Альтернативный пятый сезон / Альтернативная концовка

      – Да, это было очень весело! – восклицает девочка, мечтательно смотря вдаль. – Если бы дурацкий Дерек не порвал мой любимый браслет, это был бы лучший день в моей жизни.  – Ничего, дорогая. Скоро тебе не придётся переживать об этом, – мягко улыбается мужчина. Оправа его очков сверкает на солнце и отбрасывает зайчиков на скучную стену школы.  – Он всегда вредничает! – звонкий голос разлетается по всему двору.  – Похоже, этот Дерек действительно тот ещё подлец, – смеётся в ответ собеседник и кладёт руку на хрупкое плечо девочки. – Осталось потерпеть совсем немного. Помнишь, о чём мы с тобой договаривались?  – Так и будете стоять за моей спиной, сержант Рамирес? – раздражённо бросает женщина куда-то в сторону, не отвлекаясь от своего занятия.  На столе перед ней лежит кусок плоти. Шевелится, пульсирует и хлюпает. Скальпель входит в него как нож в тёплое масло. Разница лишь в том, что из масла обычно не брызжет едкая тёмная жидкость.  – Простите, доктор Кей. Подполковник Салливан проверил недавнюю зацепку и... – мужчина в камуфляже замялся.  – И это был оглушительный успех, – произносит дама, хладнокровно устанавливая расширители на края раны неизвестного существа.  – Вообще-то нет, – почти шепчет военный, виновато опуская голову.  Доктор Кей закатывает глаза, вздыхает и наконец оборачивается, чтобы взглянуть на собеседника.  – Вижу, в учебке сарказм не преподают. Будь у вас хорошие новости, Салливан принёс бы мне их лично. С оркестром, салютами и народными гуляниями.  Мужчина не осмеливается поднимать на неё взгляд. Об этой женщине ходит много слухов. И какими бы занимательными и противоречивыми они ни были, убеждаться в их достоверности ему пока не хочется.  – Значит так, сержант. Передайте своему командиру, что я тут бьюсь лбом об стену. Гибнут люди. Невинные люди. Мне нужна эта девушка, – на её лице нет абсолютно никаких эмоций, слова звучат отчётливо и звонко, и Рамирес знает, что нет ничего хуже этого поразительного хладнокровия. Этого спокойного голоса, отсутствия жестикуляции и мимических движений.  Он коротко кивает, отдаёт честь и, развернувшись на пятках, поспешно исчезает в лабиринте комнат и коридоров лаборатории под жуткие звуки, исходящие со всех сторон, где учёные препарируют жуткие щупальца и мясные сгустки.  – За сколько я пробежала в последний раз?  Луч света гуляет по стенам тоннеля. С появлением этих каналов под Хоукинсом перемещаться по городу стало гораздо легче.  – Я не знаю, отвлёкся на Дайану Росс, – бормочет Джим, хмурясь и старательно вглядываясь в темноту. Фонарик в его руке не может обеспечить достаточное освещение.  – Я точно уложилась в двенадцать с половиной минут, – психует Одиннадцать, обгоняя шерифа и пытаясь заглянуть в его лицо.  – Сильно сомневаюсь, детёныш, – качает головой мужчина и отворачивается от девушки.  – Я считала! – протестует она.  – Хорошо, я тобой горжусь, – сдаётся Хоппер, хватаясь за стремянку, установленную возле очередной дыры в тоннеле, – Завтра закрепишь результат.  – Но вылазка сегодня! – в глазах Джейн блестят слёзы. – Ты обещал. Обещал, что возьмёшь меня с собой, если смогу пройти полосу препятствий за двенадцать с половиной минут.  – Всё верно. Вот только я должен был видеть это число на секундомере своими глазами, – Джим пожимает плечами и карабкается вверх. – Все претензии к Дайане, милая.  – Ты ведь просто не веришь, да? Думаешь, я вру? – кричит девушка, устремляясь вслед за ним.  – О нет, я просто говорю, что ты ошибаешься, – его голос остаётся предельно спокойным, и это раздражает сильнее всего. Даже когда он вылезает на поверхность через дыру в полу ветхого сарая, Джейн не отстаёт. Они направляются в сторону своего основного убежища – хижины Хоппера.  – Нет. Я не ошибаюсь, – Одиннадцать уже не приводит аргументы, понимая, что их спор превратился в обычное "Да-Нет", и любые её доводы будут проигнорированы.  – Хорошо, – шериф резко разворачивается прямо перед дверью своего дома, так что девушка почти влетает в него на полном ходу. – На шестой попытке, вымотавшись и устав, ты второй раз за день побила свой рекорд аккурат перед вылазкой, – он усмехается и качает головой. – Послушай, даже если это так, я всё равно не могу тебя взять. Ты уже набегалась на сегодня.  – Но ты видел время, ты ведь посмотрел на секундомер – голос дрожит, и Джейн хватает мужчину за рукав, когда тот заходит в помещение.  – Так неймётся найти Генри? Да? Руки чешутся? – внезапно срывается мужчина. – Вот тебе ванна, ищи оттуда. За тридцать семь вылазок я ничего не нашёл. Думаешь, у тебя это получится? А? – его голос разлетается по всему дому, отскакивает от стен и бьёт по ушам. Одиннадцать вздрагивает от неожиданности, когда Джим нависает над ней, свирепо тыча пальцем в сторону ванны. Даже Джойс, которая до этого, следуя за ними, не проронила ни слова, наконец подала голос.  – Джим, пожалуйста... Она не виновата.  – Я знаю. Но я дал весьма чёткий ответ, – смягчается он и исчезает в одной из комнат, напоследок окинув плачущую Джейн взглядом.  Кулак Энди находит челюсть Дастина возле могилы Эдди. Как и всегда. Хендерсон проводит здесь больше времени, чем дома. Он сидит и часами смотрит на надгробие, усыпанное оскорбительными надписями недоброжелателей. Кажется, каждый, кто когда-либо слышал о существовании Эдди, теперь считает своим долгом испоганить его могилу. Это отвратительно. Дастин приходит сюда вновь и вновь, терпеливо стирает краску и остальную грязь и общается с куском камня больше, чем со своими друзьями. Anarchy in the U.K. – Sex Pistols I am an Antichrist (Я антихрист) I am an anarchist (Я анархист) Don't know what I want, but I know how to get it (Не знаю, чего хочу, но знаю, как получить это) I wanna destroy passersby (Я хочу завалить прохожего) 'Cause I wanna be anarchy (Потому что я хочу быть анархией) No dog's body (Нет скотам) Anarchy for the U.K., it's coming sometime and maybe (В Великобритании грядёт анархия, и, возможно) I give a wrong time, stop at traffic line (Я выбрал неудачное время, чтобы остановить движение) Your future dream is a shopping scheme (Твои будущие мечты — список покупок) 'Cause I, I wanna be anarchy (Потому что я, я хочу быть анархией) In the city (В городе)  Резкая боль пронзает его губу как раз в такой момент. Хендерсон летит назад и ударяется затылком о холодную землю. Ещё до того, как у него получается сфокусировать взгляд, на него наваливаются трое здоровяков. Удары обрушиваются мгновенно и будто со всех сторон, как град. Кулаки, ноги – всё летит в него, не давая времени перевести дух. Энди стоит над ним, его лицо искажено злобой. Он не кричит, не говорит ни слова. Просто смотрит, как его приятели избивают Дастина. Удар в ребро выбивает воздух из лёгких. Хендерсон пытается защитить голову руками, но его тут же хватают за локти и вдавливают в траву. Нестерпимая боль пронзает тело, лишая возможности думать. Он пытается крикнуть, но из горла вырывается лишь хрип. Парень чувствует, как кровь течёт по лицу, как губы распухают, как глаза заплывают. Дастин машет ногами, и ему даже удаётся кого-то пнуть, когда его хватают под локти сильные руки, и знакомое лицо оказывается прямо перед носом.  – Ублюдок. Это ты подложил в мой шкафчик змею? Да, ты? Что же ты не остался посмотреть, как надо мной смеётся вся школа? Как они тычут пальцами, как думают, что я обделался от страха, – раздаётся голос Энди откуда-то сверху, пока Хендерсон пытается проморгаться.  – А это разве не так? – хрипит Хендерсон, стараясь придать своему голосу максимальную ехидность.  Очередной удар в челюсть отправляет его в короткий нокаут, пока из рации, валяющейся неподалёку доносится настойчивый и взволнованный голос Лукаса:  – Дастин, меня слышно? Приём. Дастин, меня слышно? Дастин!  Майк стоит на крыльце школы. Здание уже давно опустело, где-то внутри слышно громыхание вёдер уборщицы, бродящей по этажам, словно призрак. Кажется, прошла уже вечность. Холли всегда была немного копушей, но не настолько. Парень нервно поглядывает на часы. Не хватало ещё опоздать на вылазку из-за того, что сестра решила посидеть в пустом здании.  – Чёрт, – наконец морщится он и открывает дверь. Створка отлетает в сторону с громким звуком, и Уилер поспешно забегает за угол, притворяясь, что это не он только что чуть не вырвал с корнем дверь, не рассчитав силу.  Майк оглядывается по сторонам, и ему не приходится проводить слишком много времени за этим занятием, поскольку единственное, что привлекает внимание в этом коридоре – цветастая кофточка девочки, сидящей на одной из скамеек. Парень вздыхает и подходит ближе.  – Что такое, Холли? Вставай, я тороплюсь, – говорит он настолько мягко, насколько это вообще возможно, пытаясь скрыть раздражение.  – Прости, – голос девочки слегка дрожит. Она кивает в сторону ближайшего кабинета. Сквозь стеклянную дверь Майк видит учительницу и свою мать, которые увлечённо что-то обсуждают. На глазах Карен выступают слёзы, и парень прикусывает губу, понимая, в чём дело.  – Опять твой загадочный друг? – лёгкая улыбка трогает его губы, когда он садится рядом. – Мистер Кто Это?  – Он пытается меня защитить.  – Защитить? – Майк хмурится, но, кажется, понимает, к чему всё идёт. Какой ребёнок не выдумал бы себе крутого взрослого друга, чтобы справиться со всеми страданиями, коснувшимися каждого жителя Хоукинса?  – Он говорит, что у нас в городе появились монстры. Они охотятся на детей, – голос Холли понижается, она наклоняется ближе к брату. – На меня.  – Эй, Холли, – шепчет парень, стараясь выглядеть как можно более уверенным. – Монстров не существует. И я знаю, что всё происходящее сейчас пугает. И эти истории, которые звучат из каждого утюга... Мне тоже бывает страшно.  Девочка разражается таким невероятно громким и искренним смехом, что Майк чуть ли не подпрыгивает. Кажется, сестра действительно сходит с ума.  – Неправда, Майк.  – Правда. Все в Хоукинсе напуганы до смерти. Особенно те, кто старается это не показывать, – он буквально заглядывает в лицо Холли, стараясь поймать её взгляд. Её большие глаза наполнены слезами и страхом, и парень наконец вздыхает. – Знаешь, кто всегда помогает мне справиться со страхом? – девочка качает головой и щурится, и тогда Майк запускает руку в свой старый как мир рюкзак, вынимая оттуда фигурку. Самодельная, облезшая, а в некоторых местах изначально плохо прокрашенная, она всё равно выглядит слишком хорошо. – Храбрый Майк. Он отправляется в подземные вылазки, – парень широко улыбается, будто сам верит в свою историю.  – Что за подземные вылазки? – внимание девочки переключается с взволнованного голоса учительницы, доносящегося из кабинета. Теперь оно приковано к миниатюрному рыцарю в руке её брата.  – Ну, если кратко, то он исследует подземные миры. Борется с монстрами, злыми колдунами и всякой нечистью. И Храбрый Майк потому и храбрый, что никогда не боится. И... Когда мне бывает тревожно, когда я нервничаю и не знаю, что делать, я представляю его рядом. С ним становится спокойно, – парень, кажется, уже окончательно проникся собственноц сказкой, и теперь мечтательно смотрит в стену, качая головой. – В следующий раз, когда тебе станет страшно, не зови Мистера Кто Это. Лучше попробуй позвать... – он замялся. Настолько детально эта история продумана не была. – Героическую Холли.  – Холли... Героическую Холли? – сестра хмурится, не понимая, зачем менять одного воображаемого друга на другого.  – Я хотел подождать ещё пару лет, но... – и Майк вынимает из рюкзака ещё одну фигурку. Маленькая девушка в плаще. Она выглядит явно новее и аккуратнее, чем Храбрый Майк. – Она жрица. Это значит, что она умеет творить чудеса. Она владеет кучей защитных заклинаний против злых духов и... Монстров. Конечно, монстров, – парень снова погружается в рассказ, начиная активно жестикулировать. Девочка принимает Героическую Холли из его руки и внимательно разглядывает её. Фигурка была сделана специально для неё. Это и есть она сама. Такая же, но сильнее, храбрее и старше. Холли будто смотрит на будущую себя, прошедшую через множество испытаний и битв, всегда оставалясь победительницей. – Она может открывать порталы в другие измерения, переносить тебя туда, куда ты только захочешь, – никак не унимается парень. – Круто? Ну, разве твой Мистер Кто Это так умеет?  