Призрак Уильяма Торна / The Haunting of William Thorn by Ben Alderson

Время как будто остановилось, словно вселенная затаила дыхание и не могла выдохнуть. Уильям бросился на пол, коленки с треском ударились о твердые каменные плиты. Но, прежде чем его руки коснулись Эдварда, он остановился. Помимо раны на затылке, никто не знал, какие еще проблемы у него были. Уильям должен был быть осторожным. Время возобновилось, когда Эдвард медленно поднял голову и встретил панический, уставший взгляд Уильяма. «О, Боже, Эдвард. Ты жив». Из всех ответов, которые он ожидал услышать, то, что вырвалось из его потрескавшихся губ, не было ни одним из них. «Тебе нужно. Убраться. Отсюда». «Да пошел ты», — резко ответил Уильям, поднимая Эдварда и помогая ему повернуться так, чтобы его раненая голова лежала у него на коленях. «Нам нужно вызвать скорую... Что, черт возьми, произошло, Эдвард?» «Черт... точно». Он стонал даже от малейшего движения. «Я их не видел. На меня напали. Беги, Уилл. Уходи... Ах. Уходи. Хэнбери...» «Тише. Просто успокойся», — умолял Уильям, остро ощущая, как медленно бьется сердце Эдварда, когда тот прижимает руку к груди. «Ты говоришь бессвязно». Уильям должен был помешать Эдварду поднять дрожащие пальцы к голове. С того угла, под которым Уильям держал его, было невозможно не заметить скопление крови и спутанных волос. Он не мог разглядеть через этот беспорядок, насколько серьезна рана. «Я же сказал — уходи». «Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что на тебя напали?» «Нет времени объяснять... они вернутся», — сказал Эдвард, выведя Уильяма из транса, в который его ввела рана. «Пожалуйста, уходи. Уходи. Уходи...» Эдвард задыхался с каждым произнесенным словом, его речь становилась невнятной, как будто он был пьян. Машина — та, которую он видел, уезжающую. «Кто? Кто вернется?» Лицо Эдварда скривилось, тени под его глазами были настолько заметны, что выглядели как свежие синяки. Нет, это были синяки. Его лицо было покрыто ими, идеально ровная трещина над нижней губой была такой же яркой, как след на его черепе. «Я не видел. Я не... Я не знаю. Но я слышал, как они говорили о тебе. Я думал, что они...» Судорожно поднятые руки схватили Уильяма, пальцы впились в кожу, чтобы доказать, насколько Эдвард был в панике. «Думал, что они что?» Эдвард моргнул, морщась даже от слабого света. Скорее всего, у него было сотрясение мозга и некоторые повреждения мозга, которые превратили его в этого параноика. «Я думал, что они пошли в особняк, чтобы тебя искать. Они сказали, что пошли... но. Где... где ты спрятался?» Это, безусловно, доказывало, что Эдвард сошел с ума. Что его разум сломался. Возможно, он просто упал со стула, ударился головой и потерял связь с реальностью. Но потом Уильям увидел в его глазах страх, настолько глубокий, что он был почти осязаем. «Эдвард, я ни от кого не прятался». Уильям покачал головой, сбитый с толку всем, что говорил Эдвард. «Никто, кроме меня, не был в Хэнбери. Я не знаю, о чем ты говоришь. Я был в поместье один». В голову пришла мысль. «Это были те два парня? Я их тоже видел. Это они... это они сделали?» «Да, один парень». Глаза Эдварда закатились. «Он вернется за тобой». «Мне нужно найти тебе помощь», — сказал Уильям, думая, в какой карман он положил номер телефона владельца магазина. Может, Барбара сможет помочь. Если ее предупредить, она сможет вызвать полицию или скорую помощь. «Нет, ты меня не слушаешь», — резко сказал Эдвард, извиваясь, как червь на крючке, достаточно, чтобы приподняться и повернуться к Уильяму. Чистый страх на его лице поразил Уильяма и заставил