Ледяной цветок Илтериона

Пока Тэхён и Чонгук пробирались к крипте, на другом конце ледяной пустоши разворачивалось нечто, напоминающее то ли военные учения, то ли репетицию самого абсурдного спектакля на свете. Юнги, заявившись в район крайней базы, максимально удалённой от крипты, начал с малого. Он нашёл один из внешних датчиков «КриоЛаб» — уродливую железную тумбу с мигающими лампочками. Вместо того чтобы вывести её из строя тихо, он аккуратно снял защитный кожух и, пользуясь познаниями, почерпнутыми из веков общения с гномами-взрывниками, устроил короткое замыкание с эффектом фейерверка. Тумба взорвалась с таким грохотом и снопом искр, что, казалось, на небе вспыхнуло второе солнце. — Отлично, — пробормотал он, наблюдая, как к месту происшествия устремились фигурки из базы. — Начало положено. Теперь разогреем публику. Следующим номером его программы стало «нападение призраков». Используя снегоступы как импровизированные сани, он на скорости пронёсся вдоль освещённого периметра базы, швыряя в сторону зданий дымовые шашки, которые Сокджин предусмотрительно засунул в их рюкзаки «на всякий пожарный». Ветер разносил густой цветной дым, создавая иллюзию наступления целого отряда. Для пущего эффекта Юнги оглашал ледяную пустыню дикими боевыми кличами на гномьем наречии, выученном исключительно для того, чтобы ругаться с особым колоритом. Всё же общение с дедом его возлюбленного не прошло даром. — ГРОМАК-ТУР БРОДЕКААААЗ! — ревел он, мелькая в дыму, и его голос, усиленный небольшими звуковыми чарами, эхом раскатывался по леднику. В переводе с гномьего это означало что-то очень обидное про родословную и интеллект, но для перепуганных техников звучало как предсмертный рёв наступающих варваров. Увидев, что внимание приковано к нему, Юнги решил поднять ставки. Его зоркий эльфийский глаз заметил, что от основной базы к вспомогательному складу тянется толстый кабель, прикрытый снегом. Кабель питал, судя по гулу, аварийный генератор. «Идеально», — подумал диверсант. Подкравшись под прикрытием очередной дымовой завесы, он перерезал кабель не ножом, а выстрелом из бластера, настроенного на низкую мощность. Эффект превзошёл все ожидания. На складе погас свет, но что важнее — отключилась система подогрева топливных баков. Раздалась серия тревожных хлопков, и из вентиляционных шахт повалил густой чёрный дым. Для наблюдателей со стороны это выглядело так, будто склад вот-вот взлетит на воздух. На базе начался настоящий переполох. Завыли сирены, которые до этого молчали. Началась неразбериха: одни бежали тушить мнимый пожар, другие строились в импровизированные боевые цепи, тыча оружием в цветной дым, третьи в панике метались, не зная, что делать. Юнги, довольный, как кот, у которого есть свой собственный хаос, наблюдал за этим из-за ледяного бугра. — Ну что, учёные, весело? А главное представление ещё впереди. Его «главным представлением» должен был стать настоящий, контролируемый взрыв, который окончательно убедил бы всех, что на базе идёт полномасштабный штурм. Для этого он выбрал одинокую вышку с антеннами на окраине комплекса. Подобраться к ней было сложнее, но Юнги использовал старый трюк: он подкрался не по земле, а по нависающим ледяным сосулькам и карнизам, двигаясь с ловкостью, достойной его кошачьего фамильяра. Закрепив на опоре вышки последнюю, самую мощную шашку с таймером, он спустился вниз и занял позицию для лучшего обзора. — Пора заканчивать это шапито, — пробормотал он, — а то мои любимые призраки уже, наверное, у ворот крипты стоят. Он уже собирался активировать таймер, как вдруг его взгляд упал на большую, заледеневшую цистерну неподалёку, помеченную знаком «Горючее. Магия. Опасно.» Идея, прекрасная в своём безумии, озарила его. Он передумал взрывать вышку. Вместо этого он перепрограммировал таймер на более долгий срок, прицепил шашку к цистерне. Таймер тикал. Юнги уже готовился отступать к условленному месту сбора, как вдруг из двери ближайшего здания выскочил не техник и не охранник. Это был человек — женщина в белом халате, с бешеными глазами. И Юнги узнал в ней профессора Вейт. Увидев эльфа, она не стала кричать или стрелять. Она замерла и, к недоумению эльфа, не удивилась его присутствию, словно всегда знала, кто он. — Остановитесь! Вы не понимаете, что делаете! Этот артефакт… он не просто источник! Он замок! Юнги на мгновение опешил. Это было не по сценарию. — Замок? От чего? — От того, что спит подо льдом! Ваши друзья… они откроют не то, что нужно! Чонгук в опасности. Но было уже поздно. Таймер отсчитал последние секунды. Шашка на цистерне сработала. Это был не ядерный взрыв, конечно. Но это была ослепительная вспышка и оглушительный БА-БАХ!, от которого содрогнулся лёд на километр вокруг. Цистерна не взорвалась, но из неё вырвался гигантский столб магического пламени всех цветов радуги, который принялся бить в небо, как световой меч сумасшедшего гиганта. Дым, огонь, искры и паника достигли апогея. Вейт в ужасе отпрянула, а Юнги, поймав её взгляд, лишь развёл руками в красноречивом жесте «ну вот, бывает». — Поздно, профессор! — крикнул он на бегу, уже скрываясь в направлении, противоположном крипте. — Театр уж начался! А занавес, как говорится, закрывается последним! Он скрылся в лабиринте торосов, оставив за собой горящую цистерну, обезумевших людей «КриоЛаб» и одного очень взволнованного учёного, который беспомощно смотрел в сторону крипты, понимая, что поезд уже ушёл. И увёз он с собой вампира, эльфа и ключ к тому, что, возможно, не следовало тревожить никогда. Юнги лишь надеялся, что Тэхён разберется с артефактом, и Чонгуку ничего не будет грозить. А в небе над ледником по-прежнему сияла холодная, равнодушная луна, наблюдая за финальным актом драмы, которая разыгрывалась у неё под носом.