Аурелия

На астрономической башне было темно и холодно. И абсолютно тихо. То что нужно, когда хочется подумать в одиночестве. Девушка прошла к перилам башни и не подумав о согревающих чарах. В её руке была начатая бутылка огневиски. Сделав щедрый глоток она отставила бутылку почти у края балкона, и скинув с себя мантию, сделала их неё импровизированное одеяло. Сев она достала с кармана пачку сигарет и подкурила с помощью палочки. Магловская привычка появилась у неё не так давно, ровно с того момента когда началась новая глава её жизни. Она думала о последних месяцах своей жизни. О родителях было вспоминать больнее всего и по этому она прокручивала в голове разговор с новоприобретенным родственником, размышляла о новых знакомых и зарождающейся дружбе. Девушке совсем не хотелось учавствовать в грядущей войне, выбирать стороны, сражаться. Но, всегда было это чёртово но… она должна была отомстить за смерть одного родителя и хотя бы попытаться спасти второго. Её мать сейчас скрывалась в надежном месте, вероятно где то далеко в Америке. Пока силы безносого ублюдка не могли дотянуться до неё, но это пока. И девушка хотела сделать так что бы он не смог. Тишину вечерних грез нарушили шаги нескольких человек. Девушка не боялась того что её обнаружат, по этому даже не думала бросить сигарету в пропасть с башни, а наоборот сделала глоток обжигающего напитка и затянулась, выпустив кольца дыма перед собой. Сначала по ступенькам поднялся кудрявый, темноволосый парень, Теодор Нотт, за ним вошли и остальные, Блейз Забини, темнокожий, высокий и подтянутый, и Драко Малфой, платиновый блондин, аристократ до мозга костей. Сокурсники патрулировали коридоры этим вечером, будучи частью инспекционной дружины Амбридж. Не удивительно что они забрели сюда сегодня. И того проще, не придется разбираться с кем то из преподавателей или Филчем. — Смотри - ка, кто тут у нас. Милая, скучаешь? – нараспев протянул Блейз. — По тебе, сладкий, всегда, – ухмыльнувшись ответила девушка. Она достала пачку и кивком предложила желающим присоединиться. Тео и Блейз достали по сигарете и закурили присев рядом. Только Драко скривился, кинул им под ноги согревающее и сел рядом, протянув руку к бутылке огневиски. — Не понимаю как вы можете курить эту магловскую дрянь, – сказал он, сделав несколько глотков из горла бутылки. — Ты удивишься, Малфой, у маглов есть несколько приятных разработок. Девушка улыбнулась ему, она понимала что у Малфоя, самые устаревшие взгляды на жизнь, благодаря конечно его имени и воспитанию. — Напомни дать тебе плеер. — Что за зверь? — вопрос прозвучал от Блейза. — Это как проигрыватель пластинок, только очень маленький, можно спрятать в кармане мантии, и от него идут два шнура, которые можно воткнуть в уши и слушать музыку, так что никто другой её не услышит, а музыка храниться на маленьких кассетах, вместо пластин, и она не та под которую обычно танцуют на балах, а со словами и смыслом, как стихи под музыку. Очень помогает отвлечься, расслабиться и забыть о проблемах. —Вау, — Блейз был потрясен, — И мне дашь послушать? — Конечно, без проблем, я знаю где достать много таких штук, не покидая школу. — Тогда и мне давай, – сказал Нотт, отведя взгляд от девушки. — Аурелия, вот ты чистокровная, скажи откуда у тебя такие знания и тяга к магловскому? – Спросил Малфой уже менее раздраженно, и явно заинтересовано, хоть и пытался скрыть свое любопытство. — Да, нам тоже интересно, – сказал Блейз, – мы учимся вместе уже несколько месяцев, а так мало знаем о новенькой, расскажи о себе. Аурелия привыкла что слизаренцы, к которым она не так давно присоединилась, были не такими навязчивыми, и не пытались залезть в душу, они все искали выгоду в связи, а не пытались понять человека. По