его замолчать. «Они вернутся. Кто бы это ни сделал. Я притворялся, что потерял сознание, но слышал, как они разговаривали по телефону. Они сказали, что не могут тебя найти — что-то про то, что нужно больше людей на месте.» «Но зачем я им нужен?» — выдохнул Уильям. «Потому что ты владелец поместья». Единственная слеза скатилась по щеке Эдварда, проложив путь через засохшую кровь и грязь на его лице. «Потому что они знают, что ты найдешь». «Что найду?» «Правду. И они убьют тебя, прежде чем ты это сделаешь. Как и других, сказали они. Как и раньше». Эдвард говорил не очень понятно, но Уильям отшатнулся, как будто его ударили. Ему хотелось только посмеяться над абсурдностью ситуации. То, что Эдвард сказал, наверняка было какой-то большой шуткой, еще одним способом поиграть с ним. Реальность была яснее. Что бы эти люди ни сделали с Эдвардом, они хотели ему навредить. Прямо перед Уильямом было доказательство, что все, что происходило, было в какой-то мере реальностью. Кровь была тому доказательством. «Нам нужно вызвать полицию», — пробормотал Уильям, пощупав карманы и обнаружив, что они пусты. Черт. Он оставил свой телефон в поместье. Прежде чем он успел попросить Эдварда одолжить его телефон, тот жестом показал Уильяму на что-то на полу на другой стороне маленькой комнаты. «Они сломали его». В ушах Уильяма загремел рев, словно волны с яростью разбивались о его череп. Он оглядел комнату, ища что-то, не зная, что именно. Возможно, оружие. Но нельзя было терять время. Нельзя было зацикливаться на том, что, если бы он не выгнал Эдварда прошлой ночью, ничего этого бы не случилось. Но в отличие от решения, которое убило Арчи, Эдвард был еще жив — у Уильяма был шанс изменить судьбу, которая преследовала его и проклинала тех, кто был ему близок. «Твоя машина», — сказал Уильям, когда эта идея пришла ему в голову. Задыхаясь от тревоги, сжимавшей его легкие, он с трудом продолжал говорить. «Я оставил ключи в ней. Если я заведу тебя внутрь, я побегу обратно в поместье, возьму свой телефон, и мы будем в пути, прежде чем... прежде чем они вернутся». Уильям ожидал, что Эдвард откажет ему, но вместо этого они посмотрели друг другу в глаза. Мышцы челюсти Эдварда напряглись, когда он стиснул зубы, а над его темными глазами сдвинулись брови. Но его твердое решение разбилось в считанные секунды, обнажив испуганного человека внутри. «Я не хочу, чтобы они причинили вред и тебе». Это признание разбило Уильяма до глубины души. Эдвард страдал, о чем свидетельствовали его раны и те, что скрывались под кожей, — сценарий истории, которую Уильям даже не мог начать разгадывать. «Со мной ничего не случится. И с тобой тоже, ладно?» Его нижняя губа задрожала, когда он протянул руку и положил ее на щеку Уильяма. Это прикосновение было настолько изнурительным, настолько нежным, что Уильям едва мог произнести слово. Он просто прислонился к нему, с трудом сдерживая слезы. «Мне так жаль», прошептал Эдвард. «Правда». Эдварду не нужно было объяснять, за что он извиняется. Уильям уже знал. И, честно говоря, он не думал, что будет достаточно сильным, чтобы это услышать. В последующие секунды не было времени на раздумья. Вместо этого Уильям наклонился вперед, пока его губы не нашли губы Эдварда. Они оба немного помедлили, но это было мимолетно. Через несколько секунд их защита ослабла, и их поцелуй стал глубже. Уильям тихонько вздохнул в губы Эдварда, когда его сильная рука нашла затылок и прижала его к себе. Пальцы отчаянно впились в волосы. Уильям старался не причинить Эдварду боль, учитывая, что у того была разбита губа. Он почувствовал вкус крови во