In joy and sorrow

Майк не спал. Тихое, спокойное дыхание Уилла, и то не могло утихомирить сердце. Он обдумывал слова своего друга, его беспокойство. Уиллер не хотел быть какой-то обузой, требующей к себе жалости. Он осмотрел свои руки, покрытые синяками и царапинами от прошедших боев. Ему нужно было больше силы, больше скорости, больше выносливости. Посмотрев в сторону спящего Уилла, он принял решение. Неделя. Неделя, чтобы Майк смог привести все мысли и чувства в порядок. Все-таки то, как они клочками выходили из него, ему совершенно не нравилось. И, конечно, неделю Байерсу, чтобы тот обдумал, нужно ли ему это все. Он собрал то, что у него было, нашел какой-то листочек, лежавший на столе, карандаш, и стал писать. Слова шли тяжело, и Майк вечно что-то зачеркивал и исправлял. Но в итоге, все-таки дописав, он подошел к Уиллу, и, поправив его одеяло, тихо попросил прощения. Выйдя из дома, он вдохнул свежий ночной воздух и обернулся на дверь. Так всем будет лучше. Байерс проснулся один. Записку на столе он заметил не сразу, а только после того, как осмотрел весь дом. Надеясь найти своего друга. Обратив внимание на стол, он осторожно взял «письмо» «Дорогой Уилл, Мне жаль, правда жаль, и я прошу тебя меня простить. Я обещал всегда защищать тебя, быть рядом, быть сильным. Помнишь, как я клялся тебе возле речки, а ты звал меня своим паладином? Но раньше я справлялся, а сейчас... как бы я не хотел этого признавать, но я недостаточно силен, чтобы быть рядом с тобой. Уилл, ты вырос просто чудесным, правда, ты помогаешь всем, спасаешь жизни, а я, я изменился, и не так, как должен был. Прошу, подумай, нужно ли это тебе, нужен ли я тебе таким. Вы с миссис Байерс будто бы нашли свое место, и я не хочу мешать, быть для вас лишним грузом. Прости меня за все то, что я принес с собой, может, я и вовсе не должен был...» Запись оборвалась, все дальнейшее было густо заштриховано. Шатен читал эти строки, не веря глазам. Что он сделал не так? Что не хватило Майку, чтобы поверить в помощь Уилла? – Что-то случилось? – застыла на пороге Джойс – Ушел... – тихо сказал он – сказал не хочет быть обузой – он посмотрел в пол – О, мальчик мой – обняла женщина сына, поглаживая по голове Уилл прижался к ней, сильнее сжимая письмо в руках. – Майк еще маленьким переживал по этому поводу. Он точно будет в порядке, и я уверена, он вернется. – Я.. я просто не понимаю, почему? – Не ломай себе голову, Уилл, он потерял семью, и ты остался последним близким для него человеком – шатен вскинул брови, и она с усмешкой закатила глаза – ну получеловеком. Он тяжело вздохнул и отстранился. – И что... остается только ждать? – Ну конечно, если ты хочешь его ждать – лукаво произнесла Джойс – Мам! – смутился младший. – Молчу-молчу – засмеялась она, уходя на кухню – И да, ты все равно можешь его поискать, если так тебе будет спокойнее. Но не переживай слишком сильно. Тот кивнул, решив так и поступить. Кажется, он слишком привык к его компании за пару дней. Уиллер же неделю бродил по лесу и почти без остановки тренировался. Как-то он встретил медведя, которого явно разозлил своими действиями. Он стоял за деревом, восстанавливая дыхание. Лес – штука опасная. Недалеко, в метрах трех стоял этот самый медведь, вынюхивая добычу, потревожившую его покой. У Майка была пара секунд, чтобы собраться с мыслями. Рыкнув, зверь начал двигаться в его сторону. Уиллер, до этого дышав почти неслышно, наконец вдохнул полной грудью и вынырнул из-за ствола. Он замахнулся мечом ровно в тот момент, когда медведь встал на задние лапы. Вспоров ему живот, он проскочил куда-то в бок, соображая, что делать дальше. Нужно было выйти из поля зрения зверя, и прорезать шею. Медведь взвыл, махнув лапой, этим чуть не задев Майка, который еле успел увернуться. Он метнулся ему за спину, пытаясь запрыгнуть сверху. Первый раз он падает прямо в грязь, чем хищник пытается воспользоваться, но Уиллер, охваченный адреналином, быстро встает, делая все то же самое. Таким образом, он будто оседлал медведя, вонзая меч в шею. Кровь брызнула фонтаном, и Майк с силой дергает лезвие вниз. Зверь издал последние жалобные звуки и рухнул на землю. И это даже не нечисть. Черноволосый скатился с него в бок, весь в грязи и чужой крови. Он лежал на спине и дышал. Вот вам и тренировочка. Майк так и провел эти дни – драка – речка – драка – речка. Иногда он заходил к травнику, отдавая