этому этот вопрос немного удивил её, но утаивать ей не хотелось, не сегодня и не перед ними. За два месяца обучения девушка привыкла к этим троим, и немного начала доверять. Возможно не стоило, зная куда дует ветер и какой выбор предстоит сделать парням. Но также она и понимала что выбор их не будет добровольным, и они умеют хранить секреты. — Ну что ж, раз такая пьянка, – девушка отобрала у Малфоя бутылку, приложилась к ней, сделала добрых три глотка, утерла рот совсем не аристократическим движением и начала свой рассказ: — Моя история началась совсем не с меня. Два сильных волшебника, некогда бывших друзьями, поссорились и решили стать на разные стороны, один на свет, другой на тьму, понимая что могут погибнуть от рук другого они подумали о продолжении своего магического потонциала, но вместо того что бы завести семью и ребенка, каждый, по отдельности конечно, просто решил присунуть чистокровной волшебнице, заделать ребенка и свалить в закат, творить высшее благо, у каждого свое. По стечении не менее загадочных событий, родившиеся у одной мальчик у другой девочка, не знавшие своих отцов, оказались в одной волшебной школе и по воле судьбы влюбились. Потом появилась я. — Она засмеялась, одной ей пока известной шутке. — Не зная того, кто у них родился и что стало с детьми, те самые большие и сильные волшебники продолжали свою войну, которая к слову уже окончилась. Я не знала о своих корнях, пока один змееподобный ублюдок не воскрес и не решил завербовать как можно больше волшебников на свою сторону. Его люди пришли ко мне домой, убили моего отца, напали на нас с мамой, она отбилась, стерла им память обо мне, и переведя меня учиться сюда, отправилась в бега, что бы увести их подальше от возможности заполучить в свои ряды меня, либо её саму. — Почему именно сюда? Почему не забрала тебя с собой, и зачем известному нам волшебнику нужна ты и твоя семья? Вопрос задал ошарашенный Нотт, после непродолжительного напряженного молчания. — Не может быть… – потрясенно замер Малфой, в его глазах начинало проступать понимание. Девушка ухмыльнулась. — Не забрала с собой, потому что я не совершеннолетняя и меня легко отследить, она не зря стерла память обо мне Псу. А именно сюда, потому что считала что под крылышком моего незабвенного деда я буду в безопасности больше чем где либо. Парни застыли. —Ага, я внучка Альбуса Дамблдора… и Геллерта Гриндевальда. — Ахренеть. — Просто сказал Блейз, — теперь понятно почему они пришли за вами, такой потенциал… — Именно, потенциал, чистокровность, родовая магия и бла бла. — Дамблдор знал? — Спросил Малфой, — кто ты такая когда поступила? — Нет, он узнал только сегодня. Я долго думала, нужно ли мне что то ему говорить, хочу ли я вмешиваться во всю эту срань с войной. А сегодня я попросила Снейпа отвести меня к нему, ведь старика не найти в последнее время в коридоре. Так и познакомились. — И что он сказал? – спросил Тео. Девушка начала рассказывать, одновременно вспоминая знакомство с известным дедом. — Профессор Снейп, – я постучав и получив приглашение войти, зашла в кабинет декана, – Я бы хотела попросить об услуге. — Любопытно. Какого рода услуга вам нужна, мисс Уитмор? — Я бы хотела что бы вы помогли мне и устроили встречу с директором Дамблдором. — Какого рода у вас вопрос к директору? Возможно я смогу вам помочь. — Личного, профессор. Мне нужно поговорить с ним о делах которые на прямую касаются директора и меня. — Вы меня заинтриговали. Хорошо я свяжусь с директором и дам вам знать когда у него будет время принять Вас. — Спасибо. Во время обеда в большом зале, Снейп передал мне записку с временем и паролем в кабинет директора. — Сахарные перья. Назвав пароль и подождав пока каменная горгулья начнет подниматься и появятся