время поцелуя, но это его не остановило. Потому что это было по-настоящему, и это говорило обо всем, что Уильям хотел бы иметь смелость сказать. Отодвинувшись, они прижались лбами друг к другу, дыша в губы, опухшие от поцелуя. «Могу я считать... этот поцелуй подтверждением того, что ты принимаешь мое... извинение?» — спросил Эдвард, медленно вытаскивая руку из волос Уильяма и опуская ее на его плечо. «Как насчет того, чтобы поговорить обо всех наших сожалениях, когда мы, блядь, выберемся отсюда?» Уильям ответил, улыбнувшись ему, что уже отвечало на вопросы Эдварда. «Согласен?» «Да». Лицо Эдварда стало твердым от решимости, его кожа была бледной на фоне синяков и ссадин, но он все равно оставался красивым. «Мне нравится эта идея». «Давай же», — сказал Уильям, продев руки под безжизненным телом Эдварда. «Пора двигаться дальше». Он помог Эдварду подняться с пола. Эдвард немного пошатнулся, зажмурив глаза, когда он уперся в тело Уильяма. Хотя Уильям был намного ниже и менее мускулистым, он все равно пытался взять на себя как можно большую часть веса Эдварда. Взяв руку Эдварда, Уильям поднял ее и обвил вокруг своей шеи. Используя свое тело как рычаг, он впился пальцами в футболку Эдварда, сжимая ткань, чтобы ничто не разъединило их. Это требовало сосредоточенности, большей, чем Уильям считал себя способным. Когда они вышли за дверь в яркий полдень, Уильяма охватила мысль, что кто-то был в его доме, и он об этом не знал. Дискомфорт начался как легкое беспокойство, но быстро превратился в чувство, которое мучило его. Они наблюдали, как он спит, прижимая к груди блестящий красный плащ? Помимо того, что они причинили боль Эдварду, он также почувствовал скрытую ярость, к которой он не был привычен. «Ты видел их... этого человека, который причинил тебе боль?» — спросил Уильям, когда они медленно обходили ворота, направляясь к машине. «Не их лица», — подтвердил Эдвард. «Но кто бы это ни был... они наблюдали за нами уже некоторое время. Думаю, он наблюдал за поместьем уже несколько дней». Уильям задумался, прав ли Эдвард, и был ли тот, кого он иногда видел за окном, реальным человеком. Но потом он вспомнил тех двоих, печальных мужчин с серой кожей и ртами без языков. Он не мог не думать, что это были они... пропавшие молодые люди... наблюдавшие за ним. «Ты уверен, что они были... реальными?» Эдвард сжал губы. «Я уже не знаю, в чем быть уверенным». Все те разы, когда Уильям видел движение снаружи дома ночью или чувствовал, что за ним наблюдают, он списывал это на призраков, но, возможно, все, что происходило, было делом рук реальных людей. И все же, даже если он хотел в это верить, он просто не мог. Было так много вопросов, и он знал, что найти на них ответы будет невозможно. «Я просто не понимаю, зачем кто-то стал бы это делать», — сказал Уильям, не отрываясь от этой мысли и не в силах думать ни о чем другом. «И говорить, что они хотят моей смерти. В смысле, это кажется таким...» «Отчаянным?» — ответил за него Эдвард. «Сумасшедшим? Думаю, эти слова едва ли отражают всю суть того, через что мы прошли». Он был прав, потому что, когда они оба хромая удалялись от сторожки, готовые сесть в машину, Уильям заметил движение в поле своего зрения. Он почувствовал, как кровь отлила от его лица, когда он медленно повернул голову и взглянул на поместье Хэнбери. Сначала ничего не показалось ему странным, пока он не заметил это снова: слева, наверху дома, в окне стоял силуэт человека. «Это что?», — спросил Эдвард, следуя за взглядом Уильяма. Уильям прищурился. Он смог разглядеть бледную руку, прижатую к стеклу окна, и озлобленное