко, активно кивать. Ино довольно усмехнулась и вместе с Каруи мигом отправилась на кухню. Саске, сидевший ближе всех к выключателю, молча щёлкнул светом. Комната тут же погрузилась в темноту, а шум голосов постепенно стих. Киба обессиленно откинулся на спинку стула, всматриваясь в темноту перед собой. После разговора с Саем кусок в горло не лез даже при мысли о торте. На секунду ему вообще захотелось выйти в ванную и просто умыться холодной водой, пока никто не обращает внимания. Оказаться бок о бок с этой внезапной темнотой было страшно и одновременно спокойно. Он слышал друзей. Слышал, как кто-то тихо смеётся, двигает стул, переговаривается между собой. Люди были рядом. Но почему-то Киба ощущал между ними пропасть. Пустая. Тёмная.        Может, именно это Сай и называл «рамками». Не чем-то видимым. А этим ощущением. Будто ты уже не можешь по-настоящему стоять рядом с остальными. И это бесило. Потому что понимал — он отдаляется. От друзей. От себя. От Хинаты… Если бы он не убил Ли… Было бы всё иначе? Сидел бы он сейчас так же молча? Чувствовал бы эту липкую пустоту внутри? Или всё началось именно тогда, в тот момент, когда его пальцы сомкнулись на чужой шее? Киба прикрыл глаза. Самое страшное было даже не в том, что он убил. А в том, что часть него всё ещё пыталась оправдать это ради Хинаты. И он уже не понимал, защищает ли её на самом деле… Внезапный стук каблучков из кухни и струящийся тёплый свет заставили ребят, включая Кибу, обернуться. В зал вошли Ино и Каруи, бережно удерживая большой шоколадный торт, на котором ярко горели красиво расставленные свечи. Девушки медленно подходили к имениннику, дружно напевая праздничную песню. Друзья тут же подхватили мотив и принялись громко подпевать, в такт хлопая в ладоши. Как только торт оказался на столе перед Чоджи, все притихли. Акимичи на секунду задумался, прикрыв глаза, а затем одним мощным выдохом задул все свечи. Зал резко взорвался аплодисментами, а Наруто даже оглушительно свистнул. — Чувак, ну колись, что ты загадал? — радостно подался вперёд блондин, поправляя свою охотничью шляпу. — Чтобы Ли нашёлся… Ребята мгновенно замолчали, и комната погрузилась в тяжёлую, звенящую тишину. Весёлая атмосфера улетучилась в секунду. Каждый из них в этот момент искренне надеялся, что их хороший друг жив и совсем скоро снова окажется рядом с ними. Киба медленно перевёл взгляд на Хинату. Под тенью красного капюшона её лицо казалось мертвенно-бледным. Она судорожно, до белых костяшек сжала свои маленькие ладошки перед грудью, словно пыталась удержать внутри себя крик, и отчаянно зажмурилась. Она беззвучно шевелила губами, всем сердцем моля высшие силы, чтобы Рок Ли поскорее вернулся — словно эта слепая вера в чудо могла переписать реальность и стереть то, свидетелем чего она стала. Её руки мелко дрожали от этого невыносимого внутреннего напряжения. Чёрт. Кибе стало физически плохо. Саске щёлкнул выключателем, и темнота в комнате тут же рассеялась. — Найдём, не переживай, — тихо, но уверенно произнёс он. . — Итачи до глубокой ночи сидит в офисе не покладая рук. Всё будет нормально. От Саске редко можно было услышать что-то настолько прямое и успокаивающее, поэтому его слова действительно немного разрядили атмосферу. Разговоры постепенно вернулись, кто-то снова засмеялся. Чоджи принялся распаковывать подарки, начав с коробки Тен-Тен. Она презентовала ему набор высококачественных стальных кухонных ножей. Саске подарил увесистую книгу с особыми рецептами классической французской кухни. Сакура выбрала уютную клетчатую пижаму, а Наруто — поварской фартук с гордой надписью: «Мужик сказал — мужик