Умереть за тебя

Шэн Шаою давно мечтал об этом. Задолго до того, как выяснилось, кто такой Хуа Юн на самом деле. Он вернулся домой с работы, и его встретил сладкий, пьянящий аромат орхидеи. Прекрасный омега ждал его в центре комнаты. Он был одет в его любимую белую рубашку, дрожал и тяжело дышал. Его брюки промокли от густой смазки, которая продолжала сочиться по внутренней стороне бедер. Хуа Юн в течке ждал, когда Шаою возьмет его. Альфа и представить себе не мог, что этот момент станет реальностью спустя столько лет после того, как Хуа Юн оказался Энигмой. Шаою застыл на месте, не сводя глаз со своей пары. Он смотрел на Хуа Юна, который дрожал, обхватив себя руками, не зная, что делать. — Господин Шэн, возьмите меня. Даже после того, как Юн произнес эти слова хриплым и сдавленным голосом, Шаою не шелохнулся. Что происходит? Хуа Юн был Энигмой. Шаою давно убедился в этом, и рождение Хуа Шэна являлось лучшим подтверждением. Как могло получиться, что тот самый мужчина, который его оплодотворил, теперь безвольно сидит на полу в кухне, источая сладкий, возбуждающий аромат, и смотрит на него влажными глазами, словно умоляя прикоснуться? — Хуа Юн… — Шаою пришла в голову только одна мысль, почему его муж оказался в таком состоянии. От него приятно пахло знакомым нежным ароматом орхидей. — Ты опять принимал тот модификатор феромонов? Неудивительно, что его пара ведет себя так странно. Учитывая, что в последнее время между ними шла холодная война, Шаою был уверен, что Хуа Юн без раздумий прибегнет к крайним мерам, чтобы убедить его помириться. Альфа стиснул зубы, внезапно охваченный эмоциями. Почему его муж так охотно подвергает себя опасности? — А-Юн, ты с ума сошел?! — Нет, я… — Хуа Юн покачал головой и тихо ахнул, почувствовав, как потекла очередная щедрая порция смазки. — Ах… Господин Шэн. Пожалуйста. От этой мольбы, произнесенной со стоном, тело Шаою задрожало. Давно дремавшие альфа-инстинкты начали пробуждаться и выходить на поверхность. Шаою сжал кулаки. Сладкий аромат феромонов Хуа Юна стал еще сильнее, и железы Шаою начали реагировать. От шеи по всему телу расходилось тепло. Если так будет продолжаться, он не сможет себя сдерживать. Альфа глубоко вздохнул и подошел ближе. Он наклонился, просунул руки под бедра и спину мужа, поднял его и отнес в спальню. — Я введу тебе антидот, — процедил Шаою сквозь зубы. — Потом примешь ванну, и мы серьезно поговорим. Ты не должен делать это только ради того, чтобы помириться со мной… К несчастью, Хуа Юн, у которого уже кружилась голова, а тело покрылось мурашками от прикосновений любимого человека, уткнулся лицом в шею Шаою и глубоко вдохнул аромат его феромонов. — Хм, господин Шэн… от вас так приятно пахнет… — дрожащим голосом прошептал Хуа Юн. Неосознанно его феромоны усилились, и, почувствовав это, Шаою слегка пошатнулся. Его взгляд помутился, и из горла вырвалось непроизвольное рычание — Хуа Юн! — предупредительно воскликнул Шаою. Его объятия стали крепче. — Лучше остановись, пока не поздно. Хуа Юн явно не хотел останавливаться. Как только Шаою уложил его на кровать, прежде чем альфа успел встать, чтобы найти антидот, Хуа Юн, чье тело уже пылало от жара и покрылось испариной, провел рукой от груди к животу. Он медленно опускал руку все ниже и ниже, пока не коснулся пояса брюк, которые уже промокли насквозь. — Мне так неловко, господин Шэн, — тихо промурлыкал он нежным голосом. — Здесь так… влажно. Шаою застонал. Он почувствовал, что его защита рушится, когда увидел, как муж прикасается к себе длинными тонкими пальцами, как омега показывает альфе, что он готов. — Ты хочешь погубить меня, А-Юн? В глубине души Шаою осознавал, что любые его рациональные мысли меркнут перед соблазном. Когда он еще сможет осуществить недосягаемую мечту: овладеть своей прекрасной парой, мужчиной, который красивее любой омеги, без необходимости бороться с ним за доминирование? Почувствовав, что его решимость окрепла, Шаою сорвал с себя галстук и наклонился, впиваясь в дрожащие губы Юна глубоким, страстным поцелуем. Как только энигма приоткрыл рот, Шаою тут же ворвался в него языком, заставив