Слова, которые мы не можем произнести

На данный момент — тридцать шесть гражданских. А также девятнадцать военных из армии Мистраля и десять ударных групп СДК, прежде чем они сдались и перешли на беспилотные летательные аппараты. Башня создавала какие-то радиопомехи, но, насколько мог судить оператор, последний дрон не зафиксировал ни боевых действий, ни огня. Перед посадкой Вайсс приказала пилоту облететь крышу. Впрочем, от крыши остался лишь небольшой участок. Почти все здание просело как минимум на один этаж, и большую часть того, что было видно, составляли бетон и сталь, а также беспорядочно переплетенные растения. А еще Руби, Ниополитан, Янг и Блейк, наблюдавшие за ее приземлением. Двое из них оказались здесь совершенно неожиданно, но Синдер не было, и это главное. Риск Вайсс оправдал себя. Означали ли эти растения, что здесь была Сильвия? — Приземляйся здесь, — указала Вайсс. — Оставь четверть мощности — Конечно, казалось, что за последние полчаса с башни сбросили достаточно груза, в основном на голову Вайсс, но рисковать устойчивостью здания не стоило. Она открыла дверь в кабину. Первой вышел Жон, за ним — Нубу. Затем появился Рен, сопровождавший закованного в наручники Романа Торквика, и, наконец, сама Вайсс. Команда Вайсс выстроилась неровной линией у двери, а Ниополитан прислонилась к колонне позади них. Все они выглядели так же, как и сама Вайсс. Половина лица Руби представляла собой один большой синяк. Серая одежда Ниополитан была порвана и забрызгана красным, а волосы у нее отросли как минимум на 30 сантиметров, но на концах превратились в пепел. Янг, казалось, пострадала меньше всех: ее одежда была испачкана грязью и сажей. Бант Блейк исчез. На макушке у нее слева торчало кошачье ухо, а справа — окровавленный кусочек. Она повернулась и что-то прошептала Янг, а затем снова посмотрела на Вайсс. — Я потеряла ухо в схватке с Синдер. У меня осталось ещё три. Может, уже хватит? Вайсс нахмурилась. — Но я не… — Ты сделала это, — перебила её Блейк. — Просто не хотела. — Блейк — предостерегла Руби. — Теперь я Дева. Я могу читать мысли, — Она посмотрела на Торквика. — Даже твои, — Затем на Руби. — Но не твои. Я просто догадываюсь, о чём ты думаешь, — Затем снова повернулась к Вайсс. — В общем, оказалось, что, когда в моей голове звучат чужие мысли, мне трудно контролировать эмоции. Мы победили Синдер, благодаря тому, что Рейвен преодолела своё проклятие. Синдер сбежала. Рейвен погибла, — Блейк посмотрела на Жона. — Мать Янг. Порабощение. Может все ЗАТКНУТСЯ хотя бы на секунду?! Никто не проронил ни слова. Вайсс едва осмеливалась думать, но как было этого избежать? Она стояла в эпицентре битвы между девой и двумя арджентами. Знаки Синдер были очевидны: она разрушала здание ещё до того, как прибыли остальные. Знаки Блейк тоже были очевидны. Растения, в основном лианы, покрывали и пол, и стены, а их скопления указывали на места, представляющие особый интерес или являющиеся источником конфликта. Проблемы у Блейк возникали даже не из-за голосов. Может, кто-нибудь уже заговорит? — Ну что, Блейки, — спросил Роман. — Что дальше? — Вероятно, он имел в виду: "Может, попросишь Вайсс снять с меня наручники?" — Но Вайсс не стала бы этого делать без веской причины. Ей всё ещё нужно было узнать, что ему известно. А если бы она этого не сделала, его бы забрала полиция. Конечно, Дева, умеющая читать мысли, могла бы стать одним из лучших источников веских причин. Это практически лишало Блейк возможности общаться с людьми на равных, по крайней мере при личной встрече. Ей пришлось бы использовать свитки и общаться на расстоянии. Захочет ли она этого? Стоило ли знание, озарение того, чтобы жертвовать своими эмоциями? Была ли Руби, как арджент, единственным человеком, которого Блейк могла назвать другом? — Ты меня удивляешь, Роман. Ты сочувствуешь людям. Это твоя суть. Ты заботишься о них, — Блейк подошла к нему, но указала на Ниополитан. — Ты по-своему заботишься о ней. Ты знаешь, что вредишь ей. Почему? — На самом деле я довольно бескорыстный человек, — ответил он, выпрямившись во весь рост. — Может, это и не бросается в глаза из-за моего дерзкого, но обаятельного поведения, но я делаю больше хорошего, чем обо мне думают. Блейк оглядела его с ног до головы. — Нет, — решила она. — Ты эгоист. Ты трогаешь людей и видишь их страдания, но