Холли отрицательно качает головой и вытирает остатки слёз.  – Обещаю, она будет беречь тебя. Не расставайся с ней, – шепчет Майк и обнимает сестру. Она утыкается носом в его плечо и сжимает маленькую Холли в кулаке, будто пытаясь перенять часть этой невероятной силы.  – Чувак, ты опоздал уже на час. Ты нам нужен, поторопись! Дастин. – Синклер ходит взад-вперёд под радиовышкой, уже начиная психовать. – Дастин, если ты слышишь, ответь! Приём.  – Я только что звонила его матери. Она ничего не знает, – произносит запыхавшаяся Робин, подбегая к ребятам.  Майк и Стив почти синхронно смотрят на часы и фыркают.  – Эй, Майк, – тихо произносит Уилл, указывая куда-то вдаль. Там, за деревьями, мелькают три знакомые фигуры, и одна выбивается из строя, ускоряясь и размахивая руками. Stranger Things Main Theme – L'Orchestra Cinematique, Michael Stein, Kyle Dixon  – Оди! – восклицает парень и несётся навстречу девушке. Объятия выходят слишком крепкими, и ребята почти успевают забыть о происходящем вокруг них апокалипсисе.  – Дастин... В порядке? – шепчет Одиннадцать, взволнованно смотря на Майка.  – Он сам не свой в последнее время. Мы все стараемся его поддерживать, но это становится просто невозможным, – разводит руками Уилер, оглядываясь туда, где Лукас продолжает психовать и выкрикивать бесконечные "Дастин" и "приём". – Нам всем тяжело. Мы застряли здесь неизвестно на какое количество времени. И мы понятия не имеем, где Векна, что он замышляет. Мы даже не знаем, жив ли он вообще. Похоже, нам всем нужен отдых. И, возможно, мы скоро его получим, – в глазах парня мелькает искра, которую девушка не может не заметить. Она отвечает вопросительным взглядом. – У Уилла было предчувствие. И... Это неспроста. Кто знает, может сегодня наша последняя вылазка. Мы найдём Векну и покончим с этим раз и навсегда.  – А потом? – шепчет Джейн. Она никогда не задумывалась о том, что будет, когда они расправятся со злом. О том, что будет, когда мир станет обычным. Таким, каким и должен быть.  – Знаешь, в моих кампаниях... Ну, в историях, которые я придумываю для игр, если герои победили, они живут долго и счастливо. Они обычно покидают свою захолустную деревушку, чтобы забыть обо всех бедах. Они отправляются в путешествие, пока не находят идеальное волшебное место с тремя водопадами или что-то вроде того и не начинают всё заново. Вместе, – Майк с надеждой смотрит на Одиннадцать.  – Заново? – взволнованно шепчет она.  – Ну, я имею в виду, не монстров и сражения, а жизнь. Они... Становятся обычными людьми, которым уже не нужно каждый день воевать и бояться за свою жизнь.  – Ты веришь, что так может быть? – глаза девушки становятся мокрыми, она быстро моргает, чтобы спрятать это. – Даже с нами?  – Конечно, – с готовностью кивает парень и тепло улыбается. – Ну, не уверен насчёт трёх водопадов, но два звучат более чем реально. Векна сдохнет, и мы будем свободны.  – Эй, голубки! – как всегда громкий и уверенный голос Лукаса прерывает этот многообещающий рассказ. – Пора идти, всё уже готово.  В штабе всё идёт своим чередом за исключением поразительной тишины. Она скапливается и оседает, тяжёлая и острая. Команда работает слаженно, но молча. Заряжает оружие, пакует снаряжение, готовится морально.  – Чип активирован, – сообщает Хоппер, приняв устройство из рук Джонатана.  – Эй, Харрингтон? Сигнал проходит, чип активен? – Робин наклоняется над микрофоном.  – Да, секунду, – из динамиков доносятся шуршание. Стив несколько раз чертыхается, после чего его хриплый голос вновь разносится по радиорубке. – Кто-нибудь знает, как управлять этой хернёй? Я не могу повернуть антенну.  Ребята переглядываются, Нэнси хмурится. Она явно принимает отсутствие Дастина на свой счёт. Нельзя провалить эту миссию. Нельзя облажаться, пусть даже в какой-то мелочи.  – Там секретка, должен быть рычаг снизу, – коротко бросает Уилл через плечо, не отвлекаясь от изучения карты.  – Так... – тянет Стив, и что-то снова хрустит. – Есть сигнал! Слабый, но... Держится в диапазоне девяноста децибел, – внезапно ликование в его голосе сменяется раздражением. – Но как, чёрт возьми, я буду и отслеживать его, и вести машину без Хендерсона?  – Я могу помочь! – с готовностью откликается Уилл и уже направляется к лестнице, но Джойс хватает его за рукав.  – Ты остаёшься здесь.  – Мам, я помогал Дастину с этой антенной, я знаю, как она работает, – парень пытается звучать как можно более уверенно.  – Это просто колесо, любой с ним справится. Да, Джонатан? – женщина с надеждой смотрит на старшего сына. Она даже не думает рассматривать вариант, при котором Уилл будет заниматься чем-то хоть минимально рискованным.  – Нет, мама, это не просто... – младший Байерс не успевает высказать свой протест. Брат смотрит на него, поджимая губы и намекая на то, что пора отступить.  – Да, да. Я смогу, – парень ловит недоверчивый взгляд Нэнси. Она явно сомневается, что Стив с Джонатаном уживутся в одной машине.  Уилл вздыхает так разочарованно и громко, что, кажется, слышит весь Хоукинс. Остальные сочувственно оглядывают его. Лукас похлопывает друга по плечу и разводит руками. От Джойс нельзя было ожидать чего-то другого. В последнее время она стала особенно нервной и опекающей. Сначала это выглядело как обычная, немного напористая забота, но вскоре превратилось в вечное затыкание парня ещё до того, как он успеет подумать.  Джонатан запрыгивает в машину и надевает наушники, тут же погружаясь в работу. Антенна на крыше скрипит, а Стив, как и всегда, отбрасывает пару нелепых шуток, прежде чем тронуться. Вслед за автомобилем на велосипедах выдвигаются Майк и Лукас. Дорога уже пуста, что неудивительно. Кому захочется кататься по оцеплённому городу в такой час? Кроны деревьев шумят, где-то вдалеке слышен треск, и лишь звук двигателя возвращает в происходящее хоть какую-то реалистичность. Воздух кажется колючим, и Байерс поджимает ноги под себя, слегка вздрагивая, когда видит тёмную стену леса, идущую праллельно дороге. Парень мотает головой и наконец отворачивается, сосредотачиваясь на значениях на мониторе.  Парни снаружи такую роскошь позволить себе не могут. Дыхание вырывается короткими клубами пара в осеннем ночном воздухе. Фонарь на руле выхватывает из темноты лишь небольшой круг дороги, оставляя остальное на волю воображения. Воображения, которое, признаться, сейчас рисует слишком яркие картины. Раньше ребята часто катались ночью, наслаждаясь ощущением скорости и прохлады, но теперь это ощущение сменилось навязчивым дискомфортом. Им постоянно хотелось обернуться, проверить, что там, сзади. Казалось, что кто-то или что-то наблюдает за ними из темноты леса, дышит им в спины. Лукас одёргивает плечи, пытаясь избавиться от этого ощущения, но оно не проходит. Мурашки бегут по спине, но Синклер знает, что если обернётся, то запустит чёртов замкнутый круг, в котором начнёт вертеть головой по сторонам, с каждой секундой нервничая и дрожа всё сильнее. Он наваливается на педали, и велосипед с тихим, но резким скрипом ускоряется.  – Эй, Хоп, – окликает шерифа Джойс, когда тот почти пропадает в темноте подземного тоннеля. – Возвращайся ко мне живым и невредимым.  Мужчина лишь улыбается, ничего не отвечая.  – Что-то... Случилось? – взволнованно шепчет женщина.  – Просто любуюсь, – качает головой Джим, проводя рукой по бороде. – Ты всё краше с каждым днём, – и потайной люк захлопывается, когда мужчина наконец спускается вниз.  Байерс стоит там ещё пару минут, вдыхая прохладный вечерний воздух. Она ёжится от мысли о том, что Хоппер вновь отправляется в Изнанку. Столько успешных вылазок уже совершено, столько секторов зачищено, а она нервничает каждый раз, будто в первый. И не зря – Джим сумасшедший. Ему в голову может прийти что угодно.  – Она стояла там и разговаривала с чёртовым забором! – доносится из-за двери надломленный голос Карен Уилер. Она ходит по кухне и нервно размахивает руками, пытаясь донести хоть одну свою мысль до мужа.  – Я уверен, она не единственный ребёнок, у которого есть воображаемый друг, – вздыхает Тед.  – Я бы не беспокоилась, если бы ей было пять лет. Но ей уже не пять, если вдруг ты забыл, – в её взгляде мелькает осознание. – Ты хоть знаешь, сколько лет твоей дочери? О, не отмахивайся от меня. Ты ведь не знаешь, – повышает голос женщина. – Конечно! Зачем интересоваться жизнью детей?  – Карен, хватит говорить со мной таким тоном!  Голоса родителей сливаются в одно целое и будто изнутри давят на череп Холли. Она закрывает уши руками и мотает головой, стараясь отделаться от нарастающего гула. Слёзы наворачиваются на глаза, и девочка крепче сжимает в кулаке свою новую защитницу – Героическую Холли.  Военная база кажется такой же, как обычно, если не приглядываться. На самом деле в воздухе помимо спор из Изнанки витают волнение и некоторое напряжение. Хоппер наблюдает за резкими движениями солдат из своего укрытия – старого заброшенного магазинчика, куда ведёт один из выходов из подземных тоннелей.  Мерный стук сапогов, обрывки фраз, лязг какого-то оборудования. Все эти звуки кажутся такими далёкими и ненастоящими, когда Лукас наблюдает за базой с башни. Высокие взрослые мужчины кажутся такими маленькими, даже через бинокль. Словно это очередная партия в подвале Уилеров, словно это просто умело разукрашенные фигурки.  – Визг вызывает Воронье гнездо. У вас что-то есть? Приём, – голос Джойс, доносящийся из рации сидящего рядом Майка, вырывает Лукаса из раздумий.  – Нет, ни звука, – коротко рапортует парень, и средство связи вновь замолкает.  – Есть движение. Четыре грузовика. С востока к воротам по Главной, – хрипло сообщает Синклер, наводя бинокль на ворота.  Друг вновь включает рацию и повторяет полученную информацию.  – Освободить проход! – командует крупный мужчина в форме, подавая сигналы руками. – Огнемёты, приготовились! – его голос отражается от зданий на территории З-МАК, и парням кажется, будто источник звука находится прямо у них в голове, несмотря на то, что они укрылись на приличном расстоянии от него. – По моей команде! – врата выглядят пугающе огромными. Странная материя пульсирует, словно дышит.  Вокруг зияющей пасти выстроились ряды военных в громоздких защитных костюмах. Они напоминают не солдат, а ходячие танки, их шлемы с затемнёнными визорами скрывают лица, превращая их в странные человекоподобные фигуры.  – Огнемётчики подходят, – кажется, Майк даже затаил дыхание, наблюдая за Лукасом, поднявшим вверх руку и загибающим пальцы один за другим. – Огонь через пять, четыре, три, два, и... Бум.  И ад разверзся. Из массивных орудий вырвались столбы пламени, не оранжевого и красного, как обычный огонь, а неестественно-синего, почти фиолетового. Усиленное экспериментальными составами, оно было не просто горячим – оно мгновенно растворяло материю. Первый залп обрушивается на "кору", окружающую вырез. Чёрная поверхность шипит, дымится и плавится, словно воск. По всей территории базы разносится отвратительный запах – смесь горелой пластмассы, серы и чего-то органического, гнилого.  Грузовики минуют пропускной пункт и медленно, незаметно на фоне происходящего, движутся к вратам.  – У меня чисто? – шёпот Хоппера доносится из рации, хриплый и грубый.  Лукас внимательно осматривает окрестности.  – С востока чисто.  – А запад?  – Чёрт, какой-то болван стоит, – шипит Синклер сквозь зубы. Майк выжидающе смотрит на него, и когда парень подаёт знак рукой, даёт отмашку шерифу.  Тот вскакивает и, пригнувшись, почти касаясь руками земли, мчится в сторону остановившихся неподалёку машин. Припасы громыхают в рюкзаке при каждом шаге. Лукас провожает его взглядом и облегчённо вздыхает, когда мужчина исчезает в кузовн одной из них.  – Он внутри, – торжественно оглашает Уилер.  