Мин? Нет!

Юнги искренне считал, что дохуя идеально подготовился к понедельнику. В воскресенье он простоял полчаса под горячим душем, обдумывая стратегию поведения, прокручивая в голове любые возможные диалоги и варианты развития событий, постепенно чувствуя перегревание извилин, охуевающих от потуг нейродеятельности. Вода барабанила по полу душевой, пар заполнил всё небольшое помещение, а Юнги безотрывно смотрел на крошечный угловой скол плитки на стене и прокручивал в голове события пятницы и потенциально-вероятные завтрашние траблы на работе. Прокручивал снова. И снова. И снова. Чонгук. Чёртов Чон Чонгук с его случайным свидетельством, абсолютно уебанским подмигиванием и пожеланием удачно кончить. Вариант «делаем вид, что ничего не было» отпадал сразу — Чонгук не просто видел, он спровоцировал их короткий и неловкий конверсейшн. Вариант «убить Чонгука и закопать в ближайшем парке» был соблазнительным, но слишком хлопотным с юридической точки зрения. Вариант «перевестись в другой филиал подальше от всейзнайки-стажёра» требовал времени и веских причин, а «отсос в общественном месте в присутствии коллеги» веской причиной не считался, хоть ты тресни. Но Чонгук, на самом-то деле, был меньшей частью проблемы. Почётное верховенство пьедестала Олимпиады Мин-Переживаний было почётно и заслуженно занято Ким Намджуном. Смуглым. Беловолосым. Высоким. С руками, которые так уверенно держали его за бёдра, и ртом, который… АХ! Юнги зажмурился и подставил лицо под горячие струи воды, надеясь, что вода каким-то чудом смоет все его воспоминания. Бесполезно. Потому что стоило закрыть глаза — и перед внутренним взором всплывало: Намджун на коленях прямо на не самом чистом заклубном асфальте, смотрит снизу вверх, ещё и с этой нагловатой улыбкой… Намджун облизывает губы и шепчет: «Всё норм, ща уйдут», а его дыхание щекочет кожу бедра… Юнги простонал, чувствительно стукнулся лбом о прохладную плитку и прикрыл лицо мокрой ладонью. Все выходные он тщетно пытался забыть. Флэшбэки являлись в самые рандомные моменты. Один раз Юнги поймал себя на том, что смотрит эстетично снятое порно и сравнивает актёра с Ким Намджуном. Актёр проигрывал по всем статьям. В ночь на воскресенье Юнги приснился сон. Они снова были в той невзглядной подворотне, но всё было по-другому. Намджун не стоял на коленях, а припирал Юнги к стене, вжимаясь своим большим телом так, что не вздохнуть, и целовал. Не так, как в прошлый раз, когда Юнги сам буквально набросился на него перед тем, как слинять, а медленно, глубоко, смакуя, будто растягивал удовольствие и не мог насытиться. — Не уходи, — шептал Намджун ему в губы. — Останься. Пойдём ко мне. Поцелуями спускался ниже, покрывая поцелуями шею и засосами вгрызаясь в ключицы. Опускался на колени прямо там, в подворотне, а вокруг были пьяные безликие прохожие, но Юнги было плевать, потому что рот Намджуна уже добрался до его члена, и это было так хорошо, что… Он проснулся. Со стояком. Злой и неудовлетворённый, в духоте своей небольшой студии. В попытке без дрочки избавиться от остро стоящей проблемы Юнги провалялся ещё час, глядя в потолок и невнятно матерясь сквозь зубы. Но вопрос всё-таки пришлось решать руками в душевой, и в процессе даже там перед глазами стоял не какой-то абстрактный порноактёр, а вполне конкретные ямочки на щеках и обесцвеченные волосы. После этого Юнги окончательно понял: дело плохо. Поэтому затяжной душ в воскресенье стал не столько местом для разработки стратегии поведения на работе, но и попыткой привести спутанные мысли в порядок. Мысли в порядок приводиться отказывались, настырно возвращаясь в пятничный вечер. Юнги тогда сбежал не без причины. Испугался споткнувшегося от поцелуя собственного сердца и решил, что проще сделать вид, что ничего не было. Тип привязанности: тревожно-убегательный при любых признаках не-похуя. Но, по-чесноку, если бы между ними совсем ничего не произошло, то было бы куда хуже. Потому что это было. И было, сука, офигенно. — Так, — сказал Юнги вслух. — С Чонгуком ситуё решаемая. А Намджун… Намджун больше никогда не появится. Успокойся. Забудь. Это был просто случайный оральный секс. И случайный небольшой поцелуй. Крошечное недоразумение. Голос звучал неубедительно даже для него самого. Юнги выключил воду, намотал полотенце на тощие бёдра и пошёл на крошечную кухню заваривать успокоительный чай виски. Он не знал, что понедельник готовит ему сюрпризы, с которыми не справится даже крепкий алкоголь.