не понимаешь их. Ты берешь, ничего не отдавая взамен, — Она развернулась. — Да, он это делает! — Блейк, — взмолилась Янг. — Нам всем нужно успокоиться и оценить то, что у нас есть на данный момент. — Блейк, ты меня пугаешь — сказала Вайсс. Она казалась слишком напряженной. Как и остальные члены команды, она изменилась после Бикона. Стала более решительной, ей пришлось взять на себя ответственность. Она была вынуждена постоять за себя. Но это не было проявлением лидерских качеств, зрелости или готовности противостоять чему бы то ни было. Блейк срывалась на окружающих. — Да, я злодейка, — закатила глаза Блейк. — Не знаю, как Шелл с этим жила, потому что у меня и так хватает проблем в голове. Ты правда думаешь, что перехитрила отца, устроившись на его место?» — Блейк, я стараюсь… — Жон, забудь о Пирре, она не вернется. Нубу, забудь о Жоне, ты просто думаешь, что любишь его. Рен, повзрослей или признайся Нубу в своих чувствах, даже если это нездорово, а так оно и есть. Вы все и ваши гормоны, — Теперь Блейк кричала. — Нео, никто не стоит того, что ты вкладываешь в отношения. Ты уже много лет не бессильна, и то, что ты говоришь, не делает тебя уязвимым, так что возьми себя в руки. Янг, это ты устроила пробуждение Руби, и только ты считаешь себя бесполезной. — Блейк! — крикнула Руби. — Пожалуйста! — Да, и это тоже, — крикнула Блейк в сторону Янг, реагируя на какую-то мысль или воображаемое оскорбление. — Ты все спланировала, да? Прости, что я не такая, какой ты хотел меня видеть. И прости, что Синдер собирается выпустить чуму и положить конец цивилизации, — По ее спине поползла зеленая лоза. — Хочешь почувствовать, Роман? Почувствуй все, — Блейк прижала руку ко лбу Романа. Его глаза закатились, а ноги подкосились. Из-под лопаток Блейк вырвались два гигантских листа. — У Нео есть мой номер на случай, если свитки сработают. Продвигай этого пилота — Затем она с разбегу прыгнула с крыши и скрылась из виду. Руби подбежала к краю крыши и посмотрела вниз. На мгновение все замерли, и только Рен продолжал проверять жизненные показатели Романа. Все прошло хуже, чем они ожидали. Неужели Блейк уже знала, что Вайсс по-прежнему находится под контролем своего отца? Или, как и в случае с проблемами в отношениях других, она узнала об этом, заглянув в ее мысли? Если так, то что же увидела Блейк? Была ли это переосмысленная интерпретация собственного опыта Вайсс, окрашенная мировоззрением Блейк, а не ее собственным, или же это была объективная истина? Много ли Янг могла рассказать Вайсс о девах? И много ли вообще кто-то знал? Что будет с Блейк дальше? Если одно из самых могущественных существ в мире сбежит с поля боя, сколько времени у них будет, чтобы во всем разобраться? Вайсс не связалась с Винтер, когда истек срок действия контракта. Даже не написала. Почему? — Мы должны быть командой — прошептала Руби. — Ты же знаешь Блейк, — сказала ей Вайсс. — Она убегает. Потом возвращается. Дай ей время. Чтобы она привыкла. — Вайсс посмотрела на Янг. Та довольно подробно объяснила, что такое наследование Девы. — Итак, — Жон почесал затылок. — Я один задаюсь вопросом, почему Синдер уничтожает цивилизацию? Вайсс вздохнула. — Все, поднимайтесь на борт. На улице уже развернули палатки для сортировки раненых. — Подробности апокалипсиса можно обсудить и через десять минут, и за ужином. Если Вайсс проголодалась, то и Нео тоже, а группа Жона только что прибыла в город. — Мы все исправим — сказала Руби с большей уверенностью, чем испытывала сама Вайсс. — Да, исправим — согласилась Вайс. — Он без сознания, — Рен поднял Романа. — Пойдемте. Нам всем нужно поговорить. — И он направился к трапу. Нео, хромая, подошла к Руби, схватила ее за рукав и потащила к кораблю. Нубу проследила за тем, как Рен поднимается на борт, и присоединилась к нему. Янг посмотрела на Вайсс. — Мы победили — сказала Вайсс. Может быть, она говорила не с Янг. Просто хотела что-то сказать, стоя на высоте тысячи футов в мистральский утренний воздух. Вайсс ненавидела неведение. — Моя мать умерла, Синдер выжила, ССТ пал, а нелюди вот-вот уничтожат человечество. — Янг прошла мимо нее к трапу. — И Блейк меня ненавидит. Потому что я убила ее лучшую подругу. Пойдем праздновать победу. — Мы не проиграли, — настаивала Вайсс, оставшись одна на крыше. Она поняла, что тоже ненавидит неведение.