Второй залп ударяет прямо в багровый туман, клубящийся в глубине. Он пищит, завывает, загорается и отступает, обнажая тьму. Огнемётчики двигаются методично, выжигая круг за кругом, расширяя проход. С каждым залпом узор трещин вокруг врат становится всё более хаотичным, пульсирующая жидкость закипает и брызжет, словно кровь. Костюмы военных покрываются слоем чёрной копоти и тлеющих спор. Наконец, под натиском синего пламени, врата поддаются. Багровый туман рассеивается, обнажая всё более широкий проход. Внутри, за пределами выжженного круга, открывается вид на искажённый, подозрительно тихий мир – синяя земля, красные вспышки в небе, заброшенные дома, окутанные туманом.  Грузовики с рёвом устремляются в открывшееся пространство, один за другим исчезая в недрах Изнанки. Обугленные края врат ползут друг к другу и вновь срастаются, продолжая мерно пульсировать, будто ничего не произошло.  – Он в Изнанке.  Байерс сосредоточенно крутит колесо, торчащее из потолка, и, прикусив губу, наблюдает за цифрами на мониторе. Стив за рулём как ни в чём не бывало жуёт один из батончиков, привезённых Мюрреем.  – Джонатан, есть сигнал? – парень издаёт сдавленный звук и чуть не роняет своё лакомство, когда звонкий и, как обычно, встревоженный голос Джойс разносится по салону автомобиля.  – Чё, трогаемся? – хмурится Харрингтон, откидывая фантик на соседнее сиденье.  – Нет, – поспешно восклицает Байерс, ускоряя движения руки, пальцы которой уже побелели от того, как сильно парень ухватился за ручку колеса. Он затихает на пару десятков секунд, после чего торжественно выкрикивает – Давай! One Way Ticket – Eruption One way ticket, one way ticket (Билет в один конец, билет в один конец) One way ticket, one way ticket (Билет в один конец, билет в один конец) One way ticket, one way ticket to the blues (Билет в один конец, билет в один конец, в печаль) Choo, choo train truckin' down the track (Чух-чух, поезд мчится по рельсам) Gotta travel on, ain't never comin' back (Надо ехать дальше, назад пути нет) Oh, oh got a one way ticket to the blues (О, о, у меня билет в один конец, в печаль) Bye, bye love my baby's leavin' me (Прощай, прощай, любовь, моя милая оставила меня) Now lonely teardrops are all that I can see (Теперь одинокие слёзы — это всё, что я вижу) Oh, oh got a one way ticket to the blues (О, о, у меня билет в один конец, в печаль)  Мотор ревёт, и автомобиль с резким толчком стартует. Стив сжимает зубы, вслушиваясь в каждый шорох и вглядываясь в темноту, будто надеясь кого-то там встретить.  – Хоппер, меня слышно? – Джойс тяжело дышит, но старается справиться с накрывшим её волнением.  – Да, ясно и чётко, – спустя пару секунд тишины звучит голос шерифа.  – Самая сложная часть позади.  – Говори за себя, – усмехается мужчина. – Мне ещё прыгать с этой...  Но договорить он не успевает. С жутким грохотом один грузовик врезается в другой, и к аварии, как доминошки, подключаются остальные. Водители не успевают тормозить, и Хоппер, переворачиваясь и кубарем улетая в противоположную стену кузова, роняет рацию.  – Что происходит, Хоппер?!  – Мы его теряем!  Голоса Джойс и Джонатана звучат одновременно, смешиваясь в неразборчивую кашу.  – Стой! Стой! – орёт Байерс, и Стив еле успевает среагировать.  Машина останавливается, антенна на крыше крутится из стороны в сторону, пока Джонатан пыхтит, пытаясь поймать потерянный сигнал.  – Я здесь, – доносится еле различимый через помехи голос Джима.  Вся команда шумно выдыхает. Однако такое настроение держится недолго, поскольку вскоре шериф резко замолкает.  Голос Изнанки привычный, свистяще-хрипящий, споры влетают в кузов через щели в брезенте, и Хоппер встаёт наизготовку, направляя автомат на пустую улицу, заволакиваемую синеватой дымкой. Что-то не так. Слишком тихо. Слишком странно. Всё слишком.  Уилла прошибает холодный пот. Опять это чувство, опять мурашки по коже, опять головокружение. И опять, когда в глазах темнеет, вспышка света ударяет по сетчатке, и парень видит дорогу. Он будто несётся, летит через туман и пыль, развивает страшную скорость и... Прыгает на грузовик. Выстрелы, скрежет и рёв звучат из динамиков и разносятся по радиорубке, где встревоженные Джойс, Одиннадцать, Робин и Нэнси вскакивают, не зная, что предпринять. Прибор гудит, а Уилл тем временем видит военных. Они стреляют. Стреляют в него, но попадают лишь в собственные машины. Солдаты такие маленькие, и даже со своим внушительным снаряжением ужасно беспомощные. Крики становятся громче, тела разлетаются в разные стороны, изуродованные и кровоточащие. Когда свет начинает мигать, девушки наконец поворачиваются в сторону младшего Байерса. Тот едва стоит на ногах. Его глаза закатились, руки дрожат, и... Связь с Хоппером окончательно обрывается.  