Жизнь во лжи

      В Тай Ше царила жестокость. Войны не прекращались много лет, и только в последнее десятилетие, когда великий Император Хуандзы Ван, что управлял армией собственноручно, завоевал соседние варварские страны и подчинил их, наступил относительный покой. Вот только народ стал розненный и трудно было воспринимать «своим» тех, кто еще вчера были врагами. От тяжелых ранений полученных на поле боя Император скончался и на трон взошел его второй сын — Хуандзы Сюй, став править в мире, уверено ведя страну к процветанию. В первый же год новой эпохи Сюй император объявил набор в столицу чиновников, что будут служить ему верой и правдой. Не было высшей чести на просторах Тай Ше, и каждый ученый муж стремился показать себя на экзамене, мечтая стать частью той силы и власти, которой обладали чиновники при дворе. Линь Хуань не был исключением.       Шел пятый год правления Императора Сюй, как Линь Хуань пытался успешно сдать столичный экзамен. За прежнего императора экзамены проводились раз в три года, но теперь из-за нехватки кадров это стали делать ежегодно, вот только все еще не был набран полный двор. Требования императора Сюй были крайне высокими к своим прямым подчиненным, и хотя большинство трепетно ставились к дарованной возможности, но со временем и счетом, где почти девяносто процентов участников проваливали испытание, стали говорить о том, что стать императором проще, чем быть его подчиненным.       И хотя подготовка всегда требовала значительный усилий, средств и возможностей, Линь Хуань не сдавался. Он мечтал попасть во дворец, как прежде его дед, что случил чиновником четвертого ранга за жизни прошлого императора.       Его семья принадлежала к аристократам, что получили свои титулы за заслуги перед императором на службе. Она не могла похвастаться ни долгой историей, ни обширными связами, но все еще была известна в столице. Усадьба, также дарованная императором перешла в наследство отцу, и теперь принадлежала старшему брату, что избрал вместо службы при дворе — военную службу и на сегодняшний день занимал пост уважаемого начальника столичной стражи. Вторая сестра вышла замуж за чиновника со столицы по фамилии Ян, что служил в Министерстве обрядов и также чувствовала себя весьма неплохо. Жена старшего брата также имела хорошие корни и была старшей дочерью генерала юного фронта, что дарило их главе семьи почти неограниченную власть. Казалось бы, чего еще ему не хватает в этой жизни, если родственники устроились так хорошо, но суть дела как раз таки и была в этом. Все устроились хорошо, и только он один выглядел плохо на их фоне.       Человек, что не сдал столичный экзамен. Человек, что не прославился доблестями на поле боя, человек, что даже не мог взять хорошую женщину в жены. А все дело было в том, что его недолюбливали в семье, ведь он был дефектным мужчиной. Отец не осмеливался сватать его какой-то семье, чтобы не опозорить честь рода. Брат отказался взять под свое крыло, чтобы позорная информация о ближнем родственнике не раскрылась и его репутация не потерпела крах. Сестра и вообще брезговала смотреть в его сторону.       Еще, когда он был подростком случился некий инцидент, когда его орган случайно отреагировал на друга брата, что пришел к ним в гости. Он скинул верхних одежды из-за пролитого чая, а Линь Хуань в это время как раз подошел к брату за советом. Когда друг брата отвернулся и показал свою мускулистую спину, это и произошло. Старший брат увидел это и прогнал его. С того времени всем в семьи стало известно о его проблеме. Отце сделал ему выговор после, но Линь Хуань почти не помнил этого. Перед его взором стояло выражение крайнего отвращения на лице брата, словно от смотрел на омерзительное насекомое. С того времени, все в семье знали, что ему нравятся мужчины, и стали пресекать любые его контакты. Он почти все свое время провел взаперти. Его характер стал замкнутым, а кожа потускнела. У него не было других друзей, кроме книг, и только раз в неделю он выйти из дома под строгим присмотром слуги. Обычно это были походы в столичную библиотеку или книжную лавку. И даже так он раз за разом проваливал столичный экзамен, никак не в силах пробиться на пост при дворе, чем еще больше разочаровывал своего отца, пока тот уже полностью не махнул на него рукой после долгих пяти лет ожидания.       