Хуа Юна слегка опешить. Потому что впервые в жизни сущность энигмы внутри Юна была подавлена. Он не смог противостоять страсти и позволил другому существу взять над собой верх, не чувствуя необходимости защищаться. — Хм-м-м… — Хуа Юн обвил руками шею Шаою. Он продолжал стонать ему в губы, по мере того как поцелуй становился глубже, отчаяннее, и его дыхание стало тяжелее, грудь наполнилась феромонами Шаою, которые начали доминировать, густые и тяжелые. Его мысли, все его тело и чувства были безоговорочно подчинены альфе, целиком и полностью. — О-ох… Господин Шэн… — Да… — Шаою откликнулся на свое имя. Он наконец отстранился, прервав поцелуй, и прижался к груди Хуа Юна, в то время как тот подался вперед, пытаясь снова коснуться его губ. Его внимание переключилось на нижнюю часть тела мужа, от которой исходил сладкий аромат непрерывно выделяющейся смазки. Он снял с Хуа Юна брюки и нежно погладил его по бедру. — Дай мне посмотреть. Несмотря на безумное желание, на мольбы Хуа Юна, Шаою не хотел ранить его. Он знал, как бывает больно, когда что-то чужеродное впервые проникает в тебя. К тому же, тело Юна совсем к этому не приспособлено. Там, внизу, у Хуа Юна все было влажным и сочилось смазкой, как у омеги в течке. Однако, когда Шаою вошел внутрь пальцем, он почувствовал, что Хуа Юн очень тесный. Альфа никак не смог бы войти в него, когда он с трудом вмещал в себя даже один его палец. Шаою тихо зарычал. Он быстро разделся. Хуа Юн наблюдал за ним затуманенными, влажными глазами. Он тихо ахнул, когда Шаою навалился на него и, широко раздвинув бедра мужа, устроился между ними. Юн немного смутился, увидев, что Шаою, не моргая, смотрит на открытую, выставленную напоказ, интимную часть его тела. Он неосознанно попытался свести ноги вместе. — Стесняешься? — Шаою положил руку на внутреннюю сторону бедра любимого, провел пальцем по промежности, а затем медленно ввел его внутрь. Хуа Юн дернулся, и Шаою недовольно хмыкнул. Он собрал смазку на палец и повторил движение. С каждым разом он проникал все глубже, пока не вошел по самое основание. — Ты такой мокрый и в то же время очень узкий, — прокомментировал Шаою. Он добавил второй палец. — Не уверен, что смогу войти. Не хочу сделать тебе больно. Хуа Юн, который все это время стискивал зубы и тяжело дышал, притянул Шаою к себе и сказал: — Можешь. Я рожден для господина Шэна. Шаою выругался. Его сначала бить крупная дрожь от осознания преданности мужа. — Ох, А-Юн. Ты и твой рот… Он осторожно добавил третий палец. Затаив дыхание, альфа наблюдал за растяжением, с затуманенным от предвкушения разумом. Он действовал медленно и размеренно, подстраивая тело Юна под себя и расслабляя мышцы. Он почти никак не реагировал, разве что изредка вздрагивал и тихо постанывал, прикрывая рот рукой. Член Шаою уже давно был твердым, и как только альфа решил, что достаточно потрудился, он притянул Хуа Юна за бедра поближе и начал медленно погружаться в него. Хуа Юн мгновенно напрягся, и его глаза широко распахнулись. Он крепко вцепился руками в простыню. — А-Юн, поговори со мной, — хрипло пробормотал Шаою. Вены на его шее вздулись от напряжения, с которым он сдерживался, чтобы не ворваться в него одним грубым толчком. — Больно? — тихо спросил он, когда их бедра соприкоснулись, и он наконец полностью оказался внутри. Хуа Юн крепко сжимал его, такой теплый и податливый. Шаою не помнил, чтобы когда-нибудь чувствовал столько всего одновременно. Он задвигался, медленно, наслаждаясь тем, как Хуа Юн сжимает его член. Заметив, что он почти никак не реагирует, разве что раздвигает ноги, чтобы ему было удобнее, и тяжело дышит, альфа обхватил пальцами его подбородок. Он заставил Хуа Юна перевести на него взгляд и замер, толкнувшись до упора. — Говори, А-Юн, — попросил Шаою хриплым низким голосом. — Скажи, что ты чувствуешь. — Жжет, — прошептал Хуа Юн. Он слегка вздрогнул, когда альфа неосознанно пошевелился внутри него. Он застонал. — О-ох… господин Шэн такой большой. — Никогда не думал, что смогу сделать это снова, А-Юн. — Убедившись, что с его парой все в порядке, Шаою снова начал двигаться. Он