приготовил!». — Ого, это же конструктор трактора! — искренне обрадовался Акимичи, добравшись до подарка Кибы. — Ха-ха, вообще не ожидал такого! Спасибо, бро. — Рад, что понравилось, — довольно ухмыльнулся Инузука. — А коньяк — от мамки. Скорее всего, она и твоим родителям такой же подарила. Чоджи довольно кивнул и потянулся к аккуратно сложенной упаковке с милым принтом в виде зайчиков. Подарком Хинаты оказалась связанная вручную шапочка приятного зелёного цвета. — А-а... я знаю, что на дворе май, но… — начала робко оправдываться Хьюга, скромно тыкая пальчиком в пальчик и отводя взгляд в сторону. — Да ты что, мне как раз позарез нужна была шапка! Моя старая совсем обтрепалась, всё равно пора было новую покупать, — улыбнулся парень и тут же натянул подарок на голову. — Супер, ещё и села идеально. Спасибо большое! Хината облегчённо выдохнула и тепло улыбнулась. Подарки Хинаты всегда были сделаны с любовью. Она умудрялась вкладывать душу даже в самые простые, незамысловатые детали, поэтому её презенты ценились как настоящее сокровище. Киба до сих пор бережно хранил ту неумелую детскую поделку в виде цветка, которую Хината подарила ему ещё в начальной школе. Обычная детская поделка, давно помятая по краям, но для него — почти сокровище. Он даже спрятал её между страниц любимого комикса, боясь, что кто-нибудь случайно выбросит или испортит. Наверное, эта привычка появилась ещё из-за сестры, которая раньше любила дразнить его за «глупые подарки от друзей». К счатью, со временем она перестала. Сакура резко, без объяснений вскочила со своего места выбежала. Через секунду дверь ванной захлопнулась, а следом послышался тяжёлый кашель и рвотные рефлексы. Саске подскочил первым и мигом направился к двери, взволнованно постучав по косяку. — Эй, Сакура ты в порядке? Остальные ребята тоже нешуточно перепугались и гурьбой бросились к ванной. Через пару минут дверь открылась, и Харуно вышла наружу. Она была мертвенно-бледной, шла согнувшись и устало прикрывала глаза. Кто-то из парней тут же услужливо притащил стул, а Ино помогла подруге сесть. — Боже мой, — запричитал напуганный именинник, снимая вязанную шапку и сжав её от страха. — Неужели я подложил что-то не то в еду? Сакура, у тебя была какая-то аллергия, о которой я не знал? — Нет… — истощённо выдохнула Сакура, прикрывая рот дрожащей ладонью. — Может, алкоголь как-то неудачно на тебя повлиял? — тихонько спросила Ино, гладя её по плечу. — Нет, я не пила… Пожалуйста, не надо… — Ты не пила алкоголь? Почему? — бесцеремонно перебил её Сай. — Сай, ну серьёзно? — раздражённо выдохнул Шикамару. — Нормально я всё спросил. Меня тоже интересует, что именно спровоцировало тошноту, — уже совершенно серьёзно ответил Сай на выпад Нары. — Или ты до сих пор злишься на меня из-за тех дурацких колонок? — Да блин, оставь ты в покое эти колонки! Я злюсь, потому что ты до сих пор не понимаешь, как правильно разговаривать с людьми, придурок! За двадцать с лишним лет ты так и не научился элементарному такту? — Ребята… — тихонько пробубнила Сакура, тяжко выдыхая. — Шикамару, Сай, хватит! — резко оборвала Ино. — Вы нашли идеальный момент, конечно. — Ино, ты знаешь его дольше меня. Объясни мне, как вообще можно с ним нормально общаться? Он постоянно злится на меня без видимой причины, — Сай перевёл взгляд на Яманаку, демонстративно кивнув в сторону Шикамару. — Ещё и этот дурак утверждает, что это я не умею разговаривать. — Эй, Сай! Не смей говорить такое про моего друга, — мгновенно завёлся Чоджи, вставая на защиту товарища. — Это кто тут ещё придурок?! — Шикамару подошёл к Саю вплотную и с силой ткнул пальцем в его расшитый