Призрак Уильяма Торна / The Haunting of William Thorn by Ben Alderson

Уильям проснулся с пересохшим ртом и ощущением чего-то мертвого в горле. Он знал, что ему нужен стакан воды — или три бокала вина — но для этого нужно было встать с постели. Честно говоря, он был удивлен, что проснулся в том же месте. Никакого лунатизма, никаких снов, только одинокая пустота. Он лежал среди куч простыней, пытаясь выкроить еще несколько минут, прежде чем ему придется встретиться с Эдвардом. Потому что, когда это произойдет, наверняка начнется разговор, и — как и в случае с водой — он тоже не был к этому готов. Перед сном уход из Хэнбери казался лучшим и единственным вариантом, но теперь мысль о том, что он будет отделен от этих стен, заставляла его желудок сжиматься в узел. Было еще больше вопросов, с которыми он боялся столкнуться. Почему дух назвал имя его недавно умершего партнера? Почему он стоял за Эдвардом, одетый в красный плащ Арчи? Хуже того, может, это был Арчи, и если да, то почему? Одна только мысль об этих вопросах заставила его натянуть одеяло на подбородок и уютно устроиться в теплой постели. Вскоре Уильям услышал шум под собой, доносящийся из кухни. Учитывая, что кровать рядом с ним была пуста, он понял, что Эдвард внизу, скорее всего, готовит что-то поесть, как и обещал. После того, что произошло, каждый звук заставлял его вздрогнуть. Это было странно — оглядываясь на события, произошедшие всего несколько часов назад на чердаке, они казались такими нереальными, как будто время, прошедшее с момента инцидента, дало Уильяму возможность понять, что все это было вызвано чем-то объяснимым. Перевернувшись, он инстинктивно потянулся за телефоном. Но его не было на ночном столике, где он всегда лежал экраном вниз. Холодная дрожь страха пробежала по его шее. Не нужно было быть гением, чтобы догадаться, где он его оставил. На чердаке. Он добавил поиск телефона к растущему списку дел, которые он знал, что должен сделать, но не был готов к этому. Мягкая кожа коснулась его руки там, где должен был лежать телефон. Дневник Роберта ждал его, как будто всегда знал, что он потянется за ним. Странно, потому что он не помнил, чтобы оставлял его там. Но, подобно всему остальному, что произошло здесь, он не задавался вопросами о странности этого явления, когда поднял дневник и поднес его к себе. Он включил боковой свет, озарив комнату ярким оранжевым светом. Один взгляд в окно, и Уильям понял, что уже поздно — небо было полностью черным, усыпанным такими густыми облаками, что даже звезды не могли пробиться сквозь них. Его биологические часы подсказывали ему, что день подходит к концу, но без телефона это было всего лишь догадкой. Завтра они уедут из Хэнбери. На время или навсегда, Уильям еще не решил. Ясно было только то, что в поместье его не хотели, и он хотел бы разделить это чувство. Как выглядела жизнь вдали от этого кошмара посреди Котсуолдса? Он вернется в Лондон, к своей жизни, и забудет все о потерянных историях этих комнат. Странная боль пронзила его под грудью, так что он приложил руку и помассировал это место. Было ли это из-за мысли о том, что он отказывается от будущего, на которое надеялся, или из-за осознания того, что Уильям и Эдвард разойдутся? Не было никаких причин, чтобы они оставались на связи; черт, они даже не знали друг друга. Кроме Хэнбери, что у них было общего? Не желая тонуть в этих ненужных чувствах, Уильям открыл дневник Роберта, вероятно, в последний раз. Листая страницы, он сказал себе, что подглядывает от имени человека внизу. Эдвард проделал весь этот путь, чтобы найти ответы на вопросы о том, что случилось с его двоюродным дедушкой, и пока что они обнаружили только больше вопросов и теорий, чем правды. Правда. Такое странное понятие, чуждое и непонятное. Казалось, люди были запрограммированы на поиски правды, независимо от того, причинит ли она им боль в конце концов. Это ли мы делали здесь? Эдвард приехал, чтобы раскопать прошлое, а Уильям хотел только одного — похоронить его здесь. В конце концов, ни один из них не получил того, чего хотел. Возможно, в этом и заключалась правда жизни — быть довольным тем, что у тебя есть. Сосредоточиться на сегодняшнем дне, а не на том, что было раньше, или на обещаниях будущего. Ничто никогда не бывает действительно обещано. Уильям нашел некоторое утешение в чтении трагической истории Роберта Томаса. «Какова твоя правда, Роберт?» — сказал Уильям вслух, опустившись на сидячее положение у изголовья кровати, когда он нашел последнюю страницу в дневнике и начал читать. Возможно, если бы он прислушался достаточно внимательно, он услышал бы ответ.