Каждая их встреча начиналась и заканчивалась обвинением в его адрес, где виной всем его проблемам было то, что ему нравятся мужчины.       «Ты не можешь пройти, потому что думаешь только о мужчинах», — говорил отец, когда он сам не помнил, когда в последний раз, хоть с кем-то встречался взглядом. Может, лет семь тому назад, если не больше? «Тебе даже нельзя показать самой низкой семье, иначе жена засмеет тебя в первую же брачную ночь, позор» — вздыхал с отвращением отец. Он несколько раз пытался привести ему в покои женщину, даже раз опоил каким-то препаратом, но каждый раз ничего не происходило. Линь Хуань не считал это проблемой. Он мог просто стать евнухом. После того взгляда брата, ничего странного не было в том, что его орган перестал работать. Но чем дольше Линь Хуань терпел поражение, тем острее становились слова отца, где он отвратительно выглядел, отвратительно думал, даже отвратительно дышал и все из-за любви к мужчинам. Если смотреть с такой точки зрения, то Линь Хуань до последнего не понимал, почему его отец просто не выгонит из дома, или не выбросит где-то в подворотне, или не продаст в рабство. Не то, чтобы он мечтал об этом, но столь никчемный человек, как он, разве заслуживал право на жизнь?       Его жизнь не менялась, сколько бы усилий Линь Хуань не прикладывал. Он учился и учился, и учился, пока перед глазами все не расплывалось от боли, и кровь не шла носом, но все было бесполезно. Пока он случайным образом не встретил свой «свет».       В день его «прогулки» к библиотеке, Линь Хуань как обычно проходил мимо местного бара, в котором часто заседали «золотая молодежь» столицы — перспективные молодые люди, в большинстве случаев сыновья, что должны были наследовать привилегии своих отцов, которые, что удивительно, получали все блага обычно ничего не делая и полагаясь на своих родителей. Линь Хуань знал об этом месте, но никогда не заходил внутрь. Во-первых, он находился под присмотром старого управляющего, что был правой рукой отца, а во-вторых, не особо то и хотелось.       Сегодня же, проходя мимо, Линь Хуань услышал голос, что говорил громче всех, звонкий и ясный, казалось, что его обладатель имел недюжинную силу и умел обращать на себя внимание. Линь Хуань никогда не сталкивался с такими людьми, но его неизбежно заинтересовало это. Вот бы он мог взглянуть на человека, что был его полной противоположностью.       — Управляющий Жень, можем ли мы зайти внутрь. У меня в горле пересохло, — ровно поинтересовался Линь Хуань, будто просто хотел попить.       — Третий господин, вы могли бы подождать, пока мы вернемся домой, — учтиво поклонился старик, при этом своим словами не выражая той же учтивости от слова совсем.       — Но мы только вышли, и в библиотеке сегодня нужно провести дольше времени, чтобы не волновать снова отца. Разве это проблема? — полуразвернулся юноша.       — Но, кажется, там довольно шумно, — покосился управляющий на окна бара, где виднелись разрозненные фигуры молодых людей.       — Именно поэтому они и не обратят внимание на такого, как я, — Линь Хуань выдержал паузу. — Или вы хотите сходить домой за водой, а я подожду управляющего здесь.       Управляющий Жень сомневался недолго, из двух зол, он выбрал меньшее.       — Думаю, ничего не случится, если Третий господин остановиться здесь на чашку чая. Если бы мог управляющий наверняка предложил бы ему выпить прямо на улице, но это было крайне некультурно, и стало бы позором для семьи аристократа, если бы об этом стало известно. Потому Линь Хуань уверено направил свои ботинки к чайной, желая посмотреть, кто же тот человек внутри, но никак не выдавая своего нетерпения в выражении лица.       