камзол сказочного принца. — Ты себя в зеркале вообще видел, чудик? И вообще, ты в нашей компании появился не так давно, так что знай своё место и помалкивай! — Шикамару! — Ино резко отдёрнула его руку и злобно уставилась Нара прямо в глаза. — Ты тоже за языком-то следи! — Ино, я терплю этого придурка только ради тебя! Я же… — РЕБЯТА! Харуно оборвала этот нарастающий балаган, сорвавшись на крик и потратив на него, кажется, все свои оставшиеся силы. Её изумрудные глаза тут же наполнились влагой, и по бледным щекам покатились крупные слёзы. Она мелко задрожала, буквально задыхаясь от плача. Зарывшись ладонями в растрёпанные розовые волосы, Сакура уткнулась локтями в колени и сквозь рыдания выкрикнула в тишину: — Меня вырвало… потому что я беременна! Все резко замолчали. В комнате повисла такая оглушительная тишина, что было слышно лишь прерывистое дыхание Сакуры. Ребята на автомате повернули головы и шокированно уставились на Саске, ожидая от него хоть какой-то реакции. Однако Учиха даже не посмотрел на рыдающую девушку — он хмуро, тяжёлым и пронизывающим взглядом буравил Наруто. Это озадачило и удивило компанию ещё сильнее. Ведь все вокруг были свято уверены, что Сакура тайно встречается с Учихой младшим, а она, как оказалось, крутит роман совершенно с другим «У». — Сакура-чан… — Наруто медленно, словно во сне, подошёл к ней и опустился на колени прямо перед её стулом. С его макушки съехала дурацкая охотничья шляпа, а пушистые лисьи уши виновато прижались к волосам. — Это когда мы… — Угу, — тихо выдавленная сквозь рыдания реплика потонула в её слезах. Сакура продолжала плакать, так и не отнимая ладоней от лица. — Боже, какой я придурок, — он вцепился в волосы и сам чуть не заплакал. Пока все смотрели на эту троицу. Киба смотрел на Хинату, которая стояла сзади. Под ярко-красным капюшоном её лицо казалось не просто бледным — оно было абсолютно прозрачным. И её взгляд не имел ничего общего с шоком остальных ребят. Хината смотрела на Наруто. На то, как он сидел на коленях перед Сакурой, как виновато прижались его бутафорские лисьи уши, как он вцепился в собственные волосы. В её глазах не было злости или бурного шока — там застыло странное, отрешённое понимание. Как будто она догадывалась, угадала и даже знала. Но не смотря на это её последняя хрупкая иллюзия, за которую она цеплялась в своей разрушающейся жизни, только что окончательно рассыпалась в прах. И Киба это видел. Сердце в его груди забилось с бешеной, животной скоростью, отдаваясь глухим стуком в ушах. Ему было плевать на Сакуру, плевать на Наруто и на то, какими придурками они себя выставили перед всеми. В этот момент его собственный эгоистичный внутренний волк готов был завыть от безумной смеси ярости, жалости и странного, пугающего облегчения. Наруто больше не был для неё недосягаемым солнцем. Наруто сам себя только что вычеркнул из её будущего. А в центре комнаты Наруто судорожно вздохнул, наконец подняв голову на Сакуру, и тишину разорвал его глухой, дрожащий голос: — Сакура-чан... Мы... мы со всем справимся. Я... я ведь рядом. Шикамару шумно и тяжело выдохнул, потирая переносицу, а Ино так и застыла с полуоткрытым ртом, переводя взгляд с Наруто на Саске, который всё ещё стоял неподвижно, словно грозовая туча. Праздник Чоджи окончательно превратился в руины. Воспользовавшись суматохой, Хината тихо, незаметно выскочила из дома. Следом за ней так же бесшумно скользнул и Киба. Она без сил опустилась на деревянное крыльцо, уткнувшись головой в голые коленки и пышную красную юбку. Девушка пониже натянула концы капюшона, отчаянно пытаясь скрыть свои эмоции от всего мира. Парень