ему собранные причуды с разных существ, которые периодически ему встречались. Тратя физические силы, он выпускал вину, злость, все, что у него вообще было. Срываясь до крика рубил нечисть, что иногда попадалась. Его немного отпускало, но то, что пустило корни в его сердце было уже не выдернуть и не выпустить. В последние дни этой недели ему стало не хватать его друга до боли в легких. Он тренировался, держа его образ в голове, постепенно осознавая, что своим уходом мог сделать все только хуже. Понимание того, что Байерс действительно предлагал помощь всеми своими действиями, а Майк, будто эгоист отвернулся от него, уйдя. Ему определенно стоило перестать винить себя, но то, сколько ошибок он делал, не давало отойти от этого полностью. Уилл искал его, конечно, не сделав никаких успехов. Шатен беспокоился, но, во многом благодаря Джойс, и годами проверенному доверию к Майку, он успокаивал себя. Он снова начал работать в лавке, где подрабатывал до этого. Делал снадобья, лечил горожан. Лекарь из него был очень даже неплохой. Мистер Дирстек — так звали гнома, который владел этой лечебной лавкой, всегда относился к нему по-доброму. И его отношение передавалось к пациентом. Если в городе его знали, то знали как доброго мага-лекаря. Он находил общий язык со всеми, и с детьми, и со взрослыми..За это его и любили. На седьмой день Майк вернулся. Вернее сказать, Уилл все-таки нашел его. Случайно. Черноволосый не осмелился зайти к ним в дом после того, как пропал на неделю, а потому шатен нашел его в лавке целителя, у которого сам подрабатывал. Зайдя в дверь, шатен увидел такую картину — Мальчик, я могу дать тебе за эти травы только несколько крон. — Но я вот ещё принес шипы гулей и несколько глаз виверн. — с надеждой говорил черноволосый — Пожалуйста, хотя бы пять! — он сложил руки в умоляющем жесте. — Ладно, уговорил. Но в следующий раз если захочешь что-то принести, то посмотри в список, что висит на стене у двери, — он указал туда, и Уиллер обернулся. — О, Байерс, заходи, мне как раз нужна твоя помощь, — увидев замеревшего в проеме той самой двери Уилла, сказал лекарь. Майк застыл. — Ты., что ты тут делаешь? — робко поинтересовался он — Я? Я здесь работаю — удивлённо сказал он, мельком осматривая друга. — Давай выйдем. Мистер Дирстек, я сейчас! — крикнул он и вышел за дверь. Уиллер последовал за ним. Байерс в ожидании встал в позу, смотря на Майка. Тот лишь виновато отводил взгляд и мял кусок рубашки. — Уилл, я.. — начал было он, но запнулся — Извини... — И все что ты говоришь, это извини? Майк, пожалуйста! Оставляешь мне письмо, где говоришь так, будто ты никому не нужен, и идешь на верную смерть, пропадаешь на неделю… Объясни мне, что с тобой? Почему ты ведёшь себя так? То подпускаешь ближе, показываешь, как переживаешь, проявляешь хоть что-то, то отталкиваешь, будто я тебе никто! Я ведь думал, мы друзья! – Ругается Уилл даже беззлобно, но с обидой. — и это так... мы друзья, просто... нужно было время — Ты мог просто поговорить об этом со мной, не знаю, объяснить.. — А ты бы отпустил? — черноволосый резко поднял глаза и посмотрел прямо на Байерса — Уилл, я же тоже тебя знаю. — Он выдохнул. — И я знаю, какие слова ты бы нашел, чтобы заставить меня передумать. Но это было необходимо, понимаешь? И тебе, и мне. После всего, что произошло, нужно было время, чтобы разобраться... Они оба молчали с минуту. Уилл раздражённо вздохнул, но сдался. Младший был прав в одном — он действительно не пустил бы его никуда, особенно в том состоянии, что он видел. — Ладно, — он сделал паузу и подошёл ближе — я рад, что с тобой все в порядке. Но больше, чтобы так не делал! — Он ткнул пальцем Майку в грудь. — И что ты делал эти семь дней? — Тренировался, зарабатывал какие-то деньги — Майк почесал затылок и рассеянно улыбнулся. — В этой лавке? — он указал на домик позади него — в которой я работаю? Уиллер, да ты стратег.. — рассмеялся шатен и обнял младшего — Я.. я все еще могу оставаться у тебя?.. – Конечно нет, Уиллер, чтобы я тебя больше не видел в нашем доме! – с сарказмом произнес Уилл, но видя растерянное лицо друга, все же добавил – Можешь конечно! они дошли до дома, и первое, что произошло с Майком, так его отчитала Джойс. По-доброму конечно, с беспокойством, но отчитала. В этом они были невероятно похожи с Уиллом. Черноволосый, вернувшись, действительно почувствовал себя дома,