***

— Мин Юнги-щи? — в его кабинет постучали. — Можно? Юнги вздохнул, поправил на своей переносице изящные очки для компьютера и нацепил маску профессионально-учтивого спокойствия. — Войдите. Чон Чонгук просочился в кабинет с видом нашкодившего кота, который очень хочет, чтобы его простили, но заранее знает, что не простят. В руках – два стаканчика кофе, пальцы нервно барабанили по картонной подставке. — Доброе утро, — начал он с такой подобострастной улыбкой, что Юнги сразу захотелось проверить, не нарыл ли младший сотрудник ещё какого компромата на своего старшего коллегу. — Я тут подумал о… кофе? Американо с двумя сиропами, без сливок и сахара, как вы любите. Я специально в ту кофейню зашёл, ну, которая через два квартала, где вы любите пить… Юнги просто молча смотрел на него. Чонгук, казалось, нервничал всё сильнее. — Я подумал, что в пятницу как-то хреновенько всё получилось, и хотел извиниться, если вдруг создал неловкую ситуацию. Я совершенно случайно там оказался, честное слово! Друзья позвали, я вообще не планировал… — Чон Чонгук-щи, — перебил Юнги его поток сознания максимально ровным тоном. — У меня через двенадцать минут встреча с клиентом. Вы по делу? Стратегия отчуждения работала безупречно. Чонгук поставил кофе на стол и сложил руки перед собой в извинительном жесте. — Я по делу извинений. И обещаний. Я никому не скажу. Честно. Могила. Если хотите, я прямо сейчас клятву кровью напишу. Юнги приподнял бровь. — Кровью? — Ну или ручкой. Ручкой надежнее, кровь я вообще-то не очень люблю. — Нахуя мне эта информация?! — про себя подумал Юнги, вслух фыркнул вопреки желанию оставаться невозмутимым ледяным айсбергом. — Садись уже, — кивнул он на кресло для посетителей. — И кофе давай, раз принёс. Чонгук просиял, метнулся на стул и замер, глядя на Юнги преданными глазами щеночка, которого наконец заметили. — На самом деле, — начал он осторожно свою непрошенную исповедь, — я правда не хотел вмешиваться. Просто шёл мимо, увидел знакомый силуэт, ну и… — он замялся. — Я вообще не понял сразу, что там происходит. А когда понял, было уже поздно, я уже ляпнул. Подумал, что если я сделаю вид, что ничего не заметил, то будет еще подозрительнее. Поэтому я решил пошутить. Дурацкая привычка, простите. Я когда выпью, тормоза отключаются… Юнги молча пил кофе, хотя его уши знатно покраснели и выдавали бушующую внутри бурю эмоций. — И тот м…мужчина… — Чонгук осторожно подбирал слова, будто шёл по минному полю. — Я его лица не разглядел. Честно. Там темно было, и он ещё курткой накрылся. Так что я даже не знаю, кто это был. И знать не хочу! Ваше личное дело. Я вообще ничего не видел и ничего не помню. А если кто спросит, я в пятницу рано лёг спать. Один. С книжкой. Юнги чуть не поперхнулся крепким кофе. — С книжкой? — Ну да. Я читаю. Иногда, — Чонгук потупился. — Ладно, редко. Но звучит же правдоподобно? — Звучит как чушь слоновья, — вздохнул Юнги, но в голосе уже не было прежнего льда. — Слушай, Чонгук. Давай так. Ты ничего не видел, я ничего не слышал. Да тебя никто и не спросит, если ты сам трепаться не намерен. Мы оба просто работаем в одном банке и изредка пьём вместе кофе. Тема закрыта. — Закрыта! — радостно согласился Чонгук. — Наглухо. Я уже забыл. У меня вообще память плохая, знаете? Начальник жалуется постоянно. — Иди работай, — Юнги махнул рукой, пряча усмешку. Чонгук вскочил, на секунду замер у двери и обернулся. — Юнги-щи… А тот мужчина, ну, он на вас запал, да? Ну, чтобы я знал, радоваться за вас или нет? — Чон