Они вошли и Линь Хуань со своим сопровождающем сразу же направился к свободному столику. Он присел и поднял меню, чтобы взглянуть на чай, но в тот момент, когда бумага закрыла его лицо, глаза юноши устремились мимо слов к фигуре, что находилась по диагонали слева. Молодой мужчина был в центре внимания. Несмотря на громкую речь, он выглядел опрятно в строгих одеждах темно-синего цвета. Волосы были собраны короной, на поясе висел меч. Черты лица правильные и ровные, умерено обьемные, что придавало ему особенно харизматичный вид. Брови, точно два острых меча, нос из небольшой горбинкой и умерено пухлые красные губы, что постоянно шевелились при разговоре. Кадык перекатился, когда аккуратным движением он поднес чашу к лицу и отпил.       — Что господин желает заказать?       — Чай лю с жасмином, — тут же выпалил молодой господин, когда его внимание отвлекли. Официант склонился и ушел за напитком. Линь Хуань же тем временем продолжил свое наблюдение. Он услышал, как мужчина говорит:       — Я столкнул его в воду в последний момент, неужели он думал, что сможет достать меня этой пикой? — удивлялся мужчина. Его голос был довольно задорным и энергичным, что сильно контрастировало с его чистоплотным видом. Линь Хуань думал, что тот должен был оказаться более свирепым и диким. Но даже если и не выглядел, то в характере без этого не обошлось, судя по продолжению рассказа.       — Неужели вы просто отпустили его после этого? — спросил один из людей за столом.       — Был ли я бы собой после этого? — наклонил он голову в сторону. — Конечно же, что убийцу казнили.       — В последнее время на вас постоянно пытаются напасть. Не хочет ли уважаемый император что-то сделать с этим?       «Император? Какое отношение этот человек имеет к императору?» — подумал тем временем Линь Хуань.       — Уважаемый младший дядя верит, что я способен справиться и самостоятельно, — усмехнулся юноша. Его лицо при этом выглядело одновременно дерзко, но глаза не улыбались, будто он скрывал что-то еще.       «Может ли быть это племянник императора от первой принцессы? — догадался Линь Хуань. — Но что такой человек забыл в этом месте? И разве он не должен быть намного младше? Неужели разница между Чжан Гунчжу и Тяньцзы такая большая?».       Чай принесли, и юноша медленно потягивал его, стараясь как можно больше времени провести в чайной и услышать больше от этого человека. Он был сияющим, но одновременно в нем было что-то еще, что-то, что заставляло Линь Хуаня ощущать узнавание, будто черты их неизбежно соприкасались в каком-то проявлении личностей.       — Господин Дафу обязательно справится с этим. Не зря же солнце империи Хуанша покладает на вас такие надежды.       Мужчина только мгновение выглядел задумчив, пока открыто не засмеялся и стал хлопать говорящего по плечу.       — Ха-ха, точно, должно быть так, Сюй Ду.       Сюй Ду просиял, когда его лесть приняли и стал неистово кивать.       — Тогда давайте еще выпьем, а Дафу расскажет нам больше о его приключениях, — предложил другой мужчина в светло-зеленой мантии.       Пока они болтали, глаза двоих людей в зале встретились. Глубокие черные и цвета нежной карамели, что выглядели безобидными и спокойными, как у новорожденного олененка, но было что-то еще, что другой не мог до конца распознать, и это неимоверно привлекало.       Глаза двух людей отвлеклись, когда управляющий наклонился и что-то прошептал на ухо юноши. Он поднялся и исчез за дверью.       Линь Хуань отправился в библиотеку, но он не видел ни книг, ни букв. Все его мысли были заняты человеком, что поразил его разум и сердце. Сделав вид, будто его интересует пара книг, Линь Хуань забрал их с собой для изучение и вернулся обратно в свой двор. Самый отдаленный из всех их усадьбы. Никто не хотел жить возле проклятого человека. Даже слуги жили ближе к главному дому, но покои Линь Хуаня находились даже за садом. Одно было приятным, что он слушал его звуки и видел прекрасные пейзажи, а не людей, что обычно хорошо успокаивало волнения. Но не сегодня. Управляющий ушел, и Линь Хуань остался наедине со своими мыслями. Они блуждали только мгновение, а после перетекали в облик определенного человека.       «Племянник императора… Ему даже мечтать о таком не стоит…»       На следующей неделе Линь Хуань не смог покинуть резиденцию. Когда молодой человек раздобыл себе пропуск на очередной поход в библиотеку, атмосфера вокруг претерпела кардинальные изменения. Больше не лился звонкий голос из чайной, и люди выглядели довольно мрачными. Линь Хуань покосился на управляющего, что снова сопровождал его. Тот выглядел также заинтересованным происходящим.       Линь Хуань развернулся к старику и тихим голосом сказал:       — Могли бы вы узнать, в чем дело. Мне кажется, что что-то не так. Я думаю, нам лучше быть в курсе происходящего, чтобы не попасть в беду.       Управляющий смотрел на него какое-то время, а после все же подошел к одному из слуг, что крутился возле чайной, явно ожидая своего хозяина. Они проговорили пару минут. Даже с расстояния, на котором он находился, Линь Хуань заметил удивление, что мелькнуло на порезанном морщинами лице мужчины.       Вскоре он вернулся обратно.       — Что случилось? — не скрывал своего любопытства Линь Хуань.       Управляющий выдержал драматическую паузу, а после наклонился близко и прошептал почти заговорчески:       — Говорят, что господин Дафу, сам племянник Хуанша, доблестный Чэнь скончался, его никто не может найти и подозревают что его убили мятежники, что угрожают трону, — на последних словах голос старика был едва различим.       Глаза Линь Хуаня удивленно расширились.       — Как такое может быть, совсем недавно же с ним было все в порядке?       — Этот слуга подчиняется второму господину из семьи Инь, потому ему вполне можно верить. Кто бы посмел выдумывать такое о племяннике Хуанша? — ответил старик.       — Я должен узнать, что случилось. Возможно, мне удастся чем-то помочь, — рванул в сторону чайной Линь Хуань.       Управляющий попытался образумить мужчину.       — Господин это может быть опасно, вам лучше вернутся в резиденцию. — Линь Хуань уперто шел к двери, невзирая ни на что. Его сердце громко и сильно билось, словно он потерял что-то важное. — господин, послушайте, вам нужно вернуться, — управляющий протянул руку, желая остановить мужчину, но стоило ему схватить рукав, как ее жестко стряхнули.       — Должно ли мне быть все равно на жизнь и смерть наших лучших чиновников? Как бы я посмел вернуться, не предложив перед этим своей помощи. Пусть, я видел господина Чэня только издалека, но мое сердце не каменное и горит за благополучие нашего государства, — решительно заявил мужчина.       Старик наверное, за всю свою службу в этой семье не видел, чтобы молодой господин вел себя столь уверенно и уперто, напоминая старого господина.       Управляющий не посмел перечить, когда его так присадили. Обычно это он управлял молодым господином, но в этот раз он чувствовал, что его язык пристал к небу, а рот наполнился сухим песком. Он не смел больше проронить ни слова.       Молодой господин Линь вошел в чайную, а управляющий поплелся за ним. В чайной была довольно угнетающая атмосфера, никто не шумел, только тихие шепотки слышались за столами, что занимали молодые господа из других чиновницких семей.       Линь Хуань подошел к одному из таких столов, где, как ему показалось, были те же люди, которых он видел в прошлый раз рядом с господином Чэнем.       — Добрый день, господа, простите, что прерываю вашу беседу, — он учтиво поклонился, и все лица обратились к нему. — Меня зовут — Линь Хуань, я случайно услышал о том, что произошло, могу ли я узнать о том, в праве ли я предоставить свою помощь в поиске виновных, или в каком другом деле?       — Знали ли вы господина Чэня, — спросил один из мужчин за столом.       — Я не знал на прямую, но кто, живущий в Тай Ше не осведомлен в доблести господина Дафу, я бы хотел помочь, если есть какое-то незавершенное дело.       Мужчины переглянулись между собой, а после другой сказал:       — Вы можете подойти и узнать подробности у главы столичной стражи.       