Ещё одна Уизли

BANKS — Beggin for Thread

Надежды не оправдались. Первое утро в Хогвартсе пахло сыростью озера и апельсиновым шампунем. Элоиза, накинув мантию, тщательно затянула зелёный галстук. Мерлин, уже успевший облюбовать её подушку, лениво прищурился. — Ну что, Мерлин, сегодня начинается настоящее испытание, — прошептала она, почесав его за ушком. В Большом зале она снова почувствовала на себе взгляд Рона. Он сидел за гриффиндорским столом и что-то эмоционально объяснял Гарри, размахивая вилкой. Гарри же выглядел отсутствующим — его взгляд блуждал по залу, пока не остановился на Элоизе. Она едва заметно кивнула и тут же отвернулась к Трейси. — Смотри, Амбридж уже на месте, — прошептала Трейси, кивнув в сторону преподавательского стола. — Выглядит как зефирка, упавшая в лужу розовой краски. Эл усмехнулась. — Чувствую, из-за неё я разлюблю розовый цвет, — сказала она, беря дольку апельсина из фруктовой корзины. Она была рада вернуться в школу. Взгляд снова скользнул к брату. Когда их глаза встретились, Рон не просто отвернулся — он скривился так, словно почувствовал запах гнили, и демонстративно подвинулся ближе к Гермионе, вычёркивая сестру из своего мира. Эл закатила глаза. Как же это по-детски.

***

Урок Защиты от тёмных искусств стал катастрофой с первой же секунды. Амбридж запретила доставать палочки, заставив всех читать скучный учебник «Теория защитной магии». Элоиза сидела за последней партой, наблюдая за реакцией класса. Она видела, как напряглась спина Гарри. Видела, как побелели костяшки его пальцев, сжимающих край парты. Воздух в классе наэлектризовался, и Эл невольно задержала дыхание, ожидая неизбежного разряда. «Не поддавайся, Поттер», — молилась она, но это не помогло. Когда его голос наконец разорвал тишину, упомянув Седрика, звук пера Амбридж по пергаменту показался оглушительным — словно скрежет ножа. — Мой милый мальчик, Министерство уверяет нас, что никакой угрозы не существует. Любые слухи о возвращении некоторых тёмных волшебников — всего лишь трагическая фантазия, которую мы не будем терпеть в этом классе, — произнесла она своим тонким, приторно-сладким голосом. — Это не ложь! Я видел его! — крикнул Гарри. Его лицо покраснело, кулаки сжались. Элоиза закрыла глаза. «Гарри, остановись. Ты только делаешь хуже», — умоляла она мысленно. Она видела, с каким удовольствием Амбридж выписывает ему наказание. Это была ловушка — и он в неё попался. Когда урок закончился и Гарри вылетел из класса, Эл хотела пойти за ним, но в коридоре её перехватил Рон. — Ты видела?! — набросился он на неё. — Она издевается над ним! А ты… ты просто сидела там с каменным лицом, будто ты одна из них. Неужели зелёный галстук так быстро разъел твою совесть? Так и будешь прятаться за статусом своего факультета? — Я то тут при чем, Рон, — холодно спросила Эл. — Успокойся. Твой крик никому не поможет. Гарри повёл себя неразумно. Он дал ей именно то, чего она хотела — повод для наказания. — Неразумно?! Он защищает правду! Ты никогда не поймёшь, что такое верность, Элоиза. Ты просто прячешься за своими книжками и глупым котом. — Не смей впутывать в это Мерлина, — предупредила она. В её голосе зазвенел металл. — Это ты ничего не понимаешь. Если бы ты вскочил вместе с Поттером, что бы это дало? Только доставило бы ей больше удовольствия. Не знаешь, как проявлять верность с умом — сиди и молчи. И не учи меня тому, в чём сам не разбираешься. Рон развернулся и ушёл. Элоиза почувствовала, как в груди запекло. «Верность», — подумала она. Рон и не догадывался, в чём заключается её верность. Она снова подумала о Гарри. Ей нужно поговорить с ним — и, возможно, прибегнуть к более тонким методам. Ему нужно быть осторожнее.

***

Вечером в девичьей спальне Слизерина царила уютная атмосфера. Трейси разложила на кровати стопку журналов, а Блейз, в который раз проигнорировав запрет для мальчиков, расслабленно устроился в кресле. Риск быть пойманными лишь добавлял остроты их разговорам, пока его взгляд скользил по гитаре Элоизы. — Эл, хватит мучить серебролист, — рассмеялась Трейси, наблюдая, как подруга осторожно пересаживает растение. — Давай лучше поговорим. Твой брат сегодня на весь коридор орал про Поттера. Что между вами происходит? — Ничего, Трейси, — вздохнула Эл, вытирая руки полотенцем. — Просто лето было… сложным. — Настолько сложным, что Золотой мальчик «дарит» тебе котов и смотрит на тебя так, будто ты — единственный свет в конце тоннеля? — Трейси подмигнула. — Расскажи, какой он? Он правда такой импульсивный, как говорят? Потому что о его сексуальности и так все знают. — Трейс, — укоризненно посмотрела на неё Эл. — Извини, — сказала та, хотя раскаяния в её взгляде не было. Элоиза выдохнула и тихо продолжила: — Он… он очень одинокий. Все ждут от него спасения мира, но никто не спрашивает, как он себя чувствует. Он саркастичный, временами невыносимый, но он настоящий. — О-о-о, — протянула Трейси, обнимая подушку. — Звучит как начало очень драматичной истории. Уизли-слизеринка и Поттер. Малфой точно съест свою мантию. — Прекрати, — Эл покраснела. — Мы просто друзья. Возможно. — «Просто друзья» не покупают хот-доги ночью в Лондоне, — вмешался Блейз, не отрывая взгляда от гитары. — Это было смело, Эл. Но будь осторожна. Амбридж… — Розовая зефирка, — перебила его Трейс. — Прошу прощения, — насмешливо отозвался Блейз и, закатив глаза, продолжил: — Розовая зефирка будет искать слабые места Гарри. И если она узнает, что одно из них — девушка в зелёном галстуке… Элоиза замерла. Она об этом не думала. Для Амбридж она была просто «ещё одной Уизли». Но если та поймёт, что Эл — рычаг давления на Гарри… — Я не позволю ей этого сделать, — твёрдо сказала Элоиза. — Именно поэтому мы поможем тебе, — Трейси сжала её руку. — Слизеринцы держатся вместе, забыла? Если нужно будет прикрыть ваши ночные встречи — я буду твоим алиби. А Блейз может отвлекать старост. Элоиза улыбнулась. Впервые за долгое время она почувствовала, что у неё есть не только «семья по крови», которая её не понимает, но и «семья по духу», готовая пойти на риск. — Спасибо, — прошептала она. — Да не за что, — Трейси снова уткнулась в журнал. — А теперь скажи мне, Блейз правда думает, что эта гитара — оружие? Он держит её так, будто собирается проклясть кого-то аккордом до-мажор. Комната наполнилась искренним смехом. Апельсиновый аромат, теперь неразрывно связанный с Гарри, заполнил спальню, даря обманчивое чувство защищённости. Но Элоиза знала: розовый туман Амбридж уже начинает заполнять коридоры замка, и скоро даже в подземельях станет трудно дышать.