Чонгук. — Ушёл! Дверь захлопнулась. Юнги покачал головой и сделал еще глоток кофе. «С книжкой, блять. Придурок» На самом деле, ситуация разрешилась как нельзя лучше, да и наивно-оптимистичный стажёр очень уж пришёлся Мину по душе своей искренней неиспорченностью. Даже если тогда, в пятничном переулке, Чон заставил его понервничать, всё же Юнги сам согласился на минет в публичном месте, а значит, расписался кровью спермой в контракте о вероятности быть пойманным с поличным. Всё было бы куда хуже, если во время палева на коленях бы стоял сам Юнги с членом вместо чупа-чупса во рту. До обеда Юнги даже удалось забыть о своих тревогах. Работа кипела, клиенты (сплошь юрлица с серьёзными документами и еще более серьёзными лицами) сменяли друг друга, Чонгук больше не появлялся, занятый в своём отделе. Юнги почти расслабился. Почти поверил, что Вселенная исчерпала лимит подколов на эту неделю. Вселенная, как выяснилось, только разминалась. — Мин Юнги-щи, к вам клиент, — пискнул селектор. — Господин Ким. По вопросу открытия расчётного и валютного счёта для ООО. — Пригласите. Юнги поправил галстук, нацепил на моську дежурно-вежливую улыбку и поднял глаза. В дверях стоял Ким Намджун. Без косухи. В идеально сидящем деловом костюме, с аккуратно уложенными обесцвеченными волосами и такой хамски-привлекательной улыбкой, что у Юнги автоматически дёрнулся глаз. И член. (Но этот факт пока оставим без внимания. Или нет) Юнги моргнул, всерьёз опасаясь за своё ментальное здоровье. У него начались галлюцинации?! Намджун не исчез. Моргнул ещё раз. Намджун также стоял на месте и улыбался ещё шире. — Добрый день, — мурлыкнул Намджун, закрывая за собой дверь. — Мне нужна консультация по открытию счёта для бизнеса. Говорят, вы лучший специалист по работе с юридическими лицами. — Вы? — выдавил он, не смея перейти на неформальный тон. — Я, — подтвердил Намджун. — Вы удивились? У меня свой бизнес: линия одежды, небольшой бренд. Он уверенно прошёл к креслу и сел прямо напротив Юнги, положив ногу на ногу. — Так что, Мин Юнги-щи, — достал из портфеля папку с документами и протянул через стол, — Пожалуйста, ознакомьтесь со спецификой наших расчётов. Уверен, ваш банк предоставит более выгодные условия, чем наш текущий, который заломил комиссию по валютным транзакциям. Юнги смотрел на папку, но не видел её. Перед глазами стояла картинка: Намджун, вытирающий рот и говорящий «Член у тебя классный» — Мин Юнги-щи? — Намджун помахал рукой перед его лицом и усмехнулся. — Вы здесь? Или всё еще в пятнице? — Я… — Юнги нервно сглотнул и легонько потряс головой, чтобы прийти в себя. — Конечно, давайте посмотрим. Держись, Мин Юнги. Ты профессионал. Ты айсберг, ты кремень, ты успокоил Тихий океан. Не ведись на это вот всё. Документы выглядели серьёзно. Цифры впечатляли. Намджун, судя по всему, действительно был успешным предпринимателем, а не просто случайным знакомым с приятным ртом и пиздабольским бахвальством «вообще у меня бизнес, а таксую отсасываю я просто для души». — Откуда ты узнал, где я работаю? — всё же вырвалось у Юнги вопреки настрою играть в деловую колбасу. — Ты мне сам сказал, — пожал плечами Намджун. — В смысле, не конкретно адрес, но сказал, что работаешь в банке неподалёку. Банков в этом районе не так много. Остальное — дело техники. Ты, кстати, действительно лучший специалист по юрлицам, тебя очень рекомендовали. Как вовремя мне понадобилось сменить банк, тянул с этим уже пару месяцев, а тут как будто сам боженька мне знак ниспослал в виде твоего