Синтаксис первого контакта

Синий свет, вязкий и плотный, втянул Уилла внутрь. Секунда дикого ускорения, от которого внутренности, казалось, прилипли к позвоночнику, и вот он рухнул на твердую поверхность. Его выкинуло на гладкую, ледяную плиту, напоминавшую темный матовый опал. Желудок протестующе сжался, к горлу подкатила горькая тошнота и Уилл судорожно вдохнул, зажмурился, борясь с желанием просто выплеснуть всё содержимое на этот идеально чистый пол. Голова кружилась так, будто его пропустили через центрифугу. Когда он наконец заставил себя открыть глаза, вдох застрял в легких. Перед ним стоял Он. М-12. Уилл попытался подняться, опираясь на дрожащие руки, но М-12 вдруг двинулся к нему. Он перемещался слишком плавно, без инерции, словно кадры его движения были вырезаны из реальности. Существо наклонило голову на бок и в ту же секунду на его скулах и висках начали проступать тонкие геометрические узоры. Они вспыхнули неоновым цветом, пульсируя в такт какому-то невидимому ритму. В голове Уилла раздался гулкий, вибрирующий звук, который тут же сложился в слово: — Долго. Голос возник сразу в сознании, тяжелый и чужеродный. Уилл открыл рот, но не смог выдавить ни звука. М-12 внезапно опустился, его длинный, неестественно тонкий и ледяной палец коснулся лба Уилла. Контакт был коротким, но Уилла прошило током. В мозг хлынул поток бессвязных образов. Уилл резко отпрянул, срываясь на хриплый, тяжелый вдох, и едва не свалился с плиты. Страх наконец прорвался наружу. М-12 мгновенно выпрямился, став еще выше. Его движения были лишены человеческой логики. Он не понимал, что Уиллу больно или страшно. Когда Уилл немного расслабился,  М-12 снова наклонился и теперь он это сделал прямо к самому его уху, Уилл почувствовал, как мир вокруг него схлопнулся до этой единственной точки контакта. От существа веяло не просто холодом, а мертвенным, стерильным озоном, который забивал легкие, не давая сделать нормальный вдох. Близость была настолько неестественной, что у Уилла потемнело в глазах; он физически ощущал, как его собственное пространство бесцеремонно взламывают. Чужое лицо замерло в паре сантиметров от его виска. Уилл чувствовал, как от неоновых узоров, пульсирующих на коже М-12, исходит едва уловимый электрический треск. Этот свет пробивался даже сквозь опущенные веки Уилла, окрашивая всё в болезненный, вибрирующий синий цвет. «Он слишком близко.», — билась в голове единственная четкая мысль. Уилл чувствовал себя хрупким стеклом под тяжелым прессом. Его била крупная дрожь, но он не мог пошевелиться, завороженный этой пугающей, нечеловеческой грацией. М-12 не дышал, у него не было пульса, и эта тишина, исходящая от него, давила на перепонки сильнее любого крика. Уилл ощущал, как его собственное сердце колотится о грудную клетку так сильно, что это должно было раздражать Объект, привыкший к идеальной тишине космоса. В какой-то момент Уиллу показалось, что он теряет сознание: тошнота, вызванная присутствием чужеродной энергии, нахлынула новой волной. Его мысли начали путаться, распадаясь на искры и помехи. Казалось, М-12 не просто стоит рядом, а просачивается сквозь его кожу, пытаясь переписать его нервную систему под свои нужды. Это было больно! Сильная боль в основании черепа, которая нарастала с каждой секундой их близости. Уилл невольно сжал пальцы на краю ледяной плиты, чувствуя, как немеют кончики. И именно в этот миг, когда напряжение достигло своего пика, когда Уилл был готов закричать от этого невыносимого вторжения в его разум, голос существа резонировал прямо внутри его черепа. — Слушай... нас. Существо начало вести себя хаотично. Оно резко встало, обернулось к невидимой стене, и его пальцы задрожали, выписывая в воздухе сложные геометрические фигуры. Затем снова опускался. На этот раз внезапно М-12 схватил Уилла за плечо. Хватка была стальной, пальцы больно впились в плоть, игнорируя человеческую хрупкость. Существо дернуло его на себя, почти вплотную к своему лицу, чтобы изучить зрачки Уилла. — Где... искра? — снова вспыхнуло в мозгу Уилла. — Слабо. Мало времени. Ты... проводник? Нет. Ошибка. М-12 оттолкнул его так же резко, как и схватил. Уилл повалился назад, ударившись локтем. Существо заходило по залу кругами, его движения становились всё более дергаными. Он мог внезапно замереть на одной ноге, глядя в потолок, а в следующую секунду начать бить ладонью по светящимся узорам на своей коже, словно пытаясь их стереть или перенастроить. Он не понимал, что Уиллу больно. Он не понимал, что Уилл напуган. Для него Уилл был не личностью, а странным, плохо работающим прибором, с которым он пытался наладить связь. — Здесь... шум... — М-12 замер и снова уставился на Уилла своими черными провалами глаз. — Твой