Демогоргон несётся вслед за грузовиком, который водитель кое-как успевает завести в последний момент. Джима мотает по всему кузову, он падает и снова встаёт, ударяясь о стены. С хищным визгом существо запрыгивает на крышу автомобиля, разрывая когтями брезент и подцепляя кончиками пальцев водителя. Раздаётся оглушительный вопль, и мужчина вылетает на дорогу. Кости трещат и ломаются, он превращается в изувеченный, бесформенный кусок мяса, однако грузовик продолжает нестись по дороге. Топот и рёв отдаляются. Демогоргон спрыгнул и теперь уносится в неизвестном направлении, только вот это не спасает от дерева, стоящего на пути автомобиля, оставшегося без пилота. Кабина сминается так, словно сделана из бумаги.  Электрощиток искрится и взрывается, оставляя WSQK без питания.  – Уилл! Эй, Уилл, ты слышишь? Уилл! – девушки кричат, успевая схватить Байерса, прежде чем тот ударяется головой об пол, теряя сознание.  – Уилл! Уилл, милый! Очнись! – Джойс буквально налетает на парня с пощёчинами.  Луч от фонарика Нэнси прорезает темноту. Пыль разлетается от тяжёлого дыхания парня, когда тот наконец распахивает глаза. Будто слепой, он размахивает руками, силясь ухватиться хоть за что-то.  – Я видел! Я... Я видел его, – хрипит Уилл, цепляясь за руки матери и хватая ртом воздух, словно утопающий.  – Кого ты видел, милый? Кого? – Джойс кладёт руки на его плечи, мягко но настойчиво направляя голову сына большими пальцами, заставляя его найти взглядом её лицо.  – Демогоргона, – парень всхлипывает, пот крупными каплями выступает на лбу. – Он идёт... – Байерс переводит взгляд на шокированную Нэнси. Та широко раскрывает глаза, холодок пробегает по её спине. Видение начинает сбываться.  – Робин, ты остаёшься здесь. Свяжись с Хоппером и мальчиками, сообщи всем, что случилось, – её голос дрожит, но даже так звучит невероятно строго. Девушка торопливо шагает по коридору, вешая дробовик через плечо.  – Нэнс, ты... Ты не можешь пойти туда вот так. Если там демогоргон, ты его не остановишь, – Бакли бежит за ней вприпрыжку, но всё равно не поспевает. – Нэнси! – девушка вскрикивает и хватает подругу за рукав джинсовой куртки.  Уилер замирает и оборачивается.  – Пожалуйста... – шепчет Робин со слезами на глазах. Она пытается найти поддержку хоть где-нибудь, но Джойс осталась с Уиллом в радиорубке, а Одиннадцать, собравшаяся пойти с Нэнси, выглядит просто испуганной и не готовой поддержать Бакли в данном вопросе.  – Робин, – смягчается Уилер, шагая навстречу подруге. – Моя семья в опасности. Нет, ты не пойдёшь со мной, – вновь строго отрезает она, заметив перемену во взгляде девушки. – Ты нужна здесь, ты знаешь, как управляться с этим оборудованием, – Нэнси касается плеч Бакли дрожащими руками. – Пожалуйста, разберись с электричеством и позвони моей семье. Пусть убираются из дома, – её сердце почти болит, и она отводит взгляд, не в силах больше терпеть вид этого нежного волнения.  Глаза Робин мечутся по лицу девушки, замечая и слёзы, и тремор. Она сжимает челюсти, хочет возразить, остановить подругу, но у неё получается лишь слабо кивнуть. Как бы ни было страшно, она понимает, что Нэнси права. К тому же, с ней будет Одиннадцать.  – Будь осторожна, – еле слышно шепчет Бакли, губы дрожат.  Девушка кивает и разворачивается, исчезая в темноте. Одиннадцать бежит за ней в толстовке с капюшоном, которая стала её повседневным элементом одежды с тех пор, как её лицо появилось на каждом столбе с подписью "Особо опасный преступник". Робин стоит на пороге, тяжело дыша и всхлипывая.   Следующая глава: Глава Четвёртая: Исчезновение Холли Уилер – 20.02.2026