Ёж — птица гордая, пока не пнешь, не полетит.

— Джарвис, прослушка, — Старк сидел на удобнейшем диване и глазел на развалившегося в кресле Фрэнка. Тот уже успел сменить горелую футболку и штаны на новые и теперь не отказывал себе в том, чтобы ответно поглазеть на Старка. Пеппер успокоили звонком, что тут импровизированный мальчишник, так что Тони вернётся утром, а она может спокойно ложится спать. Все равно пить никто не будет: молодым с раннего утра на съёмки, Роджерсу — на тренировки в часть, да и поить суперсолдата можно только на спор и при наличии бездонного бара. И только Тони свободная пташка. А пить одному в компании скучно. Так что они тут посидят, обсудят всё же возможность хотя бы эпизодического появления Тони Старка в грядущем фильме, чего-нибудь поедят и там посмотрят по времени: стоит ложиться спать или разойдутся по делам. Доверяющая Капитану Пеппер пожелала всем хорошо отдохнуть и спокойно отключилась. Так что сидел сейчас Старк в компании этого редкостно увертливого типа и оба ждали, как верные жены, Кэпа с Зимним, решивших в ночь глухую навестить одну даму. И, почему бы и нет, заодно послушать. А Джеймс Себастьян Барнс сейчас рассказывал Капитану, как вообще так получилось. Про Потомак, про ярко-розовую резинку на руке очередной обгорелой головешки, про директивы Командира, как Зимний искал выход, нашёл один. — Та больница, — послышался уверенный голос. — Тони искал, но там сейчас бардак и полное затишье. Пациентов нет, персонала тоже, считай, нет. — А что они хотели? Рамлоу опознали, а ЩИТ предложил за него очень вкусную награду. Не знаю, чем думало руководство… за некоторых их пациентов награды были и побольше, но вот почему-то именно на Рамлоу они сломались. Актива не опознали, это точно. Мрачный отшельник, который сдал пациента, мог быть кем угодно. Посредником, заинтересованным лицом, родственником… Возможно, понадеялись, что на Командира приманится и Зимний. В итоге Актив успел первым, уведя пациента чуть ли не из-под носа. А эти недоумки остались со всеми проблемами, которые сами же себе и обеспечили. Идиоты. Жадные. Можешь мне сказать, что тебя интересует у этой мадам? — Я помню себя, Б… так. Джеймс? Джас? Как мне тебя теперь звать, чтобы не спотыкаться об это «Б»? — Как хочешь. Но я уже привык и к Джасу, и к Джеймсу, и к Скотику… Послышалось мягкое фырканье. — Тогда слушай, скотик Джас. Ты помнишь Кэпа времён Бруклина? Каким я должен был быть. Я тоже теперь помню себя. И мне очень-очень интересно, когда же во мне понаделали всяких дыр, поотрывали кусочки, что я стал какой-то пародией на человека. И началось это ещё до сыворотки, это я сейчас точно могу сказать. Но не могу отловить точный момент, когда я начал вести себя дрессированной мартышкой. Это я и хочу уточнить у драгоценной Пегги. Что со мной сделали? И каковы долгосрочные последствия? Может, у меня тоже есть какие-то крючки в мозгу, за которые можно дергать в нужную сторону? Нет, даже не так. Они есть, иначе бы мне не нужен был Вредноскоп. — Нейромодулятор? — Ага. Было уже дело: до суда над твоим Фрэнком, во время, после, подходили ко мне всякие разные люди и начинали вести беседы, от которых у меня мутнело в голове и Вредноскоп начинал орать так, что чуть череп не взрывался. Эти все странные личности моментально исчезали из поля зрения, стоило только прийти в себя после такого удара. Я хочу знать, сколько их. Как настроены. И как вообще со мной смогли такое сделать. Фьюри… Фьюри доломал под себя. Надо спросить ту, что была у истоков. — А если она действительно впала в маразм? — Ты веришь этому? — … очень удобный диагноз, чтобы спокойно дожить без проблем до смерти. И отвечать не надо, и спросить никто не спросит. — Обычные люди или агенты. За себя не ручаюсь, могу пропустить, но ты-то с твоим опытом точно должен понять, что к чему. Где она лжёт, где недоговаривает. — Ок. А дальше что? — В смысле? — удивился Роджерс. — Ну вот, ты всё выяснил,что тебе интересно. Потом что? — Потом Пегги Картер в зависимости от правдивости диагноза и ответов на вопросы или останется тихо доживать свой век, или так же тихо умрёт в постели. Мне не надо, чтобы кто-то ещё задал ей вопросы и получил ответы. — Кровожадина. Картер убьём, Фрэнка убьем… Чем тебе Фрэнк не угодил, что ты его сразу списал? Так, не отводи взгляд и не хлопай ресницами. Я тебя как облупленного знаю. — Я смотрел на тебя. Если бы ты промедлил, или заколебался… он бы умер. Да и… скажем так — я был неадекватен от радости. И оттого невменяем. Не самое