вид... громкий. Мешает. Нужно... тишина. Он снова шагнул к Уиллу, и на этот раз его руки потянулись к горлу профессора, не для того чтобы задушить, а словно пытаясь нащупать там какой-то переключатель. Уилл зажмурился, когда чужие пальцы снова сомкнулись на его шее. Его длинные фаланги надавили на сонную артерию, и Уилл почувствовал резкую, вспыхивающую боль. В глазах поплыли искры. Ему не хватало воздуха, сердце билось о ребра, как обезумевший метроном, но существо лишь усилило хватку, пытаясь «поймать» этот ритм, понять, почему эта мягкая оболочка так сильно вибрирует. «Он меня сейчас сломает», — пронеслось в голове Уилла. — «Он просто не понимает, насколько я хрупок». Боль в шее стала тупой и пульсирующей. Уилл невольно схватился за предплечье М-12, пытаясь ослабить давление. Его пальцы коснулись этой странной, идеально гладкой кожи, и в тот же миг мысли Уилла спутались. Он перестал понимать, где заканчивается его страх и начинается любопытство этого существа. Ему казалось, что его сознание растягивают, как тонкую пленку, пытаясь натянуть на огромный, холодный каркас инопланетного разума. Это было унизительно и пугающе интимно: М-12 залез в его голову без спроса, перебирая его воспоминания и чувства, как мусор. «Прекрати... пожалуйста...» — мысленно взмолился Уилл, чувствуя, как по щеке ползет холодная слеза. Его тело предательски обмякло под весом Объекта. М-12 замер, почувствовав эту влагу на коже Уилла. Снова этот резкий наклон головы. Он отпустил горло Уилла так же внезапно, как и схватил, и вместо этого коснулся кончиком пальца следа от слезы. Его прикосновение было бесцеремонным, он размазал влагу по щеке Уилла, изучая текстуру. — Соль? — вопрос вспыхнул в мозгу Уилла, на этот раз мягче, но от этого не менее болезненно. — Сбой системы... выделение влаги. Зачем? Уилл судорожно вздохнул, хватаясь за горло и пытаясь восстановить дыхание. Его мутило, шея горела, а в голове всё еще стоял гул от чужого присутствия. Но в этом страхе, в этой боли родилось что-то еще. Уилл смотрел в эти черные провалы глаз и понимал: М-12 не хочет его убивать. Он просто отчаянно пытается соединиться. Одиночество этого существа было таким масштабным, что оно просто не могло быть выражено человеческими словами. И это понимание обожгло Уилла сильнее, чем холодные пальцы на его шее. Существо снова потянулось к нему. На этот раз его движения были медленнее, почти осторожными, но всё еще лишенными человеческой мягкости. Длинные, бледные пальцы замерли в миллиметре от лица Уилла. Уилл затаил дыхание, видя, как в черных провалах глаз М-12 видно только темноту. М-12 вдруг коснулся его щеки. Это не было лаской, скорее так ученый касается редкого, хрупкого минерала. Его кожа была гладкой, как отполированный камень, и такой холодной, что по лицу Уилла пробежала невольная дрожь. Узоры на скулах существа пульсировали в такт этой дрожи, становясь то ярко-голубыми, то почти белыми. — Тепло, — провибрировало в сознании Уилла. — Почему... так много... тепла? М-12 наклонился еще ниже. Теперь их разделяли считанные сантиметры. Собственные зрачки Уилла расширялись в этой бесконечной черноте чужих глаз. Существо втянуло воздух, словно пытаясь распознать химический состав его страха, его жизни. Это было пугающе интимно и в то же время абсолютно лишено человеческого подтекста. Внезапно корпус Объекта содрогнулся. Где-то там, далеко внизу, на грешной земле, база открыла огонь. Глухой удар снаряда о внешнюю обшивку отозвался внутри зала тяжелым гулом. М-12 резко выпрямился. Его лицо в мгновение ока преобразилось: неоновые узоры вспыхнули агрессивным, багровым оттенком. Уилл вскрикнул, схватившись за голову — ярость существа хлынула в его мозг обжигающей волной. Это была не просто злость, это было холодное, расчетливое бешенство высшего хищника, которого посмели потревожить насекомые. — Громко. Больно, — прорычал голос в голове Уилла, смешиваясь с реальным скрежетом металла. Объект снова содрогнулся — второй удар. М-12 зашипел, звук был похож на выход пара под высоким давлением. Он обернулся к Уиллу, и на этот раз его хватка была почти болезненной. Он вцепился в плечи Уилла, словно пытаясь заслониться им или, наоборот, спрятать его от того, что происходило снаружи. — Они... кричат... металлом, — М-12 прижал свой лоб к лбу Уилла. Контакт вызвал ослепительную вспышку. Уилл увидел базу глазами Объекта: крошечные, суетливые красные точки, изрыгающие огонь. Он почувствовал, как мышцы М-12 под пальцами Уилла, которые он сам не заметил, как вцепились в чужие руки, напряглись, превращаясь в жгуты живой стали. Существо смотрело прямо в душу Уилла, и в этом хаосе выстрелов и сирен между ними возникла странная, пугающая тишина. М-12 словно спрашивал его: «Это твои? Ты такой же, как они?»