ступени я стала подниматься. В кабинете меня встретила тишина. Портреты бывших директоров Хогвартса вполне успешно притворились спящими, но было понятно что здесь не будет упущено ни одно сказаное слово. Директор отсутствовал и я пошла по кабинету разглядывая обстановку. Распределяющая шляпа стояла на помосте и слегка пошевелилась при моем приближение но ничего не сказала. На жерди у большого дубового стола спал прекрасный феникс. В песчаных часах на столе мерно сыпались крупинки. Я уже думала присесть без приглашения в кресло для гостей, когда проснулась огненная птица. Феникс расправил крылья, встряхнул ими и взлетел под своды большого кабинета. Делая круги по залу он запел прекрасную песню. Я заворожено наблюдала за ним и застыла когда сделав очередной круг птица опустилась на моё плечо. Он стал нежно тереться лбом об мою щеку а после взмахнул крылом и его перо начало планировать вниз. Я вовремя подставила руку и подхватила его. Большое ярко красное с примесью оранжевого оно походило на отблески закатного солнца, отражающего в море. Только в этот момент я заметила что директор стоял и пристально наблюдал за происходящим. На мгновение на его лице можно было прочитать эмоцию изумления и неверия, но спустя миг он снова принял облик добродушного старика. — Не могу поверить, мисс Уитмор, такое поведение не свойственно Фоуксу. Конечно он чувствует когда рядом с ним находятся одаренные волшебники, но добровольно отданное перо и такая реакция… Сложно предположить что эта благородная птица ощутила в Вас. Директор задумался, все еще не понимая, кто перед ним. Мне не хотелось играть в его философские игры, о которых я была наслышана за последние месяцы, по этому решила раскрывать все карты, скажем так, с порога. — Ну здравствуйте, дедушка. Наверное я была одним из немногих людей заставшим директора в таком состоянии. Не совладав с собой и не удержав на лице маску, у Дамблдора приоткрылся рот, он то открывал его то закрывал, не найдя что сказать. Сняв очки он подошел и грузно опустился в ближайшее кресло, его дыхание перехватило, а глаза наполнились влагой. — Невероятно.. нет… но как же… Он бормотал не связные слова, вновь надев очки и смотря на … свою внучку. — Мама передавала привет, и вот это, – я достала с кармана перстень с символом Д. То единственное что после себя, кроме ребенка, Альбус Дамблдор оставил моей бабке, когда провел с ней ночь и попросил в случае ребенка, не избавляться от него. Мама в то недолгое время что прощалась, прежде чем покинуть страну, успела немногое рассказать об этой истории. — У меня родилась дочь.. – старик выглядел растеряно. Немного успокоившись за несколько минут он продолжил. — Я знал что в ту ночь мы с Мирандой зачали дитя, я сделал все для этого. Но после я так и не смог связаться с ней и узнать, оставила ли она его, и если да, то кто родился. Я был захвачен войной с Гриндевальдом, а после решил не разрушать жизнь этой прекрасной женщины, своим присутствием, жаль что я так и не смог её полюбить, за то короткое время что мы были вместе. Как зовут твою мать? Какое имя у моей дочери? — Морвен Миранда Уитмор, в девичестве Блэквелл. — Значит, Миранда так и не вышла замуж. Миранда Блэквелл, женщина которая подарила мне дочь. А я, был так занят своими амбициями что и не потрудился об этом узнать. — Бабушка умерла в родах. Маму воспитала её сестра, сразу после смерти бабушки она забрала ребенка и переехала в Германию. А после мама отправилась учиться в Ильвермони, а после сразу вышла замуж и сменила фамилию. — Где сейчас Морвен? — Где то в северной Америке, я полагаю. Не знаю точно. Старик молчал переваривая информацию, а после снова вернулся к расспросам. Я не возражала, так как не сильно понимала о чем с ним говорить