выражение лица мужчины — мужчины, который умер давным-давно. «Это Роберт Томас», — сказал Уильям, не имея возможности притвориться, что это не так. «Ты его видишь?» «Да». Вот и все, призрак исчез. Они оба смотрели, как Роберт, казалось, махал им рукой. Его рот был открыт, как будто он кричал, но слова были заглушены стеклом и расстоянием. Затем движения стали судорожными и быстрыми. Роберт вовсе не махал рукой, а снова и снова бил по стеклу, быстро шевеля губами. Затем стекло треснуло, и в этот момент сзади раздался другой звук. Уильям не мог отвести взгляд от этого явления, да и не нужно было. Роберт предупреждал их, потому что гул, раздавшийся в холодном воздухе за поместьем Хэнбери, говорил о возвращении машины. «Черт», — пробормотал Эдвард, и последние следы румянца исчезли с его щек. «Они возвращаются». Уильям имел всего мгновение, чтобы принять решение. Либо бежать к машине, разделившись, либо следовать за Робертом Томасом, который явно манил их обратно в Хэнбери. «Сейчас мы никуда не уедем», — сказал Уильям, отрывая взгляд от Роберта и направляя его на далекую черную точку, движущуюся по дороге к ним. «Тогда спрячемся», — предложил Эдвард, что уже пришло в голову Уильяму. «В том же месте... что и раньше». Я нигде не прятался. «Закроем двери, позвоним за помощью. Будем надеяться, что помощь прибудет как можно скорее». Уильям не мог объяснить, что подтолкнуло его к следующему действию. Быстрыми шагами он наполовину вел, наполовину тащил Эдварда в сторону Хэнбери. Чем ближе они подходили, тем больше Роберт исчезал, как тень, растворяясь в темноте. Когда они подошли к входной двери, она сама открылась. Эдвард засомневался, но Уильям — нет. Он ворвался в поместье. Ничто не указывало на то, что кто-то открыл им дверь, не было ветра, достаточно сильного, чтобы это сделать. И когда они прошли, она закрылась сама, хлопнув, пока тонкое стекло посередине не покрылось паутиной трещин. На их глазах засов был задвинут невидимой рукой. «У меня сложилось впечатление, что Роберт хочет, чтобы мы были здесь». За их спинами раздался скрип. Уильям обернулся первым, за ним — Эдвард, опираясь на стену. Роберт Томас стоял и ждал их на лестничной площадке. Его силуэт колебался в лучах солнца, проникавших через окно за его спиной, и его контуры изгибались, как тень, отталкивающая свет. Он устремил на них обоих преследующий взгляд, повернулся, не двигая ногами, и поднялся по лестнице. «Иди ко мне, Тедди», — сказал Роберт, не открывая рта. Его голубые глаза впились в Эдварда, каждая морщина отражала боль и печаль. «Иди ко мне». Эдвард не показал, что слышал Роберта, но Уильям услышал. Его голос эхом раздавался в его голове, не утихая. «Он хочет, чтобы мы пошли за ним», — сказал Уильям, чувствуя, как пересохло во рту. Рука нашла его руку. Опустив взгляд, он увидел, как пальцы сцепились, и Эдвард создал связь между ними. «Давай не будем заставлять хозяина поместья ждать». Они все вместе последовали за призраком, не зная, куда он их приведет. В отличие от того, что было раньше, Уильям больше не испытывал страха. Не перед Хэнбери, а перед тем, что скрывалось за его пределами. Как он мог бояться того, что видел? «Роберт, подожди», — крикнул Уильям. Призрак остановился, не естественно выгнув шею, и оглянулся на Уильяма. Он поднял палец и указал на Уильяма, затем размахнулся рукой и указал на комнату. Приказ Роберта был ясен. Он указал на кабинет своего отца — комнату прямо напротив спальни Роберта. Он пошел вперед, остановился за дверью, а затем исчез за ней. Он хотел, чтобы они последовали за ним. Без вопросов, они так и сделали.