чле… — Намджун, — Юнги испытывал смешанные чувства: гордость за профессиональную репутацию и ужас от того, что этот человек нашёл его с такой лёгкостью. — Ты пришёл по делу? Или… — По делу, — Намджун состроил максимально честные глаза. — Мне реально нужен счёт, точнее, три: в долларах, в юанях и обычный, в вонах. А раз уж здесь работает такой приятный специалист… почему бы не совместить приятное с очень приятным? — ? — Ну, — Намджун чуть наклонился вперёд, понижая голос. — Я надеялся, что после решения деловых вопросов мы сможем обсудить и личные. Например, почему ты сбежал в пятницу, полностью проигнорив меня и совершив самый обломистый облом на всей планете Земля? Юнги почувствовал, что краснеет, хотя уши уже предательски полыхали и до этого. — Я тебе… вам на мизинчиках не клялся. Это был просто… — Охуенный минет? — подсказал Намджун с довольной ухмылкой. — Я помню. И, кажется, ты тоже помнишь, судя по выражению твоего лица. — Это была случайность. Небольшая ошибка. — Ошибка? — Намджун приподнял бровь. — Серьёзно? Ты так кончал, что чуть стену не снёс. Юнги захотелось провалиться сквозь кресло прямо в подвал под своим кабинетом. — Слушайте, — он изо всех сил старался вернуть голосу профессиональную твёрдость. — Я не смешиваю личное и рабочее. Если вы пришли по делу, давайте работать. Если нет — у меня есть другие клиенты. — По делу, — легко согласился Намджун. — Конечно, по делу. Давайте работать, господин Мин. Следующие полчаса они обсуждали тарифы, условия обслуживания и нюансы валютного контроля при расчёте с китайскими поставщиками. Намджун оказался въедливым клиентом — задавал толковые вопросы, вникал в детали, делал пометки в телефоне. Юнги поймал себя на мысли, что с ним приятно работать. Если бы не контекст их непотребного знакомства, он бы мгновенно проникся уважением. Когда все формальности были улажены и папка с подписанными документами перекочевала в лоток «на оформление», Намджун не встал. Снова откинулся на спинку кресла и посмотрел на Юнги с «той самой» сексуально-чеширской улыбкой. — Ну вот, дело сделано. Руки мы пожали. Теперь можем поговорить? — О чём? — О нас. — Нет никаких «нас». — Пока нет, — поправил Намджун. — Но могли бы быть. Если бы ты не сбежал. Юнги вздохнул. — Послушай. То, что было в пятницу… это был спонтанный секс с незнакомцем. Такое бывает. Это не значит, что мы должны теперь встречаться, держаться за ручки, кататься на единорогах и тому подобное. — А если я хочу? Юнги было замер, но быстро нашёлся. — Слушай, ну правда. Ты выглядишь и ведёшь себя как бывалый охотник. Уверен, тебе перепадало в том баре неоднократно, и вряд ли ты хоть с кем-то оттуда крутил любовь. Так что я, честно, не понимаю, к чему это всё, — Юнги обвёл рукой кабинет. — Зачем ты меня искал и зачем хочешь продолжения? Это какой-то незакрытый гештальт? Потому что я типа должен тебе оргазм? Или потому что ты так невероятно хорош, что я не имел права отказать тебе в продолжении?! С каждым услышанным словом уверенная улыбочка сползала с лица Намджуна. Его человек-гиперфикс попал в правду буквально везде, как будто видел его насквозь. — Ты всё не так поня… В дверь постучали. — Мин Юнги-щи? — раздался голос Чон Чонгука. — Вам просили передать отчёт по вчерашним заявкам, можно зайти? Не дожидаясь ответа, Чонгук просунул голову в дверь. — Ой! — он замер, увидев клиента. — Извините, я не вовремя? Намджун обернулся. Чонгук вежливо улыбнулся, как и полагается младшему сотруднику при виде посетителя. — Я зайду позже, — быстро сказал