Линь Хуань замер на секунду. Насколько он помнил, главой на данный момент был его же брат, и если он пойдет к нему, то ничем хорошим это не закончится. Брат явно будет иметь предубеждение и косые мысли на его счет. Возьмёт ли он в таком случае его помогать? Ответ был очевиден.       Линь Хуань еще раз поклонился и, попрощавшись, ушел. Он решил попытаться найти убийцу или хотя бы зацепку о нем самостоятельно, а уже после результаты предоставить старшему брату.       Линь Хуань абсолютно не обращал на наличие рядом старого управляющего, что первым же делом донесет об его действиях отцу, он занялся поиском информации о том, что произошло, чтобы попытаться найти преступника. Вскоре он узнал только о том, что господин Дафу в вечер около полутора недели тому назад вышел выпить с друзьями в увеселительный квартал, после чего исчез, будто сквозь землю проявился. Тело не нашли, но никто и не видел его после. Лину Хуань даже зашел в «Дом цветов», где тот отдыхал, но все говорили только, что он хорошо проводил время, и рядом с ним не было никого подозрительного или незнакомого.       Следующие два дня мужчина снова отправился на поиски информации, но также нашел слишком мало. На третий, когда он собирался уйти, отец позвал его к себе и сделал ему выговор. После позвал старшего сына и спросил уже в его присутствии.       — Приходил ли к тебе Хуань, он, кажется, пытается самостоятельно разобраться в деле, над которым ты корпишь уже две недели.       На этих словах брат сверкнул в его сторону устрашающим взглядом. Линь Хуань невольно согнулся, пряча свое лицо в смущении.       — Зачем ты вязался в это? Твое дело учится, а не искать мертвых мужчин, — сурово произнес старший Линь, Линь Цзэнь.       — Я просто… Это ужасно… Я хотел чем-о помочь, — промямлил неуверенно Хуань.       — Не лезь не в свое дело, пока не напоролся на кого не надо, — присадил его тут же Линь Цзэнь. — Твоя робота учить свитки, а не гонится за преступниками, так занимайся тем, что полагается, и не сунь нос в чужие дела, или снова хочешь налечь беду на нашу семью?       Линь Хуань не нашелся, как ответить брату.       — Вернись в свои покои и подумай над своим поведением, чтобы ближайший месяц я тебя не видел за пределами дома.       Линь Хуань поник, но послушно поклонился отцу, не смея перечить. Управляющий стоял справа от старого Линя, будто был ни при делах.       Линь Хуань развернулся и покинул кабинет отца, отправляясь в свой дом. В этот раз управляющий не последовал за ним. Какой смысл, когда он шел в свое месячное заключение.       Смеркалось, и вечерняя прохлада разливалась воздухом. Было так тихо, что даже птицы не чирикали. На неба, вместо прозрачного небосвода, расплылись волнами тучи, серые, синевато-белые. Кажется, на ночь может собраться дождь.       Линь Хуань первым делом отправился в душ. Он сказал служанке оставить позже ужин у его двери, а сам скрылся в ванной комнате за ширмой. Служанка ушла тем временем прочь, оставив его одного. Линь Хуань не терпел, когда возле него кто-то крутился, когда он принимал ванну.       Он омылся, а после сел накинул на плечи полотенце, чтобы позже высушить в спальне. Ванная прилегала к его комнате и имела два входа, со спальни, и один с коридора. Сейчас он вошел с коридора, но вышел через дверь в спальню. Это было удобно. Слуги могли сделать свою роботу, и удалиться, а после он себе спокойно мог переходить из одной комнаты в другую.       Когда Линь Хуань вошел в спальню он первым делом встретился с темными глазами, что сразу же впились в его лицо.       — Сегодня поиски снова не увенчались успехом? — голос звучал низко и тихо, с нескрываемой долей насмешке в тоне.       — Увы… — Линь Хуань расстроено вздохнул и присел на стул перед комодом, став сушить свои длинные черные волосы. Глаза мужчины проследили за его действием. Облик мужчины едва ли был скрыт тонким нижним халатом, что плотно, но соблазнительно обхватывал правильную и стройную фигуру молодого мужчины. Особенно внимание привлекала тонкая талия, которую, казалось, можно было обхватить ладонями, и ягодицы, что соблазнительно изогнулись полукругами, когда он сидел.       