наклонился вперед, чтобы уткнуться носом в изгиб шеи мужа, дрожащего и горячего. Он позволил сладкому запаху феромонов окутать себя, и по мере того как его толчки становились все настойчивее, тем больше ему хотелось испытать давно забытый экстаз, когда берешь кого-то. — Ох, я и забыл, как это приятно. Хуа Юн что-то пробормотал в ответ. Он не мог сдержать слез, которые покатились по его щекам. — Господин Шэн… всегда может попросить, — выдавил он между вздохами и всхлипами. — Я… если ты хочешь сверху, я подчинюсь. — А твое тело выдержит? — прорычал Шаою. Он так резко подался вперед, что Юн громко застонал. — Ты уже на пределе. — Я м-могу привыкнуть, — прошептал энигма. — Я всегда подстраиваюсь под господина Шэна. — Да, — Шаою вздрогнул от осознания правды. — А-Юн… Ты так добр ко мне. Шаою продолжил глубоко, размеренно толкаться, входя по самое основание. Несмотря на свой статус энигмы, Хуа Юн всегда был стройнее Шаою. Поэтому альфа с легкостью поднял мужа, вцепившись руками в его тонкую талию, прижимая ближе, чтобы глубже насадить на член. В теле Шаою начал разгораться жар. Он вспыхнул, заставляя его заявить о своих правах. Глаза альфы расширились от удивления, когда он понял, что сейчас произойдет. — Ох, А-Юн! Мой узел… — Его руки невольно сжали талию мужа еще крепче, хотя он боялся, что тот не выдержит. — Хуа Юн… Основание его члена увеличилось, узел расширился, упираясь в тесное пространство. — А-а-а! — громко закричал Хуа Юн. Он вздрогнул, потянулся к Шаою. Начал вырываться из его рук, словно умоляя отпустить. Узел был слишком большим. Но Шаою не знал, как остановиться. — А-а-ах… Господин Шэн... Слишком сильно! Слишком! — его тело задрожало. — Прости, — хрипло прошептал Шаою ему на ухо. Он давно потерял контроль. Опьяненный собственным наслаждением, он был на грани разрядки. — Прости, А-Юн. Я ничего не могу с собой поделать. Альфа в последний раз подался бедрами вперед. Узел наконец преодолел самое глубокое мышечное кольцо, растянув Хуа Юна до предела. Его губы были приоткрыты, а спина резко выгнулась, оторвавшись от кровати. Глаза закатились, слюна стекала из распухших губ. Анус горел из-за жесткого и болезненного растяжения, беспомощно пульсируя вокруг узла. Но сразу после этого Хуа Юна накрыла волна удовольствия. Оно охватило его, как пожар, когда член изверг мощную струю спермы на плоский живот. Шаою почти одновременно кончил в любимого. На какое-то время они замерли. Попытались отдышаться. В воздухе витал смешанный аромат их феромонов. Как раз в тот момент, когда Хуа Юну показалось, что все закончилось, и он наконец-то может прийти в себя, Шаою внезапно зашевелился. Узел, который почти исчез, снова начал увеличиваться. — Ш… Шаою… ах… почему… почему… — растерянно застонал Хуа Юн. — В тебе так тепло, — прошептал альфа. Он нежно поцеловал Хуа Юна в шею. Его движения были медленными, он проникал все глубже, и оба содрогались от удовольствия. — А-Юн, любовь моя, как же хорошо... Хуа Юн всхлипывал. Его глаза были стеклянными и расфокусированными. Каждый раз, когда Шаою делал хоть малейшее движение, он начинал тихо стонать, прикрывая рот рукой. — Нет. Дай мне услышать, — Шаою тут же схватил его за запястье и прижал руку к кровати. — Скажи, что тебе хорошо со мной сегодня. — Мне так хорошо… — Это было все, что смог выдавить из себя Хуа Юн, пока слезы продолжали катиться по его раскрасневшимся щекам. — Ш–Шаою… мне нравится… я… — Да... — застонал альфа. Он стиснул зубы, медленно толкаясь. Узел терся о чувствительные стенки, с каждой секундой становясь все больше и плотнее. Это довело Хуа Юна до очередного оргазма, сопровождавшегося сдавленными стонами и дрожью в бедрах. — Вот так. Ты прекрасен, когда кончаешь, Хуа Юн. Ноги энигмы неистово тряслись, его грудь тяжело вздымалась. — Хватит, — начал он умолять, чувствуя, как Шаою во второй раз изливается в него. — Больше не надо. — Опасаясь, что альфа его не услышит, Хуа Юн дрожащими руками попытался оттолкнуть его. Он слабо покачал головой, тяжело дыша. — Ш-ш-ш, хорошо, — нежно прошептал Шаою, покрывая поцелуями щеки, лоб и губы Хуа Юна. — Отдохни. Потом продолжим.