Чонгук. — Простите, что прервал вас. Приятного дня, господа. И исчез, аккуратно прикрыв за собой дверь. Юнги выдохнул. — Коллега? — поинтересовался Намджун. — Младший. Стажёр. — Симпатичный. И воспитанный. Не то что некоторые, — Намджун выразительно посмотрел на Юнги. — Ты про меня? — Юнги даже не заметил, в какой момент всё же перешёл на неформальную речь. — Про тебя. Сбежал, поджав хвост. — Ты невыносим! — Юнги закатил глаза. — Знаю, — Намджун встал, поправив пиджак. — И всё равно я прошу тебя подумать. Давай встретимся сегодня после работы. Во сколько ты заканчиваешь? Юнги молчал. — Просто ужин, — добавил Намджун. — Без обязательств. Без продолжения в подворотнях или где бы то ни было. Просто поесть и поговорить. Как нормальные люди. — Это мы-то — нормальные? — скептически уточнил Юнги. — Ну, может, не совсем нормальные. Но постараемся выглядеть именно такими. Я притворюсь, что не брал в рот твой… — Намджун осёкся, улыбнувшись, и ямочки сделали свое чёрное дело. — Так во сколько за тобой заехать? Юнги посмотрел на наглую улыбку. Потом в глаза, где черти замутили внеплановый рейв спецом для него. На идеальный костюм, скрывающий тело, которое он уже успел изучить… в некоторых деталях. — В семь, — капитуляционно выдохнул он. — Но это просто ужин. И я доеду сам. Скинь локацию. — Не доверяешь? — Не доверяю. Намджун громко рассмеялся, запрокинув голову. — Договорились. Скину локацию. И, Юнги? — Что? — Приходи голодным, — его подмиг был слишком двусмысленным. — Свожу тебя в потрясающее место с огромными порциями. Нужно же восполнить потерянные в пятницу калории. Юнги запустил в него ручкой, но Намджун уже выскользнул за дверь, довольно ухмыляясь. Через пять минут в кабинет снова заглянул Чонгук — с папкой отчётов и максимально невинным выражением лица. — Ушёл? — шёпотом спросил он. — Ушёл. — Красивый, — Чонгук положил папку на стол и замер в почтительной позе. — Очень дорогой костюм. Я такие в журналах видел. Это клиент или…? — Клиент, — отрезал Юнги. — Что тебе надо? — Понял-понял, — Чонгук кивнул, опасаясь снова ляпнуть что-то лишнее. — Тогда я пойду? Он уже двинул к двери, но внезапно замер на пороге. — Юнги-щи… Можно вопрос? — Что. Ещё?! — Тот мужчина в пятницу… — Чонгук осторожно подбирал слова. — Он был примерно такого же телосложения? Ну, высокий, широкоплечий? И я видел белые волосы, чуть торчали из-под куртки… Юнги напрягся всем телом. — Я же говорю, я лица не видел, — быстро добавил Чонгук. — И не хочу знать. Просто… если вдруг это он, то вы везучий. Я бы на вашем месте не отказывался от ужина. Или что он вам там предложил? — Чон Чонгук. — Молчу! — Чонгук поднял руки. — Ушёл работать. Спасибо за кофе, кстати. В смысле, пожалуйста за кофе. В смысле… Он вылетел за дверь, наконец-то оставив Юнги в покое. Юнги откинулся на спинку кресла и посмотрел в потолок. На столе лежала папка с документами Ким Намджуна. В KakaoTalk только что пришло сообщение с адресом ресторана. В низу живота что-то странным образом шаборхалось: то ли от раздражения от всего сюра происходящего, то ли от предвкушения… — Вот же ж… — пробормотал Юнги вслух. — И какого чёрта я согласился? Ответа не было. Но в глубине души Юнги знал, что был чрезвычайно рад вновь увидеть своё пятничное наваждение. Потому что ямочки на щеках. Потому что голос этот низкий бархатный. Потому что этот придурок умеет делать вещи, от которых подкашиваются колени. И потому что, кажется, это была не просто случайная ошибка в подворотне. Юнги теперь не мог сбежать. Более того — не хотел.