и чего конкретно я хочу от него. — А твой отец. Ты числишься чистокровной волшебницей, значит, он тоже был волшебником. Кто он? Он с твоей мамой? Мне больно было вспоминать об отце. Слишком мало времени прошло со дня его смерти. Чуть больше двух месяцев. — Эта история будет для вас еще интереснее, полагаю. Кажется директор уже был готов к любому повороту. Но явно не к такому. — Моего отца звали Энтони Уитмор. Фамилия досталась ему от отчима. Второе его имя… Геллерт. Энтони Геллерт Уитмор. Сын Геллерта Гриндевальда. Взгляд Альбуса Дамблдора направился в стену, выше моей головы. Он смотрел в пространство невидящим взглядом долгое время. — Ты сказала звали… Он умер? — 25 августа этого года. Несколько месяцев назад в наш дом ворвались пожиратели смерти и хотели завербовать моих родителей в ряды Воландеморта. Они не знали обо мне и сильно удивились, захотев забрать себе еще и меня. Псы знали кем были мои родители, в отличии от меня. К несчастью родители незадолго до этого перебрались жить в Лондон, пока я обучалась в Дурсмтранге. В это время я была дома с ними на каникулах. Они дали опор. Отца убили. Меня схватили и хотели шантажировать маму, но она сумела отбиться. У меня был всплеск неконтролируемой магии в реакцию на смерть отца. Мама стерла им память, срочным делом перевела меня сюда, а сама отправилась в бегство, подальше, что бы увести псов с нашего следа. Я несовершеннолетняя и меня могли отследить, будь я в бегах, а в Дурмстранге много поклонников восставшего лорда. Единственным правильным решением мама считала отправить меня к вам, учитывая что обо мне Воландеморт не знает. — Почему ты пришла ко мне только сейчас, а не сразу по прибытию? Я пожала плечами. — Решала. Хочу ли я доверять новоприобретенному знаменитому деду или решу справляться со всем в одиночку. — И вот ты здесь. — Да. Выполняю рекомендации матери. Устала держать все в себе, слишком многое навалилось за последние время. —Я понимаю дитя. — Дальше Дамблдор задавал еще много вопросов о моей жизни, о жизни родителей, о чем кстати я почти ничего оказывается и не знала. Мы поговорили о предстоящей войне. Ну и так, о том о сём, о чем я конечно должна молчать. — Девушка хмыкнула и закончила свой рассказ. Парни сидели и слушали, каждый со своими эмоциями, переживая историю девушки и восполняя пробелы в предыдущем рассказе. — Я понимаю, правда понимаю ребят, что моя позиция может противоречить с вашими планами и планами ваших родителей, ну и вся эта херня… Я прошу только что бы это осталось между нами. Хотя бы на какое то время. Блейз, Тео и Драко переглянулись. У них и мысли не возникало воспользоваться полученной информацией во вред девушки. Они даже сопереживали ей, в своей слизаринской манере. — За это можешь не бояться. — Серьезно сказал Малфой. Девушка не ожидала от него такого тона и что именно он скажет эти слова. — У каждого своя история, и мы в любом случае тебе не враги. Пусть тебе и могло показаться что мы в восторге от нового порядка, это далеко не так. Дальше говорил Тео. — Никто из нас не хотел оказаться на том месте и той роли, но мы имеем что имеем, – он развёл руками, — И мы свои не бросаем. Блейз только подтверждающие кивнул. — Спасибо. Её правда тронуло, то как они выслушали её и поддержали. Компания просидела так до самой ночи. Они пили, курили, смеялись и болтали, редко затрагивая важные темы. С того вечера, эта четверка стала все чаще засиживаться на астрономической башне по вечерам. Они много общались и делились сокровенным, в эти мгновения каждому из них было легко, как дышать, ведь каждый понимал другого. И вместе с тем, они меньше тратили время на поимку нарушителей, которые вне запрета Амбридж, продолжали собираться большой группой и заниматься своими делами.