молча присел рядом. Он до смерти боялся сделать лишнее движение, но всё же переборол ступор и осторожно положил ладонь ей на макушку. Он смотрел на Хинату и впервые за весь этот проклятый вечер по-настоящему понял, насколько сильно её сломало происходящее. И дело было не в банальной ревности влюблённой девушки, которой разбили сердце. Нет, всё залегло гораздо глубже. Будто у неё силой отняли что-то жизненно важное внутри. Что-то, на чём до этого момента держался весь её хрупкий мир. Хината судорожно втянула холодный воздух и сильнее сжала ткань юбки дрожащими пальцами. — Так и знала… Её плечи мелко задрожали. Киба ничего не говорил — лишь продолжал медленно, как можно нежнее гладить её по голове. — Я знала что она будет беременной… — Что? — Киба удивлённо взглянул на неё сверху вниз. — Как это — знала? Ты знала что она даже беременнна? — Я обещала тебе рассказать, — она медленно подняла на него лицо. — Сакура и Наруто… они занялись сексом в каком-то пустом кабинете. Они выглядели… ненормально, — тихо, едва слышно прошептала она. — Будто вообще не понимали, что творят. Они делали это, пока я стояла буквально рядом... Боже, я даже вспоминать это не хочу... Она со свистом зажмурилась, словно грязная сцена снова ожила прямо перед её глазами. — Я сначала подумала, что Наруто просто пьян. Но его глаза… Она сделала паузу и глубоко выдохнула, прижав холодную ладонь к лобу, который стал горячим от подступающих слёз. — Они были совсем пустыми. Он смотрел прямо на меня… и будто не узнавал. Как будто меня вообще там не существовало. Её плечи снова дрогнули. Киба почувствовал, как внутри всё неприятно сжалось. Перед глазами сразу всплыл собственный кошмар. Пустые глаза Ли. Кровь. Темнота. Вода. Он резко отвёл взгляд в сторону, стискивая челюсть. — Может… они реально были под чем-то, — тихо произнёс он, больше чтобы хоть как-то успокоить её. — Это не похоже на Наруто. — Я знаю, — почти сразу ответила Хината. И именно эти слова прозвучали страшнее всего. Потому что она, даже пройдя через этот ад, всё ещё подсознательно пыталась его оправдать. Даже после всего увиденного. Хината медленно опустила голову обратно на колени, прячась в складках ткани. — Но от этого не легче… Он молча смотрел на неё сверху вниз. На красные от слёз глаза. На дрожащие пальцы. На то, как она изо всех сил старалась не расплакаться снова. И внутри Инузуки медленно, но верно поднималось что-то тёмное, тяжёлое. Ядовитая злость на Наруто. На Сакуру. На весь этот чёртов вечер. Но вместе с этим — отвратительное облегчение. Теперь Хината наконец увидела Наруто настоящим. Не героем. Не идеальным образом из её головы. Обычным человеком. Придурком и не более. И от осознания этого Кибе становилось стыдно за самого себя. Ведь какая-то часть его существа была искренне рада её боли. И если быть до конца честным, сам он сейчас тоже мало чем отличался от Узумаки — такой же погрязший во лжи дурак. Однако Киба знал наверняка: то, что совершил Наруто, он сам никогда не повторит. Он никогда её не обидит. Парень готов был прямо сейчас закрыть её своей порванной зелёной накидкой от этого кошмара, увести прочь, чтобы она больше никогда в жизни не видела этих дураков и клоунов. И самое главное — он расшибётся в лепёшку, но даст ей всё самое лучшее. Всё то, что она по-настоящему заслужила. — Эй — негромко позвал он. Хината чуть подняла голову. Киба осторожно, стараясь действовать как можно деликатнее, поправил сползший край её красного капюшона и слабо улыбнулся: — Ты не обязана сейчас думать обо всём этом одна. Я рядом, помнишь? На секунду её глаза дрогнули. И Киба понял, что пропал окончательно.