удачное состояние рассудка для принятия конструктивных решений. — Какие мы слова умные выучили… — беззлобно проворчал Джас. — Мы на месте. Что дальше? Твоё предложение, твоя операция, командуй. — Тихо и незаметно входим, я разговариваю, ты — остаёшься тенью за её спиной. Без голоса, фигуры и лица. Отслеживаешь её реакции, подсказываешь мне вопросы, которые я не задам, а надо. Вне зависимости от ее состояния, тебя она увидеть и описать не должна. — Надо же, как благотворно на тебя влияет общение со здоровыми личностями, даже конфетку дать хочется. Тони чуть не подавился слюной, когда раздался тихий смешок Роджерса. — Думаешь, со временем я оценил леденцы? — Иногда не брезговал, — остро отбил подачу Джас. — Но любителем так и не стал, — спокойно завершил сет вничью Роджерс. — Здравствуй, Пегги. Прости, что так поздно, но наверное, вовремя — как раз поймал тебя в хорошем настроении и ясном разуме. Понимаешь, у меня к тебе пара вопросов появилась… *** Вцепившись в стакан, полный виски, Тони размеренно дышал носом и часто сглатывал тошнотворный склизкий комок в горле. Он боялся, что если откроет рот, его стошнит, и он не остановится до тех пор, пока его наизнанку не вывернет. При этом он старательно таращился на кресло, где сидел и точно так же размеренно дышал носом Фрэнк, у которого глаза то чернели, то вспыхивали оранжевым пламенем. И оба они напрочь игнорировали диван, где извивался и мычал одеяльный свёрток. — Ты знал? — сейчас никто бы не принял Джаса за скотика. В данный момент это была полноценная скотина Зимний. — Нет. Были смутные мысли, не более. — Роджерс задумчиво разглядывал затихший свёрток. — Ты задавал слишком уж конкретные вопросы для «смутных мыслей», — ткнул в Стива пальцем Зимний. — Слишком много всего собралось в одно, — вздохнул Роджерс. — Почему я навещал её как по часам, но ни разу не навестил никого из «Ревущих»? Они ведь живы. До сих пор. Не все в Америке, но живы. А для меня их будто и нет. Я помню её красное платье, но в упор не мог вспомнить, о чём мы с тобой тогда разговаривали. Что-то важное, но я этого не помню. Зато это красное платье так и стоит перед глазами. Куда ни повернусь — везде это красное пятно. — Но почему ты вообще заподозрил её?! — со стуком поставив полный стакан, за который цеплялся, как за якорь, всё это время, на столик перед креслом, хрипло воскликнул Старк и вцепился в свои волосы. — Потому что это логично. — Глаза Фрэнка были ярче и светлее, чем должны быть, но в остальном он держал себя в руках. — Гидра не протянула бы так долго, если бы не была гибкой и умной. Это Пирс подкачал и похерил все усилия, а до того она вполне себе успешно действовала. И запустить агента ДО всего — так сделает любая организация, у которой умные руководители. Кто подумает на женщину? Хотя, учитывая время и то положение в армии и при штабе, которое она занимала, стоило бы задуматься, а кто за ней стоит? Потому что даже у русских, у которых женщины вели вполне себе активную политическую жизнь, не было таких персон. — Но как Эрскин не заметил ничего? — Тони никак не мог успокоиться. — А почему он должен был заметить? Он доверял агенту Картер, которая была яростной противницей Гидры, которая входила в команду, курирующую его проект. Что ей стоило провести неучтенный объект к будущему подопытному и позволить тому сделать несколько закладок, которые существенно ничего не меняли, но за которые можно было дергать, как за крючки? — Барнс был спокоен, холоден и сосредоточен. — Телепортист, телепат, способный внушить кому и что угодно… Я помню его. Красная кожа, шрамы на лице, странные светлые глаза, пушистая козлиная бородка и очень густые, пышные волосы, которые лежали будто широкими плоскими лентами. И хвост. Азазель. После него Актива долго не обнуляли, потому что он действовал безупречно. — Но тетя Пегги… Маргарет Картер, одна из основателей СНР, из которого вырос ЩИТ, и не просто не заметила Гидру в своей организации, а изначально её агент… Как так?! — А вот так… — устало вздохнул Роджерс. — И Зола на свободе и под защитой, и все эти гидровские учёные, и Гидра на запасной площадке… — А вас только Гидра сейчас волнует? — Фрэнк поморщился и с благодарностью принял из рук Джаса пакет со льдом, который водрузил себе на макушку. По шее мгновенно потек конденсат, а над ним буквально запáрило. — Никто не хочет обсудить зелёных человечков, которых приютил на Земле Фьюри и которые помогли ему своими технологиями, когда потребовалось промыть мозги ещё замороженному Кэпу?