Я уже как два года замужем, сестра

Он неподвижно сидел на своей идеально заправленной кровати и смотрел ничего невидящим взглядом в пошедшую трещинами, в некоторых местах, стену. Ниджику, казалось бы, не дышал, не двигался, а лишь медленно моргал время от времени, будто осмысливая что-то слишком для себя масштабное. Несколько бледных картин и один единственный календарь пытались скрыть противные дефекты стены, что перестало получаться у них уже как полгода назад (у Занки просто никак не было времени запросить небольшой ремонт у других сотрудников техподдержки), но Ниджику продолжал делать вид будто так и должно быть, хоть от этого всё вокруг начало казаться для него таким чужим, таким неправильным. Пыль медленно проплывала по воздуху перед его глазами. Глазами, что были заполнены слезами, которые могли в любое мгновение покатится по его щекам. В голове промелькнула колкая мысль, что, будто не он несколько дней назад убирал комнату на всех горизонтальных поверхностях. Или это было не несколько дней, а целая пара недель? Хоть Занка давно уже не обращал такого пристального внимание на то, в каком состоянии его комната в общежитии Уборщиков, но всё же ради своего же комфорта он всегда предпочитал держать всё в чистоте, жаль только, что сейчас этот порядок вызывал только отторжение и липкую тошноту. Всё то, что когда-то было для него так близко, теперь давило на его голову как огромный валун, что состоял из вязких мыслей, наполненных ненавистью к самому себе.  Сложив руки в замок у себя на коленях, Занка с силой сжал пальцы, до тех пор, пока костяшки не побелели, а мышцы не начали истошно ныть и трещать. Плотно сцепив зубы, он лишь отвернул голову в сторону открытого окна. Это было только утро, а его нервы уже на грани. Сосредоточив мутный взгляд на сером небе, где сквозь плотные облака пробивались один или два полумёртвых луча солнца, Занка с силой выдохнул воздух сквозь тонкую линию губ. Он не знал, почему так паникует, и изводит себя. Ему не была понятна такая реакция со своей стороны. Было ли ему страшно осознавать, что совсем скоро ему придётся встретится со своим детским кошмаром? Хотя ставить Кёку и «детский» в одном предложении, это уже большая несовместимость, ведь Занка знал – его сестра вызывала ужас скорее у взрослых людей, нежели у детей, что боялись только её грозного взгляда. Но ответ от этого не менялся. Да. Он боялся. Был ли этот страх заложен в него с детства, ещё когда ему в первые минуты жизни пришлось лицезреть перекошенное в недовольстве лицо Гоки, что скорее желал ему удушиться одеялом? Может быть. Или это пришло к нему в тот момент, когда он оказался на коленях с низко опущенной головой перед разочарованной в нём Кёкой? Были ли это пули, что летели в него без перерывов, или ужесточённые тренировки, каждый удар кулака, оставляющий на теле глубокие синяки? Многозначительное молчание, резкие взгляды и вечные упрёки, настояния и лекции о репутации, соответствии их имени? Всё это всегда оставляло след на нём. Пусть не физический, не такой, что можно сразу заприметить основные отличия с нормой. Это было глубоко внутри его мозга, сердца и души. Пусть он сейчас и не воспринимает их как своих, семью или важных сердцу людей, но когда-то, будучи простым ребёнком… Тогда Занка жаждал их тепла, признания, ну хотя бы одного одобрительного кивка! Ничего из этого он не получил. Ни разу. В глазах всё поплыло, а в горле всё сжалось, заскребло, будто он по своей обычной неосторожности проглотил рыбную кость, что теперь не хотела дать ему покоя. Дрожащей рукой он вытер несколько солёных слезинок, что начали быстро скатываться по щекам, будто желая припорошить его чистое, синее одеяло своей влагой. Занка знал, что не должен плакать, что они не заслужили его стенаний и слёз. Но обида душила и заставляла всё сильнее скручиваться на кровати в тугой калачик, и плотно сжимать колени в руках. Это было так противно. Прижавшись лицом к мягкой подушке, Ниджику лишь сильнее зашёлся в плаче. - Хэй, детка… - послышался тихий шепот со стороны окна. Занке, могло бы показаться даже, что это был лишь далёкий звук ветра, что гулял по завалам мусора в нескольких милях от базы, но голос мужа нельзя было ни с чем спутать, как бы он ни старался. – Я здесь. Тихий стук подошв чужих ботинок пронёсся по комнате. Джаббер наконец-то оказался внутри. Он не смел говорить больше ничего, лишь напряжённо стоял около кровати Занки, будто страж, что не давал никому пройти мимо себя, и с предельным вниманием наблюдал за содроганием его плеч и спины. Вонгер не смел делать никаких лишних движений, что могли бы спровоцировать его мужа на какую-либо форму агрессии. - Я… - раздался дрожащий звук со стороны подушки, где была спрятана голова Ниджику. Немного повозившись, он высунулся немного из своего укрытия и упёрся взглядом в сосредоточенный, совершенно взволнованный взгляд мужа. В его голове по обыкновению промелькнула мысль «Джаббер не знает, что сейчас ему делать».  – Я думал, что отпустил всё это дерьмо, но… Протянув руку к мужу, Занка потянул того за штанину вниз, прося к себе наклониться, и Джаббер, в какой-то мере, послушался. Упёршись коленями в пол, Вонгер слегка склонил голову в бок, будто показывая всем своим видом, что сейчас он будет только внимательно слушать и уже после делать какие-либо разумные выводы вместе. Занка был за это благодарен. Ему как раз больше всего сейчас хотелось только молчаливого присутствия мужа, что выслушает все его тирады и такое жалкое нытьё, истерики с долей сарказма да ненависти. И только после этого, когда он будет готов с чистой головой о чём-то рационально мыслить, они поговорят. Прислонившись лбом к чужой груди, Занка с содроганием в плечах, примостился ближе, чтобы почувствовать успокаивающее сердцебиение у самого своего уха. Прикусив губу и вытерев рукой последние капли злых слёз, он с неуверенной улыбкой в уголках губ посмотрел в пурпурные глаза Джаббера. - Они все полные ублюдки…- прошептав эти несколько слов, Занка пустился в самоанализ и терзания. В ответ Вонгер лишь опустил свою руку ему на спину, начав медленно массировать в отработанном темпе напряжённые мышцы, что с содроганием принимали все ласки. И было ли тяжело ему на протяжении нескольких часов продолжать в том же темпе без перерывов? Да, но Занка не всё ещё сказал. --------------------------- -Ты в порядке? – как-то среди миссии спросила Риё, что протыкала своими ножницами очередного мусорного монстра. Её глаза неотрывно следили за его всегда безупречной осанкой, что в последние время всё чаще содрогалась и кренилась, будто под слишком большой ношей для его плеч. – В эти несколько дней ты сам не свой. Даже Рудо это заметил, и это уже делает ситуацию совсем дерьмовой.– вытянув из развалившейся кучи мусора свой джинки, она повернулась всем своим телом к Ниджику, будто говоря этим, что не отстанет. – Честно, такое впечатление, что ты скоро в обморок упадёшь прямо тут! – всплеснув руками для пущей убедительности, Риё внимательно вгляделась в голубые глаза напротив. Занка на её замечания лишь закатил глаза, после чего медленно покачал головой. Да, в некотором роде она права, и в последнее время он слишком погружён во весь этот стресс с его ублюдочной семьёй. Но всё не настолько же плохо, как Риё это описывает! Он не собирается падать в обморок или болеть, ничего подобного. Недовольно нахмурив брови, Ниджику с грубым бубнежом отвернулся от своей подруги дабы осмотреть окрестности вокруг на наличие опасности. - Не выдумывай лишнего. – проронив короткий ответ, Занка пошел вперёд, к машине, где их уже наверняка ждали Томме и Грис. – Со мной всё в порядке, - покрутив в пальцах Прекрасную Помощницу, он слегка сморщил нос. - И вы с Рудо просто слишком много себе воображаете. За спиной его послышались торопливые шаги Риппер, что, недовольно нахмурив брови, громко ступала в след за ним. И некоторое время они даже шли в тишине, но очевидно, что его коллега просто не была способна помолчать несколько лишних минут. Особенно, когда у неё были вопросы, ответы на которые ей очень хотелось знать. Тяжело вздохнув Занка приготовился к очередному выносу мозгов, что имело в себе такие темы как: переработка, отсутствие нормального сна, плохое питание и, конечно же, слишком частое отсутствие на базе. Но всё это было уже неважно, когда он услышал её вопрос. - У тебя, что, проблемы на любовном поле боя? – будто невзначай кинула в беседу Риё. Её хитрый, прищуренный взгляд зелёных глаз всё продолжал следить за изменениями в его мимике, будто уже и без того зная, что случится дальше. И, собственно говоря, она не прогадала, ведь стоило только Занке услышать что-то относящаяся к этой теме, как он взволнованно начал поглаживать ухоженное древко Помощницы. – Ну точно это. Мигом встрепенувшийся Ниджику, резко повернулся к подруге лицом и с самым недовольным выражением тихо прошипел. – Не делай поспешных выводов! Обогнав друга, Риё быстрыми шагами продолжила идти вперёд, совершенно игнорируя колючие взгляды, что бросал ей в спину Занка, будто и не она всего несколько секунд тому назад вывела его из равновесия. - Ну, тогда может объяснишь нормально, в чём же твоя проблема? В ответ ей было лишь молчание, вокруг которого парила убийственная аура её друга. Занка, если говорить серьёзно, уже и сам понимал, что дни его спокойной семейной жизни без лишней огласки скоро подойдут к концу, но расставаться с этим совсем уж не хотелось. Возможно, он мог бы потянуть ещё немного времени, прежде чем ему придётся всё рассказать своим коллегам и друзьям... Тяжело вздохнув, Ниджику потёр свою напряжённую шею и посмотрел полуприкрытыми глазами на спину уходящей всё дальше от него Риё. Может, ему и правда стоит рассказать хотя бы своей команде? Джаббер говорил, что это было бы неплохим началом. Да и именно они стали для него настоящей семьёй, что не брезговала иметь с ним какие-либо дела. Может ему стоит хотя бы попытаться? Его спина вновь стала неестественно ровной, выказывая всё его беспокойство. Поцарапав ногтем гладкое, пропитанное лаком и краской древко Прекрасной Помощницы, Занка глубоко вдохнул и выдохнул. Ладони отчего-то начали нещадно потеть, но он сделал вид, будто всё так и должно быть. - Риё. – коротко позвал он девушку, что резко остановилась и повернулась к нему. - Да? – почти пропела Риппер, стоило ей только услышать голос друга, который, наконец-то решился рассказать о своей пассии. Чёрт возьми, Энджин теперь должен ей денег! - Я хочу познакомить тебя и Рудо с Энджином, со своим любимым человеком. – проговорил на одном дыхании Занка. Медленно остановившись, Риё, широко открытыми глазами посмотрела прямо на покрывшегося красными пятнами от смущения, Занку. - Что? - тупо переспросила она, совершенно не понимая смысла происходящего. Так сразу, Занка? Даже не подготовив почву?