Кожа молодого человека была еще едва влажной и будто сияла изнутри, нежного персикового оттенка, аккуратное ухо, что было выставлено на показ, когда тот едва наклонил голову, и тонкая белая шея.       Линь Хуань поднял свои глаза, цвета насыщенной карамели, и посмотрел в отражении в зеркале на мужчину, снова встречаясь взглядами, тем временем продолжая спокойно растирать свои волосы, чтобы убрать лишнюю влагу.       — Ты так смотришь, будто я тебе что-то задолжал, — произнес Линь Хуань.       — Тебе кажется мой взгляд жадным. — Линь Хуань слегка кивнул. — Тогда тебе не кажется, — в зеркале отразилась ухмылка. Черные глаза продолжали неотрывно следить за той частью, где не плотно был запахнут белый халат и открывалась нефритовая грудь парня.       Линь Хуань оставил полотенце и повернулся. Он поднялся со стула, и черные волосы рассыпались за его спиной густым водопадом. Мужчина сел на край кровати.       — Если мне не кажется, тогда стоит ли вернуть долг? — задал он риторический вопрос тихим голосом.       *Вернемся на пару недель назад.*       Чэнь Му наскучило все. Посиделки с друзьями и пьянки. Прогулки вдоль алей дворца, по реке, по улицам. Он прошел и проплыл столицу вдоль и поперек. От отправлялся на границу и сражался там пару лет, вернулся, и снова все пошло по кругу. Его не интересовали ни ясные девичьи глаза, и тем более их полные формы. Ни вкусная еда, ни скачки, ни фейерверки. Все наскучило. Ничего не вызывало больше ярких эмоций, будто в одночасье все вокруг посерело, пока в один из таких же скучных, как обычно вечеров к нему не подошел человек. Почти еще юноша, с красивым и ярким лицом, и не сказал пару слов своим сладким голосом.       Это было странно и необычно, но тем не менее все еще интересней, чем то, чем он занимался до сих пор. Он сгорал от любопытства из-за того, что этот человек, смелых мыслей которого боялся даже его дядя, мог хотел лично от него.       Чэнь Му впервые же услышал об этом ученом от дяди, когда тот в шоке и ярости подошел к нему, трясся перед лицом экзаменационном листом. С одной стороны он восхищался смелостью и разумом этого человека, но с другой — относился насторожено, и даже думал о том, чтобы убить, но все же решил оставить в живых из-за его сильных родственных связей. Он дал несколько наставлений Линь Хушену, и оставил его в покое, приставив только некоторое наблюдение.       Чэнь Му даже парочку раз отправлялся и сам взглянуть, но видел только то, что тот усердно трудился и читал.       После Линь Хуань снова пошел на экзамен, и история повторилась во второй раз. Император был поражен не меньше, но даже так не смел пустить такого человека в дворец, точно ласку в курник.       Так повторялось не раз, и не два. Одна сторона была настойчивой, а другая осторожной, но никто не уступал друг другу. Пока они не встретились случайно взглядами, а после он сам не пошел следом за этим человеком.       Чэнь Му слышал, что над ним издевались в семье, но, глядя на мужчину сейчас, так и не скажешь. Уверенный и ясный взгляд, гордая осанка. Проницательные, несмотря на нежность цветов глаза…       Он неимоверно манил его тем контрастом, что был скрыт в этом мужчине.       И вот, они пришли к тому, что он оказался привязан к чужой постели, и вся столица скоро начнет скорбь о нем. Это ли не достаточно интересно?       Чэнь Му едва сдерживал улыбку, что так и просилась на его лицо, когда молодой человек знакомым движением взобрался на его торс и сел сверху.       — Может, пора развязать мне руки, это неудобно, — пожаловался Чэнь Му.       Линь Хуань смотрел на него испытующе какое-то время, пока не покачал отрицательно головой, а после наклонился вниз. Их губы сошлись и сомкнулись, когда Линь Хуань лег на него. Сердце ускорило ритм, тело напряглось.       Этот красивый ученый был на удивление хорош в поцелуях, но лучшее все равно еще ждало впереди.